Текст книги "Такие разные миры. Сборник"

Автор книги: Роберт Шекли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

– Нет.

– Простите, капитан?

– Решение должно быть принято здесь и сейчас.

– Но почему?

– Чтобы поднять корабли, мне нужен отвлекающий маневр, – объяснил Де Врис.

– Где вы возьмете для него средства? Разве что бросите на противника ополчение.

– Я так и сделал бы. Но ваши войска нужны мне для захвата планеты хотри.

– Боюсь, я снова не понимаю.

– Примерно через полчаса стартуют Гатри и его вольный корпус. У меня в руках их полетный лист. Одновременно с ними пусть часть ополчения начинает отвлекающий маневр. Мы выждем несколько минут, когда внимание хотри будет полностью поглощено вольным корпусом и странным поведением ополчения. И тогда моя эскадра с оставшимся ополчением вылетит в направлении, противоположном Гатри.

– То есть вы хотите начинать немедленно? – переспросила Мира.

– Иначе операция потеряет смысл.

– Будь по-вашему, – согласилась Мира. – Но я лечу с вами.

– Благородная Фалкен, – торжественно начал Де Врис, – в обычных обстоятельствах я был бы невыразимо счастлив приветствовать вас на борту своего корабля, но в нынешней ситуации…

Мира властно подняла сухощавую руку, и он замолчал.

– Спорить бесполезно! – отчеканила она. – Не тратьте время – вы только что говорили, как оно ценно. Будьте любезны, покажите, куда идти.

Де Врис всегда понимал, когда битва проиграна. Мира Фалкен в его сопровождении вступила на борт «Эйндховена».

Мешкать было нельзя. Битва за Аристу достигла высочайшего накала, и все корабли круглосуточно находились в полной боевой готовности. Даже после долгого бездействия для хорошо обученного экипажа не составило труда моментально мобилизовать все силы. Де Врис доставил Миру на командный пост и немедленно занялся предстартовой проверкой. Он торопливо щелкал переключателями, прикосновениями к светочувствительным панелям активировал системы связи и отдавал четкие команды. Барабаня пальцами по шероховатой поверхности пульта, капитан дождался, пока все боевые части доложат о готовности к старту.

– Благородная Фалкен, – обратился он к Мире, – мы взлетаем. Сядьте, пожалуйста, в кресло и пристегнитесь, иначе вас расплющит ускорение.

– Как прикажете, капитан, – ответила Мира. – Но меня все-таки гложет одна мысль. Вы уверены, что застанете хотри врасплох? А если Гатри обо всем договорился с ними заранее? Разве такого не может быть?

– Еще как может, – кивнул Де Врис. – Подобные случаи уже бывали. Но мы должны рискнуть – это все, что нам остается.

– Понимаю. Но первым на прорыв идет флагман… это может закончиться катастрофой. Вам не кажется, что лучше было бы пустить вперед корабль поменьше?

– Я уже подумал над этим, – улыбнулся Де Врис. – Поверьте, мой расклад является оптимальным. Если нас поджидают серьезные силы противника, достанется всей эскадре. Если же впереди только легкое заграждение, флагман справится с ним быстрее, чем любой другой корабль.

– Надеюсь, вы правы. Это безумный план, но я верю, что другого просто не может быть.

– Скоро мы узнаем, насколько он реалистичен, – пробормотал Де Врис.

– Мне страшно, капитан. О нет, не за себя я боюсь, мой век прожит, а за народ Аристы. Он надеется на нас.

– Я тоже все время думаю о народе Аристы. Поверьте, если бы существовала другая возможность спасти ваших соотечественников, я воспользовался бы ею. Но сейчас… Либо наша затея удастся, либо мы все покойники.

– Корабль к старту готов, сэр! – поступил доклад на пульт.

Де Врис посмотрел в глаза Фалкен.

– Удачи, – коротко произнесла она и направилась к креслу.

Де Врис уселся и окинул командный пост быстрым взглядом. Все исправно. Вольный корпус взлетел точно по расписанию.

– Старт!

