Текст книги "Развод. (не) Говори прощай (СИ)"

Автор книги: Сати Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 50. Ильдар

Мне нужно покаяться, пока не поздно. Возможно, сейчас у меня последний шанс. И другого не будет. Никогда. Ни у кого.

Смотрю в глаза Диляре, не отвожу взгляда. Хотя стыд и презрение к себе пожирают меня изнутри. Но я пойду до конца. Сниму с себя всю броню и откроюсь навстречу любой судьбе, которая мне уготована.

– Ильдар, это я виновата, что попала под колёса… – пытается остановить меня Диляра.

Молитвенным жестом заклинаю её дать мне слово.

– Сейчас не об этом, – начинаю я. – С этой болью мне тоже предстоит жить столько, сколько отведено мне оставшихся дней на Земле. Настало время объяснить, откуда взялись те фотографии…

Слышу какое-то движение рядом. Это Алишер приближается. Лицо его полыхает от ярости, а из глаз вырываются страшные молнии.

– Я просил не упоминать о моей жене! – цедит он сквозь зубы.

– Алишер! – Диляра останавливает брата взглядом. – Пусть Ильдар расскажет. Пожалуйста…

Она настолько слаба, что потратила на этот окрик, кажется, все свои силы. Диля замолкает, дышит так тяжело. Я всё бы отдал, чтобы поменяться с ней местами! Но почему-то ей, а не мне приходится теперь настолько худо…

– Те фотографии, – вновь возвращаюсь я к своей исповеди, – были сделаны по моему заказу. Я подговорил знакомого фотографа, чтобы он тайно сфотографировал нашу встречу со Светланой.

– Можешь не продолжать, – рычит Алишер. – Уже того, что вы тайно встречались у меня за спиной достаточно, чтобы вычеркнуть имя этой женщины.

– Это было всего раз! – настаиваю я.

– Довольно! – не сдерживается Алишер и, похоже, намерен выставить меня из палаты.

Но Диляра вмешивается и снова защищает меня:

– Али! Я прошу! Ради меня…

Она совсем обмякает. Её щёки бледнеют, будто сама жизнь по каплям утекает из её тела.

Алишер тоже это видит и останавливает свою агрессию.

– Я позвал Светлану на встречу в ресторан, чтобы повидаться с ней. Возможно, в последний раз. И попросил её не говорить никому об этой встрече. Мы только разговаривали и не более того…

Хакимов злобно хмыкает, но ничего не говорит.

Я продолжаю:

– Хотел оставить себе эти фотографии на память. А на встречу позвал Светлану, чтобы признаться ей, что болен. Есть вероятность, что в скором времени меня не станет…

– Что ты городишь?! – Алишер опять закипает. – Ты ещё и про болезнь решил насочинять?!

– Про болезнь не вру, – говорю ровно. – У меня опухоль в головном мозге. Неоперабельная. На тот момент прогнозы были двоякие. И я боялся худшего.

– Как же так? – шепчет Диля. – Ты можешь умереть?

На её глаза тут же накатывают слёзы.

– Сейчас я вне опасности, – быстро объясняю. – Благодаря лечению рост опухоли прекратился. Но риски остаются. А тогда я был буквально в отчаянии и не знал, с кем поделиться. Поделился со Светой. Она смогла меня поддержать. Она заново вдохнула в меня жизнь…

Алишер нервно ходит рядом. Его шаги едва не пробивают пол.

– Али, послушай, – обращаюсь к нему. – Со Светланой у нас никогда и ничего не было. Ничего и никогда. Ты слышишь?

– Слышу, – бросает Алишер и останавливается. – Слышу, но не верю ни единому твоему слову.

– Я понимаю. Я сам всё подстроил так, чтобы разлучить вас, чтобы Светлана пришла ко мне и стала моей. И мне удалось вас разлучить. Удалось даже сделать так, чтобы Светлана была рядом. Но она никогда даже помыслить не могла стать моей. Она скорее бы умерла, чем согласилась принять другого мужчину. Кроме тебя, Алишер.

Хакимов молчит. Скорее всего, не верит. Или сопротивляется тому, чтобы поверить.

– Значит, – произносит Диляра, – ты и Светлана никогда не были любовниками?

– Никогда.

– Но она работает в твоём ресторане…

– Что?!. – подскакивает Алишер.

