Текст книги "Без ума от виконта"
Автор книги: Салли Маккензи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Она тут же вздернула свой до смешного маленький носик.
– Я не уверена, что это было обсуждением, лорд Моттон, вы просто изъяснялись самым бурным тоном насчет того, как не обладающий достаточной выдержкой мужчина должен защищать маленькую, слабенькую женщину.
Ему захотелось взять ее за плечи и хорошенько встряхнуть.
– А что, собственно, плохого в намерении защитить женщин? Вы, например, намного слабее меня, это ясно.
И если бы мисс Паркер-Рот не повела себя разумно, он был бы рад продемонстрировать ей свою силу. Он с легкостью мог бы обездвижить ее и обойтись с ней так, как ему хотелось. Разумеется, он этого не сделает – нет-нет, ни в коем случае, м-м, без ее собственного, чистосердечного согласия и желания.
– Ничего, по сути, если это заключается в понимающем, покровительственном, сугубо внимательном отношении. Но если вы физически крупнее и сильнее, это еще не значит, что вы безусловно умнее. – Она фыркнула. – Умнее? Ха! К чему иносказания? Мужчины частенько обращались со мной так, словно у меня в голове не мозги, а куриные перышки.
Он улыбнулся, не желая показать, что обижен.
– Думаю, что ваши братья никогда не совершали подобной ошибки?
Она тоже улыбнулась и ответила:
– Не больше одного раза. Я не стеснялась поучать их, даже если это могло быть чревато хорошей трепкой.
Хотелось бы ему послушать, как Джейн учит уму-разуму Джона и Стивена, а также младшего брата.
– Я это понимаю, Джейн, но и вы должны понять, что наша ситуация совершенно иная. – Моттон решил сделать еще одну попытку преодолеть ее упорство. – Я просто не могу с должной силой выразить, насколько опасен Сатана.
– Ох, вы уже достаточно запугали меня, милорд, но это меня не остановит. Если я посещу ту самую художественную галерею, это вызовет гораздо меньше пересудов, чем в том случае, если это сделаете вы. Моя мать известная художница.
– И вы каждый раз сопровождаете ее в галереи?
– М-м, пожалуй, нет.
Черт возьми, он прав.
– Как часто вы принимали приглашения и присутствовали на встречах с нашими художниками, мисс Паркер-Рот?
– В этом сезоне?
– Да.
– Ах, но ведь сезон еще только начинается. У меня вполне найдется время посетить одну или две галереи.
Да, времени, быть может, еще хватит на то, чтобы выпутаться из передряги, в которую она попала.
– В таком случае – за время всех ваших сезонов? Как часто с тех пор, как вы начали выезжать в свет, вы посещали различные художественные выставки вместе с вашей матерью?
Он ее просто доводит!
– Не могу вспомнить.
– Правду, Джейн!
– Ох, ну ладно, попробую. Один раз я была с ней в Королевской академии и один раз в галерее на Харли-стрит. С меня хватило картин и картинок в монастыре. И мне совершенно нет необходимости любоваться множеством произведений искусства в Лондоне.
Этот неотвязный тип усмехнулся и скрестил руки на груди.
– В таком случае ваше появление в галерее будет выглядеть не менее, а на самом деле еще более странным, чем мое. Ведь я отличный знаток, специалист, да будет вам известно.
Он всего-навсего отъявленный педант. Если бы у нее под рукой был сейчас Пан, она бы стукнула Моттона по голове этой статуэткой.
– Я не собираюсь отпускать вас туда одного. Вы прекрасно знаете, что вам нужна моя помощь.
– Я не нуждаюсь в вашей помощи, – снова скрипнув зубами, заявил он.
– Нуждаетесь. И если вы не возьмете меня с собой, я отправлюсь туда самостоятельно.
При мысли о том, что Джейн станет искать рисунок сама, в одиночку, у Моттона застыла кровь в жилах. У нее нет никакого опыта общения с преступниками; она даже не начала еще понимать, с какими препятствиями может столкнуться.
– Не будьте смешной.
– Можете злиться на меня сколько хотите, но если вы не запрете меня в подземелье или не привяжете к кровати, я туда отправлюсь.
Привязать ее к кровати?
Фокус!
Он вперил в нее строгий взгляд.
Она ответила взглядом не менее строгим и вздернула подбородок. Джейн явно не собиралась позволить себя убедить или застращать.
