Текст книги "Скрывая ложь (ЛП)"

Автор книги: Риэнн Миллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10
О боже

Вчера вечером Гэвин встал и поставил замороженную пиццу в духовку, которую поделили на ужин. После этого мы вернулись в кровать и несколько раз занимались сексом, чтобы я могла видеть его, дотронуться до него и, самое главное… целовать его. Чего мы не занимались, так это разговорами, почему я приехала, или о том, что произошло потом.

Понимаю, откуда прошлой ночью пришел его гнев. Я увидела эту женщину в его квартире и, не задерживаясь, чтобы узнать, что на самом деле происходит, предположила худшее. Гэвин также был уверен, что если бы он не вернулся домой, я бы никогда не поверила Кирану, когда он бы стал утверждать, что женщина была здесь с ним. Эти двое очень близки, и уверена, что врать друг за друга не ниже их достоинства.

Я не закомплексована, и у меня нет проблем с доверием. Думаю, все сводится к тому, что я просто не знаю Гэвина так хорошо, как хотелось бы. Если бы знала его подольше, то, вероятно, понимала бы, что Киран иногда приводит сюда женщин, и, возможно, не спешила бы с выводами. В то же время мы не узнаем все друг о друге в одночасье, а это значит, что мне нужно дать возможность сомневаться, пока у меня не будет веской причины не делать этого.

Когда просыпаюсь, то снова оказываюсь одна в кровати Гэвина. Когда поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, то нахожу его работающим за компьютером.

– Привет.

Гэвин прекращает то, что он делает, и разворачивается ко мне.

– И тебе привет. Выспалась? ― спрашивает он, пока его жадные глаза осматривают меня с головы до пят.

– Абсолютно. Твоя кровать потрясающая.

Не задумываясь, подхожу и забираюсь к нему на колени. Мне нравится ощущение его большого твердого тела, обнимающего меня. Гэвин проводит пальцами по моим волосам, а я кладу голову ему на грудь.

– Прошлая ночь… ты был зол. Поэтому ты…

При моих словах он сразу прекращает свои движения. Я начинаю вставать, но он обнимает меня за талию, удерживая на месте.

– Кейт, прежде чем ты будешь действовать как жертва, хотел бы сказать, что никогда не планировал шлепать тебя, пока не увидел твою красивую задницу. Я думал, что быстренько шлепну тебя, как напоминание, чтобы ты никогда не убегала от меня, но заметил, как ты промокла от этого. Бл*ть, детка, после последнего шлепка ты промокла насквозь.

Я слышу, как сердце Гэвина бьется в груди, когда он поднимает руку и начинает играть с моими волосами.

– Ты собираешься поспорить, что тебе это чертовски не нравится?

Я не знаю, что ему ответить. Мне это понравилось больше, чем могла предположить, но не уверена, что готова признать это.

– Может быть, это не так уж плохо, ― говорю я после пространного вздоха, который вызвал у Гэвина смех.

Я вскакиваю с его колен и опускаюсь на стол, чтобы видеть лицо мужчины. Мне может не нравиться идея, что меня отшлепают, но импонирует мысль, что Гэвин расслабляется и остается самим собой.

Я вытряхиваю все мысли о прошлой ночи.

– На самом деле я приходила вчера, чтобы поговорить с тобой.

– О, что такое? ― небрежно спрашивает он, и его взгляд снова начинает скользить по моему телу.

– Мой отец открыл счет, чтобы оплачивать мне учебу и расходы на проживание до тех пор, как я окончу. Фактически, это единственные деньги, к которым у меня есть доступ на данный момент. У меня всегда было впечатление, что отец хранил всю сумму, которая мне понадобится для окончания учебы, но он этого не сделал. Юрист отца связался со мной, чтобы сказать, что у меня не хватает денег, но также предложил решение.

– Хорошо… что он сказал?

Задираю нос, уже ненавидя эту идею.

– Я владею десятью процентами акций компании отца. Могу продать часть или все и у меня останется более чем достаточно, чтобы заплатить за обучение.

Гэвин хмурится.

– У тебя есть доступ к акциям, но нет денег?

Я разочарованно вздыхаю, но не из-за Гэвина, а из-за ситуации.

