Текст книги "Цвет счастья (СИ)"

Автор книги: Саяна Ковирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

Глава 7

Следующие несколько дней для Кродана выдались довольно напряжёнными. Вернулся отряд, что был отправлен на помощь поселениям в южной части долины. Но прибыл он ни с чем. Прочесав все окрестности разрушенной деревни, никаких других следов болотных драконов они не нашли.

– Похоже, Радомира была права: они явно пытались оттянуть наши силы из замка, – отметил Кродан. – Но зачем? Напасть на тебя? Просто глупо и смешно.

Конрад в ответ только нахмурился. Болотные всегда уступали драконам долины в размерах и силе. Из всех драконов мира лишь ледяные обитатели северных вершин горной цепи, что опоясывала Зелёную долину, превосходили по своей мощи клан Конрада. Но они полностью соответствовали своей стихии. Смотрели на мир холодно и равнодушно, совершенно не интересуясь ни делами, ни землями соседей. Крайне редко и неохотно покидали свои ледяные вершины.

Болотных же драконов всегда привлекала плодородная долина, граничащая с их мрачной вотчиной. Но решиться на открытое противостояние с Конрадом с их стороны на самом деле было не слишком разумно – что и настораживало. Уж чего-чего, а ума и коварства им было не занимать. Это могло означать только, что за их действиями крылось что-то ещё.

– Как же это всё не вовремя, – вздохнул Конрад, нервно скользнув ладонью по волосам. – Мало нам было Вестры, так теперь ещё непонятно, что с юга ожидать.

Кродан был полностью с ним солидарен. Ведь все эти неприятности отвлекали его от своей истинной. В свободное время, что не так уж и часто выпадало ему за последние дни, Кродан знакомил Есению с замком. Он показал ей небольшой сад во внутреннем дворике, где прежде любила гулять Радомира. С каким-то необъяснимым волнением представил девушку своему отцу, Цертасу. Пожилой дракон сразу же расположил её к себе своими шутливыми замечаниями в адрес сына.

Ужинали они теперь в большом зале, не считая стражи, вчетвером: три дракона и Есения. Обедали молодые драконы, по уши погрязшие в делах клана и поисках Вестры, обычно где придётся, оставляя девушку на Цертаса. Завтракать же Кродан предпочитал в постели со своей парой.

Ночи дракон проводил с ней же. Он с непередаваемым наслаждением не́жил девушку в своих объятиях, неутомимо осыпал её тело поцелуями и ласками, неистово доводил до вершины блаженства. Но ни разу с той самой первой ночи не позволял больше своему семени пролиться внутрь её лона: не хотел спровоцировать тяжёлый разговор раньше времени, хоть и было невероятно сложно сопротивляться своим драконьим инстинктам.

Кродан всё ещё не решался рассказать Есении о том, насколько изменилось теперь её положение. В глубине души надеялся, что к тому времени, когда она сама поймёт, что носит его дитя, не захочет уже возвращаться домой. Он делал всё, чтобы его избранной было хорошо и спокойно рядом с ним. Но всё же Кродана тяготила собственная нерешительность и замалчивание правды. Несмотря на то, какой неподдельной страстью искрили их совместные ночи, он чувствовал и в Есении какую-то отстранённость. Явственно ощущал в ней отражение собственных терзаний и был почти уверен, что девушка тоже недоговаривает нечто важное.

Однажды, когда дракон, как и в прежние вечера, проводив Есению после ужина к её покоям, припал к её губам, прижимая к себе желанное хрупкое тело, девушка напряжённо упёрлась ладошками ему в грудь. Кродан послушно отстранился и вопросительно вздёрнул бровь, подозревая, что вот он, миг, который тот всячески оттягивал.

– Когда ты собираешься вернуть меня домой? Сколько ещё ночей я должна провести с тобой ради этого? – огорошила его Есения.

Кродан отдёрнул от неё руки, словно обжёгся о свою живую молнию, и приложил все усилия, чтобы подавить зарождающееся в груди негодование. Не хотел он верить, что его пара делила с ним постель лишь для того, чтобы вернуться домой.

– Только не надо опять этих сказок про истинную пару и нашу связь, – продолжала девушка с ядовитой горечью в голосе. – Я знаю, что своей паре драконы не лгут. А ты врал. Врал мне с самого начала. И будешь врать сейчас?

