Текст книги "Последний Рейд"

Автор книги: Роман Злотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Брендон уставил на Ива внимательный взгляд, потом усмехнулся:

– Вообще-то, по логике, сейчас предполагается, что я буду высказывать общепринятую точку зрения по поводу порабощения человечества и включения его в поливидовую цивилизацию Врага, но, судя по твоему вопросу, ты нашел какой-то другой ответ. Так что давай обойдемся без вступлений. Говори.

Ив криво усмехнулся:

– Ну, я представлял продолжение беседы именно так. Причем я совершенно не имел в виду, что общепринятая точка зрения совершенно не верна. Все так – и включение в поливидовую цивилизацию, и, что естественно, серьезная генная модификация. Вот только… судя по моей информации, никто не собирался делать из людей тупых имбецилов-Низших типа троллей, работоголиков-флегматиков типа Полезных, ни даже талантливых, но изнеженных Приближенных.

Он замолчал. Брендон несколько мгновений обдумывал его слова, затем осторожно произнес:

– Не понял…

Ив вынул сигару изо рта, развернул, поднес дымящийся кончик поближе к носу, втянул воздух, удовлетворенно кивнул и, отправив сигару обратно в рот, вновь повернулся к Брендону:

– Понимаешь… сначала люди показались Могущественным просто подарком судьбы. Могущественные пришли в восторг, встретив столь развитую и обширную цивилизацию. Эта встреча показалась им зримым воплощением их веры в логику Творца. Дело в том, что мультивидовая цивилизация Могущественных уже несколько тысячелетий неуклонно двигалась в тупик. Одним из базовых принципов цивилизации Могущественных являлся принцип «Одна раса – один мир». То есть ни одна из подчиненных рас не имела права занимать более одной планеты. И, пока их цивилизация насчитывала ограниченное количество рас и миров, этот принцип приносил только пользу. Но, как только число рас и миров превысило некие критические значения, оказалось, что данный принцип начинает работать во вред. Выяснилось, что империя Могущественных выстроена из слишком разных кирпичиков и… «цементу» в виде самих Могущественных приходится испытывать слишком сильное напряжение для сохранения гармонии и медленного, но поступательного и неуклонного развития своей Империи.

Все-таки самих Могущественных было слишком мало. Поэтому Могущественные пришли к выводу, что им нужен новый «цемент». Причем к моменту контакта Могущественных с людьми необходимость в этом «цементе» стала настолько острой, что Могущественные были готовы образовать новую касту. С чрезвычайно широкими возможностями и полномочиями. Если воспринимать Могущественных в виде этаких «сержантов» при разуме, то новая каста должна была получить права «ветеранов-ефрейторов». Так что в обмен на согласие поступиться частью своего суверенитета и войти в их мультивидовую цивилизацию, признав Могущественных господствующей расой, эти новые «ефрейторы» получали невиданную прежде свободу и автономию. И это было совершенно оправданно. Ибо ни одна раса, модифицированная в соответствии с требованиями имеющихся каст, не могла бы выполнять столь специфичные функции с необходимой эффективностью. Вот почему, произойди первый контакт людей и Могущественных немного по-другому или хотя бы вместо тупых фанатиков с Завроса Могущественным повстречался корабль Содружества или таирцев, все могло бы пойти совсем иначе.

Брендон медленно покачал головой:

– Ты говоришь это так, будто считаешь, что люди неизбежно должны войти в цивилизацию Могущественных.

Ив вздохнул:

– Я и сам не знаю. Возможно, это был бы наилучший выход, но только не на тех условиях, на которые мы можем рассчитывать сейчас. Дети гнева показали, что сейчас нас воспринимают всего лишь как основу для модернизации пушечного мяса.

– Но тогда мы перестали бы быть людьми!

– С чего ты взял?

– Но… как же…

– Мы уже сейчас настолько далеко влезли в свои гены, что понятие «человек» чрезвычайно расширено, даже внешность… посмотри, что творят с собой неопанки или, скажем, крипнеры. Да и Детей гнева большинство воспринимает именно как людей. К тому же, возможно, в этом случае у нас появится шанс… А-а, ладно – не буду забивать тебе голову, время еще есть…

Но договорить Иву не дали. Дальний угол сцены осветился, лучи скрестились на высокой арке и ниспадающей из нее лестнице, зал зашелестел сдержанными аплодисментами. Брендон досадливо сморщил лоб. Его «работодатель», как он иногда в шутку называл Ива, только-только пришел в благодушное расположение духа, в каком он обычно и обрушивал на Брендона самые невероятные откровения, и тут пожалуйста – нарисовалась эта Телл… Но все оказалось совершенно не так, как он предполагал. Не успела стройная женская фигурка, затянутая в тугое концертное платье и черную, ушитую жемчугом накидку, нарисоваться на фоне сверкающей арки, как из-за спины послышался свистящий шепот Ива:

– Брендон, уходим, быстро!

