Текст книги "Опасный ангел (СИ)"
Автор книги: Полина Лоранс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
14
ЛЕРА
Всё воскресенье убеждаю себя, что нельзя бросать универ. Я столько сил и нервов потратила, чтобы поступить! Готовилась к ЕГЭ, зубрила, закрывшись в комнате, пока маманя куролесила с дружками на кухне. Голодала, ходила в обносках, работала изо всех сил, чтобы накопить на ноутбук, необходимый для учёбы…
Поступила. Отлично закрыла первый семестр, в зачётке почти одни пятёрки… А теперь всё брошу из-за того, что Комаров и Наумская вылили на меня ушат грязи?
Обидно, больно, унизительно…
Но я не сдамся. Плевать на этих уродов, пусть говорят, что хотят. Если считают меня девицей лёгкого поведения, флаг им в руки. Я-то знаю, что на самом деле эти сплетни не имеют ко мне никакого отношения. И Зоя это знает. И теперь Данила.
…Но как бы я себя не убеждала, в понедельник идти на лекции страшно. Нервов уже не осталось, дрожу, ноги подкашиваются… Боюсь снова увидеть в глазах однокурсниках брезгливое осуждение. Я-то думала, они так на меня смотрят из-за моей бедности. Как выяснилось, причина была гораздо более ужасающей…
Однако, похоже, никому до меня нет дела! Все чем-то обеспокоены, переговариваются и гудят, как пчелиный рой, что-то взволнованно обсуждают. Прислушиваюсь и понимаю, что однокурсники поражены исчезновением их драгоценного чата. Они удивляются, каким образом кто-то сумел его удалить.
Уткнувшись в тетрадь, я улыбаюсь. Данила исполнил своё обещание, у него всё получилось.
С опозданием заявляется Марго, и одно взгляда на брюнетку достаточно, чтобы понять – своё второе обещание Данила тоже выполнил.
На Маргошке нет лица, она раздавлена каким-то невыносимым горем. Глаза покраснели и превратились в щёлочки, а подколотые губы ещё больше распухли. Вероятно, не только я проревела всю ночь, но и Наумская тоже.
Да уж, вид у Маргошеньки такой, что лучше бы она осталась дома. Но эта гадюка хорошо учится, без уважительной причины никогда не пропускает лекции. Кстати, после визита отца, Наумская резко сменила стиль одежды. Теперь она одевается более сдержанно, прямо на горло себе наступает. Никаких игривых декольте до пупа и юбочек, похожих на широкий пояс.
Что же с ней сделал мой защитник? Почему она так убивается?
Против воли снова начинаю переживать за эту подлую гадину. Она выглядит совершенно несчастной, моё сердце не выдерживает. С трудом дожидаюсь перерыва, а затем как бы невзначай останавливаю Юренину и спрашиваю:
– Слушай, а что с Маргаритой? У неё что-то случилось?
– Ой, такой кошмар! – шёпотом отвечает Жанна, и её глаза превращаются в пятирублёвые монеты. – У Ритуни глюканул смарт!
– Да, это, безусловно, огромная проблема, – усмехаюсь.
– Лера, ты не понимаешь! Он так жёстко глюканул, что исчезла галерея – пропали все фотки, селфи и видео! Ты представляешь, какая жуть?! У Ритули ничего не осталось! Ничегошеньки! – с ужасом тараторит Жанна.
– Подожди, но всё должно было сохраниться в облаке!
– Должно! Но не сохранилось! Там тоже пусто. А ещё она не может войти в свой аккаунт, где у неё столько подписчиков. Его почему-то заблокировали! В общем, ка-та-стро-фа!
Да-а-а… Для Наумской это действительно сильный удар. Вспомнить хотя бы, сколько селфи она сделала в фотозоне в нашем вестибюле! Миллиона два, не меньше. Каждое утро Маргошка заявляется в универ в новом наряде, принимает картинную позу и щёлкает себя или записывает сторис для подписчиков. У неё немало поклонников, она успела собрать на аккаунте несколько тысяч.
