Текст книги "Роза и червь. (СИ)"
Автор книги: Роберт Ибатуллин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
БИТВА
24 мая 2418 года
Астероид Рианнон
Астероид, названный в честь древней кельтской богини, был некогда ядром погасшей кометы. Внешне он выглядел как цельнокаменная скала, но внутри был конгломератом из силикатной пыли, песка и щебня, вмороженных в аммиачно-водяной лёд с углеводородными клатратами. Сверху всё это было присыпано сухой пылью реголита, побито кратерами. Рианнон ничем не выделялась среди тысяч километровых астероидов, что вращались между орбитами Марса и Земли. Почему же Космофлот выбрал для основания колонии именно её? По чисто случайному совпадению. В 2280 году Рианнон должна была сблизиться с другим, безымянным астероидом, всего на 400 километров – уникальная возможность сцепить их в пару.
Технология переделки астероидов в жилые колонии была к тому времени отработана. Подготовительная операция заняла около двадцати лет. Сначала роботы-бурильщики в тщательно выбранных точках пробили шахты до ледяного слоя. Затем туда запустили рои миниатюрных роботов с радиоактивными источниками тепла – ферментоботов, «дрожжей». Те начали греть лёд, высвобождая замёрзшие газы из клатратов. Газовые пузыри, раздуваясь, взламывали лёд, от них вглубь астероида разбегались сети трещин. Ферментоботы по этим трещинам забирались всё глубже в недра Рианнон, оставляя за собой цепочки новых пузырей. Выделяемые «дрожжами» катализаторы сцепляли кремнезём и углеводороды в вязкую, медленно застывающую силиконовую массу – так стенки пузырей закреплялись и обретали прочность. Мало-помалу внутренность Рианнон превращалась во вспененный пористый лабиринт со структурой хлебного мякиша.
А пока ферментоботы прокладывали путь к центру, в уже застывших полостях трудились искусственные бактерии, перерабатывая газовую смесь в пригодный для дыхания воздух. Отходы – водород и углеродная сажа – не пропадали даром. Водород шёл на топливо, а углерод – на сверхпрочные волокна из нанотрубок. Роботы-швецы затем извлекали их на поверхность и сшивали в единый гигантский трос – привод, необходимый, чтобы раскрутить Рианнон и создать внутри неё тяготение.
Трос, намотанный в сотни витков на Рианнон, как на катушку, дожидался заветного 2280 года. Когда второй астероид (незатейливо названный Р2) достаточно приблизился к Рианнон, робот-тяжеловес с ракетным двигателем оттащил к нему свободный конец троса и прочно присоединил, вплавив глубоко в лёд. Р2 как ни в чём ни бывало продолжал лететь по орбите – пока трос не натянулся до отказа. Волна напряжения пробежала по тросу и обоим астероидам. В миг пиковой нагрузки могло показаться, что две хрупкие горы не выдержат – развалятся сами или разорвут трос. Но всё было рассчитано точно. С треском и скрежетом, не слышными ни одному человеческому уху, Рианнон просела всей массой, принимая форму луковицы. Широким веером с неё разлетелась пыль, обнажая глыбы коренных пород, заблаговременно скрепленные упругой сеткой. Связка выдержала. Рианнон и Р2 закружились вокруг общего центра масс, подобно гигантскому боласу, делая оборот примерно за полчаса.
Так Рианнон обрела центробежное тяготение в пятую часть земного – вполне пригодная для жизни величина. Осталось только расчистить полости, проложить внутренние коммуникации – и начальник Департамента колонизации мог с чистой совестью доложить овер-коммандеру Космофлота: «Работы завершены в срок. Астероид готов к заселению».
С тех пор прошло без малого полтора века.
Колония Рианнон – пещерный лабиринт-муравейник с десятитысячным населением – стала крупнейшей в Солсистеме фабрикой по производству людей.
Давным-давно, сразу после основания первых космических колоний, выявился печальный факт: в слабом тяготении Луны, Марса и астероидов здоровые дети не рождались. Земная гравитация оказалась критичной для правильного развития плода. Космофлоту ничего не оставалось, кроме как налаживать репликацию людей в искусственных матках-утеринах. Там, в управляемой среде, можно было нейтрализовать вредное влияние низкой гравитации.
