Текст книги "365 лучших сказок мира"

Автор книги: Редьярд Джозеф Киплинг

Соавторы: Вильгельм Гауф,Владимир Одоевский,Александр Афанасьев,Лидия Чарская,Якоб Гримм
сообщить о нарушении

Текущая страница: 136 (всего у книги 137 страниц)

Тем временем царские зятья из лесов, из дубровы воздымалися, в чистом поле собиралися, забирали свою силу-армию и конную гвардию и погнали в город; в городе звоны зазвонили, в полках в барабаны забили, в трубы заиграли и песни запели. Государь на радостях скоро им ворота отпирает, силу-армию в город запускает, во всех трактирах и кабаках солдат вином угощает, а на весь честной народ задает великий пир. Целые шесть недель пировали, все у царя да напивалися, все у него да наедалися, все в городе были и пьяны и веселы; только малый зять его Незнайко мало здоров с таковых ударов: никто про то дело не ведает, сколько плечи его вынесли! Говорит он жене своей: «Жена моя милая, отцу своему постылая! Поди-тка, попроси у царя чашу зелена вина выпить да свиной окорок на закуску».

Пошла царевна к отцу, подходила к нему близко, поклонялась низко, смотрела прямо, говорила смело: «Государь ты мой батюшка! Прошу твоей милости – дай мужу моему, а твоему зятю, Незнайку-дураку, чашу зелена вина выпить да свиной окорок на закуску». Отвечал ей царь: «Под лежачий камень и вода нейдет! Вот твой муж, а наш зять, когда было скучно-печально, так он – всем людям на посмех – в деревню убежал; а теперь, как мы победили, назад воротился да на печку повалился. Кабы, дочь моя милая, вышла ты за такого молодца, что на брань выезжал да вражью силу побивал, и нам бы любо и тебе не подло^[374] было! Ну, так и быть: как со стола понесут, тогда и вам остаточки подадут». Говорила на то царевна: «Не всем таковым быть, как твои старшие зятья, что в боевое время в заповедных лесах пролежали, а теперь на пир прибежали – пьют да веселятся! А нам с мужем после их блюдолизничать – статошное ль дело?»

Еще пир не скончался, а курьер уже догнал во срацынское королевство; скоро к сильным богатырям приезжал, скорее того несчастие объявлял: «Наезжал-де молодой боец, убил брата вашего, на поле трупло его валяется, горячая кровь проливается, сила-армия и конная гвардия вся в плен ушла». Тут братья-богатыри рассердилися, скорёхонько на коней садилися, накладывали на себя латы булатные, кольчуги железные, прибирали оружие военное: мечи-кладенцы, боевые палицы, сабли вострые, копья долгомерные, и отправлялись во путь, во дорогу; наперед себя посылали к царю посланника с таковым письмом: «Отдай-де того молодца, что пролил кровь нашего брата; ежели не отдашь, то всю силу твою мечом побьем, стольный город на огонь пустим, народ в плен возьмем, а тебя самого при старости горькой смерти предадим». Приезжает посланник в царский дворец и подает то письмо государю; царь взял, распечатал и как стал читать – его резвые ножки подломилися, его белые ручки подрогнули, ясные очи смотреть не могут – катятся слезы горючие…

Здумал царь, велел послать во все стороны курьеров, собирать думных людей, генералов и начальных офицеров; от малого до великого начал выспрашивать: кто из них ведает про того молодца, что срацынского рыцаря на бою победил? Никто не знает, не ведает; большие чины за средних хоронятся, средние за малых прячутся, а от малых ответу нет. Так ни с чем и отпустил царь посланника. Подступили срацынские богатыри,^[375] начали города-села разбивать, огню предавать. Незнайко на печке лежит, его ретивое сердце кипит; говорит он жене таковую речь: «Жена моя милая, у отца постылая! Пойдем со мной в деревню, здесь жить тесно стало». Отвечает царевна: «Я в деревню нейду, лучше здесь помру!» Сошел Незнайко с печки, воздохнул тяжело: «Прощай, – говорит, – жена моя милая! Коли отца твоего побьют, и тебе живой не остаться». Брал на плечи деревенское платье, на голову шляпу, в руки батог,^[376] вышел – сам осматривается: не увидал бы кто. Заприметил его царь с балкона – богоданный батюшка: «Что это за дурак такой! Убежать хочет, а того не ведает: коли что случится, всех найдут…» Старшие зятья возле стоят, думают – как бы честь свою показать: «Государь наш батюшка! Собирай-ка силу-армию и конную гвардию; мы тебе в беде помога!»

