Текст книги "РАЗВОД. Побег со свадьбы (СИ)"

Автор книги: Саша Девятова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

глава 5

– Ты что здесь делаешь? Почему без одежды? Мать, Катька вернулась, голая, – на всю квартиру гаркнул отец, и из комнаты, на ходу запахивая халат, выбежала мамка.

– Катюш, что случилось, ты почему в таком виде? Где Коля? – оглядывая меня непонимающим взглядом, спрашивала она.

– Я ушла от него, – понурив голову, я оставила галоши возле двери и поплелась в ванную.

– Как ушла, куда ушла? Ты чего такое удумала? – через закрытую дверь до меня доносились причитания матери и бурчание отца.

Я включила воду посильнее и встала под упругие струи душа, чтобы, наконец ,смыть этот тяжелый день. Вода текла по макушке, распрямляя упругие волны свадебной причёски, я сдёрнула прикреплённый шпильками веночек из белоснежных атласных розочек и бросила его в раковину.

Это всё было ошибкой, нелепой, глупой и ужасной ошибкой. Я не хотела замуж, это они все ко мне прицепились, подбадривая и настраивая на «нормальную» жизнь. Ещё этот Коля. Зачем Ритка меня с ним свела, жила я себе спокойно, планировала учиться ехать, выбирала ВУЗ. А тут раз, и любовь.

Не было никакой любви, не любовь это, когда три месяца на руках носишь, а потом в один миг всё перечеркнёшь и «где эта зараза». Я думала Коля хороший, он всегда говорил мне, что я самая лучшая, самая красивая, а теперь «родишь и станешь покладистой». Он хотел из меня тоже «нормальную» сделать.

Мои мысли прервал громкий стук в дверь и шёпот мамы:

– Дочка, выходи скорее, за тобой Коля пришёл!

– Скажите ему, что я с ним никуда не пойду. Пусть возвращается домой и про меня забудет! – упрямым голосом проговорила я.

– Кать, ну как же так? Вы же свадьбу сыграли. Вы теперь пара. Вам вместе быть нужно, а не бегать друг за дружкой.

Я выключила воду и стала обтираться полотенцем. Даже через закрытую дверь мне было слышно, как Николай в коридоре объясняет моему отцу всю ситуацию. Родители, да и многие возрастные гости уже ушли со свадьбы к моменту проведения рокового конкурса от незнакомца, оставалась одна молодёжь. Они не знали, что меня целовал чужак, не слышали его прогноза на мою будущую жизнь, не видели Колю в гневе. И теперь мой муж объясняет своему тестю, что он вообще ни в чём не виноват, и не понимает, почему я себя так веду.

Собрав волю в кулак, я, обмотанная полотенцем, вышла из ванной в коридор. Мой муж сверкнул на меня гневным взглядом и хотел уже рвануть навстречу, чтобы скорее забрать с себе то, что от него снова упорхнуло, но отец преградил ему путь.

– Спокойно, зятёк. Тебя я послушал, сейчас Катькина очередь. Давай дочь, чего глазами моргаешь, объясняй ситуацию, – мой папа строго смотрел на меня, и всё моё решительное упрямство растаяло, как снег.

– Пап, я не хочу быть его женой, он не такой, каким себя показывал, он грубый, он меня не любит, он на меня замахивался, я его боюсь, – насупилась я, отступая к комнате, чтобы там запереться и ни к кому не выходить.

– Стой, дочь! Мы просто разговариваем, не сбегай, – понял мой манёвр отец и, взяв меня за руку, поставил рядом с собой. – То есть ты считаешь, что жизнь с этим парнем не будет для тебя безопасной?

Меня дома никогда не били, отец был интеллигентным образованным КИПовцем, мама учительница по географии. Дома всегда была тишь и гладь, никаких скандалов и тем более драк. Я думала, с Колей всё будет так же, но его поведение после инцидента с конкурсом показало мне совсем другую картинку будущей жизни.

– Пап, я с ним никуда не пойду, если вы сейчас выгоните меня из дома, то я вообще из города уеду, и больше вы меня не найдёте, – поджав губы, тихо говорила я.

