Текст книги "Городок у бухты"

Автор книги: Сьеджин Пасторос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

12. СЛУЧАЙНЫЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ

Послушав совета Джоша Фостана, Май О’Брайан пренебрёг правилами приличия и набрал номер мобильного телефона Сэйта. Стюарт согласился на встречу, но не собирался нарушать своих планов ради помощи коллеге: после полудня семья собиралась покинуть город. У Мая оставалось всего пара часов, чтобы встретиться с юрисконсультом и попытаться уговорить его помочь в деле о наследстве.

Боб Сарански безрадостно сел в машину матери, готовый отправиться в лагерь на две недели раньше намеченного срока. Чем спорить с Сьюзан, подросток решил подчиниться, думая, что если ему станет скучно, пусть мать пеняет на себя; в любом случае это была её идея. Бабушка так и сказала: «Если твоя мать будет чувствовать себя лучше, отправив сына с глаз долой, не упускай шанса как следует развлечься». Боб понял замечание Клаудии по-своему.

– Один из работников отдела образования отправится в лагерь сегодня после обеда, – говорила Сьюзан, ведя машину. – Он тебя отвезёт.

Боб безучастно рассматривал вид за окном.

– Бобби, нечего сердиться, – продолжала Сьюзан. – Ты же хотел в лагерь, готовился. Теперь у тебя есть шанс хорошо отдохнуть.

Сын продолжал молчать, мечтая о времени, когда ему ненужно будет слушать мать, и можно строить собственную жизнь так, как хочется. Машина ехала по старому кварталу, напоминавшему Сьюзан о романе с одним из самых симпатичных мужчин в городе. По-привычке женщина посмотрела в направлении, где стоял дом Стюарта. Перед фасадом светло серого коттеджа с тёмно-зелёной крышей, Сэйт прогуливался вдоль тротуара с каким-то мужчиной. Его жена укладывала вещи в машину. Подъехав ближе, Сьюзан сбавила скорость, присматриваясь к бывшему любовнику. Собеседники остановились, и лица развернулись в сторону дороги. Сьюзан моментально почувствовала, как в груди защемило. Стюарт разговаривал с Маем О’Брайан, причём было видно, что адвокат темпераментно уговаривает Сэйта. Почувствовав взгляд со стороны, Стюарт глянул в сторону машины, догадавшись по цвету и модели, кто может быть за рулём. О’Брайан тоже заметил автомобиль Сьюзан, почувствовав прилив крови к лицу.

– Май, хоть мы и коллеги, но я не уверен, что смогу помочь, – оторвав взгляд от удаляющейся машины, ответил Стюарт. – Это касается не только меня, но и моей семьи. А я счастлив и не хочу ворошить старое. Тем более, связываться с Сьюзан, нет, уволь.

– Что ж, я прошу прощения, что отвлёк от домашних хлопот, – ответил Май. – Но ты всё-таки подумай, ведь если не остановить Сарански сейчас, кто знает до чего она дойдёт в дальнейшем. Я понимаю, это звучит немного пафосно, но дело не только в мальчишке и деньгах. Многие ненавидят Сьюзан, но никто не решается встать у неё на пути.

– Май, не дави на меня, – улыбнулся Стюарт. – Не забывай, я тоже юрист и бываю в судах. Умение произносить речи у нас в крови. Только я не поставлю на карту своё семейное благополучие, даже во имя самых высоких и благородных целей. Нет, Май, прости, но нет.

Стюарт похлопал коллегу по плечу и направился к супруге.

Сьюзан была в ярости. Она знала, кто затеял шумиху в прессе и догадывалась, о чём могли разговаривать Сэйт и О’Брайан. Судя по всему сторона Брейкмана узнала об истинном отце Боба. В любом случае сына нужно было отправлять в лагерь, подальше от адвокатов, журналистов, сплетен и прочих неожиданностей. Передав Боба сотруднику отдела образования, Сьюзан закрылась в кабинете, набрав номер своего адвоката.

– Лу! – чуть не кричала она в трубку. – У нас проблемы. О’Брайан встречался с Сэйтом.

– Мисс Сарански, я не совсем понимаю, о чём речь, – ответил адвокат.

– Лу, это… это… – Сьюзан не знала как сообщить адвокату об истории шестнадцатилетней давности.

