Текст книги "Тебе не скрыться от меня... даже на том свете... (СИ)"

Автор книги: Регина Кам

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)

1

Это вдохновение питает мой мир,

Красками белыми рисует на окнах квартир,

Оставляя следы, проникая в душу,

Чтобы смысл найти, нужно сердце слушать…

Каждый из нас хоть раз задавался вопросом в чем смысл жизни. Кто-то находил ответ, а кто-то оставался в растерянности. Как-то я решила провести опрос на эту тему среди близких и знакомых, в итоге ответы были совершенно разные: карьера, семья, деньги, машина, квартира, любимые питомцы, жизнь в свое удовольствие, путешествие и прочее. Но если эти смыслы жизни разбить на две группы, то получится, что у кого-то в приоритете материальные ценности, а кто-то ценит людей и животных.

В какой-то момент я нашла свой смысл жизни, но ненадолго, потеряла его навсегда. Каждый день я нахожусь в долгих раздумьях, чувство такое, будто я не жива.

Мне кажется, я начинаю сходить с ума. У меня паранойя, такое ощущение будто следят за мной, но по логике этого не может быть, я уже как полгода мертва и похоронена на Архангельском кладбище. Иногда я прихожу на свою могилу и долго смотрю на памятник, на котором красивым шрифтом написано мое имя, дата рождения и смерти. Но больше всего нравится фото, выгравированное на черном гранитном камне. Это мое любимое фото, здесь я стою в платье, поправляя свои прямые светлые волосы, улыбаюсь и влюбленным взглядом смотрю на Него, прямо в объектив. Эта фотография самая последняя.

Не передать словами каково это, когда внутри ноющая боль, печаль, бессилие, хочется кричать и плакать, а после сдаться и бросить борьбу за выживание.

У меня никого нет. Теперь я одна, ни родных, ни друзей. Во мне столько всего накопилось, что не с кем поделиться, а так хочется выговориться и разобраться в себе, своей жизни. Решение пришло сразу, когда увидела объявление о помощи психолога. Сначала, конечно, были сомнения, чем он может мне помочь, когда сама не могу разобраться, но потом поняла, что необязательно искать у него помощи, можно лишь выговориться, чтобы просто отпустило, а потом уже сама решу, что мне делать.

Решившись на такой отчаянный шаг, собравшись поехала к психологу. Геолокация психолога была в центре города, найти его не составило никакого труда. Обычный серый девятиэтажный дом, первые этажи которого заняты магазинами, салонами красоты и прочей ерундой, среди них был кабинет психолога: «Доктор душ». Зайдя, сразу начала оценивающе осматривать интерьер. Все такое в бело-зеленом цвете, потолок и пол белых тонов, стены, кожаные диванчики, журнальные столики с цветами и журналами зеленого цвета. Стойка администратора белого цвета, уставленная цветами, так же повсюду картины и другие элементы декора. Уютно, однако. Администратор тут же привстала и поприветствовала.

– Добрый день! Вы желаете записаться к доктору душ?

Меня чуть не пробрал смех от такого обращения к психологу. Это у него такой креатив или на самом деле возомнил о себе такое? Если у него на самом деле такое мнение о себе, то вряд ли мы с ним сработаемся.

– Здравствуйте, да мне бы хотелось на прием к психологу, это возможно? Или нужно записываться заранее?

На самом деле мне не хотелось бы записываться и ждать своего приема через пару тройку дней, но здесь очень важно проявлять тактичность. В ожидании никого не видно, так что могу предположить два варианта: либо к нему вообще никто не ходит, либо строго по записи.

– У нас клиенты записываются заранее, но вы же никогда у нас еще не были верно? Так, подождите минуточку, уточню время, – прощебетала вежливо она, открывая какой-то журнал. Пройдясь взглядом по странице, она по-прежнему улыбаясь сказала:

– Вам сегодня повезло, у доктора сейчас последний прием, далее пустые окошки, я сейчас его предупрежу о вашем визите, а пока что присаживайтесь на диванчике и ожидайте.