– С этим мужиком что ли? Думаешь, ты ему нужна? Послушала какого-то идиота. Дядь Ген, он ей в уши всякой бредятины налил, а она и поверила, скажите вы ей, как мужик, что она вами вертит?

Отец перевёл взгляд с Коли на меня и обратно, немного помолчал и сказал, как отрубил:

– Ты, – он указал пальцем на Кольку, – пошёл вон отсюда, живо. А ты, – он перевёл руку в мою сторону, – быстро в комнату и спать, завтра будем разговаривать.

Мне не нужно было повторять дважды, я шмыгнула в своё девичье жилище и заперлась на всякий случай. А вот Коля так легко сдаваться не хотел. Он ужом вился перед моим отцом, чтобы доказать ему, что я поступила не так. Я слышала, как он начал обливать меня и моё неправильное воспитание грязью. Рассказывал, про то, как живут все, и что такая жизнь совершенно нормальная.

– Женщина должна слушаться своего мужика, – это были его последние слова.

– Вон пошёл отсюда, – чеканя каждое слово, гаркнул отец, и у меня от страха задрожали руки.

После этого входная дверь хлопнула, замок заперли, и родители пошли к себе. Их комната была через стенку с моей, и я слышала, как мать шёпотом пытается донести до мужа, что он был очень резок, что так делать нельзя, нужно спокойно выяснять отношения, без криков.

– Галь, дай мне валидол и давай спать, поздно уже, – спокойно ответил ей отец, а у меня кольнуло в груди от ощущения вины.

Скинув с себя мокрое полотенце и надев ночнушку, я легла на кровать. Как тут спать? После такого фиг уснёшь. Внутри было напряжение, я уткнулась лицом в подушку и расплакалась, дав волю слезам.

«Я сделала всё правильно», – мысленно убеждала я сама себя, приводя разные аргументы против необдуманного брака с Колей, отчего становилось немного легче.

Вдруг вспомнились слова незнакомца «если хочешь другой жизни, поехали со мной», и промелькнула отчаянная мысль, которую я тут же отмела. Нет, этого я делать точно не буду. Я ещё с одним лицом мужского пола не разобралась, зачем мне другой. Сама себя убеждая в провальности этой затеи, я незаметно уснула, а утром проснулась ни свет ни заря, с первыми птицами, которые радостно щебетали за окном, встречая солнце.

На часах было половина пятого, я тихонечко открыла дверь и, накинув халат, пошла в туалет и умываться. За ночь организм расслабился и сейчас требовал еды, к которой я вчера почти не прикасалась.

Я, крадучись, прошла мимо родительской комнаты и завернула в кухню. За столом сидел отец и смотрел на меня в упор. Я замерла, пытаясь прочитать его взгляд, чтобы быть готовой к защите, но он грустно улыбнулся и сказал:

– Ставь чайник, дочь, будем кофе пить.

глава 6

(от лица Вадима)

Я стоял возле машины и упрямо смотрел на дорогу, ведущую в сторону города. Место, в котором мы остановились, было немного в стороне от Вереи, и если бы она решилась прийти, то могла появиться только оттуда, куда был устремлён мой взгляд.

– Вадь, ты что, реально думаешь, что она придёт? – ко мне подошёл Костян и по-дружески похлопал по плечу. – Это ж глупо.

– Почему? – внимательно посмотрел я на друга. – Почему глупо? Глупо оставаться здесь с быдловатым мужем, а уезжать за другой жизнью – это нормально.

– Ну ты даёшь, не думал, что она тебя так цепанула. Смотри Нэльке про неё ничего не ляпни, а то вмиг и ты без невесты останешься, – хохотнул Костян и, обойдя машину, сел на переднее пассажирское сиденье.

– Вадя, поехали, мне в девять жену с детьми на дачу везти, ты обещал что мы вернёмся ко времени, – это уже с заднего поторапливал Захар.

– Надо было телефон у неё взять, позвонил бы, поторопил, – Глеб тоже шутил надо мной, и я с раздражённым видом плюхнулся за руль, проворачивая ключ в замке зажигания.

– Ничего вы не понимаете, пацаны. Она ж не из этого мира, загнётся здесь, вытаскивать девчонку нужно, – вздохнул я и, отпустив педаль сцепления, поддал газу, выезжая с территории пансионата.

