Текст книги "Опасный ангел (СИ)"
Автор книги: Полина Лоранс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)
18
ЛЕРА
Когда утром я встречаюсь в университете с подругой, с моих губ не сходит счастливая улыбка…
Нет, у нас с Данилой так и не случилось ничего более серьёзного, чем интимные ласки и обнимашки. Вчера я не дождалась, когда он закончит работу. Эмоции и новые впечатления отключили мой мозг, и в полночь я вырубилась посреди огромной кровати в спальне. Даже не заметила, когда ко мне присоединился милый айтишник.
Зато утром проснулась в его объятьях. Он так сладко обнимал меня, прижавшись сзади и согревая затылок равномерным дыханием. Несколько минут я млела и упивалась незнакомыми ощущениями. Было безумно приятно лежать вот так, в кольце тяжёлых рук, чувствуя сзади горячее и сонное тело Данилы.
Но потом я перевела взгляд на часы и вздрогнула. Уже семь! Я же опоздаю на первую пару!
Труженик, который всю ночь провёл за ноутбуком, не проснулся, когда я тихонько выбралась из кровати. Быстро оделась, умылась, схватила кусок вчерашней пиццы и ринулась вон из квартиры. Навороченная электронная дверь закрылась за мной с мягким щелчком…
Надо сегодня проявить себя на семинаре и на практическом занятии, так как потом я собираюсь совершить ужасное преступление: пропустить два учебных дня – пятницу и субботу. Это, конечно, кошмар, но искушение слишком велико. Побывать в столице, полетать на самолёте – да я о таком только мечтать могла!
Однако душу точит червячок сомнений. Всё-таки учёба для меня очень важна. И я бюджетница. Если меня поймают на прогулах, то не простят. Десять дней назад я уже прогуляла семинар – когда меня довела Наумская, выложив в чат фоторепортаж из моей квартиры…
– Лера, никто и не заметит. В крайнем случае, скажешь, что приболела, – подбадривает Зоя. – Ну, Ангелов! Опять удивил… Мог бы тебя просто в клуб позвать, а он тебя пригласил полетать на бизнес-джете. Это уникальная возможность, даже не думай отказаться.
– Считаешь?
– Однозначно. Да-а, Лера, ты теперь стала совсем как… твои антагонистки, – вдруг морщится Зоя.
– Кто? – Так как подруга учится на филфаке, она иногда вводит меня в ступор непонятными словечками.
– Противницы.
– В смысле? Разве я на них похожа?
– Я имела в виду, что ты одета как картинка… Дан завалил тебя подарками. Ещё и в Москву на уик-энд полетишь, – Зоя со вздохом опускает взгляд на свои старые сапоги, отряхивает от несуществующей пыли вытертые джинсы.
Я молча смотрю на подругу, и сердце у меня разрывается.
Каким-то загадочным образом мне удалось перебраться на другой берег – теперь нас с подругой разделяет бурлящий поток. Сейчас я действительно одета во всё новое, а на карте у меня невероятное количество денег. Я могу зайти в супермаркет и купить что угодно – сыр, буженину, манго, дорогие конфеты… А совсем недавно только облизывалась на все эти деликатесы. Даже капучино с тортиком в кофейне для меня теперь не проблема, можно запросто потратиться и на это развлечение.
Но в жизни Зои ничего не изменилось.
– И твои сокурсники теперь постоянно вокруг тебя вьются, проходу не дают, – ревниво добавляет она.
Обнимаю подругу за плечи, висну на ней так, что у Зойки подгибаются колени, начинаю её целовать в щёку тысячу раз подряд. Не хочу потерять подругу из-за того, что в моей жизни появился богатый и щедрый мажор.
– Зоюшка, давай тебе тоже всего-всего купим, а? Даня мне кучу денег перевёл на карту и сказал тратить, как захочу, – шепчу на ухо милой подруженьке.
– Спятила? – Зоя отстраняется. – Вот ещё! Я сама себя обеспечиваю и вовсе не собираюсь пристраиваться к деньгам Данилиных родителей.
Хочу объяснить, что Данила сам зарабатывает, но уже звенит звонок, надо бежать в аудиторию.
– Пока, Лера! Желаю тебе хорошо слетать в Москву, – холодно кивает подруга.
Мы расходимся в разные стороны, мне ужасно грустно, я больше не улыбаюсь… Что мне сделать, чтобы сберечь нашу дружбу?