– Спасибо, – тихо произнесла я, направилась на ближайший диван и откинувшись на спинку, расслабилась.

Пока сидела в ожидании, размышляла о том, что буду говорить психологу и о чем стоит промолчать. Сомневалась, правильно ли поступила, что пришла сюда. Прикрыв глаза, я слышала, как вернулась администратор, так же она поинтересовалась не хочу ли я кофе или чай, но получив отрицательный ответ, начала шуршать какими-то своими бумажками, что мало меня интересовало. Спустя какое-то время, где-то не больше получаса, открылась дверь, открыв глаза, увидела, как от психолога вышла заплаканная женщина, счастливо улыбаясь благодарила его за помощь. Наши взгляды с ним пересеклись, он улыбнулся и пригласил в кабинет.

Кабинет был меньше приемной, в той же стилистике, стояло два кресла, стол, шкаф с разными папками, пару больших цветов на полу, несколько картин на стене. Психолог сел на кресло около стола, а мне указал на кресло, напротив. Удобные кстати.

– Меня зовут Артем, я помогаю людям разобраться в себе. Давайте сразу перейдем на «ты»? Так будет легче в общении.

Симпатичный молодой парень, похож на ангелочка, блондин с голубыми глазами, обворожительной улыбкой, худощавый. Одет просто, джинсы и серая футболка. На него точно много девчонок вешаются, жаль, что он не в моем вкусе.

– Давайте, я Кира. Как вы, то есть ты понял, мне нужно выговориться, только я не знаю с чего начать.

– Расслабься, забудь о моем присутствии. Не знаешь с чего начать? Тогда, начни с начала, с того момента, с какого помнишь себя, с какого хочется рассказать, – сказал Артем, беря со стола блокнот и ручку.

Доверившись ему, я откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и молчала около минуты, чтобы понять, что хочу рассказать. Мои воспоминания ушли в далекое прошлое, как перемотка фильма, я уходила все дальше и наконец, остановилась.

2

Моя мама очень рано осталась без родителей. Она была единственным ребенком в семье. Ей очень тяжело было одной. Иногда она приезжала к своему двоюродному брату в гости, немного навестив его, возвращалась к себе в другой город. В какой-то раз снова приехав к своему брату, моя мама познакомилась с его другом. Они стали общаться, вскоре поженились. Никакой свадьбы не было, просто роспись в ЗАГСе, так как денег на свадьбу не было, но ведь когда любовь – это вовсе не важно, так ведь? Так, мои родители и стали жить вместе. Моя бабушка со стороны папы, была против брака с моей мамой, не знаю по каким причинам, но это было так.

Сначала мои родители жили у мамы, так как она не хотела уезжать из родительского дома. Они оба работали, мама еще и училась параллельно. Они были такими счастливыми. И такая красивая пара. Потом мама забеременела мной. Как же папа ее баловал. У нее как у любой беременной женщины были глупые капризы по поводу еды, но она получала все, что хотела. И вот я родилась тринадцатого августа тысяча девятьсот девяносто седьмом году. Да, мне сейчас двадцать два годика.

И вот наступило у них такое время, что с работой начались проблемы. А проблема заключалась в отсутствии работы. Родители, подумав, решили переехать в папин город, так как он побольше и работы соответственно тоже. Переехали мы, когда мне было всего семь месяцев. Дом продали и на эти деньги купили небольшой дом.

После переезда папа много работал, каждый день баловал меня шоколадками. Я была пухленьким счастливым медвежонком. В два с половиной года сильно заболела ангиной. В больнице переполнены палаты, мест нет, мое горло настолько сильно опухло, я еле дышала. Мама спать не могла, постоянно боялась за меня, каждый раз думала, что задохнусь. Но все обошлось.

