Текст книги "Последняя легенда Аскондинов (СИ)"

Автор книги: Руслан Локтев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Что же. У нас много общего, Херлиф. Возможно, это поможет мне открыть глаза на то, чего я раньше пытался не замечать – задумчиво произнёс Тейлас.

– Твои предки тоже сотворили что-то ужасное? – спросил Херлиф.

– Да, быть может, я потом расскажу об этом. Но сейчас нам пора возвращаться – Тейлас встал и пошёл к пролому в стене.

– Я обещал рассказать тебе о подземельях! – остановил его юный маг – Может быть это не правильно. Но там, ты сделал то, чего не смог сделать я и я в долгу перед тобой. Знай, что в этих подземельях Пламя готовит тайное оружие, которое способно уничтожить всех орков в Канингоре. Он тоже готовится к войне. Как и мы.

– Оружие?

– Я не знаю что это. В подземелья допускают только старших братьев, но то, что Пламя готовит нечто сокрушительное – в этом нет сомнений. Это всё что я знаю. Но возможно это окажется полезным в разговоре с ним. Уж не знаю – откуда тебе стало об этом известно, но если ты уже знаешь, Пламя доверит тебе эту тайну.

– Спасибо, Херлиф. Это действительно может многим помочь.

Возвращение Херлифа, кажется, сразу заметили все некроманты Аронгера или, по крайней мере те, которые не сидели в своих хижинах. Среди руин каждый из братьев устроил себе отдельное убежище. Они представляли собой небольшие хижины из камней, что были разбросаны в великом множестве по городу. Крыши были покрыты ветками и соломой. Где они брали их в этой пустоши, для Тейласа оставалось загадкой. У этих странных домиков окон не было, зато имелся массивный дымоход. Кроме того существовали ещё странные постройки сложенные из нескольких громадных каменных блоков. Там вряд ли могло поместиться больше одного человека. Эти домики напоминали большие лесные грибы с маленьким входным отверстием. Видимо они предназначались магам для уединённых медитаций или практик, которые предполагали полную изоляцию. В таком убежище мага никто не смог бы побеспокоить. Внутри он отстранялся от мира обыденного, тем самым укрепляя связь с миром мёртвых. Ещё одна постройка, явно возведённая некромантами, представляла широкий каменный круг, наподобие тех, что есть в каждых крупных магических обществах. Там они проводили ритуалы, требующие коллективной концентрации. Обычно это были места, где творились самые сложные магические заклинания. Они сооружались в местах силы, подобных тому, о котором рассказывал Херлиф. Маги практиковались так же на небольших ограниченных площадках, которые представляли собой разрушенные жилища ещё того древнего Аронгера. Тейлас замечал за собой пристальное внимание, хотя и некроманты пытались это скрыть. С ним никто не заговаривал, никто не приближался к нему. Однако, естественно слухи о нём уже были привычны. Пламя встретил его у входа в башню. Однако эта встреча отличалась от первой. В Тейласе была уверенность и мотив, чтобы заговорить с этим человеком. Он считал, что теперь знал всё и был вправе требовать тех ответов, которые уже держал наготове, словно быстрые стрелы.

– Приветствую вас – начал он – Почему же вы ничего не рассказали мне о подземельях?

Тейласа удивило, что мага вопрос ничуть не смутил. Он улыбнулся своей обыкновенной светлой улыбкой и произнёс:

– Почему же не сказал? А как же твой сон?

Тейлас был обезоружен, но на этот раз он ни коим образом не показал этого. Пламя ждал реакции но, поняв, что её не последует, произнёс:

– Прежде всего, я хочу выразить тебе благодарность за то, что помог Херлифу вернуться обратно. Он бы ни за что не признался в том, что не в силах выполнить свою задачу. Это признак его слабости, но в то же время силы. Может он и не станет великим некромантом, однако потерять такой острый ум, было бы настоящей катастрофой.

– Зачем же отправили его на такое задание, если знали, что он не в силах будет убить своего брата?

– Потому что он должен был признать, что сила и отрешённость не его конёк. Что он не должен пытаться взвалить на себя больше, чем он может. Как сделал его брат. Думаю, он осознал это, а ты помог ему и что уж сказать, очень продуктивно. Не каждый маг, который приходит сюда получает то, чего хочет. Но они получают то, что заслуживают по справедливости.