– Что? – озадаченно вякнул Брендон, но сильная рука «работодателя» ухватила его за воротник и сдернула со стула. А в следующее мгновение послышался свист игольников…

– … Твою мать, прыгай, кому говорю!

Вот дьявол, похоже, эти слова все-таки относятся именно к нему. Брендон с трудом расцепил стиснутые зубы и сдавленно спросил:

– К-куда?

– Черт, Брендон, чем ты слушал?

Брендон клокотнул горлом и выдавил:

– Я не слушал…

– Понял…

Голос стал на полтона ниже и теперь явно идентифицировался как голос мистера Корна, мультимиллиардера, Председателя совета директоров «Ершалаим сити бэнк», кавалера ордена «Бронзового сердца», почетного члена… вот дьявол, если начать перечислять все его должности, регалии и личины, то их прикончат раньше, чем Брендон закончит.

– Повторяю еще раз. В шаге от тебя пролом в крыше. Внизу стоянка общественных топтеров. Прыгаешь вниз, в пролом. Там тебя явно ждут, поэтому тут же ужом в ближайший топтер, кредитку в приемник и ходу наружу. Прямо через прозрачную стену. Это просто, крайний ряд как раз стоит носами наружу, так что нащупаешь слева от пилотского кресла рукоятку газа и сдвинешь ее до отказа вперед.

Брендон вздрогнул:

– Но я не умею водить…

– Знаю, – оборвал его Ив, – а тебе и не надо. Как проломишься через стену – сразу выйдешь за пределы поля подавления. Так что держи наготове мобильник. Как заработает – тут же вызывай Краммера. Убей меня бог, если он не вызвал уже пару дисколетов с дюжиной ребят. Они мне здесь очень пригодятся. А за себя не бойся. Такой маневр сразу вызовет блокировку ручного управления, топтер тут же развернется и на автомате доставит тебя к дверям ближайшего полицейского участка. Где с тебя сдерут агромадный штраф, дабы неповадно было портить общественное имущество.

Та-ак, «мистер работодатель» начал шутить. Если вспомнить, что с того момента, как выстрел из игольника вдребезги разнес спинку кресла, на которую за мгновение до попадания опиралась его спина, мистер Корн выражался исключительно матом, причем русской его разновидностью, можно заключить, что ситуация стала менее острой. Во всяком случае, если он, Брендон, сумеет точно выполнить все, что от него требуется.

– О дьявол, я думал, что после «Вселенской благодати» никогда больше не вляпаюсь в подобные неприятности… – пробормотал Брендон и, собравшись с духом, на мгновение приподнял голову, чтобы разглядеть пролом, о котором ему было сказано. Едва он спрятал голову назад, как верхний край дюропластового шва, длинным бугром выступающего над ровной поверхностью крыши, за которым он прятался, полыхнул яркой вспышкой.

– Ага, у них есть еще и ручные лучевики, – удовлетворенно произнес голос над ним. Брендон хмыкнул – нашел чему радоваться, – а затем коротко вдохнул и, резко оттолкнувшись руками от дюропласта, бросился вперед, точно развернувшаяся пружина. В принципе, это было самоубийство. Где-то недалеко торчал десяток очень неплохих (судя по последнему выстрелу) стрелков, уже держащих на мушке его скудное убежище, и в то самое мгновение, когда его макушка покажется над швом, на ней должны были скреститься траектории полета полудюжины игл и неизвестно скольких лучей. Но все дело в том, что «мистер работодатель» сказал «джамп», и потому надо было прыгать. За столько лет работы с этим человеком Брендон усвоил одно святое правило: раз Ив сказал, то пусть даже его слова кажутся тебе верхом абсурда или совершенным безрассудством – делай. И все будет окей. Если же нет – струсишь, заколеблешься, пойдешь на поводу у собственного здравого смысла – пиши пропало. Поэтому он просто стиснул зубы и прыгнул вперед. В то же мгновение над ним с гулом пронеслось несколько каких-то предметов. Причем он с трудом уловил, что их несколько, сначала вроде как просто какой-то протяжный гул над головой, и уже в полете, услышав какое-то сочное чмоканье, понял, что Ив чем-то швырнул в медленно подходившие к ним фигуры с лучевиками и игольниками наизготовку…