– Мисс Сарански?

– Лу, нам нужно встретиться. Не по телефону, – вымолвила Сьюзан.

Выезжая за город, жена Стюарта Сэйта, заметила изменившееся настроение мужа и не удержалась от вопроса:

– Что случилось? После разговора с Маем, ты сам не свой. Что-то по работе?

– Не совсем, – уклончиво ответил Стюарт.

– Если ты ещё не готов это обсудить… – попыталась расшевелить его жена.

– Лора, это касается моего прошлого, – ответил Стюарт. – Дай мне время, чтобы самому понять что происходит.

Несколько лет назад, после первой встречи с Лорой, Стюарт быстро понял, что нашел именно такую женщину, с которой ему суждено провести остаток жизни. Избранница была прекрасна; пожертвовав в шестнадцать лет карьерой фотомодели, Лора поступила в юридический колледж, а после в университет и получила диплом социолога. Когда стало известно, что она беременна, Лора приняла решение поставить семью на первое место, тем не менее, продолжая заниматься своей работой. Она прекрасно справлялась с домашними заботами и не бросала любимую науку, не забывая в то же время о муже и семье. Стюарт был покорён способностями супруги и не мог представить, как бы сложилась его жизнь, не встреть он Лору. Даже сотрудники в офисе немного завидовали отношениям шефа с женой, понимая, как важен в бизнесе надёжный тыл.

Перед свадьбой, Лора настояла, чтобы Стюарт рассказал ей обо всём, что было в его жизни до их встречи. Для того чтобы избежать неприятных ситуаций в будущем, невеста хотела понять, что и кто были важны её избраннику раньше. Встретив понимание и почти философское отношение к своим прежним романам и знакомствам, Стюарт понял, что его жена не только красавица, но и прекрасный психолог. В ответ Лора поведала мужу и о своих женских тайнах. После откровений, никакие слухи и сплетни «доброжелателей» не могли повредить их отношениям. Открытость и доверие стали основами крепкой семейной жизни Сейтов, где явь не дожидалась тайны.

– Это касается Сьюзан, – наконец сказал Стюарт.

– Сарански? – переспросила Лора.

– Да. Май утверждает, что Боб мой сын. Чушь какая-то…

– Ты мне говорил, что Сьюзан забеременела не от тебя, – напомнила Лора.

– Так она и мне говорила, – ответил супруг. – Когда я заметил, что она беременна, я подумал, что это мои старания, но Сьюзан призналась, что поддалась под чьё-то влияние. Я тогда вспылил, наговорил ей гадостей. Я тебе рассказывал.

– И что теперь говорит Май?

– Май представляет в суде интересы Виктора Брейкмана, с которым тягается Сьюзан, – Стюарт нервно сглотнул. – По результатам сравнительного анализа ДНК, оказалось, что…

– Что? – не выдержала Лора, когда муж надолго замолчал.

– Перед Сьюзан я встречался с женой Ала Брейкмана. Я тоже тебе об этом рассказывал, – Стюарт припарковал машину на первом удобном для отдыха месте.

Лора догадалась, что имеет в виду муж. Она поняла, что Стюарт не в состоянии вести машину из-за нервного напряжения.

– Стю, садись на моё место, – предложила Лора. – И не волнуйся. Я всё прекрасно понимаю. Уверена, мы найдём выход.

Лу выслушал откровения своей клиентки, впервые пожалев, что взялся за это дело. То, что Сьюзан с самого начала не рассказала тонкостей ожидаемого процесса, убедив адвоката в заведомо ложной информации, заставляли юриста отказать Сарански в своих услугах. Но принимать такое решение без консультации с руководством, Лу не решился.

– Мисс Сарански, если честно, то я не вижу повода продолжать тяжбу. Конечно, я доложу руководству, но предполагаю ответ. Так что будьте готовы отказаться от процесса или начинайте искать другую контору. По опыту скажу, что вряд ли кто-то из мало-мальски порядочных адвокатов возьмется за это дело.

– Лу, – не понимая, как ей могут отказать, возмутилась Сьюзан, – я плачу гонорар! Вы не можете так поступить.

