Текст книги "РАЗВОД. Побег со свадьбы (СИ)"
Автор книги: Саша Девятова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
глава 46
– А давай завтра вместе съездим? Я тоже маму проведаю, если хочешь, и тебя с собой возьму, объявим ей, что теперь мы вместе, пусть привыкает, – предложил я Кате альтернативный выход.
– Я сегодня хочу, я уже посмотрела расписание, вечерним автобусом доеду, а ты приезжай, когда тебе удобно, – она уже всё решила, а я никак не могу сегодня ехать, у меня завтра в офис приезжают владельцы холдинга за отчётом и пояснениями, перенести эту встречу невозможно.
– Ну, пожалуйста, Кать, тебе же один день погоды не сделает. А потом я тебя в комфорте до самого подъезда домчу и с папой твоим зайду познакомиться.
– Не надо, – испуганно отвечает она и отрицательно мотает головой.
– Почему не надо? Ты не веришь, что я к тебе с самыми серьёзными намерениями?
Угадал. Не верит.
– Просто мне кажется, что ещё рано. Я уже однажды поторопилась, не хочу снова родителей пугать своим легкомыслием.
– То есть, ты считаешь, что наши отношения недостаточно серьёзны? Что же я должен сделать, чтобы доказать, что отношусь к тебе не как к девочке на вечер? – снова заглядываю в её глаза и вопросительно приподнимаю одну бровь.
– Ты не сможешь этого сделать, – она улыбается, и мне уже очень интересно, какое испытание для меня приготовлено.
– Неужели не смогу? Ты уверена? Может, проверим прямо сейчас? – во мне загорается азарт.
– Нет, Вадим, давай не будем спорить, я уже предупредила своих на каком автобусе приеду, меня папа встречать на вокзале будет, а ты приезжай, как дела закончишь. Если хочешь, конечно, – добавила она в конце, что задело меня прямо за живое.
– Конечно, хочу, даже не думай, что я тебя надолго одну оставлю. Завтра же прилечу, телефон не отключай, я тебе обязательно наберу, хорошо?
– Хорошо, – соглашается она, и я через «не хочу» везу её на автовокзал, покупаю билет, вместе с ней жду время до рейса и провожаю на посадку.
Пока ждали, я перессказал в подробностях нашу с Нэлли беседу. Катя хмурилась, но ничего не говорила. Под конец она кивнула, давая мне понять, что верит и больше не злится.
Весь оставшийся вечер прошёл в переписке. Мне никак не хотелось её отпускать, я писал ей всякие глупости, лишь бы она отвечала мне. На каждый писк входящей смс я тянул руку к телефону, а потом пришла последняя: «Вадим, пока, я доехала, ко мне папа идёт».
Я пожелал ей хорошего вечера, не скучать, вести себя хорошо и попросил, чтобы она мне обязательно приснилась. Ответ на эту смс я получил уже ближе к ночи, когда она добралась до кровати. Мы ещё немного покидались короткими фразами и попрощались до утра.
Как ни странно в этот вечер я не получил ни единого сообщения от Нэльки. Змеюка затаилась, или от дневной истерики ещё не отошла, или готовит новый коварный план. Ничего, главное, что Катя теперь в курсе самых мельчайших подробностей, и возможно сделала для себя адекватные выводы.
Утром я проснулся и быстро помчался в офис. Как назло владельцы холдинга, заказавшие у нас аудиторскую проверку, на полчаса опоздали из-за пробок, а потом очень тщательно знакомились с результатами, расспрашивали, уточняли, подвергали показатели сомнениям.
Наши ребята толково всё объяснили, клиенты остались довольными, а я, раскидав по отделам распоряжения на ближайшие дни, помчался в Верею.
Кате звонил всю дорогу, но она упорно не брала трубку, после десятого или двадцатого вызова, она написала, что не может говорить, потому что находится у приставов, подаёт заявление на развод.
