Текст книги "Среди безликих (СИ)"

Автор книги: Ровена Сомад

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Проверка

Проверка

Мы прошли через храм на площадку для месс. У ворот стояли бойцы Раиса. Он подошёл к ним, схватил меня за предплечье и толкнул в руки солдатам. Те схватили меня, а я стала отбиваться.

– Засуньте её в сарай! – приказал Раис и отошёл.

– Нет! Пожалуйста! – вопила я, играя роль жертвы.

Один солдат отодвинул засов, другой приоткрыл дверь. Остальные двое толкали меня внутрь. Я вцепилась в косяк и изо всех сил сопротивлялась.

Зомби уже приближались к двери, тянули руки – казалось, не ко мне, а к солдатам. Расстояние сокращалось. В этот момент подошёл Раис, схватил меня за предплечье, пнул ближайшего зомби и затолкал меня в сарай.

– Нет! Отпустите! – закричала я, но дверь захлопнулась.

Кусаки обступили меня, но не тронули. Действовало ли старое зелье или уже новое? У меня было максимум два часа. Оставалось молиться, чтобы меня вытащили раньше.

Я села на стог сена и ждала, прислушиваясь к голосам снаружи. Раис разговаривал с Эсминой.

– Бедная девушка! Её же сожрут! – переживала она.

– Видишь ли, это не моя прихоть. Матерь приказала проверить. Я исполняю.

– Нельзя было сделать это как-нибудь иначе?!

– Не беси меня. Займись делом, – грубо оборвал её Раис.

Они разошлись. Не знаю, сколько прошло времени, когда я услышала голос Матери.

– Девушка внутри?

– Да, и зомби свежие. Все до одного, – ответил Раис.

– Сколько времени она там?

– Тридцать минут.

– Думаю, этого достаточно.

Матерь приблизилась к двери.

– Луция, дитя! Ты жива?

– Да! – ответила я и слезла со стога.

Заговорил Раис. Он, видимо, подошёл ближе и отдал приказ солдатам.

– Ты! Приведи сюда другого. Нужно проверить, как зомби реагируют на человека. Вы! Заберите у него оружие.

«Раис… как бы я по тебе ни скучала, сейчас я бы придушила тебя за то, что кинул меня на съедение».

Дверь открылась. В сарай вошёл солдат лет тридцати с мачете в руке. Живые мертвецы немедленно рванули к нему. Он начал рубить, а я прорвалась сквозь толпу к двери.

– Скорее! Уходим! – закричала я, дёргая дверь. Но она была заперта. Солдат храбро сражался, но зомби задавили его числом, повалили на пол и принялись рвать на части.

– О, Боже! Спасите его! – я отпрянула в самый дальний угол, не в силах смотреть, как из человека вырывают внутренности.

– Впустите меня! – раздался властный голос Матери.

Дверь открылась, и она вошла в сарай. Она прошла сквозь строй зомби, и те её не тронули – прямо как меня. Матерь протянула мне руку. Я вытерла слёзы, и мы вместе вышли, минуя кусак.

На улице я прищурилась от яркого солнца.

– Это невероятно! – воскликнул один из жрецов, ожидавших у двери.

Я нашла глазами Раиса. Он стоял в тени, опёршись плечом о каменную ограду, и внимательно наблюдал за происходящим – и за мной в частности.

– Благословенная Солнцем Дитя! – провозгласила Матерь.

К нам подбежала Эсмина. Она была в маске, но я узнала её по чёрным вьющимся волосам. Как мне рассказывали анциллы, только жрицы могли не покрывать голову, а послушницы носили маски с прикреплённой белой тканью, скрывавшей волосы.

– Матерь? – изумлённо посмотрела она на нас. – Как это возможно?

– Мы получили дар Небес, Эсмина! Бог Солнца благословил это дитя, и мы не можем отрицать, что она особенная. Переведи её из анцилл в послушницы. Я хочу, чтобы она была рядом, – распорядилась Матерь и удалилась.

Эсмина тут же взяла меня под руку и повела в корпус анцилл. Я обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на Раиса. Он тоже следил за нами взглядом.

– Думаю, ты всё поняла, Луция. Собери вещи. Я буду ждать тебя в своей комнате, – сказала она.

– Хорошо.