Он понял, что следует поднять белый флаг.
– Ладно, победа за вами.
Негодница, как ни старалась, все же не могла удержаться от торжествующей улыбки. Ладно, взамен он потребует от нее выполнения некоторых условий. Если она так настаивает на участии в деле, он настаивает на том, чтобы наблюдать за ней с самого близкого расстояния.
– Чтобы обеспечить вам полную безопасность, я должен находиться рядом с вами, претендуя, таким образом, на роль вашего ухажера.
– Что?!
Ухажера? Что он имел в виду? Да, они побывали в нескольких горячих ситуациях, но это не было ухаживанием, просто лорд Моттон принял от нее то, что она бесстыдно ему предложила. Он – мужчина. Он не мог не воспользоваться такими возможностями. Даже ее брат Джон имел любовницу.
Нельзя сказать, что лорд Моттон пересек по отношению к ней запретную черту, позволил себе лишнее, – ничего подобного, конечно же, не было. Но вообще мужчины совершенно иные существа, чем женщины.
И она не должна забывать о том, что он не обращал на нее ни малейшего внимания больше семи лет. Она чувствовала влечение к нему, это так, но он определенно не испытывал ничего подобного.
– В этом нет ничего вызывающего, – продолжал он. – Я полагаю, что светское общество примет это как нечто вполне обыкновенное. Как вы и сказали, я в этот вечер провел с вами достаточно много времени. Люди вполне уже могут обмениваться мнениями о моих намерениях. Тетушки уж точно этим занимаются. – Он поморщился. – Они просто помешаны на том, чтобы увидеть меня женатым.
– Вот оно что! – Теперь Джейн поняла суть дела. – Такая игра пойдет вам на пользу.
– Отчасти, думаю, да. Но главным образом это ради вашей безопасности. – Лицо у него приняло серьезное выражение. – Хоть вы и не принимаете этого всерьез, Джейн, но вы нуждаетесь в защите. Вы никогда не имели дела с бессердечными выродками вроде Сатаны. Вы не сможете с ним справиться.
Джейн вздернула подбородок. Лорд Моттон снова пытается ее запугать и отменно справляется с этим делом, однако она отказывалась быть запуганной.
– А вы сможете?
Лицо его из серьезного стало жестким.
– Я смогу.
Сердце у Джейн забилось гулко и часто, оно словно бы поднялось к самому горлу. Быть может, оттого, что ей все-таки стало пусть немного, но страшно.
И тут задергалась дверная ручка.
Джейн хлопнула себя ладонью по губам, чтобы удержать готовый сорваться вскрик. А вдруг это мама? Лорд Моттон может оказаться не в статусе претендента на ухаживание, а в положении того, кому не по своей воле придется направиться к церковному алтарю.
– Постарайтесь не выглядеть такой виноватой, – бросил лорд Моттон, проходя мимо Джейн к двери, чтобы открыть ее.
Не выглядеть виноватой? Ха! Она и была виноватой. Находилась наедине с мужчиной в запертой комнате, что уже было достаточно скверно, а если начнут строить догадки, чем она тут занималась с этим мужчиной…
Боже милосердный! Джейн наклонила голову, чтобы убедиться, что платье у нее в порядке.
– Тетя Уинифред и Тео… вот так сюрприз! – произнес лорд Моттон и посторонился, чтобы тетка со своим питомцем могла войти в комнату.
По крайней мере это хоть не мама… впрочем, может, оно и хуже, что не она.
– Авк! – выкрикнул Тео и завертел головой, разглядывая Джейн, после чего взмахнул крыльями с такой силой, что волосы у мисс Смит разлетелись вокруг лица. – Неладно что-то в Датском королевстве!
– Тео, пожалуйста!
Взгляд мисс Смит встретился с глазами Джейн, после чего тетушка Эдмунда уставилась на ее корсаж. Джейн обеими руками поддернула юбку, чтобы избежать чересчур пристального внимания тетушки к своей груди. Ей это только показалось или мисс Смит в самом деле недовольна тем, что ее, Джейн, одежда не в полном беспорядке?
– Я уверена, что существует совершенно разумное объяснение тому, что Эдмунд запер дверь своего кабинета, Тео. – Мисс Смит улыбнулась племяннику. – Эдмунд!
– Да, тетя?
– Ты соизволишь объяснить?
– Нет.