Эта технология была разработана ещё до Удара, но опробована только на животных. После Удара отчаянные условия заставили отбросить старомодный гуманизм и начать рискованные эксперименты на человеческих зародышах. Производство людей поставили на поток довольно быстро, а позже удалось вывести новые человеческие породы, которые могли и сами размножаться в низкой и даже нулевой гравитации. Но и после этого утерины продолжали работать. Для быстрейшей колонизации космоса требовалось много людей – гораздо больше, чем могло родиться естественным путём. Верный своей политике дублировать всё что можно, Космофлот создал несколько антропофабрик в разных местах Солсистемы. И Колония Рианнон стала одной из них.
– Две минуты до прохода первой волны…
Просторная полость – округлая каверна неправильной формы – была погружена в полутьму. Горели только цифры под смотровыми экранами – расстояние до цели, скорость, точность наведения, – и сами экраны: виды с камер, установленных на снарядах.
Доктор Нерия Вэй смотрела на экран из толпы рианнонцев, так же, как все, затаив дыхание и боясь пропустить хоть один кадр.
Нерия Вэй не так давно прибыла в Рианнон с Марса – заключать важный контракт на выращивание нескольких сотен людей: у Марса до сих пор не было собственных антропофабрик. Нерия была колониалкой в четвёртом поколении, с типичной для марсиан и астероидных жителей внешностью – высокая, грациозно-худощавого сложения, большеглазая, бледнокожая. Как и все вокруг, она была нага. Среди колониалов ношение одежды давно стало необязательным, а у высокопоставленных лиц, чьи тела были совершенно очищены от физических изъянов генетической и эмбриональной коррекцией – даже и неприличным. Редковолосую голову Нерии охватывал серебристый обруч диадемы-антенны. Через диадему процессор, имплантированный под кожу на лбу, получал беспроводное питание и поддерживал связь с информационной сетью.
Нерия вполне могла бы смотреть передачу одна, в своей личной полости, безо всяких экранов – процессор-имплант транслировал бы сигнал прямо в зрительную кору мозга. Но она была официальным лицом, и дипломатический протокол требовал её присутствия на публичной трансляции.
Как-никак наступал решающий момент для всего человечества. Момент, ради которого существовал Космофлот и были основаны колонии в Рианнон и на Марсе. Событие, ради которого была рождена на свет Нерия Вэй и все, кого она знала.
Битва с аквилианами.
– Одна минута до прохода первой волны…
Снаряды, нацеленные на аквилианский флот, мчались сквозь зону Койпера в 11 световых часах от Солнца. На таком расстоянии никакое управление, конечно, было невозможно. Снаряды должны были сами найти цель. И сейчас набившиеся в зал люди только и могли созерцать битву, которая на самом деле произошла 11 часов назад. А может, и вовсе не произошла. Никто ещё не знал, действительно ли попали в цель снаряды, разогнанные Роем Светлячков до невообразимых 1200 километров в секунду.
На экранах во всём чудовищном триумфальном блеске сиял флот Аквилы.
Сами по себе четыре звездолёта были крохотны и невидимы – но каждый извергал вперёд по курсу плазменную струю, пылавшую ярче и жарче Солнца. Звездолёты к этому времени успели настолько сбросить скорость, что магнитные парашюты перестали быть эффективными – и на последнем этапе торможения включились реактивные двигатели.
Стокилометровые хищные цветы из мегаэлектронвольтной плазмы лениво вспучивались в магнитном поле, рождая дуги протуберанцев и скрученные щупальца филаментов. До сих пор был неизвестен источник энергии, за счёт которой двигатели кораблей уже больше века втягивали в себя межзвёздный газ, разогревали до температуры солнечного ядра и вновь извергали. Антивещество? Микроскопическая чёрная дыра? Что-то ещё более экзотическое? Чем бы оно ни было, Земля не могла и мечтать о такой мощи. Как человечество осмелилось бросить вызов этим колоссам? Неужели был хоть какой-то шанс победить?