А в следующее мгновение он влетел в пролом и понесся к полу, отстоявшему от него на четыре метра вниз. Удар был чувствительным, сказать по правде, из Брендона вышибло дух, и он совсем уже было собрался закатить глазки и спокойненько отдохнуть до того момента, пока «работодатель» не разберется со всеми проблемами, когда раздавшееся в десятке метров шипение игольника несколько поколебало его уверенность в ближайшем будущем. Брендон кряхтя вытолкнул изо рта комок свалявшегося во время полета воздуха, тряхнул головой, разгоняя поплывшие перед глазами круги, и, протянув руку, надавил на ручку дверцы ближайшего топтера, буквально ввалившись в его салон. Едва он захлопнул дверь, как прозрачный пластик заднего окна зашипел и заискрился от выстрела лучевика. Брендон дернулся и, рывком дотянувшись до панели, судорожным движением втолкнул в приемный паз кредитку, другой рукой отчаянно давя на рычаг, который нащупал рядом с пилотским креслом, и моля Бога, чтобы это как раз и оказался «газ». Ему повезло. Стоило «считывателю» топтера идентифицировать его карту, как рукоятка, до того момента стоявшая строго вертикально, точно часовой у знамени, мгновенно провалилась вниз. Топтер взвыл приводом и с грохотом проломил тонкую внешнюю стену. Брендон торопливо выдернул из внутреннего кармана мобильник. Прямая связь с начальником Службы безопасности у всего руководящего персонала была на третьей «горячей» кнопке, поэтому Брендон просто надавил пальцем на цифру 3 и… отрубился. С сознанием выполненного долга.

5

– … О-о-о Создатели! – Камея заскрипела зубами, дернувшись всем телом, перевернулась на живот, подтянула колени к животу и резко села, стиснув пальцами виски. – Как же больно… – Но в следующее мгновение боль отошла на второй план. Она сидела на полу в небольшой прямоугольной комнате без окон. Стены комнаты были сделаны из металла, в ее торце была врезана дверь, тоже металлическая. Камея несколько мгновений смотрела на стены, дверь и потолок, потом виски вновь пронзила резкая боль, от которой она застонала и снова рухнула на пол.

Спустя пять минут она уже смогла сесть, не держась за виски. О Создатели, куда она попала? И как это произошло? Ведь все складывалось так удачно…

Они появились на планете около шести месяцев назад. Инфильтрация прошла неожиданно легко. Первыми на поверхность прибыли Сестры атаки силовой специализации. Конечно, на первый взгляд разумнее было бы сначала высадить аналитиков, но Камея уже не раз убеждалась, что решения, кажущиеся абсолютно логичными на первый взгляд, на самом деле зачастую являются несусветной глупостью. Вот и сейчас появление на планете трех десятков здоровых бабищ, своей внешностью балансирующих на грани уродства, не привлекло особого внимания. Все их ляпы и проколы не вызвали никаких подозрений, а лишь убеждали окружающих (в том числе и тех, кому по должности было положено с подозрением относиться ко всему необычному), что бабы с такой внешностью изначально тупы и безмозглы. Зато собранная ими информация помогла избежать досадных проколов при высадке основной группы. Так что спустя полтора месяца Камее удалось достаточно прочно легализоваться самой и развернуть серьезную сеть из полутора сотен Сестер. Сказать по правде, все было несколько не так, как ей представлялось. Нет, Создатели не лгали, все, что они рассказывали, до последней мелочи, оказалось правдой.