Господи, ну почему бы лорду Моттону не придумать какое-нибудь подходящее объяснение? Неужели он хочет, именно хочет, чтобы его тетка подумала о самом скверном?
– Видите ли, лорд Моттон и я…
Лорд Моттон поднял бровь. Проклятие! Джейн сделала вторую попытку:
– Лорд Моттон и я просто… мы всего лишь… короче, у нас с ним есть одно дело… один разговор частного порядка…
Лорд Моттон все же решил обратиться к тетке с объяснением:
– Ведь именно вы, тетя Уинифред, препроводили мисс Паркер-Рот ко мне в кабинет, а затем оставили здесь без своего присмотра. Я просто не могу взять в толк, чего ради вы оцениваете самые обычные поступки как нечто непристойное.
– Припомните, что это вы попросили разрешения поговорить с ней. У меня сложилось впечатление, что вы имели намерение обсудить нечто важное. И я не считала, что бедняжка Джейн будет чувствовать себя свободно в комнате, полной ваших теток. – Мисс Смит высоко подняла брови. – Но я не запирала дверь.
– Мне было необходимо побеседовать с мисс Паркер-Рот, и я не желал, чтобы в наш разговор кто-то вмешивался.
– Могу себе представить, – хмыкнув, съязвила мисс Смит.
Моттон молча уставился на свою родственницу. Джейн смотрела в пол.
Мисс Смит махнула рукой.
– О, я полагаю, это не имеет значения. И разумеется, не намерена болтать об этом с кем попало.
– Болтать об этом? – Тео вытаращил глаза на Джейн. – Не о чем тут болтать! Титьки маленькие. Еле видно!
Джейн почувствовала, что краснеет. Она понимала, что бюст у нее не слишком впечатляющий, однако вовсе не нуждалась в том, чтобы наглый попугай сообщал о ее недостатках Эд… кому бы то ни было.
– Тео! – прикрикнула мисс Смит на попугая.
– Тетя! – Лорд Моттон почти выплюнул это слово. – Держите вашего питомца в узде, а не то я набью подушки его перьями!
– Подушки! – заорал Тео во всю мочь. – Только попробуйте, я вам задам! Не позволю делать из меня подушки!
– Я сделаю, если ты не улучшишь свои манеры, несносная ты птица!
– Эдмунд, это ниже твоего достоинства – ругаться с попугаем!
– Верно. Я не стану с ним препираться. – Моттон окинул Тео взглядом с головы до хвоста. Тео придвинулся как можно ближе к голове мисс Смит. – Может, я сделаю из него метелку из перьев, буду ею пыль смахивать.
– Господи!
Мисс Смит отпихнула попугая подальше от своих волос.
– Тео, как ни больно мне говорить тебе это, ты заслужил наказание, но Эдмунд никогда тебя не ощиплет.
Лорд Моттон наклонился к Тео и, оскалив зубы, посоветовал:
– Не спорь, проиграешь.
– Лорд, помилуйте! Пощадите меня, пощадите! – заорал Тео и так неистово замахал крыльями, что выбил из волос мисс Смит несколько шпилек, отчего прическа ее пришла в полный беспорядок.
– Эдмунд, ты отнюдь не помог уладить дело. – Мисс Смит щелкнула попугая по клюву. – Немедленно извинитесь перед мисс Паркер-Рот, сэр! Вы вели себя крайне грубо и безобразно. Должна с глубоким огорчением признаться, что мне стыдно за вас.
Тео понурил голову и забубнил:
– Тео виноват, простите Тео…
Мисс Смит снова обратилась к Джейн:
– Пожалуйста, простите Тео, мисс Паркер-Рот. В этом случае его подвели птичьи мозги.
– Да, разумеется. Даже не думайте больше об этом.
Давно пора было сменить предмет разговора, но Джейн не придумала бы иную тему даже ради спасения собственной души.
– И к тому же Тео был не прав. У вас очень красивая грудь. – Мисс Смит улыбнулась. – Я уверена, что Эдмунд уже сказал вам об этом.
Джейн, услышав такое, ахнула и готова была провалиться сквозь землю от стыда и смущения. Ничего подобного она от Моттона не слышала! Зажмурившись, она чувствовала, что краснеет. Наверное, уже красная, как вареная свекла.
– Тетя!