– Да. С тех пор как я стала достаточно взрослой, мой отец говорил, что однажды «СГС» станет моей компанией. Однако он хотел, чтобы сначала я получила высшее образование. В его завещании сказано, что все его активы станут моими после того, как я закончу учебу или когда мне исполнится двадцать пять. Но он передал мне более десяти процентов акций «СГС» двадцать лет назад, когда удочерили меня. По закону эти акции стали моими, когда мне исполнилось восемнадцать.

– Сколько тебе не хватает?

Я могу сказать, что его беспокоит тон, который он использовал, что заставляет меня колебаться.

– Кейт. Сколько?

Я сглатываю.

– Пятьдесят тысяч, ― ляпаю я. Гэвин выпучивает глаза. ― Это обучение и учебники на следующие три семестра, а также проживание и питание на протяжении почти двух лет.

Мой взгляд бегает по комнате. Я чувствую себя глупо из-за необходимости оправдывать нужную мне сумму. Знаю, что это смешно, но чувствую себя так.

– По словам твоего юриста, ты можешь продать эти акции, и у тебя будет достаточно средств?

– Да, но тут есть дилемма. Если я решу продать акции конкретной компании, то смогу продать намного меньше, потому что они предлагают намного больше, чем стоимость акций, но они уже владеют акциями компании. Это означает, что у них должна быть причина, по которой они полны решимости покупать больше, верно?

Вижу еле уловимое хмурое выражение на лице Гэвина.

– Сколько акций у них сейчас?

– Кажется, он сказал, что «Джентар Груп» владеет двадцатью четырьмя процентами.

Я с ужасом наблюдаю, как Гэвин в мгновение ока переходит из обеспокоенного состояния в гнев. Его тело напрягается, желваки ходят ходуном.

– Что? ― мягко спрашиваю я.

– «Джентар Груп»? ― практически рычит он на меня.

– Да… так юрист написал мне в письме.

Гэвин оставляет меня в ожидании, пока фыркает, прежде чем, наконец, перестает двигаться и бросает бомбу.

– «Джентар Груп» – это Лита. Не знаю, владеет ли она компанией сейчас, но в любом случае ее руки довольно глубоко в их карманах.

– Лита? ― шепчу в шоке, пока холод бежит по рукам.

Как такое возможно? Во время наших обедов и походов по магазинам мы случайно говорили о «СГС», но ни разу – ни единого раза – Лита не намекала, что в настоящее время она владеет значительной долей компании. Во всяком случае, те несколько раз, когда она предлагала мне помочь, если мне нужно, были связаны с тем, что отец Гэвина знал компанию, а не о ее собственности.

Я снова смотрю на Гэвина, поскольку в моем желудке начинает образовываться кислота. Не готова признаться – по крайней мере, ему – что он может быть прав. И Лита могла все время использовать меня.

– Несколько лет назад я видел что-то с этим логотипом в ее офисе. С тех пор замечал еще несколько газет с этим же названием. Что бы ты ни делала, не продавай акции. Кому бы то ни было.

– Но…

– Нет. Я серьезно. Если Лита ищет больше акций, на это есть причина, и если ты продашь их кому-то еще, она пойдет к ним, предложит сумасшедшую сумму и они продадут их ей.

Я вообще не хотела продавать свои акции, и Гэвин, вероятно, прав, но если Лита связана с «Джентар Груп», и им нужны мои акции, то я знаю, что это еще не все.

Другая мысль вызывает у меня панику. Я должна продать эти акции, если хочу иметь возможность оплатить колледж. Моя паника не остается незамеченной Гэвином.

– Не волнуйся об этом. У меня есть немного лишних денег, которыми мы можем расплатиться за твою учебу. Если станет слишком сложно, ты переедешь сюда раньше, чем я планировал.

Мой рот открывается. Гэвин уже строил планы на то, чтобы я переехала?

– Не будь так потрясена. Сколько раз мне нужно сказать тебе, что ты для меня? Мы не так долго вместе плюс с Кэлли. Не хотел торопиться, тем более что ты еще не имела удовольствия познакомиться с Карли. Но если это то, что нужно сделать, я готов ускорить неизбежное.

Гэвин не говорит сладких слов, от чего мне стало легче. По серьезному выражению его лица могу сказать, что он имел в виду каждое сказанное слово. Если бы я знала его немного дольше, могла бы понять, почему он считает, что совместное проживание приемлемо, но на самом деле знаю Гэвина Ломана чуть больше месяца. Когда эта мысль доходит до меня, она кажется ложью. Потому что у меня складывается ощущение, что я знаю его вечность.

