Текст книги "Герой (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 9-2

* * *

– Процветания да благоденствия вам и вашей семье, господин волшебник! – владелец булочной так и лучился благодушием. И, кажется, вовсе не потому, что я сделал его заведению двухмесячную выручку одним заказом. Мужик, как и практически все жители серебряного города, искренне уважал своего соседа, придворного пироманта Мартина – потому желал его племяннику, то есть мне, только добра. Собственно, пока я, толкая большую ручную двухколёсную тележку, двигался от дома к дому, от лавки к лавке, собирая ранее заказанное и расплачиваясь, мне достался только один откровенно ненавидящий взгляд. От подмастерья этого самого пекаря, “тайного” поклонника Лады.

Если бы не этот взгляд – я бы и не вспомнил про подростковый “роман” сестры. Думаю, она и сама давным-давно забыла про этого своего ухажёра: напряжённая учёба, новые друзья – не до ностальгии. А вот в средневековом городе не так много событий, чтобы за их чередой терять прошлое. И встречаться втихаря лет пять, чтобы немного подержаться за руки, здесь нормально: все друг друга знают, и не дай Свет выйти за границы дозволенного традициями…

Иногда такие вот влюблённости заканчиваются хэппи-эндом: подмастерье становится мастером и его принимают в цех, пусть и без собственной мастерской. Такому жениху родители заневестившейся девушки только рады. Но чаще обучение затягивается на долгие годы, а соседку, едва возраст начинает подходить, оперативно выпихивают за приличного мужчину, с которым смогли сговориться о приданом. Даже если тому лет на двадцать больше невесты.

Редкие пышные свадьбы да чуть более частые официальные выезды короля из своего дворца на какое-нибудь мероприятие вроде Большой Охоты – вот и все события, которыми живут местные цеховики: сплетни и пересуды из “медного” и “земляного” “городов” пересказываются шёпотом и как бы официально игнорируются. При этом серебряногородцы гордо считают Варнаву едва ли не центром мира, а всяких там деревенских – неотёсанными чурбанами из глухой провинции, где вообще ничего не происходит.

Традиции, да. Одна из которых заставляет меня лично таскаться с тележкой по серпантину варнавских улиц и лично расплачиваться с каждым вместо того, чтобы спокойно ждать посыльных со всем заказанным. Честно – я бы плюнул, но… Мартину и его семье тут ещё жить и жить. А ещё… что может быть приятнее неторопливой прогулки по колоритнейшей столице Эпии в почти по летнему солнечный, но по осеннему не жаркий день? Когда я в последний раз отдыхал? Ну, хотя бы полдня. “Вечеринка” у Вирна не считается – в отличие от остальных, мы с ним там работали. Пожалуй, те пять дней, когда я плевал в потолок, сидя в “Медвежьей Берлоге” и ожидая прибытия торгового обоза и Миланы с Таней вместе с ним. Чёрт. Виталисты, конечно, ребята двужильные и нервные клетки у нас восстанавливаются все. Но…

В общем, хорошо, что Триша заставила меня заниматься этой предсвадебной традиционной фигнёй: сам бы я добровольно не смог выкинуть из головы постоянно крутящиеся там мысли о моей Великой Миссии и всём, что с ней связано. Новой информации у меня не было, потому по большому счёту напрягаться было контрпродуктивно, но и остановиться я не мог – слишком уж много стоит на кону. В этом плане жена Мартина мне очень помогла. Она, правда, совсем другого эффекта пыталась добиться, конечно, но это уже мелочи. Буду отдыхать, радоваться свежему ветерку, разогнавшему лёгкий городской смрад (средневековье, эх), солнцу и приятному попутчику.

– Та-ак завидую сеструхе! – без Вика, двенадцатилетнего сына наставника, я бы не смог обойти все эти мелкие улочки за один раз, не делая лишних петель. И вообще рисковал провозиться с заказами до полуночи – пока то да сё. Тем более именно молодой пиромант по просьбе матери и отца в первый раз обежал лавки и мастерские несколько часов назад, делая заказы. – Мокрая зараза щас отрывается по полной, а потом будет меня до самого лета хвастовством изводить! Ещё и придумает всякого до кучи, чтоб особенно завидно было.