– А Эмиль? Вы считаете это справедливо?

– Да – ответил Пламя – Он был опасен ещё до того, как мы встретились. И рано или поздно он бы обратил свои способности против себя. Это был вопрос времени. Увы, такова судьба многих некромантов. Херлиф и Эмиль – это две противоположности.

– Вы говорите, как будто он ещё жив – усмехнулся Тейлас.

– Он будет жить... По ту сторону. И Херлиф ещё не раз с ним встретиться. Ну а ты? Что изменилось в тебе после этой встречи? После этого неравного поединка с обезумевшим магом?

– Кое-что изменилось. Но вместе с этим возникли вопросы – ответил Тейлас и сделал непринуждённый вид. Хотя он по-прежнему чувствовал превосходство того, кто перед ним стоит – Так что же с подземельями? Что за оружие?

– Кажется, у нас появились общие цели. Старшие братья уже заканчивают работу. Так что я думаю, мы сможем прогуляться в подземелья, и ты увидишь всё своими глазами.

Пламя повлёк Тейласа за собой. Вскоре они оказались позади башни, где находился секретный тоннель. Естественно он был запечатан магией и скрыт от глаз непосвящённых. Как во сне он открылся зияющей тёмной бездной, и Тейласу трудно было удержать свой страх. Словно он вновь увидел тот кошмар. На секунду ему представилось, что этот тоннель станет его погибелью. Зачем? Зачем ты опять лезешь туда, где тебе не место, Тейлас? И в тот же миг, некромант наколдовал сгусток чарующего пламени, и тот, словно шаровая молния, полетел вглубь мрачной дыры, зажигая за собой факелы. Пламя жестом указал следовать за ним, и они начали спускаться. Перед Тейласом предстали мрачные катакомбы, сплошь заросшие паутиной. Он понимал, что это конечно было в стиле всех тайных магических орденов. Магам, а тем более таким могущественным, как Пламя ничего не стоило вычистить всё здесь и придать более благотворный вид, но это бы лишило это место того впечатления и эффекта, которое оно должно было бы производить. Маг будто услышал это в мыслях Тейласа и произнёс:

– Мы, как и все другие маги, черпаем своё мастерство от сил природы, но многие из них тратят свои способности даром. Мы привыкли отдавать максимум усилий на ту пользу, которая принесёт миру процветание. Много ли ты знаешь магов, которые способны подчинять себе силы природы, юный аскондин?

Ни одного – подумал Тейлас, однако промолчал.

– Здесь ты увидишь – насколько могущественной может быть магия ещё не обречённая на создание бессмысленных и бестолковых вещей, на которые тратят силы другие маги. Здесь ты увидишь, как природа покоряется нашей воле – сказал Пламя и повёл дальше.

В глубине коридоров послышались тихие голоса. Это были другие некроманты. Несомненно, они были самыми приближёнными к этой тайной магии мастерами и доверенными Пламени. Они с подозрением и укором смотрели на Тейласа. Они ни слова не промолвили, когда появился их лидер. Видимо в этой тишине подземелий у них шёл постоянный обмен мыслями. Когда Пламя привёл его в небольшую галерею, полностью уставленную какими-то алхимическими приборами и магическими трактатами, некроманты вели оживлённую работу. Возможно, некоторые из них были достаточно пожилыми людьми, потому что у одного из них Тейлас заметил посох, складывающийся в элегантную трость, а волосы другого были молочно-белого оттенка. Тем более удивительно то, что они позволили занять главенствующее положение такому молодому некроманту как Пламя. Трудно было сказать, сколько ему было на самом деле лет. Легенды о некромантах твердили, что многие из них способны управлять мёртвыми и вытягивать жизнь из живых. От этих мыслей Тейласу было не по себе, хотя Пламя и утверждал, что здесь никто не причинит ему вреда. Он попал в тайную лабораторию некромантов, где они проводили свои опыты. Но во имя чего...

– У нас есть общая цель, Тейлас – произнёс Пламя – Именно поэтому я привёл тебя в святая святых нашего братства. Даже многим адептам в Аронгере путь сюда заказан.

– И чем же вы тут занимаетесь? – осторожно спросил Тейлас, рассматривая диковинные реторты и пробирки на ветхом деревянном столе.