– Но ты ведь не хотел бы, чтобы у мисс Паркер-Рот создалось неверное впечатление, правда, Эдмунд? Молодые леди бывают весьма чувствительными к такого рода вещам.
Бедная Джейн выглядела совершенно подавленной, и дальнейший разговор с тетей Уинифред и Тео только усугубил бы это ее состояние.
– Я полагаю, что для мисс Паркер-Рот настало время удалиться к себе в спальню, – сказал Моттон. – Вы могли бы заметить, что она устала до смерти.
Тетя Уинифред прищелкнула языком.
– Эдмунд, ты ведешь себя не лучше Тео. Разве я неясно высказала свою мысль? Джентльмен ни в коем случае не должен делать пренебрежительные замечания о наружности леди.
Моттон глубоко вздохнул – кричать ему никак не следовало.
– Я не делаю пренебрежительных замечаний. Я лишь утверждаю очевидное.
– Очевидное! Оче…
Эдмунд метнул взгляд на попугая со словами:
– Не искушай судьбу!
Тео захлопнул клюв и спрятал голову под крыло.
– У мисс Паркер-Рот был до крайности утомительный день, – сказал Эдмунд.
– Совершенно верно. – Тетя Уинифред кивнула. – Потому я и пришла сюда, чтобы узнать, почему ты задерживаешь ее, когда ей уже давно следовало лечь в постель.
Произнесла ли Уинифред последнее слово с неким особым ударением? Моттон решил проигнорировать это.
– Мисс Паркер-Рот, вы ведь очень устали? – спросил он.
– Боюсь, что да, – с утвердительным кивком и со вздохом ответила Джейн.
– В таком случае я провожу вас в вашу спальню. Где вы поместили ее, тетя Уинифред?
– В Голубой спальне.
– А, в Голубой спальне…
Моттон готов был задушить свою тетушку.
– Да. Я подумала, что там она будет чувствовать себя в большей безопасности. Я ей сказала, что если ночью она почувствует тревогу, стоит только позвать, и ты тотчас явишься к ней на помощь. Ведь так и было, мисс Паркер-Рот?
– Д-да, – слегка запнувшись, ответила Джейн и бросила на Эдмунда неуверенный взгляд.
Моттон хотел бы ее убедить в этом, но был слишком обозлен. Мысль о том, что он будет спать в комнате рядом, зная, что она спит в так называемой комнате виконтессы, отделенной от его спальни смежной стеной с дверью и только, а ключ от этой двери давным-давно потеряли… да уж, сон его вряд ли будет крепким и долгим в эту ночь.
– Ведь ты придешь на помощь Джейн, если ее ночью что-то встревожит, не так ли, Эдмунд?
Удушение было бы слишком добрым концом жизни для тети Уинифред. Моттон заставил себя разомкнуть стиснутые зубы и произнес:
– Конечно.
– На самом деле… нет особой необходимости… со мной все хорошо, даже более того, – залепетала Джейн. – И если ту комнату, которую мне предоставили, по каким-то причинам занимать неудобно, то я вполне могу поместиться в одной спальне с мамой.
– Нет-нет, спальня у вас прекрасная и очень удобная. – Мисс Смит покровительственно похлопала Джейн по руке. – Вы перенесли серьезное нервное потрясение, дорогая. – Мисс Смит улыбнулась и перестала хмурить брови. – А мужчины кое в чем могут быть весьма полезны, как вы думаете?
Что, черт побери, хотела сказать этим своим замечанием его уже немолодая, девственная тетушка, а в том, что Уинифред – девственница, сомнений быть не может, так на что она, Господи помилуй, намекает?
Впрочем, Эдмунд не желал об этом думать.
– Мы можем идти, мисс Паркер-Рот? Тетя?
– О, вы оба можете уходить. А мне перед тем, как я лягу в постель, надо кое о чем поговорить с Гертрудой.
– Очень хорошо. В таком случае доброй вам ночи.
Моттон кивнул на прощание и вышел из кабинета вместе с Джейн.
– Ваша тетя, кажется, была совершенно скандализована, – заметила Джейн, про себя поблагодарив небеса за то, что Уинифред не появилась раньше, когда подол ее платья был обернут вокруг талии.
Лорд Моттон посмотрел на нее с высоты своего роста, приподняв одну бровь.
– Разве она выглядела скандализованной?
– Н-нет. Во всяком случае, не слишком.
– Вообще нет. Тетя Уинифред, безусловно, решила, что из вас выйдет отличная виконтесса.