– Тридцать секунд до прохода первой волны…
Не отрывая глаз от экрана, Нерия поднесла к губам чашку кофе и сделала глоток. Движение было машинальным, она едва почувствовала, что кофе уже остыл. Всё её сознание было там, в зоне Койпера.
Реактивный ураган плазмы выглядел подавляюще. Но он-то и был слабым местом врага. Сквозь него попросту ничего не было видно. Аквилиане своим выхлопом сами создали маскирующую завесу для людских снарядов. И теперь пришельцы летели вслепую, летели курсом, давно рассчитанным и предсказанным на Земле – летели напрямик к собственной гибели.
– Пятнадцать секунд до прохода первой волны…
Нерия поставила пустую чашку и судорожно стиснула пальцы.
Снаряды землян, как и корабли, не были видны в свете яростного огня. Это были небольшие кинетические болванки безо всяких взрывчатых веществ. Вражеский флот летел навстречу с такой скоростью, что энергии столкновения с лихвой хватило бы распылить его на атомы. Вся проблема заключалась в том, чтобы направить снаряды в цель.
Рой снарядов шёл длинной, растянутой на гигаметры серией волн. Первую волну ждал почти неизбежный промах. Но она должна была передать следующей волне уточнённые координаты мишеней, и та успела бы скорректировать курс.
– Пять секунд до прохода первой волны…
Нерия судорожно стиснула ручку кресла. Сейчас. Сейчас оно начнётся.
– Первая волна прошла…
Плазменные деревья выхлопов начали медленно таять.
В зале возбуждённо загомонили. Аквилиане выключили двигатели! Они нас заметили, увидели пролёт первой волны! Теперь их звездолёты стали невидимы. Неужели они так просто ускользнут от удара? Нет! Экраны заискрились мелкими вспышками: это снаряды второй волны включали двигатели коррекции. Значит, первая волна успешно передала уточнённые координаты целей… Значит, вторая волна получила свой шанс…
– Пять секунд до прохода второй волны…
Невыносимые пять секунд ожидания…
Взрыв!
Краткая вспышка, почти тусклая по сравнению с бурей реактивного пламени, что ещё недавно царствовала на экранах, какой-то десяток килотонн, но – попадание!
– Объект «Рыжий», попадание, – бесстрастно подтвердил голос компьютера-комментатора.
Не помня себя, Нерия с воплем восторга вскочила на ноги. Есть! Получилось! Всё новые взрывы вспыхивали на экранах – второй, третий, четвёртый! – и под этот фейерверк почтенные руководители Рианнон, как дети, вскакивали с мест, орали, плясали, целовались. Никто уже не слушал комментатора («Объект „Белый“, попадание…Объект „Бледный“, попадание… Объект „Вороной“, попадание… Все цели поражены»). Было ясно и так: победа, мир спасён, мы сделали своё дело. Зажегся свет, хлопнула пробка – кто-то откупорил напиток, по уверениям химиков, совершенно идентичный легендарному земному шампанскому.
– Это, конечно, прекрасно, – донёсся голос из-за спины. – Но вы что, думаете, всё кончилось? Аквилиане не такие дураки.
Нерия гневно оглянулась на того, кто столь бестактно отказался присоединиться к общей радости.
Полковник Максвелл Янг, эмиссар центрального командования, маленький смуглый венерианин. Встретив негодующий взгляд Нерии, он холодно усмехнулся.
Нерия закусила губу. «Вечно этимнадо всё испортить!» Она отвернулась, подавив в себе прилив ненависти – общего чувства гражданских колониалов к космофлотцам. Сейчас не время для таких недостойных эмоций. Всё-таки без Космофлота ничего бы не получилось… «Но больше вы, голубчики, никому не нужны, – мелькнуло напоследок в голове Нерии Вэй. – Войне конец, и вам тоже». В её улыбке скользнула тень злорадства – и тотчас стерлась.