А теперь из Риткиного смартфона исчезли все доказательства того, насколько она прекрасна. Конечно, не сомневаюсь, брюнетка быстро нащёлкает новых селфи, но свои архивные фото и видео она уже не вернёт. И ещё неизвестно, удастся ли ей заново собрать подписчиков. Страшное горе.
*****
«Лера, привет. Ты как?»
«Лер, ответь! Ты в порядке?»
«Малыш, не игнорь!»
С удивлением смотрю на экран. Насколько помню, однажды кое-кто жутко разозлился, когда я посмела ему написать. Потребовал: «Не пиши мне». А теперь сам заваливает сообщениями. Ужасно хочется ответить Даниле его же фразой. Интересно, как он отреагирует?
Но у меня не хватает смелости. Продолжаю решать задачу по математике и с удивлением посматриваю на смартфон, куда одно за другим прилетают сообщения. Хорошо, что перед занятием не забыла включить беззвучный режим – преподавателей лучше не бесить, они нервничают, когда у кого-то сигналит мобильный.
«Лера, я вижу, что ты в сети. Ответь мне!»
«Малыш, так трудно написать пару слов?»
«Я переживаю!»
«Ну всё, Лаврова! Ты меня довела! Считай, что уже получила по попе!»
К последней фразе добавлен настолько смешной стикер, что я не выдерживаю и тихонько прыскают. Препод по матанализу – пожилой сухощавый мужчина в клетчатом пиджаке – сразу же реагирует:
– Валерия, что вас так рассмешило? Вы уже всё решили? Тогда идите к доске и найдите дифференциал вот этой функции.
Отправляюсь выполнять задание. По привычке жду комментарии Наумской, ведь обычно она сопровождает ехидным замечанием каждое моё движение.
Но, похоже, Данила её полностью вырубил. Потеря раскрученного аккаунта и всех фото и видео так сильно зацепила Маргошку, что она второй день сама не своя. Страдает, горюет, и поэтому даже забыла о моём существовании.
Это наслаждение!
– Хорошо, Валерия, садитесь. Вижу, что вы неплохо знаете эту тему, – милостиво отпускает препод. Он две минуты изучал доску, испещрённую моими расчётами, и в очередной раз убедился, что с математикой у меня нет проблем.
А вот на личном фронте…
Вернувшись на место, снова улыбаюсь, потому что в мессенджере за пять минут прибавилось сообщений.
«Лера, прости меня, пожалуйста!»
«Зайчонок, давай встретимся и поговорим».
«Ты сегодня собираешься в офис? Я за тобой заеду».
«Молчишь».
«Лер, ну не дуйся! Я действительно раскаиваюсь. Прости, что поверил грязным слухам».
Упрямый мажор не сдаётся. Какой настойчивый! Кто бы мог подумать, что ледяной айсберг так быстро растает? Зато я наоборот замёрзла… Надо бы вспомнить, сколько всего хорошего успел сделать для меня Данила. Но в моей груди торчит осколок льда, и мне до сих пор больно.
В конце концов беру в руки смартфон и пишу ответ:
«Данила, у меня матан, а ты отвлекаешь!»
«Но я же волнуюсь!»
Волнуется он. А когда хамил мне, говорил гадости, унижал – не волновался? Интересно устроена его психика!
«Так ты планировала сегодня в офис?»
«Да».
«Ок».
На этом переписка заканчивается, и я почему-то чувствую некоторое разочарование. Но зато теперь могу с головой погрузиться в вычисление дифференциалов.
…После занятий около гардероба не протолкнуться. Студенты, у которых закончились пары, не спешат расходиться, мои одногруппники тоже продолжают обсуждать какие-то вопросы, смеются. А я, как обычно, сама по себе. У Зои сегодня была всего одна пара, поэтому подружка уже умчалась на работу.
С одной стороны, это очень хорошо, что сокурсники не обращают на меня внимания. Я уже выяснила, что их интерес очень дорого обходится для моей нервной системы. Но, с другой стороны, всё-таки горько ощущать себя изгоем.