Начал царь силу собирать, полки устраивать; зятья свои рати прибавили и пошли на брань. Напустились срацынские богатыри на те передовые полки, страшно мечами бьют, вдвое конями мнут; потекла кровь ручьями, раздались стоны раненых. Незнайко услыхал, на помочь поспешал, пришел на высокий холм и скричал богатырским голосом, молодецким посвистом. На тот его крик бежит из чиста поля добрый конь, бежит-спотыкается. «Ах ты, волчья сыть, травяной мешок! Что бежишь-спотыкаешься? Аль несчастье слышишь?» Отвечает добрый конь: «Будет кровь на обоих – на коне и на хозяине!» Накладывал Незнайко на своего коня узду тесмянную, потники, войлоки, седельце немецкое, подтягивал двенадцать подпруг, тринадцатую нагрудную: подпруги все были белошелковые – того шелку чистого, пряжицы были красного золота – того золота аравицкого, спенки были булатные – того булата заморского, и то не для басы добра молодца, а для крепости богатырския, потому – шелк не рвется, булат не гнется, красное золото не ржавеет. Снарядил коня, начал себя снаряжать: накладывал платье рыцарское, латы булатные, в руки брал железный щит, боевую палицу, к ногам прицеплял копье крепкое, долгомерное, на бедре саблю вострую, позади себя меч-кладенец.

Садился Незнайко на добра коня, вкладывал ноги резвые в стремена немецкие, еще брал плеточку шелковую, бил коня по крутым бедрам, рассекал кожу лошадиную. Его конь возъяряется, от сырой земли подымается, что повыше лесу стоячего, пониже облака ходячего; скакал с горы на гору, реки-озера промеж ног пропускал, зыбучие болота хвостом устилал; изо рта коня огонь-пламя пышет, из ноздрей искры сыплются, из ушей дым кудряв валит; ископыть того коня – целые печи земли выворачивались, подземные ключи воздымались. Скричал Незнайко богатырским голосом, сосвистал молодецким посвистом – в озерах вода сколебалася, с желтым песком помешалася, старые дубы пошаталися, верхушками до земли догибалися. В чистом поле – срацынский богатырь^[377] на коне как копна сидит; его конь как сокол летит, да сырой земли не дотыкается, сам богатырь похваляется – хочет Незнайку целком проглотить.

Как скоро они съехались, проговорил Незнайкин конь: «Ну, хозяин! Преклони свою голову на мою гриву – может быть спасешься». Только Незнайко головой прикорнул, как срацынский богатырь мечом махнул, левую руку с плеча ему повредил, у коня левое ухо срубил; а Незнайко тем часом угодил ему копьем в самую пельку^[378] и обворотил его, как ржаного снопа. Упал срацынец на сырую землю, и лежало тут трупло богатырское – валялося, горячая кровь проливалася. Скоро сила-армия надвигала, конная гвардия наскакала, а Незнайко уезжал на своем добром коне к царским палатам и кричал зычным голосом: «Люди добрые! Не предайте меня смерти напрасныя, захватите мою кровь горячую». Побежала с балкону вся свита царская, впереди всех царевна – жена Незнайкина, именным платком левую руку ему завязала, а своего мужа не признала; он пот с лица утирал, себя, добра молодца, укрывал.