Я упаковала зелья в рюкзак. Нервничала, не зная, что ждёт меня в храме. Что значит «быть рядом»? И, конечно, не могла не думать о Раисе. Он не выходил у меня из головы.

Эсмина аккуратно собрала мои волосы в пучок, надела на меня маску с покровом и проводила в храм.

Если анцилл было около двадцати, то послушниц – около пятидесяти. Они трудились, как пчёлки. В своих комнатах они могли снимать маски, поскольку вход туда мужчинам был запрещён. Но в коридорах, церемониальных залах и лазарете маски были обязательны.

Как объяснила Эсмина, лучшие из послушниц становились помощницами жрецов, а затем, при безупречной службе, – жрицами. Мне всё это было не важно. Моей целью был Раис. Раз он здесь, мне нужно задержаться и заставить его вспомнить меня. Меня также мучила мысль, что Раис – муж Матери и у него целый гарем. Но я старалась гнать эти мысли прочь.

Мне выделили кровать у двери в огромной общей спальне. У меня была своя тумбочка и место в шкафу. Я поставила пузырьки с зельем в тумбочку – прятать их было некуда. Их оставалось всего шесть.

– Что это? – поинтересовалась одна из послушниц.

– Отвар. У меня больной желудок. Только им и спасаюсь.

– У нас в лазарете есть склад трав. Сможешь сделать новый, когда закончится.

– Замечательно! Спасибо.

Я надела длинное белое платье, маску и отправилась искать лазарет. Если корпус анцилл был устроен просто, то храм представлял собой сложную систему коридоров и переходов. Наконец я нашла нужную дверь.

Большое помещение было заставлено шкафами и столами; дальняя часть отгорожена для стационара. Несколько девушек занимались работой: одна скручивала бинты, другая мыла инструменты.

– Девочки, привет! – поздоровалась я, подходя ближе.

– Благослови тебя Небо, сестра! – синхронно ответили они. Видимо, это было принятое приветствие.

– Где у вас хранятся травы? Мне нужно сделать отвар.

– В той комнате, – указала одна из девушек в глубину зала.

Я увидела белую дверь. Войдя, я обнаружила стеллажи, заставленные мешочками с подписанными травами.

– Вот это да! – оценила я склад.

Я взяла бумажный пакет и стала собирать нужные травы. Не успела закончить, как в комнату ворвалась взволнованная девушка.

Бахар

Бахар

– Где Алфита? – спросила она с порога.

Я обернулась и увидела Бахар – ту самую, что два года назад ушла из Тельца с Эсминой. Я совсем забыла о её существовании.

– Бахар? – удивилась я.

– Луция? – воскликнула она и крепко обняла меня. – С ума сойти! Ты с нами! – Она была такой же стремительной и похорошела. Каштановые волосы собраны в объёмный пучок, круглое лицо с румянцем делали её очень милой.

– Да, я здесь!

– А где Алфита? Мне срочно нужна!

– Не знаю, кто это, – призналась я.

– Алфита ушла за травами! – крикнула девушка из основного зала лазарета.

– Вот чёрт! – взмолилась Бахар. – Амир убьёт меня!

Я насторожилась, услышав другое имя своего возлюбленного.

– Почему? Что случилось?

– У него снова дико болит голова. Он приказал сделать отвар. Алфиты нет! Что же делать? – она схватила меня за плечи. – Ты ведь разбираешься в травах! Сделай что-нибудь! Пожалуйста, Луция!

– Ладно, – улыбнулась я. Помочь ему было для меня счастьем.

Я отложила свой пакет, взяла новый и стала вспоминать рецепт Далии от головной боли. Бахар тем временем поставила на плиту чайник. Я заварила травы, настояла и налила отвар в кружку.

– Держи, – протянула я Бахар.

Но она не взяла.

– Ты уверена, что он поможет?

– Не знаю, я его никогда не пробовала, просто запомнила рецепт.

– Э-э-э… Проводишь меня? – попросила она.

Я согласилась. Надев маски, мы понесли отвар Амиру.

– И часто у него такие боли? – спросила я по дороге.

– Да, почти через день. Лучше в такие моменты ему не попадаться.

– Из-за чего?

– Говорят, последствие старой травмы головы. Ты его вообще видела? Всё лицо в шрамах!

– Видела… – ответила я и задумалась. Если Раис действительно упал с высотки, то мог удариться головой и потерять память. Иначе он бы меня вспомнил. Однозначно.