– Уверен? – я с хитрым прищуром посмотрел на пироманта.

– Да сто пудов*! – парень махнул рукой. – Ещё и вино хлещет небось как не в себя самое дорогое! Тоже мне, де-е-евичник.

Подросток скорчил такую рожицу, что я невольно усмехнулся.

– Маги и алкоголь плохо совместимы, – напомнил я ему известную истину. – И уж кому-кому, а Трише это известно. Потому на счёт “отрывается” очень сильно сомневаюсь: под материнским-то присмотром не особо разгуляешься. Так что это тебе повезло, а не ей.

– Ну-у вообще-то… – неофит воровато оглянулся по сторонам, живо напомнив мне свою сестру в том же возрасте и понизил голос. – Мы с Саркой на спор пили креплёное, кто первый колдовать не сможет и вырубится…

– Смелый эксперимент, – вставил я. Не нужно было бы толкать тележку – обязательно приложил бы ладонь к лицу. – И как успехи?

– Она сжульничала! – гордый владелец алой мантии возмущённо потряс в воздухе кулаком. – Она так и Ладуху в прошлый раз обыграла: воду по пальцам незаметно себе в бокал подливала одновременно с пойлом из бутылки!

[*Напоминаю, что жаргонные выражения даны в адаптации на русский.]

Я не сдержался и фыркнул: да уж, Сара – может! Что касается магов и выпивки… Скажем так, ограничивали себя обученные одарённые не потому, что боялись как-то не так колдануть. Хотя именно это считалось среди обывателей основной причиной трезвого образа жизни закончивших вузы властителей Стихий, на самом деле всё было куда проще.

Любое мало-мальски сложное заклинание или воздействие требует ясного сознания. И чем сложнее то, что задумано – тем сильнее нужно напрягать мозги. Если перво– и второкурсники могут себе позволить расслабиться после занятий по кабакам и трактирам, то, например, аколиту четвёртого года обучения в Нессарии ещё и отработать в лаборатории НПО требовалось. В самом деле, взрослые уже, гроши по карманам не устраивают, хочется жить согласно высокому статусу. И если лёгкое похмелье или небольшая мигрень могут вдвое снизить производительность труда просто потому что башка не варит – очень легко сделать правильный выбор. Нет, конечно, находились отдельные дятлы вроде знакомого мне аэроманта Свена-из-Вильи – но подобные кадры лишь оттеняли общую закономерность и служили отличным отрицательным примером.

М-да… маги много про что открыто не говорят. Например, я долгое время считал, что мутанты из растений и, например, насекомых, не встречаются на окраинах Шрама потому, что их быстро съедают более приспособленные к охоте на себе подобных твари на основе млекопитающих. А оказалось, что всё это завязано на наличие у животного подобия свободыволи. И ещё словосочетание это – “дикая магия”: некоторое время я всерьёз полагал, что это такой благозвучный синоним для Первостихии Тьмы. Потом оказалось, что Тьма вполне себе нормально чувствует себя в трансформированных ею людях и зверях, а “дикая магия”, как мне сразу и говорили – свойство местности, способность территории к колдовству… Только не спрашивайте меня “как это?!” – мне бы кто объяснил. И Учёному совету Лида заодно.

– В общем, я уверен, что Триша обломает твоей сестре весь кайф, – пришлось приложить некоторые усилия, чтобы вытолкать нафиг из головы посторонние мысли. Решил отдыхать – буду отдыхать! И так уже меньше суток осталось…

– Мама… – с сомнением покачал головой будущий маг, – сказала “девичник – это девочки веселятся без мужиков”.

– Веселиться – это не значит “пить до упада”, – парировал я. – В “медном городе” достаточно всякого… интересного. Даже если не задерживаться особо нигде, ещё попробуй обойди за полдня.

– Сарка своего по-любому не упустит, – покровительственно фыркнул брат будущей студентки. Впрочем, даже мне было понятно, что без вина не обойдётся: на мой взгляд, жена дяди отнеслась к моей просьбе помочь… слишком лично и ответственно. Я припомнил “радостное воссоединение” родственников несколько часов назад и беззвучно вздохнул.