Поехал Незнайко к своей хате, бросил коня без привязи, вошел в сени, на пол свалился и покрыл лицо свое рукою. А царь ничего не ведает, стоит на балконе да смотрит, как зятья его управляются. Вот жена Незнайкина подошла к хате, глядь – у крыльца стоит лошадь богатырская со всеми доспехами, а в сенях богатырь лежит; наскоро побежала, про все отцу рассказала. В тот час государь поспешил туда со всей свитою, дверь отворяет, на колени припадает, говорит речь умильно: «Ты скажись, добрый молодец, ты какого роду-племени? Как тебя по имени будет звать, по отчеству величать?» Отвечает Незнайко: «Ах ты, богоданный мой государь-батюшка; аль меня не признаешь? Ты ж меня завсегда дураком называешь». Тут все его признали, за сильномогучего богатыря почитали; а старшие зятья как прослышали про то дело, тотчас с женами своими сряжались да по своим домам убирались. Незнайко скоро поправлялся, зелена вина напивался, заводил пир на весь мир; а по смерти царя начал сам царствовать, и житие его было долгое и счастливое.

Несмеяна-царевна

Как подумаешь, куда велик божий свет! Живут в нем люди богатые и бедные, и всем им просторно, и всех их призирает и рассуждает господь. Живут роскошные – и празднуют; живут горемычные – и трудятся; каждому своя доля!

В царских палатах, в княжьих чертогах, в высоком терему красовалась Несмеяна-царевна. Какое ей было житье, какое приволье, какое роскошье! Всего много, все есть, чего душа хочет; а никогда она не улыбалась, никогда не смеялась, словно сердце ее ничему не радовалось.

Горько было царю-отцу глядеть на печальную дочь. Открывает он свои царские палаты для всех, кто пожелает быть его гостем. «Пускай, – говорит, – пытаются развеселить Несмеяну-царевну; кому удастся, тому она будет женою». Только это вымолвил, как закипел народ у княжьих ворот! Со всех сторон едут, идут – и царевичи и княжевичи, и бояре и дворяне, полковые и простые; начались пиры, полились меды – царевна все не смеется.

На другом конце в своем уголке жил честной работник; по утрам он двор убирал, вечерами скот пасал,^[379] в беспрестанных был трудах. Хозяин его – человек богатый, правдивый, платою не обижал. Только покончился год, он ему мешок денег на стол: «Бери, – говорит, – сколько хочешь!», а сам в двери и вышел вон. Работник подошел к столу и думает: как бы перед богом не согрешить, за труды лишнего не положить? Выбрал одну только денежку, зажал ее в горсть да вздумал водицы напиться, нагнулся в колодезь – денежка у него выкатилась и потонула на дно.

Остался бедняк ни при чем. Другой бы на его месте заплакал, затужил и с досады б руки сложил, а он нет. «Все, – говорит, – бог посылает; господь знает, кому что давать: кого деньгами наделяет, у кого последние отнимает. Видно, я худо рачил,^[380] мало трудился, теперь стану усердней!» И снова за работу – каждое дело в его руках огнем горит! Кончился срок, минул еще год, хозяин ему мешок денег на стол: «Бери, – говорит, – сколько душа хочет!», а сам в двери и вышел вон. Работник опять думает, чтоб бога не прогневить, за труд лишнего не положить; взял денежку, пошел напиться и выпустил невзначай из рук – денежка в колодезь и потонула. Еще усерднее принялся он за работу: ночь недосыпает, день недоедает. Поглядишь: у кого хлеб сохнет, желтеет, а у его хозяина все бутеет;^[381] чья скотина ноги завивает,^[382] а его по улице брыкает; чьих коней под гору тащат, а его и в поводу не сдержать. Хозяин разумел, кого благодарить, кому спасибо говорить. Кончился срок, миновал третий год, он кучу денег на стол: «Бери, работничек, сколько душа хочет; твой труд, твоя и деньга!», а сам вышел вон.

Берет работник опять одну денежку, идет к колодезю воды испить – глядь: последняя деньга цела, и прежние две наверх выплыли. Подобрал он их, догадался, что бог его за труды наградил; обрадовался и думает: «Пора мне бел свет поглядеть, людей распознать!» Подумал и пошел куда глаза глядят. Идет он полем, бежит мышь: «Ковалек, дорогой куманек! Дай денежку; я тебе сама пригожусь!» Дал ей денежку. Идет лесом, ползет жук: «Ковалек, дорогой куманек! Дай денежку; я тебе сам пригожусь!» Дал и ему денежку. Поплыл рекой, встрелся сом: «Ковалек, дорогой куманек! Дай денежку; я тебе сам пригожусь!» Он и тому не отказал, последнюю отдал.

