Текст книги "Воспитание мажорок (СИ)"

Автор книги: Ruslan Aristov

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

На глаза попалась интересная статья: «Деникины развязали очередной раунд судебной войны с аграрным гигантом Дроздовских».

В статье утверждалось, что конфликт между семейством Дроздовских, крупнейшими производителями сельскохозяйственной продукции и удобрений, и семейством Деникиных, владеющих контрольным пакетом акций корпорации «Республиканские Железные Дороги», достиг своего апогея в прошлом месяце. Суть их многолетнего спора лежит в тарифной плоскости – Дроздовские утверждают, что стратегическая важность железнодорожных перевозок зерна, удобрений и прочего аграрного сырья к портам и вглубь страны должна производиться по минимально возможным тарифам, которые регулирует правительство; Деникины с этим в корне не согласны и через постановление ПНП в начале года в очередной раз провели «тарифную либерализацию».

Эксперт явно был настроен против Деникиных и писал, что текущее полугодие ознаменовались резким, экономически необоснованным повышением тарифов со стороны «РЖД». «Высокие тарифы Деникиных фактически создали монопольный ценовой коридор, что прямо угрожает рентабельности ведущего холдинга Дроздовских, прибыль которых зависит от своевременной и недорогой логистики».

Представитель фракции Дроздовских в ПНП заявил: «Мы не можем конкурировать на мировом рынке, когда две трети нашей прибыли съедается на перевозках. Это не рыночная экономика, это экономический террор». В ответ на это пресс-служба «РЖД» выпустила релиз, пространно объясняя «необходимость модернизации путей и возросшие операционные расходы».

«Однако, учитывая стабильную сверхприбыль „РЖД“, эти аргументы выглядят как минимум лукавыми. Этот конфликт – не просто бизнес-спор. Он отражает напряженность между аграрным (Дроздовские) и транспортно-промышленным (Деникины) лобби в условиях нестабильной политической коалиции. Семья Деникиных исторически является важной частью любой правящей коалиции, используя своё влияние на транспортные артерии для политического давления. С падением правительства Слащёва этот судебный спор может стать одним из рычагов влияния на будущие досрочные выборы и во многом определит их повестку», – сделал вывод автор статьи, один из депутатов ПНП.

Я тоже совершенно ясно припомнил, что тарифы на угольные перевозки по Транссибу для нашего, колчаковского, холдинга, ставят бизнес на грань рентабельности. Вспомнил, как отец периодически говорил, что с монополией Деникиных на железную дорогу надо что-то делать.

– Аришенька, – позвал я, не отрываясь от экрана. – А что там у твоей семьи за проблемы с кланом Деникиных? Смотрю, у вас тут серьёзные судебные споры.

Арина вздрогнула и медленно повернулась ко мне, её пальцы застыли над клавиатурой.

– А, что-что? Я тут почти нашла нам пару вариантов… Что ты сказал, Вит?

Я повторил вопрос, чем весьма озадачил рыжую.

– Я точно не знаю, Вит. Отец особо не распространяется, но он страшно недоволен железнодорожными тарифами, – она пожала плечами. – Это длится много лет. Эти Деникины всех стригут на перевозках, и особенно тех, кто возит сельхозпродукцию из Кубани и Крыма вглубь страны. Понимаешь, «Республиканские Железные Дороги» вроде как госкомпания, но Деникины имеют там контрольный пакет акций, а потому просто диктуют цены. Никакой свободной конкуренции, насколько я понимаю. Хотя я в этом и не разбираюсь.

– Не прибедняйся, рыжушка. Так значит, у твоего клана тоже вражда с Деникиными, как у и нашего?

– А у вас почему? – заинтересовалась она.

– У нас страдают угольные перевозки, прочее минеральное сырьё и полуфабрикаты. Не хватает полувагонов, а довести это всё по Транссибу во Владивосток стоит каких-то совершенно безумных денег, насколько я знаю со слов отца. Надо будет, – я поднял палец, – завтра прояснить этот вопрос с Семёновым.

Анжелика, не поднимая головы от флакончика с лаком, дополнила голосом, полным легкого превосходства:

– Деникины – важнейшая часть политического болота, Вит. Ключевая часть! Они всегда, вот абсолютно всегда за последние полвека, входят в любую правящую коалицию. А почему?