Корабль крякнул, встрепенулся, как огромный сонный зверь, и пополз вверх вдоль стен подземного укрытия. Де Врис отдал команду «полный вперед». Корабль на секунду напряженно завис, словно не желая покидать надежную крепость, а затем, решившись, ринулся вверх – быстрее, быстрее. На мониторах было видно, как планета стремительно уменьшается, превращаясь в темный облачный шарик, а потом и вовсе в точку. На экранах маячили остальные корабли эскадры, а позади них мигали зеленые и красные огоньки – это следовала за флагманом флотилия Аристы. Вспышки на другой стороне от планеты указывали на то, что оставшаяся часть местного ополчения бросилась в атаку на хотри.

– Отлично, – удовлетворенно произнес Де Врис. – Мы за пределами атмосферы. Запишите координаты, – обратился он к штурману, – сообщите их всем кораблям. Доложите, когда получите подтверждение от каждого.

Скороговоркой капитан произнес цифры.

– А теперь вы собираетесь поискать планету хотри? – спросила Мира.

Де Врис кивнул.

– Что это за оранжевый сигнал у вас на экране?

– Мой заместитель по политической части, – усмехнулся капитан. – Наверняка сгорает от желания высказаться по поводу происходящего.

– А разве вы не хотите поговорить с ним?

– Не сейчас. Все равно он не посоветует ничего полезного. Охота за хотри – дело военное, а не политическое.

Спустя несколько секунд офицер связи отрапортовал:

– Все корабли оповещены, капитан. Координаты внесены в навигационную программу.

Де Врис повернулся к Мире:

– Готовы к переходу в сверхсветовой режим?

– Наверное… Хотя я плохо представляю, чем это может грозить. Снова пристегиваться?

– Не обязательно. Просто у некоторых при переходе возникают необычные ощущения в желудке. Ничего серьезного, я лишь предупреждаю на всякий случай.

Де Врис склонился над микрофоном:

– Всем кораблям. Перейти в сверхсветовой режим.

Согласно вычислениям младшего сержанта Адамса, «Эйндховен» и его спутники должны были провести двадцать восемь часов в сверхсветовом режиме, а потом вернуться в обычный. Открыв смотровые щели, Де Врис напряженно изучал окружающее пространство. Мира и весь экипаж замерли в почтительном молчании, едва осмеливаясь дышать.

Наконец Мира отважилась спросить:

– Что вы видите? Там есть планета?

– Взгляните сами, – бесцветным голосом произнес капитан.

Мира приникла к смотровому устройству. Нет сомнений, они в глубоком космосе. Не видно ничего похожего на огненный диск здешнего солнца, лишь мерцающие бусинки звезд. И что-то еще. Она всмотрелась в нижний правый сектор обзора. Де Врис увеличил изображение на экране.

– Что это?

– Похоже на космический флот, – пробормотал Де Врис.

При максимальном увеличении было видно: сплошную темноту пересекала широкая полоса из десятка кораблей. Из их амбразур вырывалось яркое пламя. Неизвестный флот перестраивался по мере приближения эскадры Де Вриса. Наконец обе шеренги замерли друг против друга.

Де Врис вызвал офицера разведки.

– Что вы об этом скажете, Алекс?

– Если бы подойти чуть ближе, – отозвался тот. – Насколько я могу судить, ничего похожего представители человеческой расы не строят. Ну-ка, попробуем компьютерное моделирование, – может, удастся разглядеть получше.

Алекс забарабанил по клавиатуре. Камера выхватила изображение ближайшего корабля и с помощью технологии моделирования создала крупный план. Корабль выглядел устрашающе: ком из сплавленного со стеклом металла, уродливыми очертаниями напоминающий голову какого-то сказочного чудища, полугнома-полудракона.

– Жутковатая штуковина, – заметил Де Врис. – А у хотри никогда не было похожих конструкций?

– По характеристикам этот корабль вообще не совпадает с хотрийскими. Капитан, если начистоту, не думаю, что мы нашли планету хотри. Зато перед нами флот неопределенного происхождения и с неясными намерениями. И выглядит он… как бы это сказать… многочисленнее нашего.

– Корабли вооружены? – осведомился Де Врис.