Кродан глубоко вздохнул, мысленно отдавая должное выдержке своей пары: за ужином он лишь смутно ощущал исходящие от неё напряжение и гнев, но внешне при Конраде и Цертасе она ничем не выдавала своих истинных эмоций.

– О чём же я, по-твоему, врал тебе? – тихо спросил он, пронизывая Есению пристальным взглядом.

– О магических Вратах! – гневно воскликнула девушка. – О двери между твоим миром и моим!

Кродан вконец растерялся. О каких таких Вратах? Он-то ожидал, что Есения узнала наконец о своей беременности и пришла к логичному выводу, что дракон не сможет теперь сдержать слово.

– Я не понимаю, о чём ты, – осторожно сказал он, тряхнув головой.

– Ах, не понимаешь?! – Есения, похоже, не на шутку разозлилась. – То есть, слуги в замке знают эту долину лучше, чем её хозяева? Не делай из меня дурочку! Ты с самого начала знал, как вернуть меня домой! Но соврал! И продолжал врать всё это время! Недостаточно ещё натешился со своей игрушкой?! Мало ночей я тебе отдала? Пусти!!!

Но Кродан крепко удерживал девушку, не зная, как ещё справиться с накатившей на неё истерикой. Пока Есения сопротивлялась и продолжала выкрикивать обвинения и оскорбления, он позволил своим чувствам и надеждам свободно струиться через связь, ощущая, как под их напором тускнеют вспышки гнева, охватившие девушку. Вскоре она совсем затихла и обмякла в его руках.

– Я докажу, что твои слова несправедливы и беспочвенны, – твёрдо сказал он, глядя в мокрое от слёз лицо. – Отнесу тебя, куда скажешь.

– И если я найду Врата, ты отпустишь меня? – всхлипнула Есения.

– Мне не придётся тебя никуда отпускать, – отрезал Кродан, – потому что никаких магических Врат в нашей долине нет и никогда не было. Знаю, сейчас ты не поверишь мне, пока не убедишься собственными глазами, – уже мягче добавил он. – Поэтому отправимся на поиски завтра же, на рассвете.

С этими словами он усадил девушку на постель, сдержанно кивнул своим мыслям, поймав её влажный растерянный взгляд, и вышел.

Своего молочного брата Кродан нашёл в библиотеке. За время разлуки со своей парой тот заметно осунулся, тёмные круги залегли под потускневшими глазами. Конрад сосредоточенно копался в древних свитках и далеко не сразу заметил, что уже не один.

– Среди твоих слуг точно есть ещё предатели, – без предисловий начал Кродан. – Кто-то из них, очевидно, служит моей сестре.

– Я подозревал это, – кивнул Конрад, не отрываясь от своего занятия.

– Я хочу допросить всех, – рыкнул Кродан, подойдя ближе.

Глава клана поднял удивлённый взгляд.

– Это займёт очень много времени, – отметил он, отложив ворох свитков в сторону. – Что-то случилось?

– На мою пару кто-то дурно влияет. Настраивает против меня, – ледяным тоном пояснил Кродан.

– И ты решил, что не обошлось без Вестры, – заключил Конрад.

– Конечно, – подтвердил его молочный брат. – Она не скоро ещё простит мне то, как я помешал ей добраться до Радомиры. Принял сторону твоей пары, а не своей сестры.

– Уверен, что влияние извне? – задумчиво сощурился Конрад. – Не допускаешь, что девушка из другого мира просто…

– Нет, – резко прервал его Кродан. – Не просто. Кто-то наплёл ей про магическую дверь в нашей долине, через которую она может вернуться в свой мир. И теперь девчонка больше не верит моим словам. Пока она мне не доверяет, то, естественно, и предателя выдать не согласится.

– Дверь? Ты имеешь в виду магические Врата? – изумлённо округлил глаза Конрад.

– Что ты об этом знаешь? – спустя долгую тяжёлую паузу глухо спросил Кродан.

– Мне попадалось кое-что об этом в свитках, – кивнул глава клана на лежащую перед ним кучу. – Но в нашей долине таких точно нет. Я бы знал.

– Зачем ты вообще достал эти свитки? Что ищешь в них? – не сдержал своего любопытства рыжий дракон. – Если отец увидит, как ты обращаешься с древними реликвиями, даже то, что ты глава клана, боюсь, тебя не спасёт.