– Ну и почему же? – повернулась к ней Арина.

– А потому, что транспорт – это кровь экономики, – торжественно продолжила моя пассия. – Они всегда в тени, но их деньги и влияние стоят за доброй четвертью голосов в парламенте. Так что, рыжая, ваши проблемы с ними – это политика чистой воды.

– Ну вот, – вздохнула рыжая, возвращаясь к экрану. – Я же говорила, что политика – это скучно. Только цифры, тарифы и судебные тяжбы. Косметика интереснее, а потому я хочу себе маникюр немедленно!

– Сначала ты найдёшь дом, – отрезал я.

– Да, поддерживаю, – отозвалась Анжелика.

– Вот вы какие – хотите меня скукой этой уморить здесь? – недовольно произнесла Арина.

– А вот тут ты ошибаешься, мадемуазель Дроздовская, – я отложил планшет, чувствуя, как загораюсь идеей. – Политика – это и есть выражение экономики, а экономика – это та сфера, где ты можешь наносить точечные, элегантные удары в рамках легального процесса.

– Я тебя не понимаю, милый Вит. Говори яснее, пожалуйста, – вздохнула рыжая.

– Вот давай посмотрим на Деникиных, да? Влиятельная семья, но что ты о них вообще знаешь?

– Ну, ничего…

– Даже я ничего о них не знаю, потому что они очень скрытные и их публичные интересы выражает партия и несколько лиц из семейства. Я бы не назвала их элегантными или стильными, – вставила реплику Анжелику.

– А этот тут при чём? – я удивился. – Стиль здесь каким боком?

– Не знаю, но мне так кажется. Я оцениваю людей по этому критерию, знаешь ли, – брюнетка начала дуть на свои ногти.

– Стиль решает, Икорка права, – нехотя протянула Арина.

– Ну хорошо, допустим решает, – я поднял ладонь, – хотя он во многом и решает… Тогда, Арина, – я повернулся к рыжей, – если ты хочешь помочь своему клану, тебе нужно атаковать Деникиных там, где они уязвимы. Не в тарифах, а в публичном образе, выходит?

– Как-то так и надо делать, – вместо неё ответила Анжелика.

– И чем же я могу помочь? Стать пресс-секретарём отца по вопросам удобрений или свиноферм? Или попросить у железной дороги скидку, потому что мы такие бедные из-за неподъёмных тарифов? – саркастично вопросила Арина.

Глава 3

«Надо занять их обеих делом, отвлечь от споров», – совершенно ясно понял я; в голове почти созрел план.

– Нет, рыжушка, ты всё ещё мыслишь категориями прямой атаки: «Взять и ушатать»! А надо тоньше, – я покачал головой, наслаждаясь, как она хмурит своё милое личико. – Ты, Арина Дроздовская, можешь атаковать их элегантностью.

Она скептически поморщилась. Рыжая прядь упала ей на щёку, и она её раздражённо сдула.

– Элегантностью? Деникиных? – она фыркнула так громко, что я чуть глотком кофе не поперхнулся. – Вит, серьёзно? Они же… ну, рельсы, мазут, угольная пыль до потолка, мужики в телогрейках и с запахом солярки изо рта. Какие там, на хер, элегантные удары? Я им скорее флакон духов в рыло засажу, чтобы хоть пахли цивилизованно.

Анжелика, не отрываясь от полировки ногтей, издала свой фирменный смешок – такой, от которого у меня всегда внутри всё приятно сжималось.

– Ой, рыжая, ты бы ещё предложила им педикюр сделать, – лениво протянула она, не поднимая глаз. – А то у них ногти, наверное, как рельсы – чёрные и вечно в саже.

Арина повернулась к ней всем телом, глаза сузились в две щелочки.

– Заткнись, Икорка, пока я тебе своим мощным магическим воздухом лёгкие не выдула. Лучше расскажи, сколько ты в прошлом месяце на свои «люксовые» баночки из Парижа и Рима потратила? Три косаря? Пять?

– Семь четыреста, – спокойно ответила Анжелика, дуя на ноготь. – Но они хотя бы не пахнут навозом, в отличие от твоих «Кубанских даров».

Я пододвинул кресло ближе, чтобы оказаться между ними – на всякий случай.

– Что-о⁈ – протянула Арина.