* * *

– Арн, – Тришаоглядела выстроившихся перед ней во дворе рядком девушек, сначала справа налево, потом наоборот. Повторила процесс. Ещё раз повторила, потом ещё раз. – Скажи мне, что это дурная штука.

– Не шутка, тётушка! – опередила меня Рона. Временно не-остроухая менестрель была на седьмом небе от счастья: мало того, что мы попали в совершенно новое для неё место, так ещё и к моей родне. Огромные глазищи так и горели любопытством, а голос звенел колокольчиком.

– Финансовую часть вопроса беру на себя, – поспешил вставить я, кивнув на “мешочек” с золотыми в руках у Мартина.

Из всех девиц с матерью Сары и Лады прежде была знакома только Таня, и она сейчас старательно изучала облака. Маша эффектно застыла серебристой статуей самой себя, словно на смотру – в зеркально блестящих доспехах и белом плаще у неё это получалось очень внушительно. А вот Наташа определённо стеснялась всех этих незнакомых людей, держась поближе к Светлой – трогательное единение носителей Первостихий. И только Эйлана по-прежнему изображала из себя безучастный валенок: сказали подойти – подошла, сказали стоять – стоит.

– Мамка! – голос Сары я едва узнал. Как и её саму – от реактивной взбалмошной малолетки у шестнадцатилетней статной красавицы остались только глаза… ну и безумный характер электровеника, конечно же. Даже причёска стала вполне аккуратной и пристойной, а не “взрыв на макаронной фабрике”. – Это правда, что братуха приеха… ой.

– Тоже рад тебя видеть, – неожиданно для себя я почувствовал тепло в груди. Приятно, чёрт возьми. И… я действительно чувствую в них своих родственников – в Мартине, в егозе-гидромантке, в её брате. – Знакомься, мои жёны. Ну, Танни ты знаешь, а остальные…

– Братик, – когда короткое представление закончилось, девушка подошла ко мне и прочувственно. – Это… Это… Сильно!!!

Ну и естественно Сара не была бы собой, если бы тут же, без паузы, не перешла на “страшный” шепот:

– А где та улётная блондинка “купи-продай”, от которой все окрестные купцы плакали слезами величиной с кулак? Она к тебе точно неровно дышала!

– Милана дома, с ребёнком сидит, – поделился информацией я. Заглянул в округлившиеся глаза родственницы и торопливо уточнил: – Не со своим. Я не настолько волшебник… пока, по крайней мере.

Упс. Кажется я только что сказал немного не то, что хотел.

– Ну. Ты. Даёшь. – уже нормальным голосом и совершенно серьёзно заявила неофит, которую я конкретно так сумел впечатлить. Но, разумеется, тут же “сорвалась”, добавив мечтательно: – Танюха, ну зачем вы меня отговорили весной с вами свалить?!

Пиромант, до того молча наслаждавшийся внезапным представлением, надсадно закашлялся. Хорошо хоть деньги в этот раз в руках удержал. А вот его супруга оказалась покрепче.

– Заходите в дом, дорогие гости, – предложила она, внимательно глядя на дочь. Та поёжилась, словно ей за пазуху льда накидали, но оказалась вполне достойна своей родительницы.

– Эй, эй, – опять перейдя на шёпот, подёргала она меня за рукав. – Поделись секретом – как? Это не мне – я для Вика узнаю! Хотя… может и папке пригодится?

– Арн, ты хоть понимаешь, чего просишь? – Триша сумела улучить момент, чтобы поговорить со мной условно с глазу на глаз всего через десять минут бестолковой возни. По городским меркам дом у придворного мага был немаленький, но не настолько, чтобы принимать гостей толпами. В итоге мать семейства скомандовала Саре подобрать из гардероба старшей сестры “что-нибудь удобное и нормальное” для Эйланы, и это временно решило вопрос. Мы же собрались на кухне вчетвером – я, Мартин, его супруга и то и дело порывающийся что-то спросить Вик.