– Лер, ты чего! Опоздаешь ведь! – Алина хватает меня за руку и тащит в сторону аудитории, тараторя на ходу: – Видела, какая у меня сумочка? Папа из Нью-Йорка вчера привёз. Наумская едва харакири себе не сделала, ахах! А маникюр смотри какой!
– Сумочка изумительная, маникюр потрясающий, – механически отвечаю я, даже не рассматривая. Все мысли заняты разговором с Зоей. Расстроилась, переживаю. Она даже так и не узнала, что сегодня я впервые ночевала у Данилы…
Любимый мажор звонит только в три часа дня. Еле дождалась, когда он наконец проявится.
– Долго же ты спал!
– Так я лёг в пять утра. К кому-то под тёплый бочок, – Данила улыбается, а я смотрю на него, и мне хочется плакать от счастья. Не могу поверить, что он мой парень, что мы вместе.
– Лер, ты уже дома, что ли?
– Да, приехала.
– Малыш, у нас всё в силе? Ты летишь со мной в Москву?
– А у Демьяна Андреевича самолёт надёжный?
– Если думаешь, что у него какое-нибудь раздолбанное корыто, то ты сильно ошибаешься. Он же миллиардер. У него всё схвачено.
Теперь Данила уже не просто улыбается, а смеётся, и у него на щеках появляются ямочки, от которых я готова рухнуть в обморок. Они бесподобные!
– Тогда ладно. Просто немного волнуюсь.
– Не волнуйся, малявка, всё будет хорошо, мы прекрасно долетим.
– А где мы остановимся? В отеле?
– Если хочешь, можно и в отеле. Но Демьян Андреевич сказал, что пустит нас в свою квартиру в одной из башен Москва-Сити. Она у него то ли на пятидесятом, то ли на семидесятом этаже. В общем, расположена чуть повыше, чем моя.
– О-о… И он нас пустит туда переночевать?
– И даже позаниматься сексом. Прямо среди облаков, – хитро щурится Данила.
– Главное, чтобы тебе не пришлось опять всю ночь работать, – напоминаю со вздохом.
– Ну уж нет! На этот раз я не соглашусь!
*****
Полтора часа уходит на то, чтобы собрать сумку. Хорошо, что теперь у меня обширный гардероб. Но как выбрать то, что взять в поездку? Будет ли кто-то ещё с нами в бизнес-джете? И как вообще одеваться, когда летишь на частном самолёте в обществе миллиардера?
Мозг уже взрывается от всех этих мыслей. Я бы позвонила Зое, чтобы посоветоваться. Но то, что я лечу в столицу, очень сильно задело подружку. Лучше не добавлять напряжённости в наши отношения. Обязательно привезу ей что-то из Москвы, ведь это нормально – вернуться из поездки с подарком. Зоя не сможет отказаться.
В конце концов говорю себе, что я слишком парюсь из-за вещей, на которые, возможно, никто не обратит внимания. Какое дело Демьяну Андреевичу, Вадиму Михайловичу и команде самолёта до моего внешнего вида? А Даниле теперь всё нравится – он же сам полностью обновил мой гардероб.
С улыбкой вспоминаю, как милый наезжал на меня из-за рваных кроссовок, в которых я рассекала прямо по снегу… Вроде это было совсем недавно, чуть больше месяца назад. А как всё изменилось в наших отношениях!
Наконец сумка собрана. На мне сейчас синие джинсы, белоснежный свитер оверсайз и высокие ботинки. С собой прихватила брючки, пару лонгсливов и летящее шифоновое платье, которое в сочетании с грубой обувью смотрится умопомрачительно. Платье – это если мы вдруг пойдём в ресторан.
Мама на работе, но должна вот-вот прийти. Она обрадуется, узнав, что мне выпал шанс слетать в Москву. На всякий случай пишу ей записку и, так и не дождавшись, надеваю пуховик и выхожу из подъезда с сумкой в руках. Буду ждать Данилу на крыльце.
Вдыхаю морозный воздух, любуюсь сугробами, наблюдаю за снегирями, которые качаются на ветках, как ярко-красные новогодние шарики… И вдруг вижу в конце двора маман и Халка. Они меня ещё не заметили, идут и о чём-то переговариваются. Пётр Алексеевич ведёт маму за руку, а заодно тащит свою сумку с инструментами, и пакеты с едой, и ещё какие-то длинные палки – типа связки плинтусов.
