Текст книги "Род Комаришкина (СИ)"

Автор книги: Сергеевич Мрак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

* Баллистический шок – он же гидроудар или гидродинамический шок. Проявляется при попадании в среду с жидкостями, в том числе и живых целях (люди, животные и т.д.), так как все они состоят из воды и крови. Комаришкин заблуждается, так как гидроудар напрямую зависит от скорости, и начинает проявляться в меньшей степени при скорости в 300—350 м/c, в большей начиная от 600—700 м/c и далее. Сам по себе гидроудар может оказывать огромное влияние на убойность пули, так как способен полностью или частично разрушить неэластичные органы тела: мозг, сердце, печень, желудок (особенно полный) и прочее.

Убойность экспансивных пуль выше за счет того, что они создают большую(по сравнению с обычными пулями) раневую/пульсирующую полость.

Мне же требовалось захватить как можно больше членов экипажа живыми, чтобы утереть нос Имперской Службе, передав захваченных им на допрос. Практические пули, предназначенные по большей части для тренировочных стрельб, просто наделают в них дырок. А на целостность чужого дирижабля мне плевать, главное – спасти допеля и захватить побольше «языков».

– Значит так! – инструктировал я билдерняшку. – Хватаешь меня за пояса на груди и животе, размахиваешься и кидаешь в баллон курьера, он большой, не промахнешься!

– А если все же промахнусь?

– Тогда тебя придется уволить! – жестко прервал я мандраж Суссаны.

– Не докинет! – влез в разговор лейтенант. – В тебе прилично весу, а до цели метров 60.

– Она очень постарается, да, Суссана?

– Я вас не подведу, господин! – ответила билдерняшка.

– Вот и отлично! А сразу за броском начинаешь снимать видео, это не менее важно, чем попасть мной в дирижабль!

– Сделаю! – заявила моя горняшка и начала разогревать мышцы рук и торса легкими наклонами и вращением.

– Пора! – из динамиков системы оповещения раздался голос капитана.

– На абордаж! – скомандовал я, будучи подхваченным билдерняшкой.

Временный лейтенант Станислав Кузнецов смотрел на происходящее с большим скептицизмом. Подготовка к одиночному абордажу казалось ему гротеском и явной формой самоубийства. За свою службу он пару раз участвовал в воздушных абордажах и знал – даже с использованием специальных костюмов и абордажных гарпунов, что соединяют абрдажными тросами два судна, потери при десантировании составляют примерно 5–10%.

Попытку броска молодого верзилы фигуристой бодибилдершей в костюме горничной он считал «действием искупающим вину кровью». Да, им повезло натолкнуться на похитителей, но вместо тайного сопровождения и наведения ИСовсев – столь дурацкое самовыпиливание в попытке абордажа!

«Хоть бы грависпас одел, дурашка» – успел подумать лейтенант, прежде чем девушка, подхватившая Комаришкина за ремни на спине, пару раз качнула свой необычный метательный снаряд, а потом хекнула, коротко светанула татуировками и с треском швырнула владельца дирижабля в проем люка.

– Хорошо пошел! – улыбнулась Суссана доставая смартфон и сходя с треснувших от нагрузок досок пола. – Хотела бы я с ним пойти, но кто же меня кинет?

Станислав неверяще смотрел на полет Комаришкина, тот явно летел даже выше своей цели! Из оцепенения от нереальности происходящего его вывел голос горничной:

– Может и вас подбросить на путь к славе?

– Что вы, что вы! Я не могу стоять на пути аристократа творящего свою месть! – открестился от такой чести лейтенант.

– А я бы поучаствовала! Мочить вдвоем врагов – что может быть романтичнее! – мечтательно проговорила девушка снимая видео полета своего господина.

Мне всегда не везет в мелочах! Вот и сейчас – бросок билдерняшки оказался даже сильнее, чем надо. С такой силой броска я просто пролечу над свой целью! А потом, будет короткое, но интересное свободное падение из облаков до земной тверди.