– Мы готовим удар по Канингору и намерены уничтожить всю армию лориндора.

– С помощью пробирок? – усмехнулся Тейлас.

– А ты не лишён чувства юмора – улыбнулся маг – То, что ты видишь здесь – лишь инструменты. Наше тайное оружие хранится дальше, за той дверью.

Тейлас увидел в конце лаборатории сплошную чугунную дверь с крепкими засовами и у него в горле, будто застрял ком. Пламя подошёл к двери и медленно стал убирать засовы.

– Мы издавна ведём войну с силами природы – говорил в это время некромант – Сражаемся с волнами, пытаемся укротить реки, ужасных чудищ, которые скрываются в чаще, остерегаемся того, что сильнее нас, отрекаемся от этого, пытаемся уничтожить. Так же как обычные маги боятся мира мёртвых, боятся Тьмы... Мы учимся жить с ней на равных и величайшие силы природы привлекать на свою сторону.

Дверь с гулом начала открываться. Оттуда послышались какие-то странные звуки.

– Много лет прошло с начала наших экспериментов. Но всё не напрасно. Мы подчинили себе силу, которая древнее самой Тьмы в этом мире, Тейлас, мы подчинили необузданную стихию и мудрость. Силу, которой не может сопротивляться даже Тьма. Сила, с которой считались даже боги.

Тейлас осторожно заглянул в дверной проём. Что он там надеялся увидеть? Чего ожидал? Что угодно, но только не это. Он застыл не то от удивления, не то от страха.

– Мы научились подчинять их своей воле. Научились подчинять...

– Драконов...

***

Андвари сидел на раскалённой каменной глыбе, пересыпая песок из одной руки в другую. Давно он не чувствовал такую нервозность и нетерпимость. Словно чувствовал, что время неумолимо убегает, как этот песок, песчинка за песчинкой. И чем дольше ожидание, тем больше изменений происходит в мире. Там, за пределами этой безжалостной пустыни творятся вещи ещё более безжалостные, а он сидит здесь и всё что он может – только ждать. Отчего такие мысли появились в его голове? Он варн и сейчас дома. Но почему это беспокоит его больше всего? Почему в эти минуты ожидания дом для него – клетка, а народ, о котором он и вовсе перестал думать, стал менее важным, чем какой-то человек, которого он потерял? Для него это было странное и незнакомое чувство, как и для каждого варна. Вот он услышал шум ветра, который вихрем спустился за близлежащую дюну. Он взял в руки посох и встал на ноги. Нечто опустилось за барханы, а потом вмиг, подняв огромное пылевое облако, устремилось ввысь. Андвари заспешил к хижине. Вскоре из-за дюн показался другой варн. Андвари не сомневался, что это и есть хозяин хижины. Неспешной поступью он поднялся на каменистый пригорок. Несомненно, он уже видел гостя, но не спешил. Когда они оказались на расстоянии броска, Андвари благородно прижал кулак к груди и поклонился. Варн ответил похожим жестом, но, казалось, его накрученные лохмотья не давали поклониться так же низко, как Андвари.

– Приветствую тебя, Андвари – мощным, но хрипящим голосом произнёс варн. В его голосе было нечто хищное и в то же время величественное. Будто грозный лев прорычал своё приветствие и, расправив плечи, стал перед пустынным кочевником. Имени его никто не знал, но все относились с почтением. Все окрестные племена знали этого варна под именем Заклинателя драконов. Казалось, что он поселился тут ещё задолго до того, как появились поселения варнов и именно он был важнейшим звеном между народом жившим в пустыне и мудрыми драконами, обитавшими высоко в горах.

– Ты пришёл за новостями, мой друг, или тебя интересует нечто конкретное?

– Если вы не сочтёте за дерзость и нетерпеливость, то я хотел бы узнать кое-что конкретное, Заклинатель – промолвил Андвари.

– Мои друзья... – вдруг запнулся варн. Своими друзьями он называл драконов, с которыми имел некую прочную, порой даже мистическую, связь. Андвари ожидал, что он услышит что-нибудь от него о Тейласе, но тот стал как вкопанный.

– Я ужасно проголодался – ответил Заклинатель и вздохнул.

– Конечно – промолвил Андвари и пригласил Заклинателя в его же хижину, будто гостя.