Ладно, пусть так, нужное дело. Пишу ей, что еду в Ершовку, и прошу, чтобы отписалась, как освободится. Она там с отцом, моё присутствие лишнее, встретимся позже и тогда поговорим.
К маме въезжаю в открытые ворота и вижу незнакомую машину. Уже гостей приглашает. Глушу мотор, выхожу из машины, а на крыльце уже мамуля.
– Привет, – здороваюсь я с ней и широко улыбаюсь, радуясь встрече.
– Ну, привет, – тон какой-то не такой, неужели я не вовремя, похоже она совсем не рада меня видеть.
– А я соскучился, время свободное появилось, решит заехать, проведать, как живётся тут моей дачнице, – пытаюсь с ней шутить, а она как неприступная крепость.
– Раз приехал – заходи, я между прочим как раз хотела тебе набрать, а ты словно почувствовал и явился вживую, очень даже кстати.
Смотря на позу матери, на её сведенные к переносице брови, поджатые губи и холодный взгляд, я уже начал сомневаться в правильности своей затеи с приездом. Тут в моё отсутствие, похоже, произошло что-то, и это что-то явно не радостное событие.
Я медлю, заглядываю в стоящую на стоянке машину и вижу Нэлькину сумочку. Нет, только не это. Неужели она пошла ва-банк и решила поиграть на нервах моей матери.
– Кто её привёз? – смотрю на мать, и теперь уже на моём лице злобная гримаса.
– Нэлли с мамой приехала, мы тут уже почти целый час о тебе беседуем, всё думаем, как же ты дошёл до такой подлости.
– Какой подлости, мам? Расскажи мне здесь, какую историю она тебе рассказала, я не зайду в дом, пока мне всё не станет ясно, – мне уже хочется начать всё крушить от переполняющей злости.
Надо же, со мной не справилась, и решила мою мать подтянуть. А для пущей надёжности ещё и свою, я не удивлюсь, если зайду на кухню, а там всё их семейство собралось, меня вразумлять.
– Нет, Вадечка, ты зайдёшь. И мало того, что зайдёшь, так ещё и прощения у девочки попросишь. За свои действия нужно ответственность нести, сумел зачать, теперь отцом будь, и даже не пытайся меня уверить в том, что Нэлли всё это придумала. Она мне рассказала, про ваш вчерашний разговор. Я тебя защищать не собираюсь. Наберись мужества и женись на беременной, иначе я с тобой до конца жизни общаться не стану. Давай, Вадим, решай!
глава 47
Это было жёстко, от своей любимой мамы я такого не ожидал, да что ж у них за коалиция.
Решительно иду в дом и вижу на кухне за столом Нелли, тётю Свету и маленький тортик, который они, видимо, привезли к трудному разговору.
– Добрый вечер, – здороваюсь и сажусь рядом с предполагаемой тёщей, как раз напротив Нэльки.
Тётя Света нервно делает глоток чая из тонкой фарфоровой чашечки, ставит её на блюдце и крутит за ручку вперёд-назад.
– Вадим, надеюсь ты понимаешь зачем мы приехали? – задаёт она мне вопрос, а я, решив, что идти у них на поводу не собираюсь, отвечаю довольно резко.
– Допустим, зачем приехала Нэлли, я понимаю, видимо хочет моей маме по нервам поездить, а зачем вы вместе с ней проделали этот путь – не понимаю. Хотя вы подруга моей мамы, может приехали в гости, так сказать повидаться, потрещать о своём о женском…
– Вадик, не дерзи! – тут же осаживает меня мать, но я и не думаю заканчивать.
– Разве я сказал что-то оскорбительное? – бросил я взгляд на свою родительницу. – Меня спросили – я ответил, условий, по которым мне нужно формулировать свой ответ, мне не задали, как сказал – так сказал.
– Кого ты здесь из себя строишь? Ловелас хренов. Девчонка от тебя забеременела, а ты несёшь какую-то ерунду, – она явно хотела показать себя главной, но не учла то, что мальчик уже вырос и вылетел из-под её крылышка.