– Не думаю, что позволю тебе тратить на меня такие деньги. Что если…

Гэвин сокращает расстояние между нами, затем мягко кладет руки мне на лицо.

– Если бы роли поменялись местами, ты разве не предложила бы сделать то же самое?

Его темные глаза изучают мои. Хочу опровергнуть его вопрос, но он прав. Я бы сделала именно то, что он и предлагает, если бы ему понадобилась моя помощь.

– Кейт, твой отец хотел, чтобы ты закончила колледж, и уверен, что он бы не хотел, чтобы твои акции принадлежали моей матери. Если ты продашь их кому-либо, именно это и произойдет. Давай я тебе помогу. Насколько я понимаю, мы – команда, и то, что принадлежит мне, становится твоим.

Моя мама все время говорила это отцу. Маркус, мы команда. Это значит, хорошо или плохо, но мы держимся вместе. Теперь я часть своей собственной команды с человеком, который заставляет меня чувствовать нечто, о чем даже и не подозревала.

– Хорошо. Мы что-нибудь придумаем. Я заплатила за квартиру до конца следующего месяца. Это дает нам почти шесть недель…

– Я поговорю с твоим домовладельцем. Уверен, что ты подписала договор аренды. Может, он отпустит тебя, если ты съедешь до начала следующего месяца. Таким образом, у него есть шанс вдвое увеличить арендную плату за ту же квартиру. В любом случае я обо всем позабочусь.

– Ты потрясающий, ― выпаливаю я.

И он действительно такой. Гэвин от природы заботливый, несмотря на оболочку сексуального плохого парня. Однако мои слова привели его в замешательство.

– Ничего подобного. Если я правильно помню, кто-то однажды сказал мне нечто подобное. Я краснею, когда ты говоришь со мной грязно, и смущаешься, когда я делаю тебе комплимент. Мы настоящая пара, но думаю, вместе мы поможем друг другу избавиться от смущения.

Взгляд Гэвина превращается из напряженного в голодный, от чего по моему телу проходит волна похоти. Его рот быстро находит мой, и эта порция похоти превращается в полномасштабное желание.

Гэвин обвивает мою талию рукой, подтягивая задницу вверх, заставляет меня поднять ноги и обвить их вокруг него. Мы идем, но наши рты все еще прижаты друг к другу. Думаю, мы идем в спальню, но нас останавливает стук в дверь.

– Р-р-р. Уходите!

Я хихикаю над его реакцией на неожиданного гостя, но мой смех быстро утихает.

– Открой эту дверь, сейчас же, хренов ублюдок!

Хватка Гэвина сжимаются вокруг меня, и он стонет мне в шею.

– Готова познакомиться с Карли?

Карли? О боже…

Глава 11
Вокруг все темнеет

Гэвин неохотно открывает дверь, и я понимаю, что была права. Карли была той женщиной, которая изо всех сил пыталась привлечь внимание Гэвина в ту ночь в Хилле. Однако сегодня она не одета и не выглядит так привлекательно, как я помню.

– Привет, ублюдок. Ты забыл о выплате?

Злая улыбка появляется на губах Гэвина.

– Не-а. Не забыл об этом дерьме.

– Мой текущий счет говорит об обратном.

Я делаю шаг к коридору, чтобы оставить этих двоих одних, когда Гэвин протягивает руку, чтобы удержать меня на месте. Это не упустила Карли, которая повернула голову с мерзкой усмешкой в мою сторону.

– Не привыкай, сука. Он всегда возвращается ко мне. Ты всего лишь одна из многих.

Гэвин предупреждал меня, что Карли будет говорить мне ужасные вещи, но я не была готова, что ее слова пронзят мою защиту так быстро.

– Завязывай с этим дерьмом, Карли. Когда ты вчера забрала Кэлли, то сказала мне, что она не моя дочь. После твоего ухода я позвонил в банк и прекратил еженедельные автоматические платежи на твой счет. А теперь, либо Кэлли моя, и это значит, что я плачу твоей никчемной заднице алименты, и это также то, что могу не только видеть ее, когда захочу, но отвечать за все, что происходит в жизни дочери. Либо я не ее отец, как ты вчера мило сказала при ней. Ты не можешь иметь оба варианта.