– Откройте контракт, – ответил адвокат. – Там чёрным по белому написано, что если клиент предоставляет заведомо ложные сведения, то фирма имеет право отказать в услугах. Таковы правила.

– Но я не обманывала, – выкручивалась Сьюзан. – Я действительно не уверена, что Сэйт может быть отцом Боба. Это просто моё предположение. Ведь результаты анализа положительные. Бобби имеет связь с Брейкманом.

– Об этом знает весь город, – ответил адвокат. – Как и о том, что Вы принадлежите к давнему роду Лярош, и что Брейкманы были отвергнуты вашими предками. Сьюзан, я закрывал глаза на то, что говорят в прессе, но вы мне только что рассказали, больше, чем все местные газеты и телеканалы. Я доложу руководству.

Непривыкшая к отказам Сарански, вышла из офиса адвоката, излучая гнев и ненависть ко всему окружающему. Задержись она на минуту в конторе, пожарные получили бы тревожный сигнал на пульте охраны. Не надеясь на помощь адвоката, Сьюзан направилась к дому Стюарта.

– Они уехали на две недели, – сообщила соседка. – Куда-то к океану.

Сьюзан впервые за несколько дней улыбнулась.

– Лу, – снова говорила она в телефон, – Сэйт уехал на две недели, он нам не помеха.

– Мисс Сарански, – ответил адвокат, – я рад, что у вас появилась надежда, но боюсь нам необходимо встретиться ещё раз.

Сьюзан не стала терять драгоценных минут. Когда она снова сидела в кабинете Лу, юрист сообщил:

– Руководство предложило поднять гонорар втрое. Только после этого я смогу продолжить тяжбу. Естественно, при любом исходе, оплата услуг остаётся у нас.

– К чёрту! – вскрикнула Сьюзан. – Дело того стоит.

Сбившись с пути, Сергей и Виталий сделали большой крюк, пока снова не выехали на дорогу, ведущую в правильном направлении. Проведя за рулём почти весь день, напарники решили остановиться в мотеле. Сняв номер, друзья расположились на кровати, стоявшей в середине комнаты.

– Купи чё-нить пожрать, – кинул Сергей.

– Пошли вместе.

– Давай сам, а я пока схожу в ванну.

– Ладно, – Виталий взял деньги и вышел из номера.

Приняв душ, Сергей вытерся и рассматривал своё отражение в зеркале, решая бриться или нет. До слуха донеслись голоса со стороны вентиляционной решетки. Парню показалось, что он услышал знакомое имя. Подойдя ближе, он встал на крышку унитаза, повернув голову ухом к отверстию.

– Стю, я не уверена, что ты всё правильно понимаешь, – это был голос Лоры Сейт. – Как бы там ни было, что бы ни произошло пятнадцать, двадцать лет назад, это в прошлом. Какие претензии может предъявить тебе Сарански, если она утверждает, что отец ребёнка Ал Брейкман? Сам говоришь, что она не признала тебя отцом ни тогда, ни сейчас. Утереть нос заносчивой бабе, доказать, что она не такая уж и крутая, всё, что от тебя требуется.

– Лора, я тебя никогда такой не видел, – ответил Стюарт. – Чем тебе насолила Сьюзан?

– Моя мать должна была занять её место, – ответила супруга. – Когда на выборах победил новый мэр, Сьюзан словно с неба свалилась. Ходили слухи, что она зашла с двух сторон сразу: получила поддержку своей матери и, вроде как Брейкман тоже замолвил за неё словечко. А моя мать узнала, что Сьюзан охотно распространяла про неё сплетни, знаешь, как формируется общественное мнение с помощью сарафанного радио?

– Лора, ты решила отомстить?

– Да! Да, решила. Стю, что плохого в том, чтобы наконец остановить стерву. Кто-то должен это сделать!

– Май мне сказал то же самое, – задумчиво ответил Стюарт.

– Видишь, есть люди готовые меня поддержать, – более спокойно сказала Лора.

– Но почему я?

– Наверно потому, что у тебя появилась возможность, какой у других не было. Уверена, если бы был орден за уничтожение стерв, ты мог бы претендовать на кавалера.

В комнате раздался шум, и дверь в душевую распахнулась.

– Ты чё? – криво улыбаясь, спросил Виталий.