Спустя какое-то время, мама устроилась на работу. В садик меня еще не устроили, поэтому оставляли у бабушки. Но это не так хорошо, как думали родители. Я очень сильно была привязана к маме, поэтому, когда она уходила, то сильно плакала. Мама скрепя сердцем шла на работу. Как только дверь квартиры закрывалась, бабушка приказывала мне замолчать, но я маленький ребенок и очень хотела к маме, поэтому продолжала плакать. Помню, я сидела в кресле и плакала, а бабушка била меня, грубым голосом приказывая замолчать. Я кричала и плакала громче, а она начинала сильнее бить. Я замолкала, чтобы меня больше не трогали, но меня очень сильно трясло, что даже слова не могла произнести. Это был первый страх – оставаться с бабушкой.

Через какое-то время родители узнали, что она меня бьет, сказали ей не трогать меня, но она каким-то образом изворачивалась и меня от безысходности продолжали оставлять с ней. И такое продолжалось каждый раз. Как-то она решила меня искупать. Набрала горячей воды в ванну, посадила в нее, намылила, а затем набрав воды в железное десятилитровое ведро, полила мне на голову. Воды для меня было слишком много, я стала захлебываться и пытаться выбраться из ванны, но она, долив воду, не давая мне выбраться, смеялась. Был еще один случай, когда меня снова оставили с ней, чтобы присмотрела за мной, пока они работали. Но ей позвонила ее подруга и позвала на дачу за ягодами, она же не могла отказаться от такого, поэтому собралась и уехала, оставив меня одну в квартире. Мне было немного страшно, но стало еще хуже, когда за окном начал сильно греметь гром и яркие вспышки молнии освещали зал. Мои слезы застыли на щеках, а сама забилась в угол комнаты на полу между креслом и диваном. Когда бабушка вернулась, она снова смеялась.

Потом пошла в садик, там я всегда играла только с мальчишками, один из них всегда доставал меня, то за волосы дернет, то тыкнет, то мои вещи от меня утаскивал. Однажды он пульнул в меня камнем на прогулке прямо в голову. Было очень больно и сильно потекла кровь. Наших родителей вызвали в садик. К их приходу мне перебинтовали ранку в медпункте. Наши мамы были ошарашены данным случаем, но они не ссорились из-за нас, а даже подружились. Вскоре выяснилось, что они наши соседи, напротив. И вот мы стали дружить семьями. Ну, как дружить, родители общались, а мы если не играли, то дрались. Всякое у нас было, и уроки вместе делали, и мультики смотрели, и на улице бегали, а бывало и обзывались, и обижались, но все детство как-то вместе.

С детства Влад всегда был добр ко мне. Защищал от других мальчишек, не позволял лезть туда, где опасно. Был мне как самый настоящий старший брат, по крайней мере я так считала. Кто-то говорил, что он не ровно ко мне дышит, но я не верила в слухи, потому что сам Влад ничего не говорил мне о своих чувствах. Он человек прямой, выскажет все, что думает о тебе. Только после перехода в пятый класс, общаться мы совсем перестали, у каждого появились свои интересы.

В десятом классе я расцвела. Начала краситься, носить платья и каблуки. Внимания было хоть отбавляй. А вот Влад совсем испортился, стал грубым, начал курить и позже выпивать, а все потому, что связался с какой-то сомнительной компанией. В какое-то время я обратила на него внимание как на красивого парня, и даже влюбилась в него. Считала смыслом своей жизни. Глупость какая-то. Целый год я скрывала свою любовь к нему, но мне так хотелось признаться ему в этом. За весь этот год мне запомнился лишь один случай.

Новый год. Школьная дискотека. Я надела красивое белое платье, макияж. Отрывались все старшиклассники, в том числе и я. Один раз за весь вечер Влад вдруг пригласил меня на медляк, ох, как мое сердце стучало в бешенном ритме. Его глаза, его прикосновения. Двигались мы просто идеально. «Словно созданы друг для друга», – пронеслось у меня в голове. После танца мне стало душно, выбравшись из спортзала, вышла на крыльцо школы. Вдыхая морозный воздух, мне становилось хорошо и спокойно. Через пару минут за мной вышел Влад. Закурил. Я поморщилась, не переносила запах сигарет. Он отвернулся, чтобы дым не шел на меня. Он знал, что мне не нравится, когда он курит, даже однажды прочла ему лекцию о вреде здоровью, но он сказал, что Крокодила слушать не будет. Крокодилом он прозвал меня еще в детстве, когда в одной из ссор, укусила его за руку, а в это время по телевизору показывали жизнь как раз-таки крокодилов. В ответ я прозвала его Чеширом, наглый и сумасшедший кот, не дружащий со своей головой. Хорошо, что про наши прозвища никто не знал, так как мы договорились оставить их в секрете, дабы не позориться и называли так друг друга лишь наедине. Пока он курил, мы молчали. Каждый думал о своем, а я, подняв голову к небу любовалась звездами и полнолунием.