УРОК
Программа социализации Колонии Фламмарион, Луна
Возрастная категория: 7–8 лет
Модуль: История послеударного периода
Урок N 3: Мартовская революция
Тип урока: Линейный нарратив
Последняя редакция: 6 февраля 2471 года
Текст: Здравствуй, [ИмяУченика]! В прошлый раз мы рассказали тебе о Койперовской битве, в которой Космофлот уничтожил аквилиан. А сейчас поговорим о том, что случилось после битвы.
Видео: орбитальная верфь над кирпично-рыжей поверхностью Марса. Виден остов корабля, опутанный паутинным коконом строительных ферм.
Длинный полутёмный туннель. Вдоль стены тянется ряд рабочих мест, там работники горбят голые спины над консолями дистанционного управления.
Текст: Аквилиан уничтожили. Пора было переходить к мирной жизни. Космофлот стал не нужен. Но коммандеры Космофлота не желали расставаться с властью. Они продолжали запугивать людей аквилианской угрозой, чтобы те по-прежнему работали на Космофлот и покорно служили Венере.
Видео: роскошные покои с богато накрытым обеденным столом. Адонис Шастри, овер-коммандер Космофлота – тучный, обрюзгший, краснорожий – жадно ест, раздирая пальцами куски мяса и громко чавкая.
ШАСТРИ (гнусаво, капризно): Хочу построить новый корабль. Самый быстрый и мощный корабль во всём флоте. Личную межпланетную яхту. (Жуя, с набитым ртом): С плавательным бассейном, концертным залом и роскошной пыточной камерой! (Сладострастно облизывает пальцы).
ЮЛИУС ОКЕЛЛО, советник Шастри: Не будет ли это слишком, овер-коммандер? Силы колоний и так напряжены до предела. День и ночь они строят вам всё новые корабли. Может, хватит?
ШАСТРИ: Не указывай мне, болван! (Визгливо): Я хочу, хочу, хочу этот корабль! А колонии… Что колонии? Припугнём их Аквилой, и будут как шёлковые.
ОКЕЛЛО: Аквилиан давно разбили, овер-коммандер. Пятый год их не видно и не слышно. Люди нам не поверят.
ШАСТРИ (отмахивается): Это стадо верило нашему вранью до сих пор – поверит и сейчас. (Сатанински хохочет): МУАХАХАХА!
Текст: И вот колонии получили приказ: выделить людей, машины и все необходимые ресурсы для строительства гигантского межпланетного корабля «Гибель Богов».
Видео: скромный кабинет прайм-админа Колонии Фламмарион. За рабочим столом – старый прайм-админ Тим Новицкий. Он выглядит больным, затравленным и несчастным. Рядом стоит его младший помощник Астар Далтон – высокий, бравый и куда больше похожий на лидера.
НОВИЦКИЙ: Боже! Боже! Наш ненасытный Космофлот строит ещё один корабль. Это немыслимо. Я пытался объяснить, что мы не можем, что колония и так работает на износ, но… (Закрывает лицо руками).
ДАЛТОН (сурово): Но зачем Шастри этот корабль?
НОВИЦКИЙ (горько усмехаясь): Против аквилиан, конечно же. Всё та же надоевшая сказка! (Всхлипывает). Я не знаю, Астар. Как я скажу людям, что норма снабжения будет урезана ещё на десять процентов? Что вводятся новые сверхурочные работы? Что отпуска опять переносятся? Как я буду смотреть им в глаза?
ДАЛТОН (грохнув кулаком по столу): Довольно! Хватит терпеть. Пора положить конец этому рабству. Соедините с Марсом!
В воздухе появляется Нерия Вэй, прайм-администратор Колонии Сильвана.
ВЭЙ: Приветствую, док Далтон. Уже получили последний приказ Шастри?
ДАЛТОН: Приветствую, док Вэй. Да, получили, и отказываемся его выполнять. Мы больше не подчиняемся Венере!
ВЭЙ (всплескивая руками): Не могу поверить! Док Новицкий, это правда? Вы восстали против Космофлота?
НОВИЦКИЙ (встаёт, выпрямляется, молодеет на глазах): Да! Да! Наконец-то мы на это решились!