– Да, это правда, – подтверждаю также хладнокровно. – Я помог Свете устроиться на работу. Помог найти жильё. И помогал я от чистого сердца. Но и продолжал надеяться на её взаимность. Но никакой взаимности она и на сотую долю меня не удостоила. Алишер, – смотрю прямо на Хакимова, – Светлана была и осталась тебе верной женой. И даже после вашего развода продолжала хранить тебе верность.

– Но ребёнок… – словно бы только-только просыпается Алишер и растерянно озирается по сторонам. – Светлана ведь сказала, что беременна…

– Беременна. Так и есть. У неё будет сын. Твой сын, Алишер.

В эту секунду с ним начинают происходить какие-то изменения. Собственными глазами вижу, как Алишер начинает буквально метаться в мыслях и чувствах. Правда постепенно укладывается в его голове, хотя он всё ещё глядит волком на меня.

Внезапно из его рта вырывается вопль:

– Где Светлана?

Мне нечего ответить, потому молчу. Отвожу взгляд.

В который раз Алишер кидается ко мне. Но уже не с кулаками. Теперь он почти в отчаянии, требует ответить.

– Где Светлана?!

– Не знаю, – наконец, выдавливаю из себя. – Она пропала.

– Как?..

– Мы встретились в ресторане, – заговаривает Диля, она шепчет, пересказывая те последние минуты, когда она ещё была цела и здорова. – И я выпалила ей в лицо всё, что думала о ней. Обругала, обозвала. Показала ей те фотографии…

Диляра плачет. Её дыхание учащается.

– Я не хотела… – продолжает она шептать. – Не хотела её обижать… Я ведь ничего не знала…

– Это не твоя вина, – горячо уговариваю я. – Не твоя, Диля. Это полностью мой грех.

– Но я ведь так жестоко поступила с ней… Хотя она этого не заслужила…

– Я ничего не понимаю, – нетерпеливо врывается Алишер. – Так где она? Где моя жена?

– Она исчезла, – объясняю снова. – Всё оставила. Всё бросила – и дом, и работу. И просто исчезла. Её телефон выключен уже несколько дней. Я не знаю, где её искать.

– Ильдар, – зовёт Диля. – Когда найдёшь Свету, передай ей от меня, что я очень-очень сожалею…

– Ты сама ей это скажешь. Мне не нужно передавать твои слова.

– Нет… – говорит Диля, слабея с каждой секундой. – Обещай, что передашь. Ты ведь так любишь её…

– Любил, – хватаю Диляру за руку и прижимаю к своему сердцу. – Думал, что любил. Но теперь это в прошлом. Теперь вся моя оставшаяся жизнь предназначена тебе в искупление. Тебе, Диля. Я найму лучших врачей для тебя, найду лучшие клиники…

– Не надо… – слёзы всё капают и капают с Дилиных щёк. Она будто растворяется в воздухе, становится всё меньше и меньше. – Не надо, Ильдар. Главное, что сейчас ты со мной. Мне ничего не надо…

Она смолкает внезапно. Первую секунду ни я, ни Алишер не понимаем, что произошло. Осознание приходит внезапно и беспощадно.

– Сестра!!!

В палату врываются люди в белых халатах. Они отталкивают нас с Али от кровати Дили. Всё происходит быстро, чудовищно быстро.

– Диля… – застывает на губах имя.

В то время как губы Диляры белеют и белеют до мертвенного оттенка.

Глава 51. Светлана

Я в Казани уже неделю. Здесь снежно и немного холоднее, чем в Москве. Но мне нравится этот город. Чувствую, что он меня принимает.

С первого же раза удалось снять уютную квартиру. По меркам столицы, за сущие копейки. Со мной все вежливы и тактичны. Может, потому что беременная, и это видно невооружённым глазом. А может, потому что люди здесь добрее. Но скорее всего, потому что мне самой дышится немного легче.

Я совершила побег. Не справилась и не разрешила многие вопросы, а просто сбежала. Но я не видела иного выхода, и считаю, что поступила правильно.

Сижу в кафе и пролистываю объявления о работе. Шансов мало, что меня куда-то возьмут на таком сроке. Но попробовать надо. Я привезла с собой достаточную сумму, чтобы спокойно прожить месяца два или три, а то и все полгода, если очень сильно экономить.

И всё-таки я не должна забывать, что впереди у меня главное событие в жизни – рождение моего сокровища. Я непрестанно ощущаю его внутри себя, иногда разговариваю, рассказываю ему что-то. Не о своих проблемах, нет. Я сочиняю ему добрые сказки, наверняка неумелые, зато искренние. В них много красоты и волшебства – именно того, чего мне самой не хватает в жизни.