Алекс вгляделся в изображение:

– Да, сэр, они вооружены.

– Тогда встает другой вопрос, – вмешалась Мира. – Это друзья или враги?

Де Врис отправил запрос офицеру связи:

– Манфред, попробуйте установить контакт.

Оказалось, это легче сказать, чем сделать. Рубка связи линейного крейсера «Эйндховен» представляла собой небольшую комнату, доверху забитую аппаратурой. На дисплеях то и дело вспыхивали и гасли зеленые огоньки. Частотный корректор выписывал на экране неровные линии. Слышалось приглушенное гудение двигателя; время от времени что-то утробно погромыхивало – сердце корабля билось без перебоев. В специальном освещении рубка не нуждалась, хватало рассеянного света от приборов.

Де Врис и Мира стояли за спиной Манфреда. Связист едва разменял третий десяток, черты его лица сохраняли мальчишескую свежесть. Светлые волосы топорщились ежиком. С ним в рубке находился еще один офицер, по фамилии Карсон. Никто бы не догадался по внешности, что этот большой неуклюжий человек – эксперт в области межпланетной лингвистики. В военные годы изучение космоса практически прекратилось, новые цивилизации и языки обнаруживались нечасто, и Карсону пришлось переквалифицироваться в артиллериста.

При виде Де Вриса связист вскочил и отдал честь.

– Вольно, Манфред. Есть что-нибудь новенькое?

– Все та же ерунда, капитан.

– Визуальных сведений нет?

– Нет, у них опущены экраны. Но они активировали узкий канал связи. Посылают звуковой сигнал.

– Пусть Карсон послушает.

В этот момент на пороге рубки появился Хэвилленд.

– Капитан Де Врис, почему меня не поставили в известность? Вы пытаетесь вступить в контакт с представителями неизвестной цивилизации. Это политический вопрос!

– С учетом сложившейся ситуации, – официальным тоном произнес Де Врис, – это сугубо военный вопрос. Мы столкнулись с хорошо вооруженным флотом, численно превосходящим нас. В любой момент нашу эскадру может поглотить пламя пожарче адского. Если хотим сохранить свою жизнь и спасти Аристу, без контакта не обойтись.

– Рада слышать, что вы не забыли об Аристе, капитан, – вмешалась Мира. – Идея как будто состояла в том, чтобы отыскать планету хотри. И в этом месте ее нет – я правильно понимаю?

– Абсолютно, – кивнул Де Врис.

– И это значит, что ваше предположение не подтвердилось. А наша планета обречена.

– И уверяю вас, благородная госпожа, – поспешно вставил Хэвилленд, – что решение принималось без учета мнения заинтересованных лиц, чьим представителем я являюсь.

– Что же вы предлагаете? – Мира обернулась к заместителю по политической части.

– Вернуться на Аристу и вступить в бой!

– Но ситуация безнадежна, и вам это хорошо известно.

– Долг велит нам сражаться плечом к плечу с вашим народом и умереть за него, если потребуется. И если повезет выбраться отсюда – в чем я всерьез сомневаюсь, – я приму меры, чтобы капитан Де Врис понес наказание, которого он в высшей степени заслуживает.

– Замечательно! – насмешливо фыркнула Мира. – План не сработал, но капитан, по крайней мере, пытался спасти мой народ.

– Простите, благородная Фалкен, я вас не понимаю…

– Разумеется, не понимаете. Капитан, у вас есть соображения?

– Нужно действовать с учетом развития событий. Будем импровизировать. Сначала необходимо получить хоть какие-то сведения об этом флоте. Манфред, прошу озвучить их послание.

Манфред нажал кнопку. Из динамиков акустической системы полился поток невообразимых звуков. Карсон замедлил воспроизведение, и в шипяще-стрекочущей мешанине стали различимы обрывки голосов – пронзительных, неровных, источающих какую-то нервную энергию. Слов в этом монологе как будто не было.

– Ну, Карсон? – не вытерпел Де Врис.

– Я бы хотел прослушать это еще раз, в наушниках, – проговорил тот. – Так, чтобы можно было регулировать скорость.