Забираю из рук гардеробщицы свой новенький пуховик, купленный Данилой, и вдруг кожей ощущаю, что обстановка в вестибюле изменилась. У меня за спиной волной прокатывается шёпот, мои лопатки внезапно начинают поджариваться, будто я очутилась на пляже под палящими лучами солнца.
Что случилось?
С любопытством оборачиваюсь и сразу же вздрагиваю, как от удара. Сердце начинает ходить в груди вверх-вниз, как поршень, от волнения сдавливает виски…
Вижу Данилу. Он только что вошёл в здание и сейчас направляется прямо ко мне, двигается, как ледокол, сквозь толпу возбуждённых студенток, которые расступаются перед ним и смотрят на него с восхищением. Краем глаза успеваю заметить, как переполошились все наши секс-бомбы – срочно поправляют волосы, принимают эффектные позы, выпячивают бюсты и губы.
А я прижимаю к груди пуховик и не дыша слежу за приближением Данилы. Кажется, он точно идёт ко мне. Наверное, переписка его не удовлетворила, и он решил выяснить отношения лично…
Неужели красавчик айтишник сейчас заговорит со мной прямо на глазах у сокурсниц? Да они же умрут от удивления и зависти!
– Привет, маленькая вредина, – тихо говорит Данила, приблизившись вплотную.
И целует меня в щёку!
Целует! При всех!
Мимолётное касание горячих губ – но этого достаточно, чтобы у меня мгновенно закончились все силы. Едва держусь на ногах, перед глазами всё плывёт…
Шумный вздох прокатывается по огромному вестибюлю, все поражены. Разговоры стихли, движение прекратилось. Всё внимание сфокусировано на нас двоих.
– Давай сюда, – Данила забирает пуховик и помогает его надеть. Потом заботливо наматывает на шею шарф и берёт меня за руку. – Пошли.
Под ошарашенными взглядами студентов мы идём к выходу. Получается, что Данила приехал в универ только ради того, чтобы забрать меня. Как будто я его девушка, и мы уже парочка… Парни смотрят на меня с интересом, а девчонки потеряли дар речи от изумления. Наумская с подружками почти в обмороке.
Шлейф приглушённых вопросов тянется за нами, никто ничего не понимает. Но с каждым шагом я будто поднимаюсь всё выше и выше, чтобы взойти на сверкающий пьедестал.
Это мой звёздный час.
Выхожу из здания университета в состоянии эйфории. На крыльце тоже хватает студентов – стоят на широких гранитных ступенях, разговаривают, кто-то украдкой курит электронную сигарету. Сегодня чудесный солнечный день, февральская оттепель – птицы щебечут, как оглашенные, вода блестит в чёрных проталинах, воздух свежий и влажный.
Данила сжимает мою ладонь и ведёт к машине, а я не могу поверить, что всё это происходит наяву… Но когда опускаюсь на пассажирское сиденье, вдруг наступает отрезвление, и тут же к горлу подступает паника.
Меня же теперь загрызут! Если ещё кто-то не в курсе, какие сплетни обо мне распускают, то теперь все всё узнают. Я стану знаменитостью. Скажут, что подцепила Данилу на крючок самым пошлым способом, который сначала опробовала на взрослых мужиках…
Опускаю голову, прячу нос в воротник, принимаюсь нервно теребить рукав пуховика. Думала, машина сразу рванёт с места, но Данила тянется на заднее сиденье.
– Держи, малыш, это тебе.
Мне на колени ложится букет из розовых бутонов, но не успеваю я ахнуть от этой красоты, как прямо передо мной возникает белый медвежонок с умильной мордочкой.
– Лера, не обижайся на Данилу! Он дебил, но он хороший! – «просит» мишка и тычется мне в лицо, будто пытается поцеловать.
Чувствую прикосновение нежнейшего плюша, улыбаюсь и хватаю игрушку.