– Что?! – У Джейн екнуло сердце. Лорд Моттон, видимо, возмущен создавшимся положением. – Вы шутите, да?
– Она поместила вас в спальне виконтессы.
– Ох. – Сердце у Джейн затрепетало еще сильнее. – Но в этом нет ничего особенного. Она объяснила мне, что ваш дом сейчас, скажем, перенаселен. Сюда съехались все ваши тетушки.
Моттон усмехнулся и пояснил:
– В доме очень много спален. Нет, тетя Уинифред – настоящий гений тактики. Она использовала ту же самую уловку несколько лет назад во время одного из моих домашних приемов, поместив Алекса Уилтона в смежной комнате с бывшей леди Оксбери. – Он рассмеялся. – Мало того, она вынудила лорда Килгорна и сбежавшую от него супругу провести ночь вместе в крохотной спаленке.
– Да что вы?! И надо же, ведь ее уловки оказались весьма успешными. Обе эти четы уже обзавелись детьми, и ходят слухи, что между супругами царят любовь и согласие, – сказала Джейн, и тут ей подумалось, не увенчаются ли успехом усилия мисс Смит и в данном случае.
Господи, откуда у нее взялись такие мысли? Какой абсурд!
– Наверное, мне стоит извиниться за действия тети Уинифред во время того самого приема, – заговорил Эдмунд, когда они уже начали подниматься по лестнице. – Я считаю, что в результате пострадал ваш брат Джон.
– Почему? Что вы имеете в виду?
– Дело в том, что вскоре после того самого приема, о котором я говорю, леди Доусон, тогда еще леди Грейс Белмонт, отреклась от него, не появившись у алтаря.
Джейн, вздохнув, заговорила, когда они остановились на верхней площадке лестницы:
– Было просто ужасно стоять в то утро в церкви и дожидаться появления Грейс, но я всегда считала, что все обернулось к лучшему. Я ни минуты не верила, что Грейс и Джон уживутся друг с другом. Их помолвка – дело рук отца Грейс, лорда Стэндена. Джон пошел на это лишь потому, что хотел заполучить от Стэндена участок земли под свои розы, а это далеко не лучший повод для вступления в брак.
– Хм-м, в Джоне появляется нечто от помешанного, когда дело касается растений.
– Нечто? Я бы тоже так сказала, – рассмеявшись, согласилась с Эдмундом Джейн. Они остановились у двери в ее комнату. – Я считаю, что поступок Грейс в конечном счете и побудил лорда Стэндена сделать предложение мисс О'Нейл, предложение, которое он сделал бы задолго до того, если бы не был таким гордым и высокомерным человеком. Этот идиот не мог переварить мысль, что бедная ирландка, обитательница деревенского коттеджа станет графиней Стэнден.
– А теперь она подарила ему наследника.
Джейн взялась за ручку двери – той самой двери, что вела в спальню, смежную со спальней Эдмунда.
– Мне кажется, милорд, что вы ошиблись в оценке намерений вашей тети. Мисс Смит почти не знает меня.
– Мисс Паркер-Рот, моя тетя могла бы стать ценнейшим осведомителем во время войны против Наполеона. Она гораздо удачливей в добыче нужных сведений, чем любой тайный агент. Я убежден, что о вас она уже знает абсолютно все, может, даже то, о чем вы сами не знаете.
– Надо же…
– Так оно и есть. – Эдмунд протянул руку и отворил дверь. – Спите спокойно.
– Благодарю вас, милорд. – Джейн переступила порог. – Желаю вам приятных снов.
Закрывая за собой дверь, Джейн готова была поклясться, что слышала, как он пробормотал, уходя по коридору дальше, следующие слова:
– Вряд ли оно сбудется, черт побери.
Глава 9
Джейн остановилась на пороге комнаты для завтраков. Вот уж незадача… Все тетки Эдмунда, за исключением Уинифред, восседали за столом, поглощая тосты и чай, а также копченую селедку и тушеные почки, судя по остаткам этих блюд на тарелках. Ей было бы лучше ограничиться чашкой шоколада, не вставая с постели.
На ее появление никто не обратил внимания. Пожалуй, можно незаметно удалиться.
Черно-белое облако вылетело из-под стола и превратилось в парочку лохматых пудельков, которые принялись лаять на Джейн и вертеться у подола ее платья.