Они выглядят как самые обычные люди, решившие заняться ремонтом семейного гнёздышка. А у меня от этой картины перехватывает горло. Я же привыкла, что нашу семью нормальной не назовёшь, у нас всегда дым коромыслом… И только благодаря Халку мы стали жить в более-менее человеческих условиях: он разогнал всех маминых дружков и приструнил мою разбитную родительницу.
Сейчас мама на ходу что-то рассказывает Халку, улыбается, вся сияет. Она то и дело немного забегает вперёд, чтобы снизу-вверх посмотреть мужчине в лицо. А он неумолимо движется вперёд огромной тёмной махиной – как всегда с тяжёлым взглядом исподлобья и угрожающе выдвинутой челюстью.
– О, доча, привет! Ты куда это собралась? А мы в строительный магазин ездили, Петруша хочет кое-что подремонтировать.
Здороваемся, потом я объясняю, что улетаю на уик-энд в Москву с моим парнем. Мама, как и ожидалось, в восторге, а вот Халк сдвигает брови к переносице:
– Данила – это тот кент на синей тачке? А он тебя не обидит – там, в Москве? А, Лера?
– Петруша, ты что, он хороший культурный мальчик! Гордость университета, программист, – заявляет мама.
– Да, он очень хороший, – подтверждаю горячо.
– Знаю я этих культурных и хороших. Может, провести с ним профилактическую беседу? – Пётр Алексеевич ещё больше хмурится.
– Нет, не надо, зачем! – пугаюсь я и машу руками.
– Петруша, не надо!
– Ну, смотрите. Если что, я ему голову откручу, – на самой низкой ноте рокочет Халк, и от этого приглушённого звериного рыка аж мороз по коже.
Ясно, почему мамуля ходит по струнке и забыла, что такое алкоголь.
Парочка скрывается в подъезде, а через три минуты прямо у крыльца тормозит такси. Из машины выскакивает Данила, одной рукой хватает мою сумку с вещами, другой прижимает меня к себе за талию и впивается в губы поцелуем – таким страстным, оглушающим, вкусным… Вмиг по венам разливается шампанское, я закрываю глаза, теряю связь с реальностью, растворяюсь в восхитительных ощущениях…
– Как же я соскучился по тебе, малыш, – горячо шепчет Данила, отрываясь от моих губ. – Давно ждёшь, Лера? Всё, поехали, поехали, а то мужики без нас улетят.
*****
Выбираемся из машины в огромном ангаре, подсвеченном яркими прожекторами. В центре сверкает серебристыми крыльями небольшой самолёт – такой изящный, похожий на игрушку.
Наверное, это и есть игрушка, только очень-очень дорогая. Данила купил себе для развлечения спорткар за пятнадцать миллионов. А Демьян Андреевич – самолёт.
– А вот и малыши, – комментирует Вадим Михайлович, когда мы приближаемся к бизнес-джету. Босс и московский гость стоят у трапа, рядом сияет улыбкой стройная стюардесса в эффектной униформе.
Я смущённо со всеми здороваюсь, а Данила обменивается с мужчинами рукопожатием. Из вещей у него, кстати, только сумка с ноутбуком. Он явно не перебирал два часа содержимое шкафа, в отличие от меня. Натянул джинсы и толстовку – и уже готов.
– Молодцы, детишки, не опоздали, – хвалит Демьян Андреевич и улыбается мне. – Что, Лера, этот тип тебя больше не обижает?
– Нет, что вы!
– А то я помню, как он до тебя докапывался.
– Я полностью перевоспитался, – Данила нежно целует меня в висок. – И сам уже не докапываюсь, и другим не позволю.
– Красавчик, – одобрительно кивает миллиардер. – Что ж, давайте все на борт.
Вспоминаю, что надо поблагодарить его за рекомендацию. Ведь это он попросил Вадима Михайловича взять меня в «Туран-софт». Но пока собираюсь с духом и формулирую фразу, миллиардер и мой шеф вновь начинают прерванный разговор, и мне уже неудобно их перебивать.
Мы с Данилой устраиваемся в широких креслах из кремовой кожи, я жадно осматриваюсь, запоминаю каждую деталь. Здесь всё дышит роскошью и безумными деньгами. Как же повезло! Мой первый полёт – и сразу в бизнес-джете, а ведь это даже круче, чем первый класс обычного самолёта.