– Мам, я в курсе, что она беременна, она вчера мне это самолично сказала, я ещё не потерял память.
– Так почему тогда не уладил эту проблему? Раз ты взрослый, то решай по-взрослому, – продолжала она на меня напирать.
– Я пытался решить, но Нэлли закатила истерику и совершенно не хотела искать выход из этой ситуации, правда ведь? Ты рассказала им, как ты упала в обморок, как сбежала из клиники, как просила меня уговорить доктора сделать тебе аборт, говорила? Или ты только ванильно-сливочное мамочкам описала? Чего молчишь? – обращался я уже к той, которую явно пророчили мне в жёны, в связи с последними событиями.
– Вот видите, он опять на меня орёт, и вчера орал, он заставлял меня делать аборт, кричал, что ему не нужен этот ребёнок, – Нэлька картинно вскинула руки к лицу и принялась старательно давить слёзы и размазывать тушь по щекам.
– Тише-тише, дочь, малышу такие невные потрясения ни к чему. Иди, погуляй в саду, мы сами справимся с будущим папашей, не переживай, всё будет хорошо.
Тётя Света заботливо повела Нэлли к выходу, а за меня взялась собственная мать. Я долго терпел, пока эти две уважаемые мною женщины полоскали меня в нравоучениях и промывали мне мозги. Я смотрел на них холодным взглядом, а потом не выдержал и сорвался.
– Я буду строить свою жизнь так, как считаю нужным. Если Нэлли родит и тест ДНК покажет что я отец её ребёнка, я обязуюсь финансово поддерживать и мать и ребёнка. Если она по каким-то причинам она вдруг скажет вам о выкидыше, или ещё как-то прервёт свою беременность, вы меня в эту историю не впутывайте, понятно говорю?
Обе женщины смотрели на меня ненавидящими взглядами.
– Правильно вчера тебя Нэлли мерзавцем назвала, а я ещё тебя защищала, пыталась ей доказать, что ты не тот, кто бросает в трудном положении. Сейчас то я вижу, что ты мерзавец, вылитый папаша, как он тебя бросил, так и ты родного ребёнка лишаешь нормального детства. Всё, Насть, мы поехали, я убедилась, что больше нам здесь делать нечего. Подлец!
Мать Нэльки специально задела меня плечом, пока шла к выходу, а её взгляд выражал такое презрение, которое, казалось ядовитым облаком, плавало в воздухе вокруг неё.
– Что ты наделал? – прошипела на меня мать, проводив подругу взглядом до дверей, – я тебя не так воспитывала. Разве порядочные мужчины так разговаривают с дамами старше себя. Никакого уважения, совершенно никакого, ты разочаровал меня сын!
Она демонстративно покинула кухню вслед за тётей Светой, и хлопнула дверью с такой силой, что в прихожей с вешалки упали вещи на пол.
Я встал, немного походил по кухне, соображая, что делать дальше и вдруг услышал со двора душераздирающий крик матери Нэлли.
Чёрт, там явно что-то случилось.
Стремительно покинув дом, я рванул в сад, откуда доносились причитания тёти Светы. Когда добежал до места происшествия, увидел как над Нелькой квохчут её и моя матушка. Моя бывшая лежала на траве возле сарая и громко стонала, предположительно от боли, рядом валялась старая деревянная лестница.
– Что у вас тут? – обратился я к женщинам, чтобы понять, как действовать дальше.
– Упала она, не видишь что-ли, неси её в машину и в приёмный покой, видишь как кричит, даже объяснить толком ничего не может. Давай скорее, ну чего ты копаешься.
Под нажимом старшего поколения и слушая непрекращающийся скулёж Нэлли, я быстро пробежался руками по её телу, головой она могла вертеть, значит с позвоночником всё в порядке, особо сильный вскрик был тогда, когда я коснулся её правой щиколотки.
– Зачем ты туда полезла? – задал я ей вопрос, когда мы уже ехали в сторону больницы.