– Ага, в тебе что, спасатель проснулся? Итак, им свадьбу испортил, мало тебе этого? – Захар был рассудительным семьянином и старался никогда не давать советов, но тут и он не выдержал. – Зачем ты её поцеловал? Теперь девчонке из-за тебя отдуваться перед мужем. Ещё и выгнал всех с торжества. Какой бес в тебя вселился? Сидели нормально, нет, приспичило выпендриться.

Он осуждающе посмотрел на меня в зеркало заднего вида, и внутренне я был с ним согласен. Не стоило лезть, это чужая жизнь и чужие судьбы, которые меня никаким боком не должны касаться. Но на самом деле я пошёл туда не ради праздного любопытства, я хотел напомнить арендаторам зала, что их время истекло, а там она…

Катя… Я мысленно произнёс её имя, и мне сразу же вспомнились её мягкие губы. Было чертовски приятно целовать её, совершенно не ожидающую такого подвоха. А этот крендель, её муж? Он заорал на неё таким голосом, что мне вмиг захотелось его покалечить, что я собственно и сделал, не выдержав его замах на невинную девочку.

– Зелёный! Вадь, ты чё тормозишь? – Костян толкнул меня в бок, и я понял, что стою на светофоре, и пора бы уже ехать.

– Да так, задумался, – пробормотал я, набирая скорость.

– Давай я за руль сяду, а то привезёшь нас куда-нибудь не туда, – подколол сзади Глеб. – Небось всю ночь не спал и планы строил, как спасать принцессу будешь?

– Отвали, – собрался я и тряхнул головой, прогоняя ненужные сейчас мысли. – Нормально у меня всё.

Дальше ехали молча. Костян сидел в наушниках справа от меня и работал в ноуте. Глеб и Захар тихо переговаривались сзади, я смотрел на дорогу и рулил.

На Минском было не слишком забито, воскресное утро, многие в это время ещё спят. Мне нужно развезти ребят по домам и поехать к маме, чтобы наконец-то обрадовать её новостью о долгожданном переезде и её новом занятии. Она уже давно мечтала уехать из душной Москвы, куда-нибудь в глубинку, я подобрал для неё отличное место.

Вчера с ребятами расставили мебель, теперь можно заезжать. А чтобы ей не было скучно сидеть в деревне, я приобрёл давно стоящее на продаже кафе. Оно было действующее, до вчерашнего вечера им руководил доверенный управленец продавца, но с сегодняшнего дня, право управления переходило Тирольской Анастасии Егоровне, моей любимой маме. Вот она удивится.

Параллельно с мыслями о матери и её счастливой улыбке, мне в голову настойчиво лезли мысли о Кате. Почему она не пришла? Испугалась? Не поверила?

Здравый смысл вопил, что поверить в то, что я там ей предложил, смогла бы только наивная дурочка, у которой мозгов совсем нет. Катя вряд ли такая. Я вспомнил её задумчивый взгляд, направленный в зал с пошлым конкурсом. Она не сорвалась с места, не заорала, как хабалистая девка, не стала лупить своего женишка всем, что попалось бы под руку. Она просто смотрела. Так обидно за неё стало. Он же её погубит. Ей придётся прогнуться под него. Она больше не будет такой нежной.

Я вспомнил её худые пальчики, которыми она коснулась моих губ, делая вид, что пытается вслепую и наощупь определить своего жениха. Это мимолётное касание взбудоражило мой мозг и я уже не мог себя контролировать, поэтому жадно припал к её губам, пытаясь за короткий миг успеть её распробовать.

У Захара зазвонил телефон, его супруга волновалась, вернётся ли он вовремя и спрашивала, смогут ли они взять с собой Нэлли, мою девушку. Я удивлённо приподнял бровь, но согласно кивнул, понимая, что так будет даже лучше. Мне нужно немного успокоиться, почистить голову, выкинуть оттуда всё лишнее, чтобы не дай бог не брякнуть невзначай.

– А что они там собрались делать? – поинтересовался я у Захара, когда тот повесил трубку.