– Тихие семейные посиделки, – твёрдо произнёс я. – Ничего большего. И денег я привёз достаточно, как мне кажется, чтобы заказать еду по соседним лавкам и трактирам. Немного домашнего уюта – как раз то, чего не хватает девчонкам… и мне тоже.

– Я была не права, – поставив локти на стол, женщина уронила голову в подставленные ладони. – Ты весь в мать. Даже ещё немного более безумен!

– Хорошая наследственность, – я криво улыбнулся. – У меня папа недавно Шрам сломал. На этом фоне пятикратный брак всего лишь маленькое чудачество.

Старший пиромант опять раскашлялся, а младший – удивлённо уставился на отца.

– Тем более, там, куда мы едем – такие семьи норма, – спокойно закончил я. Подумал, и решил, что не лишним будет сказать вслух то, что думаю: – Дядя, тётя… вы знаете моих родителей. Они… не лучший пример для подражания, согласитесь. Если бы меня спросили, какой я бы хотел видеть свою семью, то колебаться мне не пришлось бы. Я просто хочу показать, к чему стоит стремиться. Показать ориентир, вот и всё. Больше ничего не прошу.

– Ну, это мы, я думаю, можем, – после минуты неловкого молчания подал голос Мартин. – Ты правильно сделал, что приехал к нам. Жаль только, что так ненадолго. Но…

– Нет, ты не понимаешь, – перебила супруга Триша и одним взглядом заставила проглотить мастера огня всё то, что он собирался возразить. – Выйти замуж – это самое важное, самое главное событие в жизни женщины*! Вот как ты оказался мужем этой Белой… Маши, да?

– Опуская выкуп с Арены, Очищение от рабской Печати с последующей манифестацией и что я лично отвёз её, своего оруженосца, в монастырь учиться? – приподнял бровь я. – Мы немного… заигрались после того, как она меня вытащила из-под своры изменённых волков у второй линии в Горловине.

Теперь уже мать семейства подавилась заготовленной фразой.

– Па-ап, а что значит – “заигрались”? – вертя головой между родителями, решил прояснить Вик.

– Я тебе п-потом объясню, – с трудом выдавил из себя красный как рак Мартин. Вот уж не думал, что у дяди такое живое воображение.

– С Таней мы стали близки в похожей ситуации, только лисицу-хаски я всё же завалил своими руками, – стал методично перечислять я. – Рону я…

– Достаточно! – вскинула перед собой руки женщина. – Главное я поняла: вы ни разу никак не выделяли это событие, верно?

– Верно, – кивнул я. – И потом, скажем так, официальный статус фактически случившемуся я смог оформить буквально на днях.

К уже имеющимся у меня брачным свидетельствам из Лида добавилась бумага из вещмешка Светлой: официальная выписка из церковного реестра за подписью Митчелла и... заверенный подписью и печатью Ромара официальный бланк приказа о регистрации бракосочетания между мной и Натой. Старшие офицеры армий королевств действительно могли в том числе и так распорядиться своими полномочиями, и полковнику, держу пари, воспользоваться прецедентным правом подсказал всё тот же клерик.

– И ты предлагаешь такое событие отметить просто домашними посиделками? – наклонила голову почему-то внезапно успокоившаяся мать троих детей.

– Ну… да? – осторожно согласился я.

– Нет, – Триша жестом показала, чтобы ей дали договорить. – Традиции – они ведь не на пустом месте придуманы. И мужчине важно почувствовать, что его жизнь разделилась на “до” и “после”, а уж женщине – стократ! Это… да что я вам объясняю, в самом деле?

– Жертвы и разрушения уже есть? – сунула голову в дверной проём Сара.

– Лапочка моя, передай девушкам, чтобы собирались для прогулки. Без доспехов и брони. Мы идём на девичник. Ты тоже.

– Серьёзно? – я ещё никогда не видел у дочки Мартина таких круглых глаз.

– Ещё как, – тут Триша повернулась ко мне. – А вам я сейчас надиктую, что и как приготовить. – Половина дня как раз останется… наверное, твоё безумие, Арн, заразно. Но хотя бы никто не скажет, что я сделала меньше, чем могла.