– Волнуешься, зайка? – Данила сжимает мою руку.
– Да, немного.
– Хочешь, я буду изо всех сил тебя отвлекать? – коварно сверкает глазами и лезет целоваться.
– Дан, ты что, нас все увидят! Это неудобно, так нельзя! – шепчу в панике. – Данила Ангелов, ведите себя прилично!
– Хорошо-хорошо, не буду.
Самолёт разгоняется по взлётной полосе, я уставилась в иллюминатор. И в тот миг, когда шасси отрываются от земли, меня охватывает такой восторг, что я изо всех сил двумя руками сжимаю ладонь моего спутника.
– Мы взлетели… Мы летим… Ты представляешь? – сообщаю ему ошарашенно.
– Да, это круто. У меня тоже каждый раз сердце замирает, – понимающе улыбается Данила.
Я благодарна ему, что он не смеётся над моим удивлением. Я сейчас наверняка выгляжу смешно – этакая деревенская фрося, впервые севшая в самолёт.
Стюардесса предлагает шампанское, коктейли, лимонад. А когда мы летим уже над облаками, нас кормят фантастическим ужином: стол накрывают так, словно вместе с нами на борту находится шеф-повар парижского ресторана. Я даже попробовала икру – и красную, и чёрную! С ума сойти…
– Данька, включи своей крошке фильм, а сам иди сюда. Надо поработать, – зовёт Вадим Михайлович.
– Не скучай без меня, – Данила целует в щёку, и остаток полёта трое мужчин увлечённо обсуждают детали компьютерной программы. До меня долетают обрывки фраз, иногда доносится сдавленное шипение – это когда вдруг у кого-то вылетает крепкое словечко.
Это так мило, что они стараются не ругаться при мне, ведь могли бы вообще не обращать на меня внимания. Кто я? Девочка, которая ещё два месяца назад батрачила официанткой и одевалась в лохмотья…
В аэропорту Москвы приземляемся затемно. Нас уже ждёт исполинский чёрный внедорожник, и мы грузимся в него вчетвером. Столица проносится за окном, она полыхает огнями, ослепляет, завораживает. Я снова прилипла к стеклу и с восторгом рассматриваю ночной город.
Нас высаживают в Москва-Сити.
– Код от двери я тебе скинул. Холодильник полный, не голодайте там, – говорит Даниле миллиардер.
– Встречаемся завтра в десять, – добавляет Вадим Михайлович. – Нужно ещё поработать.
– В десять вечера? – невинно вопрошает мажор.
– Утра!
– Да блин, вы издеваетесь? Сколько можно работать!
– Столько сколько нужно, – парирует босс. – Эх, молодёжь! Ну всё, идите, идите, красавчики. До завтра!
Чёрный внедорожник, блестя глянцевыми боками, плавно отъезжает, а Данила сжимает мою руку и ведёт к огромному зданию. Я задираю голову, пытаясь увидеть верхушку стеклянной сине-чёрной махины, но она теряется где-то глубоко в ночном небе.
ДАНИЛА
Всё-таки Демьян Андреевич классный мужик! Не только разрешил взять с собой Леру, но и не отказался пустить нас в квартиру. Я привык жить на двадцать восьмом этаже, для меня это нормально. Но Кольцов забрался ещё выше. Он крутой. Мне и самому хочется потусоваться в роскошной хате миллиардера. А уж в каком восторге будет девчонка!
– Первокурсница-то твоя уже совершеннолетняя? Выглядит совсем малышкой, – смотрит пытливо Демьян Андреевич. Глаза у него серые, взгляд пронзительный, он прямо вскрывает черепную коробку.
– Да, совершеннолетняя, ей уже восемнадцать.
– Ну ок. Тем не менее, не забудь про презервативы, Данька. Вам лишние сложности ни к чему.
Совершенно неожиданно для себя я вдруг краснею.
Ох*еть! Когда последний раз я чего-то смущался? Даже не припомню. А вот при мысли о том, чем мы будем заниматься с Лерой в шикарных апартаментах, внутри почему-то всё переворачивается. Эмоции зашкаливают, башню рвёт напрочь, сердце яростно насаживается на рёбра…
Возможно, это потому, что у моей крошки ещё ни разу не было секса. Я стану её первым мужчиной. Нет слов! Меня сразу же с головой затапливает нежностью. Превращаюсь, сука, в какого-то влюблённого Ромео… Надо собраться в кучку, сконцентрироваться.