В этой ситуации меня радует только одно – мои расчеты оказались верны и временные рисунки можно будет вытатуировать на постоянку.

Глава 23

Мне всегда не везет в мелочах! Вот и сейчас – бросок билдерняшки оказался даже сильнее, чем надо. С такой силой броска я просто пролечу над свой целью! А потом, будет короткое, но интересное свободное падение из облаков до земной тверди.

В этой ситуации меня радует только одно – мои расчеты оказались верны и временные рисунки можно будет вытатуировать на постоянку. То, что в данный момент мне это совсем не поможет, нисколько не умоляло моей радости.

В попытке затормозить скорость полета я развернулся перпендикулярно линии броска, но это помогло не сильно. Знал бы, что новые руны так усилят билдерняшку – одел бы грависпас! Он и дальность броска за счет своего веса снизил бы и помог приземлиться без повреждений при промахе мимо дирижабля.

Но я боялся обратного, что Суссана меня не докинет! Поэтому максимально облегчился, даже шпагу с собой не взял. Теперь надо срочно придумывать новый план, пока не пролетел мимо.

Все это крутилось в моем разогнанном сознании. Рождались десятки планов, но все они отменялись. Я пытался играть с константами Мироздания, но я не бог и своей волей не мог сходу прогнуть реальность так, чтобы не перелететь дирижабль похитителей допеля принцессы.

Когда почти уже смирился с промахом и начал думать о том, как бы не разбиться при падении, то блеснула мысль – а почему бы не воздействовать на дирижабль?

Сказано – сделано!

Я выхватил из подмышечной кобуры пистолет и открыл яростный огонь по расположению капитанского мостика. Сам мостик я не видел, его закрывал от меня баллон дирижабля, но, из похищенной памяти бывшего капитана «Облачного Пути» я четко знал ее расположение на этом типе курьерских воздушных суден.

Я благодарил свою догадливость сменить экспансивные боеприпасы на обычные. Пули прошивали оболочку, пролетали сквозь резервуары с газом, пробивали обшивку мостика и явно привлеки к себе внимание.

Что делает любой капитан дирижабля попавшего под обстрел превосходящим по высоте противником? Резко врубает сброс аварийного балласта и открывает клапаны накачки оболочки газом – это приводит к натуральному прыжку вверх (*). Высота – это главное преимущество в воздушном бою!

* Скороподъемность дирижабля зависит от двух факторов: его веса и объема газа в оболочке, чем меньше первое и больше второе, тем стремительнее и выше будет подниматься дирижабль.

Вот и сейчас, пролетающий подо мной дирижабль резко начал набирать высоту, да так, что я ударился не о верх, а о бок оболочки баллона. Благо, что к этому я готовился и в моей левой руке уже ожидал действий нож. Сила броска билдерняшки сложилась с набором высоты дирижабля и оболочка подо мной промялась на добрых пару метров.

Мне оставалось только взрезать ее в момент удара и я оказался внутри. Как и у всех дирижаблей, внешняя оболочка не являлась несущей газ, а служила защитой от воздействий различных погодных факторов на дорогую ткань нескольких газонепроницаемых баллонов. Сразу под оболочкой находился каркас из легких ферм задающих форму дирижабля.

Меня протиснуло через разрыв и швырнуло в бок газонаполненного баллона, тот промялся, окончательно гася мою скорость полет, а затем распрямился, откидывая мою тушку на ажурную ферму. Сила действия равно противодействию, этот физический закон я ощутил полной мерой, приложившись спиной о ферму дирижабля спиной так, что раздался хруст.

Пришлось бросить нож и цепляться левой рукой. Я висел на одной руке секунды три, ровно столько, сколько понадобилось, чтобы засунуть пистолет назад в кобуру. Затем уцепился двумя руками поудобнее и осмотрелся.

Внутренности небольших дирижаблей похожи друг на друга. Под внешней защитной оболочкой прячутся легкие металлические конструкции задающие форму и удерживающие баллоны с летучим газом. Свободного пространства менее полуметра, только для того, чтобы мог пролезть ремонтник на случай необходимости починки повреждения материала баллонов.