ДАЛТОН: Вы с нами, Нерия?
ВЭЙ (расцветая): О, конечно, мой друг!
Текст: Вот так две главные колонии – Фламмарион и Сильвана – объединились и восстали против тирании Космофлота. Это случилось 10 марта 2423 года – тебя ещё не было на свете, [ИмяУченика]. Вслед за ними провозгласили независимость и другие колонии в космосе и на Земле. Так народы Солсистемы начали борьбу за свободу.
Видео: картины космических битв. Сквозь черноту пространства плывут корабли, на них поворачиваются антенны и оружейные турели. Ракеты вылетают из стартовых шахт и разделяются на стройные рои снарядов. Ослепительно вспыхивает беззвучный взрыв. Корабль разлетается на раскалённые докрасна осколки.
Текст: Большинство колоний поддержало революцию. После нескольких сражений повстанцы начали брать верх.
Видео: Адонис Шастри с багровым, искажённым в бешенстве лицом колотит кулаком по столу так, что тарелки летят на пол.
ШАСТРИ (визжит): Нет! Нет! Нет! Никогда проклятым мятежникам, подлецам, предателям не увидеть моего поражения. Я уничтожу их до последнего человека! Сравняю с грунтом, распылю на атомы! Рой Светлячков! Вот какой фигурой я сделаю ход! Приказываю направить весь Рой на Фламмарион!
ОКЕЛЛО (в шоке): Но овер-коммандер, вы не можете! Рой – оружие против аквилиан. Вы не посмеете направить его на людей, на тех, кого поклялись защищать! Вы не можете изменить присяге!
ШАСТРИ: Что-о?! (Тяжело поднимаясь из-за стола). Это что, мятеж, Окелло? (Вопит в воздух): Арестовать! Расстрелять изменника!
ОКЕЛЛО (играя желваками): Есть, овер-коммандер. (Выхватывает пистолет и стреляет в Шастри).
Текст: Так погиб Адонис Шастри, непримиримый враг свободных колоний. Вскоре новый овер-коммандер Окелло заключил мир и признал независимость Марса и Луны.
Видео: Новицкий, Далтон и Вэй стоят, держась за руки, и смотрят в камеру – мужественно, устало и просветлённо.
НОВИЦКИЙ: Мы выполнили свой долг.
ВЭЙ: Мы победили.
ДАЛТОН: Теперь мы – свободный народ.
Звучит гимн.
ЧЁРНЫЙ КОРОЛЬ
11 апреля 2473 г.
Колония Эрикс, Венера
Небо в панорамном окне было огненным. Мглисто-кровавым в надире и золотым в зените – золотым сиянием сквозь прозрачно-алые слои волокнистых и перистых облаков. Окно не было настоящим – никакое стекло не выдержало бы полутора веков воздействия серной кислоты. Да и человеческий глаз увидел бы снаружи только слепящую бело-жёлтую мглу без глубины и деталей. «Окно» было на самом деле экраном во всю стену кабинета, и показывало внешний мир не в видимом свете, а в ультрафиолетовом.
Максвелл Янг, прайм-администратор Колонии Эрикс, овер-коммандер Космофлота, стоял у экрана спиной к комнате. Невысокий, слегка сутулый, с сединой в волосах, он был в простом чёрном кимоно, какие некогда носили мастера боевых искусств. Одеяние было аурой, виртуальной иллюзией. Его скромный вид был обманчив. Реалистичный просчёт и рендеринг всех этих мягких свободных складок требовал такой процессорной мощности, какой обладали только самые дорогие импланты.
– Продолжайте, – произнёс Янг глуховатым вкрадчивым голосом, не оборачивая головы к собеседнику.