– Хочу знать всё о магии, – буркнул Конрад. – И о Пророчестве.

– Ищешь способ вернуть её, – понимающе кивнул Кродан. – Так лети к ней, пока свадебная церемония не состоялась.

Конрад, конечно же, не оставил свою истинную вдали от себя без присмотра и защиты. Время от времени до замка долетали донесения о жизни Радомиры в человеческом городе, предназначенные лишь для ушей главы клана и его молочного брата. Они знали, что девушка в скором времени должна выйти замуж за потомка того самого драконоборца, что принёс когда-то драконам Зелёной долины немало бед.

– Я ведь не могу унести её против воли. Она согласилась выйти замуж, – мрачно развёл руками Конрад. – Похоже, сделала свой выбор.

– Я в это не верю, – отозвался Кродан. – Ты должен отправиться к ней и вернуть свою пару домой. Сюда.

– Прежде разберёмся с твоей парой и предателями, – уклончиво возразил глава клана. – Что думаешь делать?

– Устроить для Есении небольшое путешествие по долине.

– Тогда она поймёт, что врал ей не ты, – одобрительно кивнул Конрад. – И согласится выдать предателя, который пытался разрушить вашу связь.

– Очень на это надеюсь, – прорычал Кродан. – Надо было сразу гнать Вестру взашей.

– И вызвать раскол в клане, изгнав без достаточно веского повода дочь одного из самых уважаемых драконов долины?

– Ты слишком много думаешь о клане, – поморщился Кродан.

– На то я и глава, – твёрдо заявил Конрад. – Я не могу себе позволить решать личные проблемы в ущерб интересам клана. Когда вы отправляетесь?

– На рассвете.

Спал Кродан в эту ночь плохо. Он смутно ощущал душевные метания своей пары, чувствовал, как отчаянно часть её рвётся к нему, но упирается в какое-то препятствие. Ничего, завтра он докажет Есении, что достоин её доверия. Оставалось лишь надеяться, что это поможет дракону смести все преграды между ними.

Глава 8

Креслав перевёл взгляд с замковых башен, едва проглядывающих сквозь кроны деревьев, на поплавок. Из всех деревенских занятий, которым его пытались научить, это, неожиданно для всех причастных, пришлось бывшему слуге по душе. Старик однажды просто откопал в сарае пару удилищ, которые когда-то принадлежали его сыновьям, и увёл своего непутёвого работника к пруду. В тот же вечер, обжигая пальцы в тщетной попытке очистить от мелких косточек свой первый улов, поджаренный на открытом огне, Креслав вдруг поймал себя на мысли, что ничего вкуснее в жизни не ел. С тех пор, как только предоставлялась возможность, он брал удочку с прикормкой и исследовал рыбные места.

Креслав почувствовал, как добыча осторожно потянула наживку, позволил ей поглубже насадиться на крючок и дёрнул вершину удилища. Судя по усилиям, которые молодому мужчине пришлось приложить, чтобы преодолеть сопротивление своей жертвы, карась попался немаленький.

Увлечённый состязанием с рыбой, Креслав не сразу заметил, что на берегу уже больше не один. И вздрогнул от неожиданности, услышав голос прямо за своей спиной.

– Крупный, – одобрительно хмыкнул дракон. – Не хмурься так. Ты же помнишь, что твой долг перед хозяйкой всё ещё не исполнен, только поэтому я здесь.

Поручение, которым озадачили Креслава несколько дней назад, так и осталось не выполненным. Поздней ночью знакомый уже ему дракон ввалился в комнату Добрины, изрядно перепугав девушку, и поспешно выдворил бывшего слугу из замка. По пути отобрал обратно снадобье и затребовал обстоятельнейшим образом отчитаться, что Креслав успел за это время сделать и с кем увидеться. Тому нечего было скрывать, кроме, разве что, самых постыдных подробностей свидания с любимой, а потому дракон вскоре поостыл и отпустил с напутствием, что долг за Креславом остался.

В течение следующих нескольких дней до деревни доносились самые разные слухи. Одни утверждали, что хозяин долины запер свою истинную в самой глубокой темнице замка, чтобы истязать представительницу ненавистного ему человеческого рода из Озёрной долины. Другие настаивали, что она, не вынеся связи с драконом, сумела бежать и прячется теперь где-то в окрестностях. Третьи возражали, что магия драконов не позволила бы случиться ни первому, ни второму, и хозяин, чтобы уберечь возлюбленную от мести своей прежней пассии, просто спрятал её у друзей. А ещё поговаривали, будто драконица подослала к своему главе лазутчицу, которую раскрыли и отдали в руки ближайшего из его соратников.

