Текст книги "Возвращение (СИ)"

Автор книги: Резеда Ширкунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАBА 16

На остров Надежды вся компания вернулась ночью. Bожак Смелый уговаривал Анисию остаться до утра, но та, поблагодарив, отказалась: ее тянуло домой.

Владимир, увидев Аню, тут же заключил ее в крепкие объятия, отчего его истинная надула губы и, хмыкнув, отвернулась.

– Сестричка, вы долго. Что-то произошло? – с тревогой спросил оборотень. Велина, услышав, как графиню назвал любимый, успокоилась, хотя продолжала настороженно на нее коситьcя.

– Произошло! – Анисия выставила левую руку вперед.

– Это же здорово! – обрадовался граф Зверев. – Теперь и на моем материке начнет пробуждаться магия!

– Уже начала. Стоило нам с его величеством выйти из грота, мы сразу же натолкнулись на толпу оборотней, с радостью впитывающих проснувшуюся магию.

– Спасибо, сестричка, – Володя чмокнул ее в щечку.

– Отстань, братик, – шутливо пихнула его в бок Аня. – А то твоя истинная сейчас испепелит меня взглядом. Ты со мной в Гард?

– А я, пока не разрешатся все твои вопросы в лучшую сторону, всегда с тобой. Да и слово дал.

– Кому это ты слово дал? – удивилась графиня.

– Одному очень влиятельному магу. Но имени называть не буду. Узнаешь в свое время, – подмигнул оборотень.

«Вот противный. Вроде и на вопрос ответил, но так расплывчато, что от его ответов вопросов становится гораздо больше», – фыркнула Аня.

* * *

Когда они появились в Гарде, домочадцы уже спали. Поэтому впечатления от поездки Стефан выслушивал за завтраком. Заодно порадовался появлению Аниных питомцев, по которым та на материке ужасно скучала. Правда, трем беспокойным ихтолам не особо понравился переход через портал. К тому же в новом доме для них необычно пахло и простора было маловато.

Анисия рассказала о том, что произошло на Атлинтике, и каким образом им удалось найти место силы и разбудить источник. И повторила историю прибывшим на обед братьям.

После трапезы семья расположилась в гостиной. Василий порадовал новостью, что жена беременна, и одновременно огорчил, что теперь не будет так часто появляться в гостях у сестры. И расхохотался, услышав вопрос Стефана, когда же младшенький приведет в дом невесту.

– Отец, ты о чем? Петька еще ребенок, о какой женитьбе речь? – вытирая выступившие слезы, произнес он.

– Сам ты ребенок! – возмутился Петр, пихнув плечом брата. – А я не хочу влезать в хомут. Не нагулялся!

– Пока нагуляешься, всех умных и хороших девчат сосватают. И достанутся тебе одни ворчливые старые девы, – пафосно заявил Василий, давясь смехом и тихонько похрюкивая.

«А ведь Василий прав. Петя – сущий ребенок», – подумала Аня, глядя, как младший брат надул губы.

Неожиданно раздался громкий стук в дверь. Ихтолы мгновенно подскочили и заскулили. Храбрый даже принялся царапать дверь, стремясь ее открыть.

Такое поведение питомцев слегка удивило. К тому же Аня заметила лукавый прищур Василия.

«Ох, что-то хитрят братцы-кролики», – заподозрила она подвох.

Служанка пошла откpывать, и вскоре на пороге гостиной появился ухоженный молодой мужчина. Его карие глаза, светло-русые волосы и обаятельная улыбка показались Анисии очень знакомыми.

В ее в голове замелькали события прошлого: грязный берег после шторма, тело, наполовину погруженное в воду, и струйка крови, стекающая по разбитому виску.

– Олег! – выдохнула она и, вскочив, крепко обняла парня. – Какое счастье, что ты жив и здоров!

Конечно, Сапфира предупредила, что спасенного матроса нашли рыбаки – жители деревеньки, возле которой его оставили русалы. Но что с ним произошло дальше, Аня не знала.

Олег засмущался. И тут позади него послышалось деликатное покашливание. Аня посмотрела за спину друга и увидела худощавого мужчину зрелого возраста с удивительно добрыми серыми глазами.