Карсон прокрутил запись несколько раз и наконец снял наушники.

– Я готов дать предварительное заключение, сэр. Идентифицировать эту речь невозможно. Представители знакомых нам цивилизаций не способны издавать подобные звуки. Мне известны ведущие характеристики трех гуманоидных языковых групп и двадцати семи негуманоидных. Этот язык не принадлежит ни к одной из них.

– А как вам кажется: они поняли хоть что-то из нашего ответа?

– Я перевел наше сообщение на десять языков крупнейших лингвистических групп.

– Хорошенькое дело! – воскликнул Хэвилленд. – Вы приволокли нас сюда бомбить планету хотри, а вместо этого мы зависли нос к носу с вооруженным флотом неизвестной цивилизации. И даже поговорить толком не можем! Попробуем изъясняться на тарабарщине? Или сразу откроем огонь?

Эту неловкую попытку сыронизировать Де Врис оставил без внимания. Он обернулся к своему помощнику:

– Джеймисон, подготовьте катер. Отправляемся немедленно.

– Вы в своем уме?! – возмутился офицер по политическим вопросам. – Неужели и впрямь решили лететь туда? К ним?

– Да, а что?

– Но вы же не можете с ними разговаривать!

– Разговаривать не могу, – согласился Де Врис. – А вступить в контакт мне никто не мешает.

Эскадра застыла в боевой готовности. От днища линейного крейсера «Эйндховен» отделилось пятнышко света и бесшумно заскользило прочь: вакуум делал неслышной работу двигателей. Звездные блики вспыхивали и гасли на стальной обшивке катера. Суденышко отважно двигалось навстречу флотилии из десятка монстров, покрытых нелепыми наростами, вздутиями и металлическими предметами загадочного предназначения. Корабли неизвестной цивилизации напоминали головы гигантских осьминогов – ничего похожего не строят на космических верфях человеческой расы. И каждый из этих кораблей легко мог бы потягаться с «Эйндховеном».

– Почему вы так уверены, что они не откроют огонь при нашем приближении?

– Полагаю, для этого они слишком цивилизованны, – ответил Де Врис. – По крайней мере, я надеюсь на это. В любом случае без контакта дело не сдвинется.

На ближайшем корабле торопливо мигали три синих огонька. Заметив их, Де Врис остановил катер.

– Что это, по-вашему, Карсон?

Карсон пожал плечами. Ему было не с чем свериться и не от чего оттолкнуться. Зато он прихватил с собой электронный переводчик.

– Смотрите! – вскрикнула Мира.

В корабле открылся большой люк. Внутри таинственно сияли синие и зеленые огни.

– Курс на отверстие, – приказал Де Врис рулевому.

Катер медленно двинулся вперед. Как только он оказался внутри чужого корабля, люк закрылся. Датчики показывали, что атмосфера вокруг пригодна для дыхания. Один за другим приборы выключались.

В дальнем конце отсека открылась дверь. В проеме стояло облаченное в скафандр насекомоподобное существо.

– Боже милостивый! – в ужасе воскликнул Карсон. – Да они, похоже, и яйца кладут!

– Спокойнее! – прошипел Де Врис.

– Сахар! – пробормотал Карсон. – Насекомые любят сахар! Жаль, я не прихватил пару кусочков. Боже мой, капитан, что же нам делать?

– Прежде всего взять себя в руки. Попробуем выяснить, имело ли вообще смысл вползать сюда.

Карсон явно не рвался вступать в прямой контакт с представителями незнакомой цивилизации. И Де Врис мысленно отметил: если они выберутся отсюда, для этого человека нужно будет подыскать какую-нибудь канцелярскую должность на планете. В космосе ему делать нечего.

Капитану ничего не оставалось, как начинать диалог самостоятельно. Когда расстояние между Де Врисом и инопланетянином сократилось до метра, существо издало отрывистый звук, нечто среднее между шипением и торопливым чириканьем.

– Возможно, предупреждающий сигнал, – предположил Де Врис. – Карсон, вы зафиксировали?

– Да, сэр! – откликнулся тот. – Я все записываю.