От уродливого выражения лица Карли по моей спине пробегает дрожь. Я не могу понять, что Гэвин когда-то в ней нашел.

– Как и сказала тебе вчера, избавься от своей шлюхи, потом можешь видеть Кэлли, когда захочешь, – я в шоке втягиваю воздух, обращая внимание на ненавидящее выражение лица Карли. ― Верно, ты…

– Достаточно. Карли, как я сказал тебе вчера, ты не имеешь еб*нного права указывать мне, как жить свою жизнь.

– Тогда какого хрена ты лезешь в мою? ― орет она в ответ.

Гэвин выглядит переполненным злостью. Этот мужчина определенно не из тех, с кем мне хотелось бы связываться прямо сейчас. И когда он говорит, его тон резче, чем я когда-либо слышала раньше.

– Мне плевать, что ты делаешь со своей жалкой жизнью, если она не касается моей дочери. Но ты отдаешь ее незнакомцам и водишь к наркодилерам, с которыми, черт возьми, у меня проблемы.

Карли машет руками, пока отвечает Гэвину.

– В самом деле? Бога ради, ты владеешь нелегальным бойцовским клубом. Перестань вести себя так, будто ты лучше всех остальных, потому что это не так.

Грудь Гэвина вздымается, когда он понимает ее комментарий.

– Нет, Карли… Я занимаюсь бизнесом. Успешным бизнесом. У меня стабильный доход и дом, и если ты хоть на секунду полагаешь, что судья не увидит, что я больше подхожу для Кэлли, то ты чокнулась.

Карли неуклюже и нерешительно отвечает.

– Ты… ты думаешь, судья заберет ее у матери и просто отдаст какому-то парню?

Я задыхаюсь, когда Гэвин снова говорит.

– Думаешь, что хочешь это выяснить? Ну, подумай еще раз. Я производил еженедельные выплаты алиментов, которые автоматически переводятся с моего счета на твой. Я удостоверился, что у меня есть доказательства каждого цента, который заплатила тебе именно по этой причине. Если ты хотя бы попытаешься доказать, что я не ее биологический отец, то подам в суд за выплату каждого пенни, который тебе заплатил.

Карли меняет тактику, обращаясь ко мне.

– Это то, что ты хочешь? Встать между отцом и его ребенком?

– Не смей говорить так, будто это как-то связано с Кейт. Ты была бездушной матерью с того дня, как Кэлли родилась, и, к сожалению, мне потребовалось много времени, чтобы наконец перестать мириться с твоим дерьмом.

Я тихонько стою рядом с Гэвином, а они продолжают смотреть друг на друга. Карли ломается первой.

– Я ее мать. Не эта шлюха. Тебе лучше это запомнить.

Руки Карли трясутся, и она, кажется, расстроена тем, что Гэвин не поддался ее угрозам.

– Тогда, может быть, тебе стоит начать так себя вести.

Карли раздраженно фыркает, но, к счастью, поворачивается и выходит, хлопнув дверью.

Гэвин стоит на полпути между мной и дверным проемом, спиной ко мне. Мне не нужно видеть его лицо, чтобы понять, насколько он расстроен. Моя естественная реакция – оставить его в покое, особенно когда мужчина злится, но я знаю, что расстроен он не из-за меня, что придает мне смелости подойти к нему сзади и обнять за талию. Сжимая его, чувствую, как напряжение в мышцах Гэвина уходит.

– Прости меня. Прошу тебя, не слушай, что она говорит, ― слышу я, когда он начинает говорить с болью в голосе.

– Не буду. Обещаю.

Я хочу спросить его, что, черт возьми, он в ней нашел, но понимаю, что сейчас не время.

– Когда ты увидишься с Кэлли теперь?

– Прямо сейчас, я них*я не знаю. Я должен быть с ней через выходные и две ночи в неделю, но в последнее время дочь у меня, когда Карли развлекается. Излишне говорить, что у меня она была больше, чем запланировано, но это не стоит того, чтобы спорить с Карли. Не до тех пор, пока она дает мне Кэлли, когда уходит. Что, опять же, часто случалось в последнее время.