– Лер… Ты меня простила? – с надеждой спрашивает парень. Он заводит мотор, и машина, наконец, срывается с места, чтобы через минуту влиться в плотный поток автомобилей.
Не знаю, что ответить на вопрос Данилы. То, как он сейчас себя ведёт, мне безумно нравится. Так приятно получать подарки, ощущать его заботу, чувствовать собственную значимость.
Но привкус горечи всё ещё остался на губах. Придётся постараться, чтобы вычеркнуть из памяти все обидные слова, которые когда-то мне успел сказать Данила. Ясно, что он заблуждался на мой счёт, поэтому так себя вёл…
– Такой славный мишка, – с улыбкой рассматриваю мохнатую мордашку. – Спасибо. И цветы чудесные. А куда мы едем?
– Давай заскочим в ресторан, перекусим. Вон хотя бы туда, – Данила кивает на вывеску на противоположной стороне проспекта. – Надо только развернуться.
Напрягаюсь. Название знакомо, реклама этого дорогого заведения часто попадается. Конечно, для Данилы перекусить в таком месте – обычное дело. А я в ресторане могу появиться только в качестве рабочей силы, а не как клиент. Опыт экс-официантки подсказывает, во сколько может обойтись здесь один обед или ужин. Мне такие удовольствия не по карману, даже хотя последние недели выдались на редкость благополучными в финансовом плане.
А всё потому, что Халк приструнил мою маманьку. Она перестала закатывать вечеринки и не клянчит на бутылку, её дружки не уничтожают наши продукты.
Впервые за долгое время мама разумно потратила зарплату, а не спустила её на выпивку в первые же дни… Я едва не разрыдалась, когда она продемонстрировала мне новые вещички. Ей сто лет не приходило в голову, что можно вместо водяры купить красивое платье. А сейчас мама его примерила, и я увидела её прежней – такой, какой она была в моём детстве…
– Лер, ты чего так напряглась? Если что, всё за мой счёт, конечно же, – замечает Данила и ласково сжимает мою руку.
Его поведение сейчас и раньше – это небо и земля. Я теряюсь, всё ещё не могу привыкнуть…
– Что это ты будешь за меня платить! Я и так тебе должна за одежду. Но я планирую всё вернуть с первой зарплаты.
Наш автомобиль разворачивается на светофоре и ловко втискивается в узкий зазор на парковке прямо у входа в ресторан. Повезло так повезло!
– Ле-е-ер, – укоризненно качает головой Данила. – Хватит тебе, не выдумывай! Я сразу сказал, что ничего не надо мне возвращать. А если будешь со мной спорить… – Угрожающе щурится, придвигается ко мне, секунду смотрит на мои губы, а потом впивается в рот жадным поцелуем.
Вздрагиваю от неожиданности, но тут же невольно закрываю глаза. Всё моё существо растворяется в сиюминутном блаженстве. Едва язык Данилы проникает в рот, я проваливаюсь в пылающую бездну, но тут же взмываю вверх невесомым пёрышком. По венам разливается наслаждение, а голова совсем пьяная, и сердце бешено стучит…
– Лера, Лера… – как в забытьи шепчет парень, чьи губы терзают мой рот и сводят с ума. – Какая же ты… У меня от тебя башню рвёт…
15
ЛЕРА
Наконец мы с трудом отрываемся друг от друга. Как добровольно отказаться от такого блаженства? Оба тяжело дышим, Данила выглядит совершенно пьяным, я, скорее всего, тоже… Шарф размотался, шапка куда-то уехала, волосы растрепались.
Всё тело налилось тягучей истомой, я никогда такого не испытывала. Ощущаю, что соски напряглись, как от холода, грудь отяжелела, а там, внизу, что-то пульсирует, и хочется сжать посильнее бёдра, чтобы унять эту невыносимую, болезненно-сладкую дрожь…
– Так, пойдём, а то я за себя не ручаюсь, – глухо произносит Данила и резко открывает дверь автомобиля.