Бахар привела меня на третий этаж. Длинный коридор с дверями слева и арочными балконами справа. Она остановилась у последней двери и испуганно взглянула на меня.

– Луция, зайди сама. Отдай ему. Если не поможет – он меня убьёт! А ты новенькая, он, может, пощадит.

– Что ты! Именно новенькую он и не пожалеет! – сделала я испуганный вид.

Из-за двери донёсся голос Раиса:

– Входи быстрее! – прорычал он раздражённо.

Бахар бросила на меня молящий взгляд и убежала. Я сняла маску и вошла, предвкушая встречу.

В комнате было темно, окна завешены бордовыми шторами. Раис сидел на краю большой кровати, упираясь локтями в колени и держась за виски. Он даже не взглянул на меня. Подойдя ближе, я увидела, что глаза его закрыты, лицо искажено болью.

– Я приготовила отвар, – сказала я почти шёпотом.

Он медленно поднял голову.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он раздражённо.

– У вас болит голова. Вот, – обиженно ответила я, поставив стакан на тумбочку.

Он взял его и сделал глоток.

– Что это? На вкус другой.

– Я сама приготовила.

– А где Алфита? – он встал.

– Мне сказали, она ушла за травами. Я решила позаботиться о вас, – сказала я с лёгким сарказмом, вздёрнув бровь.

– Ха-ха-ха! – рассмеялся он и тут же схватился за голову от резкой боли. – После того как я запер тебя в сарае, мне даже интересно, каким ядом ты решила обо мне «позаботиться». Он залпом допил отвар. – На удивление, недурно. – Раис медленно подошёл ко мне и вернул стакан. – Спасибо. Я старалась, – улыбнулась я.

– Но… если мне станет хуже от твоего зелья, ты будешь жить в том сарае со своими разлагающимися друзьями, – сурово сказал он, глядя мне в глаза.

Я выдержала его взгляд. Он был так близок и так недосягаем. Я злобно прищурилась.

– Для вас я придумаю что-нибудь поинтереснее банального яда, Ами-и-ир! – протянула я его имя.

Он улыбнулся, сдерживая смех.

– Ты или совсем дура, или до сих пор не знаешь, кто я, – заключил он, снова садясь на кровать.

– Ни то ни другое! Я о вас достаточно наслышана. А вот вы обо мне ничего не знаете!

– Хм! Ты думаешь, я не знаю, зачем ты здесь… Как тебя звали? – он щёлкнул пальцами, требуя ответа.

– Лу.

– Так вот, Лу. Таких, как ты, я видел сотни. И все вы приходите сюда, чтобы пристроить свою задницу и безнаказанно трахаться. Вот и вся ваша шлюшья натура, – с презрением бросил он.

– Видимо, вам эти шлюхи не достаются, раз вы такой нервный, – поддразнила я.

Раис сурово взглянул на меня, а потом улыбнулся.

– Эх, Лу, – вздохнул он, включил ночник и снова подошёл, оглядев меня с ног до головы. Его взгляд задержался на лице. Мне показалось, он наконец увидел во мне женщину. – Видимо, ты нарываешься стать моей шлюхой, да? – хитро улыбнулся он. – Но разочарую: нужно выстоять немалую очередь, чтобы попасть ко мне в постель. Готова подождать?

*«Ждать?! Это ты, идиот, забыл, кто я! Я скормлю твоих шлюх зомби, а останки сожгу вместе с этим проклятым храмом! Ты только мой! Понял?»* – пронеслось у меня в голове. Боже, как же я по нему соскучилась!

– Я вам не просто послушница! Я особое Дитя! – продолжала я дерзить.

Он снова тихо рассмеялся. Я явно забавляла его, и это было на руку.

– Видишь ли, Лу, ты думаешь, что ты особая, раз смогла одурачить кучку фанатиков? Я в их число не вхожу, милочка. И в чудеса не верю. Так что мне можешь не рассказывать сказки про избранничество. Лучше скажи, в чём секрет? Почему тебя не трогают зомби? А? – он сделал шаг вперёд. Я отступила и упёрлась спиной в дверь.

Раис стоял так близко, что я замерла. Я сходила с ума от его близости, от запаха, от голоса, который слышала в грёзах все эти долгие дни. Нужно было ответить, нельзя было молчать.

