Текст книги "Падение Прайма. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Роман Афанасьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 10

10

Пространство Союза

Система Прайм

Столичная планета Альфа

Когда истребители, оставляя за собой голубоватое свечение форсажа, серебристыми молниями выстрелили в темноту, Вайс вздохнул.

Впереди новый бой, очередная кровавая каша. Из нее, скорее всего, он не выберется живым. Это, конечно, плохо. Но ожидание этого – намного хуже. Запертый в кабине собственного истребителя, ожидающий каждую секунду приказа на взлет, он злился. Проведя в тягостном напряжении долгие часы, показавшиеся годами, Вайс чувствовал, что перегорел. В какой-то момент, Грег успокоился и захотел лишь одного – чтобы это все кончилось. Так или иначе. Или быстрой смертельной вспышкой или экстренным стартом. Уже не важно, чем.

Он вздохнул с облегчением когда в системе истребителя появился план действий. Приказ на старт пришел следом – слишком быстро, для того, чтобы командир эскадрильи успел ознакомиться с планом и раскидать его исполнителям. Но это было не столь важно – самое главное Вайс успел понять во время предыдущих боев. Как не рассматривай план, что-то обязательно пойдет не так, и все равно надо будет все вывозить на своем горбу, своими руками, ногами, головой.

Корабль-носитель остался позади, перед Вайсом, на экране кокпита, расцвела карта сражения. Опытный взгляд новоназначенного капитана третьего ранга выхватил из разноцветной мешанины самое главное. Планета – Альфа Прайм, столица. Рядом с ней виднеется огромная станция флота – Ядро. Сейчас она с другой стороны планеты, почти закрыта ей. Зато рядом, на орбите, виднеется и центральный гражданский порт, и мелкие стыковочные станции… Носитель Второго Флота подтащил истребители поближе к орбите планеты. Вокруг месиво боя, мелькают метки и своих и чужих кораблей. Где-то рядом идет масштабное сражение – на подступах к планете. Слишком близко. Вайсу не видна вся картина боя, но ему и не надо знать всего. Автопилот включен, истребители пока управляются штабными искинами, отрабатывающими план сражения. А вот и цели. От дальних рубежей, от месива жестокого боя, отделилась группа враждебных вымпелов. Два десятка малых судов противника устремились к орбите планеты. Истребители – перехват.

Эскадрилья Вайса, три десятка машин, устремились наперерез противнику. Хотя они и шли на форсаже, на погоню ушли несколько минут и за это время Вайс успел распределить задачи звеньям. Самые легкие и быстрые машины он бросил прямо в центр скопления противника, чтобы быстро рассредоточить их, распугать, нарушить строй, замедлить продвижение. Два звена с тяжелыми машинами направил прямо к орбите, с упреждением. Если кто-то из врагов прорвется, тяжелые истребители встретят их там, у самой границы атмосферы.

Автоматика взяла на себя управление, и капитану лишь оставалось следить за тем, как выполняются его распоряжения, отданные быстро и без колебаний. Пока все шло гладко – его тяжелые машины выходили к орбите, а два легких звена уже разгоняли толпу атакующих, состоящих из малых корветов Закари и Окры. Это было, можно сказать, уже привычно. Легкие птички разрушили строй врага, заставили его ядро распасться на части. Машины рассредоточились, разлетелись в разные стороны, перестали прикрывать друг друга. И когда они хаотично посыпались к орбите, где еще болтались автоматические станции связи, системы защиты и спутники управления, их встретило звено Вайса.

Враги шли напролом, без хитростей, без уловок и сразу попали между двух огней. Автоматика работала отлично, система искинов реализовала план «клещи» и тяжелые машины Вайса отстреливали нападавших как мишени в тире. Его легкие машины, как загонщики, гнали дичь на кинжальный огонь главных калибров сослуживцев, да и сами не забывали пощипывать врага. Потерь не было. Машины противника явно давно не видели ремонта и обслуживания, многие рассыпались от едва заметных попаданий. Все было настолько легко, что Вайс забеспокоился. И не зря.