– Не поверишь, твоя Нэлли оказывается очень интересуется розами, а моя Ларка их на даче разводит. Видимо будут вместе в цветнике пропадать, – усмехнулся он. – Только не знаю, как я их всех повезу? Может, отвезёшь свою сам?

Захар смотрел на меня, а я качал головой:

– Я маме обещал, пусть тогда до следующего раза ждёт, не могу её везти.

– Хочешь, я помогу? – отозвался сзади Глеб, я сегодня совершенно свободен.

– Точняк, заодно поможешь мне вагонку в сарае прибить, а то одному не удобно, – потирал ладони Захар, радуясь, что всё так удачно складывается.

Я тоже радовался. Я повезу маму в Верею и обязательно найду Катю. Я должен с ней поговорить. Должен узнать, почему она осталась с мужем и не приняла моё предложение. А Нэлли? Нэлли я пока ничего говорить не буду. Пусть всё идёт так, как идёт.

глава 7

– Что теперь делать планируешь?

Я вскипятила чайник, налила нам с отцом кофе и нарезала бутерброды. Горячий бодрящий аромат наполнил кухню, и я с кружкой в руках подошла к окну.

– Я думаю, мне нужно уехать, – сказала я самое первое, что пришло в голову.

– Куда? – он тоже подошёл ко мне и встал рядом.

– Наверное, в Москву? – предположила я, не имея никаких других вариантов.

– И что ты там делать будешь?

Я задумалась. Поступать уже было поздно, да и не готовилась я к этому совсем. Найти работу, снять квартиру, параллельно искать варианты. Я рассказала свой план действий отцу, но он, молча, смотрел в окно и о чём-то сосредоточено думал.

– Понимаешь, если я здесь останусь, он мне не даст спокойной жизни, а я не то чтобы разговаривать с ним, я видеть его не хочу. Если я уеду далеко, всем только легче будет. Вам с мамой тоже достанется, но если не будет меня, то и забудется всё быстрее.

Отец тяжело вздохнул. Я единственная дочь у родителей, они меня очень любят, но отпускать в чужой город, видимо, не было в их планах.

– Москва-Москва, рвётесь вы все туда, а потом возвращаетесь побитые, – вспомнил он дочь своего знакомого, которая два года пыталась делать вид, что учится, а потом вернулась в родной город без денег, без образования и к тому же беременная. – Вчера все были на нервах и усталые, сегодня попробуем поговорить по-человечески. Может что получится.

– Пап, нет, только не это, – умоляюще сложила я руки возле груди.

– Не переживай, в обиду не дам. Просто как-то неправильно сбежать не объяснившись. Поговорим и разойдёмся. Всё будет хорошо.

Он сел обратно за стол, и я последовала его примеру. Поев, мы разошлись по комнатам, ждать гостей, которые по заверениям отца обязательно должны были прийти.

В половине первого дня, компания, планировавшая продолжать праздник в доме Николая, ввалилась в нашу квартиру. Отец попытался сдержать напор негатива, но горластая тётя Маша (мать Коли) садила меня на чём свет стоит, поливая матами и пророча мне незавидную судьбу, если я не перестану валять дурочку.

Спокойного разговора не получилось. На ответ отца, что свадьба была ошибкой, компания разразилась гневными выкриками и требованием вернуть потраченные деньги. Я дрожала в своей комнате, не смея выйти, а папа принял весь удар на себя. Когда в прихожей хлопнула дверь и стихли шаги, уходящих по лестнице, я вышла из своего убежища.

Возле двери стоял пакет с моим свадебным платьем, скомканным, как попало, сверху на нём лежали белые лодочки.

– Вот и отгуляли свадьбу, – раздался со стороны кухни раздражённый голос матери. – Мало, позор на весь город, так ещё и деньги вернуть требуют.

– Вернём, Галь, не переживай. Деньги дело наживное, – отвечал ей отец.

– С чего вернём, сами последнее выскребали на этот банкет и дорогое платье, забыл?

– А ты бы лучше предпочла, чтобы твоя дочь с нелюбимым мужем всю жизнь мучилась? Ты что, его слов не слышала? До свадьбы ладно стелил, а как штамп в паспорт поставили, так Катюха его слушаться должна? А если б она к нам ночью не голая, а с синяками прибежала? Ты бы тоже её к мужу отправила, чтобы не позориться на весь город?