– Ура? – в установившейся тишине шепотом переспросила Сара.

[*Мнение автора может не совпадать с мнением персонажа, если что. Не смотря на всю прогрессивность своих взглядов, Триша – средневековая женщина, и потому имеет вполне ожидаемый взгляд на брак.]

Глава 9-3

* * *

– Все девчонки – круглые дуры! – поделился со мной сокровенным, выстраданным знанием опытный двенадцатилетний пиромант. Подумал, и немного подсластил выписанную старшему, но непутёвому товарищу пилюлю. – Твои хоть красивые.

“Зачем ты их себе столько набрал?” не прозвучало, но явственно повисло в воздухе.

– Совсем все? – на всякий случай уточнил я. – А как же твои сёстры? Вот Сара например – она же “свой парень”, нет?

– Была, – дёрнул щекой пацан. – А как сиськи отрастила – такой ветер в голове поднялся, куда там Ладке!

– Это ты маму сейчас процитировал? – без проблем угадал я. Ножи в доме Мартина наточены были идеально, потому отвлекаться на разделку кроличьей тушки мне особо не приходилось. Руки словно сами двигались, отделяя мясо от костей, хрящей и сухожилий.

– Я сам так тоже думаю! – совсем по-детски надулся неофит. С его ладони срывался сплошной поток огня – и исчезал в раскрытой топке кухонной плиты. Кое-кто, похоже, переоценил свои навыки во владении местной бытовой техникой (да легко, я уже сто раз делал!), но признаться в этом? Никогда! Впрочем, в соревновании между кучкой бурого угля и потоком рукотворного огня победитель был определён заранее.

– И всё же исключения есть, – я полюбовался на дело рук своих: набор абсолютно чистых костей, выложенных в идеальном порядке, словно я собрался из них потом восстанавливать скелет. Рядом кучка буроватого жира (пойдёт на сковороду вместо масла), выделенные и тоже разложенные одна к одной мышцы кроля. Хорошо хоть всё остальное сразу в мусорное ведро отправил. Профессиональная деформация: и понимаю, что сейчас аккуратность не нужна, но и попытка её не придерживаться вызывает настоящий физический дискомфорт. – Вот тётя Триша, к слову.

– Ну… Папе просто повезло, – крыть двенадцатилетнему знатоку женской натуры оказалось нечем. – Ой! Разгорелось…

– Тебе тоже однажды повезёт, – я пинком захлопнул топку, из которой волнами стало распространяться тепло, и, что хуже, вылетать пока ещё отдельные искры. Обжечься Вику не грозило, а вот прожечь ткань, например, занавесок подобные “безобидные” огоньки очень даже могли.

Как жена Мартина справлялась с этой всей примитивной и потому жрущей уйму сил и времени бытовухой без магии – ума не приложу. А ведь у неё ещё и времени на возню с документами в этом своём “Варнавском центре накопления, обработки и распределения информации” хватает. Звучит громко, а на деле это что-то вроде заштатного почтового отделения пополам с архивом и штатом в три человека. Причем собственно с бумагами возится именно неодарённая дочь магов, а остальные двое “подай-принеси” и “подмети тут”. И ведь не сказать, что работы – нет: именно сеть подобных “центров” и обеспечивает сообщество магов стабильным притоком свежей крови, в смысле – учеников. Тот еще гемморой, учитывая, что за правило у магов, решившихся на наставничество, считается брать неофитов с другой стихией*…

Я умостил тяжеленную чугунную сковороду на комфорку, постаравшись не выпустить новый рой искр, и закинул жир. Тришу моему бывшему наставнику лучше не злить – одно попадание этой, с позволения сказать кухонной утварью – и никакая магия, кроме Жизни, не поможет. А ведь тут масса других опасных предметов – одна скалка, больше похожая на бейсбольную биту по габаритам и весу, чего стоит! Так, на очереди к нарезке – овощи: как раз успею к тому моменту, как чугун раскалится.