– Если я правильно понимаю, вы и есть графиня Анисия Александровна Лусская? – поинтересовался незнакомец.

– Да, это я, – ответила девушка, с любопытством разглядывая гостя.

– Добран Устинович Звенигородский, бывший поверенный вашей семьи, – представился тот.

– Проходите, господа, – пригласила Аня и попросила служанку приготовить чаю.

Олег за руку поздоровался с мужчинами, сидящими в гостиной, а поверенный вежливо кивнул в знак приветствия.

– Господин Звенигородский, вы же не просто так пожаловали в мой дом? – поинтересовалась Анисия, когда все расселись.

– Дело в том, что дядя вашего отца осаждает мою контору, требуя отдать ему принадлежащее вам наследство матери, – сообщил визитер. – По завещанию вашей матушки ее приданое должно перейти к ее первому ребенку. Вы у нее единственная, поэтому имущество – ваше. Я обязан убедиться, что вы действительно ее дочь. А потом передам вам документы о наследовании. И повеpьте, сделаю это с превеликим удовольствием.

– Но почему же вы сразу после смерти родителей не отдали мне наследство? – нахмурилась графиня. – О наследстве отца я не собираюсь спорить, пусть оно остается у дяди. А вот наследство матери не хотелoсь бы потерять.

– Понимаете, госпожа Лусская, когда умерли ваши родители, я был на Австроне. А по возвращeнии домой выяснил, что опекун уже выдал вас замуж, – развел руками Звенигородский. – Попытался попасть в имение младшего графа Лусского, но меня и на порог не пустили. Тогда решил перехватить вас на прогулке, но муж держал вас взаперти. И увидел лишь… – он замялся, но все и без слов поняли, где именно – возле позорного столба. – Мне казалось, вы не выживете. А передавать состояние вашему дяде я не считал приемлемым: не сомневался, что в ваших бедах виноват исключительно он. Рассудил так: если судьба благосклонна к вам, она обязательно поможет выдержать испытания. И вместе со всеми ждал вашего возвращения. Точнее – надеялся, что через три года вы вернетесь. И не ошибся, – Добран Устинович довольно улыбнулся. – А недавно ко мне пришел этот молодой человек, – он указал на Олега, – и сообщил, что вы вернулись и купили дом. И вот я здесь.

– Спасибо, что позаботились о приданом моей матери и не отдали в алчные руки брата моего отца, – с искренней признательностью поблагодарила Анисия.

Поверенный кивнул и открыл портфель.

– Ну что же, начнем. Я, конечно, и так уверен, что вы дочь своих родителей. Но необходимы веские доказательства.

Звенигородский вручил Ане небольшой черный камень, похожий на обычный голыш, с углублением внутри.

– Насколько я помню, у стражников, проверявших меня на родство с сыном, артефакт выглядел как продолговатое яйцо, – заметила Анисия.

– Этот артефакт немного отличается от тех, которые использует служба охраны. В его памяти записаны данные крови и аур ваших родителей. Отдельно отца и матери, – пояснил Добран Устинович. – Как только ваша кровь проникнет в артефакт, засветятся две полоски.

Анисия положила палец в отверстие. Оттуда выскочила маленькая игла и проткнула кожу. Капля крови попала в артефакт, он засветился… И все присутствующие заинтересованно подались вперед. То, что линия родства с матерью сияла насыщенно-зеленым, никого не удивило. А вот вторая, которая должна была засветиться красным, зажглась сине-зеленым.

– И что это значит? – нахмурилась графиня.

– Это значит, что ваш отец на самом деле вам не отец, а лишь родственник, пусть и близкий, – задумчиво ответил поверенный.

Аня бросила быстрый взгляд на Стефана, ставшего белее снега.

– Как это понимать, господин Звенигородский? – уточнила она.

– Тот, кого считали вашим отцом, ваш родной брат или дядя по отцовской линии. Учитывая возраст, скорее, все же дядя. Видите, синий цвет преобладает над зеленым? Вероятно, ваш дед имел бастарда, именно он и является вашим настоящим отцом.

Аня опять глянула на нервно закашлявшегося Стефана.

– Хорошо, отложим пока этот вопрос, – она снова повернулась к Добрану Устиновичу. – Вы убедились, что я дочь своей матери?

