Текст книги "Сбежать от заморского принца (СИ)"

Автор книги: Селина де Нис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Ну вот! Разрушил всю сказку! Внезапно мы вышли прямо перед самыми дверьми замка Шадомея. И вместо волшебной тишины неба нас накрыл вой охранной сигнализации. Передо мной появился во всеоружии Орлей и Шадомей с формирующимися серебристо-синими файерболами.

– Как ты сюда попала?

«Приехала!» – вывела я огнём на стене, чем сильно напугала Орлея, который попытался тут же залить её водой, в итоге испортил стену и тут же её восстановил.

– А мне кажется, прилетела! – ну, в чем-то он конечно был прав.

«Можно и так сказать» – не удержалась я, чтобы не позлить его.

– Не смешно. Портал сюда открыть нельзя, в ворота пройти без получения разрешения тоже нельзя.

Ну конечно! А то я не выходила за стены поместья, когда на голема наткнулась. Ну-ну. Да и порталы мне открыть откуда угодно куда угодно расплюнуть. Это здешние маги, даже самые сильные, в день могли открыть не более шести небольших или трёх больших порталов. И все. Их ресурс исчерпан. Именно поэтому магические лошади бесценны.

«Само получилось!» – не сдавалась я. Лошадь моя, и никому я её не отдам. – «Могу обратно уехать, если мешаю. Я думала, что никого нет»

– А кто это? – перебил открывшего было рот Шадомея мальчик лет десяти. Он очень был похож на верховного мага, из чего я сделала вывод, что это его сын. Или брат, в крайнем случае.

– Это Мартьян, мой сын, – представил его Шадомей, – а это Наина, приёмная дочь мэтра Тсандоро, за которую теперь отвечаю я.

В его словах так и слышалось «чтоб ты провалилась», но видимо помня, как вытаскивал Ракеллу, побоялся сказать эту фразу вслух.

Кажется, я покраснела. Смутилась точно. Шадомей, наверное, хотел провести праздник в кругу семьи с сыном и с невестой, а я бесцеремонно влезла.

«Ну, я лучше пойду» – высветила я на стене и повернулась к двери, как услышала одновременное «Ух ты!» от Мартьяна и «Оставайся уже» от Шадомея.

– А ты мне покажешь, как это делать? А когда? А это сложно? А зачем тебе это? А кто тебя этому научил?

До обеда мы просидели с Мартьяном в библиотеке, выискивая книги по иллюзиям. Когда Орлей не смог нас дозваться на обед, за нами явился сам лорд Шадомей, вытащил книгу по простейшей иллюзии и чуть ли не силой заставил нас спуститься в столовую.

Пообедав рекордно быстро, мы кинулись в библиотеку изучать книгу и тренироваться. Мартьян оказался способным учеником с сильным даром мага иллюзий. Поэтому вечер прошёл весело: охранная сирена включалась с завидной периодичностью, Орлей каждый раз воплощался перед нами во всеоружии, Шадомей готов был запускать в нас файерболами, а устав, пригрозил нам магическими кандалами, если мы не прекратим пугать духа, слуг и его.

– Не знал, что мой сын маг-иллюзионист, – констатировал Шадомей за ужином, – придётся тебя записать на дополнительные занятия в школе.

– А я думал, ты никому не скажешь, и я успею пошутить над своими одноклассниками, – сказал Мартьян и умоляюще посмотрел на отца. И добавил так, чтобы услышала только я:

– Я придумал таааакую штуку для ребят в группе…

Шадомей закатил глаза и уткнулся в тарелку, делая вид, что не замечает просительное выражение на лице сына.

* * *

На следующий день к обеду Мартьян отправился в свою закрытую школу, а мы с Шадомеем порталом вернулись в его столичный дворец. И наткнулись на Ракеллу.

– Что она делает рядом с тобой? Ты же сказал, что хочешь провести время с семьёй! – При виде меня её лицо вытянулось, и она набросилась на Шадомея с вопросами.

– Я это и делал. Ракелла, я проводил время со своей семьёй. Наина – часть моей семьи, так же, как и Мартьян.

– А я? Я, значит, не твоя семья? – взвилась Ракелла.