Сергей приложил палец к губам, призывая к тишине. Но за стеной разговор окончился, и до слуха донеслись звуки работающего телеприёмника.

– Я кое-что узнал, нужно послушать ещё, – сказал Сергей спускаясь.

– Чё узнал?

– Думаю, что фамилий Брейкман и Сарански не так много в этой стране. Тем более, если говорят о детях и наследстве.

– Серый, я ни хрена не понимаю…

– Тебе и не надо. Еду купил? – Глянув на раскиданные по постели упаковки, Сергей взревел: – Идиот! На хрена столько Сникерсов? Я еды просил!

– А чё, классно утоляют голод. Там ещё Твиксы есть.

Стюарт лежал рядом с женой, терзаемый сомнениями. Он прекрасно помнил, как был влюблён в Сьюзан, сильную, образованную молодую женщину. Вспомнил роман с женой Ала, который до сих пор не мог себе простить. Теперь, когда у него прекрасная семья, красивая и умная жена, способная дочь, получить напоминания о старых отношениях, переворачивающих душу, было некстати. Обижался ли Стюарт на Сьюзан – он не знал. Сэйт простил ещё полтора десятка лет назад и вычеркнул из памяти. Но память оказалась прочнее, чем он думал. Повернувшись к Лоре, Стюарт взял жену за руку и нежно прижался к ладони:

– Я тебя люблю.

Утром Сьюзан Сарански выглядела намного спокойнее, чем накануне. Проанализировав события прошлого дня, женщина успокоилась, поверив в то, что сюрпризов больше не будет. Вспомнив о сыне, она набрала номер мобильного телефона, но аппарат был вне зоны действия. Оставив сообщение, Сьюзан поспешила на работу.

– Мисс Сарански, звонил адвокат, просил, чтобы вы подписали контракт и отправили с курьером в контору, – сообщила секретарь о важных делах.

– Теперь они предпочитают держаться на расстоянии! – надменно бросила Сьюзан, беря папку с бумагами. – Деньги, всем нужны деньги.

Секретарь, привыкшая быть крайней и выслушивать замечания касаемые кого угодно, в очередной раз подумала о смене места работы.

Перелистав договор, Сьюзан немного задумалась и решила не торопить события. Все материалы для судебного заседания готовы, адвокаты заявлены, спешить некуда. Успеют получить свой контракт. Нужно выдержать паузу и показать у кого больше власти в этом городе.

Ближе к концу рабочего дня, Сьюзан снова набрала номер сына, но телефон всё ещё был недоступен. Тогда она позвонила напрямую директору лагеря.

– Ах, Мисс Сарански, добрый день…

– Добрый, где мой сын?

– С ним уже всё в порядке, – быстро ответил мужской голос.

– Что значит уже? – возмутилась Сьюзан. – Я чего-то не знаю?

– Нет, нет, всё хорошо.

– Мне нужно всё бросить и приехать для выяснения обстоятельств? – на испуг спросила Сьюзан.

– Нет, нет, Мисс Сарански, мальчики в порядке. Немного погуляли и вернулись, – дрожащим голосом ответил директор.

– Где погуляли? – чуть не ревела Сьюзан в телефон. – Немедленно доложите мне, что случилось!

Когда Сарански чувствовала, что от неё что-то скрывают, метод выбивания нужной информации был неизменным уже несколько лет. Грозный крик и безостановочные требования до тех пор, пока жертва не рассказывала обо всех своих грехах, сомневаясь, нужно ли вспомнить беды прадедов, или уже достаточно, чтобы быть съеденным заживо. Более опытные сотрудники умели сдерживаться, хотя восстановление нервных клеток у них занимало больше времени, чем у сдавшихся. Директор лагеря с Сьюзан знаком не был.

– Боб и ещё двое ребят пошли в лес, потом оказались на ферме, недалеко от лагеря. Немного выпили спиртного, но вернулись сами, своим ходом. Их жизни и здоровью ничего не угрожает. Простите, я не доложил сразу…

– У вас детский лагерь или бордель для фермеров? Мой сын лидер скаутской команды! Что за ублюдков вы понабрали, из каких семей? Я вас привлеку к суду за неисполнение своих обязанностей! – Сьюзан в гневе бросила трубку на стол.