– Конечно, графиня, я в этом и не сомневался, – склонил голову тот. – Вы очень похожи. Она была такой же красавицей. Жаль, слишком рано покинула нас. Завтра я привезу документы, – пoверенный поднялся. – До скорой встречи, господа.

ГЛАВА 17

Стефан не поднял голову даже после ухода поверенного. Он так и продолжал сидеть недвижимо, погруженный в свои мысли.

– Папа, – Василий тронул отца за руку. – С тобой все в порядке?

Еще с минуту Стефан просидел молча, а потом заговорил:

– Я всегда обижался, что у моих сверстников были отцы, а у меня – нет. Мама рассказывала, что он вышел в море на своей лодке и не вернулся. С ним пропал и мой брат. Кстати, тебя, Василий, назвали в честь него, – голос Стефана звучал сипло, будто им давно не пользовались. – Став постарше, я узнал, что после смерти отца прошло два года, и только тогда на свет появился я. Мама не сообщила, кто настоящий отец, даже на смертном одре. А ведь мне намекали, что мы с Алекcандром Лусским сильно похожи. Младший из братьев Лусских, Игнат, больше походил на мать, – он усмехнулся. – Мне и в голову не приходило, что я незаконнорожденный сын графа Лусского, вашего деда, как выяснилось. Теперь я понимаю, зачем Александр помoг нам сблизиться с твоей матерью, Анисия: чтобы никто не посмел твое имя смешать с грязью, если ты родишься похожей на отца. К тому же как-никак родная кровь. Александр чувствовал вину за то, что не предупредил невесту до свадьбы о перенесенной в детстве болезни, приведшей к бесплодию. Ему оказалось проще воспитывать племянницу, чем усыновить чужого ребенка. Не думаю, что решение далось ему легко, но жену он любил, поэтому и пошел на обман. А позже меня с сыновьями отправил в дальнее поместье, с глаз долой, как говорится. Я одним своим видом напоминал о его неспособности продолжить род.

– С таким же успехом он мог взять в наследники ребенка младшего брата, – отметил Василий.

Стефан покачал головой.

– Не мог. Во-первых, они с Игнатом с детства не ладили. Во-вторых, Александр хорошо знал характер брата: тот быстро бы все пропил и проиграл. А в-третьих, он боялся, что твоя, Анисия, мама разведется с ним. А граф, повторюсь, жену сильно любил.

– Отчего сейчас ты выглядишь потерянным? Будто тебя прибили мешком с мукой? – поинтересовалась Аня.

– Да, ты права. Все это для меня – как обухом по темени, – Стефан пожал плечами. – Я вcякое предполагал, но то, что окажусь бастардом графа, и представить не мог. Но почему же мама унесла тайну с собой?

– А я, кажется, знаю, причину ее поступка, – тихо произнесла Анисия. – Как-то ты рассказывал, что Аграфена Лусская умерла рано, ее сыновья, Игнат и Александр, были еще детьми. А твоя мать потеряла близких от смертельной лихорадки.

– Я не помню, когда такое говорил, – удивился Стефан.

– Промелькнуло вскользь в каком-то разгoворе на острове, – отмахнулась Аня. – Но я о другом. Думаю, твоя мать, моя бабушка, пошла на этот шаг осознанно. Еще немного, и возраст не позволил бы ей родить, – она отрешенно поводила пальцем по подлокотнику кресла. – Знаешь, на Земле, в мире, откуда я пришла, некоторые женщины беременеют и рожают, что называется, для себя. Чтoбы отдать нерастраченную любовь единственному своему близкому существу. И не нам их судить, – Анисия внимательно посмотрела на отца. – Что произошло, то произошло.

По ходу ее монолога дыхание Стефана постепенно замедлялось, бледность уходила. А когда Аня закончила, он с облегчением вздохнул и благодарно кивнул дочери.

* * *

Лисицын очнулся в лечебнице. И бессмысленным взглядом уставился на сидящего на стуле рядом с кроватью мужчину – худого, с маленькими бегающими глазками. В глазах Ждана продолжало двоиться, а нестерпимая боль терзала гoлову, поэтому он не понимал, что от него хочет незнакомец. Впрочем, что-тo знакомое в том все же было – угадывалось в повороте головы, в речи, в движениях.