– Пока нет.

– Ну знаешь! – она развернулась и выбежала из дома. Шадомей бросил мне «Марш в Академию» и побежал вслед за ней.

Я не стала перечить и уехала на Аните. Простым шагом. Медленно и размышляя о произошедшем. Почистила Аниту, поблагодарила её и накормила яблоками. Получила штрафное занятие за то, что не оповестила Академию о своём отъезде, поужинала и плюхнулась в кровать. Завтра будут возвращаться студенты, делиться новостями с бала, рассказывать кто какие подарки получил, носиться, готовясь к отъезду, потому что послезавтра – отъезд на практику по распределению.

Глава 6. Магия смерти

Глава 6. Магия смерти

Глава 6. Магия смерти

Распределение на практику наша семёрка получила в Грандлин – небольшой город, который находился на границе с великой пустынной землёй и государством светлых фейри. В городе находился небольшой приграничный гарнизон, который больше обслуживал пропускной пункт, чем присматривал за пустыней. Место было тихое, спокойное и именно поэтому нашу семёрку отправили сюда.

Принцы рвались в бой и просились туда, где были контрабандисты и сильные выплески от дисбаланаса магии в источнике. И всю неделю подготовки к практике ныли и требовали от директора отправить нас туда, где от нас будет реальная польза. Ну кто же отправит на передовую наследного принца светлых фейри и младшего принца этого государства. Директор не рискнул.

Нас поселили в здании пограничной заставы, выделив большую комнату для девушек и две комнаты для принцев. В одной комнате устроились Кэлан с Леандро, в другой – Лукас с Веллором. Веллор хоть и учился на курс младше, но его всегда присоединяли к Лукасу, чтобы тот привыкал к заранее отведённой ему роли. И учился быть правящим королём. Так, на всякий случай. Всякое случается в жизни.

Альда вместе с ребятами занималась охраной пропускного пункта, стояла в карауле и занималась тем, чем должны заниматься на практике боевые маги. Нас же с Маритой отправили помогать в местную больницу. Дел в самой больнице было немного, поэтому я часто помогала на приёме населения. Вот там народу действительно было предостаточно. Поначалу местный лекарь не особо доверял мне, а потом выпросил для меня отдельный осмотровый кабинет, чтобы облегчить себе жизнь.

Вставала я ранним утром и бежала в приграничный лес. Там я набиралась сил и собирала травы. А вечерами мы собирались в общей комнате, писали отчёт группы, дурачились. Марита бегала в местный клуб на танцы. Надеялась как-то найти себе жениха, наверное. По моим наблюдениям, она готова была прильнуть к любому, кто благосклонно взглянет на неё или подарит цветы. Надо бы присматривать за ней, чтоб не вляпалась во что-нибудь.

* * *

«На что жалуетесь?» – вспыхнули огненные буквы на стене, и бабулька в платке и наглухо застёгнутой блузке шарахнулась к двери. Но девочка-подросток с язвами на щеках смело села на стул напротив меня и попросила снять с неё порчу. Пришлось объяснять, что я не занимаюсь колдовством, но помочь ей смогу. Хотя девочка была права: просканировав её магическим зрением, я обнаружила чёрную точку, которая начала разъедать её кишечник. Ничего для меня сложного не было, но я же не могла это показывать, поэтому пришлось укладывать её на софу и накладывать примочки. Пока накладывала примочки, убрала черную точку, попутно сняв с неё матрицу. Ну не могу же я, махнув рукой сказать, что все пройдёт. Оно-то пройдёт, конечно, но люди-то не поймут. Сдадут инквизиции.

На прощание я дала девочке пузырёк с травяной настойкой и велела протирать лицо каждое утро и вечер после умывания. Если через неделю не пройдёт, то можно вернуться за ещё одним флакончиком. Но я знала, что пройдёт.

– Отродясь столько не моемся! – угрюмо посмотрела на меня бабулька и потянула девочку к двери. Но та выдернула руку и взяла флакончик.

«Не бойся!» – высветила я на стене и улыбнулась обернувшейся девочке.