Дырки от пуль слишком малы, по сравнению с объемами газа в дирижабле, но он постепенно утекает и скоро появятся проверяющие. Встречать их болтаясь на весу мне не хотелось и я начал спускаться перебирая руками.

Ноги пока задействовать не получалось, удар об угол металлической конструкции перебил позвоночник. Разогнанная регенерация работала и к концу спуска, я уже смог нормально встать, достать пистолет, сменить обойму и поджидать входящих.

*** Капитанский мостик курьерского дирижабля ***

– Рей! Вали проверь баллоны, скороподъемность падает, приборы показывают утечку! – проорал лейтенант не отрывая взгляда от приборов и компенсируя порывы ветра разнотягом маневровых двигателей.

– Ты чего раскомандовался, обмудок? – нахраписто ответил матрос. – Тебя никто капитаном не выбирал!

– Господа, примите меры! – так же не отрываясь от управления потребовал лейтенант. – Не успеем оторваться в облаках, всей затее конец.

От лежащего у стены и истекающего кровью тела капитана поднялся абордажник в черной форме. Он шагнул к матросу, легонько ткнул его тонким стилетом в спину под ребра и, подхватив тело с сереющим лицом, оттащил его в угол к капитану.

– Капитан отлетался и этот, Рей, тоже. – сообщил он лейтенанту. – принимай командование, Омулдок.

– Черт! Я не это имел ввиду! – ругнулся лейтенант. – Как бы то ни было, но баллоны надо проверить. Сходи сам или Гарри отправь.

– Гарри занят. Пошел допрашивать принцессу. Сам схожу. – кратко проинформировал абордажник и, подхватив сумку механика с базовым ремкомплектом, направился на выход с мостика.

– Допрашивает он… – пробормотал Омулдок себе под нос лейтенант, позволив себе краткий взгляд на лежащие у стены тела. – Эмир нас порвет, если он и эту пленницу трахнет…

* * *

Я стоял у двери входа в баллонный отсек дирижабля и прикидывал, что лучше – ворваться стреляя во всех подряд или дождаться ремонтника? Пока все было за тихий путь, ожидание играло на руку моей регенерации, да и во времени я не ограничен. При громком захвате всегда есть шанс, что заложницу просто пристрелят.

Вот открывается дверь, заходит силуэт, я тут же наношу два удара: первый ломает челюсть, второй – крушит ребра. Остается только обезоружить потерявшего сознание и крепко связать. Когда челюсть лопнута в трех местах, то ампулу с ядом в зубе уже не раскусишь. Вполне могли на такое дело идейных подрядить с установкой на самоубийство при захвате.

А сломанные ребра при хорошем связывании дают гарантию, что пациент не развяжется. Будет лежать, мелко дышать, даже напрячься как следует не получится. Самое то, для передачи тела ИСовцам и последующих допросов. Наскоро облутав побежденного, я двинулся дальше.

Зачистить дирижабль оказалось не сложно. На подходе к капитанскому мостику я снял еще одного бойца в черной форме подобного тому, что я уже уложил отдыхать. То что это не матросы можно было легко определить по наличию пистолетов и однотипных кобур на ремнях.

Матросам личное оружие просто не нужно. Даже противопоказано, во избежание эксцессов. А для лейтенантствующего состава форма была слишком проста и не имела знаков различия.

Этого я аккуратно уронил подкатив под ступню десяток шариков от подшипника. Пара подшипников нашлась в сумке моего первого противника, их то я и разобрал. Метнутся к падающему телу и помочь ему впасть в забытье – секундное дело! А дальше – методика та же, разве что ломать челюсть и ребра пришлось уже лежачему.

На мостик заходил осторожно, опасаясь возможного сопротивления. Но повезло, занятый штурвалом меня не замечал, пока я не схватил его за плечо и не развернул для более удобного нанесения пары сокрушающих ударов. Исполняющий работу капитана только глазки закатил и сполз по штурвалу.