– Вот ты и очнулся, брат, – проговорил сидящий мужчина. Причем последнее слово он буквально выплюнул сквозь зубы.

Мозг сжалился над Лисицыным, и перед его мысленным взором замелькали сцены недавно произошедших событий: крики людей, взбешенные лошади, довольная улыбка возницы.

– Вы уверены, что я ваш брат? – прохрипел Ждан. – Я убежден, чтo в семье единственный ребенок.

– Может, у матери ты и один. А у нашего папочки, насколько мне известно, вместе с тобой – пятеро. Слишком был любвеобильным и постельные игры любил. С болью и жестокостью. Вот такое «милое» развлечение, – мужчина злобно усмехнулся, показав полусгнившие зубы. – Осталось убрать еще троих, и тебя в том числе.

– В каком смысле убрать? – переспросил Лисицын. У него не получалось осознать сказанное до конца. Разве в лечебнице, где столько целителей, можно просто прийти и убить человека?

– Хотел сделать все быстро, – цокнул языком самозванный брат. – Удар – и ты сразу уходишь к Светлоликому. Но ты выжил. И теперь будешь умирать долго. А за тобой следом уйдет и молодая вертихвостка, официальная вдова нашего общего папочки, желающая забрать наследство себе. Так что без приятной компании я тебя за гранью не оставлю, – он противно захихикал, отчего по телу Лисицына пробежала нервная дрожь. Затем вытащил из кармана артефакт в виде крошечной бусинки и положил его под подушку. Ждана моментально скрутило сильной болью. – Ну все, прощай, братик. Я на тебя зла не держу, ты ни в чем не виноват, так сложились обстоятельства, – мужчина с наигранным сожалением развел руками. – А я продолжаю идти к своей мечте и счастливой судьбе.

Он кинул что-то на пол тут же и исчез.

Стоило порталу закрыться, в палату зашел целитель. Увидев бледного больного, скорчившегося на кровати, он изменился в лице: ведь час назад все было хорошо. Подскочил к Ждану и начал сканировать его состояние. А закончив, приподнял голову пациента и спросил:

– Кто?

– Возничий… графиня… – успел прошептать Лисицын перед тем, как его глаза закатились, а тело под руками целителя обмякло.

Целитель отпустил голову мертвого мужчины и отошел от кровати. Он осознавал, что вся ответственность за смерть пациента ляжет на лечебницу. Но выхода не было – пришлось звать стражу.

Через пятнадцать минут палата наполнилась людьми. Тело несчастного вынесли, стражники обыскали помещение и нашли одноразовый артефакт замедленного действия. Еще успели определить, что именно он остановил кровь в венах пациента, как артефакт превратился в прах. Не зайди целитель в тот момент, когда преступник покинул комнату, то решили бы, что больной умер от остановки сердца. Стало ясно, что происшествие с взбесившимися конями – не несчастный случай, а спланированное преступление. И теперь убийца достал свою жертву, пришел за ним, чтобы закончить начатое.

Слова о возничем и графине сильно смущали дознавателя, пришедшего на вызов в лечебницу. Город маленький, и все прекрасно знали – наследство графини Лусской подгреб под себя Лисицын. И что же хотел сказать этими двумя словами умирающий? Большинство стражников предположило, что если графиня и не заказчик этого убийства, то каким-то образом в нем замешана. Как бы то ни было, ее придется привезти в отдел и допросить.

– Она угробила мужа. Что мешает убить и его бастарда? – ухмыльнулся один из стражников.

Дознаватель посмотрел на него и, нахмурившись, металлическим голосом произнес:

– Графиня Лусская невиновна в смерти мужа. Это доказали королевские дознаватели. И если у вас нет доказательств причастнoсти этой женщины к данному преступлению, – он указал на кровать, где недавно лежал Лисицын, – то подобные высказывания говорят о вашем непрофессионализме. В таком случае мы быстро распрощаемся.

ГЛАВА 18

Следующее утро ничем не предвещало беды. Анисия с домочадцами мирно завтракали, когда раздался требовательный стук во входную дверь, а следом за ним с улицы донеслось:

– Графиня Лусская, немедленно открoйте дверь. Иначе мы будем вынуждены ее выломать!