Сам пришел в город; там людей, там дверей! Загляделся, завертелся работник на все стороны, куда идти – не знает. А перед ним стоят царские палаты, сребром-золотом убраты, у окна Несмеяна-царевна сидит и прямо на него глядит. Куда деваться? Затуманилось у него в глазах, нашел на него сон, и упал он прямо в грязь. Откуда ни взялся сом с большим усом, за ним жучок-старичок, мышка-стрижка; все прибежали. Ухаживают, ублаживают: мышка платьице снимает, жук сапожки очищает, сом мух отгоняет. Глядела-глядела на их услуги Несмеяна-царевна и засмеялась. «Кто, кто развеселил мою дочь?» – спрашивает царь. Тот говорит: «Я»; другой: «Я». – «Нет! – сказала Несмеяна-царевна. – Вон этот человек!» – и указала на работника. Тотчас его во дворец и стал работник перед царским лицом молодец-молодцом! Царь свое царское слово сдержал; что обещал, то и даровал. Я говорю: не во сне ли это работнику снилось? Заверяют, что нет, истинная правда была, – так надо верить.

Ночные пляски

Был-жил король вдовый; у него было двенадцать дочерей, одна другой лучше. Каждую ночь уходили эти царевны, а куда – неведомо; только что ни сутки – изнашивали по новой паре башмаков. Не наготовится король на них обуви, и захотелось ему узнать, куда это они по ночам уходят и что делают? Вот он сделал пир, созвал со всех земель королей и королевичей; дворян, и купцов, и простых людей и спрашивает: «Не сумеет ли кто разгадать ему эту загадку? Кто разгадает – за того отдаст любимую дочь замуж да полцарства в приданое». Никто не берется узнать, где бывают по ночам королевны; вызвался один бедный дворянин. «Ваше королевское величество! Я узнаю». – «Ладно, узнай!»

После бедный дворянин одумался и говорит сам себе: «Что я наделал? Взялся узнать, а сам ничего не ведаю! Если теперь не узнаю, ведь король меня под караул отдаст». Вышел из дворца за город, идет – раскручинился-пригорюнился; попадается ему навстречу старушка и спрашивает: «О чем, добрый молодец, призадумался?» Он в ответ: «Как мне, бабушка, не призадуматься? Взялся я у короля проведать, куда его дочери по ночам уходят». – «Да, это дело трудное! Только узнать можно. Вот тебе шапка-невидимка, с нею чего не высмотришь! Да помни: как будешь спать ложиться, королевны подадут тебе сонных капель испить; а ты повернись к стене и вылей в постель, а пить не моги!» Бедный дворянин поблагодарил старуху и воротился во дворец.

Время к ночи подходит; отвели ему комнату рядом с тою, в которой королевны почивали. Прилег он на постель, а сам сторожить собирается. Тут приносит одна королевна сонных капель в вине и просит выпить за ее здоровье. Не мог отказаться, взял чарку, оборотился к стене и вылил в постель. В самую полночь пришли королевны посмотреть: спит ли он? Бедный дворянин притворился, будто крепко, беспробудно спит, а сам за всяким шорохом следит. «Ну, сестрицы! Наша стража заснула; пора нам на гульбище идти». – «Пора! Пора!»

Вот нарядились в лучшие свои наряды; старшая сестра подошла к своей кровати, отодвинула ее – и вдруг открылся ход в подземное царство к заклятому царю. Стали они спускаться по лестнице; бедный дворянин встал потихоньку с кровати, надел на себя шапку-невидимку и пошел за ними. Наступил нечаянно младшей королевне на платье; она испугалась, сказала сестрам: «Ах, сестрицы, будто кто на мое платье наступил; эта примета беду нам пророчит». – «И, полно! Ничего не будет». Спустились с лестницы в рощу, в той роще золотые цветы растут. Бедный дворянин взял сломил одну веточку – вся роща зашумела. «Ах, сестрицы, – говорит младшая королевна, – что-то недоброе нам сулит! Слышите, как роща шумит?» – «Не бойся; это у заклятого царя музыка гремит!»