Только бы моей зайке не было слишком больно. Страшно переживаю из-за этого.
19
ЛЕРА
Мы входим в сверкающий холл небоскрёба. Я изо всех сил стараюсь не показывать эмоций, чтобы не выглядеть совсем уж деревенщиной. Но я ошарашена – всё здесь настолько отличается от моего привычного окружения.
Украдкой рассматриваю других посетителей, вижу роскошно одетых женщин и холёных мужчин. Мраморная стойка ресепшн украшена вазами с живыми цветами, за спиной администратора источает мягкое уютное сияние гигантское панно со скрытыми лампами.
Данила не выпускает мою руку. Миновав турникеты, он уверенно направляется в боковой коридор, к отдельному лифту.
– Нам сюда.
– Откуда ты знаешь? Ты уже был у Демьяна Андреевича?
– Был. И в офисе, и в квартире, – небрежно отвечает мажор. Он здесь как рыба в воде.
Зеркальная кабина взмывает вверх настолько стремительно, что у меня закладывает уши – как в самолёте. С того самого момента, как мы отправились в путешествие, я нахожусь в странном состоянии, будто в полусне. Не верю, что всё это происходит со мной. Впечатления обрушиваются лавиной, не успеваю их перерабатывать.
Из лифта выходим в межквартирный холл и через пару шагов уже оказываемся перед нужной дверью. Пока Данила набирает код на сенсорной панели, успеваю испытать мгновенный страх, что сейчас замок не сработает, придётся звонить Кольцову, отрывать его от важных дел.
Но Данила распахивает дверь и по-хозяйски вламывается в апартаменты миллиардера. Тянет меня за собой, сгружает сумку и ноут на банкетку, сразу расстёгивает мой пуховик, стаскивает шапку.
– Эй, малыш, расслабься! Ты чего такая напряжённая?
– Тут всё шикарное…
– Самое шикарное – это вид. Идём, покажу.
Побросав верхнюю одежду в прихожей, перемещаемся в гостиную, и у меня захватывает дух. За огромной стеклянной стеной переливается бескрайнее золотое море. Город расстилается до самого горизонта, пылает миллиардами огней, живёт своей ночной жизнью. Перед нами он как на ладони, ведь мы смотрим на столицу с семьдесят второго этажа небоскрёба…
– Ну что, Лер, классно я придумал напроситься в гости к Демьяну?
– О-о, да-а-а…
Данила вдруг подхватывает меня на руки, и в следующую секунду я лечу на мягкие подушки исполинского дивана. В полёте успеваю испуганно пискнуть, а милый тут же наваливается сверху и начинает щекотать, приговаривая:
– Попалась, малявка, попалась! Теперь ты от меня не уйдёшь!
Пять минут мы сражаемся на диване, я ору от щекотки и со слезами умоляю Данилу прекратить. Мутузим друг друга, боремся. Заканчивается побоище тем, что у обоих растрепались волосы, горят щёки и сверкают глаза. Тяжело дышим, Данила сжимает мои запястья…
– Каков наш план? – спрашивает севшим голосом, не отрывая взгляда от моих губ. – Предлагаю принять в душ, а потом завалиться в спальню. Или сначала отправимся дербанить холодос? Ты голодная?
– Нас же в самолёте покормили. Ой, Данечка, а можно сначала квартиру посмотреть? Так интересно…
– Конечно. Сейчас устрою тебе экскурсию. Вставай, соблазнительница!
Данила за руку тащит меня обратно в прихожую, а там начинает играть роль риелтора, которому надо продать дорогую недвижимость:
– Мы с вами находимся в просторном холле, справа – вместительный шкаф для одежды, слева дверь в ванную комнату. Обратите внимание, какие дорогие материалы использованы для отделки…
На изучение квартиры уходит минут десять, она прекрасна, хотя и не выглядит особо жилой, здесь стерильная чистота и идеальный порядок.
– Ну, а теперь мы примем душ.
Данила решительно тянет вверх мой свитер, а я в первую секунду инстинктивно сжимаюсь в комок, сопротивляюсь, но тут же вспоминаю, зачем мы здесь.