– Ты такая красивая. Давай я сделаю фото? – произнес он.

Я взглянула на него смущенно и согласилась. Было приятно слышать от него комплимент. Внутри потеплело. Влад достал свой телефон и на фоне идущего снега сфотографировал меня. Именно эта фотография сейчас на моей могиле.

Вскоре я поняла, что это не просто влюбленность. Я по-настоящему полюбила его. Сколько сюжетов с ним я представляла, что мы с ним пара, что после университета поженимся, будем жить вместе. Но один случай, повлекший за собой ужасные последствия, уже в одиннадцатом классе, почти в конце учебы изменил мое отношение к нему. Он начал встречаться с девушкой, вызывающего вида, на год нас младше. Она ходила в откровенном топе, с очень короткой юбкой на каблуках. Всегда меня бесила. Эта мадам со всей школой переспала. Влад ходил, обнимая ее за талию, иногда пощипывая ее попу. Я была очень зла. Жуткая ревность. Почему он заметил ее? Ведь и я выгляжу очень даже привлекательно. Я ведь и крашусь, и прически делаю, и наряд подбираю. Что не так со мной? Я не красивая? Или не воспринимаюсь как девушка? Меня просто трясло. Мне захотелось тоже сделать что-нибудь такое, чтобы он понял, что я если не ему, то другим точно нравлюсь.

А я нравилась одному парню из параллельного класса, мы с ним даже переписывались в социальной сети. И на уроке написала Данилу, чтобы подошел на скамейку в фойе на первом этаже. На перемене мы встретились, разговорились. Смеялись. Напротив нас у окна встали Влад со своей фифой.

Прозвенел звонок, и все ученики разбежались по своим классам, в том числе и Влад. Я не торопилась, мне как отличнице позволялось опаздывать, ведь меня мог задержать какой-нибудь учитель с очередным предложением участвовать в олимпиадах и конкурсах. И тут я спросила Данила нравлюсь ли я ему. Он ничего не отвечал, а улыбаясь смотрел мне в глаза, а потом поцеловал меня в губы. Мне было приятно осознать, что хоть кому-то нравлюсь, но что бы там, как в книгах бабочки в животе от поцелуя летали, такого не было. И в это время зачем-то вернулся Влад и застал нас за поцелуем. Столько огненной ярости в его глазах я никогда не видела.

– Кира, быстро в класс, я с тобой позже поговорю. А ты Данил следуй за мной. Разговор есть.

Я была возмущена таким поступком. Я же к нему не лезу, не говорю же с кем встречаться и с кем обниматься. Меня его поступок так взбесил, что я вспылила:

– Да кто ты такой? Парень мой или брат? Правильно! Никто! Иди куда шел и не лезь ко мне! Свою мадам лучше охраняй, пока ей кто-нибудь за твоей спиной не вставил! – я сама не ожидала таких слов от себя, но что было сказано в гневе, того не воротишь.

Влад застыл и сверлил меня своим тяжелым взглядом. Скулы заострились, я заметила, что мои слова его сильно задели, но он зацепился за мою последнюю фразу, злобно проговорив:

– А ты я так понимаю, ревнуешь? Или завидуешь?

Сейчас я была вся на нервах и бешеная, так еще и Данил начал под шумок сваливать. Влад кинул на него беглый взгляд и даже слегка ухмыльнулся, показывая своим видом, что ничего другого от него не ожидал. Мне было немного обидно и стыдно за Данила. Да и вообще, меня очень раздражала эта вся ситуация. Какого черта он лезет ко мне? У него ведь появилась «замечательная» девушка, так пусть ее контролирует, а не меня. Когда Данил ушел, я решила сама постоять за себя и ответить этому нахалу:

– С чего мне тебя ревновать? Ты вообще не в моем вкусе, только и можешь нравиться легкомысленным девушкам, как твоя.