В ресторан мы заходим снова рука об руку. Ледяной Принц, внезапно растаявший, не желает выпускать мою ладонь, словно ему хочется заявить на весь белый свет, что мы пара.
А это так? Вдруг Данила просто решил надо мной посмеяться? А я уж напридумывала себе невесть что… Голова до сих пор кружится после сумасшедших поцелуев в машине. Если бы сейчас мне подсунули простейшее дифференциальное уравнение, я бы вряд ли его решила, а всего несколько часов назад у доски справилась с очень сложной задачей…
Мои мозги расплавились! И это всё из-за Данилы.
Раздеваемся в гардеробе. До сих пор продолжаю радоваться своим обновкам, приобретённым в бутике. Сегодня надела голубой джемпер и джинсы, а ботинки на грубой подошве – это вообще пушка, они любой образ делают остромодным…
Девушка-хостес проводит нас к столу, накрытому скатертью и красиво сервированному дорогой посудой. Уровень заведения прослеживается и в интерьере, и в оформлении меню, и в поведении персонала.
Мы усаживаемся друг против друга, но Данила буквально поедает меня взглядом, в котором сквозит жгучее мужское желание. Этот пылающий взгляд давно сдёрнул с меня всю одежду, и я сижу за столом как голая. От смущения мои щёки горят, сердце заходится в тахикардическом ритме.
– Синяк у тебя такой ужасный… – бормочу с сочувствием.
– Да? Я надеялся, что уже поменьше видно, – Данила дотрагивается пальцами до скулы и морщится.
– Куда там! Всё по-прежнему.
– Вот видишь! Человек, можно сказать, при смерти, а одна маленькая вредная принцесса продолжает на него обижаться.
Молча улыбаюсь. Вроде бы уже совсем не злюсь на мажора – страстный поцелуй выбил из груди остатки обиды…
Открываю папку с меню и едва не падаю в обморок. Ну и цены! Теперь ясно, почему шикарный ресторан почти пустой…
Заказываю цезарь с креветками, брускетту с ростбифом и вялеными томатами, лимонад из манго. Надо сказать, хотя заведение очень дорогое, набор блюд здесь вполне стандартный. В рестике, из которого я вылетела в январе, было почти всё то же самое.
– Ты хорошо подумала? Полистай ещё меню, – советует Данила. Сам он заказал суп с морепродуктами и пасту. – Если какие-то названия непонятны, я могу объяснить.
– Ты забыл, я работала официанткой! – усмехаюсь язвительно. – Сама могу тебе рассказать про ингредиенты любого блюда.
– А, точно. – По лицу юноши пробегает мгновенная тень. – Хорошо, что с работой официантки покончено. Это не для тебя.
– Почему?
– Представляю, как всякие уроды на тебя пялились. Наверное, специально гоняли туда-сюда. Хотели, чтобы хорошенькая официанточка перед ними побегала, – мрачно произносит Данила, его глаза на секунду вспыхивают ненавистью.
– Угу. Так и было, – вздыхаю. – И как же повезло, что Демьян Андреевич замолвил за меня словечко перед нашим директором!
– Демьян Андреевич? – удивляется Данила.
– Ну да. Думаю, это он попросил босса взять меня в «Туран-софт». Как говорится, составил протекцию.
– Что ж… Возможно. Он классный мужик.
Нам приносят одно за другим заказанные блюда. Еда изумительная! Поддеваю вилкой мясистую креветку, смотрю на неё и не могу поверить, что сижу в роскошном ресторане вместе с Данилой. Он приехал за мной в универ и увёл за собой на глазах у всей толпы. А ведь всего сутки назад я рыдала, лёжа на кровати, и не знала, как жить дальше. Даже хотела бросить учёбу…
– С программой разобралась?
– Почти! Она замороченная.
– Так я могу помочь, Лера.
– Да нет, я уже нормально в ней ориентируюсь. Но спасибо.
– Мой ноутбук теперь тебе не нужен?
– Нет. Мне же дали в офисе рабочий.
Данила грустно вздыхает. Получается, я только и делаю, что отвергаю его помощь.