Худощавая тетушка, седые волосы которой были стянуты в тугой пучок на затылке, устремила на нее взгляд поверх очков.
– Не стойте в дверях, мисс Паркер-Рот. Заходите, заходите, – пригласила она и тут же обратилась к другой тетушке, полнотелой и с волосами такими же кудрявыми, как у собак: – Доротея, ты бы уняла своих животных, а? Что подумает мисс Паркер-Рот?
Мисс Паркер-Рот подумала, что гораздо приятнее было бы иметь дело с собаками, нежели с тетушками Эдмунда. Она наклонилась, чтобы погладить черного пуделька, но белый тоже подсунулся к ней, требуя своей доли внимания.
– Хелтер, Скелтер, идите к мамочке!
Собачки только оглянулись на Доротею и принялись лизать руки Джейн.
– Бедная леди не может войти в комнату, не споткнувшись о твоих собак, Доротея. – У этой тетушки были заостренные черты лица и туго заплетенные косички. – Неужели ты не видишь, как всегда и везде спокойно ведет себя Диана?
Коричневая с белым борзая лежала на полу возле стула своей хозяйки. Собака бегло взглянула на Джейн, зевнула и снова опустила голову на передние лапы.
– Мои собаки по крайней мере жизнерадостные, веселые, Луиза. – Доротея пренебрежительно фыркнула. – Твоя Диана такая же веселая, как эти пыльные, иссохшие книги, которые ты вечно читаешь.
Луиза тоже фыркнула и сказала:
– Диана по сравнению с твоими плебейскими собачонками – все равно что мои латинские тексты по сравнению с твоими романами.
Четвертая, последняя из тетушек за столом, рассмеялась и заговорила так:
– Я уверена, что мисс Паркер-Рот в данный момент предпочла бы позавтракать, а не выслушивать ваши пререкания. – Она сделала приглашающий жест рукой, украшенной множеством перстней. – Входите, моя дорогая, и примите участие в нашей увлекательной беседе.
Хелтер и Скелтер наконец удовлетворили свое любопытство и скрылись под столом – подальше от грозной Дианы, – и Джейн смогла присоединиться к завтракающим дамам. Она положила себе на тарелку одно яйцо и несколько тостов. Она подозревала, что ей стоит подкрепить силы, чтобы выдержать предстоящие несколько минут.
– Идите сюда, мисс Паркер-Рот, присаживайтесь рядом со мной, – предложила тетушка с перстнями. – У меня при себе нет никаких питомцев, потому что мой кот остался в спальне, лентяй эдакий, к тому же у меня нет списка.
Голосом она подчеркнула последнее слово и бросила многозначительный взгляд на худощавую особу.
Джейн тоже посмотрела на нее. Перед той и в самом деле лежал на столе длинный пронумерованный перечень, написанный на листе бумаги весьма аккуратным почерком, и худощавая особа постукивала по столу карандашом, словно намереваясь что-то вычеркивать из списка. Она строго посмотрела на Джейн поверх очков. Джейн села на указанный стул.
А где же, скажите на милость, ее мать? Похоже, что спряталась у себя в комнате. Она, должно быть, узнала о присутствии за столом тетки-инквизитора. И где Уинифред?
Отчасти даже странно было осознавать, что она и вправду нуждается в обществе мисс Смит.
– Наконец-то. – Худощавая особа перевела взгляд с Джейн на дверь. – Вы опоздали, но слава Богу, что оставили своих питомцев наверху.
Вошла Уинифред. Оба пуделя немедля выскочили из-под стола, чтобы ее поприветствовать. Доротея перегнулась через стол, чтобы доверительно сообщить:
– Я хотела назвать своих собачек Соль и Перец за их окрас, но Эдмунд придумал другие имена.
– Он придумал не только эти имена, – пренебрежительно хмыкнув, заявила Луиза. – Если вы помните, он…
– Луиза! – перебила ее худощавая особа, также взглянув на нее поверх очков. – Я считаю, что не следует перебирать здесь наше грязное белье!
Луиза пожала плечами и сказала:
– Пожалуй, ты права, Гертруда.
– Разумеется, я права. – Гертруда посмотрела на Уинифред, которая нагружала свою тарелку тостами, ветчиной, селедкой и почками. Было очевидно, что перепалка между сестрами ничуть не повлияла на ее аппетит. – Ты куда-нибудь спешишь, Уинифред? Ведь мы только-только уселись за стол.