Он знал, что Заклинатель драконов долгое время мог проводить в горах, причём в это время он находился в медитации, которую в его племени называли – общением с драконами, он вряд ли что-то ел или пил. Мало кто из племени не то чтобы уходил в горы, чтобы приносить им дары, а даже и не видели никогда драконов. Они знали, что они по-прежнему там и охраняют главное сокровище пустыни – воду. Но по-настоящему общаться с ними мог только заклинатель. И мало того, он узнавал от них и то, что творится в мире и передавал остальным варнам. Многие обращались к нему за советом и его мудрость не вызывала сомнений. Но в данный момент, в своей хижине, он выглядел таким же варном, как и все остальные. Из ямы в песке он достал провизию и разделил её по обычаю с Андвари.

– Я знаю, что ты хочешь узнать – произнёс Заклинатель – кроме того, я уже заметил отсутствие кое-чего важного, когда мой юный друг возвращал меня обратно.

Андвари покорно молчал и внимательно слушал.

– Твой друг жив...

Эти слова были той отдушиной, которой так не хватало Андвари. Он заметно приободрился, но не выказал никакого волнения или нетерпения.

– Один мой друг, видел, как он пересёк границу Даркара на западе – продолжил Заклинатель – И отправился в сторону Аронгера. Это мрачное и коварное место. Я знаю, что ты хочешь отправиться на его поиски сию же минуту, но помимо того, ты должен знать...

– Что? – не вытерпел Андвари.

– Что при встрече ты можешь уже не узнать своего друга. Он попал в пелену опасных сомнений, которые уже изменили его душу.

– Что с ним?

– Этого я тебе не могу сказать. Но он в большой опасности и не думаю, что кто-либо из нас сможет отвратить его от неё.

– Он аскондин!

– Я знаю. И не смотря на те опасности, которые могут погубить и тебя, я благословляю тебя на его поиски. Может быть духи пустыни помогут тебе. И если твой вождь не будет против, то желаю тебе удачно добраться до этого места, а драконы защитят тебя в этом пути. Иди до конца. Быть может, от тебя будет зависеть и судьба нашего народа.

– Спасибо вам – произнёс Андвари и собрался уходить.

– Иди, мой друг, и помни, если ты увидишь нечто ужасное там... – Заклинатель вдруг застыл – Не спеши с выводами.

Андвари почувствовал, что теперь он не связан путами ни с пустыней, ни со своим народом. Теперь он сам по себе и даже не понял сам, как решился на этот шаг. Как разумный и расчётливый варн решился на этот шаг? Он тут же направился к жилищу вождя и сообщил о своём решении. Хоть и с тяжёлым сердцем, но вождь отпустил Андвари на поиски друга. Но кроме того он и дал ему очень важное поручение.

Говорят, что в этой войне с Тьмой варны так и не приняли участия, однако на самом деле это было не так. В то время, когда аскондины готовились отбить атаку орков на земли Шеринвена, в оазисе Драголор состоялся великий сбор вождей варнов. На этом собрании было единодушно принято решение послать несколько отрядов воинов и нескольких магов на помощь народу Шеринвена. Кроме того один из вождей отправил посла в земли эльфов, чтобы предупредить об угрозе из Фаринола. Это было попыткой вновь восстановить союз народов, существовавший во времена великой войны с Тьмой, а так же и последними действенными контактами людей и варнов. И хоть эта помощь была и не настолько значительной, как во времена союза народов, многие из народа аскондинов вспомнили былые времена, когда их предки сражались со злом вместе.