– Ты снова должен появиться в замке, – добавил страж, перехватывая у человека бьющуюся в панике рыбину. – Но на этот раз сначала дело, потом…хм… любовь.

– Что за дело? – обречённо спросил тот.

– Узнаешь, когда придёт время, – отмахнулся дракон. – Идём.

По дороге Креслава так и подмывало спросить, что же на самом деле случилось с истинной главы драконов, но он благоразумно промолчал.

Позже стало ясно, что бывшему слуге предстояло проникнуть в ту часть замка, где он ни разу не бывал. В которую люди допускались лишь в исключительных случаях. Дракон помог ему, отвлекая внимание одного поста охраны за другим, и вскоре Креслав оказался в полном одиночестве посреди большого зала, содержимое которого поражало воображение. Стены были увешаны гобеленами с изображением самых разных сюжетов с участием драконов и людей, немалая часть пространства была заставлена стеллажами со стопками свитков. Остальное занимали причудливые столы, накрытые стеклянными колпаками, под которыми были аккуратно разложены всевозможные изделия – статуэтки и амулеты, по большей части – из кости, кожи и камня, разноцветные кристаллы, обломки снаряжения и оружия.

Заворожённый увиденным, Креслав не сразу услышал приближающиеся шаги и только в последний миг успел укрыться за одним из стеллажей.

– …вы так решили? – услышал он обрывок вопроса, прозвучавший очень знакомым мальчишеским голосом.

– В тот роковой день я потерял свою пару и не хотел жить долгий драконий век без неё, – ответил собеседник Дамира. – Пусть я и обрёл тогда второго сына. Но, как видишь, мне хватило оставшегося срока, чтобы вырастить своих детей.

– Поэтому вы и живёте в замке? Потому что вы хозяину как отец? – бесстрашно продолжал расспрашивать дракона мальчик.

– Долгое время я был при нём советником. Но, к сожалению, всё меняется. Теперь он хоть и обращается порой за советом, но всё реже прислушивается ко мне, – вздохнул тот. – Я теперь скорее хранитель сокровищницы замка, нежели советник.

– Сокровищницы? – недоумённо переспросил Дамир. – Дедушка Цертас, ну какие же это сокровища?

В ответ вдруг раздался сиплый сдавленный кашель. Креслав уже забеспокоился было, но вовремя сообразил, что пожилой дракон просто рассмеялся.

– Дедушка? – выдавил Цертас, утирая слёзы. – Никто ещё не осмеливался меня так называть. Хотя, всё к тому идёт, что скоро наконец увижу внуков.

– Простите, – тут же стушевался Дамир.

– А сокровища, малыш, тут самые что ни на есть настоящие, – невозмутимо продолжил Цертас. – Вся эта коллекция, собранная не одним поколением драконов, имеет очень большую ценность: магическую и историческую.

– Магическую? – оживился мальчик.

– Многие из этих артефактов очень могущественны, – отозвался пожилой дракон. – С помощью одного из таких я в момент глубочайшей скорби и избавился от драконьей жизненной силы. Другие способны запереть дракона в человеческом теле или набросить нерушимые магические путы, ослабить или придать сил.

– Разве не опасно держать всё это здесь, в замке хозяина? – тихим, почти благоговейным тоном произнёс мальчик.

– Сейчас они не действуют, – в голосе Цертаса звучала снисходительная улыбка. – Чтобы активировать такой артефакт, требуются определённые условия либо, чаще всего, кровь, человеческая или драконья. А вот и то, зачем мы пришли. Этот амулет – зачарованный обломок когтя одного из древнейших драконов. – Слова его перемешались с восхищённым мальчишеским возгласом. – Никогда не снимай его, и он защитит тебя и твоих близких. Поможет принимать верные решения и принесёт удачу в благих деяниях.

– Вы дарите его мне? Но… но разве это… можно? – тихим неуверенным тоном спросил Дамир.

– В стенах этой сокровищницы, – усмехнулся Цертас, – мне как её хранителю можно всё.

– Спасибо, – восторженно выдохнул мальчик.