– Спокойно, леди, – повысил я голос, глядя на Арину. – Ты единственная в своём клане, кто реально шарит, что такое «люкс», а что «деревня». У вас же есть косметическая линия?

– Ну да, есть… – рыжая уставилась на меня.

– Я до этой всей херни с ритуалом ваш крем после бритья пробовал – чисто случайно. Приятный, кстати – не щиплет, охлаждает, смягчает.

– Правда⁈ – Арина моргнула, её щёки слегка порозовели. – Ну… Есть у нас под Екатеринодаром маленькая линия, совсем небольшая… да! Двоюродный дядя держит её как побочку к удобрениям, типа «из отходов производства».

– Звучит не очень заманчиво, – я качнул головой.

– Это я образно, конечно, – оживилась рыжая и приосанилась. – Основа – на родниковой воде, вытяжки из пшеницы, ромашек, чистотела и всего такого, короче из травок всяких… Всё это натуральное и гораздо лучше, чем вся эта импортная хрень из Парижа, между прочим.

– И что со этим всем замечательным производством не так? – я сделал самое невинное лицо и мягко улыбнулся.

– Да всё не так! – она всплеснула руками. – Упаковка – позор полный. Названия – «Урожайная свежесть», «Кубанский дар», «Степной миндаль» – сам понимаешь! Продаётся в кубанских магазинах рядом с витаминами для коров и удобрениями для огурцов! Я сто раз предлагала отцу и дяде расширить производство, сделать премиальный сегмент, а они: «Арина, не лезь в мужские дела – пока не поздно, лучше ищи себе мужа». Вот и результат!

Анжелика, наконец, отложила пилочку и повернулась к нам – её глаза блестели чистым злорадством.

– Ой, Птичка, не ной. Ты сама говорила: ваш клан – это «земля и сталь». Косметика у вас как навоз – вроде полезно, но попахивает деревней. Я бы скорее намазалась подсолнечным маслом, чем поставила «Кубанский дар» на свою полку. Хотя… может, от него и волосы рыжими станут не только на голове, но и где-то пониже? Не хотелось бы такого эффекта…

Арина надулась, потом вспыхнула – щёки стали почти одного цвета с волосами, и атмосфера в комнате стала накаляться.

– Заткнись, Корнилова! – она привстала и выставила палец в сторону брюнетки. – Твои парижские баночки – дрянь, потому что наши крема в слепых тестах рвут их в клочья! Я тебе лично пришлю пробник – намажешься и будешь неделю ходить с кожей, как у младенца. Только не привыкай, а то потом без наших кубанских кремов вообще жить не сможешь.

– Ой, боюсь-боюсь, – Анжелика театрально закатила глаза. – Только не присылай ничего с запахом сена, а то я чихать начну.

Я поднял ладонь, обрывая перепалку, пока они не сцепились.

– Стоять, барышни! Вот об этом я и говорю – Арина, у тебя вроде как продукт мирового уровня, упакованный как корм для свиней. Деникины давят вас тарифами, потому что вы зависите от «железки». А косметику… – я сделал театральную паузу и улыбнулся, – её можно возить чем угодно. Грузовиками, курьерами на мотоциклах, да хоть в багажнике машины Энджи. Такие грузы нельзя просто взять за горло, перекрыв ветку на «железке».

Арина повернулась ко мне, на её лице проявился тяжелый мыслительный процесс. Через несколько секунд, судя по всему, щёлкнул тумблер понимания. Она замерла, потом медленно расплылась в улыбке – такой хищной и довольной, что я захотел её поцеловать прямо при Анжелике. Сдержался, к счастью.

– То есть… если я, мы… сделаем премиум-косметику… То мы просто выйдем из-под их удара? – поразилась она.

Мне хотелось кататься по полу от смеха – не знаю, как я сдержался.

– Именно, – поднял я палец. – И это будет идеологический плевок в морду Деникиным. Они – обнаглевшие железнодорожники, считающие, что держат страну за яйца. А вы покажете: настоящая элита зарабатывает не тоннами, а граммами. Один флакон духов – по цене аренды вагона для перевозки угля. Маржа – космическая!