Когда экран полыхнул тревожными надписями, он был готов – внутренне готов – к этому. Все пошло наперекосяк под конец схватки, когда с противоположного вектора к планете упал отряд легких кораблей Рави, числом до двадцати единиц. Легкие фрегаты, хорошо известного типа Пять. Вполне по зубам тяжелым истребителям. Равианские модели, их собственного производства, но стоящие на вооружении Флота Союза. В первую секунду Вайс решил, что это идет помощь. Но он в помощи не нуждался, и потому насторожился, провожая взглядом подозрительный отряд. И когда корабли внезапно подсветились алым, не удивился, лишь стиснул зубы. Он уже видел такое. И был готов.

Движением пальцев он раскидал свои задания, помечая приоритетные цели и – встретил отказ. Да, штаб пометил на картах цели как враждебные, но автоматические системы атаки самих истребителей еще воспринимали цели как свои. Система свой-чужой еще не обновилась, орудийные ИИ не были готовы атаковать союзников. И это он тоже уже видел. Рецепт только один.

–Эскадрилья, внимание, – объявил Вайс на голосовом канале. – Переход на ручное управление. Отключение автоматического контроля штаба. Приоритет – командиры звеньев. Исполнять.

Выполняя собственный приказ, Грег отключил внешнее управление и сжал рукояти управления тяжелыми перчатками скафандра. В прошлые годы… на каком-нибудь областном учении, это прошло бы по разряду чрезвычайных происшествий. За такое и пилоты, и командиры лишались званий и должностей. Но это не учения. Как показали прошлые сражения, это единственный выход. Необходима быстрая реакция. Верная оценка. И ее могли дать только живые люди.

Истребители рассыпались в стороны, выстраиваясь за командирами звеньев, руководивших атакой. Вайс обозначал цели для них, а уж они – для своих подчиненных, сами выбирая тактику. Все отработано. В боевых условиях. Прорвемся.

Едва шевельнув пальцами, Вайс бросил свое звено на перехват кораблям Рави. Корветы помедленней истребителей, но вовсе не статичные мишени. Черт возьми, Равианцы. Неужели эти твари, напавшие на Союз, добрались и до них? Рави теперь как Закари и Окра? Под контролем? А что с их родной системой?

Додумать Вайс не успел – пришлось уворачиваться от роя мелких ракет, выпущенных ракетным корветом Закари из первой атакующей волны. Они были пущены вслед истребителям, практически наугад, особой опасности не представляли, но заставили Вайса изменить курс. К противнику он подошел не по тому вектору, на который рассчитывал, был встречен дальним огнем, и весьма плотным.

Схватка была быстрой и жесткой. Легкие фрегаты и истребители носились на низкой орбите, выбирая удобные позиции для атаки и защиты, стройные ряды распались на хаотично мечущиеся единицы. Каждый сам за себя, да за своего ведомого.

Из первого вихря сражения звено Вайса вышло без потерь, завалив по дороге пару чужих фрегатов. Но сверху навалилась недобитая волна Окранианцев – эти сволочи успели проредить легкие звенья Вайса. Тот ответил защитным маневром, прикрывая ближайшие спутники наведения и разведки, но ублюдки зачем-то рванули вниз, к атмосфере. За каким чертом? Там не было ничего ценного. Не собирались же они в этих жестянках высаживаться на планету?

Гадать было некогда и Вайсу пришлось на лету переосмыслить всю концепцию боя. Он потерял несколько ценных минут, и его эскадрилья теперь сама оказалась сама между двух огней. Равианцы, успевшие опуститься, снизу, а первая волна Закари и Окры, рассеянные по орбите – сверху. Проклятый бутерброд, два фронта в одном.

Машины сошлись, как две стаи птиц, пролетели друг сквозь друга, и тут же разошлись, оставляя за собой блестящие и раскаленные осколки подбитых кораблей. Плавящиеся фрегаты, обломки истребителей – все это разлеталось волнами, путая навигацию. Но схватка продолжалась. Истребители сходились и расходились, используя все известные маневры уклонения, фрегаты Окры ловили их главными калибрами, корветы огрызались ближним огнем, пытаясь поймать юркие машины в прицел. Но истребители, как волчья стая, трепали врага.