– Вадим, не мучь её, видишь, итак плохо, рули молча.
На такое заявление тёти Светы я лишь сильнее сжал зубы, сказала бы спасибо, что вообще везу, у неё у самой машина во дворе, могла бы дочку любимую транспортировать.
В приёмном покое Нэльке всё-таки пришлось рассказать, почему и как она упала. Травматолог прощупал места, на которые она жаловалась, и констатировал только подвывих правого голеностопного сустава, который тут же вставил на месте.
– Скажите, а у меня от такого падения не может случиться выкидыш? – сделав самые испуганные глаза, спросила у дежурного врача Нэлли.
– Какой срок, – переместил взгляд на её живот доктор.
– Я еще не знаю, на учёт не вставала, но тест уже показывает две полоски.
Я смотрел, как она строит из себя страдалицу и не понимал одного, как я раньше этого не видел. Может потому что меня к ней влекло, и ей совершенно не нужно было привлекать моё внимание своими театральными па.
– При вашем сроке и учитывая полученные травмы вероятность выкидыша ничтожно мала, – успокаивающим тоном ответил доктор, но Нэльке этого было мало.
– Вы уверены доктор, но всё-таки вероятность существует? – не унималась она.
– Если вы хотите проверить состояние плода, то советую записаться на УЗИ. Там вам всё посмотрят и расскажут.
– А как это сделать? Сейчас можно записаться? – в её голосе сквозило беспокойство.
– Девушка, у вас ни кровотечения, ни болезненных ощущений, вы, конечно, извините, но УЗИ вам придётся делать в поликлинике, экстренных показателей к этой процедуре нет. До свидания, мне нужно работать.
Врач спешно ушёл, а Нэлька уставилась на меня ненавидящим взглядом.
– Если наш ребёнок погибнет – в этом будешь виноват ты! – гордо задрав подбородок бросила она мне в лицо и прихрамывая отправилась по коридору к выходу.
– А кто тебя просил на старую лестницу залезать? Зачем тебя туда понесло?
– Вадим, не смей кричать на мою дочь, – вмешалась тётя Света.
– Да пошли вы, вместе со своей дочерью, – не выдержал я и быстрым шагом пошёл к машине.
глава 48
– Ты куда едешь? – спросила меня тётя Света, когда я вместо Ершовки порулил в сторону Москвы.
– На приём ко врачу, – злобно ответил я.
– К какому врачу, – переспросила мать Нэльки, а её дочь испуганно округлила глаза.
– Конечно к гинекологу, – хмыкаю я, находя в этих мимолётных реакциях подтверждение своим догадкам.
– Я к гинекологу с тобой не пойду, – встаёт в позу Нэлли, – меня домой!
– А со мной и не надо идти, у тебя вон, мама рядом, с ней и сходишь, а я в коридоре постою, подожду. Должен же я быть уверен, что с нашим ребёнком всё в порядке, – демонстративно набираю в телефоне номер платной клиники, где обычно сам прохожу осмотры, договариваюсь на приём с УЗИ, нам подтверждают время приёма и обещают подождать, если мы немного задержимся.
Топлю педаль газа, желая поскорее преодолеть расстояние и, наконец, расставить всё по своим местам и слышу с заднего сидения успокаивающий дочку шёпот матери.
– Ну Нэль, ты чего, как бы ты не злилась на Вадима, но он делает всё правильно. Сейчас доктор посмотрит, подтвердит, что с ребёнком всё хорошо, и ты будешь спокойно спать. Не надо так нервничать. Малышу вредно.
– Сама знаю, что вредно, а что не вредно, – огрызается она на мать и дальше они едут уже молча.
По приезду в клинику веду их в нужный кабинет и остаюсь снаружи, чтобы самолично потом поговорить с врачом.
– Вадь, неужели что-то серьёзное, – озабоченным голосом торопится узнать моя мама, как у нас дела. – Я вам всем звоню, никто трубку не берёт, чего вы так долго то?