– Малыш, а как у тебя с деньгами? – заходит с другой стороны.
– Всё отлично.
У меня действительно всё хорошо в этом месяце. Через неделю опять стипендия, а на карте ещё полторы тысячи, плюс в кэше пятисоточка. И дома полный холодильник. Фантастика! А ведь мне ещё вот-вот заплатит «Туран-софт»…
– Лера, я всё же тебе подкину. Не хочу, чтобы моя девушка в чём-то себе отказывала.
Моя девушка?!
Замираю в шоке, изумлённо моргаю… Самые противоречивые эмоции теснят грудь и раздирают сознание. Я готова прыгать от восторга, но в то же время жду подвоха. Всё происходит слишком быстро, я к этому не готова!
– Данила, ты уже однажды предлагал мне деньги… И я отказалась. Мне ничего не надо.
– Тогда мы поссорились. А сейчас у нас всё хорошо, и ты вполне можешь согласиться, – мягко напоминает мой ангел-хранитель.
– Я не должна ничего у тебя брать… Это неправильно! – упрямо мотаю головой и машинально облизываю пересохшие от волнения губы.
Замечаю, что это действие производит на Данилу эффект, схожий с ударом молнии. Он меняется в лице, стискивает зубы, кадык на крепкой шее подпрыгивает…
– Я не забыл, что у вас с мамой долг за коммуналку почти сто тысяч. Ты наверняка из-за этого переживаешь.
Так, секундочку… То есть, «подкинуть денег» в понимании Данилы означает погасить стотысячный долг? Я-то думала, речь идёт максимум о пяти тысячах! Наверное, я слишком мелко плаваю. Мажор мыслит другими категориями, он привык швыряться деньгами – они ему слишком легко достаются. Не сомневаюсь, папа-олигарх трепетно заботится о том, чтобы закрыть все потребности единственного сыночка.
– Да, конечно, я переживаю из-за долга…
– Ну вот, – кивает Данила, явно радуясь, что наконец-то дождался от меня хоть какого-то положительного ответа. – А зачем тебе тратить на это нервы? Сейчас скину тебе на карту всю сумму.
– Нет! – шепчу в панике. – Не надо! Не смей!
– Но почему?!
– У твоего папы и так достаточно трат, чтобы заниматься ещё и нашими проблемами!
Теперь настала очередь Данилы удивлённо хлопать ресницами. Они у него густые и чёрные, и я невольно любуюсь его невозможными глазами.
– Мой отец-то здесь причём, Лера?
– Ну как же… Он ведь тебя обеспечивает… Не надо добавлять ему ещё одну статью расходов. Мы сами справимся, правда!
Некоторое время Данила смотрит перед собой в пространство, недовольно щурится, надменно задирает подбородок.
– А с чего ты решила, что меня содержит отец?
– Разве нет? Не сам же ты купил элитную квартиру в центре и роскошную тачку? Говорят, она стоит пятнадцать миллионов.
– Не пятнадцать. Четырнадцать семьсот.
– А, ну это всё меняет, – улыбаюсь насмешливо.
– Квартиру действительно подарил отец, когда мне исполнилось семнадцать. С того момента я начал жить отдельно и перестал брать у него деньги. На машину заработал уже сам.
Слышу в голосе Данилы нотки гордости.
Сам? Да ладно!
– Но это же нереально!
– Вполне. Два года назад написал небольшую, но очень крутую программку, и пока её не слизали китайцы, успел нехило подзаработать.
– О!
– А Демьян Андреевич, кстати, заплатит мне два миллиона за софт для его завода. Правда, работа ещё не закончена, но за пару недель добьём.
– Два миллиона… – Упираюсь локтями в стол и сжимаю виски пальцами. От этих безумных чисел голова идёт кругом.
– Ну что, малыш, я доказал тебе, что со мной можно иметь дело? – улыбается Данила. Он протягивает руку и сжимает мои пальцы. – Я тот самый айтишник, без которого ничего не будет работать. Соглашайся.