Уинифред глянула на сестру через плечо. Ломтик отварного языка свисал с ее вилки.
– Почему ты никого не представила, Гертруда? Держу пари, что ты этого не сделала. Бедняжка Джейн наверняка не знает всех, кто за столом. – Уинифред усмехнулась. – Знает только, что у Эдмунда много тетушек.
Гертруда слегка покраснела и поправила очки.
– Очень хорошо. Разумное предложение. – Она посмотрела на Джейн. – Мисс Паркер-Рот, примите мои извинения. Я – Гертруда Смит, старшая из теток лорда Моттона по отцу. У него, разумеется, есть тетки и по материнской линии, но у нас нет нужды упоминать о них.
– Разве что можно упомянуть об их количестве, – добавила Луиза. – У него пять теток и по этой линии, а всего их десять – и ни одного дяди.
– Вот именно. – Гертруда кивнула. – Имеется обидный дефицит мужчин по обеим линиям семьи, который надо признать…
– Кончай представления, Гертруда. – Уинифред подмигнула Джейн, усаживаясь на соседний стул и принимаясь за свой обильный завтрак.
Гертруда вздохнула:
– Еще раз прошу меня извинить. Корделия… – Тут она указала на женщину в перстнях и с отсутствующим котом, которая сидела по другую сторону от Джейн. – Вторая по старшинству. Уинифред, с которой вы уже знакомы, средняя по возрасту. За ней идут Доротея и самая младшая – Луиза.
– За исключением Джорджа, – добавила Луиза. – Джордж, папа Эдмунда, самый младший из нас.
– Точно. – Гертруда уставила свой карандаш на Джейн. – И это проблема в самой своей сути.
Джейн поспешила проглотить пережеванный кусочек тоста.
– Простите, но мне кажется, что я не вполне…
Уинифред подцепила вилкой еще один ломтик языка.
– Дело в том, Джейн, – заговорила она, – что нашему папе потребовалось шесть попыток, ну, может, и значительно более шести… я имею в виду, в постели с нашей матерью…
– Уинифред! – почти выкрикнула Гертруда.
– Ох, Гертруда, ты такая… ты просто старая сухая палка!
– Ближе к делу, Уинифред, ближе к делу! – пришла на помощь Гертруде Луиза.
Корделия расхохоталась.
– Что бы там папа ни делал, – заговорила она, – однако мама беременела пять раз, и лишь в шестой они сделали все как надо и обзавелись наследником.
– Так ты понимаешь, что времени терять нельзя, – сказала Гертруда. – Всякие фокусы не пойдут Эдмунду на пользу.
– Фокусы? Какие фокусы? – изумилась Джейн. Что, все эти дамы совсем спятили? – О чем вы говорите?
– О детях, Джейн. О мальчиках. – Уинифред пожала плечами. – О наследниках.
Гертруда наклонилась к Джейн и пояснила:
– Эдмунд стареет.
– Стареет? – рассмеялась Корделия.
Гертруда махнула рукой в ее сторону.
– Я же не говорю, что он старый. Что он уже развалина. Нормальный мужчина, у которого еще много времени впереди, но если иметь в виду генеалогию Эдмунда… в таком случае времени терять никак нельзя.
– Ему необходим наследник, – сказала Луиза. – И если история повторяется, ему придется очень потрудиться, чтобы произвести на свет хоть одного.
Уинифред сплюнула чай обратно в чашку.
– О да. Ему, бедняге, предстоит тяжелая работа.
Они с Корделией переглянулись и дружно расхохотались.
– Может, перестанете, а? – сверкнула на обеих глазами Гертруда. – Смеяться тут не над чем. Ты, Уинифред, сказала мне вчера вечером, что мисс Паркер-Рот может стать для нас главным выигрышем, но ведь и она не столь уж молодая. – Она обратилась к Джейн: – Сколько вам лет?
Джейн почувствовала, что краснеет. Какая грубость! Она, конечно, не дебютантка, но к восьмидесятилетним старухам ее никак не отнесешь!
– Двадцать четыре. А к чему вы все это ведете, я не…
Гертруда цыкнула на нее, не дав договорить, и добавила:
– Такая старая?
– Гертруда!
– Уинифред, ты прекрасно знаешь, что возраст – такая вещь, с которой мы должны считаться.