[*О принятой системе нахождения и обучения учеников подробно рассказано в романах “Баронет” и “Аколит”]

– А правда, что твоя… ну эта, с большим, – Вик показал руками, что имеет в виду и заалел ушами: стати Наты не оставили еще юного, но уже мужчину равнодушным. – Настоящая ведьма? Ну, прямо как из сказок!

– Скажем так: как мне удалось выяснить – многие сказочные сюжеты имеют под собой вполне реальное основание, – покачал головой я. По уму сначала надо было поджарить мясо, убрать, отдельно обжарить овощную смесь и после соединить на сковороде первое и второе… но мы же мужики, блин! Не до изысков, а то мой собеседник, глядя на сковороду, уже то и дело слюни глотает.

Довольно дурацкая ситуация: в доме полно еды, а мы тут напрягаемся. Вот только снедь, перетащенная из тележки в погреб – она “на праздник”. Подозреваю, если бы мы слегка отъели – никто бы и не заметил, но… Жена пироманта права: традиции важны. Съесть деликатесы сейчас всё равно что себе часть торжества испортить. И ладно мне – а вот подрастающее поколение может всерьез расстроиться. Чтобы ёлочные игрушки были “настоящими”, нужно повесить их “в последний момент”, может, за день до Нового Года, а может и в сам новогодний вечер. Потому как если сделать всё за месяц а потом ещё месяц держать на виду – какой же это праздник? Так, обыденность.

В общем, как видите, короткий разговор с Тришей будто что-то повернул у меня в голове: начал задумываться о вещах, от которых раньше отмахивался. И хорошо, потому что дипломат должен работать головой. Вспоминаю, как я, не взирая на историю и сложившиеся обычаи начал переделывать общество отвальных в одной конкретно взятой деревне – оторопь берет.

Может, и мне, и зарубежникам в какой-то мере повезло, что Шрам именно в этот момент отступил – а то я бы им там напрогрессорствовал… Брр, как вспомню – так вздрогну! И ведь у меня получилось всех заставить выполнять свой план, причём ещё и добровольно. Нужно в будущем как-то поаккуратнее обращаться с этой способностью, раз уж, как выяснилось, она у меня есть. Как там, интересно, Баюн, Неясь и остальные? Надеюсь, Вирн справится и сдержит обещание – переселят всех под защиту республики максимально быстро и аккуратно…

– Стал говорить прямо как папка, – фыркнул подросток. Я невольно напрягся: на лице ребенка на секунду проступила совсем недетская грусть. И вот опять: отреагировал куда острее, чем раньше. М-да, это ведь и называется – повзрослел? Или просто дурная привычка сложилась брать ответственность за всё подряд, ага.

– Взрослые так говорят друг другу, когда не хотят ненароком обмануть, – выделив интонацией нужное слово, я добился того, что Вик вскинулся… и промолчал. Ну да, кричать “я не ребенок”, когда тебе мимоходом намекают на взрослый статус – глупо. Молодец, быстро соображает. – Видишь ли, те же сказки… их ведь передавали из уст в уста люди, понятия не имеющие о Тьме, да и о магии вообще. Потому информация исказилась, где чуть-чуть, а где – до неузнаваемости…

– А вот о Тьме я бы и сам не отказался узнать! – Мартин влетел на кухню, словно на крыльях. – Умм, чем это у вас так вкусно пахнет? Ого, вы смогли разжечь этот проклятый агрегат! А Триша утверждала, что мы без неё с голоду умрём!

– Будет яичница по-мужски! – гордо выдал великий победитель угольных плит, заставив своего отца вздрогнуть.

– Я сказал “ассорти”, – поправил я напарника, старательно давя улыбку. – По-мужски – это размер порции…

– “...Чтобы сожрать сколько влезет, потом ещё полстолька и ещё останется!” – без запинки и дословно процитировал неофит. Вот это память! Так, надеюсь, я тут ничего такого не наболтал, пока готовил – а то будет родителям потом “радость”.

– Наш человек! – едва не прослезился наставник и не чинясь подошел к сковороде. – Дай помогу, умираю с голоду – всё это время крутился, чтобы вечером и завтра не отвлекали вызовами в Его Величеству... Зато с королевским кондитером договорился, и ключник пообещал расстараться и из погреба солений отгрузить...Так что там про Тьму?