Когда сыночек родится на свет, мне тоже понадобится немало сил и средств, чтобы его растить и кормить. Так что работа мне очень нужна. И я могла бы использовать в качестве дополнительного плюса к моему резюме то, что я почти полгода работала управляющей в ресторане Ильдара Яруллина. Это хороший бонус. Должность серьёзная и обязанностей у меня было предостаточно.

Однако я боюсь, что потенциальный работодатель может захотеть связаться с моим бывшим руководителем, чтобы узнать, насколько я хороший работник. А такого я допустить не могу. Тогда Ильдар узнает, где я. Даже не сомневаюсь, что он меня ищет. Но найти навряд ли сможет. Я в безопасности от его внимания.

Так что о своей прошлой работе я ничего не стала писать в резюме. Я ищу среди вакансий, куда не нужно серьёзного образования или опыта. Такие есть, и я уже представляю, на какую зарплату реально могу рассчитывать.

Разумеется, эти суммы очень далеки от тех, которые мне озвучили на моём самом первом «собеседовании» в жизни. Тот урок я не забуду никогда. Я совершила ужасную глупость, но не корю себя за неё. Что с меня тогда можно было взять? Беременная напуганная женщина с разбитым сердцем и судьбой, у которой не осталось в жизни ничего, кроме наивности и детской веры в чудо. Я была лёгкой жертвой для мошенников.

Я даже не сожалею о потерянных деньгах. То был урок жизни, жестокий, но бесценный. Бог так учит нас. Никто не учится без ошибок. Так надо.

Потому сейчас я всё ещё верю в чудеса, но на предлагаемые зарплаты гляжу трезвым прагматичным взглядом. Максимум, который мне могут предложить за низкоквалифицированный труд, вряд ли превысит пятую часть от того, что платил мне Ильдар. Может, и меньше.

К тому же по закону я уже должна выйти в декрет. Роды меньше, чем через два месяца. И всё же я пытаюсь. Звоню по объявлениям, спрашиваю, рассказываю о себе, не скрываю своего положения.

Мне вежливо отказывают. Отказы следуют один за другим.

Не отчаиваюсь. Просто жду. Не бывает так, что совершенно ничего невозможно сделать и предпринять. Обязательно найдётся хоть одна дверь, которая окажется незапертой. Я верю.

Хотя…

Нет, тут я тоже ошибаюсь. Случается такое, что уже ничего не поделаешь, не склеишь и не вернёшь. Как у нас с Алишером. Эта дверь закрыта. Навсегда.

Смахиваю одинокую слезу. Нельзя плакать. Довольно наплакалась и намаялась. Упорно звоню, ещё и ещё.

Объявления заканчиваются. Предложений о работе здесь значительно меньше, чем в Москве. Не беда. Будут новые.

Звоню в последний раз. Надежд не лелею. Просто набираю номер в объявлении о вакансии оператора на почту. Из требований к соискателю только пунктуальность, трудолюбие, ответственность и аккуратность. С этим у меня проблем нет.

– Здравствуйте. Я насчёт работы.

Женщина на другом конце провода задаёт стандартные вопросы: возраст, образование, трудовой опыт.

Аккуратно упоминаю:

– В последнее время я жила в Москве, только недавно переехала в Казань. Раньше я помогала одному знакомому с делами в ресторане. Было много документации…

– Да-да, – отвечает женщина. – Но вы ведь обратили внимание, какую зарплату мы предлагаем?

Зарплата крошечная. Зато стабильная и график не на полный день. Значит, смогу больше отдыхать.

– Конечно, – говорю я. – Меня всё устраивает.

– Прекрасно. Приходите на собеседование.

Не спешу радоваться. Я должна её предупредить…

– Большое спасибо. Но прежде, чем прийти, хочу поставить вас в известность о том, что я нахожусь в положении…

– В каком положении? – недоумевает женщина. – Ах… в положении… Да-да, понимаю…

«Сейчас извинится и повесит трубку», – мысленно смиряюсь я.

– Светлана, вы меня извините…

– Да, конечно…

– Но я должна в таком случае посоветоваться с начальником. Сами понимаете, чтобы не мотать вас лишний раз.

– Да… – устало соглашаюсь. – В любом случае спасибо.

– Пока не за что. Я перезвоню вам. До свидания.

– До свидания.

Что ж, это было предсказуемо. Я и не рассчитывала, что получится легко.