«Я разбирался с кое-каким дерьмом, которое происходит в моей жизни. Черт, я не хотел тебя обидеть».

Так он сказал в тот вечер, когда увидел меня на свидании с Девоном. Он заботился о Кэлли и защищал меня и дочь от гнева Карли.

– Я выдержу Карли. И до тех пор, пока мы честны друг с другом, все будет хорошо.

Гэвин поворачивается и смотрит мне в лицо.

– В последнее время Кэлли много была со мной, и если ты… твой переезд сюда повлияет на тебя… и на нас тоже.

Черт побери, он, кажется, решил, что перееду к нему, а я не уверена, что это хорошая идея.

– Понимаю. И единственное влияние, которое это окажет на нас, будет положительным. Я люблю детей, а Кэлли очаровательна и, что более важно, ты ей нужен. Без тебя в ее жизни одному Богу известно, что уже могло с ней случиться.

Глаза Гэвина закрываются от боли. Без сомнения, это его самый большой страх.

– Теперь мы команда, помнишь? Вместе мы позаботимся, чтобы у Кэлли всегда было безопасное место.

Когда глаза Гэвина открываются, клянусь, я вижу в них сияющую любовь. Любовь к Кэлли, или, может быть, если мне повезет, любовь к нам обеим.

***

– Лита?

Я ушла от Гэвина, чтобы вернуться в свою квартиру с мыслью, что начну упаковывать свои вещи. Гэвин настаивает, чтобы я переехала, и знаю, что это не полностью из-за моей финансовой ситуации, но пока согласна с этим. Чего я не ожидала, особенно после того, как узнала о Лите и ее возможной связи с «Джентар Груп», так это увидеть женщину здесь, ожидающую меня.

– Дорогая, я думала, что заеду и посмотрю твою новую квартиру.

Я внимательно слежу за ней в поисках каких-либо признаков того, что она злая мать, какой выставляет ее Гэвин, но все, что вижу – это та же женщина, которая была ко мне только добра.

– О, Боже. Я должна была пригласить вас к этому моменту. Извиняюсь. Да, пожалуйста, проходите.

Лита улыбается, обнимая меня за талию, когда мы идем внутрь.

– В моем доме без тебя было ужасно одиноко. Я хотела, чтобы ты… ― Лита замолкает, глядя на мою маленькую и, вероятно, дрянную по ее меркам квартиру.

– О, вау. Это… я имею в виду, ― она вздергивает нос и фальшиво улыбается мне. ― Это место очень приятное.

Я разражаюсь смехом, что, в свою очередь, заставляет Литу расслабиться.

– Знаю, что это место оставляет желать лучшего, но я хочу самостоятельной жизни.

– Понимаю. Я просто скучаю по тебе, вот и все.

Я слышу предупреждение Гэвина в своей голове. Либо Лита лжет мне, либо она невероятно одинокая женщина, потому что я не проводила с ней так много времени, чтобы она скучала по мне. С другой стороны, она не общается со своими детьми, так что, возможно, ей действительно нравилось, что я была рядом.

– Ты в порядке? Я имею в виду учебу, друзей, деньги и тому подобное?

Я хочу спросить ее, действительно ли она владеет акциями компании моего отца, но в то же время не уверена, что хочу знать ответ. Если да, и она никогда мне не рассказывала, то, возможно, мнение Гэвина о ней недалеко от истины. А если нет, то Гэвин будет выглядеть сумасшедшим, потому что она спросит, откуда у меня эта информация.

– Все отлично. Нет проблем, о которых можно было бы говорить.

Лита выдерживает мой взгляд, будто она не ожидала моего ответа или ждет, что я скажу еще что-нибудь.

– Как грубо с моей стороны. Не хотите чего-нибудь выпить? Поесть?

Лита медленно облизывает губы, затем отрицательно качает головой.

– Мне нужно идти, дорогая. Сегодня у меня деловой ужин, и я не могу пойти в этой одежде. Но мы должны снова увидеться. Обед, шоппинг, все, что хочешь, милая.

Лита одета с иголочки и легко может пойти прямо на деловой ужин, поэтому, полагаю, она ищет повод уйти.

– Обед звучит прекрасно, ― добавляю я, провожая ее к двери.

Лита сжимает мою руку.