***

Некромантия зародилась в Мортенвальде примерно в то же время, когда боги покинули свои народы и ушли далеко на север. Легенды говорят о том, что после великой войны богов осталось много развалин, в которых однажды первые некроманты нашли знания тёмных лориндоров. Однако многие из них и понятия не имели, как пользоваться этими ужасными фолиантами. Многие из них были сожжены, но некоторые попали в руки богатых коллекционеров Ватерлонской империи. И тут же разнеслись слухи, что начали появляться маги, способные воскрешать мёртвых и общаться с душами погибших людей. Фокусы это были или правда, сейчас трудно сказать, однако со всех уголков начали приходить слухи о ходячих мертвецах и прочих страшных продуктах тёмной магии. Императоры взялись за это новое магическое мастерство с неподдельным фанатизмом. И как в случае с октогронами, магов новой школы начали преследовать по всей империи. Однако, если октогронов лишь изгоняли из пределов империи, то некромантам грозила смертная казнь. Несмышлёные адепты творили ужасные вещи, совместимые с настоящими кровавыми бунтами. Некромантия тогда была бесконтрольным и разрушающим мастерством, самих же некромантов считали приспешниками Тьмы. Когда империя распалась, многие некроманты нашли пристанище в Аронгере и других далёких уголках континента. Во мраке неизвестности они искали секреты вечной жизни и контроля над миром мёртвых. Однако в северных королевствах тёмная магия по-прежнему была вне закона. Хорошо известна печальная история мага по имени Арведуи, который вместе со своими учениками совершил самоубийство в своей обители, чтобы не попасть в руки короля Сарона, обвинившего его в изучении некромантии. Несколько сотен учеников вместе с великим магом погибли в один день, а руины их обители до сих пор не могут отыскать самые искушённые исследователи. Говорят, что некоторые некроманты после этого участвовали в войне и битве при Освароте, однако это лишь слухи. После войны о некромантах долгое время не было ничего слышно. В Шеринвене находилось несколько небольших сообществ некромантов, которым даже не приходилось скрывать свои способности. Говорили, что все они служили могущественной Иксиканской ведьме. Многие пользовались этим и творили бесчинства в деревнях. Однако почему-то на это всё закрывали глаза аскондины, обременённые войнами с орками и поиском утраченной реликвии. В королевствах на севере некоторые люди смекнули, что могут использовать некромантов в своих целях, взамен обещая защиту от инквизиции. Некромантами стали заниматься и другие маги, безжалостно преследуя тех, кто хоть немного, но коснулся изучения этого мастерства. Дошло до того, что поползли слухи о том, что существует настоящий тайный орден некромантов, которые обосновались где-то на юге. И хоть проверить эти слухи не было никакой возможности, многие юные адепты, обладавшие даром тёмной магии, отправлялись в настоящее паломничество на поиски этой обители и её таинственного лидера, которого называли Пламя. Во все эпохи некромантия и её тайные общества существовали, не важно, преследовали их или нет, но только единицы достигали того могущества, какое неподвластно ни одному стихийному магу. Их называли просвещёнными и к ним тут же тянулись толпы алчных магов, жаждущих познать запретное искусство и просто преступников, желающих управлять её секретами во имя злых дел.

***

Тейлас был немного взволнован. Последние пару дней он только и думал, что об увиденном в подземельях Аронгера. Кроме того, казалось, что в братстве некромантов с его появлением кое-что изменилось. Может быть это было лишь потому что теперь они ему доверяли, а может на то были и другие причины. Одной из них Тейлас мог считать как раз то, что увидел  в подземельях. Некроманты готовили оружие против орков, которые обосновались в Канингоре и они были на верном пути. Но мог ли юноша предполагать, что этим грозным оружием станут самые настоящие драконы. Именно в этой тайной лаборатории некроманты выращивали драконов, способных служить их воле. Деяние великое – как говорил Пламя. Ещё никому из людей не удавалось подчинить драконов своей воле. Тейлас вспомнил, где он видел подобное. В развалинах Аналайра. И хотя там он не нашёл ничего подобного, он помнил какую печальную судьбу разделил правитель Бену. Это его и тревожило больше всего. Некроманты, как и последователи культа Бену, каким-то образом доставали яйца драконов, живущих в Песчаных горах, оставляя их без потомства и здесь, с помощью алхимии и тёмного колдовства, выращивали некие гибриды, проникая в их разум и пытаясь управлять ими. Среди груды сухих драконьих костей, которые Пламя называл неудачными экспериментами, в анабиозе находилось несколько молодых драконов. Они росли не по дням, а по часам. Пробуждение выращенного дракона, тоже, по словам некроманта, было длительным и трудоёмким процессом. Однако некромант, получивший связь с таким древним и могущественным существом получал великую власть. Пламя намеревался в короткие сроки создать небольшую армию драконов и обрушить их силу на Канингор. Драконы всегда были нейтральны, даже в противостоянии сил Тьмы и Света, но Пламя нарушил этот закон. Тейлас долго рассуждал правильно это или нет – играть с силами природы, но вскоре понял, что его вмешательство здесь ничего не будет значить.