В ответ ему была тишина.

Я набралась смелости и вышла к родителям с заявлением:

– Я всё вам верну, раз это моя вина, то и отвечать за это буду я.

– Что ты вернёшь, что? – запричитала мать. – Только школу окончила, чем собралась работать, чтобы вернуть? Если про Москву свою думаешь, то можешь сразу забыть, не пущу туда, даже не заикайся.

– Меня не надо пускать, я уже взрослая, сама решу, – упрямо наклонила я голову, хотя внутри всё дрожало от страха.

– Решила уже, вон в пакете в коридоре стоит твоё решение, взрослая!

Мать громко поставила кружку с недопитым кофе на стол и ушла с кухни. Я забрала пакет с платьем в свою комнату, чтобы глаза не мозолил. Оставлять всё как есть точно нельзя, но и прямо сейчас ехать тоже не на что, а просить денег у родителей вообще стыдно. Немного подумав, я решила, что найду хоть какую-нибудь работу здесь, а потом уже решу, что делать.

Открыв браузер в телефоне, я погрузилась в объявления. Везде требовался опыт работы и образование. Если в Москве с моими исходными данными можно было устроиться курьером, промоутером или кем-то в этом роде, то в нашем захолустье, где с работой и так напряжёнка, для меня подходящих вакансий не было вообще.

Я расстроено листала объявления, надеясь хоть за что-нибудь ухватиться, и удача меня не подвела. Какая-то женщина искала себе помощницу по хозяйству на пару часов в день. Оплата не большая, но это хоть что-то. Не теряя времени, я написала ей и довольно быстро получила приглашение на собеседование в Ершовку в понедельник после обеда.

Одно дело сделано. Следующим на очереди было моё свадебное платье. Нужно привести его в порядок и выставить на продажу. Деньги за него я конечно же отдам родителям, чтобы показать серьёзность своих намерений.

А потом, будет потом. Загадывать вперёд не имеет смысла, всё ещё может тысячу раз перемениться. Одно я знала точно, во вторник, как только заработает ЗАГС, я подам заявление на развод. Думаю проблем с аннулированием нашего брака не возникнет.

глава 8

– Дядь Ген, а Катя дома? – в дверь квартиры раздался звонок, звонкий голос Ритки я услышала даже из ванной.

– Дочь, к тебе Рита пришла, – оповестил отец, и я оторвалась от таза с разведённым в нём стиральным порошком.

– Привет, – грустно поздоровалась моя подруга, – давай поговорим?

– Рит, если ты насчёт своего брата, то я уже всё решила, – я вытирала руки о полотенце, захваченное из ванной.

– Да нет, не про него, вообще про всё, – просительным тоном проговорила подруга.

– Зайди в мою комнату, я сейчас.

Ритка пошла в мою девичью, а я быстренько вернулась в ванную и, замочив грязный подол свадебного платья в растворе порошка, сполоснула руки и вернулась к подруге.

– Платье что ли стираешь? – заметила она на моём локте пышную мыльную пену.

– Да, – коротко ответила я, не зная пока чего ожидать от визита сестры Коли.

– Зря, можешь его сразу выкинуть, не купит никто, – равнодушно высказалась подруга, и меня это сильно задело.

– Это почему же не купит? Ты своё, помнится, быстро продала, а моё даже лучше, – я вопросительно смотрела на Риту, ожидая, чем она будет обосновывать своё заключение.

– Моё – счастливое, а твоё нет. Купят, только если не узнают, что ты на свадьбе натворила. А так как скоро про тебя столько разных слухов ходить будет, то считай, что не продашь.

– Рит, ты реально для этого пришла? Выкладывай, это он тебя подослал или мамка ваша? Днём всё не выяснили, решили мне ещё на ночь настроение подпортить?

– Ладно, не кипятись, я не ругаться пришла. Просто, как подруга к подруге. Пожалеть, – она с жалостью посмотрела на меня и громко вздохнула. – Ты реально решила на развод подавать?

– Как будто у меня есть другой выход, – я не хотела ругаться с подругой, но всё-таки она сестра моего мужа, родная сестра, возможно, она хочет всё исправить.