Ну, вот, я задела его мужское эго, он стал еще злее, даже как-то бояться начала, вдруг ударит. Я никому никогда не прощу, если на меня кто-то поднимет руку, потому что так делал мой папа с моей мамой. Об этом никто не знает, даже он. Когда с мамой случилась такая беда с ее зависимостью к спиртному, наши с Владом родители как-то постепенно перестали общаться, все чаще ссылаясь на работу, дела, хлопоты и прочее. А потом уже стало привычно без общения.

– Не в твоем вкусе, значит? А чем ты сама от нее отличаешься, а? Скажи, тебе понравилось с ним целоваться? – чуть ли не кричал он.

Странно, что за все время никакой учитель или уборщица не прошли мимо, хотя в этом закутке не особо видно. Он меня с ней сравнил? Значит, я похожа на такую же легкомысленную, как она? Да, как он сука, смеет так говорить обо мне⁈ Целоваться с Данилом мне не понравилось, а сейчас еще и отвращение чувствую после его поступка, но в этом признаваться Владу точно не собиралась.

– Да мне понравилось, только вот ты помешал, – прошипела я.

Он прикусил губу, ударил кулаком по стене и грозно рыкнул мне:

– Понравилось, значит? А я целуюсь намного лучше, – и резко прижав к стене поцеловал меня.

Сначала я вырывалась, ярость переполняла меня, но потом расслабилась, так кружил голову этот поцелуй, а еще так замирало сердце и мурашки по коже, а он все продолжал меня целовать. Я обхватила его руками за шею и прижалась к нему ближе. Он издал стон. Мне с ним так хорошо было. Эти чувства не описать словами, восхищение, желание быть рядом, только с ним, только его. Он начал поглаживать мою спину опускаясь ниже, а потом схватил за ягодицы и сжал их. Теперь уже я выдохнула ему в ухо стон.

– Со мной лучше, да? Я знаю, – прошептал мне он в шею, я лишь кивнула.

– Вот видишь, ты такая же шлюха, как и все, готовая каждому дать, сначала с одним целовалась, потом другому готова была отдаться. Ты ничем не лучше ее, но если хочешь я продолжу тебя целовать, а может, и не только, – продолжая обнимать, сказал он.

Эти слова меня отрезвили. Вот какого он мнения обо мне. На душе радость сменилась тяжелым грузом, но хуже всего было ощутить вкус разочарования. С каких пор он стал таким грубым? Где его доброта и хорошее отношение ко мне? Где наша дружба? Куда все это делось?

Вырвавшись из его объятий, я посмотрела в его глаза, долго смотрела, а внутри меня все холодело и становилось больно. Он был для меня самым близким человеком, а теперь совсем чужой, никто. Влад теперь не тот, кто был раньше и это надо принять, усвоить урок и забыть о его существовании совсем.

– Знаешь, Влад, я никогда не думала, что ты меня так сильно разочаруешь. Я тебя больше видеть не хочу. Иди к черту, – сказала я, вытирая слезу и убегая в туалет.

Закрывшись в кабинке туалета и сев на крышку унитаза, разрыдалась в голос. Никогда так больно мне не было. Я не знаю, за что он со мной так. Решив, что не смогу сидеть на уроках, тем более в одном классе с ним, умылась и шмыгая носом вышла, направляясь к выходу. Но в конце коридора появилась фигура Влада.

– Кира…

Я не хотела ничего слушать, не хотела видеть его, да еще и в таком состоянии, поэтому при виде его тут же рванула домой. Он бежал за мной только до выхода, потом я не чувствовала его, но бежала не останавливаясь.

3

Забежав домой, напилась холодной воды, тем самым вызвав простуду. И две недели в школе я не появлялась, в социальную сеть не заходила, игнорировала все. Только мама сказала, что Влад принес мою сумку из школы в тот же день. Мне было плевать на его поступок.