Один из выстрелов прошел слишком близко, спалил ведомого Вайса, молоденького мальчишку, шедшего в первый бой, и поджарив пару датчиков на истребителе самого капитана. Глаза затянула алая пелена. Вайс бросил машину в долгий вираж, на выходе выпустил тяжелую торпеду, швырнул ее наперерез ближайшим врагам и детонировал на расстоянии, не дожидаясь пока враги ее собьют. Тяжелое излучении и осколки брызнули в морды врагам, а следом прибыл и Вайс. Ослепивший на долю секунды датчики противника близким взрывом и радиационным фоном, он пронеся сквозь строй атакующих, успев располосовать главным калибром бок фрегата Окры и сплавить одним выстрелом крохотный корвет Рави. Вслед ему потянулись нити выстрелов, но сверху упало второе звено его эскадрильи, расстреливая отвлекшихся на наглеца-капитана, врагов.

Завертелась быстрая и кровавая карусель. Пылающие корабли вываливались из нее огненными шарами плазмы, или разлетались ворохом осколков. Пара истребителей повторили трюк Вайса с торпедой, и все смешалось в одну большую стреляющую кучу.

Когда цели кончились, багровая пелена упала с глаз Грегора. Он пришел в себя от боли в пальцах, стиснутых внутри боевых перчаток. Бросив взгляд на карту, он увидел, что его отнесло довольно далеко от его машин и атакующей волны врага. Собственно, никакой волны уже не было – уцелевшие истребители Вайса, два десятка машин, добивали корабли Рави и уцелевших Окранианцев. Это сам Грегор, оставшись в одиночестве, без прикрывающего спину ведомого, умудрился отлететь далеко в сторону, гоняясь за уцелевшим корветом Рави.

Но теперь от корвета осталось лишь облако радиоактивной пыли, а перед капитаном раскинулась низкая орбита. По ней, цепляя брюхом атмосферу, медленно пер мощный фрегат Союза, класс Мститель. Судя по меткам на экране, это утяжеленный фрегат «Баронет» относящийся к флоту обороны. Флот обороны? Что за черт? Это еще что такое? Вайс, собиравшийся вернуться к своей эскадрильи, насторожился. Сейчас такое время… Ничему нельзя верить.

Сбросив скорость, он заложил вираж, присматриваясь к одинокому кораблю. Как понять – все ли с ним хорошо? Разглядывая карту, он увидел, что какая-то маломерка движется вслед фрегату, постепенно его нагоняя. Катер. Десантный бот ОСА в составе Флота Обороны – так сказал справочник. Что за ерунда тут происходит? Они совсем ополоумели? Десантный катер поднялся на орбиту и гоняется за фрегатом? Очень нехорошие подозрения сразу приходят на ум, когда ты уже видел, как захватывают корабли.

Вайс расширил границы карты и запустил поиск позывных «Баронета». Голосовая связь – последнее, о чем думаешь во время современного боя автоматических систем. Но, как ранее убедился Вайс, она работает, мать ее за ногу.

Вызвать фрегат он не успел. Откуда-то с краю карты, быстрой тенью, к «Баронету» упали два крохотных суденышка Закари. Капитан, пожалуй, и не заметил бы их, если бы не разглядывал карту и метки на ней с таким вниманием. Но он увидел. И узнал эти знакомые росчерки движков.

Выругавшись, он включил форсаж и на факеле голубого пламени рванул в сторону фрегата и сошедшего с ума десантного катера. Непрерывный вызов «Баронета» ничего не дал – дежурный не откликался на запросы одинокого истребителя. Вайс успел запустить аварийную волну для ближайших судов, бросил вызов, а потом корветики закарианцев рванули к фрегату на максимальном ускорении, словно торпеды.

Вайс лишь чуть опоздал. Не то что бы опоздал… Он был готов к рывку корветов. И успел дотянуться издалека, главным калибром, до отстающего врага. Ювелирный снайперский выстрел на большом расстоянии. Луч главного калибра нагрел небольшой корабль до экстремальной температуры, заставил кипеть обшивку, и перегревшийся движок в мгновенье ока превратился в клубок раскаленной плазмы.