Вовсе не для того, чтобы полюбоваться видами города с семьдесят второго этажа! То есть, красивый вид – это, конечно, здорово. Но цель-то у нас другая.
Заставляю себя расслабиться, поднимаю руки и позволяю милому мажору стащить с меня свитер.
– Вот умница. – Данила расстёгивает мои джинсы.
– Ты хочешь… чтобы мы… помылись вместе?
– Ага!
Чья-та наглая физиономия расплывается в довольной и предвкушающей улыбке. А я нервно кусаю губы. Вчера, когда мы очутились в спальне Данилы, я попросила его выключить свет. То есть, мы ещё так и не видели друг друга голышом, и сейчас я жутко стесняюсь.
– Предупреждаю, в ванной свет выключать не буду. А то мы там убьёмся! – красавчик угадывает мои мысли.
– Данила-а-а… Давай лучше по очереди?
– Нет, – отрезает безапелляционно.
– Пожалуйста!
– Даже не думай. Если тебе так страшно, просто закрой глаза.
– Хорошо.
Закрываю глаза и стою с пылающими щеками, пока меня полностью лишают одежды и нижнего белья. Когда остаюсь совершенно голой, слышу восхищённый вздох – понимаю, что Данила меня рассматривает.
– Я тоже уже разделся, – шепчет он через пару секунд и, сжав моё запястье, кладёт руку себе на бедро. – Откроешь глаза?
– Нет…
– Маленькая стесняшка!
Веду ладонями вверх по его бёдрам, глажу талию, легко касаюсь пальцами напряжённого пресса. Как мне нравятся эти твёрдые кубики, подрагивающие под шелковистой кожей!
Терпения Данилы хватает всего на минуту. А потом он резко привлекает меня к себе, стискивает в объятьях, мы впечатываемся друг в друга, и мне в живот упирается нечто раскалённое и влажное. То есть, эрегированный член моего парня. Какой же он у него каменный!
Судорожно выдохнув я наконец распахиваю глаза. Чтобы через секунду снова их закрыть, потому что Данила накрывает мои губы поцелуем – глубоким, страстным. Его язык врывается в мой рот, и я почти теряю сознание от удовольствия.
ДАНИЛА
Всегда считал себя циничным мачо, использующим девиц для собственного удовольствия. Но вот сейчас смотрю на Леру, которая стоит передо мной, и меня шарашит такой безумной нежностью…
Сразу становится ясно – никакой я не циник, я, сука, долбанный романтик!
Медленно снимаю с Леры лифчик, освобождая грудь – высокую, идеальной формы. Даже удивительно, что она такая полновесная, ведь фигурка у малышки хрупкая, точёная. Вчера я уже втягивал губами эти маленькие соски-вишенки, но всё происходило в темноте. А сейчас я могу в полной мере оценить красоту Лериного тела.
Когда тяну вниз по бёдрам крошечные кружевные трусики, успеваю ошалеть от божественного запаха, меня накрывает им с головой, по позвоночнику простреливают огненные импульсы, а член немедленно встаёт дыбом.
Закрыла глаза, глупышка… Стесняется… Она вчера кончила со мной, да вот поди ж ты, всё никак не преодолеет своё смущение.
Какая же маленькая и милая!
К горлу подступает ком от её беззащитности. Вручила мне всю себя, доверилась, хотя наверняка умирает от страха…
Чисто выбритый лобок влажно блестит. Меня выжигает изнутри безумным желанием вылизать всю мою девочку. Если бы Лера была более опытна, я бы прямо сейчас схватил её, набросился, распял бы на кровати…
Но она невинная малышка. Сегодня надо себя сдерживать.
Вот не думал, что у меня может так щемить сердце… Бл*ть, с этим надо что-то делать, не могу я из-за красивой девчонки превращаться сиропную лужицу.
Представляю себя крутым волчарой с горящим зелёным взором, который рыщет по лесной чаще в поисках добычи.
Вот она моя добыча… Трепетная, вкусная, с нежной благоухающей кожей.
Целую Леру, пью её, как вино, балдею от её губ и языка. А потом подхватываю на руки и несу в душ…
ЛЕРА
В ванной комнате выныриваю из блаженного тумана – в голове проносится мысль, что надо собрать и закрутить в пучок волосы, а то придётся потом долго их сушить.