Расплачиваюсь за чай. Иду домой.

Понемногу вечереет. К ночи опять ударяет мороз. На улице скользко. Аккуратно шагаю, никуда не тороплюсь. Ещё не хватало упасть на льду в моём-то состоянии.

Захожу в квартиру. Здесь тепло и светло. По сравнению с коттеджем, эта квартирка совсем крошечная. Но мне и не нужно много места.

Снова хочется чаю. Захожу в кухню, чтобы поставить греться чайник.

Звонок телефона. Поднимаю трубку.

– Алло?..

– Светлана? Это снова я – Людмила, с почты. По поводу работы.

Не верю своим ушам. Она перезвонила!

– Да-да! – в нетерпении тараторю. – Я очень рада вас слышать!

Людмила смеётся:

– Ну, что вы. Я звоню с новостями. Поговорила с начальником. Он, конечно, немного в сомнениях. Но я сказала ему… В общем, сказала, что вы моя знакомая…

Просто невероятно! Настоящее чудо! Чуть не рыдаю от счастья!

– Вы – святая женщина, Людмила! Спасибо!

– Совершенно не за что, – отмахивается звонящая. – Но вы уж не подведите меня, пожалуйста. И лучше бы вам прийти поскорее. Пока начальник «тёпленький».

– А когда? Я приду! Только скажите, когда?

– Если можете, прямо сейчас. Вы далеко живёте от нашего отделения?

– Очень близко! Очень! Через два двора!

– Прекрасно. Сможете прийти в течение получаса? Я тогда бы попросила нашего главного чуть задержаться.

– Я уже лечу! Спасибо!

– Хорошо. Жду вас.

Пулей одеваюсь и вон из дверей. С собой хватаю только ключи и, лишь стоя в лифте, понимаю, что забыла сумку с документами и мобильным. Надо бы вернуться…

Но возвращаться дурная примета.

А я знаю, где эта почта, я уже проходила мимо неё. Ничего страшного, добегу и так. Всё равно на ночь глядя меня там никто оформлять не будет. Главное – получить одобрение начальника отделения. Потом уж разберёмся.

Вылетаю из подъезда. Спешу на всех парах. Можно срезать немного через стадион. Там есть ужасно неприятные ступеньки, но так будет покороче.

Двигаюсь я, конечно, неуклюже. Да и обувь у меня не самая надёжная, подошва опасно скользит. Но я уже вроде приноровилась.

Наконец, стадион. Сейчас там никого нет. И на улице совсем пустынно в этот час. К тому же погода начинает портиться.

Вот и лестница.

Держась за холодные перилла, делаю первый шаг. Тут торопиться не надо. Лестницы – мой настоящий кошмар…

Но я уже не успеваю вспомнить о том, чем закончилось моё страшное падение с лестницы в прошлый раз. Потому что одна моя нога соскальзывает с узкой ступеньки, заметённой снегом. Вторая нога тоже лишается опоры. Руки не настолько сильны, чтобы удержать вес тела.

Теряю равновесие.

Последнее, что помню, – как прижимаю руки к животу, лечу головой вниз, внутренне кричу: «НЕТ!!!».

И на этом все мысли обрываются.

Глава 52. Алишер

Остановка сердца.

Врачи говорят, шанс выжить после такого очень маленький.

Диля смогла. Её вытащили с того света, но пришлось ввести её в искусственную кому, чтобы снизить риск повторного осложнения с сердцем. Она всё ещё борется за жизнь. Каждую секунду, прямо сейчас.

Ильдар не отходит от неё. Хоть мне и неприятно видеть его, всё же понимаю, что этот его порыв действительно искренний. Не могу простить Яруллина, но верю в его покаяние. Он отдаёт всего себя, чтобы Диляра выжила. Я ценю это, сколько бы ни проклинал его.

Не хочу сейчас думать о ненависти и злобе. Их было достаточно. А ярость настолько ослепила меня, что я едва не оборвал единственный источник, который мог меня вразумить. Я был безумен и слеп. Иногда эмоции оглушают. Это сложно заметить самому, а подсказать мне было некому. Да и захотел бы я слушать? Скорее всего, нет.

Мне стыдно и тяжко. Я обругал любимую женщину, лишил нас обоих семьи и радости. Ещё и ребёнка нашего лишил будущего. Бросил Светлану в горе и неведении, да и сам же страшно мучился. Мне не нужны оправдания. Мне нужна моя жена, которую я люблю больше собственной жизни, перед которой жестоко виноват. Мне тоже предстоит каяться, как Ильдару. Потому, наверное, я перестал ругать его.