– Да, с этим мы должны считаться, – согласилась Уинифред. – Но в данном случае тебе не следовало строить такую постную физиономию. Доркас… она была матерью Эдмунда, – пояснила она, обращаясь к Джейн. – Так вот, ей было двадцать шесть, когда она родила Эдмунда, на два года больше, чем тебе сейчас.
– Но… – попыталась заговорить Джейн, но никто не обратил внимания на эту ее попытку.
– И Эдмунд был ее первым и единственным ребенком, – сказала Гертруда и снова постучала карандашом по столешнице.
– Это не имеет особого значения. Джордж успокоился на этом. Ты же знала Доркас.
– И почему он вообще женился на ней?.. – Доротея покачала головой. – Не женщина, а мокрая тряпка, если можно так сказать. И вдобавок она страдала ипохондрией.
– Но ты же знаешь, почему он на ней женился, – сказала Луиза. – Она забеременела.
– Прошу прощения, – решительно вмешалась в их беседу Джейн. – Я не могу понять, почему вы обсуждаете это в моем присутствии. Ведь я не член вашей семьи.
– И все же… – Уинифред улыбнулась. – Кое-что происходило вчера вечером в кабинете Эдмунда.
– Ничего в кабинете не произошло. – Джейн снова почувствовала, что краснеет. – Ничего хоть сколько-нибудь важного.
Все тетушки уставились на нее. На всех физиономиях в разной степени отразилось недоверие.
Надо же! И где, черт побери, мама?
– С добрым утром, леди. – В двери комнаты для завтраков появился лорд Моттон. – Я помешал?
– Нет! – сказала Джейн.
– Да! – хором откликнулись тетушки.
Хелтер и Скелтер с бешеной скоростью выскочили из-под стола.
– Джентльмены! – прикрикнул на них Моттон. – А ну, сидеть!
Собаки тотчас сели, хвостики их заерзали по полу, языки свисли из пастей, а на мордах появилось выражение полного собачьего восторга.
– Вот и молодцы! – Виконт наклонился и почесал каждого из песиков за ушками, после чего посмотрел на дам. Глаза его остановились на Джейн, на губах появилась улыбка.
Просто ужас, любая из теток Моттона может подумать, что он в нее влюблен, зачем он состроил эту страстную мину? Джейн огляделась по сторонам. Тетки посмотрели на Эдмунда, после чего перевели взгляды на нее.
– Мисс Паркер-Рот, – обратился к Джейн виконт, – не желаете ли вы посетить выставку в Королевской академии?
Все тетушки мгновенно заулыбались.
– Вот здорово, это было все равно что впустить кота в клетку с цыплятами!
С этими словами Джейн обратилась к лорду Моттону, как только он отдал приказ кучеру трогать лошадей.
– Почему вы так говорите? – спросил он, улыбнувшись ей.
Джейн округлила глаза.
– Вы же знаете, что ваши тетушки прибыли сюда с целью найти вам жену, чтобы вы могли преуспеть в том, в чем потерпели неудачу ваш отец и ваш дедушка, и произвести на свет достаточное число отпрысков мужского пола. Они все как одна сосредоточены на достижении этой цели. Они считают, что к работе по заполнению детской в вашем доме вы обязаны приступить немедленно. То, что вы пригласили одну лишь меня поехать с вами на выставку, увеличило их надежды.
– Значит, они хотят, чтобы работу над заполнением детской я начал немедленно?
Джейн покраснела. Эдмунд умел изображать из себя настоящего распутника, когда ему это приходило в голову.
– Не будьте смешным.
Он покосился на нее и сказал:
– Даже не знаю. Я не хочу, чтобы тетушки нервничали. Возможно, мне стоит перейти прямо к делу.
Он подмигнул ей.
– Возьмите себя в руки, милорд. Мы с вами находимся в открытом экипаже, с вашим тигром за спиной.
Лорд Моттон оглянулся.
– Закройте глаза, Джем.
– Милорд! – Джейн не позволила себе посмотреть на Джема. Это был крепкий на вид молодой человек, примерно того же возраста, что и ее брат Николас. Вполне вероятно, что он хорошо понимал намерения Эдмунда, так сказать, во всех деталях. Чего доброго, он может быть удивлен тем, что она не отвесила его распутному хозяину звонкую пощечину. Ведь она как минимум вытерпела нападки самодовольного наглеца.