Боб не включал телефон намеренно, пытаясь отыграться за свой поспешный отъезд из города. К счастью он встретил двух знакомых ребят, с которыми год назад участвовал в соревнованиях скаутов из разных городов. Тогда они были соперниками, но теперь у пацанов сложилась великолепная троица выдумщиков, способных на самые интересные проделки. То, что в нескольких милях от лагеря оказалась ферма, где жил одинокий ковбой в отставке, положило начало крепкой летней дружбе. Старик оказался падок на виски, а Боба мать снабдила достаточным количеством карманных денег. Когда мальчишки попросили разрешение покататься на единственной в хозяйстве лошади, ковбой намекнул на достойное вознаграждение. Боб выторговал сеанс для всех за десятку, но самой мелкой купюрой оказалась двадцатидолларовая банкнота. Отметив знакомство купленным на сдачу виски, друзья обещали пополнить запасы алкоголя для своего пожилого друга на следующий день.

– Боб, – лёжа в постели, после отбоя, сказал один из друзей, – а если за нами завтра будут следить? Так просто пьянки в лагере не прощают, обязательно кого-нибудь приставят.

– Не ссы, Кевин, мы пойдём с раннего утра, до подъёма.

– А кто нас разбудит? – спросил другой друг.

– Дональд, поставь звонок на мобильнике, – с сарказмом посоветовал Боб.

– Так он не только нас разбудит…

– А ты включи на вибрацию и засунь в трусы, – хихикнул Боб.

Сергей спал чутко, опасаясь проспать события за стенкой. Он специально оставил открытой дверь в ванную комнату, чтобы услышать соседей, если те проснутся раньше. К его счастью Лора и Стюарт оказались в душе вместе. Прикрыв за собой дверь, Сергей ясно различил диалог:

– Ты точно решил? – спросила Лора.

– Да, мы успеем: сделать небольшую остановку по пути, много времени не займёт. Поедем без перерыва на ночлег, по очереди за рулём. Заехать в Бэйвиль, лучше, чем светиться в городе со всеми этими анализами.

– Ты уже говорил с Маем?

– Да, он должен перезвонить… Лора? Лора… Лора!

Услышав недвусмысленные смешки и вздохи, Сергей поспешил выйти в комнату.

– Подъём! – скидывая одеяло с друга, прокричал он. – Нам пора. Я знаю, кто нас приведёт к Виктору и его бабосам.

– Чё? Ты охренел в такую рань…

– Вставай, Сникерс, нужно перекусить и не упускать наших проводников из виду, – энергично взывал Сергей, возбуждённый новой возможностью осуществить свой план.

13. МЫСЛИ И ЧУВСТВА

Ранним утром Виктор вышел из бунгало, чтобы присоединиться к Алексу на утренней пробежке. Юноша решил выполнить данное накануне обещание и не отставать от своего друга, на которого хотел быть похожим.

– Не нагружайся так, – сделал замечание Алекс. – Это утренняя пробежка, не подготовка к соревнованиям. Дай организму проснуться.

Скоро Виктор почувствовал, что начал уставать и сбросил скорость. Алекс заметил трудности напарника и дал ещё один совет:

– Не гонись за мной. У тебя первый выход. Пройдись быстрым шагом, восстанови дыхание, потом трусцой, затем снова шагом. Понял?

Виктор кивнул, но не перестал сожалеть, что Алекс ушел далеко вперёд. Если бы не люди вокруг, и эта ворона, которая так и подначивает, летая рядом, он бы присел на песок. Первое утро здорового образа жизни выдалось тяжелым. Когда Алекс уже возвращался с дальнего конца пляжа, Виктор едва дошел до середины.

– Не садись, – посоветовал старший товарищ. – Пешком, не спеша. Поворачивай к кемпингу, я догоню.

Алекс бросился в воду, наслаждаясь прохладой солёных волн, ненароком вызвав очередной приступ зависти у Виктора. Когда спустя некоторое время друзья подошли к коттеджам, Алекс извинился и направился к кафе, где новая смена готовилась к рабочему дню. Чувствуя, что молодой человек рядом и направляется к ней, официантка сделала вид, что занята своими делами, лишь в последнюю минуту подняв ресницы.

– Привет, – сказал Алекс.