Спустя две недели я вернулась в школу, еще не долечившись. Лечить дома меня было некому, мама снова была пьяной, папы не было дома. Поэтому каких-то лекарств не было, лечилась чем могла, с деньгами было туго. Я мечтала закончить школу, получить золотую медаль и поступить в университет в другой город, чтобы уехать от всех подальше.

С тех пор, как мы перестали с ним общаться, дома у меня много чего изменилось, но этим я ни с кем не делилась. Все проблемы начались с того, что папа изменил маме, она стала выпивать и уже пять лет, как не может остановиться. Из-за того, что мама начала пить и ругаться с папой, мне тяжело было учиться и тем более поддерживать хорошие оценки, но я до сих стараюсь через силу. А папа еще бил ее. Причем жестоко. Иногда я думала, что он убьет ее. Он душил ее, пытался зарезать ножом, разбивал до крови голову об стену несколько раз, пинал ее, выгонял зимой из дома в одной кофте и штанах, без обуви и куртки. Мой дом – сущий Ад.

Я всегда старалась защитить маму, чтобы он ее не убил, а его не посадили, так как знала, что потом меня кинут в детдом, да и терять близких не хотела. Такое повторялось каждый день. Я плакала, кричала, умоляла папу прекратить все это, но он сказал, что мама заслуживает этого и хочет проучить за то, что она пьет. Однажды в такой ссоре, я схватила нож и приставила к венам, пригрозив папе, что, если не перестанет, я убью себя. Он стал еще злее, подошел ко мне, отобрал нож, ударил так, что я упала на пол. Он разбил мне губу, пошла кровь. Он не впервые меня ударял, я всегда получала, когда защищала маму. Могла еще получить просто за то, что ему что-то не нравилось или был зол. Иногда я не ходила в школу, притворяясь больной, чтобы никто не видел мои синяки и раны.

Я от всех отстранилась, старалась выглядеть хорошо, чтобы никто не подумал, что у меня дома какие-то проблемы. Но люди начали что-то замечать. Однажды, моя бывшая лучшая подруга видела, как моя мама в алкогольном опьянении покупала в магазине коньяк. Она мне позвонила, и я попросила никому не говорить. Так и продолжала жить.

Вернувшись в школу первым делом заметила Данила с синяком под глазом и разбитой губой. Увидев меня куда-то убежал. Странно, но не только это. Все на меня косились и смеялись, некоторые даже тыкали пальцем. Я не понимала, что происходит. Зайдя в свой кабинет, где должен начаться урок биологии увидела ехидно улыбающегося Влада, его дружки хихикали, глядя на меня, пройдя к своему месту на последнюю парту, один из них мне крикнул:

– Кира, сколько стоит ночь с тобой? Я бы тебя это, ну, ты понимаешь, – все стали смеяться.

Только сейчас до меня дошло почему все на меня так смотрят, благодаря Владу все считают меня шлюхой. Я заметила его взгляд на себе, он улыбался, будто радуясь какой-то своей победе, только я ни во что не играла. Даже девчонки, среди которых была моя бывшая подруга, тоже смеялись. Я решила игнорировать этих обезьян, но тут они продолжили издеваться:

– Да ладно Кира, покажи свой прайс лист, все, кто как может, так и зарабатывает, – сказал еще один находчивый дружок Влада.

– Да-да, у нее же в семье проблемы, мать алкоголичка, отец с другими бабами гуляет, вот и мучается бедняжка, кушать-то всем хочется, вот и работает так, – смеясь поддержала их моя бывшая лучшая подруга.

Как она могла? Марина же обещала никому не говорить. Это то, чего больше всего боялась, что все будут знать, какая у меня плохая семья. Это так стыдно. У всех родители, как родители, а у меня… На глазах навернулись слезы, оглядев всех их, остановила взгляд на Владе. Он уже не смеялся, а серьезно смотрел на меня, пытаясь разглядеть что-то в моих глазах. Все смотрели на меня. Я не смогла выдержать. Нервы сдали. Выскочив из класса, побежала к лестнице. Слезы застилали глаза, голова закружилась и споткнувшись об что-то покатилась по лестнице, прежде чем потерять сознание, услышала крик Влада:

– Кира!