– Потому что я особенная! Разве не заметно?

– Конечно, заметно, – сделал он наигранно-добрый голос. – Таких птичьих мозгов и упрямого желания самоубиться я ещё не видел. Ты безусловный лидер, – усмехнулся он и отошёл. – Ладно, оставь меня. Потом займусь тобой, – он сел на кровать, смотря на меня ожидающе.

Он разнёс меня в пух и прах. Спорить дальше было бессмысленно.

– Так и будешь стоять? Иди, – сказал он устало.

Я не ответила, вышла, в последний раз бросив на него взгляд.

Пробуждение

Пробуждение

Эта любопытная выскочка, которую сегодня снова не тронули зомби, наконец вышла, в последний раз бросив на меня взгляд. Я прилёг, ожидая, когда отвар подействует и адская боль отступит. В ожидании я снова прокрутил в памяти тот момент, когда Махмуд буквально вытащил меня с того света, всё ещё лелея надежду восстановить события нескольких месяцев, предшествовавших падению с высотки.

* * *

Я очнулся и с трудом открыл глаза. Всё тело ныло, спина, руки и ноги затекли. Я был один в одной из комнат Гарнизона. Попытался присесть, но тело не слушалось, а в голове застучал молот. Правой рукой я попробовал ухватиться за край кровати – и не смог. Кисти словно не существовало. Я посмотрел на руку… Чёрт! Кисти не было. Сука! Как так? Рана давно затянулась, но я совершенно не помнил, как лишился руки.

Спустя пару минут мне всё же удалось сесть, оперевшись спиной о холодную стену. На животе, чуть выше пупка, красовался шов сантиметров в пять-шесть. Я был по пояс голым. В левую руку, прямо в вену, был введён катетер с капельницей. Видимо, Махмуд снова меня вытащил.

Только я подумал о нём, как дверь скрипнула и он вошёл.

– Раис! – вскрикнул он от неожиданности и быстро подошёл. – Ты – везучий сукин сын! – ликовал он. – Выбрался из самой преисподней!

Он обнял меня, придвинул стул и присел рядом.

– Как себя чувствуешь? Что болит?

– Будто танк переехал. Болит всё, – я размял шею левой рукой. – Что с моей рукой, Махмуд? Где чёртова кисть? Что вообще произошло?

– Так! Стоп! – мой старый седой друг забеспокоился. – Где мы?

– В Гарнизоне, Махмуд, – вздохнул я, потирая лоб. Терпел его допросы скрепя сердце, но терпел. Если Махмуд о чём-то спрашивал, на то были веские причины.

– Расскажи, кто ты.

– Бывший полковник, временно исполняющий обязанности губернатора. Сейчас – главарь банды. Кадыр Сулейман. Раис. Что ещё? Не помню только, как руку потерял! – я начинал злиться, и Махмуд это заметил. – Давай потом. Позови ко мне Тахира.

Махмуд не ответил. Мне не понравилось его молчание. Я присмотрелся и заметил смятение на его лице.

– Он ранен? – спросил я. – Что с ним?

– Он погиб, Раис. В Секторе Ноль… – опустил голову Махмуд.

– Погиб? Как?!

– Его убил Крейн. Дрались один на один.

– Крейн… – прохрипел я.

Не мог поверить. Тахир… мой друг, мой брат… Крейн заплатит за это. Прикончу его и одной рукой…

Вдруг в глазах потемнело. Мне резко стало хуже.

– Раис! Раис! – закричал Махмуд, тряся меня за плечи. Он уложил меня, и я снова отключился.

Когда я очнулся в следующий раз, Махмуд рассказал, что, лишившись кисти, я отказался говорить, как это произошло. Так что он ничего не знал.

Также он поведал, что после смерти Тахира я вернулся в Гарнизон, отправил всех солдат с припасами и антизином в пригород, а сам остался. А потом, неизвестно зачем, полез на крышу высотки и с неё упал.

– Нужно быть конченным идиотом, чтобы просто упасть с крыши! – вспылил я. – Я явно с кем-то дрался. Иначе быть не могло. А откуда этот шов? – я ткнул пальцем в живот.

– Когда я тебя нашёл, ран было несколько. Видимо, поранился об арматуру при падении. Горло… там тоже была глубокая рана, Раис. Чудом артерия не задета. Ты в рубашке родился, парень!