Доктор Эйнар Грин, молодой человек лет сорока, заметно взволнованный важностью своего доклада, стоял посреди кабинета почти навытяжку. Его аура была официальна и проста – голову нимбом окружало белое кольцо с бегущей строкой символов его должности (главный астроном), домена (Грин) и текущего статуса (при исполнении). Нервной скороговоркой Грин продолжил:
– Итак, статистически подтверждается, что в 2471-м и 72-м годах кометная активность за снеговой линией аномально усилилась. В троянцах Юпитера и поясе кентавров наблюдаются многочисленные вспышки, недолговечные комы и хвосты. Эти события не коррелируют ни с близостью объектов к Солнцу, ни с солнечной активностью.
– Ваша интерпретация?
Грин перевёл дыхание.
– Мы видим следы производственной деятельности. Чужой деятельности, потому что человеческих баз на таком расстоянии от Солнца нет. Они что-то строят из кометного материала. Возможно, фабрики-репликаторы. Из-за выделения тепла лёд испаряется, пары образуют видимые псевдокометные формы.
Янг медленно обернулся. Его руки прятались в иллюзорных рукавах кимоно, жёлто-карие глаза из-под седоватых бровей, слегка щурясь, в упор смотрели на Грина.
– Итак, они появились?
– Да, овер-коммандер, – с неожиданной твёрдостью ответил астроном. – Они, собственно, никуда и не исчезали. Просто не были нам видны все эти шестьдесят лет. Если они используют репликаторы, то рост шёл по экспоненте, и только сейчас производство энергии перешло порог видимости.
– Рост продолжается?
– Статистика не слишком надёжна, но явного роста нет. Можно даже выделить тренд снижения, но тут уж достоверность будет совсем низкой.
– Значит, размножение репликаторов прекратилось, так?
– Ещё раз: это только гипотеза, и…
– Размножение прекратилось, – прервал его Янг. – Значит, развёртывание индустрии закончено. Теперь они строят не самих себя, а нечто другое. Оружие. Боевых роботов. Корабли десанта. Подготовка вторжения вышла на финальный отрезок. Док Грин, другие колонии это знают?
– Астрономическое сообщество, конечно, всё знает. Проблема обсуждается. Но… Астрономы других колоний в основном считают, что эта кометная активность – естественна. Что её усиление – случайная флуктуация.
– Ещё бы они считали по-другому! – Губы Янга искривились в мрачной усмешке. – Когда их главари Далтон и Вэй уже полвека уверяют Солсистему, что пришельцев больше нет, что бояться нечего! Что главная угроза – реваншисты Венеры!… Благодарю за работу, док Грин. Составьте доклад с обоснованием вашей гипотезы. Я созову межправительственную конференцию. Имейте в виду, что реакция будет крайне скептической.
– Понимаю, овер-коммандер.
– Вы готовы ответить на главный вопрос: как они выжили в Койперовской битве?
– Очевидно, перед самым столкновением они отбросили главные двигатели. Наши снаряды были нацелены на двигатели и уничтожили только их.
– А как корабли потом затормозились без двигателей?
Грин беспомощно развёл руками.
– Тут можно только гадать. Скорее всего, магнитными парашютами в облаке плазмы, которое образовалось при взрыве. Окончательно – гравитационным или атмосферным манёвром у Юпитера. Но это всё…
– Это всё только догадки. Ясно. Постарайтесь обосновать их как можно лучше. Напишите самый убедительный доклад в вашей жизни, док Грин. Задача ясна? Можете идти.
– Да, овер-коммандер. – Грин повернулся к двери, но замер в полуобороте. – Прошу прощения, но…
– Да?
– Овер-коммандер, вы действительно верите, что какой-то доклад сможет переубедить вождей Марса и Луны? Что они поверят в угрозу и согласятся… опять подчиниться?
– Да, это наивно – надеяться, что они так просто отдадут свою… независимость. – Янг будто выплюнул последнее слово. – Но когда-то же, на Старой Земле, это получилось? Индокеания, Амеропа и Пацифика объединились, чтобы создать Космофлот? Ну а если нет… – Лицо овер-коммандера напряглось. – Я готов и на силовые действия. Мы объединим колонии, хотят они этого или нет – ради их же спасения. Когда чужие вернутся – они встретят единое человечество. И возрождённый Космофлот. Идите, док Грин.
И Максвелл Янг отвернулся к пылающему небу Венеры.