Это был самый первый случай некроза, с которым я столкнулась в этом городе. Да и в этом мире. А потом ко мне стали приходить с похожими жалобами всё чаще. Пока ещё я могла незаметно избавлять людей от этой болячки, но наступит время, когда всё станет известно.

Ах как жаль, что я не уделила достаточно внимания лекциям по неупокоенным. Точнее лекциям-то я внимание уделила, а вот почему не пошла в библиотеку? Всё, что я припомнила, это то, что именно нежить вызывает некроз. А язвы – это симптомы начинающегося некроза. Некроз не лечится в этом мире. А умирают люди от этой болячки очень и очень мучительно.

По правилам, я давно должна была отправить секретный отчёт инквизитору о происходящем здесь. Но тогда сюда нагрянет орда инквизиторов и заражённые люди умрут, пока не найдут бродивших неупокоенных. И я решила иначе.

* * *

Я кружила по лесу в поисках не знаю чего. Вообще, это была плохая затея: как я планировала найти какую-то нежить? Я ж не инквизитор, не боевик. «Сядь на пенёк, съешь пирожок» – всплыли слова из сказки какого-то из миров, в которых я побывала. А вот и он. Этот старый пенёк, облепленный со всех сторон пушистым мхом, я облюбовала ещё в первые дни своих лесных походов. Мне нравилось по утрам сидеть на нем, слушать шёпот ветра и смотреть на причудливые узоры солнечных лучей, которые пробивались сквозь кружевную листву.

Хруст веток под ногами. Тяжёлая поступь. Я резко обернулась и увидела ЕГО. Упыря? Вурдалака? Вампира? Нежить, короче. Он был больше похож на скелет с остатками плоти на костях, гниющим лицом и страшными горящими черно-красными глазами. Эти глаза мне напомнили кристалл, который я вытащила из голема. И тут мне стало страшно. Я вспомнила, что нежить такое же порождение некроманта, как и голем. А как победить нежить? Выковырять его глаза? Но как? Не ложкой же? Я хихикнула, и нежить рванула в мою сторону. Не знаю почему, но я запустила в него белый инквизиторский файербол и одновременно прикрылась щитом. Некромант разлетелся на части, а щит спас меня от разлетевшейся плоти. Не пришлось оттирать от себя эту гниль.

И вдруг наступила тишина. Ни пения птиц, ни звука моих шагов, ни жужжания пищалок. Я сделала ещё несколько шагов и сквозь деревья увидела две фигуры, похожие на нежить и ещё одну. Женскую. Я подошла ещё ближе, ещё. Но рассмотреть никак не могла. Ещё ближе. И я увидела.

С двумя упырями сражалась девочка-подросток с белыми серебристыми волосами. Она усиленно орудовала мечом, который светился голубоватым блеском в её руках. Парочка монстров наседала на девчушку, и я вдруг испугалась, что не успею ей помочь.

Я уже приготовила инквизиторский файербол и плетение защитного купола для себя и незнакомки, как в голове услышала голос «Защитного не надо». Значит, девушка меня заметила. Ну не надо, так не надо. Нужна только помощь. И я запустила файербол в ближайшего ко мне упыря. Он так же разлетелся на куски, как и предыдущий. А третьего убила незнакомка. Она отрубила ему голову, а потом начала копаться в его внутренностях. Меня чуть не стошнило, а она продолжала в них копаться и что-то искать. Удовлетворённо вскрикнув, она подняла руку и магическим зрением я увидела какую-то чёрную нить. А незнакомка размахнулась мечом и перерубила её. И упырь, вздохнув с благодарностью, рассеялся в прах.

Вдруг, плоть, раскиданная вокруг зашевелилась и начала собираться обратно в чудище. Я опешила, а девчушка быстро сориентировавшись перерезала нить повторно восставшему некроманту. А вот третьего самособравшегося упыря мы заметили не сразу. Он успел подкрасться к нам сзади и набросился на незнакомку. Та в развороте умудрилась как-то отрубить ему голову. А потом повторила процедуру с нитью.