Пришлось затратить пару минут на прекращение набора высоты, установку медленного снижения и перехода дирижабля в дрейф по ветру. Минут через 20 выйдем из облаков и еще пару часов на снижение. Надеюсь переход от противоборства стихии к ровному полету не насторожит оставшихся на судне.

*** За дверьми капитанской каюты ***

Гарри смотрел на распятую на двухместной капитанской кровати голую девушку и не скрывал предвкушения. Когда еще специалисту по грязным делам доведется отведать императорского тела?

Пока полет шел штатно он еще сдерживал свою натуру, но как только пули сразили капитана, то жажда исполнить свою детскую мечту – возлечь с принцессой стала захватывать его все больше и больше. Когда стало ясно – угроза абордажа миновала, мечта превратилась в настойчивую мысль «Я действительно могу это сделать». А слова лейтенанта «Похоже оторвались» стали спусковым крючком, ему тоже хотелось оторваться.

Буркнув «Принцессу надо допросить, кто это такой борзый и как он нас нашел», Гарри поспешил в каюту где содержалась пленница.

Где то внутри себя он понимал, скоро сделает то самое, что никому не прощается. Но слова матери, которая, укладывая его спать, каждый раз говорила: «Вот вырастишь большой, женишься на принцессе, тогда и заживем». Эти слова породили детскую несбыточную мечту, которая вела Гарри по жизни. В каждой передряге он мысленно говорил себе «Это ерунда, вот решится эта проблема, женюсь на принцессе и все наладится!».

С этими словами, что стали своеобразной мантрой (*) он ходил в мясные атаки, пробивался из окружения, а когда его лихость, везучесть и бесстрашие заметили, то они же повторялись при бегстве после диверсионных операций в сопредельных государствах.

* Мантра – набор звуков, отдельных фонем, слов или группы слов на санскрите, гораздо реже – на других языках, которые, по мнению практикующих, имеют резонансное (активируют зоны тела), психологическое и духовное воздействия. Мантра оказывает положительное воздействие на сознание человека, помогает сконцентрироваться и настроиться на нужный лад, избавляет от негативных эмоций и ментального мусора.

Гарри понимал – то, что давало ему силу и стремление жить, становилось путем ведущим к гибели. Но превозмочь себя и отказаться от тысячи снов и предвкушений, как он кувыркается с юной принцессой в кровати не получалось.

Что бы зайти в каюту пришлось свернуть шею матросу поставленному на охрану. Капитан был тертым калачом и постарался предусмотреть подобное, но его смерть разбудила внутренних демонов боевика.

– Привет, принцесса! – улыбнулся Гарри затаскивая труп в каюту. – Видишь, что приходится делать для того, чтобы познакомиться с тобой поближе?

Девушка закричала, поняв, чем для нее закончится подобное начало знакомства, заметалась по каюте, попыталась отбиться подручными предметами, но что она могла сделать против мужика превосходящего ее по весу почти в два раза, а по силе и во все четыре? Помощь тоже не спешила появляться, каюта капитана имела хорошую звукоизоляцию.

* * *

До каюты капитана я добрался после того, как зачистил отсек машинерии. К сожалению пара матросов успела меня заметить и мне пришлось работать жестко. В результате к допросу они стали не пригодны, впрочем – что может знать обычный матрос дирижабля?

Дверь была заперта, но хороший удар ногой усиленный метаморфизмом просто снес ее с петель и вырвал кусок косяка язычком замка. На дирижаблях экономят вес, так что – бронедвери тут не ставят.

Предо мной предстала распятая в форме звезды, обнаженная девушка привязанная к кровати за руки и ноги, а так же ублюдок расстегивающий ремень штанов рядом.

Я парень простой! Вижу несправедливость – реагирую адекватно! Так что – пара пуль в колени заставила насильника рухнуть на пол, а еще парочка, в плечевые суставы, лишила возможности тянуться руками куда бы то ни было. Подойдя по ближе, я хорошенько пнул лежащего в голову, традиционно ломая челюсть и отправляя в беспамятство.