Мужчине стоять на коленях со склонённой головой – унизительное и тяжкое испытание. Но, если уж виноват, надо иметь мужество признать это и быть готовым ползать в ногах столько, сколько потребуется.

Я готов. Я встану на колени перед Светланой и буду вымаливать её прощения. Простит она или не простит, не знаю. Сейчас это неважно. Важно хотя бы найти её. Но она будто испарилась. Никто не знает, где она.

Звонил её родителям – они не слышались с дочерью. Что же это за мать с отцом такие? Не понять мне этого. Но и мои родители тоже ведь хороши. Обрадовались моему расставанию с любимой женщиной. Только и рады были, что про Светлану всякую грязь несусветную наболтали. Даже не пытались разобраться.

Я рассказал им всё, как было. Они промолчали. Сидели с серыми лицами, слушали, ни слова не проронили.

– Отец, – обратился я, – мне нужна твоя помощь.

Отец ещё долго ничего не говорил. Мать, вся зарёванная из-за случившегося с Дилей, может, и не слушала вовсе.

– Мне нужна твоя помощь, – повторил я. – Ты поможешь?

– Карим, – вдруг заговорила мать, – помоги ему. Ты ведь можешь.

Я смотрел и удивлялся. Отец всё ещё молчал.

А потом сказал:

– Я помогу. Я сделаю всё, что смогу.

– Спасибо отец.

Не верилось мне, что отец с матерью встанут на мою сторону. Но они встали.

У отца много связей. Самые влиятельные люди с ним за руку здороваются. Он обзвонил всех, кто мог помочь.

Поиски продолжаются уже несколько суток. Наконец, нашли единственный пока след – Светлана купила билет в Казань. Есть вероятность, что она там.

Немедленно сажусь на первый же рейс. Как буду действовать дальше, не понимаю пока. Но в Татарстане тоже находятся нужные связи. Рука руку моет, так, кажется, говорят. И тут получается схожее.

Люди из МВД проверяют регистрации в отелях, гостиницах, хостелах.

Первым делом иду по адресу гостиницы, где Светлана жила по приезду. Показываю её фотографию работникам: они подтверждают – да, такая женщина снимала недорогой номер несколько дней, но потом она уехала.

Прошу, практическитребую вспомнить ещё что-нибудь.

– Она общалась с одной женщиной, – вдруг вспоминает администратор.

– Какой женщиной?

– С риэлтором. Её тут многие знают. Зуля её зовут. Хорошая женщина, надёжная.

– А знаете, как связаться с этой Зулей?

– Минуту.

Администратор куда-то звонит, с кем-то разговаривает. Через пять минут мне выдают номер телефона Зули. Немедленно ей набираю.

– Светлана Максимовская? Да-да! Я её помню, – живо отвечает Зуля. – Хорошая женщина, красивая. И приятная такая…

– Это она, – нетерпеливо перебиваю. – Точно она. Я её ищу!

– А вы кто? – голос риэлторши быстро меняется с доброжелательного на подозрительный.

– Я – муж Светланы.

– У неё не было никакого мужа, – ещё больше наступает Зуля. – Она одинокая женщина.

– Я хотел сказать, что бывший муж! – говорю как можно скорее, пока Зуля не положила трубку. – Мне очень нужно найти Светлану. Она беременна. А я – отец ребёнка.

– Если она от вас скрывается, значит, и не хочет, чтобы вы её искали. Всего доброго, молодой человек.

– Погодите, Зуля. Я вас умоляю! Просто скажите, где она сейчас живёт? Это очень важно.

– Я не собираюсь раздавать вам конфиденциальные данные. Я сейчас сама ей позвоню и всё выясню.

Не успеваю ничего сказать, Зуля кладёт трубку. Перезваниваю – занято. Ещё раз перезваниваю – снова занято.

Стою посреди холла гостиницы и не знаю, что делать. Единственная связующая ниточка со Светланой вот так оборвалась…

Нет, я этого не допущу. Звоню опять.

– Что вы мне телефон обрываете? – ворчит Зуля. – Я пыталась ей дозвониться. Номер не отвечает. Это странно…

У меня душа в пятки падает. Не отвечает…

– Слушайте, – продолжает риэлторша, – вас как зовут?

– Алишер.

– А фамилия?

– Хакимов. Почему вы спрашиваете?