Хранитель сокровищницы позволил своему гостю ещё какое-то время поразглядывать магическую коллекцию и отвечал на сыпавшиеся на него градом вопросы, в ходе чего оба всё больше отдалялись от места, где спрятался Креслав, и вскоре совсем ушли. Выждав ещё пару довольно долгих часов, чтобы уж наверняка, тот всё же покинул своё укрытие и начал осматриваться. Он знал лишь по словесному описанию, какие вещи должен был вынести отсюда.

Найдя искомое, Креслав ещё какое-то время сомневался и размышлял об услышанном. Похоже, что хозяйке потребовалась какая-то магическая сила, но для чего были предназначены именно эти артефакты? К чему приведёт их использование? Может быть, не стоит их выносить из сокровищницы? С другой стороны, ему ясно дали понять, что если не сможет выполнить это поручение, то уж точно не увидит больше Добрину.

Решившись, Креслав аккуратно завернул в тряпицу три причудливые статуэтки, изображающие человека, дракона, распластавшегося по земле, и ещё одного дракона, опутанного тонкими зелёными нитями, спрятал себе за пазуху и, прислушиваясь к каждому шороху, направился к ближайшему посту охраны, где ждал его условного сигнала один из стражей.

Обратный путь из сокровищницы прошёл без осложнений. Взбудораженный предстоящим свиданием с любимой, осторожно отворяя двери в библиотеку, Креслав и думать забыл о загадочных слухах про Радомиру, о фигурках, которые отдал стражнику, о странном разговоре мальчишки-слуги с пожилым драконом.

– Никто не должен знать, что я здесь, – предупредил он, едва Рина оказалась в его жадных объятиях.

– Зачем ты подвергаешь себя такой опасности? – бормотала она, целуя его везде, где только могла дотянуться. – Если хозяин узнает…

– Я не мог больше без тебя, – убеждённо шептал Креслав, подбираясь к заветному местечку между ног девушки. – Соскучился ужасно. По твоим сладким губам… – Он едва не задохнулся, почувствовав её влажное возбуждение. – Твоему нежному голосу…

Лаская узкое девичье лоно, Креслав с наслаждением вслушивался в её частые вздохи и продолжал нашёптывать всевозможные приятные для женских ушей нежности. Любовался её разрумянившимся лицом, томным взглядом, закушенной припухшей губой. Одна только мысль о том, какое удовольствие она испытывает в его руках, едва не скинула самого Креслава за грань.

Когда Рина, приглушённо вскрикнув, вцепилась в его руку, Креслав прижал девушку крепче к себе, легонько поглаживая пульсирующие складки. Его самого буквально разрывало от желания, но он терпеливо ждал, когда взгляд её станет более осмысленным.

– Любимый, – позвала Рина, опускаясь на пол между книжными полками.

Креслав тут же отозвался, накрывая её своим телом. Он позволил себе ещё немного подразнить и её, и себя, потираясь своим невозможно твёрдым возбуждением о желанное местечко. И заглушил глубоким поцелуем её протяжный стон, когда медленно, но уверенно вошёл на всю длину.

Готовность, с которой Рина отзывалась на каждое его движение, приводила Креслава в неописуемый восторг. Он едва сдерживался, чтобы не начать грубо вколачиваться в свою ненаглядную: хотел сначала подарить ей столько нежности, насколько хватит его выдержки. Но вскоре до его слуха донеслись слова, которые лишили Креслава остатков самообладания.

– Ещё! Пожалуйста, сильнее! – молила Рина, извиваясь в его руках.

И Креслав послушался. Он обрушил на девушку всю силу своего желания, хрипло вторя её стонам. Вскоре почувствовал, как её внутренние мышцы напряжённо сжались вокруг него, и удовольствие разорвалось, накрывая обоих яркой пульсирующей вспышкой.

Позже, уже глубокой ночью, Креслав и Рина, никем не замеченные, проскользнули в женскую часть замка. Добравшись до постели, они избавились, наконец, от одежды, которая к тому времени уже начала изрядно раздражать, и ещё долго наслаждались друг другом, стараясь не думать о том, утро вновь принесёт им расставание.

Глава 9

После ухода Кродана Есения ещё долго сидела, потерянно уставившись в захлопнувшуюся за ним дверь. Он оставил её этой ночью одну! С одной стороны, ей бы радоваться – наконец-то этот лжец, её пленитель, оставил её в покое. Завтра она найдёт магические Врата и вернётся домой, оставив этот ужасный мир, где драконы властвуют над человечеством, далеко позади.