– Ты уверен в этом? – вдруг вырвал его из мыслей Херлиф.

– Да – ответил Тейлас.

– Тогда я желаю тебе удачи в твоём пути. Береги себя.

– Спасибо, ты тоже Херлиф.

Некромант снял магическую печать с прохода в тоннель. Тейлас зажёг факел и медленно начал спускаться вниз. Тоннель закрылся за его спиной, и он оказался в кромешной тьме. Внутри было пустынно. Единственный, кто трудился над завершающим этапом магической эволюции драконов, был сам Пламя. Он услышал шаги аскондина, однако не очень был доволен тем, что его прерывают.

– Я знаю, что тебе не терпится увидеть результат своими глазами – встретил его Пламя – Но, во-первых, это может быть опасно, во-вторых, требует определённой концентрации и внимания.

– Мастер... – вдруг осёкся Тейлас, сам не понимая, почему назвал некроманта именно так – Мне нужно кое-что сказать.

– Что же? – на лице мага появились глубокие морщины и, казалось, что они настолько изменили его светлое лицо, которое Тейлас обычно видел на поверхности, что его было не узнать. Как будто перед ним была тёмная сторона луны, находившаяся всё время в тени.

– Я долго думал о том, что вы здесь делаете и что здесь делаю я. Возможно... Возможно то что вы делаете, действительно спасёт много жизней и люди потом скажут вам спасибо – говорил Тейлас – Но я чувствую... Чувствую, что мне здесь не место. Да, ваши люди, ваше братство действительно открыло мне глаза на многое. На ваше мастерство в целом. Но помимо этого, я понял, что не все способны нести это бремя. Участие в делах некромантов – это слишком тяжкая ноша, даже не смотря на то, что эти действия будут во благо моего народа.

– Ты сдаёшься?

– У вас есть миссия и у меня тоже есть своя миссия. Я должен выполнить то, что на меня возложили аскондины и вернуться в Марелон. И месяца не прошло с того момента, как меня принял круг, а я уже пытаюсь возложить на себя спасение целого человечества. Но ведь я на самом деле ещё слаб для таких великих подвигов, как разрушение Канингора и армии орков.

– Ты говоришь глупости, Тейлас – произнёс Пламя и несвойственно усмехнулся – Ты слеп, как и все остальные аскондины. Не видишь дальше своего носа. Серебряный круг беспомощен перед теми переменами, которые грядут в мире, а ты... Ты можешь совершить то, чего не смог сделать ещё ни один аскондин...

– О чём вы?

– Пока ты блуждал в сомнениях, наши разведчики проникли с помощью магии за стены Канингора. Там, в этом логове орков, они нашли некую реликвию, которую лориндор использует, словно знамя для этих тварей. Они поклоняются ей, как святыне. И на это есть свои причины...

– Какие же?

– Это часть реликвии, с помощью которой они могут воскресить своего тёмного бога Кехара.

– Что? – промолвил Тейлас.

– Да. Камень огня – рассмеялся Пламя – Удивлён? Часть той реликвии, за которой рыцари круга гоняются безуспешно уже больше века. И она в руках лориндора. Не сомневаюсь, что он уже ищет остальные части. И когда он их найдёт. Это лишь вопрос времени. Что скажешь ты теперь?

Душу Тейласа охватили сомнения. Но он смог собраться с духом и произнёс:

– Я должен сообщить об этом Серебряному кругу. Если сейчас я поддамся сомнениям и начну действовать в одиночку, как когда-то это сделал Талин, совершать ошибки, которые совершали другие аскондины, то никогда не смогу восстановить честь своего рода и, возможно, это приведёт к куда более плачевным последствиям. Аскомирен никогда не был один, даже в своей последней битве. И это означает что и мы, его потомки, должны сплотиться и действовать вместе против Тьмы. Если Тьма разделит нас, она погубит всех поодиночке. Мне нужно идти, мастер.

По лицу некроманта вряд ли можно было сказать, что он доволен исходом разговора.

– Я желаю вам удачи в вашем деле – по-рыцарски поклонился Тейлас некроманту – Но помните, что с силами природы играть очень опасно. Порабощение драконов – это вмешательство в мирские планы и нарушение равновесия между Светом и Тьмой. С этим нельзя играть так, как это делаете вы. Однажды люди уже пытались это сделать, и были навечно прокляты. Будьте осторожны...