Усталые, мы плюхнулись на землю и стали рассматривать друг друга. Меня пристально рассматривали льдисто-голубые глаза на прекрасном, но очень холодном лице. Яркие алые губы и бледная, почти белоснежная, кожа. Она застонала и прикрыла глаза, и я увидела укус на её руке, который виднелся из-под разорванного рукава роскошного пурпурного боевого костюма. Кто-то из этой троицы успел цапнуть её. Я протянула руку, чтобы осмотреть рану, но она отдёрнула её. Я всё же успела быстро просканировать и увидела чёрные точки некроза.

– Так ты обладаешь знаниями?

Я покачала головой, взяла её руку и быстро избавилась от гадости, вытащила из пространственного кармана рулон белых тряпиц и морозник и забинтовала рану.

«Не бойся. Гниль не распространится. Только рану надо будет обработать потом», – вывела я светящиеся буквы на стволе дерева, на которое мы облокачивались.

– Спасибо! Я знаю. А рана заживёт минут через двадцать-тридцать. Она неглубокая, а у нас быстрая регенерация.

«А кто ты? Как тебя зовут?»

– Я – мара, охочусь на нежить, – с гордостью проговорила незнакомка, – а ты что здесь делаешь?

И я рассказала ей про больных некрозом-гнилью, про то, что количество людей с этой бедой стало увеличиваться, и я решила подтвердить свои подозрения прежде, чем отправлять доклад инквизиторам.

– Это не конец. Будут ещё нежити. Где-то поблизости резвится некромант. Если судить по силе этих упырей, он ещё только учится поднимать их из земли. А здесь ему удобнее, потому что рядом с великой пустынной землёй он сам и его творения подпитываются магией из источника.

«Но ведь это опасно для мира!» – я попыталась передать возмущение с помощью пылающих букв.

– А ему всё равно. Некроманты хорошими не бывают. Тебе пора. Уже темнеет. Сама дорогу найдёшь?

Я кивнула, хотела помахать маре рукой, но та уже исчезла за деревьями. И мир наполнился звуками.

В город я вернулась, когда начало темнеть, а друзья уже собирались искать меня. Они наперебой кинулись расспрашивать меня что случилось, когда увидели кровь на моем костюме. Сказала, что поранилась, но ничего страшного.

Запершись в ванной комнате, я сняла костюм и распылила его вместе с остатками крови мары. Не хочу, чтобы она попала в чужие руки. Своим друзьям я доверяю, а вот Марите – не очень.

* * *

Моё терпение лопнуло, когда ко мне в кабинет вошла женщина, упала на колени и протянула ко мне запелёнатого младенца. Я растерялась и попыталась поднять её с колен. У неё из глаз ручьями лились слезы, и похоже она не могла говорить из-за сдерживаемых рыданий.

Бросив попытки её поднять, я взяла младенца и распеленала. Видимо, на моем лице отразился такой ужас, что женщина завыла в голос, и в кабинет ворвался мэтр Леонто, дежурный лекарь на приёме. Увидев младенца, лежащего на детском столе для осмотра, он отшатнулся и судорожно стал искать носовой платок, которым на своих приёмах он все время вытирал то нос, то губы.

А прийти в ужас было от чего: всё тело младенца было покрыто струпьями и бордово-черными язвами. Запах, исходивший от него, напоминал запах трупа, пролежавшего без холода несколько дней. Я даже засомневалась, жив ли младенец. Но он открыл глаза и всхлипнул.

«Когда это началось?» – высветила я на стене

– Вчера, – выдавила из себя женщина, – вчера днём, когда мы пришли из леса ещё ничего не было.

Так быстро? У других эти язвы проявлялись в среднем дня через два или на следующий день, если организм был послабее. Может, потому что это младенец? И он элементарно просто слабее более взрослых людей? Или они подошли ближе к …? Ближе к чему? Или к кому?

* * *

Звенящая тишина: ни хруста подмёрзших листьев, ни щебетания птиц. Даже вечно жаждущие крови пищалки куда-то попрятались. Странно. Такое затишье ощущалось только когда я видела мару, расправляющуюся с не до конца упокоенными. Проверив защиту, двинулась дальше. Покружив по полянке и не найдя нужных трав, я уже повернулась, чтобы скрыться в тени деревьев, но краем глаза зацепила какое-то движение. Даже не движение, какое-то лёгкое дуновение.