Мы уже в душевом отсеке со стеклянной перегородкой. Ванная комната гигантская, и мне кажется, она отделана натуральным мрамором, по крайней мере, это не плитка, а целые каменные панели.
Но сейчас меня не интересует дизайн, ведь всё моё внимание сконцентрировано на Даниле. Теперь, когда мы оба совершенно голые, стеснение отступает, ему на смену приходит жгучее любопытство. Снова, как и вчера, восхищаюсь гармоничным сложением Данилы – широкие плечи, тонкая талия с убегающими вниз косыми мышцами живота, длинные накачанные бёдра. И его фигура не тяжеловесная, не массивная, а поджарая и грациозная.
Но, безусловно, прежде всего мой взгляд притягивает… это.
– Интересно? – улыбается Данила и гладит меня по плечам. Он включает воду и начинает поливать нас из душа, стараясь не намочить мои волосы. – Ты можешь потрогать. Давай, Лера…
Тёплая вода струится по телу. Преодолев смущение, осторожно сжимаю возбуждённый член, он обжигает мою ладонь, пульсирует. Меня охватывает благоговение: какое мощное и совершенное орудие!
Придумала же природа!
Провожу пальцами по железному стволу, окутанному нежнейшим шёлком кожи. Затем снова плотно сжимаю член и вдруг понимаю, что эти прикосновения к мужской плоти отзываются внизу живота требовательными толчками. Между ног распирает, горит… Грудь тоже реагирует – начинает ныть, соски превращаются в камешки.
Прижимаюсь к мокрому торсу Данилы, не выпуская из руки прекрасное вздыбленное орудие. Взгляд моего милого уже затуманился, слышу тихий вздох сквозь стиснутые зубы. Данила опирается рукой о мраморную стену и смотрит пьяными глазами.
– Иди сюда, зайка, – шепчет хрипло и разворачивает меня к себе спиной, обхватывает сзади, целует в плечо и упирается каменным членом в ягодицу. – Держи. – Вручает мне лейку душа.
Его рука скользит вниз по моему животу вместе со струями воды. А когда пальцы Данилы вторгаются в лоно, из моей груди вырывается хриплый стон. На этот раз требуется всего пара минут, чтобы довести меня до экстаза. Я забыла про смущение, мне уже не стыдно, я тяжело дышу, дрожу в руках Данилы, раздвигаю ноги, чтобы ему было удобнее скользить пальцами – там, внизу…
И вот когда я уже готова сорваться в пылающую бездну, мой милый почему-то останавливается.
Удивлённо поворачиваю голову, чтобы увидеть лицо Данилы.
– Продолжим в спальне, – охрипшим голосом объясняет он.
Завернув в белоснежное пушистое полотенце размером с футбольное поле, Данила на руках несёт меня в спальню. Вскоре полотенце уже улетает на кресло, а мы переплетаемся на кровати, соприкасаясь каждой клеточкой разгорячённых тел.
Тёмно-синее атласное постельное бельё пахнет свежестью. По моей груди веером разлетаются жаркие поцелуи, Данилы языком дразнит соски, то один, то другой, потом нежно их прикусывает, заставляя меня извиваться от яркого удовольствия.
В ванной комнате я уже была в секунде от оргазма, а сейчас немного откатилась назад. Но новые ласки снова подводят меня к желанной черте.
Однако Данила каждый раз останавливается, он играет со мной, будто проверяя, до какого состояния способен довести. Его прикосновения сплетаются в огненный кокон, который окутывает меня. Я то взмываю в небеса, то срываюсь в пропасть, наполненную розовыми лепестками. Я уже себе не принадлежу и полностью растворилась в невероятных ощущениях.
– Какая же ты отзывчивая… Чудесная…
– Милый…
– Подожди, надо одеться, – вдруг говорит Данила.
– Одеться? – удивлённо распахиваю глаза, но вскоре понимаю, что имелось в виду.
Шуршит, а потом летит в сторону серебряная упаковка презерватива.
Закончив «облачение», Данила возвращается ко мне, разводит мои бёдра в стороны, спускается вниз, и вот уже его пальцы заменил язык, который творит нечто потрясающее. Я только что боялась показаться голой перед молодым мужчиной, а сейчас он уже целует и облизывает меня внизу, придавив разведённые колени к матрасу. Выгибаюсь и вздрагиваю вслед за движениями его языка.