Но там, на расстоянии, эта правда выглядела совершенно отвратительно. А здесь, вблизи, она вдруг приобрела необъяснимую привлекательность. Например, власть самцов. Все верно, подавляющее большинство их составляли совершенно тошнотворные экземпляры. Но иногда они удивляли. Тот же Бак – урод уродом, но как он метнулся защищать Лулу! А тот же Бинча Слон, здоровенный индус, работавший рубщиком мяса в лавке Кривого Хмая? Несмотря на все свое слабоумие, он таки догадался, что на полуразрушенной кровле дальнего пакгауза могут расти вискарики, мелкие бледно-розовые цветочки. И не только догадался, но еще и умудрился забраться наверх и нарвать целую охапку. А потом приподнять раму в ее комнатушке и вывалить всю охапку ей на тумбочку. Вот ведь идиот. Она чуть не разнесла ему череп, когда он, сопя, просовывал внутрь сквозь узкую щель свою толстую лапу. А как, скажите, может отреагировать Сестра атаки, если в полпятого утра кто-то пытается выломать окно в ее спальне? Камея потом еще минут пять не могла поверить, что вся эта суматоха была затеяна Слоном только для того, чтобы возложить на ее тумбочку худосочный пучок уже начавших увядать вискариков…

Приказ выследить и ликвидировать некий «объект» пришел по коду шесть дней назад. В принципе этот приказ был совершенно абсурдным. Сеть создавалась отнюдь не для охоты за каким-то одним индивидуумом и даже не для сбора разведывательной информации. Нельзя создавать разведывательную сеть, состоящую из одних только внедренных агентов. Ни одна разведывательная сеть не может быть эффективной без привлечения местных сил. А для них присутствие местных жителей не просто в составе, но и даже просто поблизости было бы равнозначно провалу. Уж слишком бросались в глаза другие привычки, манера поведения, взаимоотношения, а особенно беспрекословная дисциплина. После того как Камея захватила контроль над баром Конфетки, она в течение недели вышибла оттуда весь старый персонал. Никого постороннего рядом быть не должно. До самого часа «Ч».

Инкогнито Сестер атаки должно было быть раскрыто только в тот момент, когда штурмовые транспорты повиснут на орбите планеты. И их задачей было как раз обеспечить, чтобы эти транспорты приземлились, понеся минимальные потери. Поэтому приказ активизироваться для того, чтобы отыскать и ликвидировать объект, выглядел чем-то невероятным. Из-за одной личности, какой бы она ни была, подвергнуть угрозе весь план операции?! Это было верхом безрассудства. Но Сестры атаки не привыкли обсуждать приказы Властелинов. А в том, что это было решение именно Властелинов, а не Координационного исполнительного центра, ни у кого не было сомнений. Уж слишком оно было нелогичным. Аналитики высшего уровня, составлявшие ядро КИЦ, никогда бы не пошли на подобное. А вот Создатели… кто может понять их логику? И кто знает, чего они действительно хотят?

Впрочем, на первый взгляд задание было довольно простым. «Объект» был личностью, хоть и не афишировавшей себя, но в определенных кругах весьма известной. Да и жизнь вел хоть и несколько беспокойную, но вполне респектабельную. Так что, когда Камее, которая только что вернулась с подиума (до самого часа «Ч» бар должен был функционировать в прежнем режиме, а Веселый Каццоне бесперебойно получать оговоренную сумму), доложили о результатах этапа предварительного накопления информации, она со спокойной душой отдала приказ перейти к этапу непосредственного наблюдения. И тут все пошло наперекосяк. Во-первых, непосредственное наблюдение было засечено практически мгновенно. То есть первые две попытки пришлось просто прервать, а после третьей Служба охраны клиента не только оповестила подопечного, но еще и приняла меры к резкому повышению плотности охраны, вызвав подкрепление с одной из баз. Это настолько не укладывалось в квалификационные рамки, составленные на основании информации этапа предварительного накопления, что Камея поняла – они серьезно прокололись. Подобная реакция означала, что клиент не совсем то или, вернее, совсем не то, чем они его ранее считали. И значит, весь примерный план операции, который она уже набросала, никуда не годится. Нет, остановить Сестер атаки не смогло бы никакое подкрепление, будь оно даже вдесятеро сильнее того, что вызвала Служба охраны. Да и кто вообще может остановить Сестер атаки… кроме, конечно, Создателей (…и предателей)?

Но «объект» мог просто скрыться, покинуть планету или спрятаться в одном из своих поместий. Конечно, и в этом случае он не ушел бы от них, но, если бы «объект» покинул планету, его поиск мог бы занять слишком много времени, а в том случае, если бы он под усиленной охраной укрылся в поместье, его ликвидация могла бы привести к неоправданным потерям или даже раскрытию сети.

Так что наиболее логичным выходом из сложившейся ситуации Камее казалась немедленная акция, или, как называли этот вид активных действий Создатели, «слепая атака».