Пламя рассмеялся неестественно-злобным смехом. И на этот раз его лицо преобразилось до неузнаваемости. Его накрыла гримаса гнева, и он произнёс:

– Да как ты смеешь меня предостерегать, щенок? Меня, посвященного в тайны древних пророчеств и секретов тёмной магии? Неужели ты думаешь, что познав тайны братства некромантов, ты сможешь вот так вот просто уйти?

Вдруг некромант произнёс заклинание, и Тейласа связали магические путы. Он не мог пошевелиться, а тело парализовала жгучая боль. Едва он смог справиться со спазмом в горле и выкрикнуть:

– Я никому не открою вашу тайну!

Однако Пламя сделал путы ещё теснее. Тейлас начал задыхаться.

– Ты, как и все остальные аскондины, не видишь дальше своего носа. Какими были вы, такими глупцами и остались. Ты обрёк себя на вечные муки. И обещаю тебе, ты никогда больше не покинешь эти подземелья.

Тейлас пробовал сопротивляться, но против магии, которая словно высасывала его силы, он ничего не мог сделать. Он чувствовал себя обманутым. Маска благородства предводителя некромантов спала, и он увидел истинное лицо. Но уже было поздно. В безысходности Тейлас прокричал:

– Мерзавец! Я верил тебе! Будь! Ты...

И тут вдруг произошла яркая вспышка. Магические путы лопнули, словно мыльный пузырь, некроманта отбросило в сторону стеллажей с книгами. Глаза Тейласа загорелись ярким светом. Дрожащий, но мощный металлический голос произнёс слова его устами:

– Не смей трогать этого юношу, Клигорин! Он под моей защитой.

– Кто? Кто ты? Откуда ты знаешь? – испуганно произнёс некромант, пытаясь встать.

– Мы встретились много лет назад в пустыне. Я просила тебя о помощи, но вместо этого ты лишь похитил секреты моего отца и бежал, словно трус.

– Не может быть! Сгинь!

Пламя обратил против Тейласа всю свою магическую мощь. Однако в тело аскондина будто вселился чей-то дух, и магия не смогла причинить ему вреда. Тут же последовала ответная атака, которая уничтожила всё вокруг. Все приборы, пробирки. Всё рассыпалось вдребезги. Пламя пытался спастись бегством. Тяжёлая металлическая дверь вылетела, как пробка из бутылки, а вместе с ней и могущественный тёмный маг. Он пытался телепортироваться прочь из лаборатории, но магические атаки Тейласа не позволили ему это сделать. Тёмная магия обрушилась против него самого. В тоннелях раздался душераздирающий рёв драконов. В это время его услышали даже на поверхности. В этот день над Аронгером поднялись клубы дыма и молнии. Никто не мог понять, что произошло в этот момент. Словно земля уходила из-под ног. Рёв, крики, дым, пыль и кровь, всё смешалось. Когда эта буря утихла от замка и башни Аронгера остались лишь руины. Когда выжившие братья решили осмотреть место катастрофы, они нашли своего мастера, испуганным и едва способным мыслить. Он что-то шептал сам себе. Это были последние слова великой жрицы Асенет. Она оставила ему жизнь, но предупредила:

– Если ты хочешь жить, то отпусти и не смей преследовать больше этого юношу!

После этого вся лаборатория начала рушиться, драконы уже не могли выбраться из своих клеток. Пробудившиеся ото сна они обжигали своим огненным дыханием всё вокруг. Тейлас же как будто растворился среди этого всего хаоса. Его уже не могли найти, потому что он оказался за многие лиги от Аронгера. Обезумев от видений, он очнулся в лесу, среди огромных стволов деревьев. Через их кроны, едва пробивался свет. Он словно одержимый бросался от одного ствола к другому, не понимая – что происходит. Как будто его тело на время растворилось в мире, и он снова пытался научиться управлять им. То же самое произошло и с его разумом. Его атаковали видения событий, которые происходили в прошлом. Он видел первый Серебряный круг. Видел своими глазами, как его деда изгоняют из него. Потом видел, как они отправляются на поиски утраченной реликвии. Как один из рыцарей по имени Клигорин скитается по пустыне и натыкается на руины Аналайра. Он видит дух жрицы Асенет, которая взывает о помощи. Потом в руках аскондина появляются странные свитки с печатями правителя Бену. Он бежит из подземелий. А потом только палящее солнце, которое будто осушает его разум. Он поднимает свитки над головой и смеётся словно безумец. Вдруг Тейлас оступается и падает в глубокую яму. Удар головой о какую-то корягу приводит его в чувство. Он оглядывается по сторонам. Слышит пение птиц, шелест листвы и скрип могучих деревьев.