Приходят они во дворец, встречает их царь с придворными; заиграла музыка, и начали танцевать; до тех пор танцевали, пока башмаки изорвали. Велел царь вино наливать да гостям разносить. Бедный дворянин взял с подноса один бокал, вино выпил, а бокал в карман сунул. Кончилось гулянье; королевны распростились с кавалерами, обещались и на другую ночь прийти; воротились домой, разделись и легли спать.

Поутру призывает король бедного дворянина: «Что – укараулил ты моих дочерей?» – «Укараулил, ваше величество!» – «Куда ж они ходят?» – «В подземное царство к заклятому царю, там всю ночь танцуют». Король позвал дочерей, начал их допрашивать: «Где вы ночью были?» Королевны запираются: «Нигде не были!» – «А у заклятого царя не были? Вот бедный дворянин на вас показывает, уличить вас хочет». – «Где ж ему, батюшка, уличить нас, когда он всю ночь мертвым сном проспал?» Бедный дворянин вынул из кармана золотой цветок и бокал: «Вот, – говорит, – и улика налицо!» Что тут делать? Сознались королевны отцу; король велел засыпать ход в подземное царство, а бедного дворянина женил на младшей дочери, к стали все они счастливо жить да быть.

* * *

Захотелось царю узнать, куда ходит по ночам его дочь. И взялся за то дело солдат, купил у мясника коровий пузырь, приладил его к подбородку и явился во дворец на часы. У царя были гости, гремела музыка, и своим порядком шли танцы за танцами; но только пробило девять часов, как царевна сказалась больною и ушла в свою спальню; так она всегда делала. Немного погодя выбегает ее служанка и зовет солдата к царевне, а у них уже был готов стакан с сонным зельем. Подносит ему стакан сама царевна: «Выпей, служивый!» Он принял стакан, притворился, что пьет, да заместо того в пузырь вылил. После того пошел, покачиваясь, и стал у дверей на карауле; постоял-постоял, да нарочно и свалился на пол, закрыл глаза и ну храпеть – точно и вправду заснул!

Тут царевна с служанкою оболоклись в нарядные платья, выбежали из палат, спустились с крыльца и прямо в сад; солдат приподнялся потихохоньку да вслед за ними. Вот как пришли они в сад, царевна сорвала три яблочка, бросила одно через яблоню и промолвила: «Лети, мое яблочко, через дерево, а мать сыра земля расступися!» Земля расступилась, и обе девицы ушли в провал к подземному царю. Уходя в провал, царевна выбросила оттуда другое яблочко и проговорила: «Вылети, мое яблочко, и пади на сыру землю, а ты, мать сыра земля, соступися!» Земля соступилась.

Солдат все это выглядел, все это высмотрел и сам хочет туда ж отправляться. Сорвал одно яблочко, протянул было за другим руку и услышал позади себя большой гам и крик. Оглянулся, а то два мужика дерутся. «Эй вы! За что бьетеся?» – спросил их солдат. Мужики отвечали: «Есть у нас шапка-невидимка да сапоги-скороходы, да не знаем, как поделить!» – «Давайте я поделю! Вот я брошу это яблоко: кто его подхватит да наперво прибежит ко мне, тому и шапка-невидимка и сапоги-скороходы». И закинул яблоко далеко-далеко; мужики бросились за яблоком, а он надел те сапоги на ноги, шапку-невидимку на голову, сорвал три яблочка, перекинул одно через яблоньку и промолвил: «Лети, мое яблочко, через дерево, а мать сыра земля расступися!» Земля расступилась, солдат сошел в провал, явился невидимо во дворец к подземному царю и застал, что тот царь с царевною уже портретами меняются, кольцами обручаются; солдат утащил оба кольца и портреты и на другой день уличил царевну.

notes

Примечания

1

Так называли древних японских рыцарей, бояр.

2

По-японски – девушка, употребляется в обращении.

3

В современном русском языке «кимоно» – платье японских женщин вроде халата.

4

Японские носильщики-извозчики. – Ред.

5

Придворный, ведавший дворцовым хозяйством, придворным церемониалом.