– Прежде всего надо понимать, что такое Тьма, – я прямо залюбовался, как магистр Огня ловко орудует собственной магией: плита ему в принципе была и не нужна. Да и сковорода тоже. Смесь из белков и желтков, стоило ей растечься по овощам и мясу, оказалась филигранно опалена сверху, сформировав красивейшую корочку. Двенадцатилетнему ученику только и оставалось, что завистливо прикусить губу: он пока так не мог.

– Налетай! – Мартин бахнул сковороду на кухонный стол, не забыв одним небрежным пассом затушить пламя в печи. – Все знают, где вилки?

– А тарелки? – удивлённо переспросил у него сын.

– Ты видишь здесь маму? – с нарочитым удивлением отец огляделся по сторонам. – Нет? А сестёр? И я тоже не вижу. Потому никто не посмеет портить Настоящий Мужской Обед лишней посудой!

– Да!!! – на манер рыцаря отсалютовал вилкой парень. Пришлось напрячься, чтобы не фыркнуть: пока мои жены и супруга огненного мага с дочерью изучают местные злачные места (надеюсь, нет), на кухне происходит тихая маскулинная революция. Ну чем не мальчишник? Прямо начинаю думать, что самой Трише этот “девичник” был нужен гораздо больше, чем мне и моему гарему.

– Уф-фу… – минут через десять маг первым сыто откинулся на спинку стула. – И почему мы каждый день так не едим?

– Вот-вот, – с набитым ртом поддакнул ему отпрыск. – А то первое, второе… с-салат!

Последнее блюдо было названо с особым отвращением.

– Полноценное питание полезно, – раз Триша где-то гуляла, голосом разума пришлось выступить мне. – Твой папа сможет удалить воспалившийся аппендикс, если что, но вот с гастритом ни ему, ни тебе самому не справиться.

Пиромант передернул плечами:

– Полгода назад один плащеносный идиот, целый герцог, между прочим, довёл до того, что прямо перед Его Величеством на приёме брякнулся умирать. Едва успел. Так эта неблагодарная скотина не просто оплачивать услуги мага отказалась, ещё и на дуэль порывалась вызвать, представляешь?! Я де ему камзол парадный испортил и при всех чрево оголил!

– От встречи с идиотами даже необитаемый остров – не гарантия, – сочувственно покивал я. – Собственно, я к чему: любой маг может лечить, не только виталист. Потому что многие болезни нужно начинать с удаления поврежденных тканей и только потом делать что-то еще. По сути отличие виталиста – это возможность не только удалить, но и вырастить взамен. Остальные же вынуждены довольствоваться одним инструментом вместо двух. Скальпелем, грубо говоря.

– Всё так, – Мартин не стал углубляться в тему, напоминая, например, что те же пироманты прекрасно могут заплавлять раны, смыкая их без всяких игл и нитей. Если, конечно, контроля над Стихией хватит выдержать нужную температуру в нужном месте. Тому дворянину невероятно повезло, что под рукой оказался именно магистр Огня: думаю, король потом прояснил идиоту всю глубину его заблуждений. Обидеть волшебника каждый может, а вот высококлассного спеца, решившего променять научные изыскания на работу, по сути, обслуживающего персонала – хрен найдёшь!

– Так вот Тьма даёт своим одарённым, по сути, второй инструмент. Противоположный скальпелю. Правда, использовать они могут его только сами на себя… но ведьмы нашли способ обойти это ограничение.

– Вау! – держу пари, Вик половину не понял, что я сказал. Но сам тон разговора и то, что его “посвятили” в тайну – всё это перебило даже сытую осоловелость от великанской порции омлета.

– Стоп-стоп, – взрослый огневик взмахнул вилкой. – Ты сейчас только что сказал, что Свет и все Светлые Стихии – это про... удаление?