– Ну-ка поглядим, что умеет эта коробка с тарабарщиной, – пробормотал капитан.

Он включил электронный переводчик и попытался расшифровать монолог инсектоида. Прибор разбивал слова на звуки и соотносил их с универсальной фонетикой. За попыткой диалога, обмирая от волнения, наблюдала Мира. Этот инопланетянин такой громадный! Малейшее непонимание – и гигантское насекомое раздавит Де Вриса, люди в катере даже глазом моргнуть не успеют. В эти минуты Миру не покидало беспокойство за осажденную Аристу, но все-таки несколько больше ее тревожила судьба капитана. Она и не заметила, как привязалась к этому спокойному, бесстрашному человеку. Двигаясь навстречу неизвестному существу, Де Врис действовал, как и подобает командиру эскадры. Но в глубине души Мира считала, что сейчас капитан совершает нечто, выходящее за пределы офицерского долга. К тому же при всей своей отваге что может сделать Де Врис один на один с этакой громадиной? Как он вступит в контакт, если не сработает переводчик? И вообще, эти существа запросто могут оказаться лютыми врагами. В хорошенькую историю влипли пришельцы, нечего сказать.

Напряженная пауза затягивалась. Капитан и высокий грузный инопланетянин в причудливом скафандре неподвижно стояли друг против друга. Казалось, замерло само время. Наконец представитель неизвестной цивилизации начал терять терпение. Существо явно хотело что-то сказать Де Врису. Что-то очень важное, не терпящее отлагательств. Об этом красноречиво свидетельствовали дрожащие усики и часто пощелкивающие жвала. Но как понять, что он имеет в виду?

Инсектоид беспокойно махал усиками, а Де Врис внимательно наблюдал за повторяющимися движениями. Затем он обернулся к спутникам:

– Думаю, он хочет, чтобы я остался на их корабле. Вы все возвращайтесь на «Эйндховен» и ждите меня там. Если я не появлюсь через четыре часа, внесите в приборы координаты Аристы и возвращайтесь. Сделайте там, что сможете.

– Но мы не хотим бросать вас тут! – горячо воскликнула Мира.

Капитан покачал головой:

– Мне самому не очень хочется оставаться. Но кажется, это лучший выход из положения. И возможно, единственный. Незачем рисковать многими жизнями, когда можно рискнуть одной. Возвращайтесь, Мира. Чуточку везения – и я вскоре присоединюсь к вам.

– А если вам не выпадет этой чуточки?

Вместо ответа капитан слабо улыбнулся и обратился к связисту:

– Карсон!

– Да, сэр!

– Доставьте этих людей на «Эйндховен». И поживее, мистер. Ждите меня не больше четырех часов. Если я не вернусь, командование переходит к Хэвилленду. Плохо, конечно, но ничего не попишешь: после меня он старший по званию.

Время на борту «Эйндховена» тянулось невыразимо медленно. Все напряженно оглядывали пространство через смотровые щели или навигационные телескопы. Два флота так и висели в космосе друг напротив друга – скопления светящихся пятен, замершие в ожидании сигнала к действию.

– Сколько еще осталось? – спросила Мира.

– Четвертый час почти на исходе, – отозвался Карсон.

– Он дал себе слишком мало времени. Мы должны продлить срок.

– Это не ко мне, – покачал головой Карсон. – Обратитесь к Хэвилленду.

Хэвилленд не выказал большого воодушевления.

– У меня, строго говоря, нет выбора. Командует эскадрой капитан Де Врис. При всех наших разногласиях, я его подчиненный. Он дал мне недвусмысленный приказ. Четыре часа, и не больше. – Он взглянул на часы. – Ровно через семь минут мы стартуем.

– Ради всего святого! – разозлилась Мира. – Вы не пробовали иногда быть чуточку человечнее? Просто так, для разнообразия?

Хэвилленд слегка улыбнулся:

– Человечнее? Я и есть человек, и поступаю так, как свойственно людям. Я выполняю приказы.

С этими словами он отвернулся.

– Двигательный отсек, доложить о готовности к старту.

– Двигательный к старту готов, сэр!