6

«Сон в летнюю ночь», комедия В. Шекспира. Перевод А. Л. Соколовского.

7

Полководец Феодосий, восстановивший в Британии римское господство; его сын, император Феодосий Великий (Максим), самовольно провозгласил себя императором Британии и Галлии. – Примеч. пер.

8

Остров близ юго-западного берега Ирландии (Валенция – Valentia). – Примеч. пер.

9

Грациан Август, император Западной Римской империи, сын Валентиана, родился в 359 г. – Примеч. пер.

10

Браманте (Донато д'Анджело, 1444–1514 гг.) – знаменитый художник. Он был превосходным архитектором, живописцем; писал стихи. В Италии много прекрасных церквей и зданий, которые возвел он. – Примеч. пер.

11

В том месте этой сказки, где идет речь о картинном изображении звуков, было невозможно держаться буквального перевода; историю некоторых букв пришлось передать иначе.

12

Магадэва, Махадева («Великий бог») – широко распространенный в индийской мифологии эпитет бога Шивы, одного из главных божеств триады индуизма. Мощный бог-разрушитель, он может выступать и в роли созидателя.

13

Брамины, брахманы, браманы – каста жрецов в древней Индии.

14

…священных волн Ганга… – В индуизме река Ганг считается священной. По индуистским представлениям, ее воды очищают от грехов, избавляют от болезней и даруют небесное блаженство тем, кто избирает их местом своего погребения. К берегам Ганга совершаются паломничества.

15

Дженерик – тележка, которую везет рикша.

16

Сриаканте – одно из имен Парвати, жены бога Шивы

17

…посидеть под священным деревом Ботри, деревом, под которым снизошло вдохновение на Будду… Согласно преданиям, основатель буддийской религии в пору своих скитаний, аскетических подвигов и размышлений, сидя под деревом, достиг «бодхи» – состояния духовного просветления. Название этого состояния перешло на объекты, с которыми соприкасался Будда, в силу чего они приобрели священный характер (дерево Бодхи).

18

Тримурти – триединство главных богов индуистского мифологического пантеона: Брахмы, Вишну и Шивы. Функции трех богов никогда строго не разграничивались в индуизме.

19

Брахма – бог-созидатель, творец мира, открывающий триаду верховных богов индуизма; Вишну – бог-хранитель вселенной.

20

Серасвоти, Сарасвати – в индийской мифологии богиня красноречия и покровительница наук и искусств.

21

Да! (англ.).

22

Нирвана – центральное понятие религиозной буддийской философии, выражающее высшее блаженное состояние, полное освобождение от жизненных забот и стремлений.

23

«Victoria Regia» – многолетнее водное растение, имеет плавающие листья с загнутыми вверх краями до двух метров в диаметре; большие цветки его раскрываются только вечером и смыкаются к утру.

24

Иланг-иланг – высокое дерево индо-малайского происхождения с ароматными цветками.

25

«Хижина дяди Тома» (1852) – популярный роман американской писательницы Гарриет Бичер-Стоу (1811–1896), запечатлевший трагизм положения негров в Америке до отмены рабовладельческой системы.

26

…той «пирамиды из черепов» – с которой нас познакомила картина В. В. Верещагина. – Картина русского художника Василия Васильевича Верещагина (1842–1904) «Апофеоз войны» (1871–1872) воспроизводит одну из «пирамид», которые по приказу среднеазиатского правителя Тимура (1336–1405) складывали из черепов его поверженных врагов.

27

Нью-Орлеан, Новый Орлеан – город на юге США (штат Луизиана), Албэни, Олбани – город на северо-востоке США (штат Нью-Йорк).

28

…ветхозаветных святых … Давида и Голиафа. – Персонажи библейского мифа, рассказывающего об их поединке, к лику святых не причислены.

29

Огден – город на западе США (штат Юта).

30

Пенджаб – географическая и историческая область в Индии и Пакистане, занимающая территорию между средним течением реки Инд и Северными Гималаями; один из древнейших центров индийской цивилизации.

31

Китайский час – 40 минут

32

Китайские полчаса – 20 минут

33

Конфуций, Кун-цзы (ок. 551–479 до н. э.) – древнекитайский мыслитель, педагог и государственный деятель, заложивший основы этико-политического учения – конфуцианства.