Но второй… на второго времени не хватило. Защитные системы фрегата поздно сообразили, что враг не подходит на расстояние выстрела, а собирается поиграть в смертника. Тяжелые орудия не отреагировали, а орудийные башни кинетического оружия выстрелили слишком поздно. Да, ворох металлических обрезков прошил пространство перед корветом врага. Он влетел в это облако, больше предназначенное для вражеских торпед, и получил повреждения. Вильнул, сбился с курса, движок полыхнул слишком синим выхлопом, захлебнулся, теряя мощность. Но инерции кораблику хватило – он опустился к обшивке и закувыркался по ней, сшибая антенны дальней связи. Остановила его только командная рубка, торчавшая из округлого тела фрегата, как скала. В нее он и вломился – как грузовой кар в пластиковую стену магазина.

Вайс, не сдерживаясь, взвыл в полный голос. Он видел это раньше. Видел! Один в один! Заложив широкий вираж над «Баронетом», Грегор открыл все аварийные каналы, без всякой шифрации, любые, общедоступные, в том числе и ближнего действия, рассчитанные на аварийные передатчики скафандров, и закричал:

–Внимание! Всем кто меня слышит! Попытка захвата корабля «Баронет»! Вражеский десант на борту фрегата «Баронет»! Внимание! Попытка захвата судна…

И закашлялся, увидев, как от крохотного катера, подошедшего вплотную к фрегату, отделилась ракета. Они что, уже в курсе? Уже списали «Баронет» в утиль? И откуда, черт возьми, на десантном катере торпеда?

Истребитель автоматически взял ракету на прицел, готовясь сбить ее к чертям собачьим. И рука Вайса дрогнула, когда справочник идентифицировал цель. Штурмовой десантный костюм «Гром», легендарная серая броня. Десантник. В броне. Летит с катера прямо в борт фрегата. Личный идентификатор – адмирал флота Арон Хирш, командующий Флотом Обороны Союза.

–Адмирал… – пробормотал Вайс. – Вашу мать, да что тут…

И, спохватившись, что настроен на все открытые волны, захлопнул рот. Заложив новый вираж, он послал команду своим уцелевшим истребителям – немедленно собраться вокруг красного лидера. И снова вернулся к открытым каналам.

–Внимание! Попытка захвата корабля! Внимание, всем кто меня слышит….

Глава 11

11

Пространство Союза

Система Прайм

Столичная планета Альфа

Когда распахнутый люк катера остался позади, а броня устремилась в темноту как ракета малого тоннажа, Хирш позволил себе мысленно застонать.

Дело сделано. Теперь не отступить. И можно спустить с привязи логику, сомнения, подозрения и прочую чушь, надежно упрятанную на время старта в самые глубины души.

Позиция была просто идеальной. Командир ОСЫ подвел бот вплотную к фрегату, как если бы это был обычный десантный корабль, готовящийся принять на борт отставший малый катер. Маневр был идеальным, придраться было не к чему. Да, разумеется, никакой стыковки не планировалось. До фрегата несколько километров, но это мелочи, вздор.

Глядя сквозь визор боевого забрала на приближавшийся борт фрегата, лишь кое-где подсвеченный точками стыковочных огней, Арон затаил дыхание. Маршрут рассчитан прекрасно. Вычислители фрегата, ОСЫ и даже боевой брони вместе высчитали и заложили в ИИ наилучший вариант разгона, движения и торможения. Автоматика лишь немного посопротивлялась нестандартной ситуации, но программисты «Баронета» быстро ее усмирили. Что они при этом говорили про сумасшедшего адмирала – Хирш не знал, и надеялся, что никогда не узнает. Позиция старта идеальна. Курс идеален. Запас топлива, расчетная скорость, состояние систем полета – идеально. Все идеально. Но тогда, полсотни лет назад, все тоже было идеально. Однако учения пришлось остановить, чтобы выловить из открытого космоса одного очень самоуверенного юнца в боевом десантном скафандре.