– Мы у гинеколога, в Москве, – отвечаю спокойно я, уверенный в том, что за этот поступок меня точно не будут гнобить.
– Что-то с ребёночком? – не унимается мама.
– Врач делает УЗИ, посмотрит и всё скажет, я тебе перезвоню, – вешаю трубку и вижу, как из кабинета выходят моя бывшая с низко опущенной головой, а следом её мама.
Я, не спрашивая у них ничего, вхожу сразу в кабинет к врачу и представляюсь.
– Извините нас, что вот так, но я предположительно отец этого ребёнка, и хочу из ваших уст услышать о его состоянии, своей девушке я не доверяю.
– Правильно делаете, – со вздохом отвечает врач, приятная женщина лет сорока – сорока пяти. – Ваша девушка не беременна вовсе, вы зря так беспокоились.
– Вы уверены? – на всякий случай переспрашиваю я.
– На сто процентов, – подтверждает она свои слова снимком и распечаткой медицинского заключения с подписью и печатью учреждения.
– Вы ей об этом сказали?
– Конечно, молодой человек, она у вас очень перевозбуждена, возможно, это стресс или ещё что-то, но я бы посоветовала показаться другому специалисту.
– Спасибо, – понимаю, на что она намекает, беру бумаги и выхожу из кабинета и из клиники, предварительно заплатив за приём и процедуру УЗИ.
Возле входа меня ждёт тётя Света, её лицо выражает глубокое раскаяние и чувство вины.
– Вадим, я приношу тебе свои извинения за свои слова, и за дочь тоже извиняюсь. Она мне сейчас во всём призналась. Мне, как матери это очень неприятно, не думала, что моя дочь на такое способна. Но видимо недосмотрела. Так что, прости ещё раз, Насте я позвоню, а за машиной мы с мужем приедем позже. Я тебя только об одном попрошу, ты, пожалуйста, не рассказывай никому об этом инциденте, хорошо? Я понимаю, что теперь у вас с Нэлли ничего не сложится, но она ещё молодая, захочет свою личную жизнь устроить, а тут слухи неприятные. Я тебя по-человечески прошу, пожалуйста.
– Вас довезти до дома? – вместо ответа на её просьбу спрашиваю я.
– Нет, спасибо, ты уже итак нас достаточно покатал, сами доберёмся. Прости, Вадим, что так получилось.
Она ещё раз извиняется за свою дочь, и я вижу невдалеке на лавке плачущую Нэльку.
– Хорошо, до свидания, – прощаюсь я с тётей Светой и иду в машину.
Вот это денёк нервный выдался. Откидываюсь на спинку сидения, набираю номер Кати и жду, когда ответит её долгожданный голос. Длинные гудки расслабляют, третий, четвёртый, пятый… Почему она трубку не берёт? Неужели и у неё что-то непредвиденное случилось.
Не бросаю своих попыток дозвониться, выруливаю со стоянки, еду в сторону шоссе, хочется на самом деле отдохнуть, я уже столько времени за рулём провёл, но и увидеть мою девочку тоже хочется. Что выбрать особо не думаю, даже если приеду в её город поздно, то смогу переночевать у матери и увидеться с ней утром.
Еду по трассе к заправке, в баке почти пусто, вот это я сегодня покатушки устроил.
Примерно через полчаса мне звонит мать и обеспокоенным голосом уточняет: где я, куда направляюсь и во сколько предположительно буду. Её голос дрожит, чувствует свою неправоту, ну ничего, я на неё не злюсь, она действовала на эмоциях, жаль, конечно, что её представления о моей дальнейшей жизни не будут сходиться с тем, что запланировал я, но это тоже нормально, привыкнет.
Следом за мамой звонит Захар и начинает допрос с пристрастием:
– Вадь, что там у тебя за Санта-Барбара творится? Мне Ларка сейчас про Нэльку рассказала, я в шоке, это же надо какая стерва, а как мастерски маскировалась, обалдеть…
– Когда вы уже всё успели узнать? – удивляюсь я, пытаясь предположить, кто растрепал то, что мать Нэлли просила никому не рассказывать.