34

20 лет и 2 месяца

35

…прекратилась династия Мингов в Китае. – Династия Мин правила с 1368 по 1644 г., после чего власть перешла к маньчжурской династии Цин.

36

Лагор, Лахор – один из древнейших городов в Пакистане, до 1947 г. был центром округа Британской Индии; Кашмир, Джамму и Кашмир – историческая область, расположенная на стыке высокогорных районов Гималаев, Центральной Азии и Тибета, один из штатов Индии; Алмерабад – в современной Индии города с таким названием нет: это или типографская ошибка, или старое, забытое название какого-то города; Гайдерабад, Хайдарабад – крупный город на юге Индии.

37

…цветущие долины Патни и Лукно. – Патни, Патна – город на правом берегу Ганга; Лукно, Лакхнау, Лакнау – город на берегу реки Гумти, левом притоке Ганга.

38

Индра – в индийской мифологии бог бури и грома, бог-воитель.

39

Вот это здорово! (франц.).

40

Нет бога, кроме аллаха… (араб.).

41

Пророк – Мухаммед, Магомет (ок. 575–632), основоположник ислама, согласно мусульманской традиции и корану, – последний посланник аллаха, величайший пророк, пребывающий в раю.

42

Гурии – в мусульманской мифологии девы, вместе с праведниками населяющие рай.

43

Шиит – последователь шиизма, одного из двух главных течений в исламе, признававшего исключительные права Али (двоюродного брата и зятя пророка Мухаммеда) и его потомков на духовное и светское руководство в мусульманском мире; суннит – последователь суннизма, основного направления в исламе, считающегося ортодоксальным; книги Сунн, Сунна – мусульманское священное предание, изложенное в рассказах о поступках и изречениях пророка Мухаммеда; второй после корана источник веры и религиозного права.

44

Кэнди, Канди – город в центральной части Шри Ланки (о. Цейлон), место паломничества буддистов.

45

Альгамбра – комплекс крепости-дворца мавританских властителей в Испании, около Гранады.

46

Moulin-Rouge– район увеселительных заведений в Париже.

47

Машук и Бештау – горы на Северном Кавказе, вблизи Пятигорска.

48

У многих были на головах даже зеленые чалмы, как будто бы эти люди были в Мекке. – Мусульмане-сунниты, посетившие место их паломничества, священный город Мекку (Саудовская Аравия), в знак отличия от других носили зеленую чалму (зеленый – священный цвет мусульман, цвет знамени пророка).

49

Монета, 3 руб. 80 коп. Примечание В.М. Дорошевича.

50

Пария (от тамильск, парайян) – искаженное название одной из низших «неприкасаемых» каст в Южной Индии. Согласно индуистской догме, «неприкасаемые» находятся вне традиционного деления индусского общества на четыре сословия – касты. В средние века в Индии «неприкасаемые» – внутриобщинные рабы, крепостные и лица, занимавшиеся «нечистыми» профессиями (обработка кожи, уборка нечистот и др.). В новое и новейшее время большинство «неприкасаемых» – закабаленные батраки, чернорабочие, прачки, кожевники, ассенизаторы. В индуизме общение с «неприкасаемыми» считается оскверняющим для лиц, принадлежащих к более высоким кастам. На юге Индии ограничения в общении с париями еще более суровы, здесь «неприкасаемость» переходит в «неприближаемость». В современной Индии около 20 % всех индусов принадлежат к «неприкасаемым». После завоевания Индией независимости (1947) дискриминация «неприкасаемых» была запрещена законом. Однако и поныне некоторые традиционные ограничения остаются.

51

Средневековое предание приписывает изобретение пороха немецкому монаху-францисканцу Бертольду Шварцу (его настоящее имя – Константин Анклитц; Бертольдом назван в монашестве, прозвище Шварца получил за свои занятия химией). Сведения о личности «черного Бертольда», как и о месте и дате его изобретения, весьма разноречивы. По одним это событие приурочивается к 1259 г., по другим – к 1330 г., а местом разные источники называют Майнц, Нюрнберг, Кельн, Гослар, Фрейбург. В последнем, считающемся родиной Шварца, ему поставлен памятник.