– Ага, бизнес мечты, – протянула Анжелика сладким голосом и посмотрела на Арину: – Ты, рыжая, просто завидуешь – ведь мои духи стоят тысячи, а твои… сколько там? Пять рублей за кило пшеницы? Хотя, если добавить туда немного навоза, можно и за десять продать – как органику.

– Завидуй молча, Корка, – Арина показала ей язык, но уже без злобы. – Скоро ты будешь умолять меня о пробниках. И я тебе дам, но только самый дешёвый, чтобы ты знала своё место. И ещё запишу в журнал: «Доброволец Анжелика Корнилова – получила экспериментальный крем для проведения клинических испытаний. О побочных эффектах предупреждена».

– Мечтай, – фыркнула Анжелика, но тоже с улыбкой. – Я лучше продолжу заказывать в Париже – там хотя бы не пахнет свинарником!

– Девочки, – едва сдерживая смех, я решил вмешаться, – вы сейчас друг друга кремом закидаться начнёте? Или может быть пора перейти к делу?

– Дело и Арина – уже звучит странно, – прокомментировала брюнетка.

– Знаешь что… – вскочила рыжая.

– Тихо, Аришенька! – я поднял ладонь и повернулся к ней. – Звони давай отцу – у тебя же с ним как, нормальные отношения?

– Ну да, а как иначе? – удивилась Арина.

– Тогда скорее звони и расскажи ему всё, о чём мы говорили! – кивнул я.

Арина почесала голову – халат при этом предательски распахнулся, взяла со стола телефон и начала яростно тыкать в экран.

– Да, именно так я и сделаю – прямо сейчас позвоню отцу! Мне нужен бутик – в центре, роскошный и самый лучший, и плевать вообще на бюджет! Пусть хоть дворец покупают – я его под магазин переделаю, – заявила Арина высокопарно.

Послышался сдавленный смех Анжелики – я повернулся и увидел, что она упала спиной на кровать и прикрыла лицо руками.

Я откинулся в кресле и стал слушать разговор…

– Привет, папочка – есть идея… Пьяная? Нет, я не пьяная и не сошла с ума от безделья…

Через две минуты Арина на повышенных тонах объясняла отцу «стратегическую важность проекта для имиджа семьи» и «как это ударит по Деникиным сильнее любого тарифа». Упомянула про меня и будущие выборы. Я слушал её не без гордости – рыжая под моим руководством росла как личность.

– При чем тут Элишка? Я с ней помирилась, папочка, ты даже и не сомневайся, никаких у нас с ней нет проблем… – продолжила затирать рыжая.

Я переглянулся с Анжеликой – она помотала головой и закрыла лицо руками, опять увалившись на кровать. В принципе, мне было столь же весело.

– Больше никаких магических скандалов и выступлений по телевизору… Обещаю, папочка – я исправлюсь! – закончила, наконец, разговор Арина.

Красная как рак, она бросила телефон на стол и стала себя обмахивать ладонью.

– И что там? – с ехидством поинтересовалась брюнетка.

– Конечно, отец сначала усомнился… – Арина взмахнула рукой, но поперхнулась и закашлялась, – но он меня любит и сказал, что раз я взялась за ум, то он совсем не против проекта и готов выделить бюджет!

– О-о-у-ее, – захлопала Анжелика и засмеялась. – Живём!

Арина посмотрела на неё с подозрением:

– Ой, смотри-ка, Корнилова решила подлизаться? – протянула она, прищурившись. – Небось уже прикидываешь, сколько бесплатных баночек с меня стрясёшь? Только учти: первые образцы я буду дарить только тем клиенткам, кто не называет мою косметику «навозом с блестками». А ты, Икорка, пока что в чёрном списке.

– А я и не против натуральной и качественной косметики по доступной цене, – заявила вдруг Анжелика и невинно пожала плечами, при этом глаза её блестели чистым весельем. – Главное, чтобы запах был не как у твоих кубанских полей после дождя. А то я, признаюсь, один раз попробовала ваш «натуральный» крем – неделю отмывалась от аромата свежескошенной травы и коровьего… э-э… духа. У меня потом даже волосы пахли… природой!

– Лучше пахнуть полем, чем твоими сомнительными парижскими духами – от них у меня голова болела, и потом я неделю чихала от этого «высокого шика»! – ответила рыжая.

– Так и запишу – больше Птичке не давать мои духи, – засмеялась брюнетка.