– Так она сама только что моей жене звонила и плакала, что теперь её Вадим точно не простит.
– Сама? – усмехаюсь я. – А меня просили не распространяться.
– Ну может она конечно не всё рассказала, но так откровенно обманывать мужика, зная, как сейчас всё легко проверяется – это верх глупости. А ты, бро, молодец, правильно сориентировался, – Захар одобряюще произносит последние слова, и мне кажется, что я вживую чувствую его дружеское похлопывание по плечу.
– Ладно, пока, я сейчас за рулём, потом ещё поболтаем, – прощаюсь я с другом, отрубаю звонок и собираюсь делать манёвр по обгону фуры, которая не слишком быстро едет по средней полосе дороги.
Нажимаю газ, ускоряюсь, смотрю на то, что впереди, и смело стартую на обгон.
глава 49
Левая полоса свободна, я делаю рывок на скорости вперёд, чтобы обогнать фуру и свернуть на среднюю полосу, но неожиданно под колёса выныривает белый седан и вместо разгона притормаживает.
– Да кто там такой сумасшедший, чёрт возьми! – ору на водилу, который сделал этот манёвр, бью по тормозам, и чувствую быстро приближающийся к лицу руль.
*-*-*-*
– Мужик, ты как? – меня похлопывают по плечу, дико болит голова, открываю глаза и вижу свою тачку со смятым в хлам задом прямо перед собой.
Сам сижу прямо на асфальте, прижавшись спиной к отбойнику. Вроде успел затормозить, похоже, не успел тот, кто сзади ехал.
Снизу ничего не видно, только проблесковые подъехавших гайцов, пытаюсь встать, башка кружится, держусь за отбойник. Рядом со мной стоит здоровенный бугай в чёрной футболке и джинсах.
– Ты молодец, успел затормозить, женщину спас, а я тебе в зад въехал, извини. Я Влад, будем знакомы, – он протянут мне руку для рукопожатия.
– Вадим, – представляюсь я, слабо отвечая на его рукопожатие. – Что за женщина?
Я тру виски, ощупываю лоб, трогаю губы, чувствуя подсохшие следы крови из носа, подушка сработала, хорошо, иначе бы мой фэйс был совершенно в другом состоянии.
– Да кто её знает, у неё за рулём сердечный приступ случился, резкая боль и потеря сознания, руль влево дёрнула, из-под фуры ушла, а тут ты летел, если бы не затормозил, то вряд ли спасли. Я тоже все колодки сжёг, но скорость есть скорость.
Мужик в шортах указал на скорую, стоявшую неподалёку.
– Что у нас здесь? – деловито подошёл к нам врач.
Бугай кивнул в мою сторону, а я сморщился от яркого света фонарика прямо в лицо.
– Сейчас, потерпите, голова болит? – врач быстро, словно по списку осыпает меня вопросами и диагностирует лёгкое сотрясение. – За руль с таким не желательно, есть, кому приехать за вами, или могу до ближайшей больницы отвезти.
– Нормально, доберусь сам, за руль с таким задом точно уже нельзя. Спасибо док, можно таблеточку от боли?
Врач делает мне обезболивающий укол, меряет давление, ещё раз проверяет глаза и уходит в направлении машины.
– Давай я тебя довезу? Далеко тебе? – спрашивает Влад.
– Ершовка, рядом с Вереёй, – называю адрес мамы.
– Дак мы уже совсем близко, я сам из Вереи, домой еду, сейчас и тебя подкину. В машине есть что важное?
Я чувствую, как начинает действовать укол и головная боль медленно отступает. Хорошо. Говорю Владу про документы в бардачке и телефон, тот, после достаточно долгого лазания в передней части моего авто приносит всё и помогает мне погрузиться в свой внедорожник. У него на морде металлический кенгурятник из труб, повреждений совсем нет. Жаль, что моя тачка теперь не скоро на ходу окажется, а что скорее – придётся покупать новую.