У него сильная горячая ладонь.
– На что я должна согласиться?
– Хочу, чтобы ты была рядом, Лера, – с затаённой страстью произносит парень. – Сразу, как тебя увидел, подумал: боже, какая девочка, хочу, чтобы она стала моей.
Слова Данилы долетают будто издалека – у меня шумит в ушах, я плохо соображаю. Витаю в облаках, растворяюсь в розовой дымке грёз... Грудь распирает безудержной радостью, я даже готова станцевать посреди огромного ресторанного зала.
Но… Всё слишком чудесно, чтобы быть правдой! Наверное, это просто сон…
– Поехали сейчас ко мне? – вдруг предлагает Данила, вырывая меня из плена фантазий.
– К тебе? Но… Мы же собирались в офис.
– Можно ведь поработать у меня дома. Поехали, Лера.
*****
Валяюсь на кровати, прижимая к себе плюшевого мишку, и смотрю на букет. Поставила розы в вазу, они тут же наполнили мою маленькую комнату тонким весенним ароматом. Да, всего через неделю наступит весна. А у меня в душе она уже наступила.
Переживаю, не обидела ли Данилу. Я отказалась поехать не только к нему в гости, но и в офис тоже. Мы действительно потратили уйму времени на ресторан, поэтому я решила вернуться домой и заняться учёбой. Завтра сложный семинар по макроэкономике. А загружать данные для «Туран-софта» придётся, наверное, уже глубокой ночью.
Вот только «макруха» в голову не лезет. Вместо того, чтобы читать конспекты, обнимаюсь на кровати с медвежонком, подаренным Данилой. Вновь перебираю в памяти все события сегодняшнего дня.
День потрясающий! Моя жизнь развернулась на сто восемьдесят градусов, всё так изменилось!
Но…
У Данилы резко потемнели глаза, когда он услышал мой отказ. На губах заиграла презрительная усмешка. Кажется, он сильно разозлился, ведь наверняка не привык к такому. Тысячи девчонок сочтут за счастье получить от него приглашение в гости. Наумская, не сомневаюсь, помчалась бы сломя голову, лишь бы провести время с Данилой. И ведь Маргоша ему ровня, они оба из касты богачей.
А я, голодранка неблагодарная, пренебрегла его вниманием…
Вдруг Данила решит, что я слишком строптивая, чтобы со мной возиться? Он и так считает меня непутёвой и проблемной. Ещё бы! Ему уже столько раз пришлось меня спасать. Разбил все костяшки на пальцах, когда на складе молотил Геннадия Андреевича. Дрался на улице с грабителями. Избил мерзкого Комарова, а тот натравил на Данилу своих друзей…
Нет, я действительно ужасно неблагодарная! Зачем отшила парня?
На эмоциях хватаю смартфон и пишу сообщение с десятком сердечек:
«Спасибо за ресторан! Всё было очень вкусно!»
Но едва отправив смс, сразу же начинаю на себя злиться. Вот дура, зачем подлизываюсь? Плевал Данила на то, вкусно мне было или нет. Всё время, пока мы сидели в ресторане, он думал только об одном: о том, что случится, когда мы поедем к нему домой. Его взгляды были очень красноречивыми. Он смотрел на меня не как романтичный влюблённый юноша, которому достаточно держать свою девушку за руку, а как голодный мужчина…
С бешено бьющимся сердцем жду ответа. Но проходит пятнадцать минут, потом полчаса, а сообщение так и висит непрочитанным. Вот так. Кусаю губы от разочарования и едва не плачу.
Звонок Зои вырывает меня из бездны отчаянья. У подруги перерыв, она может позвонить только когда отправляется в комнату отдыха.
– Боже, как я устала, – жалуется Зоя.
Подруженька включила камеру, и я вижу, какой замученный у неё вид. Владелец пиццерии ни одной копейки не отдаст даром – сотрудники отрабатывают свои зарплаты на двести процентов. Мне моментально становится стыдно: подруга вкалывает, а я-то только что из ресторана, да ещё лежу на кровати, и на столе стоит изумительный букет роз…
– Как дела, листик мой лавровый? – спрашивает Зоя. – Не загнобили тебя в вашем серпентарии? Наумская не докапывалась?