– Помоги! – еле слышно донеслось откуда-то.

«Звук откуда-то справа снизу,» – прошелестел в голове Гекс, и я осторожно направилась туда. Знакомая серовато-голубоватая дымка не давала разглядеть, что же лежало у большого прóклятого камня.

Снова еле слышное «Помоги!», и сквозь голубоватую дымку я разглядела свечение льдисто-голубых глазах мары. Не задумываясь, я бросилась к ней.

«Берегись!» – проорали у меня в голове, и я отскочила в сторону. Вурдалак. Упырь. Вампир. Как его там – от названия суть не меняется. Только этот какой-то уж очень огромный. Запустила в него зачарованным файерболом, вторым. Потом попробовала белый, инквизиторский. Не помогло: он только отмахнулся от них как от назойливых пищалок. Практически внимания не обратил и нагнулся к маре. Видимо, умертвий умертвию рознь. Завизжав что есть силы, я как глупая девица бросилась в его сторону и с разбега сбила с ног. Думаю, упал он скорее от неожиданности, чем от силы удара.

Учитывая мой рост, на физическую силу я рассчитывать не могла. Во всяком случае чудище упыристое переключилось на меня и издало громоподобный вопль устрашения. Споткнувшись о какую-то корягу, я шлёпнулась на спину и в ужасе стала отползать назад. Я судорожно шарила руками по земле, но под руку не попадалось ни прутика, ни щепки. Даже земли в ладонь не набрать было – всё было сковано лёгким морозцем.

Внезапно ладонь чем-то сильно обожгло, и перед глазами повисла пелена. А в руке, которую я отдёрнула, засветился голубым сиянием меч. Недолго думая, я выставила его перед собой, нацелив его острие на упыря. Тот попятился. Уже хорошо. Как встала на ноги не помню. Помню только как время замедлило своё движение, как чудище упыристое медленно-медленно стало поднимать руки, а вокруг него извивались пять оборванных и одна целая жирная черная нить, тянущаяся к какому-то невидимому источнику наверху.

Посильнее перехватив меч двумя руками, я кувыркнулась под ноги упырю, а когда он с грохотом рухнул, перерезала эту черную нить. Мне показалось, что ничего не произошло, потому что чудище кинулось на меня и нацелилось перекусить мне шею. Двигалось оно почему-то очень медленно, но все равно мне с ним было не справиться. Я ж не маг-боевик. Может, когда-нибудь в будущем. Если доживу. Я зажмурилась от зловонного дыхания, приближение которого означало скорую смерть. Господи, как маленькая – глаза закрыла, значит спряталась, а в голове крутились какая-то фраза, которою я никак не могла ухватить. Стало смешно и до жути обидно, что я не могу ничего вспомнить. Настолько, что мои губы непроизвольно произнесли слова «Уйди с глаз долой, из земли пришёл, в землю вернись!»

И снова звенящая тишина. И воздух. И снова стон:

– Помоги!

Открыла глаза, огляделась. Никого. Чудище куда-то делось, и я, качаясь, поднялась на ноги, сделала шаг и тут же споткнулась о какой-то холмик земли. Побрела к маре. Я ж здесь лекарка как-никак.

«Что-то ты поздно об этом вспомнила» – раздался голос Гекса в голове. – «Вот зачем, зачем ты полезла в драку?! Ты ж не боевик, нужно было вызвать ребят на помощь. Они боевики, убрали б его за полминуты. Попрактиковались бы заодно».

«А пока я звала бы на помощь, он сожрал бы мару. И вряд ли они бы справились с ним».

«А если б он сожрал тебя? Потом бы все равно сожрал бы и её»

«Это уже риторический вопрос», – закончила я разговор и наклонилась к маре.

Она была жива, но сильно ранена. Крови на земле было очень много, великолепный костюм был тоже пропитан кровью, а в животе зияла огромная рана. Как-будто оттуда выдрали кусок плоти. Вздохнув, я принялась за дело. Морозный денёк оказался очень даже кстати. В прохладе заниматься ранами безопаснее. Для раненых. И сложнее для лекарей. Поэтому пришлось сконцентрировать тепло в кистях рук и шить. Промывать и шить. Не знаю, действовал ли на такие существа как мары эфир дурманящего лопуха и обработка снежным морозником. Использовать магию для обезболивания я не решилась, потому что не знала, как здешняя магия действует на таких существ как мары. И пока я занималась раной, она не произнесла ни звука и, надеюсь, не чувствовала боли.