Тяжесть во всем теле беспокоила, особенно сильные головные боли. Я слышала какие-то приглушенные голоса, только ничего не могла разобрать. Хотелось открыть глаза, но не получалось. Потом и голоса пропали. Было чувство невесомости, как будто кто-то поставил мою жизнь на паузу. Не знаю сколько это продолжалось, но сильные боли снова появились. Уже не только голова болела, но и все тело. Открыв глаза, увидела Влада, спящего на стуле возле меня. Он был так близко, что не удержалась и провела рукой по его волосам. Внутри смешанные чувства. С одной стороны, трепет к нему, ведь так и хочется быть вместе, но с другой, он ведет себя очень некрасиво по отношению ко мне, как к мусору, который можно швырять, как хочешь и куда хочешь, а от этого мне очень больно, так, что в душе ноет. Бывают такие порывы подойти к нему и крепко обнять, почувствовать его тепло и нежность, хочется, чтобы он гладил по волосам и шептал милые слова, греющие душу. А иногда хочется бить и бить его, спрашивая, за что такое отношение ко мне, чтобы выпустить пар и забыть о нем вовсе.

Я захотела пить и решила привстать на кровати, так как еще и спину отлежала. Влад проснулся тут же. Впервые вижу в его глазах такую радость. Некоторое время мы молчали, смотрели друг другу в глаза. В комнате повисло напряжение, вот-вот искры появятся.

– Пить, – тихо произнесла я.

Он словно очнулся, быстро встал, налил в стакан газированной воды и подал мне.

– Я сейчас врача позову, – сказал он и вышел из палаты.

Осмотревшись я заметила бутылку воды, которую он мне наливал и вдруг поняла, что он до сих пор помнил, что люблю именно газированную воду, хотя сам такую не любил. Это меня маленько порадовало, но прощать его поступок я не собиралась и его жалость мне не нужна.

Очень быстро Влад вернулся в палату вместе с врачом. Врач представился как Дмитрий Михайлович, у него в руках были какие-то бумажки. Он спросил о моем самочувствии, я описала все ощущения и боль, затем поинтересовалась, что со мной.

– Кира Валерьевна, вы двое суток пробыли в коме, к счастью, вы пришли в себя, у вас сотрясение головного мозга, но это не так страшно, пролежите здесь дней десять, мы вам назначим уколы и системы. Здесь проблема в другом, у вас сломана левая нога, хорошо, что без смещения, но нужно быть осторожнее, чтобы кость правильно срослась. Нужно будет делать гимнастику, чтобы снова нормально ходить. Поначалу после выздоровления будете прихрамывать, но при правильном лечении со временем все пройдет. Ваши родители осведомлены, что вы находитесь здесь. Сейчас вам нужно постоянный отдых и соблюдение режима. Сейчас я покину вас, отдыхайте, позже к вам зайдет медсестра и поставит вам другую систему.

Я лишь кивнула и задумалась. Такая новость меня потрясла до глубины души. Кто бы мог подумать, что падение с лестницы может вызвать такие последствия. Хорошо, хоть позвоночник не сломала, тогда бы все, конец моей жизни. Только эта ситуация мне не нравилась тем, что буду снова пропускать учебу, осталось всего меньше года до окончания школы, а потом университет и другой город. Почему все это случилось именно тогда, когда была близка к своей цели? Ведь осталось совсем чуть-чуть, каких-то там четыре месяца.

– Кира, ты как? – вопрос Влада выдернул меня из размышлений.