Рассказываю, как Данила при всех помог мне одеться, а потом повёл за ручку к выходу из здания.
– А-а-а-а-ах! – захлёбывается эмоциями Зоя. – Боже мой! Он всё это сделал?!
– Да. Дальше ещё круче. Из универа мы отправились в ресторан, и там Данила назвал меня своей девушкой. А потом предложил поехать к нему.
– Ничего себе! Наш мажорчик времени зря не теряет. А не сильно ли Данечка разогнался? Надеюсь, ты его отфутболила?
– Сказала, чтобы отвёз меня домой, – сообщаю грустно.
– Умница! Так и надо!
– Думаешь? А вдруг он теперь на меня и не посмотрит?
– Смеёшься? Будет как миленький за тобой бегать, пока не добьётся желаемого. Мы прекрасно знаем, о чём он мечтает.
– А вдруг он поехал к Нике? К той красивой грымзе. Она требовала выкинуть меня из машины.
– Я помню. Думаешь, сразу помчался к ней, чтобы слить лишнюю энергию? Тогда он гад последний!
– Нет, он не гад! Но моё сообщение проигнорировал… – бросаю с горечью.
Сижу с поникшей головой, опустив плечи. Настроение не просто на нуле, оно уже находится на отметке чёрной депрессии.
– Лавруша, не загоняйся раньше времени. Лучше вспомни, что было хорошего сегодня. Я как представлю эту картину – как Данила перехватывает тебя у гардероба… Это вообще-е-е-е! Всё бы отдала, чтобы увидеть рожу Наумской и остальных ваших стерв, – смеётся Зоя. – Ой, перерыв закончился, убегаю. А ты взбодрись, страдалица!
Совсем выключаю телефон, чтобы не проверять посекундно, не ответил ли Данила. Титаническим усилием воли заставляю себя открыть конспекты. Занимаюсь, а потом приступаю к работе. Заношу данные в программу «Туран-софта», стараюсь не ошибиться…
И только в полночь снова лезу в мессенджер. А там…
«Малыш, извини, был в зале, не видел, что ты написала!»
В зале! Не у Ники! Какое счастье!
«Что ты сейчас делаешь? Занимаешься?»
«Ок, не буду отвлекать. Проверь карту. Погаси долг и больше из-за него не переживай! До завтра, целую!»
Несколько минут перечитываю сообщения – сердце тает, глаза опять на мокром месте, но теперь уже от радости. А потом, замирая от ужаса, открываю банковское приложение и вижу, что на мою карту поступило… сто тысяч рублей!
Господи, ну зачем?!
Надеялась, что Данила прислушается ко мне, я ведь чётко сказала, что не надо никаких денег, сама справлюсь. Но нет, упрямый мажор поступил по-своему. И теперь я чувствую себя ему обязанной. Я даже за одежду не успела расплатиться, а тут новое вливание!
Перехожу в раздел «Платежи», чтобы сразу же погасить долг за коммуналку. С удивлением вижу, что задолженность сократилась почти наполовину. Как так? Неужели мама до такой степени взялась за ум, что даже начала платить за квартиру? Но когда она успела собрать сорок тысяч? Это нереально!
Матушка уже дрыхнет в своей комнате, я осторожно трясу её за плечо:
– Мам, мам, мам…
– Доча, чего ты пристаёшь, дай поспать, у меня утром смена… – сонно отбивается родительница.
– Как ты смогла так много заплатить за коммуналку?
– А… Да это Петя подкинул… Халчик мой…
М-да… Вот мы с мамой красотки! Пустились во все тяжкие – берём деньги у мужчин. Но сейчас у меня нет сил переживать из-за этого.
Падаю в кровать, прижимаю к груди мишку и мечтаю о завтрашнем дне. Поскорей бы снова увидеть Данилу.