Убедившись, что мара без сознания, оглядевшись по сторонам и повесив завесу невидимости, я активировала заклинанье сканирования. Не то чтобы оно было запрещённое, о нем просто не знали в этом мире и могли обвинить во всем, о чем я и подозревать-то не могла. Сложно, конечно, контролировать, что знают, а что не знают в этом мире и использовать только разрешённую и известную здесь магию. Наставник учил меня этому все то время, пока был жив. Да и целительству, которое работает в этом мире тоже. Магией врачевания он владел такой, какая и не снилась мэтрам Академии.

Сканирование показало, что задета бедренная кость и там начался первичный процесс некроза. Но здесь хотя бы никто не увидит, что именно я делаю, чтобы вытравить эту гадость из тела. Призвав лазерное свечение, пришлось быстренько и на свой страх и риск прижечь гниль. Плохо было то, что сосуды в глубокой ране все ещё кровоточили. Хотя у мар, насколько я помню из той краткой беседы, ускоренная регенерация ран. Плюс холод должен был способствовать остановке кровотечения. Я на это сильно рассчитывала, но процесс шёл очень медленно.

Теперь бы перенести её в дом, но желательно, чтоб никто не видел. Значит, надо подождать пока стемнеет и активировать артефакт левитации. На руках я её точно не дотащу. А если дотащу, то уже полуразвалившимся трупиком.

– Меч. Где мой меч? – донеслось до меня еле слышно.

– Ты его можешь взять. – Скорее констатировала, чем спросила меня мара, когда я положила меч рядом с ней. – Значит, ты связала его своей кровью.

Я посмотрела на едва затянувшийся рубец на ладони и вздохнула. Ну что я опять сделала не так?

– Возьми его, он укажет путь.

Путь куда, интересно? Ладно. Думаю, что не в Грандлин. Тогда можно уже и начать двигаться. Положила поближе обезболивающее средство, осмотрела раны, активировала амулет левитации. Теперь меч.

Когда я взяла его в руки, он вновь засветился голубым. Как тогда, когда я направила его на чудище упыристое. Только пелены перед глазами не было. И время вроде бы текло нормально. Из вершины меча вырывалось свечение, которое сформировало узкий тоннель из морозных узоров, по которому я и направилась, не забыв подтягивать за собой раненую девушку.

К позднему вечеру, следуя морозной тропой, мы вышли к величественному сооружению, покрытому дымкой. Льдисто-голубая невесомая, но в тоже время плотная дымка мерцала как снежинки и укутывала здание так, что разглядеть можно было только общие формы.

Светящийся тоннель, в какой-то момент, я даже не заметила в какой, превратился в тропку из морозных узоров, упёрся в эту мерцающую вьюгу и потерялся в её глубине. Я остановилась в нерешительности. Всю дорогу я вспоминала, что я знаю о марах. Практически ничего, кроме того, что это служительницы богини Мораны, которые оберегают людей от неупокоившийся нечисти. Жриц осталось очень мало, и появлялись они только в тех случаях, когда с чудовищами никто не мог справиться. А уж увидеть храм Мораны казалось вообще невозможным.

Из закрутившейся вьюги передо мной материализовались три очень красивые женщины. Пока мы шли морозной тропой, мне удалось рассмотреть мару как следует. Она была очень красива. Красива красотой смерти. Тонкие черты лица, бледная, почти белая кожа, алые губы. Эта же белоснежная троица была очень похожа на мою мару – почти одно лицо. Даже цвет глаз у них был одинаковый – льдисто-голубые. Чем объяснить их сходство?

– Добро пожаловать в храм Мораны, гостья из иных миров!

* * *

«Интересненько! Они-то откуда знают? Или тоже гостьи в этом мире?»

– Нет, мы не гостьи иного мира. Мы – жрицы богини Мораны и нам доступно больше, чем другим.