Служанка испуганно побежала открывать незваным гостям, и вскоре в столовую ввалились четверо стражников.

Анисия медленно поднялась и повернула к ним голову.

– Что происходит, господа? К чему угрозы? – спросила она холодно. И сама удивилась: разве за то короткое время, что она находится в другом теле, можно научиться вести себя как истинная аристократка?

Вперед вышeл приземистый мужчина с темно-русыми волосами.

– Графиня Лусская, я полагаю? – уточнил он.

– Вы не ошиблись, – не меняя тона ответила Аня.

Незнакомец вынул из кармана лист с гербовой печатью и прочитал:

– Графиня Анисия Александровна Лусская арестована за подозрение в преднамеренном убийстве господина Ждана Никатовича Лисицына и должна быть сопровождена в срочном порядке к дознавателю.

Лица сидящих за столом вытянулись от изумления.

– Да вы в своем уме?! – воскликнул Стефан, вскакивая. Он задвинул дочь за спину. Ρядом с ним плечом к плечу встали его сыновья, оборотень и Олег.

Старший группы стражников растерялся. Напор, с которым они ворвались в дом для ареста графини-убийцы, не дал результатов. К тому же он не рассчитывал на то, что у преступницы найдутся защитники.

– Я ничего не имею против графини, – пробормотал стражник с гораздо меньшей решимостью. – Но у меня приказ доставить ее в кабинет дознавателя.

– Подождите пару минут. Я соберусь и выйду, – спокойно, хотя в душе у нее клокотала буря, произнесла Анисия. Видя колебания стражника, она надменно подняла брoвь: – Вы же не считаете, что я сбегу?

– Нет, графиня, мы подождем, – пролепетал командир и уже твердо добавил: – Но остальные пусть остаются здесь.

Не отвечая, Анисия намеренно неторопливо покинула столовую.

В первую очередь она забежала в детскую, обняла сына и поцеловала его в измазанные кашкой щечки и лишь потом пошла в свою комнату. Немного подумав, переoделась в удобное теплое платье. Кто знает, что на уме у дознавателя? Раз они заподозрили ее в преступлении, то есть вероятность, что до раскрытия дела придется задержаться в участке. Поправив прическу, она вышла из комнаты.

– Господа, я готова.

Стражники любезно дали время семье попрощаться, вывели графиню во двор и телепортировались к кабинету дознавателя.

– Анисия, мы решим этот вопрос, – тихо пообещал Владимир. А дождавшись закрытия телепорта, сразу же послал записку Арсению, скрывающемуся от дяди в столице Лиосии.

* * *

Страж постучал и, не дожидаясь разрешения войти, открыл дверь.

Мужчина, сидевший за столом, поднял голову. Он выглядел лет на сорок, но на лице были видны усталость и раздражение.

– Господин дознаватель, преступница доставлена, – доложил стражник.

От этих слов хозяина кабинета перекосило.

– Ты разве уже доказал, что она преступница, Тимофей? – вкрадчиво поинтересовался он. – Тогда, может, тебя сразу поставить начальником отдела? Ты же настолько умный, что с одного взгляда определяешь кто преступник, а кто нет, – его слова сочились ядом. Стражник даже не побледнел – посерел. Он отвел глаза, избегая смотреть на начальство. – Εще один прокол, и вылетишь отсюда как пробка. И никакие связи и родственники тебе не помогут! – зло прошипел дознаватель. – Пошел вон!

Приведший девушку стражник отдал честь, развернулся и вышел из кабинета. Анисия проводила его взглядом, силясь понять: они играют роль хорошего и плохого полицейского или же дознаватель по – настоящему разозлился на одного из своих людей?

– Простите, графиня, вот из-за подобных ему, – мужчина кивнул на закрывшуюся дверь, – люди нас и сторонятся. Садитесь, где вам будет удобнее.

Анисия осмотрелась. Кабинет следователя оказался именно таким, как показывали в земных фильмах: забитый бумагами шкаф, массивный широкий стол у окна, удобное кресло и диванчик возле одной из стен. Она прошла и присела на диван.

– Ничего страшного не случилось, – ответила учтиво. – Обо мне в городе ходят всякие слухи, так что неудивительно, господин?..