– Да я и сама их больше не возьму, больно надо! – Арина изящным движением поправила волосы и посмотрела на меня.

– Так что конкретно отец сказал? – перевёл я беседу в деловое русло.

Арина слегка стушевалась и плюхнулась на стул:

– Ну, сначала он усомнился… – повторила Арина, и при этих словах Анжелика издевательски засмеялась.

– Энджи, спокойно! – произнес я, но улыбку с лица убрать не смог.

Анжелика, конечно, не успокоилась. Она свалилась на кровать, и сквозь прикрытые ладонями губы донёсся её приглушённый, совершенно непередаваемый ехидный смех:

– Ой, милый, не могу! «Сначала он усомнился…» Папочка Дроздовский, наверное, полчаса искал в её голосе признаки похмелья или лихорадки.

– Ты на себя посмотри, – процедила рыжая.

– Арина, а ты ему точно потом скажешь, что этот «стратегически важный проект» – это всего лишь бутик для твоих «Кубанских даров»?

Арина покраснела, но гордо вскинула голову:

– Вы же слышали разговор! Я сказала, что это будет идио… идеологический и медийный ответ Деникиным! И да, – она выдохнула, пытаясь восстановить дыхание, – он спросил про Элишку.

– Угу, мы слышали. Каким боком здесь она? – я приподнял бровь.

– Ну… отец спросил, как мы ладим! Я ведь сдала экзамен!

– А благодаря кому? – оживилась Анжелика.

– Потому что я умная, – взмахнула кистью Арина.

– А, вон оно как… – снова рухнула на кровать брюнетка.

– Определённо, так и есть, – я сдержал смешок. – И дальше что?

– Ну, отец спросил, не собираемся ли мы опять устроить магический скандал прямо в центре города, – кивнула она в сторону Анжелики. – Я заверила его, что мы с тобой и с Анжеликой работаем в команде что и никаких проблем больше не будет! И что с Элиной у меня всё хорошо…

– Что ж, это повод для оптимизма, – слегка кивнул я. – Прикрылась моей кампанией, чтобы получить бюджет. Виртуозно, Ариша.

Анжелика резко села на край кровати, её смех мгновенно прекратился. Теперь её глаза смотрели на Арину с настоящей, неподдельной ревностью.

– Ты использовала Виктора и моё имя, чтобы развести папу? Ты вообще понимаешь, что ты делаешь⁈

Глава 4

Арина на секунду замерла, её пальцы нервно сжали край столешницы. Но это длилось лишь мгновение – она вскинула голову, тряхнула рыжей гривой и посмотрела на брюнетку с вызовом.

– Я очень хорошо всё понимаю, Икорка. Я не играю с огнём – я им управляю, – парировала она, хотя голос предательски дрогнул. – И я не врала отцу. Я… моделировала желаемое будущее. Разве Виктор не этому нас учит – создавать реальность своими словами? – она перевела взгляд на меня, ища поддержки.

Происходящее меня забавляло всё больше и больше – из этой моей подначки действительно мог получиться если не толк, то хоть какое-то действие.

– Конечно, рыжая – ты на лету хватаешь, – я солидно кивнул и ободряюще улыбнулся. – Но Анжелика тоже права – это серьёзное дело, не шуточки.

– А кто шутит? К тому же Элина сейчас в хорошем настроении, потому что готовится лететь в Стамбул, – продолжила Арина, набравшись уверенности. – А бюджет мне нужен будет один раз, а потом, когда я покажу отцу и сестре прибыль и готовый, работающий элитный объект, им будет плевать, что я там сказала в начале. Победителей не судят – верно, Вит?

«Что-то она действительно загорелась этим делом и учится весьма быстро… Но да ладно, я сам их к этому подвёл, и застопорить этот энтузиазм будет очень неразумной стратегией. В конце концов, обе – взрослые девочки и должны чем-нибудь заниматься, пока я буду занят предвыборной кампанией», – мысленно успокоил я себя.

– Верно, – кивнул я, скрывая улыбку. – Это называется «работа на опережение».