– Сходится, – бормочет Зуля. – Я нашла копию паспорта Светы. Ладно, я вам верю, что вы – её бывший муж. Но ведь она не просто так сюда приехала.

– Зуля, я вам заплачу…

– Отстаньте вы со своими деньгами, – обижается женщина. – Не всё в этом мире продаётся и покупается. Зарубите себе на носу, Алишер!

– Но мне надо найти жену…

– Я это уже слышала, – бухтит она. – Не надо мне по сто раз повторять одно и то же. У меня замечательная память. И я за своих клиентов отвечаю. Если с одинокой беременной женщиной что-то случилось в незнакомом городе, ей нужна помощь. Ей. А не вам. Ясно?

– Ясно, – вынуждено соглашаюсь. – Вы сможете помочь? Может, просто дадите мне её адрес и новый номер телефона.

– Нет уж, – упорно отказывается Зуля. – Давайте встретимся через два часа. А я пока проверю, дома ли Светлана.

Она кладёт трубку. Вскоре от неё приходит сообщение с адресом. Какое-то кафе. Делать нечего – еду туда.

Дожидаюсь Зулю, нервничаю. Пока не звоню ей, хотя ожидание очень мучительное. Тем временем списываюсь с Яруллиным. Он докладывает последние новости из больницы: «Без изменений». Значит, Диля ещё в коме…

– Алишер? – поднимаю глаза.

Рядом со мной стоит невысокая, тощая женщина с острым взглядом.

– Да.

– Я – Зуля.

– Что-нибудь выяснили?

– Немного, – она выдыхает и садится напротив. – Я стучалась в двери, но мне никто не открыл. Поговорила с соседкой Светланы. Там живёт такая, знаете, бабушка-божий одуванчик. Блюдёт за всем подъездом. Так вот она сказала, что Светлана уже минимум три дня в квартиру не приходила.

– Что?! – я в таком шоке, что уже не сомневаюсь – с моей женой что-то стряслось.

– Успокойтесь, – ворчит Зуля. – Не надо паниковать раньше времени. Вот, – она протягивает мне какую-то бумажку. – Это Светин номер телефона, который не отвечает и её адрес. Это не очень поможет в поисках, но пусть у вас будет. Творится что-то неладное, и девочке надо помочь. Надеюсь, с ней ничего плохого не случилось…

Вскоре Зуля уходит. На прощание обещает сообщить мне, если что-то узнает.

А я не могу поверить: теперь у меня есть всё, чтобы найти жену, но и этого мало! Куда она могла подеваться?!

От отчаяния решаю хотя бы своими глазами посмотреть на тот дом, где живёт моя любимая женщина. Жила…

Нахожу и улицу, и нужное здание, и подъезд. Знаю, что бесполезно, но иду к квартире, звоню в дверь.

Тишина…

Снова выхожу на улицу, озираюсь.

Какой ужас!.. В полушаге от цели, но не дотянуться! Как же так?! Что за проклятье?!

Бесцельно брожу вокруг дома, по дворам. Смятение убивает. Кажется, ещё немного, и я начну сходить с ума. Уже схожу!

Будто в горячке, начинаю приставать к случайным прохожим. Показываю всем подряд фотографию своей жены.

– Вы знаете эту женщину? Вы её видели?

Кто-то шарахается, кто-то отрицательно вертит головой. Пару человек всматриваются в изображение, неуверенно кивают. Но всё, что они могут сказать, что где-то вроде видели это лицо. И больше ничего.

Так я хожу час, два, три.

Уже вечер. Холодает, но я не чувствую холода.

На стадионе ребятня играет в снежки. Несколько минут тупо смотрю на них. Зачем – непонятно.

В конце концов, мне прилетает снежком по голове.

– Ой! Простите, дяденька! – извиняются мальчишки. – Мы не хотели.

Отряхиваюсь и вдруг решаюсь спросить, просто так, от нечего делать:

– Ребята, а вы случайно не видели эту женщину?

Мальчики подходят и с любопытством таращатся в мой телефон.

– А я её знаю! – выкрикивает вдруг один. – У неё ещё очень большой живот!

– Да! – восклицаю я. – Да, она беременна! Где ты её видел?

– Здесь! – он показывает пальцем куда-то в сторону. – Она упала, а я хотел ей помочь. Но она как будто уснула. Я испугался и позвал маму…

– Уснула?.. – в ужасе переспрашиваю.

– Угу, – кивает. – Мама побежала сюда и потом позвонила в «скорую». Тётеньку повезли в больницу…