– Звони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Мне не нравится идея, что остаешься совсем одна, но если счастлива ты, то счастлива и я. Это не значит, что тут же не примчусь, если тебе понадоблюсь.

У меня начинаются спазмы. Я либо позволяю мнению Гэвина о Лите повлиять на меня, либо Лита просто притворяется со мной. Высота ее голоса стала другой. То, как ее глаза скользнули по моему лицу, и почти кислое выражение лица, когда она сказала, что тут же будет здесь – это все, чего она никогда не делала, когда говорила со мной раньше.

– Спасибо, Лита, ― едва говорю я, прежде чем она поворачивается и уходит, полностью сбивая меня с толку.

***

На прошлой неделе я проводила больше времени у Гэвина, чем в собственной квартире. Сегодня был мой первый свободный день, когда я действительно собирала вещи без помощи Гэвина, а иногда и Кирана. После нескольких часов работы ложусь, чтобы немного вздремнуть, но через несколько часов меня будит стук в дверь. Я сажусь, когда слышу еще один сильный стук.

– Иду, ― кричу я, направляясь к двери.

Я быстро смотрю в глазок, но там никого нет. Медленно открываю дверь, оставляя цепочку, но снова никого не вижу. Собираясь закрыть дверь, я замечаю конверт, лежащий на земле прямо перед моей дверью.

Мое тело мгновенно напрягается. На мгновение я думаю, чтобы позвонить Гэвину, но слышала, как он сказал Кирану, что отстает на работе из-за того, что Кэлли все время находится рядом. Снова смотрю в глазок и жду несколько секунд, проверяя, нет ли движения. Когда ничего не происходит, быстро открываю дверь на достаточно долгое время, чтобы взять конверт и захлопываю ее, чтобы снова запереть.

Затем смотрю на конверт, будто что-то может выскочить и укусить меня, когда в голову приходит мысль. Это могло быть письмо, которое Нед нашел в офисе моего отца. Разрушая свои страхи, я разрываю его. Внутри белый листок бумаги с чем-то напечатанным и вырезка из старой газеты. В записке говорится: «Скрывай ложь, маленькая малышка с изумрудными глазами, но каждая правда имеет свою цену».

Это второй раз, когда кто-то изо всех сил пытается сказать мне практически тоже самое, но на этот раз от этого у меня бегают мурашки по коже. Это никоим образом не от Неда, не говоря уже о том, что он бы адресовал это письмо мне.

Я кладу записку на стол и смотрю на вырезку из старой газеты. Цвет бумаги блеклый и размытый, но я все еще могу прочитать статью о ребенке, который был похищен в торговом центре где-то в Миссури. Просматриваю статью, но понятия не имею, зачем мне это прислали. Этого ребенка похитили через несколько недель после моего рождения. Кто-то пытается меня напугать, но почему? Как мои глаза связаны с этой газетной статьей?

Я снова просматриваю оба листка бумаги, но не могу придумать никаких идей. Когда в последний раз кто-то оставил мне записку, я неделями была на взводе. Люди имеют власть над вами, только если вы им позволяете, но на этот раз я не собираюсь этого делать. Кладу бумагу и газету обратно в конверт и откладываю его в сторону, после чего возвращаюсь к упаковке.

***

Гэвин дал мне ключ от своей квартиры, поэтому я просто вхожу. Он сказал мне, что сегодня вечером будет работать допоздна, поэтому, когда я слышу голоса из коридора, останавливаюсь и прислушиваюсь, чтобы узнать, кто здесь. Через несколько секунд я различаю голос Кирана и сразу же начинаю паниковать, думая, что он притащил очередную пассию в квартиру Гэвина, пока не слышу милейшее хихиканье. Я видела Кэлли всего несколько раз, но она уже заняла место в моем сердце. Иду в ее комнату, чтобы сообщить им обоим, что я здесь, и как только замечаю Кирана, разражаюсь смехом.

Как я и представляла, он одет так же, как Кэлли нарядила Гэвина на чаепитие. Услышав мой смех, Киран поворачивается и одаривает меня недобрым взглядом.

– Да, да, да, смейся, пока можешь, ― практически насмехается он надо мной.

– Что смешного, Кейт?

Судя по всему, сегодня салонный день, а не день чаепития, потому что Кэлли сейчас красит ногти Киран в темный оттенок розового. И если не ошибаюсь, она использует лак для ногтей куклы Барби.