– Будем развязываться или как? – я с интересом смотрел на голую девушку.

– Сначала развяжи, а потом займемся «или как»! – потребовала она.

Внутренне улыбаясь я приступил к выполнению запрошенного, дирижабль зачищен, пока спустится… у нас будет пара часов, не менее! И надо сказать – я не угадал, спуск дирижабля длился почти четыре часа.

* * *

Григорий Всеволодович, инквизитор Имперской Службы ожидал около входа в личный кабинет Императора. По должности он имел право на вход без ожидания, но сегодня не спешил пользоваться этим правом.

– Не бей меня, папочка! – юный женский голос пробивался даже через звукоизоляцию двери.

– Не! Называй! Меня! Отцом! – вторил ему жесткий голос Императора прерывающийся звуками ударов.

«Надо будет направить требование в департамент обеспечения дворца на модернизацию звукоизоляции» – отметил для себя инквизитор и тут же записал дельную мысль в небольшую записную книжку отделанную золотом.

– Эй, там! Утащите эту неблагодарную! – раздалось из-за двери.

Григорий Всеволодович сделал знак гвардейцу оставаться на месте, открыл дверь и шагнул в кабинет. Император редко приходил в ярость, но если начинал гневаться, то остановить его было нереально. Необходимо было лишь ждать, пока ярость выплеснется и сойдет на нет.

В кабинете его взору предстал гневный расхаживающий Император и тело принцессы лежащее на полу. Из под головы девушки текла струйка крови.

– Куда ее? – кивнул инквизитор на тело. – В утилизатор?

– Да жива она еще пока… – брезгливо дернул щекой Император. – Пусть по программе 17-Бис отправят.

– К каторжанам? В таком виде? – удивился Григорий.

– А что каторжане не люди? У них тоже потребности в девушках. Эта тушка пару-другую сотен осчастливеть успеет, прежде чем упокоится. Но про вид ты прав, это надо исправить.

Император пинком перевернул девушку на спину и с его рук сорвались молнии уродующие лицо. Пара минут и опознать в лежавшей принцессу можно лишь только по одежде.

– Все сам, все сам… – бурчал Император испепеляя волосы. – Кстати, с какой она линии?

– Линия Герда. – покопавшись в памяти ответил инквизитор. – В этой линии 26 экземпляров.

– Всю эту линию Герда под нож! – безапелляционно произнес Император. – Раз одна с изъяном, то и другие не лучше.

– Тоже по 17-Бис? – Григорий достал записную книжку и чиркнул: «Герда – брак, уничтожить».

– Только тех, кто не согласится на самоэвтаназию. – Император оглядел дело своих рук, размял пальцы и добавил: – Пойдем, пропустим по стопочке, пока тут приберутся.

В комнате релакса прилегающей к кабинету было уютно. Бежевые стены, большая панель показывающая сразу сотню инфоканалов без звука соседствовала с баром. Инквизитор зашел за стойку и снял пузатую бутылку коньяка.

Иногда, Император сам любил похозяйничать смешивая коктейли и шокировать посетителя комнатки фразой «А то, что тебе сам Император коктейль мешал – государственная тайна! Расскажешь кому – сам знаешь что будет». Об этой привычке знали практически все, но – молчали. Ведь тайна! Государственная!

Но сейчас все его внимание занимала инфопанель. Почти все каналы вещали одно и то же видео – счастливую парочку стоящую на капитанском мостике дирижабля. В парне легко угадывался недавний возмутитель спокойствия Комаришкин, а в девушке любой любитель светской хроники мог легко опознать похищенную принцессу.

– Что будем делать с Комаришкиным? – Григорий передал бокал Императору и встал рядом с ним. – Награждать?

– Придется наградить. – Император смочил губы в коньяке, посмаковал и продолжил: – А потом вешать.

– Вешать-то за что? Парень, как ни крути – герой! Не поймут! На всех каналах только о том, как он спас принцессу.

– А ты глянь на довольную моську рядом с этим обормотом! – кивнул на экран Император. – Лыбится, как кошка дорвавшаяся до сметаны!