– Конечно, есть, выход есть всегда, а в твоём случае он простой и лежит на самом виду, – подмигнула мне она и широко улыбнулась.

«Втирается в доверие», – подумала я. – «Сейчас начнёт петь, что Коля хороший».

– Конечно же, мамка погорячилась, закатив сегодня скандал, но она у нас отходчивая, сейчас орёт, а через час улыбается. Ты вернёшься, в семье даже не вспомнят про твою выходку, отвечаю. Будем жить, как планировали. Кать, мы ж с тобой детей хотели одновременно заводить, помнишь? Мишка с Колькой друзья, будем семьями все праздники, шашлыки, в гости друг к другу. Помнишь, как мы хотели, чтобы наши дети вместе в школу пошли, в первый класс?

Я молчала. Если раньше такая картинка будущего вызывала у меня умиление и желание воплотить её в жизнь, то сейчас я совершенно не хотела ни Колю, ни дружбу семьями, ни тем более детей от этого мужчины.

– Я с Колей уже поговорила, он всё осознал, дал мне обещание, что обижать тебя не будет, будет ласковым и нежным, он тебя правда любит, Кать. Возвращайся.

– А что сам не пришёл, раз так любит? – что-то внутри шевельнулось, какое-то сомнение в уже принятом решении, может я реально погорячилась, перенервничала и напридумывала себе разного.

– Так если бы он сам пришёл, ты б его выгнала. Разве не так?

– Так, – согласилась я.

– Ну так что? Вернёшься? – она смотрела на меня таким жалостным взглядом, что я не выдержала и ответила, что подумаю над этим. – Ну вот и хорошо, вот и ладно.

Ритка засветилась, как солнышко, довольная результатом своей беседы, и засобиралась домой, сказав, что Коля мне напишет или позвонит. Я махнула рукой и проводила подругу до двери. Ну почему я такая мягкотелая?

– Уговаривала? – из своей комнаты выглянул отец.

– Да, – не хотела я врать и ответила честно.

– Неужто уговорила? – он приподнял бровь, внимательно смотря мне в глаза.

– Я сказала, что подумаю, – опустила я взгляд, и мне стало ужасно стыдно перед родителем.

– Вот и правильно, подумай хоть немного, – донёсся из комнаты голос мамы с нотками раздражения и злости. – Может хоть нормальное решение примешь, а то чуть что не по ней, так сразу взбрыкнула.

Я снова пошла в ванную, чтобы продолжить начатое, а в спину больно резанули слова папы:

– Вернуться туда, куда зовут, не сложно, сложно потом себя простить за слабость. Подумай, дочка, хорошо подумай, и взвесь каждое озвученное слово. Уходить во второй раз гораздо сложнее.

Я заперлась в ванной и заплакала, оттирая щёткой пятна с платья. Ну почему у меня так сложно? Вышла замуж – живи с мужем, а я сбежала. Что меня сейчас ждёт? Дай бог, что та женщина из объявления возьмёт меня на работу, а если нет? На какие деньги я буду жить? А как мне с людьми общаться? Сто процентов вокруг будут только осуждающие взгляды. Может ну его…

В кармане пискнула смс-ка, я вытащила телефон и прочитала входящее сообщение от «любимого».

«Катя, давай начнём всё с начала. Я тебя очень люблю и не хочу потерять. Пожалуйста, давай встретимся и обо всём поговорим»

Совсем не похоже на то, что он ночью говорил моему отцу, но очень похоже на то, что у нас было до свадьбы. Я погасила экран смартфона и снова сунула его в карман. Отвечать не хотелось. Телефон снова пикнул, потом ещё и ещё, но я упрямо не желала смотреть, что там пришло. Дотёрла самые грязные места и загрузила белое облако своего наряда в стиральную машину. Выбрав бережный режим, я запустила стирку и вернулась в свою комнату. На мобильнике до сих пор пикали смс-ки. Взглянув на экран, я увидела целую кучу сердечек, грустных смайликов и поцелуйчиков от Коли. Оно мне надо?

Отключив звук, я положила мобильник вниз экраном и решила не смотреть в него до самого утра.