Хирш, не отводя взгляда от едва заметных светящихся точек, обозначавших грузовой шлюз, тяжело вздохнул. Какого черта. Он уже не тот сопляк, прыгнувший за борт, чтобы доказать командованию теорию о возможном абордаже противника.

Броня зажгла на внутреннем забрале огонек, сигнализируя о коррекции курса. Двигатели дрогнули, переходя в режим торможения. Все согласно плану… Согласно…

Изображение с камер показали адмиралу точку назначения. Огромная квадратная дыра в борту. Отлично. Грузовой шлюз открыт. Команда «Баронета» не подвела. Теоретически, этот шлюз использовался только для погрузки вооружения и припасов во время стоянки корабля в порту. Строго говоря, это один из многих шлюзов в борту корабля, и далеко не самый большой. Глупо загружать корабль через одну узкую дыру, для этого есть еще полсотни разных дверей, и это позволяет очень быстро набить корабль всевозможным добром, начиная от торпед и заканчивая свежим постельным бельем для экипажа.

Нервничаю – отметил Хирш. Голова забита разной дурью. Соберись. Ну же. Соберись, курсант! Высадка!

Черный проем шлюза, подсвеченный по краям навигационными огнями, рос на глазах. В тот миг, когда он заслонил собой все на свете, броня адмирала активировала маневровые двигатели, гася скорость, а потом развернулась ногами к черной дыре.

Медленно, в кромешной темноте, в тишине, нарушаемой лишь стуком сердца, Хирш вплыл в распахнутые створки грузового шлюза, проплыл вперед, уже по инерции. И сразу почувствовал, как броню дернуло вниз. Искусственная гравитация в отсеке работала прекрасно.

Броня автоматически запустила движки, борясь с притяжением, погасила падение, выровняла положение в пространстве, зависнув на полом. И опустилась. Когда стальные боты лязгнули о металлический пол, в отсеке вспыхнул свет. Хирш присел, выпрямился и оглянулся.

Да, отсек невелик – по меркам космического флота. Но в него поместилась бы парочка десантных ОС. Теоретически, сюда действительно можно было бы загнать всю ОСУ. Но вот это уже не находчивость и отвага, а слабоумие, – во время боя втыкать один корабль в другой. Так и до аварии недалеко. Другое дело – один мелкий адмирал, он не смог бы причинитьбольшого вреда фрегату, даже если бы что-то пошло не так.

Арон оглянулся. Огромные створки за его спиной уже закрылись. Скоро должно было начаться шлюзование – в отсек начнет поступать атмосфера, давление выровняется и можно будет открыть внутренние двери. Учитывая размеры этого отсека, это займет какое-то время. Тем не менее, он на месте. Операция завершена.

Движением глаз Хирш переключил каналы, отменяя режим радиомолчания, и вызвал командира ОСЫ.

–Адмирал Хирш, – сказал он. – Операция высадки завершена успешно.

–Адмирал! – с явным облечением выдохнул командир бота. – С вами все в порядке?

–Все штатно, – откликнулся Арон, удивленный такой фамильярностью на боевом канале. – Причины вопроса?

–Над фрегатом была схватка, – отозвался командир ОСЫ. – Два атакующих корвета, их перехватил наш истребитель. Один из вражеских кораблей врезался в фрегат и я не могу установить связь с дежурным по связи корабля.

–Что за…, – Хирш нахмурился. – ОСА, статус.

–Возвращение на исходную позицию согласно плану, – отозвался капитан. – Мы уже подходим к атмосфере. Скоро выйдем из зоны связи с боевой броней.

–Подтверждаю завершение операции десантирования, – бросил Хирш, широкими шагами устремляясь к едва заметным в стене створкам. – ОСА, следуйте одобренному ранее плану.

–Есть, – отозвался командир ОСЫ, и, помедлив, добавил. – Удачи, адмирал.

Арон не ответил – с раздражением отключился от канала внутренней связи и уставился на стальные раздвижные плиты, ведущие внутрь корабля, к грузовым палубам. На его вызов капитан «Баронета» не ответил. И не удивительно – если фрегат под атакой, командованию не до случайных вызовов. Но не отвечал и общий канал связи с судном. А его, по идее, должен держать на контроле дежурный офицер связи. Не отвечала и автоматика, и подключение к сетям. Конечно, есть и аварийные каналы связи, известные офицерам корабля… а не случайным гостям.