Инквизитор отпил глоток, пригляделся и полностью согласился с Императором. Просто спасенные девицы так не улыбаются.

Глава 24

– Ну что, будущая Императрица, пора вставать! – я глядел на нежившуюся в моих объятьях девушку с интересом и потаенным страхом где-то в глубине души.

– Наследовать Империю может только лицо мужского пола… – заученно начала отвечать мне девушка, но тут ее глаза широко распахнулись: – Как и когда ты догадался?

– Когда увидел тебя привязанную обнаженной. Любой допель высшего должностного лица имеет гипноустановку на недопущение возникновения ситуации, которая может скомпрометировать основу.

Девушка только вздохнула в ответ на мои слова.

– Что должна была сделать допель принцессы поняв неизбежность происходящего?

– Сорвать кожу со своего лица и прекратить существование. – грустно ответила принцесса.

– Вот именно! – подытожил я. – Так что, встаем! Впереди еще много дел.

– Ты первый вставай и не оборачивайся! Мне стыдно!

«Ох уж эти девственницы, вечно стесняются первого раза» – подумалось мне.

– Тут неподалеку есть душевая, подходи туда через пять минут, я уже успею привести себя в порядок. – с этими словами я встал, подобрал одежду и вышел из каюты.

Спустя двое суток задержания я опять сидел в кабинете инквизитора Имперской Службы.

– Вот не можешь ты без приключений, Комаришкин! – вещал Григорий Всеволодович. – Зачем было по всем новостным каналам видео о спасении рассылать?

– Народ должен знать своих героев! – пожал я плечами. – Раз на меня навесили вину в похищении, то и информацию о спасении я имел право довести до всех желающих. Лучше скажите, как вы умудрились потерять похитителей?

Инквизитор скривился, видать тема была ему неприятна.

– Слухачи оплошали. Три дирижабля их вели, но влетев в облака похитители включили артефакт подавляющий звук и пока их искали вдоль потока ветра умудрились улететь в другую сторону. А говорю я это тебе только потому, что взятого боем трофея ты не дождешься! Изъято в пользу Империи, как стратегическая ценность.

Я только хмыкнул в ответ. Второй дирижабль такого класса мне был не нужен. Хотя артефакта жаль, пригодился бы.

– А теперь объясни, как ты попал на судно похитителей. – сменил тему Григорий.

– Подобрались поближе, Суссана помогла прыгнуть. – не стал темнить я.

– Твой лейтенант Кузнецов утверждает, что ты это сделал с 50 метров.

– Метры я не считал, но закинуть человека на 50 метров – это разве реально? – признаваться в усилении билдерняшки мне не хотелось.

Инквизитор промолчал. Попытки повторить бросок проводились. Даже привлекли к броскам горничную Комаришкина, но ни ей, ни более мускулистым парням бросить груз весом в 80 килограмм на приличную дальность не удавалось.

Давить на Комаришкина Григорий Всеволодович не хотел, не та ситуация, да и не столь важная информация. А секреты рода на то и секреты, чтобы их не разглашать направо и налево.

Награждали меня помпезно. Я стоял в новеньком костюме с медалью «За смелость» и орденом «Кровавый щит Империи» в Императорском зале приемов. Церемония проводилась исключительно для меня. Фактически, менее чем за неделю, я спас принцессу дважды.

И пускай первый раз был бутафорским, но второе спасение иначе как геройским и не назвать.

Император лично объявил о присвоении мне высшей степени отличия – звания «Герой Империи», прицепил к груди прилагающийся к нему орден «Защитник Империи» и прошептал так, что было слышно только мне: «Увижу рядом с принцессой, пришибу!».

Я в ответ только радостно улыбнулся, как никак нас снимают камеры новостных порталов. Интрижка – это одно, а становиться фаворитом принцессы меня совершенно не тянуло. Совсем!