С другой стороны, она помимо своей воли уже отчаянно скучала по горячим объятиям своего дракона. По его нежным ласкам, жарким поцелуям, по ощущению его твёрдой плоти глубоко внутри. Мышцы между ног предательски сжались при одной только старательно подавляемой мысли об этом.

Вместе с этим Есения удивлялась сама себе. Никогда и никому раньше она не закатывала подобных истерик. Никогда раньше её не захлёстывало столь мощной волной неуправляемых эмоций. И – странное дело – именно руки Кродана подарили ей успокаивающее умиротворение. Она уже готова была взять все свои слова обратно, только бы продолжать купаться в том омуте чувств, что явно исходили от дракона. А потом он оставил её одну. На всю ночь.

Едва забрезжил рассвет, дракон явился к ней и с порога без предисловий уточнил, куда ему лететь. Есения накрепко запомнила направление и все ориентиры, которые описывала ей Яра, так что долго разъяснять не пришлось. После чего, несмотря на дурное настроение, Кродан терпеливо дождался, пока Есения закончит сборы, и привёл на ту самую площадку, с которой уносил неудавшуюся беглянку. Вспоминая подавленный вид той девушки, Есения в очередной раз засомневалась, правду ли рассказал Кродан о ней. Слишком уж очевидной выходила неувязочка: сначала пыталась бежать, а на следующий день уже не рада тому, что отправляют из замка домой?

Как и в прошлый раз, Кродан спрыгнул с площадки и взмыл в небо крылатым ящером. Смотрела на это Есения со смешанными чувствами: при всём своём возмущённом недоверии, она не могла не признать, что вид у дракона был весьма впечатляющий. Вызывающий восторг и трепет.

Кродан снизился, на лету подхватил девушку, и Есения крепко вцепилась в покрытые грубой чешуёй лапы. Как она и подозревала, это оказалось куда более захватывающе, чем её любимые горные лыжи. Дракон то планировал, ловя воздушные потоки, то оглушительно хлопал крыльями, набирая высоту, из-за чего Есению мотало, словно на американских горках, и сердце её замирало от смеси страха и восторга. Долина, проплывавшая далеко внизу, казалась игрушечной, холодный ветер обдавал леденящей свежестью, вынуждая девушку время от времени крепко зажмуриваться.

Вскоре Есения уже отчётливо разглядела очертания скалы, отдалённо напоминающей человеческий череп, под которой должен был находиться ведущий к Вратам лаз. Как вдруг девушку окружил серый дым, и дракон, дрогнув, начал стремительно снижаться. Дыхание перехватило, сердце тоже ухнуло куда-то вниз. За какие-то доли секунды они оказались почти у самой земли, Кродан резко замедлил падение, и его когтистые лапы вдруг разжались.

Столкнувшись с землёй, девушка прокатилась несколько метров кубарем, после чего растянулась на зелёной траве, болезненно морщась. Спустя ещё пару мгновений она набралась решимости приподняться и осмотреться в поисках Кродана. Дракона нигде не было видно.

Тихо выругавшись, Есения поднялась на ноги и не сдержала встревоженный возглас, когда разглядела лежащего неподалёку мужчину. Кродану повезло меньше: он упал на каменистую почву и, видимо, крепко приложился головой, потому как на зов девушки не реагировал. Девушка дохромала до бессознательного дракона и опустилась рядом с ним на колени, гадая, что же ей теперь делать.

Все попытки привести Кродана в чувство оказались безуспешны. Есения осторожно ощупала его голову и осмотрела дракона с ног до головы, но не нашла ничего настораживающего, лишь мелкие ссадины на лице и руках. Раз за разом взгляд девушки невольно обращался к возвышающейся неподалёку скале в виде черепа. Спустя несколько долгих десятков минут Есения наконец решилась.

– Ты только не подумай чего, – тихо проговорила она, склонившись над Кроданом, – я не собираюсь бросать тебя здесь в таком состоянии. Просто хочу убедиться.

Она снова посмотрела в сторону скалы и глубоко вздохнула.

– Знать бы точно, что эта дверь не в один конец, тогда я смогла бы, может быть, найти какую-то помощь, – продолжила она, собираясь с духом. – Я вернусь, обещаю. Что бы там ни было.