– Этого не может быть...

Он смотрит на свои руки. Чувствует, как по венам будто течёт странная необузданная сила. Она скапливается на кончиках пальцев. Они загораются призрачной зелёной дымкой. В испуге Тейлас стряхивает эту мерзость. Магический туман стрелой устремляется в землю, оставляя на ней мрачный ожог и увядшие, словно погибшие за мгновение растения. Поражённый скверной магией, на этом месте остаётся тёмный шрам.

– Нет... Нет. Этого не может быть – испуганно пролепетал юноша. А в его голове отразилось эхо властного женского голоса, идущего будто изнутри самого подсознания.

– Я обещала тебе отплатить, и теперь я всегда буду с тобой, пока не послужу тебе тем же, чем ты послужил мне в проклятых подземельях...

Глава 6 – Лесная дипломатия

Если отправиться на запад от Шеринвена, то вскоре взору предстанут могучие многовековые деревья, которым нет конца и края. С древних времён бескрайние леса Гаронвена на юго-западе континента стали домом народа эльфов, которые ведут свою родословную от эленорца по имени Энуил. Здесь они живут отдельными общинами – домами, устраивая поселения на свободных от леса каменистых холмах, в дебрях непроходимой чащи, соединённых между собой дорогами, вытоптанными животными, которые мигрировали с места на место, когда даже самих эльфов ещё не существовало. Каждый эльфийский дом образован от крупного рода, который охранял лесные угодья на определённых территориях и неразрывно связан с тем или иным поселением. Во время войны с Империей Ватерлон, образовывались союзы, из которых после появились более крупные дома, а затем и первые верховные короли эльфов. На западном побережье, на небольшом острове был основан город Марилиен. Это единственная эльфийская крепость, куда стекаются многие торговцы и ремесленники, и где находится резиденция верховного короля эльфов. Номинально каждый эльфийский дом имеет собственное управление, законы и старейшину, чьим законам они подчиняются. Однако во время угрозы или необходимости принятия коллективного решения старейшины эльфийских домов обращаются к верховному королю. Сам же верховный король обычно не относится ни к одному из эльфийских домов и является военным и религиозным лидером Гаронвена. В лесах нет границ, которые чётко определяют владения того или иного дома. Часто их границы и вовсе не пересекаются, представляя собой отдельные анклавы – острова в этом безбрежном зелёном море. Эльфы ведут дела с северными королевствами людей, с гномами и Шеринвеном. В Марилиене процветает морская торговля. Этот город является самым крупным портовым городом на континенте, откуда сюда со всего континента привозят свои товары. Эльфы чтят природу и поклоняются хранителю леса – Энуилу, однако в прибрежных районах всё большую популярность набирает культ морского бога Асарона, принесённый к эльфам от подводных жителей – сидвов. Эльфы – единственный народ, с которым сидвы имеют тесные контакты. В последней войне против Тьмы, эльфы сыграли одну из решающих ролей, не дав армии орков и октогронов свободно закрепиться на юге континента и после уничтожив Канингор вместе с воинами людского племени. Серебрянный круг так же вёл дела с эльфами после войны, но многие дома по-прежнему остались достаточно замкнутыми сообществами, о которых в мире известно достаточно мало. Не каждый рискнёт отправиться в путешествие в этих непроходимых лесах, полных опасностей, чудовищ, ядовитых животных и растений. Только эльфы чувствуют себя там как дома и пытаются сохранить эти леса от других народов. Они скрывают от многих тайны древней магии эленорцев и секреты своих предков, с подозрением относясь к незваным гостям. Как и варны, большинство эльфийских домов заботятся о выживании своего племени, редко обращая внимание на остальных жителей континента. И разве что Марилиен является открытым для других народов. А что твориться в глубоком зеленолесье, зачастую, известно лишь немногим.