Установить местонахождение «объекта» удалось довольно быстро. Камея быстро сымитировала аварию вентиляции в баре и, выгнав посетителей и оставив двоих Сестер на связи, лично выдвинулась к ресторану. На акцию она взяла весь свободный наличный состав – семнадцать Сестер. Этот странный «объект» уже сумел спутать ей все карты, поэтому Камея больше не хотела рисковать. Семнадцать Сестер атаки способны были преодолеть любое мыслимое сопротивление, которое могли оказать местные силовые структуры.

К ресторану «Звездная лагуна» они прибыли около полдвенадцатого. У задней двери ресторана как раз остановился длинный наземный лимузин (отчего-то пользование подобными допотопными средствами передвижения считалось у местных Диких особым шиком). «Слепая атака» характерна тем, что в гораздо большей степени, чем что-либо иное, зависит от умения ловить удачу, использовать любой подвернувшийся шанс. Поэтому Камея сделала знак, и спустя несколько мгновений Дикая, прибывшая в лимузине, ее охрана, а также все встречающие были распластаны на керамомалахите. Камея окинула критическим взглядом открывшуюся картину и удовлетворенно кивнула. Что ж, самый слабый и непредсказуемый элемент плана можно было считать разрешенным. План ресторана, подходы, планировку столиков они успели изучить заранее, но вот как быстро идентифицировать «объект» среди нескольких десятков других Диких, занимающих столики в затемненном зале? Конечно, Сестрам атаки для идентификации нужно было неизмеримо меньше времени, да и сумрак, царивший в зале, представлял для их глаз гораздо меньшую проблему, но несколько минут могли понадобиться. Причем чрезвычайно важно было за это время не возбудить никаких подозрений у объекта. А теперь проблему идентификации можно было считать практически разрешенной. Камея кивком указала на Дикую, прибывшую в лимузине:

– Эту – поднять!

Через пять минут Камея окинула себя придирчивым взглядом – платье сидело как влитое. Она покосилась на умело связанную бывшую владелицу, изо всех сил пытавшуюся поплотнее стиснуть колени, чтобы прикрыть свои обнаженные гениталии, что, естественно, у нее совершенно не получалось. Поза инкрайя представляет собой наиболее безопасную и удобную позицию для связывания, позволяя не только полностью обездвижить «клиента», но и совершенно свободно проводить визуальный осмотр и полный обыск (в том числе и внутренних полостей организма). Камея фыркнула. Она сама не видела ничего предосудительного в обнажении тела, а если эта Дикая считала иначе, ей не стоило надевать платье на голое тело. Верхняя одежда такая вещь… никогда не знаешь, когда можешь ее лишиться. Камея развернулась и, кивком приказав всем Сестрам, кроме пары охранниц, следовать за собой, двинулась ко входу в ресторан. Все должно было закончиться в течение ближайших десяти минут. Несмотря на отсутствие нижнего белья, эта Дикая скорее была певицей, а не стриптизершей. Камея испытывала большие сомнения по поводу того, что кто-то из Диких мог быстро и эротично сбросить такое платье. Но она сама петь не собиралась. Вряд ли ей потребуется больше трехсот секунд, чтобы выявить «объект».

Что произошло в зале, она так и не поняла. Стоило Камее появиться в проеме арки, через которую проникали на сцену те, кто собирался выступать в этом зале (очень удобная позиция, сверху, с хорошим обзором), как в зале возникло какое-то движение. А в следующее мгновение Сестра Ирма и Сестра Магди, перекрывавшие выход к пожарной лестнице, начали ме-е-едленно (как показалось Камее) заваливаться на спину. И в ту же секунду зашипели перепускные клапаны игольников. Камея рванула вперед, но тут же запуталась в длинном шлейфе концертного платья. Она на мгновение остановилась, захватив в руку большую часть подола, резким движением оторвала всю нижнюю часть платья чуть ли не до паха и помчалась дальше. А в голове молоточками стучали бубны тревоги. Все опять складывалось не так. Но она еще даже не подозревала, до какой степени…

В этот момент дверь ее камеры медленно открылась и на пороге возник силуэт самца. Да-а-а, это был очень неплохой экземпляр. Высокий, с узкой талией и тяжелыми, сильными плечами. Может, несколько грузноват в верхней части тела, но… от такого можно ожидать не только здорового потомства, но и… удовольствия в процессе. Во всяком случае, Властелины иногда выдавали отличившимся Сестрам подобных самцов в награду. Правда, они долго не выдерживали… Впрочем, какой самец может долго выдерживать темперамент Сестры? Самцы так слабы и трусливы! Но этот самец был один. И, похоже, он не боялся. Вот тупица. Камея подобралась. Этот глупый самец не закрыл дверь, значит…