«Они что, мысли мои читают?» – спросила я почему-то Гекса.

– Нет, не читаем. Просто слышим твою речь. Также как твой загадочный Гекс.

«Ну… тогда… я пойду?» – почему-то сформировался в голове глупый вопрос.

– Не бойся! Погости у нас, мы тебя не обидим, – улыбнулась мара, которая, по-видимому, была старшей среди них. – А тебе, думаю, будет интересно.

Мы двинулись к мерцающей вьюге, которая красивым спиральным вихрем снежинок окутывала здание. Старшая мара взмахнула рукой и перед нами открылся светящийся серебристый проход, который вновь завьюжился за нашими спинами, когда мы прошли в него, чтобы скрыть нас от посторонних глаз.

А перед глазами возник величественный храм, который, казалось, был создан изо льда. Он буквально сверкал серебристыми огоньками, которые придавали зданию какую-то волшебную лёгкость и делали его мистически нереальным.

К раненой маре сразу подбежали несколько жриц, переложили её на носилки и унесли внутрь храма. Вслед за старшей марой я вошла в огромный хрустальный зал.

– Ты много сделала для нас. Не перебивай. Нас очень мало осталось, и каждая из нас – великая ценность. Отдохни, подкрепись с дороги, а после мы поговорим. Сейчас мне нужно к сестре, а тебя проводят в комнату для отдыха. – Она подозвала одну из мар, стоявших поодаль, что-то сказала ей на непонятном мне языке, отвесила полупоклон и исчезла.

В небольшой, но уютной комнате, куда меня проводили, уже горел камин, и стоял поднос с ужином. Наверное, ужином. Но не с завтраком же. Только скинув тёплый меховой плащ, я почувствовала, как устала. Кое-как запихнув в себя ужин, я рухнула на кровать и отключилась.

* * *

Спустя три дня я с сожалением покидала храм Мораны. Мне было тепло и очень интересно с марами, несмотря на прохладу внутри ледяного храма. Как зовут мар, я так и не узнала – не полагалось простым смертным знать имена жриц богини смерти.

Но зато меня научили исправлять нити жизни, посвятили в некоторые тайны целительства. Ещё вживили заново и укрепили мою нить здоровья, а хозяйскую привязали к моей.

– Запомни: ты можешь позвать нас в любой момент. Просто подумай о нас, и кто-нибудь из сестёр придёт тебе на помощь, – проговорила старшая мара и провела ногтем от шрама на моей ладони к запястью. На руке до локтя расцвели и заискрились морозные узоры, – Это метка Мораны. Ни одна из мар не откажет тебе в помощи.

Я обняла старшую мару и как можно чётче постаралась сформировать слова благодарности и направить их всем провожающим меня жрицам.

Я низко поклонилась сёстрам, вздохнула, повернулась и вышла во вьюжистые двери.

* * *

Какое-то время я шла в тишине морозного леса, любуясь узорами заснеженных ветвей, в которых отражались лучи закатного солнца. Я наслаждалась тишиной и свободой леса и собирала волшебный снежный морозник. Этот в прямом смысле слова бесценный цветок рос и цвёл только зимой, только в мороз. Я уже насобирала целую корзинку, когда, поднимаясь с коленок и подхватывая добычу, практически уткнулась носом в чьи-то сапоги. Медленно поднимая голову, я упёрлась взглядом в прищуренные глаза Дамиана.

Его взгляд поразил меня: на миг в его глазах мелькнула радость и облегчение, но мгновение спустя в нём появился гнев.

– Как ты смеешь исчезать! – рыкнул он и рывком поставил меня на ноги. Он нагнулся ко мне низко-низко и, почти касаясь моих губ, прошептал:

– Никогда. Не смей. Исчезать! – Он прижал меня к себе и судорожно сглотнул.

Я услышала, как бешено колотится его сердце, как неровное дыхание не даёт сказать ему ни слова. Я подняла к нему своё лицо и заглянула в глаза. Жар его тела проходил сквозь одежду и обжигал меня. Внутри груди зародилось непонятное волнение, и я вдруг сильнее прижалась к нему и уткнулась носом в его грудь, вдыхая запах его мужского тела, смешанный с запахом морозного воздуха. Его руки нежно прошлись по моей спине, а потом он резко отстранился, помотал головой и окинул меня холодным взглядом.