Я ощупал шею и нащупал несколько швов сбоку.

– А где мой пиджак?

– Он твоего падения не пережил, – усмехнулся врач. Он встал и подошёл к столу с лекарствами. – Выкинул. Найди что-нибудь в своей комнате.

Он перебирал таблетки.

– Махмуд, ты снова вытащил меня. Я тебе обязан.

– Видно, моё призвание – твою задницу от гибели спасать! – он обернулся и рассмеялся.

* * *

Через пару дней я смог дойти до своей комнаты. Всё в ней казалось чужим.

Подошёл к шкафу выбрать одежду и среди своих вещей увидел пару платьев на вешалках.

– Ха! Шутка? – поразился я. Снял их и швырнул на пол. Достал чёрную рубашку, брюки и наконец прилично оделся.

А ночью, ложась спать, я нашёл под подушкой кулон с цветущей веткой абрикоса. Он вызвал странную смесь чувств, которые я не мог распознать. Слишком много их было – и положительных, и отрицательных. Решил оставить его, надеясь, что когда-нибудь он поможет вернуть потерянную память.

Примерно неделю я приходил в себя – физически. Ходил по пустым коридорам Гарнизона, тщетно пытаясь вспомнить, что же произошло. И ещё смерть Тахира… Никак не мог поверить. Как Тахир мог проиграть?

Наконец я набрался сил. Мы с Махмудом вышли во двор. На улице было теплее. Я встал под закатные лучи, чтобы погреться, и заметил насыпь земли под деревом с большим камнем.

– Махмуд, это что, могила? – спросил я.

Он обеспокоенно посмотрел на меня.

– Опять что-то не так? – развёл я руками.

– Ты не помнишь? – он подозрительно прищурился.

– Нет. Кто там? Тахир?

– Нет. Тахира похоронили в старом городе. Это одна из твоих женщин, Раис.

– Хм… Нельзя было труп за забор выкинуть, как со всеми?

– Не знаю. Твой был приказ.

– Да уж… – удивился я, за какие такие заслуги похоронил бабу во дворе. Но это были мелочи, о которых я думать не собирался. Нужно было скорее прийти в форму, найти пару уцелевших солдат и отправиться в пригород.

Несколько раз я объявлял по рации на нашей частоте, что собираю людей. Откликнулись пятеро. Они пришли в Гарнизон, мы хорошо подготовились и отправились в путь на трёх машинах. Я расспросил их о произошедшем – они рассказали то же, что и Махмуд. Ничего нового. Единственное, они сильно удивились, что я жив. Все считали меня мёртвым. Кто-то даже видел мой «труп» у высотки на синих мешках со строительным мусором и могилу. Я приказал им молчать о моём выживании. Сейчас это было мне на руку. Я мог спокойно, без внимания ВГМ, Крейна и прочей шушеры, снова собрать «армию» и подмять под себя весь Харран.

Пригород

Пригород

Дорога заняла несколько часов. Главной задачей было найти Каана и собрать толковых ребят. Прибыв на широкие жёлтые поля пригорода, я связался с Кааном, и он дал координаты.

Мы подъехали к небольшой ферме. Из-за высокого белого забора выглядывала красная крыша. Я сразу заподозрил неладное. Мои бойцы зачистили территорию от зомби, перебрались через забор и открыли мне ворота. Внутри было пусто. Ни солдат, ни припасов. Я взбесился.

Из дома вышел Каан, пьяный и улыбающийся. Он споткнулся о порог, упал и с трудом поднялся.

– Раис, брат! – радостно крикнул он.

Я схватил его за воротник.

– Где мои люди? Где оружие?!

– Раис, прости. Твои солдаты меня не слушали. Всё растащили, оставили пару ящиков виски…

– Ты – никчёмный кусок дерьма, Каан! – я ударил его кулаком в лицо. Он рухнул. – Я дал тебе всё! А ты всё просрал!

– Я – не ты, Раис. Они меня не боялись.

– Идиот! – я ударил его ногой в рёбра. Крайне редко я срывался, но Каан сумел меня вывести.

Я отошёл в сторону, чтобы обдумать следующий шаг.

В общем, от Каана я узнал, где базируются самые крупные группировки, и поехал к одной из них.