Сумасбродная она! Надо же ей было решиться в тот день поменяться со своим допелем местами и попереться со мной в город, что бы «развеяться от духоты Имперского дворца». Надеялась на гвардейцев и ИСовцев, дескать – развлечение на пять минут, зашла с похитителями на дирижабль и вышла спасенной.

Мда… Если бы не случайная встреча в небесах – то развлечения ей бы хватило! Возможно, что и на всю оставшуюся жизнь, причем, возможно, весьма недолгую.

А потом, герольд зачитал указ об увеличении вотчины рода Комаришкиных. Мало того, что тайгу навязанную Губернатором «в освоение» перевели в земли рода, так еще и прирезали к ним в три раза больше! И ладно бы какой землицы нормальной, но нет – все дарованное располагалось восточнее, глухая тайга в своей первобытной непролазности!

Хочешь – не хочешь, а в ближайшее время мне предстоит отправится с инспекцией новых земель. Хорошо, что можно просто облететь земли по границе на дирижабле и предоставить формальный отчет в Имперскую географическую службу. Сибирская тайга до сих пор не исследована и всех владельцев участков обязуют составлять подробные карты родовых и клановых земель.

По бумагам род Комаришкиных стал самым крупным землевладельцем среди родов и кланов, не считая Императора, конечно. А в реальности – если бы не дарованное новым орденом освобождение от земельного налога, то род мог бы и разориться на выплатах, весь миллиард лет за сто на это ушел бы.

И вот стаю я такой под лучами софитов и объективами камер, жму руку Императору, улыбаюсь, а внутри – сплошное негодование. Одарили – так одарили! Плюс только один, будучи главой рода во время получения личного высшего звания в Империи, я одновременно с этим поднимал и статус рода. Как говорится: успех человека – это успех рода, а успех рода – благо для человека.

Юридически, Комаришкины теперь не род, а клан! И это первый и единственный случай в Империи, когда клан малого того, что состоит всего из одного рода, так еще и включает в себя всего двух человек!Прецедент, как ни посмотри.

Как только церемония закончилась, меня окружили галдящие репортеры. Каждый выкрикивал свой вопрос и пытался подсунуть мне под нос микрофон. Я окружил тело статическим электричеством и, подняв руку, пару раз щелкнул разрядами молний между пальцами.

Гомон вопросов подутих, самые настырные, стоящие практически вплотную начали вполголоса ругаться из-за сбоящей техники. В наступившей тишине я произнес:

– Теперь я глава клана и у меня мало свободного времени, но я готов ответить на несколько ваших вопросов. Только задавайте их по одиночке, иначе я просто уйду.

Поднялся лес рук и я ткнул пальцем в ближайшего.

– Как вам удалось найти и освободить принцессу?

– Я был просто в отчаянии, когда ее похитили прямо во время нашего свидания! Я бился как лев, но похитителей было слишком много. – сделав воодушевленное лицо начал я. – Черствые люди оболгали меня, сделали виновником похищения! Но я отмел прочь их инсинуации! Как только получил разрешение Имперской Службы удалиться из Имперска, тут же вызвал свой скоростной дирижабль и бросился на поиски прямо из своего особняка! Мою руку направляло провидение, а курс задавала сила любви! Я не находил себе места, пока в разрыве облаков не заметил дирижабль похитителей!

Я выдал столько пафоса в речи, что боялся того, как репортеры рассмеются мне в лицо. Но судя по их ошарашенному виду, они приняли все это за истинные чувства.

– Как вы смогли перепрыгнуть на истребитель похитителей? – задал вопрос кто-то из толпы, видя, что я не спешу выбрать следующего. – Судя по видео выложенному вашей горничной, это был просто огромный и очень опасный прыжок!

– Это был прыжок веры! – продолжал я отыгрывать роль. – Я верил в свою удачу и любовь дала мне силы совершить то, что не смогут повторить и спортсмены!

– Почему вы прыгнули на захват в одиночку? – спросил тот же голос.

– Ты идиот? – уже обычным тоном спросил я у репортера, жестко посмотрев ему в глаза. – Кого я по твоему мог взять с собой на абордаж? Свою горничную?