–Что за черт! – разражено повторил Хирш, уставившись на стальную переборку.

Броня показывала, что отсек наполняется атмосферой. Медленно. Слишком медленно. Что происходит на фрегате? Повреждения связи? Командная рубка уничтожена? Если бы он был на ОСЕ, он попробовал бы связаться с кораблем через общие каналы военной связи флота, централизовано. А так, его скафандр слишком ограничен в диапазоне связи. Впрочем, командиру ОСЫ тоже не удалось установить связь с фрегатом.

Хирш сжал стальные кулаки, уставился на стену. Атмосферы в отсеке уже было достаточно для аварийного открытия. Еще минута. Еще. Все, норма. Можно открывать проклятые заслонки. Ну!

Ничего. Арон почувствовал, как в глазах потемнело. Что за глупость! Он выкинул безумный трюк, чтобы добраться до корабля, и вот, стоит как дурак, перед закрытой дверью. Как сопляк, незваным явившийся к девчонке в гости с букетом цветов и мнущийся в пустом коридоре, потому что подружка явно не ждала его визита.

Медленно закипая, Хирш переключил режимы связи и зашевелил пальцами, управляя системой скафандра. Скан все открытых частот. Аварийные каналы, открытые внутренние передатчики, голосовые чаты – все, что можно найти…

–Всем кто меня слышит! Попытка захвата корабля…

Чей-то голос громом раскатился в ушах и Хирш похолодел. Что? Это то, о чем он подумал? То самое?

Спохватившись, адмирал дернул пальцем, ловя открытую аварийную волну.

–На связи адмирал Хирш, – прорычал он. – Кто в эфире?

–Капитан третьего ранга Грегор Вайс, – прошелестел голос. – Командир второй эскадрильи истребителей, носитель «Заря», красный лидер.

–Что происходит? – резко спросил Арон и сообразил, что в эфире тот самый истребитель, о котором упоминал командир ОСЫ.

–Фрегат атакован, – доложил пилот. – Столкновение, вражеский корвет повредил командную рубку. С фрегатом потеряна связь не могу установить канал голосовой связи…

–Я тоже, – резко бросил Хирш. – Что там про захват судна?

–Адмирал… вы на борту? Это вы только что влетели в открытый грузовой шлюз, как ракета?

–Да, – отрезал Хирш. – Я в ангаре. Что там про захват?

–Я, – пилот откашлялся. – Я видел такое в прошлом бою. Малое судно противника упало на наш корабль. Видимо, с него кто-то проник внутрь, на командные палубы. Фрегат потерял связь, управление, а потом… потом атаковал наши корабли.

Цедя сквозь зубы ругательства, Арон отступил на шаг от закрытых дверей. Подумав, сделал еще шаг.

–Я знаю, – продолжал пилот, – это звучит как бред, но я видел это своими…

–Капитан Вайс, – позвал адмирал. – Вы доложили о происшествии командованию?

–Отправил сообщение на носитель истребителей, – отозвался тот. – Но тут… Адмирал!

–Что? – буркнул Хирш, сверля взглядом бронированную стену.

–Приближаются корабли противника. Звено легких корветов, четыре вымпела. Время до огневого контакта пять минут. Мои истребители будут тут через шесть. «Баронет», насколько я вижу, не предпринимает никаких мер к защите…

–Держи оборону, капитан, – отрезал Хирш. – Приоритетный приказ, под мою ответственность. Будь тут со своей эскадрильей. Держи связь со мной. И, молись, сынок, если знаешь хоть одну молитву.

Отключив микрофон, Хирш отступил еще на пару шагов, сверля взглядом серые двери шлюза.

–Мой корабль, – процедил он сквозь зубы, чувствуя, как волосы на затылке становятся дыбом. – Мой. Чертов. Фрегат!

И вскинул обе руки.