52

…Каин убил Авеля… – Согласно ветхозаветному преданию, старший сын первой человеческой пары – Адама и Евы – Каин убил своего брата Авеля из чувства зависти к тому, что бог обратил внимание только на Авеля и принесенную им жертву.

53

Анналы – характерная для древности и средних веков форма исторического произведения, содержавшего записи наиболее значительных событий текущей жизни и сведения об отдельных личностях, в том числе религиозных подвижниках; средневековые анналы велись обычно в монастырях.

54

Incubus! – Явись! (лат.) Средневековое заклинание, вызывающее хранителя сокровищ.

55

Месса – принятое католической церковью название литургии, богослужения, во время которого совершаются обряды, связанные с так называемым таинством причащения.

56

…день великого Всадника. День святого Георгия. – День Георгия Победоносца, воина-героя христианских и мусульманских преданий, с которым фольклорная традиция связывала весеннюю культовую обрядность, приходился на 23 апреля.

57

«Четель» – дань албанцам обыкновенная. Она освящена обычаем. – Примечание В.М. Дорошевича.

58

Райя – у албанцев-мусульман презрительное прозвище «неверных», в данном случае сербов.

59

«Зулум» – дань экстраординарная. Каприз. Она назначается албанцами по прихоти. Но тоже освящена обычаем. В этой стране все «освящено обычаем». – Примечание В.М. Дорошевича.

60

Ипек – ныне г. Печ, Рибовица – г. Рибница.

61

До Михаила архангела времени много. – День Михаила архангела, по христианским представлениям, полководца верных богу ангелов и людей в космической войне с врагами бога, победоносного антагониста дьявола, приходился на 8 ноября.

62

Гяур – у исповедующих ислам презрительное прозвище всех немусульман.

63

«Таш-парази» – плата «за работу челюстей». Тоже «освящено обычаем». Примечание В.М. Дорошевича.

64

До Приштины – верст десять. Расстояние от Липляна до г. Приштины составляет семнадцать километров.

65

Чауш – сержант турецкой армии

66

Бей – феодальный титул в странах Ближнего и Среднего Востока. Присваивался людям «благородного» происхождения. В Османской империи – старший офицер, правитель округа, чиновник соответствующего ранга.

67

Мусульманский общинный совет.

68

Африд – ифрит, в мусульманской мифологии вид джиннов, отличающихся особой силой.

69

Амбра – душистое воскообразное вещество, выделяемое кашалотами; применяется в парфюмерии.

70

Прованс – историческая область на юге Франции, у побережья Средиземного моря.

71

Тиара – украшенный головной убор римского папы.

72

Вильгельм Телль – легендарный народный герой Швейцарии в период борьбы за независимость против господства австрийских Габсбургов в XIV в. Как рассказывает легенда «Сказание о стрелке», Телль, молодой крестьянин из кантона Ури, отказался подчиниться приказу ландфохта Геслера – поклониться шляпе австрийского герцога, повешенной на шесте в центре кантона – Альтдорфе. За это Геслер приказал Теллю, отличному стрелку из лука, сбить стрелой яблоко, положенное на голову его маленького сына. Телль удачно выполнил жестокое требование, но затем подстерег ландфохта между скалами и убил его стрелой. Образ Вильгельма Телля стал символом отважного борца за свободу и независимость своего народа. Фридрих Шиллер посвятил ему драму «Вильгельм Телль» (1804), по которой Дж. Россини написал одноименную оперу (1829).

73

…с беатенбергским пастором … на Амисбюле. – Беатенберг – высокогорное селение в Бернских Альпах; Амисбюль – возвышенность в окрестностях Беатенберга.

74

Интерлакен – город в межгорной котловине Бернских Альп; Юнг-фрау – гора в Бернских Альпах.

75

…знаем его только в героической роли – на бушующем Фирвальдштетерском озере. – В первом действии драмы Шиллера «Вильгельм Телль» события разворачиваются на Озере Четырех Лесных Кантонов. Имеется в виду Фирвальдштетское озеро, которое называют также Люцернским.