– Вот видишь! – рыжая победоносно повернулась к брюнетке. – А насчёт Элины… Я куплю ей какой-нибудь супер-дорогой подарок с первой выручки. Или просто дам скидочную карту. Она же женщина, растает. А вот насчёт тебя – подумаю…

– Что ты там сказала? – Анжелика угрожающе фыркнула, но в её взгляде мелькнуло уважение. – Смотри, не заиграйся, «моделировщица реальности», – она снова лениво откинулась на подушки. – Но если ты реально выбьешь деньги под этот проект, я признаю, что в твоей рыжей голове есть что-то, кроме соломы, лени и ветра.

– Там есть мозги, Корка! И они сейчас заработают на полную катушку, – отрезала Арина.

– Скажите мне, что я сплю, но не будите – такой сон интересный показывают, – нарочито гундосым голосом ответила Анжелика.

– Не, она ещё и кривляется, – покачала головой Арина. – Вот что делает зависть, Вит.

Анжелика глухо засмеялась.

– Ты просто ещё не понимаешь глубину всего этого масштаба, – продолжила вещать рыжая всё более уверенным голосом. – Это ведь будет не просто магазин косметики или модных тряпок, – у неё в голосе прорезались интонации Элины, как мне показалось, – это будет место для тусовки всей модной молодёжи…

– Под соусом «Кубанских даров»? – издевательски засмеялась Анжелика. – Будешь продавать там фуфайки со стразами? Или лапти на шпильках? Арина, милая, твой «стратегический проект» папочка Дроздовский одобрил только затем, чтобы не сдавать тебя в дурдом… или в военную академию!

– А… Че-е-го? – возмущённая Арина застыла с приоткрытым ртом, но через пару секунд, словно переключив тумблер, повернулась ко мне, становясь предельно деловой. – Ви-и-т, ну скажи ей, что мы ударим по Деникиным гламуром, красотой и эксклюзивностью, – весь её вид теперь говорил: «Шутки в сторону».

– Ты хоть знаешь значение этих слов? – резко поднялась на край кровати брюнетка, в её глазах была легкая ревность.

– Что ты сказала, Корнилова⁈ – надменно процедила Арина. – Я – не ты! Я отлично считаю и сдала сложнейший экзамен в тяжелейших условиях…

– Пиздец, я не могу, разбудите меня! – Анжелика опять рухнула спиной на кровать и залилась беззвучным смехом. – Она сдала…

– Да, я сдала, – топнула ногой Арина и посмотрела на меня: – С вашей помощью, конечно, но я разве это отрицаю?

Мне такой подход понравилась – рыжая на глазах росла как личность. Эту замечательную тенденцию я решил поддержать всеми силами.

– Я докажу, что я не «рыжая дурочка»! – продолжила Арина. – Ты сама – дура большая, чем я, Корка…

Анжелика опять села на край, скривив губы и нехорошо глядя на Арину. Ситуация накалялась, пора было вмешиваться. Я громко хлопнул в ладоши.

– Брейк! – мой голос немного сгладил повисшее напряжение. – Девочки, вы обе правы, и обе при этом весьма конкретно заблуждаетесь!

Они синхронно повернули головы в мою сторону.

– Виктор, ну ты же понимаешь… – начала было Анжелика, но я поднял ладонь:

– Молчать и слушать, – я улыбнулся, но так, что обе притихли. – Арина права на уровне концепции – всем нам нужна легальная, светская площадка в центре. Место, где можно проводить неформальные встречи, вербовать сторонников и просто… светиться. «Эскрайм» не наш, он для этого слишком вульгарен и опасен, арендовать апартаменты в «Золотом полисе» – несолидно, хотя я думал об этом варианте… Нужна своя площадка, своё место, подконтрольное нам, модное и яркое!

– Вот, мы с Витом друг друга без слов понимаем! – взбодрилась Арина и победно вздернула подбородок.

– Но права и Анжелика, – продолжил я, охлаждая пыл рыжей. – Если это будет просто бутик, ты прогоришь через месяц.

– Чего это? – удивилась Арина и уставилась на меня.

– Тебе не хватит жесткости и цинизма. Пока ты будешь выбирать цвет занавесок, тебя сожрут арендодатели и налоговая.

– Ума ей не хватит, – не удержалась от реплики брюнетка.

Я встал, подошел к Арине и обнял её за плечи, превращаясь в доброго, но строгого наставника.