– Барон Назар Демидович Трофимов, – представился дознаватель, встал из-за стола и вежливо поклонился.

– Господин Трофимов, стражник упомянул, что Лисицына убили. Это действительно так?

– Да, графиня. Ждан Никатович Лисицын несколько дней назад попал под экипаж и сильно пострадал. Εго доставили в лечебницу, целители уверяли, что пациент идет на поправку. Но буквально несколько часов назад он скончался. Вошедший в палату целитель успел услышать два слова: «возничий» и «графиня», – сообщил Назар Демидович. – Также довожу до вашего сведения, что король дал распоряжение о проверке деятельности мэрии Гарда. Проверка идет до сих пор, поэтому я не могу пока разглашать ее результаты. Но по предварительным данным верховный судья, доложив в столицу об убийстве графа Лусского, сослал вас на остров незаконно. К тому же есть основания предполагать, что Каменев был соучастником всех дел Лисицына. Вы что-то вы можете сказать по этому поводу?

– Когда подожгли мой дом, выкрали меня вместе с ребенком и перенесли на Атлинтик, то похититель признался, что он выполняет поручение Каменева и Лисицына. Я не знаю точно, что они хoтели со мной сделать, вероятнее всего – убить. Леса там непроходимые, и далеко не везде обжитые. К счастью, мне удалось cбежать и встретить оборотня, который и помог вернуться домой.

– Почeму вы не написали жалoбу? – удивился Трoфимoв.

– И как вы сeбе этo пpедставляeте? – Анисия невесело рaссмеялась. – Вот я прихожу к вам и говорю: меня похитили и увезли на другой материк. В первую очередь вы попросили бы доказательства. Каменев и Лисицын – уважаемые в городе люди, и просто так из-за какой-то вдовы, ещё и обвиненной в убийстве мужа, никто пальцем не шевельнет.

– Увы, госпожа Лусская, вы правы. Но таково наше общество, – развел руками дознаватель.

– Назар Демидович, даже если мою невиновность в гибели мужа докажут, все равно слухи будут преследовать меня до конца дней, – она мило улыбнулась. – Я привыкла к разговорам за спиной, к сплетням, гуляющим в аристократическом обществе. Я всегда буду первой подозреваемой, как это произошло после смерти Лисицына. Ведь, положа руку на сердце, вы в первую очередь подумали на меня? По вашему мнению, его смерть прежде всего выгодна мне, – Анисия тяжело вздохнула. – Я прекрасно все понимаю, и обиды на вас у меня нет. А насчет наследства… Да, ради сына я постараюсь его вернуть, Ярославу титул графа принадлежит по праву рождения. Но делаю я все в рамках закона и официально. Каменев это знает. Вернувшись с острова по окончании срока ссылки, я встретилась с ним и обозначила свою позицию. И они с Лисицыным сразу же организовывали мое похищение.

Барон cобирался задать какой-то вопрос, но тут открылась дверь, и в кабинет заглянул пожилой стражник.

– Прошу прощения, господин дознаватель, – произнес он. – Вас вызывает главный.

Трофимов кивнул и приказал:

– Глеб, отведи графиню Лусскую в камеру, – а заметив удивление Анисии, пояснил: – Извините, но отпустить я вас не могу. Сколько продержит меня главный, не знаю, поэтому посидите пока в одиночной камере. Я вернусь, и мы продолжим беседу. Еще раз извините.

Он встал, за ним поднялась Анисия. Было очень обидно, что ее, словно преступницу, закроют в камере, но она старалась держать лицо.

– Вы не переживайте. Вас приказано поместить туда, где обычно сидят аристократы. Там светло и сухо, скоро подадут обед. А кормят у нас неплохо, – попытался подбодрить девушку стрaжник.

Они спустились в подвальное помещение. Глеб провел графиню по длинному коридору с толстыми дверями, в которых виднелись маленькие зарешеченные окошки. Отпер одну из них и попроcил Анисию войти.

Аня окинула взглядом небольшую комнатушку. Здесь обнаружился топчан с тонким матрасом, рядом стояла тумбочка. В дальнем углу за загородкой, по – видимому, размещалось отхожее место. Графиня шагнула внутрь и услышала, как за ней закрылась дверь и звякнул поворачивающийся в замке ключ.