Посмотрев на него пристально, начала понимать, что все это из-за него. Это он начал про меня пускать лживые слухи по школе, это он довел все до этой ситуации. Ненавижу его. И как я могла влюбиться в него? В этого идиота? Дура! Пусть катиться ко всем чертям! Возомнил себя не пойми кем! С каких пор он стал ставить себя выше меня? Мы с ним всегда были наравне, выросли вместе, много чего пережили, а он? Все, стал красавчиком и нос свой к небу вздернул, что ты, альфа самец, за ним же толпа девчонок бегает, но этого же мало, ему надо за счет кого-то самоутвердиться! Молодец, хорошо подобрал кандидатуру в роли меня. Надо мной же можно издеваться всей школой. И это не первый случай. До этого он меня высмеивал перед всеми, но как-то мягче, называя страшилищем или уродиной. Этому значения я не придавала, но крайний случай был самым жестоким для меня.

– Пошел к черту! Я тебя ненавижу! Убирайся, видеть тебя не хочу! Чтоб ты сквозь землю провалился! – начала кричать я.

– Прекрати кричать, Крокодил. Чтоб я сквозь землю провалился? Не дождешься, слишком многого хочешь, – фыркнул он, не думая даже уходить.

– Не называй меня так. Не сейчас, уже не сейчас. Я позволяла звать меня так только другу, но теперь его нет, поэтому прочь отсюда. Иди к своим шлюхам и развлекайся, нечего мне тут атмосферу портить. Лучше бы так и оставалась в коме, лишь бы тебя не видеть, – сказала я, откинувшись на подушку, глядя в потолок.

– Не смей так говорить! Ты нужна своим родителям, хоть об этом подумай, безмозглая, – зло прорычал он.

Ухмыльнувшись, я горько улыбнулась, на глаза наворачивались слезы. Эх, Чешир, ничего ты не знаешь, никому я не нужна, в том числе и родителям. Не знаю, как такое бывает, но на самом деле такое происходило у меня. Я могла допоздна гулять по городу, освежая свои мысли, а родители даже не искали меня. Не Чешир никто. Это я никто. Пустое место. Никому не нужное строение тела. Как мумия, есть и есть, но никому не нужная.

– За эти двое суток, хоть кто-нибудь из родителей приходил? – тихо спросила я.

– Нет, – так же тихо ответил он.

Я знала ответ. Просто в который раз хотела поверить в чудо, в то, что я им дорога, что они волнуются за меня. Но нет. Не бывать такому чуду. Никогда. После некоторого молчания я спокойно попросила уйти его, дать мне отдохнуть, на что он согласился и все же оставил меня одну. Через какое-то время пришла медсестра и вставила в вену катетер, подключив систему. С каких-то бутылочек по трубочке спускалась жидкость и попадала мне в вены. В голове было множество мыслей, но вскоре из-за лекарства я уснула. После в палату кто-то вошел, но кто именно я уже не видела.

Утром я начала просыпаться от того, что кто-то говорил. Не открывая глаз поняла, что это был Влад и судя по разговору он болтал по телефону.

– Что ты еще узнал о ней? – такой серьезный и грубый голос.

Боже, ну как такое может быть, когда вроде и любишь, но в то же время и ненавидишь? По телу пробежали мурашки от его голоса, но воспоминания не давали мне покоя. Как же сложно.

– Твою мать! Да как он посмел! Найди его Миш и сделай с ним то же самое, что и он с ней, понял? Я потом подъеду с ним побеседовать.

Я открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Он был зол. Очень. Засунув телефон в карман, Влад резким движением подхватил стул и сел около меня. Его раздражение так и витало по всей палате, от чего я напряглась. Что не так?

– Почему ты молчала?

Я вопросительным взглядом смотрела на него и не могла понять, что он имеет в виду. О чем молчала? Что он от меня хочет?

– Почему ты молчала, когда твоя мать начала пить? Почему ты молчала, когда отец избивал тебя и мать? Почему ты молчала, когда ты временами голодала? Скажи мне! – его терпение было на пределе, только я не понимала, почему он был в ярости.

Какого лешего я должна была что-то говорить ему? Это ведь он прекратил со мной общение. Это ведь он начал насмехаться надо мной всей школой. И вообще какое ему дело до моей жизни? Этот вопрос я ему и озвучила.

– Не зли меня, Крокодил! Я должен был все знать! Тогда ничего этого не было бы!