– Ты меня тут подожди, а я к ребятам и ДПС подойду, я ж могу сказать, что мы с тобой договорились? Ты не переживай, я тебе помогу с ремонтом, если страховки не хватит, денег дам, просто неохота со всей этой бюрократией возиться.
Я киваю, мне на самом деле сейчас тоже не до этого, укол хоть и унял боль, но общее состояние после удара паршивое. Хочется лечь, а не заполнять кучу протоколов.
Влад ходит недолго, быстро возвращается, заводит мотор и трогается с места.
– Я своему брату уже звякнул, отвезу ему ключи от твоей тачки, и он её на эвакуаторе в сервис отвезёт. Всё починим, я своих слов на ветер не бросаю. Ты местный или как?
– Не, не местный, к матери еду, – отвечаю я, расслабленно откинувшись на спинку сидения.
– А кто у тебя матушка? Может, знаю? Я многих тут знаю, не простой человек так сказать, – самодовольно улыбнулся водитель.
– В смысле не простой? – уточняю я ради любопытства.
– В местном участке полицейском начальником служу, как говорится, по долгу службы со многими знаком и о многих слышал, – от его слов прямо сквозит гордостью, видимо он считает себя здесь очень важной шишкой.
– О нас точно не слышал, я дом матери в Ершовке только недавно купил, она там сейчас обживается, даже познакомиться со всеми не успела, а с полицией точно не контактировала.
– Недавно говоришь? Ну ладно. Ты мне всё равно скажи, чтоб я на будущее запомнил.
– Влад, это ты мне лучше скажи, не знаешь ли ты тут одного парня, Коляном зовут. Худой, высокий, борзый, хвастает, что у него родственник в полиции работает.
– Колян, говоришь?
– Да.
Влад хмурится, жуёт губы, трёт лоб. У меня складывается впечатление, что он его не просто знает, а знает очень хорошо.
– А что ты с ним не поделил? – спрашивает Влад и бросает на меня подозрительный взгляд.
– А что мужики обычно делят? Девчонку, конечно же, – точно тот самый родственник, вот мне повезло в аварию попасть.
– Его жену Катюху что ли? Ты и есть тот самый москвич, про которого он мне рассказывал.
– А что он тебе рассказывал, а то мало ли каких москвичей он имел в виду? – уточняю я, чтобы знать, как вести разговор дальше.
Тем временем мы въезжаем в Ершовку, и я направляю водителя к дому моей мамы.
– Колян говорил, что ты ему жизнь испортил, Катьке мозги запудрил так, что она от него со свадьбы сбежала. Я потом помогал ему жену найти, только не знаю, нашёл он её или нет, – останавливает машину Влад возле нужных ворот.
– Зато я знаю, – выдерживаю я небольшую паузу и продолжаю, – он Катьку чуть не изнасиловал, разбил ей лицо и, пользуясь беспомощностью девчонки, срулил в закат.
– Чёрт! Вот мелкий засранец, – крепко стукнул по рулю Влад сразу обеими руками. – Знал же, что когда-нибудь он меня подставит. Она заявление уже написала? – мужик занервничал, видимо, желания выносить сор из избы не было.
– Заявление не писала, но сделать это можно в любой момент, справка о побоях у неё на руках, всё это происходило совсем недавно, даже синяки не успели рассосаться.
– И свидетели есть? – мы уже просто стояли, но я покидать его авто не торопился.
– Свидетели имеются и съемка с камеры наблюдения, он на Катю в магазине напал, в который она на работу устроилась.
Влад в бессилии зарычал и взъерошил волосы обеими руками.
– Вадим, я тебя по-братски прошу, придержи Катю, не давайте ход этому делу, я Кольку так взгрею, что он на коленках к вам приползёт, будет прощения просить, только не пишите заяву. Приструню его как надо, не узнаете парня, как шёлковый будет. И машину я тебе восстановлю за свой счёт. Только не заявляйте.