– Удаление, очищение, – я развёл руками. – Зубилом можно дробить камень или выбить на нём надпись, но как ни старайся – новый камень, размером больше исходного, не сделаешь. Пилой – спилить дерево ну или как минимум крону сформировать, но не вырастить новое. Дело в направлении воздействия: снаружи или внутрь. Вот и всё отличие Света от Тьмы, по сути.

– “Вот и всё”, – Мартин странно посмотрел на меня.

– Но это и правда всё, – пожал я плечами. – В сказках ведьмы не колдуют напрямую, а вкладывают свою магию в зелья потому, что резидентное заклинание вначале должно стать частью системы, организма, и только потом активироваться, чтобы подействовать. По той же причине нередко упоминается передача через кровь или как-то с кровью связанная, типа укола веретеном. Или, например, её льют в те же зелья – так часть себя тёмному магу передать проще всего.

Думаю, знание, что шестая или даже пятая часть отвальных может смело претендовать на мантии тёмных магов поможет Учёному совету Лида отнестись к правам новых протектантов со всей серьезностью. Да, как ведьмы, тёмные стихийники магичить не могут – мало перелив кровь или иную жидкость, надо ещё и знать, как эту Стихию применить. Например, тот же Воздух в тёмном варианте – как? Разве что вентиляцию лёгких усилить... Но сам факт – он, о да, внушает. Впрочем, Мартину я этого говорить не буду – сам узнает, когда Повелители Жизни решат её обнародовать. Это о ведьмах Вирн решил раскрыть карты сразу в стратегических и дипломатических целях. Зато скажу другое.

– Самое интересное – это, пожалуй, Шрам и некоторые, наиболее продвинутые твари оттуда, – эту теорию придумал я сам, но она отлично вписывалась в те факты, что были мне известны. – Например, известно, что нарийские тигры не способны покидать пределы аномалии больше, чем на несколько дней, а гидры – вообще умирают, стоит им оказаться на границе зоны. И объяснение тут может быть только одно: они не просто изменены Шрамом, они стали его частью. Как клетки организма: есть те, что способны ненадолго покидать внутреннюю среду, а другим это строго противопоказано. Взамен организм аномалии даёт нарийцам запредельную регенерацию, а гидры вообще способны к некоему отличному от обычного способа перемещению в пространстве…

Теперь глаза одинаково горели и у сына, и у отца.

– Потому одна из рабочих гипотез, почему произошел откат границ зоны дикой магии – это банальное массовое истребление вот таких вот мутантов в ходе рейда к центру Шрама, – закончил я. – Аномалии просто… стало меньше.

– Ну… дела… – покачал головой взрослый пиромант. Молодой только закивал. – То есть Шрам вернётся к своим границам?

– Возможно, – подтвердил я. – Или нет, если мы продолжим истреблять выползающих оттуда монстров и, может быть, проводить рейды.

А ещё, если теория верна, то Рубежников нужно сохранить, как и Белых, потому как “зло” хоть и отброшено – запросто может вернуться. Зато если сохранить – вопрос удержания очищенных территорий снимается… и этими же территориями можно поделиться с южанами, раз уж им так нужна земля. Хорошая, в общем, теория, обязательно поделюсь ею с сатрапом. Рабочая только или нет – вот вопрос.

– А… – что там собрался сказать пиромант, я не узнал: его перебил громкий стук в калитку.

– Вернулись! – Вик взвился со своего стула и помчался открывать.

– Что-то сомневаюсь, – мы с наставником вышли следом. – Раз Триша сказала “до полуночи”, то… надеюсь, ничего не случилось.

– Столбов дыма нет, – я показал на темнеющий горизонт. – А что-то меньшее вряд ли способно помешать гулять Светлому Рыцарю и разумной химере.

Неофит приоткрыл створку, высунулся наружу, после чего поспешил отворить до конца.

– Магистр Мартин! – с облегчением выдохнул Тарус, гвардейский офицер-контрразведчик королевства Эпия, имеющий странноватое на первый взгляд хобби подрабатывать паталогоанатомом. Чёрные одежды, болезненная бледность и непередаваемый запашок – можно сказать, я узнал одного из своих учителей с первого взгляда – Ох, и уважаемый Арн…