Репортер смутился, потупил взор, а я обратился к остальным:

– Так, судари и сударыни. Пресс-конференция закончена. За это скажите спасибо, тому, кто только что испортил мне настроение.

Не обращая внимания на галдящую толпу шелкоперов я пошел на выход. За спиной послышались звуки ударов, похоже неудачника влезшего с вопросами били всей толпой и, возможно, ногами.

Особняк встретил меня тишиной и сестренкой попивающий кофеек за небольшим столиком в холле.

– Приветствую главу клана! – отсалютировала она мне чашкой. – Раз уж ты вернулся из приключения, займись трупами в подвале.

– Трупами? – удивился я. – Откуда они?

– А это ты у Пантелея спроси. Он их там держит и отваживает всех пытающихся зайти страхом. Меня пустил, но убирать трупы я не согласна, да и куда я их дену?

– С трупами я разберусь, это не к спеху. А вот как ты узнала о духе?

– Он сам мне открылся. – ответила сестренка отставляя опустевшую чашку. – Тебя нет, а он чувствует, что в твое отсутствие главная тут я.

– Что кроме этого еще случилось?

– Да особо ничего. С «Имперского лимузина» прислали бумагу, твой опытный участок готов, оплата простоя берется с прибыли твоей доли акций.

Это не дело, придется заняться чертежами, акции должны приносить прибыль, а не тратиться, но, подвал ближе завода.

– Пантелей! – позвал я духа, спустившись в подвал.

– Я здесь, Хозяин!

Передо мной появилась туманная дымка в виде силуэта человека. Дух явно стал сильнее за это время.

– Веди и рассказывай.

– Они сами приходили, хозяин! Ночью приходили! Без приглашения! Я в своем праве, хозяин!

– Я тебя не ругаю, успокойся. – заявил я рассматривая тела уложенные штабелем.

Поодаль от тел лежало несколько кучек вещей. Одежда соседствовала с кучкой оружия, рядом бижутерия и приспособы для тайного проникновения.

Я прошелся внутренним взором вычленяя артефакты, ничего стоящего. Несколько Тленов Праха и тела вместе с уликами развеялись серой пылью. Вслед за этим я сунул руку в духа и откачал из него энергию покрыв затраченное на касты магии.

– За что, хозяин? – запричитал Пантелей.

– Раз ты на мусорил и мне пришлось прибраться, то справедливо взять с тебя энергию на уборку. – пояснил я.

Дух не должен быстро набирать много сил, от этого они дуреют и начинают пробовать обойти контракт. Да и не должен был он убивать, обездвижить, зафиксировать – да, но без смертей.

– Почему они мертвы, Панелей? – это следовало выяснить сразу, не соблюдающий договор дух, это что-то новенькое в моем опыте.

– Я схватил и держал первых, тратил силы, вас не было. Я обратился к хозяйке, она сначала испугалась, потом сказала, что энергии для меня у нее нет и чтобы я сам решал эту проблему. Я и решил.

Мда. Так вот всегда. Вроде и есть четкий договор, но его можно аккуратно обойти.

– Это все, Пантелей?

– Хозяин! Вы мне тело обещали! Я придержал одно. Оно в соседнем помещении.

Тело было обнажено и зыркало на меня злыми глазами. Дух не догадался использовать веревки и спеленал тело своей силой. Это и к лучшему. Удерживая он хорошо так тратился.

– Почему ты выбрал именно эту тушку?

Я разглядывал худенькую девушку лет 23. Странный выбор. Шатенка с короткой стрижкой, небольшая грудь, фигурка спортивная, но, какая-то недокормленная. Взгляд злобный, так и зыркает на меня из под челки.

– У нее хороший источник, хозяин. В этом теле мне не нужна будет подпитка. Я смогу малой частью быть в ней, а остальной сущностью охранять особняк и участок до самой ограды.

– И тебе больше не придется убивать вторженцев? – это был важный вопрос, если пытающиеся проникнуть в особняк будут пропадать, то дело может дойти и до неприятностей с ИСовцами.