– Здравствуй, – ответила она и широко улыбнулась.

Алекс на минуту представил, что бегал по пляжу слишком долго, ощутив предательскую дрожь в коленях.

– А я снова здесь… – не зная, что сказать, проговорил он.

– Очень мило, – девушка пыталась не рассмеяться, зная каждую мысль Алекса. – Вы придёте завтракать?

– Ух… И обедать… можно?

Не выдержав, официантка прыснула, приложив руку ко рту:

– Простите, но вы такой смешной.

– А вы красивая, – нашелся Алекс, и почувствовал, как ему стало легче.

– Спасибо, – она смущённо опустила взгляд, тут же сделала приглашение, – значит, увидимся на завтраке?

– И на обеде, – радостно ответил молодой человек. – А потом и на ужине!

Заметив, что Виктор следит за его разговором, Алекс подошел к нему, сияя от счастья.

– Красивая, – отметил юноша.

– Очень!

– Ты её знаешь?

– Ещё нет, – ответил Алекс, оборачиваясь в сторону кафе. – Но у меня есть три попытки.

Виктор вернулся в бунгало, застав Джоша за приготовлением кофе. Заметив здоровый румянец на щеках юноши, экстрасенс поинтересовался:

– Поспел за Алексом?

– Куда там! Думал, что ноги отвалятся. Но ничего, недельку другую и он меня сам не догонит.

Джошу понравилось, что Виктор не собирался сдаваться. Дождавшись, когда юноша выйдет из душа, Джош рассказал о разговоре с адвокатом:

– Май уговорил Стюарта приехать в Бэйвиль. Сейт с семьёй направляется на отдых, но согласился сделать небольшое отклонение от маршрута.

Джош сделал паузу, считая, что Виктору нужно понять, с кем ему предстоит встретиться, в случае если анализ подтвердит версию адвоката. Но юноша больше был занят мыслями о русской паре, искавшей его день назад. Прочитав мысли подопечного, Джош сообщил:

– То, что мне удалось узнать, Сейт каким-то образом везёт к нам двух русских парней. Не знаю, почему мне представилось именно так, но это всё, что я смог узнать. Очень хочется ошибиться. Стюарт будет здесь к вечеру.

– Может предупредить шерифа? – посоветовал Виктор.

Владислав с Гретой присоединились к родственникам за завтраком в кафе кемпинга. Женщина спросила, почему Джош не хочет остановиться в её доме, как этого желал Станислав.

– Нам скоро возвращаться, – ответил мужчина. – У меня ещё есть важные дела. Да и вас стеснять не хочется. Вот приеду в следующий раз, обещаю, что непременно в отцовский дом.

– А Алекс остаётся! – заявил Владислав.

Не слушая разговора, Александр наблюдал за официанткой, заметив, что доставляет девушке немало неудобств. Споткнувшись в очередной раз, она не выдержала и подошла к столику, попросив шепотом:

– Я не смогу работать, если вы будете меня так разглядывать. Ваши мысли не дают мне сосредоточиться.

– Простите! – наливаясь краской, произнёс Алекс.

– Меня зовут Жанна, – шепнула девушка. – Если вы не ослабите свой пыл, мне придётся отказать вам в обслуживании за обедом.

– Жанна…

Официантка, мило улыбаясь, убрала грязную посуду, ещё раз посмотрела на Алекса, сменив улыбку на строгость, так, чтобы молодой человек понял намёк.

– Это неэтично, – нагнувшись к племяннику, сказал Владислав. – Так нельзя. Нас за это в школе ругают.

– Да, наверное, – растеряно ответил молодой человек. – Я постараюсь.

– Алексу лучше остаться, – сделал вывод Владислав. – Я вчера водил его в новый дом и ему понравилось.

– Да…

– Что ж, – подвёл итог Джош, – не сходить ли нам всем к новому дому Алекса?

Отец уловил каждую мысль сына и решил непременно увести его из кафе. Поняв идею брата, Владислав обрадовался, что всё правильно понял и почувствовал себя взрослее. Вот, и в любви он теперь тоже разбирается!