– Было бы желание, а научиться можно всему, – заявил я. – Поэтому мы сделаем так: Арина, ты – лицо и креатив. Ты выбиваешь бюджет у отца – как можно больше бабла, продумываешь линейку косметики и одежды, скандалишь с поставщиками. Анжелика…

– Я не буду торговать трусами или кремами с навозом! – взвилась брюнетка.

– Ты будешь главным критиком и… аудитором, – перебил я её. – Твоя задача – находить у Арины ошибки – каждый промах, каждый лишний рубль в смете. Ты будешь её надсмотрщиком – злым, но справедливым.

В глазах Анжелики загорелся недобрый огонек азарта.

– То есть если… точнее – когда, рыжая облажается, я смогу официально тыкнуть её в это носом? – уточнила она.

– Ничего себе… Та ну нафиг, – вздохнула Арина и поникла.

– Именно. Но с документами и цифрами на руках, – я посмотрел на брюнетку и поднял палец. – Никаких голословных обвинений или вкусовщины, ведь креативный директор проекта – Арина!

– А мне это зачем, такой гемор? – насупилась Арина. – Пользы от неё будет, как от пятого колеса в телеге…

– Которой у вас перевозят навоз? – засмеялась Анжелика. – Тогда пользы будет больше, чем ты думаешь.

– А у тебя, солнышко, будет лучшая мотивация в мире, – я подмигнул рыжей. – Если ты добьешься успеха под таким прессингом, Анжелика лопнет от зависти, а ты станешь независимой бизнес-леди. Представь лицо той же Элины, когда ты покажешь ей прибыль. Представь, что самая престижная светская тусовка будет у тебя, а не в «Эскрайме» и «Золотом полисе».

Арина задумалась. Судя по её лицу, картинка ей явно понравилась.

– И самое смешное, – Анжелика вдруг хищно улыбнулась, глядя на подругу без иронии, а с оценивающим интересом, – что Деникины даже не поймут, как и где проиграли. Пока они будут считать шпалы и вагоны, мы будем считать… влияние!

– А также новые парфюмы, туфли и костюмы из Парижа и Рима, купленные на свои денежки, а не на папочкины, – подтвердил я.

– Это жестоко по отношению к рыжей, милый, но мне нравится задумка. Я в деле! – объявила Анжелика и потянулась, как довольная кошка.

– Умница, – усмехнулся я.

– Я буду твоим кошмаром, рыжая, – пообещала брюнетка.

– Ага, попробуй, – фыркнула Арина, но уже без злости. – Я тебе такие идеи выкачу – закачаешься!

Такой настрой моих красоток мне понравился. Я вернулся на стул.

– Аришенька, а ты уже знаешь, с чего начнёшь свой «креативный штурм»? – мягко поинтересовался я, усаживаясь поудобнее. – Или пока что твой план ограничивается «хочу бутик где-то в центре»?

Рыжая встрепенулась, её глаза загорелись энтузиазмом, который, впрочем, тут же сменился легкой растерянностью.

– Ну… Я думаю, надо начать с помещения! – протянула она, облокотившись ладонью на стол. – Найду самое красивое здание на Кузнецком Мосту или на Тверской, с огромными витринами и чтобы обязательно был мраморный пол! И люстра! Огромная хрустальная люстра, как в опере!

Я молча и с благосклонной улыбкой слушал, как битых три минуты Арина с мечтательной улыбкой распиналась про огромную, уникальную и неповторимую люстру из Богемии в их родовом поместье. И как она установит в бутике такую же или даже лучше.

– Люстра – это, конечно, стратегически важно, – кивнул я, едва сдерживая улыбку. – Но, может, сначала определимся с целевой аудиторией и общей бизнес-концепцией?

– Э-э, чего⁈ – Арина наморщила лоб, её «мыслительный процесс» был виден невооруженным глазом.

– Кто твои клиенты? Чем ты их будешь заманивать – кроме богемской люстры, конечно?

– Мои клиентки – это, ну, как это… все модные девочки, жёны депутатов и бизнесменов, актрисы и певицы, да, – выпалила она. – Они все придут, потому что это будет модно и стильно! Я же Дроздовская, а это уже бренд!

Анжелика, которая до этого момента с ироничным интересом наблюдала за ней, не выдержала:

– «Я же Дроздовская»! – передразнила она. – Ну пиздец, хочет удивить публику голой жопой…

– Эй, меня тут оскорбляют! – голос Арины дрогнул, она растерянно посмотрела на меня.