Плечи брони набухли башнями боевых орудий и четыре луча одновременно ударили в переборку. Плечевые орудия – главным калибром, пульсаторы на предплечьях – малым. Все что было – в дело. По забралу рассыпался алый ворох предупреждений об ограниченности боезапаса, о перегрузке реактора. Да, черт возьми, реактор главного калибра на последнем издыхании, заряда почти не осталось, но кто же знал…

На серой переборке появилось светлое пятно раскаленного металла. Арон отступил еще на шаг, когда броня предупредила о возможном перегреве. Да, с внешней обшивкой корабля такой фокус не пройдет. Но это внутренняя переборка, и даже не сама переборка, а всего лишь дверь. А броня десанта… Она рассчитана на бой в укрепленных районах.

Главный калибр на плечах издал предупреждающий писк, и отключился. Пылающие лучи энергии, лившиеся с плеч адмирала, погасли. В наручах еще оставался заряд вспомогательных излучателей, но – крохи, копейки, на пару выстрелов.

Арон опустил руки и уставился на оплывающую багровую кляксу, растекшуюся по бронированной стене. Стиснув зубы, он отступил на шаг, чуть присел. Активировал форсаж механики передвижения и рванул вперед.

Словно железный локомотив, набирая ход, с грохотом и лязгом адмирал устремился к двери, выставил левое плечо и с разгона ударился в створки. Размягченная броня промялась, поддалась, стекая большими раскаленными кусками на пол. Экран шлема взорвался предупредительными надписями, завыл зуммер, сообщая о повреждениях в левом плече и локтевом суставе. Перегрузка защитных систем, перегрузка реактора, возможные повреждения, превышение расчетного сопротивления…

Захрипев, Хирш рванулся вперед, протискиваясь сквозь расплавленные двери. Со скрежетом и треском он сделал шаг вперед. Еще один… Голова и руки протиснулись в коридор. Металл остывал, становился крепким. Но хрупким. Хирш ударил бронированным коленом, раз, другой, – и с грохотом и лязгом протиснулся в коридор.

Покачнувшись, он обернулся. В остывающей двери осталась огромная дыра с рваными и оплывшими краями – словно в нее выпалили из тяжелого плазменного орудия. Собственно, так оно и было на самом деле. Хирш помотал головой, развернулся и пошел вперед по широкому коридору грузовой палубы, с каждым шагом ускоряя ход.

Ему не нужна была карта. Он знал конструкцию этого типа фрегатов как свои пять пальцев. Нужно только добраться до центрального лифта, а там уже дело техники. На ходу Арон быстро скользнул взглядом по показателям брони. Левое плечо повреждено, но сустав работает. Защита левой стороны с термическими повреждениями. Левый бедренный сустав шевелится плохо, и это мешает набрать скорость. Запас вооружений… главный калибр на нуле, на ручных излучателях меньше процента мощности. Ну, так себе. На пару выстрелов. Есть, конечно, еще малые бронебойные ракеты для тяжелой техники, но использовать их внутри помещения – самоубийство. А вот реактивные двигатели в порядке и реактор выдает больше семидесяти процентов. Это хорошо. Очень хорошо.

Когда адмирал подбежал к широким раздвижным дверям, ведущим к центральной транспортной хорде, ожила внутренняя сеть. Системам брони удалось автоматически подключиться к местной сети фрегата. Корабль опознал командующего флотом обороны и открыл приоритетный доступ к системам. Двери перед Хиршем распахнулись, и адмирал, тяжело лязгая железными ботами, вывалился в общий коридор, ведущий к лифтам.

Оглянувшись по сторонам, Арон устремился вперед – по следующему коридору, уже не такому большому и абсолютно темному. Вокруг никого не было, ни души. Это неудивительно – во время боя команде не положено болтаться по подсобным помещениям. Но Арон чувствовал себя неуютно. Что-то происходило на корабле. И он не мог понять – что именно. Но сейчас не до дурных предчувствий, сейчас ему нужно добраться до командной рубки. Чего бы это ни стоило.