Оставив дракона лежать на земле, Есения направилась к скале. Она тщательно исследовала окрестности, излазила вдоль и поперёк, но ничего похожего на обещанную пещеру с Вратами не обнаружила. Уже перевалило далеко за полдень, когда она, совершенно отчаявшись, вернулась к Кродану и бережно взяла его ладонь в свои. Он теперь казался ей единственной надеждой на выживание в этом чужом для неё мире.

– Прости, – всхлипнула Есения. – Зря я тебе не верила. Если всё, что ты говорил – правда, значит, я действительно твоя пара. И я зову тебя, слышишь? Очнись, пожалуйста. Твоей избранной сейчас одиноко и очень страшно. Открой глаза! Можешь наорать на меня. Наказать, если посчитаешь нужным. Я это заслужила! Только не оставляй меня, пожалуйста! Давай, мы начнём всё заново, и на этот раз всё будет по-другому. А если… если не захочешь больше иметь со мной никаких дел, я… я пойму.

Есения плакала, свернувшись клубочком под боком дракона, и продолжала бормотать извинения и мольбы. Кродан же оставался безучастным и в сознание не приходил.

Выплакав все слёзы, девушка села и в очередной раз огляделась. Из-за нагромождения больших валунов, раскиданных в этой части долины, замок не было видно, и Есения только смутно представляла себе, в какой он стороне. Она понимала, что надо найти помощь, но отчаянно боялась отходить далеко от бессознательного Кродана. Что, если на него набредут какие-нибудь разбойники или хищники? Есения даже понятия не имела, кто вообще водится в этих краях. Она ещё побродила рядом с драконом, выбирая из валявшихся под ногами камней достаточно крупные, чтобы удобно ложились в её ладонь. Собрав свой улов в небольшую кучку, девушка почувствовала себя немного уверенней – в случае чего, его можно было использовать для самозащиты. Кродан при себе никакого оружия не носил. Полагался на свою драконью силу? Или на самом деле умел огнём дышать? Есения не знала.

Ещё немного поразмыслив, девушка отвергла идею найти какое-нибудь укрытие для Кродана. Ей ни за что не перетащить такого крупного и, несомненно, тяжёлого мужчину. И, к тому же, опасалась, что может навредить – ведь не знала наверняка, насколько серьёзные травмы тот получил. Оставалось одно: организовать укрытие прямо там, где он лежал.

Но не успела она придумать ничего толкового, как из-за скал показались люди. Есения напряжённо ждала, когда они приблизятся, крепко сжимая по булыжнику в своих ладонях. Она наблюдала за ними, подавляя чувство полной обречённости. Если сильно повезёт, она смогла бы вырубить кого-то из них, попав камнем в голову. Но приближающихся к ней мужчин было слишком много.

– Спокойно, девушка! – воскликнул один из них, оказавшись на расстоянии броска. – Мы здесь, чтобы вернуть тебя с хозяином в замок! Неужели никого из нас не узнаёшь?

Есения резко выдохнула, едва удержавшись на подкосившихся ногах. А ведь действительно, лицо заговорившего было ей знакомо – она видела его среди стражников в замке.

Она отрешённо наблюдала за тем, как мужчины сооружают подобие носилок, используя плащ Кродана и прочие подручные средства, после чего её провели к небольшой рощице, в тени которой укрылась повозка. При виде неё в душе Есении шевельнулось смутное подозрение. Почему они укрыли повозку где-то в стороне? Что мешало прямо на ней подъехать к дракону? И почему Есения не заметила, как они пересекали долину?

Она чуть замедлила шаг. Кажется, никто не обратил на это внимание, и Есения собралась с духом и рванула прочь, игнорируя боль в ушибленном колене. Но не успела пробежать и пары шагов, как её ноги запутались в чём-то, и, потеряв равновесие, девушка растянулась на земле. Она едва успела подняться, как оказалась в руках настигших её мужчин. Ей бесцеремонно засунули в рот какую-то грязную тряпку, связали по рукам и ногам и усадили рядом с бессознательным Кроданом.

– Куда собралась, милая? – выдохнул ей в лицо тот, кого она принимала за стража в замке. – Моя хозяйка будет очень рада с тобой познакомиться.

Его неприятная ухмылка и злорадный тон не оставляли сомнений, что Есению не ждёт ничего хорошего.