– Ждать приказа.

– Осталось еще почти шесть минут, – напомнила Мира.

– Я просто совершаю необходимые приготовления, – объяснил Хэвилленд.

– Вы уверены, что Де Врис не вернется?

– Оставьте, пожалуйста, этот обвиняющий тон. Я тут ни при чем. Впрочем, если угодно: да, я уверен, что он не вернется.

Прошла минута, потом две… Эти четыре часа показались Мире вечностью. А теперь время, тянувшееся так медленно, словно сорвалось с цепи. Хэвилленд сыпал указаниями направо и налево, проверяя общую готовность к старту. Вот-вот раздастся команда, и эскадра устремится назад, на Аристу, без своего капитана. И это будет означать, что Де Врису конец.

– Что-то приближается, сэр! – доложил наблюдатель.

– Что это?

– Пока не могу разглядеть, сэр. Секунду… Да, это инопланетный корабль, маленький, как наш катер.

– Он возвращается! – возликовала Мира.

От внезапного облегчения она почувствовала слабость в ногах.

– Ваше предположение безосновательно, – возразил Хэвилленд. – Это может быть военная хитрость. А если корабль заминирован? Тогда он взорвет нас, как только приблизится на достаточное расстояние.

На связь вышла артиллерийская боевая часть:

– Какие будут указания, сэр?

– Внимание всем расчетам! Взять на прицел. Но без приказа огонь не открывать.

Инопланетный катер неторопливо подбирался к «Эйндховену». Снаружи он выглядел как гладкий цилиндр – ни иллюминаторов, ни каких-либо выдающихся деталей на корпусе. Стволы всех орудий эскадры медленно поворачивались вслед за пришельцем.

– Всем приготовиться! – скомандовал Хэвилленд. – На счет «три» открыть огонь. Один, два…

– Стойте! – закричала Мира.

Тут же раздался голос Карсона:

– Корабль остановился, сэр. Они что-то выбрасывают.

– Взять на прицел! Внимание!..

– Это человек в скафандре, – сообщил Карсон.

– Это Де Врис! – заявила Мира.

– Снова безосновательное предположение, – холодно заметил Хэвилленд. – Насколько я понимаю, это может быть наполненный плазмой скафандр Де Вриса.

– Мне кажется, там внутри сам Де Врис, – возразил Карсон, поглядывая на приборы. – Тепловая сигнатура…

– Я не могу рисковать, – отрезал Хэвилленд. – Приготовиться!..

Мира заговорила, тщательно подбирая слова:

– Если вы сейчас уничтожите этот скафандр, господин Хэвилленд, я всю оставшуюся жизнь положу на то, чтобы вы предстали перед трибуналом и были разжалованы… Это в случае, если я не добьюсь вашего повешения, – его вы заслужили в полной мере.

– Вы не имеете права говорить со мной в таком тоне! – визгливо запротестовал Хэвилленд. – Мы на войне. Я просто принимаю обычные меры предосторожности.

Скафандр тем временем приблизился почти вплотную к корпусу «Эйндховена».

– Контакт! – завопил Карсон.

– И обратите внимание: ничего не случилось, – ехидно заметила Мира.

– Они могут взорвать скафандр и дистанционно. Как только он окажется на борту… – попытался возразить Хэвилленд, но его слова были встречены гробовым молчанием. – Как скажете. Поднять на борт!

От долгого пребывания в скафандре у Де Вриса затекли руки и ноги, но обычной бодрости и деловитости он не утратил. Освободившись, капитан тут же направился к пульту управления.

– Штурман? Примите координаты и передайте другим кораблям. Всем ждать моего приказа. – Он повернулся к Мире и Хэвилленду. – Они на нашей стороне. Эта цивилизация называется д’Тарт или что-то в этом роде – не ручаюсь за свое произношение.

– Значит, это дружественная раса? – осведомился Хэвилленд.

– Скажем так: нет причин считать ее недружественной. По крайней мере, в одном мы солидарны: они тоже мечтают уничтожить хотри.