И снова Данила замирает в самый острый момент, когда я уже почти… уже вот-вот…
Что же он со мной делает?! Я так больше не могу!
Распирающее томление в промежности становится невыносимым, я уже готова умолять любимого избавить меня от этой сладкой тяжести.
– Пожалуйста… Не останавливайся… – шепчу, задыхаясь.
В ответ на мой призыв Данила нависает надо мной, и в следующую секунду одним уверенным и неотвратимым движением входит в меня. Резкая боль пронзает всё тело, это невозможно выдержать, ужас накрывает с головой, и я начинаю судорожно метаться. Пытаюсь оттолкнуть Данилу, но он не отпускает, наоборот входит ещё глубже и сдавливает меня железными тисками.
– Сейчас всё пройдёт… Потерпи немного, малыш…
Наши тела соединились до отказа, они сплавились в одно целое. Данила выжидает несколько мгновений, и по испарине, выступившей у него на лбу, я понимаю, что ему сейчас нелегко. Наверное, природный инстинкт подстёгивает его безжалостно вколачивать член в добычу, но он не хочет ещё больше травмировать меня.
Постепенно боль отступает, она словно растворяется в волнах возбуждения. Ведь за секунду до того, как Данила расправился с моей девственностью, я почти приблизилась к границе оргазма.
Тянусь к милому губами, и он с готовностью завладевает моим ртом и одновременно возобновляет движения бёдрами. Первые несколько фрикций ещё отзываются тупой болью, но потом всё перекрывает горячий поток возбуждения, который поднимает меня всё выше и выше, пока перед глазами не вспыхивает разноцветный фейерверк.
С глухим рычанием Данила тоже взрывается оргазмом, я чувствую, как внутри меня содрогается его член. Некоторое время мы лежим обнявшись, и я не могу говорить, боюсь заплакать от шквала нахлынувших чувств. Сердце плавится от любви к моему мужчине. Он удивительный, бесподобный, самый лучший!
Хочу, чтобы мы всегда были вместе.
*****
Ещё несколько минут лежим и обнимаемся, это момент нежности и умиротворения. Пальцем рисую узоры на груди Данилы, он дышит мне в макушку, гладит по волосам, щекочет ухо…
Привыкаю к своему новому качеству: наверное, это смешно, но я испытываю гордость, осознавая, что стала женщиной. Теперь я совсем взрослая.
Вдруг с ужасом подпрыгиваю, стаскиваю одеяло и даже пытаюсь сдвинуть Данилу.
– Что, куда, зачем? – делает круглые глаза мой мужчина. – Ты чего подорвалась, солнце?
Это я испугалась, что мы испортили роскошное постельное бельё. По крайней мере, у себя на внутренней поверхности бёдер обнаруживаю следы крови.
Но простыня в порядке. Фух, пронесло!
– Да о чём ты переживаешь, глупышка, – смеётся Данила и с удовольствием снова растягивается на кровати. – После нас придёт клининг и всё тут уберёт. У Демьяна Андреевича даже и мысли не возникнет, что мы в его спальне нагло дебоширили. В смысле, занимались любовью.
– Правда? – недоверчиво смотрю на красавчика, который на фоне тёмно-синих блестящих простыней выглядит как итальянская скульптура Эпохи Возрождения. Настолько хорош. Кажется, в его теле нет ни одной непрокачанной мышцы. И ни грамма жира.
– Правда. Я ведь напросился в гости, только чтобы показать тебе аху… бомбический вид из окна.
– Ой… А мы… – хлопаю ресницами.
– А мы, бессовестные, не оправдали оказанного доверия, – серьёзно говорит парень. – Устроили тут полный разврат.
Наконец до меня доходит, что Данила прикалывается. Он со смехом хватает меня за руку и тянет обратно в постель, начинает тискать и целовать.
– Малышка, пойдём сполоснёмся, а потом посмотрим, что у миллиардера в холодильнике.
Снова скручиваю волосы в узел, и мы отправляемся в душ. Там неторопливо и нежно намыливаем друг друга пеной, я с удовольствием скольжу ладонями по твёрдым мускулам и упиваюсь мыслью, что это мой мужчина.
Однако потенциал двадцатидвухлетнего парня очень трудно исчерпать. Такое ощущение, что нас в душе не двое, а трое. Третий – эрегированный до гранитного состояния член Данилы, который стоит, как говорится, на полдвенадцатого.