– Ничего, милая. Я не знала, что ты такая талантливая.

Лицо Кэлли светится от моего комплимента. Она много времени работает над Кираном. У него заколки в его довольно коротких волосах, тиара на голове, клипсы, прикрепленные к ушам, и невероятное количество ожерелий на шее.

Прежде чем Киран успевает сказать мне, чтобы я шла к черту, дверь квартиры открывается и закрывается, и через несколько секунд Гэвин оказывается рядом со мной.

– Извини чувак. Я думал, что звонок завершится быстрее.

Все время, пока Гэвин говорил, он боролся с улыбкой. Очевидно, мужчина больше привык находить Кирана таким, чем я.

– Ну, маленькая леди, у меня свидание. Если я пойду вот так, это убьет мою уличную репутацию. Так что, как бы мне ни было больно делать это, я должен переодеться, ― говорит Киран Кэлли, быстро сбрасывая все, что она на него нацепила.

– Все в порядке. Папа дома, и он следующий, ― говорю я сквозь смех.

Правильно это или нет, но эта маленькая девочка знает, как убедить мужчин в ее жизни делать то, в чем они никогда не признаются.

– Извини, детка, мой черед не сегодня. Как насчет того, чтобы заказать пиццу в ресторане через дорогу на ужин?

Кэлли начала было ныть, пока не услышала планы Гэвина на ужин, затем сразу же оживилась.

– Ура! Мы можем посмотреть «Холодное сердце» с Кейт снова?

Лично мне фильм показался милым, но Гэвин с Кираном стонут. Что касается каждого из них, то они посмотрели фильм примерно в сто раз больше.

– Да, но только если ты быстро сходишь в душ.

Я щурюсь. Ванна перед пиццей? Думаю, это мог бы предложить только отец, но я должна вставить свои два цента.

– Что ж, как бы мне ни были грустно, что я пропускаю «Холодное сердце», у меня планы, которые мне нужно реализовать.

Гэвин поднимает взгляд к Кирану.

– Спасибо, чувак, что помог мне.

– Без проблем.

Гэвин исчезает в ванной комнате, и я слышу, как течет вода в ванну для Кэлли.

– Хорошо, пицца должна быть готова через десять минут, так что, Кэлли, не засиживайся, если хочешь съесть пиццу, пока она теплая.

Почему-то внезапно чувствую себя посторонней. Гэвину нужен был кто-то, чтобы присмотреть за Кэлли, и вместо того, чтобы попросить меня, он позвал Кирана, что имеет смысл. В то же время он утверждает, что доверяет мне ее, так почему бы ему не попросить меня, особенно зная, что я приеду сюда сегодня?

– Ты не присмотришь за ней, пока я схожу за пиццей?

Сама того не желая, я хмурюсь, когда обдумываю вопрос Гэвина. Не думаю, что ему по-настоящему комфортно оставлять дочь со мной наедине.

– Я схожу за пиццей. Оставайся здесь на случай, если ты ей понадобишься. Во всяком случае, у меня нет опыта купания четырехлетних детей.

Мой комментарий был призван облегчить его беспокойство по поводу того, что я здесь с ней наедине, но вместо этого мужчина одарил меня странным, почти разочарованным взглядом.

– Эм, хорошо. Вот, – Гэвин сует мне в руки пару двадцаток, полагаю, чтобы заплатить за обед. – Это место находится прямо через дорогу, ты не пропустишь его.

Хотела бы я знать, о чем он думает прямо сейчас. Его челюсти стиснуты, и, хотя тон его мягкий, думаю, он заставлял себя говорить так спокойно. Я жду секунду, и вместо того, чтобы сказать что-нибудь еще, Гэвин поворачивается и идет обратно в ванную.

Понятия не имею, что только что произошло между нами, но мне неприятно. Нет, во всяком случае, я думаю, что провалила какой-то тест от Гэвина, и не понимаю, что сказала не так.

С деньгами Гэвина в руках направляюсь к пиццерии. Мой разум настолько занят анализом последних нескольких слов, которые мы сказали друг другу, что я не заметила черную машину, которая появляется из ниоткуда, пока не становится слишком поздно. Я слышу чей-то крик, потом чувствую боль, охватывающую мое тело и наконец, вокруг все темнеет.