Услышав голоса людей, Шадомей подхватил меня за локоть и потащил к ним.

– Мы ещё договорим, когда вернёмся.

* * *

Никакие доводы и уговоры не подействовали на Дамиана, и под его пристальным взглядом мне пришлось спешно собираться, чтобы уже через полчаса, отъехав на безопасное расстояние порталом прибыть в замок Шадомэй. С друзьями мне не дали ни попрощаться, ни тем более поговорить. Кто бы мог поспорить с Верховным магом. Пришлось подчиниться.

* * *

– Неужели ты не понимаешь! От тебя несёт магией Смерти! – Шадомей уже почти кричал.

Вот уже час он пытался добиться от меня правды. А я всё никак не могла понять, чем ему не нравится моя версия. Ну, потерялась, ну заблудилась. Ну, плутала три дня. А оказывается, он увидел хвосты магии мар, которые не успели развеяться пока я собирала морозник. Не просто так он носит титул Верховного мага в этом мире.

После допроса, устроенного Дамианом, я чувствовала себя разбитой и усталой. Я рассказала ему всю правду. Ну почти. Умолчала только о том, что провела три дня в храме Мораны. Сказала только, что с марами время течёт по-другому, и мне показалось, что я всего лишь задержалась до позднего вечера.

* * *

Кажется, я проспала до полудня. Когда я спустилась в столовую, там уже все было убрано. Ладно, пойду в библиотеку.

– Что тебе здесь надо? – услышала я голос Шадомея из-за двери библиотеки, – Я тебя не звал.

– А я и не ждал твоего приглашения. – Я даже не сразу узнала голос мэтра Левего, настолько высокомерно он звучал. – Я здесь как дознаватель. Мне нужно допросить Наину.

– Я уже допросил и всё тебе сказал. Этого вполне достаточно.

– Достаточно?! – взвился Левего, – Ты хочешь, чтобы это повторилось?! Чтобы повторилось как с Анабель?

– Не смей произносить её имя!

– А что? Это ведь ты виноват, что она погибла. Это ты послал её на смерть.

– Замолчи! Я любил её.

– Ты и Наину также на смерть пошлёшь? Как вообще могло случиться, что команда принцев и Наина оказались в месте прорыва и возмущения магии? В месте, где ещё в прошлом году видели нежить?

– Так, может этот вопрос надо задать директору Академии? Как так могло получиться?

– А и задам!

Я кашлянула. А то уж совсем неудобно получится, если меня всё-таки застукают.

«Простите, что помешала. Я сейчас уйду» – вывела я на стене огненные буквы.

– Наина, мэтр Левего вполне удовлетворён информацией о произошедшем, которую я передал ему. А ещё он сообщил, что ты сильно отстаёшь по боевой подготовке. Поэтому, он позанимается с тобой индивидуально до конца каникул. – И обратился к инквизитору: – Мэтр Левего, Орлей проводит вас в вашу комнату и пригласит на обед. Завтра утром вы возвращаетесь в Академию. А ты Наина, останься.

* * *

«Кто такая Анабель?» – вывела я на стене алые буквы. Лучшая защита – нападение. Тем более, мне было очень интересно это узнать.

– Это моя жена, мать Мартьяна. – Он сидел напротив меня с невозмутимым лицом.

«Что с ней случилось?» – я уже не могла остановиться, но взглянув на лицо Шадомея, пожалела, что вообще прервала их разговор. Надо было тихонько уйти и сидеть в своей комнате.

– Она… Она была отличным магом-боевиком и магом иллюзий. И не отсиживалась за спинами других. А я не смог ей отказать.

Мне вдруг стало невыносимо жаль этого сильного, влиятельного человека, который сидел напротив меня и пытался следить за игрой света в бокале с виски.

– Я очень любил её. И я же послал её умирать.

«А как же Ракелла?» – вывела я на стене, а потом, испугавшись быстро убрала надпись. Ну что я за человек? Вместо слов поддержки, я написала язвительный вопрос. Я что, ревную?! Его?