– Но как вам удалось все это выяснить? – В голосе Хэвилленда звучало сомнение. – Мы не знаем никаких лингвистических способов коммуникации с ними. Неужели вы освоили их язык за считаные часы общения? Что-то не верится.

– Учить их язык – задача, прямо скажем, не из легких, – улыбнулся Де Врис. – У них нет ничего даже отдаленно похожего на предложения. По-моему, слов тоже нет. Они шипят и стрекочут – мы так не можем.

– И как же вы узнали об их ненависти к хотри?

Раздался сигнал, оповещающий, что экипажи приняли новые координаты и ожидают дальнейших указаний.

– Всем приготовиться! – скомандовал Де Врис и снова обратился к Мире и Хэвилленду: – Говорят же: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Инопланетянин не случайно так настаивал на моем визите. У него на борту нашлись рисовальные принадлежности.

– И он вам все нарисовал?

– Не сказал бы, – ответил Де Врис. – Рисовать по большей части пришлось мне. – Он вытащил из кармана скафандра пачку смятых листов. Плотная бумага, похожая на папирус, была испещрена рисунками. – Вот самое важное. – Де Врис показал лист с изображением хотрийского воина.

– Неплохая работа, капитан. Но как вы догадались, что они тоже враги хотри?

– Видите дыру в центре рисунка? При виде хотри д’тарт выхватил что-то вроде кинжала и вонзил в картинку. Дальнейших объяснений не потребовалось.

На других листах была изображена эскадра д’тартов, приближающаяся к какой-то планете; далее появлялся флот хотри, завязывалась битва, и д’тарты отступали с большими потерями, сохранив лишь десяток кораблей.

– И вам это кажется убедительным? – засомневался Хэвилленд.

– А почему нет? – пожал плечами Де Врис. – Д’тарты сражались с хотри и проиграли. Мы пытались восстановить курс хотрийских кораблей, и это привело нас сюда – на поле недавней битвы. Просто хотри со своей планеты направились не прямо к нам, а через это место.

– Ну что ж, обзавестись союзниками – это неплохо, – подытожил Хэвилленд. – И что теперь?

– А теперь мы отправимся на планету хотри и завершим начатое.

– Но ваши координаты неверны! Будь иначе, мы бы здесь не оказались.

– Именно так. Но у нас есть новые координаты – мне их дали д’тарты. И теперь мы уже наверняка доберемся до планеты хотри.

– А д’тарты?

– Летят с нами. Они приняли мое предложение о совместной атаке.

– Считаю свои долгом напомнить, что совместные вооруженные действия с непроверенным союзником попадают в сферу политической ответственности. Я настоятельно рекомендую доложить о ситуации Лиге и дождаться от нее четких указаний. В противном случае мы рискуем столкнуться с непредвиденными трудностями и даже совершить действия на грани измены.

– На это нет времени, – отмахнулся Де Врис и прокричал в микрофон: – Всем кораблям! Приготовиться к старту!

– Но вдруг это ловушка?

– Значит, мы в нее попались. Следовать назначенным курсом!

«Эйндховен» мгновенно исчез из виду. Остальные корабли тоже перешли в сверхсветовой режим. Д’тарты, помедлив мгновение, последовали их примеру.

Внезапное появление объединенного флота людей и д’тартов вблизи столь долго разыскивавшейся планеты хотри вошло в учебники по вселенской истории. На Аристе хорошо помнят день, когда маневр Де Вриса вынудил хотрийский флот в спешном порядке снять блокаду и помчаться на выручку к своим. Разумеется, на деле победа была не такой легкой, как на словах. Но как ни относиться к подвигу Де Вриса, это было началом конца войны с хотри.

* * *

Позволят ли компьютерные технологии будущего после досконального анализа биографии давно покинувшей сей мир исторической фигуры – Юлия Цезаря, Цицерона или Клеопатры – создать ее разумную версию? Идея может показаться абсурдной – но только на первый взгляд. То, что она вполне реализуема, доказала собранная Робертом Силвербергом группа выдающихся фантастов. По крайней мере, литературные версии знаменитостей вполне удались этим людям. А написанные ими в 1989 году рассказы и повести составили антологию «Time Gate» («Врата времени»).