Фасад коттеджа на окраине выходил на улицу, а задний двор примыкал к дому Греты. Если воспользоваться калиткой с торца здания, можно было сразу оказаться среди стволов сосен, у тропинки, ведущей к пляжу. Окна дома были широкими, с причудливыми створками, разделяющими стекло на три равные части. Внутри на двух этажах было достаточно помещений для спален, кабинета и библиотеки. За время жизни в городской квартире, Алекс успел отвыкнуть от больших пространств, и дом показался ему огромным.

– А почему ты подумал о библиотеке? – спросил Владислав, зная об особенностях памяти племянника.

– Не все книги можно прочитать, – объяснил Алекс. – Иногда я покупаю книгу, а прочитать не успеваю. Да и для других людей важно обновлять знания. Бывает так, что перечитывая, находишь новый смысл. Ведь история запоминается не только как страница текста, а ещё как ощущение. Бывает полезно прочитать понравившуюся книгу снова, прочувствовать историю, ощутить красоту языка.

– А ты пойдёшь работать в школу? – снова спросил мальчик.

– Так далеко я ещё не загадывал. Давай разберёмся сначала, что к чему.

Владислав проник в мысли племянника и, следуя его воображению, виртуально расставлял предполагаемую мебель. Малышу понравилось, что Алекс представлял себе убранство комнат, оставляя много свободного места. Когда они обошли весь дом, Владислав сделал вывод:

– Ты всё правильно расставил, будет много свободного места побегать, можно даже покататься на роликах. Можно ещё баскетбольное кольцо повесить в коридоре.

Алекс рассмеялся:

– Ты даже образы засёк?

– Прости, но ты так живо всё представлял…

– Не извиняйся, всё нормально. Мне даже понравилось. С тобой круче, чем с отцом, ты больше видишь и чувствуешь, – Алекс положил руку на плечо малыша. – Только не забывай, что я так не умею.

– Грета тоже не умеет, но она привыкла, – по-детски непосредственно ответил Владислав. – Скажи, Юлиан и Анна, они влюблённые, так же как и ты в Жанну, но они чувствуют по-другому. Почему?

Алекс не ожидал вопроса, но понял, что детское любопытство не имеет внутренней цензуры и постарался ответить по-взрослому:

– Они давно знают друг друга, давно любят друг друга, у них нет тайн между собой, и они доверяют друг другу всё, что имеют, а главное – свою жизнь. Я же, только встретил Жанну и не знаю её, не знаю, как она ко мне относится – поэтому сильно волнуюсь.

– А доверить свою жизнь это самое главное? – спросил мальчуган, выдержав тон взрослого разговора.

– Это самое главное. Нет ничего важнее человеческой жизни.

– А птицы, животные, деревья, – переспросил Владислав, – они ведь тоже живые.

– Верно. Но так получается, что человек считает себя царём природы и ставит свою жизнь превыше всего. Хотя жизнь вокруг нас не менее значимая. Один человек должен заботиться о другом, а вместе они должны заботиться о природе, – рассудил Алекс. – Наверное, так.

– Если не будет зверей и птиц, то человека тоже не будет, – уверенно ответил малыш.

Оставив Владислава с Алексом обходить дом, Грета спросила Джоша:

– Это не в правилах совета, но я воспользуюсь нашим уединением. Знаю, Станислав часто так делал, правда, причины были другими. Почему боитесь принять участие в жизни города?

– Я не боюсь. Я не понимаю, почему я должен изменить свою жизнь, бросить свой собственный дом и переехать в Бэйвиль, ради людей, которых я даже не знаю. Шок от встречи с отцом прошел, и я всё больше понимаю, что произошедшее похоже на дополнительную главу в романе, который автор писал, опуская часть героев. Теперь, словно, всё стало на свои места, но отца как не было, так и нет. А у меня два сына и я живой, реально существующий. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. Ещё, я знаю, что своим появлением вызвал недовольство как минимум двух людей, а приглашение участвовать в совете – чистая инициатива Паркинсона.

– Вы боитесь, что становитесь зависимым?

– Ничего я не боюсь, – Джош удивлялся перемене мыслей Греты. – Я не хочу быть причиной разлада в компании людей, для которых я чужак, пришлый родственник великого Станислава. Я ничего не знаю о Бэйвиле, не смыслю в медицине, далёк от бизнеса и привык к спокойной жизни в своём доме, там, где у меня есть друзья и знакомые. Я обещал, что подумаю и посоветуюсь с детьми. Время принимать окончательное решение ещё не пришло.