– Не стоит…

Камея замерла. Что он имеет в виду? Неужели ее намерения так явственно написаны на ее лице, что понятны даже самцу? Между тем самец неторопливым движением выудил из кармана серебристый пеналец, открутил крышечку, вытащил из нее толстенький цилиндрик, который Дикие называли сигарой, покрутил между пальцами, разминая, а другой рукой одновременно доставая из кармана пиджака гильотинку. Камея несколько мгновений послушно пялилась на то, как этот тип аккуратно отрезает кончик, затем раскуривает сигару и, слегка втянув ароматный дым, ловко выпускает изо рта колечко, и стремительно метнулась к распахнутой двери…

Когда она пришла в себя, голова болела не так сильно, как в первый раз. Дверь была по-прежнему закрыта, а в камере (а она теперь уже совершенно не сомневалась в том, что это камера) было абсолютно пусто. И если бы не легкий запах табака, то Камее показалось бы, что самец ей привиделся. Но запах – вот он, никуда не делся. Значит, самец был. Древнее проклятие, что же это ее так приложило? Она бросилась к распахнутой двери, а затем… Самец не мог успеть перехватить ее рывок. Вообще ни один Дикий не смог бы это сделать. Для их восприятия она была слишком быстрой. Хотя кто-то же был там на крыше? Кто-то швырявший куски дюропласта (а это материал, совершенно не приспособленный для того, чтобы его швырять) с такой убийственной силой и точностью, что большинство Сестер атаки даже не успели ничего понять.

В этот момент дверь снова медленно открылась. На пороге стоял все тот же самец. Без сигары. В руке он держал легкий стул из гнутых металлических труб с пластиковым сиденьем. Окинув ее спокойным взглядом, он вошел внутрь и, демонстративно сделав три шага в сторону от двери, поставил стул спинкой вперед и уселся на него верхом, сложив руки на спинке:

– Ты можешь попробовать еще раз, но… в этом случае ты меня сильно разочаруешь.

Камея воткнула в него напряженный взгляд. Неужели?.. Она облизала враз пересохшие губы. О древнее проклятие! Неужели все легенды ОБ ЭТОМ были правдой?

– Кто ты?

Саме… (о Создатели, у нее как-то язык не поворачивался назвать его самцом), сидящий перед ней, пожал плечами.

– Откуда я знаю, как меня называют в ВАШИХ сказках? А вот ваши… Создатели обычно зовут меня Пришедший После. Естественно, те из них, кто верит в то, что я существую. – Он усмехнулся. – Впрочем, сегодня верят уже все.

– П-п-очему? – Камее с трудом удалось задать этот вопрос, потому что ее губы одеревенели. Это было… невероятно. Древнее проклятие – не только ругательство! Оно существует!! Все, о чем ей говорили учителя и воспитатели, то есть те, кого она и ее сестры считали почти богами, просто ей лгали…

– Потому что четыре месяца назад мой инвани в честной схватке уничтожил пятнадцать ингомана.

Камея вздрогнула. Нет, ее поразил не столько сам факт, что сидящий перед ней… (кто? как его именовать?) уничтожил пятнадцать(!) Создателей, сколько то, что он воспользовался для объяснений словами языка Создателей. Инвани – предыдущее воплощение, или, скажем так, молодая и сильно отличающаяся от меня сегодняшнего ипостась нынешнего, ингомана – всемогущая и неуничтожимая, боевая ипостась Создателей. Сама эта фраза несла в себе парадокс. Ингомана – всемогущие и неуничтожимые. Как можно уничтожить неуничтожимое? А для того, чтобы говорить о себе прошлом как об инвани, надо прожить сотни или скорее тысячи сол-циклов. Но она почему-то чувствовала, что сидящий перед ней говорит правду. О-о, сейчас она это чувствовала очень хорошо. Древнее прок… о, нет, теперь никак нельзя употреблять это ругательство, потому что его зримое воплощение – вот оно, сидит прямо перед ней, облокотившись на тощую спинку стульчика, и прищурясь смотрит на нее:

– Ну что, поговорим?