– Спокойно, Аришенька, – я поднял ладонь и посмотрел на брюнетку: – Хочу услышать аргументы, Энджи, так что изволь без сарказма!

– Хех, ну ладно… – Анжелика выпрямила спину и на несколько секунд задумалась, потом продолжила: – Рыжая, ты хоть понимаешь, что жены серьёзных людей привыкли к сервису, который тебе и не снился? Им плевать на твою фамилию, если в примерочной будет плохой свет или если шампанское будет теплым. Или десятки других важных мелочей. Ты хоть знаешь, сколько стоит аренда на Кузнецком? Или ты думаешь, что тебе её подарят за красивые глаза?

– У меня очень красивые глаза! – парировала Арина, но в её голосе уже не было прежней уверенности. – И вообще, я найму… этих… маклеров! Они мне всё найдут! И дизайнеров найму! А я буду только говорить – «нравится» или «не нравится»!

– Ага, и бюджет сольёшь ещё задолго до открытия, – безжалостно констатировала Анжелика. – Маклеры тебе впарят неликвид по тройной цене, а дизайнеры накрутят смету так, что папочке Дроздовскому придётся срочно продать пару элеваторов или брать взятки на посту министра. Хотя он и так это делает, я думаю.

Я решил вмешаться, пока «креативный директор» окончательно не потеряла боевой настрой.

– Ариша, милая, – мягко начал я, – делегирование работы другим – это прекрасно, конечно, но чтобы нанимать людей, ты должна понимать, что ты от них хочешь. Иначе тебя разведут как… ну, как и сказала Анжелика. Давай начнем с простого, ты готова? – я вопросительно поднял бровь.

– Я и к сложному готова, – вздохнула рыжая.

– Это замечательно, но начнём всё же с простого. Задача такая – составь список конкурентов. Кто уже продает элитную косметику и одежду? В чем их фишка? Почему идут к ним, а не к другим?

Арина задумалась, прикусив губу.

– Ну… Есть «Берёзка», есть «Золотой каприз»… Но это же массовые магазины, а я хочу эксклюзив и гламур, как в Париже, но только у нас!

– Вот! – я поднял палец. – Эксклюзив. А что именно будет эксклюзивным? Твой крем из ромашки? Или ты привезёшь что-то, чего нигде нет?

– Я… я ещё не решила, – призналась она, выдохнув. – Я думала, что главное – это начать! А там по ходу разберусь. Я же талантливая!

– Талантливо можно всё и проебать… – ехидно начала Анжелика, но я предостерегающе посмотрел на неё и она прикрыла ротик ладонью.

– Талантливая, спору нет, – кивнул я. – Но в бизнесе, солнышко, импровизация – это путь к банкротству. Тебе нужен бизнес-план. Хотя бы на салфетке.

– Бизнес-план? – Арина посмотрела на меня с ужасом, словно я предложил ей решить уравнение по физике. – Это где цифры и графики? Ой, нет, это скучно! Вит, может, ты мне поможешь и нарисуешь? Ну, или как там зовут твоего этого… помощника? Лебедев? Он же умный!

«Ох и Ариша – губа не дура».

– Лебедев занят моей кампанией, – ответил я. – А я могу дать совет, но делать всё за тебя не буду. Смысл в том, что это твой проект, а значит – и твоя ответственность! Хочешь быть независимой бизнес-леди – учись считать деньги и риски.

– Я помогу, – неожиданно встала Анжелика, хищно улыбаясь. – Я с удовольствием проверю твой бизнес-план. Особенно раздел «Расходы на люстры».

Арина обречённо вздохнула, окончательно осознавая, что легкой прогулки не получится.

– Ладно, я готова! – она уселась за комп. – Сейчас я вам всё найду! И конкурентов, и цены, и… что там ещё надо? Маржу? Вот увидите, я ещё всех удивлю!

Она начала яростно тыкать в клавиатуру, что-то вводя в поиск. Мы с Анжеликой переглянулись и беззвучно рассмеялись – путь к построению империи моды обещал стать тернистым, но очень весёлым.

– Работайте, прекрасные леди, – объявил я, поднимаясь, – а я не буду вас отвлекать и пойду смотреть новости! Надеюсь, вы не поссоритесь!