Грета почувствовала, что Джош расстроился и не стала возражать или уговаривать принять своё мнение. Она переключила внимание на сына, радуясь, как быстро Владислав сдружился с Алексом. В обоих мальчишках было много общего, несмотря на большую разницу в возрасте. И что-то подсказывало Грете, где в душе Джоша находится струна, способная изменить голос разума.

Арнольд Эйп завершил все неотложные дела в клинике и решил встретиться с шерифом, чтобы обсудить события, произошедшие на последнем заседании совета. Чувствуя поддержку Артура, врач хотел поделиться своими догадками и опасениями. Расставаться с ожидаемым статусом Арнольду не хотелось.

Шериф сразу высказался против Джоша Фостана, считая его появление в совете ничем иным, как желанием Паркинсона прогнуться перед новыми владельцами компании. Многое из разговора, который произошел, пока Арнольд ждал за дверью, полицейский пересказал своими словами, упустив момент, когда Джош не согласился с преждевременным назначением на место в совете. Врач немного расстроился, узнав, что его считают неспособным на принятие решений и отсутствие собственного мнения.

– Фостан должен завтра уехать, – сказал Артур. – Я предложу собрать совет ещё раз, под предлогом собственного несогласия с предложением Паркинсона. Тебя обязаны будут пригласить.

– На самом деле Тод не выкинул меня из совета, просто отодвинул, – ответил Арнольд. – Правда, такой поворот тоже неприятен.

– Такое впечатление, что ты согласен с тем, что случилось. А я против Фостана и действий Паркинсона, потому что это прямое нарушение правил установленных Милькевичем. Если банкир будет продолжать в том же духе, всё развалится к чёртовой матери. А я привык к спокойной жизни. Не осуждай меня, но то, что в Бэйвиле ничего не происходит – меня более чем устраивает.

– Но город не может жить без денег, – добавил врач. – Я по-своему понимаю Тода, когда он печётся не только о форме управления, но и о постоянных доходах.

– Да, и всё идёт через его банк. Не о городе он заботится, а о своём бизнесе и семье.

– Не знаю, что и сказать, – Арнольд ощутил, что сомнений стало больше. – Я и понимаю Паркинсона, и не соглашаюсь с ним одновременно. Как поступить – не имею понятия.

– Поступай так, как я тебе говорю. Выступи против Фостана, отстой свою кандидатуру и устоявшийся порядок. Тогда Паркинсон не сможет упрекнуть тебя в несостоятельности и неумении принимать решения. Это твоя игра, друг. Тебе строить свою жизнь.

– Наверное, ты прав. Но странно, я ведь своей жизнью доволен.

Шериф посмотрел на Арнольда с нескрываемым удивлением. То, что врач не в состоянии принимать ответственных решений связанных с большими делами, стало понятно Артуру. С одной стороны ему было жаль друга, а с другой, в голове полицейского появилась идея, как можно отстоять собственную точку зрения на события в городе. Грета была права, что члены совета стареют, и время неумолимо движется вперёд.

Появление Джоша в полицейском участке, стало неожиданностью для шерифа и его друга. На мгновение Артур Министи подумал, что Фостан уловил их разговор с врачом и решил устроить разборки. Даже, когда увидел озабоченность на лице экстрасенса, не сразу понял, что речь может пойти о его прямых обязанностях, как полицейского офицера.

– Мистер Министи, я несколько раз помогал полиции в моём городе и подумал, что должен поговорить с вами о возможных проблемах, – начал Джош. – Дело в том, что Виктор Брейкман, юноша, который приехал со мной, находится в довольно необычной ситуации. Какое-то время назад он занял деньги у своих друзей, которые оказались не рядовыми гражданами, а связанными с преступностью людьми. Виктор рассчитывал быстро получить наследство и рассчитаться с долгами, но процесс затянулся. По неопытности, юноша не предупредил своих кредиторов и в нашем городе появились двое ребят, которые его искали. Мой друг – начальник полицейского управления, задержал гастролёров и подтвердил, что их задачей было напомнить Виктору о долге. Вчера я получил информацию, что эти гонцы едут в Бэйвиль.