Свернув пару раз, Хирш вышел к дверям хорды – центрального лифта. Эта огромная труба пронизывала корабль насквозь, и специальные вагоны, которые принято было называть лифтами, могли на огромной скорости перемещать персонал и грузы от кормы до носа. Сейчас, во время боя, они, конечно, были отключены, сами лифты в доках. Во время боя им двигаться нельзя, серьезное потрясение может запечатать хорду движения и лифт с персоналом застрянет.

Подойдя к дверям, Хирш железными пальцами содрал панель управления и повернул аварийный рычаг движения. На броню тут же пришел запрос о подтверждении от ИИ корабля, и Арон заверил его адмиральским кодом. Световые полосы на дверях лифта погасли – система движения центральной хорды отключилась, как во время аварии. Адмирал, недолго думая, взялся за створки железными руками и раздвинул их в стороны, под протестующий скрип сервомоторов. Немного, чуть-чуть, надо просто приоткрыть щель в огромный туннель, только и всего.

Сунув голову в темноту, Хирш зажег налобный прожектор и окинул взглядом пустое пространство. Проверил связь – на его вызовы по-прежнему никто не отвечал, будто центральный узел связи был недоступен. Конечно, если знать личные коды экипажа, то можно попытаться связаться напрямую с вахтами пилотов, навигаторами, оружейным отсеком или с кем-то еще. Но он чужак для корабля, для него открыты лишь личный командный канал. Самый главный канал, это верно, но на нем пусто. Есть общая связь с адмиральским приоритетом, но и от нее никакого толка, потому что и тут никто не отвечает.

Хирш бросил взгляд на часы. Сколько прошло времени? Три минуты, пять? Что там делает Вайс – отбивает атаки противника, или уже превратился в ком раскаленной плазмы? Ох, не к добру это все, не к добру.

Хмурясь, Хирш шагнул в черный проем и активировал полетный режим брони. Реактивные двигатели запустились успешно, автоматика выровняла курс, и адмирал снова устремился в темноту, подобно ракете, пущенной в цель.

Несясь на бешеной скорости по широченной трубе центрального лифта, Хирш с некоторым запозданием подумал, что, наконец, сделал это. Осуществил свою мечту. Взял на абордаж целый фрегат, как самый настоящий пират. Правда, свой собственный фрегат, и без всякого сопротивления.

Времени ему хватило ровно на одну усмешку. Потом вперед появилось пятно света, броня взвыла предупреждающим зуммером, Арон сбросил скорость и скомандовал поворот. Туннель впереди был разбит, в стене виднелся огромный пролом. В него Арон и нырнул, пытаясь погасить скорость.

Это ему почти удалось. Идеальной посадки не вышло, пришлось кубарем прокатиться по коридору и с лязгом впечататься в стену, разнеся к чертям собачьим какой-то из блоков технического обслуживания.

Поднимаясь из его обломков, Хирш бросил взгляд по сторонам. Плохие новости. В коридоре разбиты стены, потолочные плиты изуродованы, обнажая пустоты и балки несущих конструкций, жженые следы на стенах и полу. Тут был бой. Вайс, или как там его, скорее всего, прав – это вражеский десант. Хорошие новости – до входа в командную рубку подать рукой.

Скрипя и лязгая поврежденной броней, Хирш двинулся вперед, к раздвинутым дверям, ведущим к центральным отсекам. Он двигался быстро, но не забывал посматривать по сторонам. В коридорах пусто, но на стенах виднеются выжженные пятна и проплавленные канавы. Свернув к центральной площадке, Арон чуть не наступил на тело. Это оказался молоденький энсин в комбезе технической службы. У него была полностью сожжена голова, от нее остались одни угли.

Сердито засопев, Хирш аккуратно переступил через труп и двинулся дальше, к самой площадке, где находился вход в командную рубку. Здесь, на небольшом перекрестке, он остановился. Двери в рубку управления фрегатом открыты, стальные толстые пластины заслонок раздвинуты. Около них, на полу, лежали пятеро морских пехотинцев в черной легкой броне – они обороняли дверь до последнего. Рядом, вповалку, лежали несколько матросов фрегата и кто-то из техников. Они еще сжимали оружие, и почему-то казалось, что они палили друг в дружку. Арон вскинул левую руку и устремился к дверям, тяжело печатая шаг.