Камея осторожно подтянула ноги к животу, перекатившись на бок, села и обхватила колени руками.

– Что вы хотите узнать, господин?

Самец слегка поморщился:

– Я не господин тебе.

Камея согласно наклонила голову:

– Это так, но вы равны по статусу моим господам, и я обязана оказывать вам необходимое уважение.

– Кому?

Камея замерла. Глаза сидящего перед ней смотрели спокойно и даже слегка насмешливо.

– Я не поняла, господин?

– Кому необходимо твое уважение? Тебе самой?

Камея озадаченно помолчала, затем осторожно кивнула:

– Д-да, господин.

– Ну тогда можешь оказывать, – милостиво разрешил собеседник. – Итак, ты готова отвечать на мои вопросы?

Камея напряглась:

– В той мере, в которой это не будет испытанием моей верности.

Собеседник негромко рассмеялся:

– Боже мой, не говори мне, что ты никогда не слышала об исирати.

Камея поникла. Исирати – искусство познания истины. Низший для Высшего суть открытая книга. Для того чтобы познать истину, совершенно не обязательно, чтобы Низший правдиво отвечал на заданные ему вопросы. По большому счету, не обязательно даже, чтобы Низший вообще отвечал. Если ты умеешь правильно формулировать вопросы, то всегда можешь получить на них необходимые ответы. Для этого достаточно отследить реакцию Низшего – потоотделение, частоту дыхания, тремоляцию век и пальцев рук и еще многое-многое другое. Сама Камея могла отслеживать двенадцать параметров, а рядовая Сестра атаки – не менее пяти.

Впрочем, подобный метод требовал достаточного времени, большого опыта и особого таланта, так что рядовые Сестры им не особо злоупотребляли, предпочитая обычные пытки.

– Итак, ты рискнешь мне врать?

Камея опустила голову:

– Нет, господин.

– Тогда первый вопрос…

Спустя полчаса Камея в полной мере осознала, что ощущает долька лимона, которую тщательно выжали в чашку с чаем. Сидящий перед ней не дал ей ни единого шанса сохранить верность Властелинам. Любая попытка… нет, не солгать, а просто недостаточно точно ответить на вопрос или прикрыться незнанием вызывала мгновенную реакцию. Несмотря на то что за все время допроса он не притронулся к ней и пальцем, Камея почти физически ощущала, как он выкручивает ей руки и сжимает голову в тиски, заставляя с каждым ответом все больше и больше предавать Властелинов.

– Как давно вы высадились на планету?

– Ваша задача?

– Сколько вас?

– Где ваша база?

– Какое имеется снаряжение и вооружение?

– Где можно найти остальных?

– Сколько еще подобных групп направлено в ареал расселения людей?

– Куда они направлены?

Вопросы падали будто булыжники. А в тот момент, когда она упрямо стиснула губы, решив вообще не отвечать, допрашивающий мастерски перешел на второй уровень исирати.

– Ваша база расположена на севере от места столкновения?.. На юге?.. На востоке?.. Далеко?.. Больше километра?.. Больше пяти?.. Меньше трех?.. Это жилой дом?.. Магазин?.. Тоже ресторан?.. Возможно, бар?.. Это рядом с портом?.. Стриптиз-бар?.. – Тут он на мгновение замолчал и растянул губы в улыбке. – Вот видишь, твое сопротивление бесполезно. Ты все равно отвечаешь на мои вопросы. Просто поиск ответов занимает чуть больше времени. И вообще, высшие уровни исирати оказывают слишком тяжелое воздействие на психику допрашиваемого, так что давай не будем заниматься глупостями…

Наконец все закончилось. Ее собеседник распрямился на стуле и с ленцой, явно давая понять, что это последний вопрос, спросил:

– А кто отдал приказ убить меня?

Камея вытаращила глаза:

– Вас, господин? Никто не собирался убивать вас. Нам было приказано ликвидировать объект по имени Брендон Игемона.

О-о-о, в этот момент она почувствовала настоящий восторг. Это существо вдруг вскочило на ноги, и в следующее мгновение только легкий порыв ветра напоминал о том, что кто-то сидел на стуле напротив нее. Что ж, ее собеседник действительно в совершенстве владел исирати, все дело было в том, что надо уметь задавать вопросы не просто правильно, но и своевременно. И очередь ЭТОГО вопроса как раз была первой. Камея прикрыла глаза и успокоенно откинулась на спину. Она была отмщена.