Нас было ничтожно мало по сравнению с бойцами на ферме, куда мы направлялись. Издалека я уже видел, как их много. Только на крышах – человек десять. Но пан или пропал. Мы остановили машины у ворот и вышли с автоматами наготове. Я – со своим «Малышом».

Бойцы на крышах приготовили оружие.

– Кто тут главный? Скажите ему, папочка приехал, – крикнул я.

Солдаты переглянулись, что-то крикнули вниз. На крыше появился ещё один человек.

– Что тебе надо, Раис? Убирайся, пока не начинили твоё брюхо свинцом! – нагло крикнул он.

– Прежде чем грубить, выйди и выслушай предложение, дружок.

– Хорошо, – сказал тот и скрылся.

Минут через пять ворота открылись, и вышло человек двадцать солдат. Я узнал многих своих ребят. Они боялись меня, и это было на руку. Вышел и их главарь – идиот, видимо, из местных, не знавший, кто я.

– Говори. У тебя минута.

– Я – Раис. А как зовут тебя?

– Камал.

– Неподходящее имя для главаря! – я подошёл ближе и прошёлся вдоль строя, заглядывая в лица. Среди них был Хусейн, который едва заметно кивнул.

– Не тяни, – сказал Камал.

Я неспешно вернулся к нему и произнёс громко:

– Все, кто сейчас примкнёт ко мне, будут помилованы и награждены. А тот, кто убьёт этого придурка, станет моей правой рукой!

– Да ты в конец… – не успел договорить Камал, тянусь к пистолету, как раздался выстрел, и его мозги вылетели из черепа.

Некоторые новички вскинули автоматы, но мои солдаты и те, кто решил присоединиться, направили на них стволы.

– Хусейн! Хороший выстрел! – сказал я своему верному бойцу, который только что ликвидировал Камала. Он подошёл, улыбаясь.

– Босс, все говорили, ты умер!

– Пусть так и думают. Называй меня Полковником. Без имени, – я похлопал его по плечу. Он достал пачку сигарет и предложил. Я решил вспомнить армейскую молодость и взял. Хусейн дал прикурить. Я затянулся, выпустил дым и, глядя на крыши фермы, сказал: – А теперь войди и наведи порядок, какой я люблю, Хусейн.

– Есть, Полковник, – ответил он и тут же принялся отдавать приказы.

Мой отряд вошёл на территорию, и теперь под моим началом было уже около ста двадцати человек.

* * *

Последующие недели я разъезжал по пригороду, пополняя ряды. Мне удалось вернуть большую часть оружия, припасов и антизина. Но последнего оставалось мало. ВГМ больше не скидывали его с самолётов, и нужно было что-то решать.

Хусейн по праву стал моей правой рукой. Толковый парень – редкость среди солдат. Он-то и рассказал мне про секту. Где именно был их храм, он не знал, но слышал, что они тоже приходят на места сброса гуманитарной помощи.

Когда я собрал крепкую роту с приличным вооружением, решил наведаться на такое место, чтобы поймать культистов. В один из дней мои ребята выследили сброс. Я с небольшим отрядом отправился туда. Груз, как обычно, лежал в поле. Мои бойцы обчистили ящики, аккуратно закрыли их, чтобы создать видимость нетронутости, и мы укрылись в лесополосе.

Через полтора часа явились пятеро в масках с лучами и белых рясах. У двоих – автоматы, у троих – мачете. Они возились с замками, а мы незаметно подошли сзади.

– Бросьте оружие, – сказал я.

Они застыли, но не бросили. Я подал знак Хусейну, и он выстрелил одному в ногу. Тот упал, заорал от боли. Увидев серьёзность наших намерений, остальные побросали оружие.

– Снимите маски, поднимите руки и медленно повернитесь, – приказал Хусейн.

Они повиновались. Раненый корчился на земле. Я взглянул на них – обычные загорелые крестьяне.

– Небо покарает вас! Бог Солнца не оставит без возмездия! – гордо произнёс старший.

– И где же его кара? – усмехнулся я. – Говори, где ваша база.

– Не скажу!

У меня не было времени на уговоры. Я достал пистолет и пристрелил его. Затем обратился к трем оставшимся, которые уже дрожали:

– Кто из вас покажет, где храм?

– Я! – вызвался один.

– Кто главный в храме?

– Матерь!

– Матерь? Женщина? – я удивился. Мы с Хусейном переглянулись. – Так будет еще веселее.