355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Петр Краснов » Атаманская памятка » Текст книги (страница 4)
Атаманская памятка
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 22:03

Текст книги "Атаманская памятка"


Автор книги: Петр Краснов


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

ГЛАВА X. Пожалование полку георгиевских знамени и бунчука

Заботы командира полка об обмундировании. – Пожалование полка георгиевскими знаменем и бунчуком. – Торжество прибивки их. – Приказ и предписание графа Платова.

После двухлетнего непрерывного похода, после ежедневных битв наш полк мог теперь отдохнуть. Первой заботой командира полка было его обмундирование. В Париже по 7 франков (около 2 р. 50 к.) за пару купили казаки себе сапоги. Здесь же пошили они себе новые мундиры. В то же время было приказано на казачьих мундирах иметь с каждой стороны воротника и на каждом обшлаге по две гарусные петлицы голубого цвета. Вместо погонов казаки носили голубые гарусные эполеты, с бахромою.

Труды атаманцев за эти два года войны не были забыты. А как велики были эти труды, легко представить, если вспомним, что полк два раза получал укомплектования с Дону. Мы не знаем даже имен тех казаков, которые в числе более тысячи человек усеяли телами своими поля России, Германии и Франции. Казаки не считали смерть за Родину за особенную доблесть. Платов никогда не писал, кто убит и сколько, но лишь прибавлял: «А об убитых и раненых мы будем иметь домашний счет».

И сколько-сколько погибло наших атаманцев в непрерывных боях с великой армией двунадесяти языков!

Наш полк выступил весной 1812 года, имея при себе пять войсковых хоругвей. Доблесть офицеров и казаков наших в войну с французами доставили ему георгиевское знамя и георгиевский бунчук и поставили его в ряды славнейших полков нашей кавалерии.

Сейчас же по изгнании французов из пределов России 28 марта 1813 года главнокомандующий армией князь Кутузов Смоленский писал из г. Калиша управляющему военным министерством князю Горчакову: «За отличную храбрость, оказанную в течение нынешней кампании войска Донского Атаманским полком, Его Императорское Величество в знак признательности своей Всемилостивейше пожаловал сему полку бунчук 1 знамя, коим образцы, с принадлежащими к ним надписями у сего препровождая, покорнейше прошу приказать, заготовя оные, препроводить ко мне».

Знамя и бунчук были получены графом Платовым в Париже 17-го июня 1814 года, и хорунжий Атаманского полка Процыков повез их вдогонку полку, бывшему уже на походе, при следующих лестных для полка приказе и предписании:

«Предписание Графа Матвея Ивановича Платова к командиру Атаманского полка Генерал-Майору Грекову XVIII. Из Парижа от 10 июля 1815 года».

«Атаманский полк бессмертными заслугами своими в прошедшую Отечественную с французами войну имел счастье обратить на себя не токмо лестное внимание соотечественников и уважение чуждых народов, но еще удостоился заслужить ВЫСОЧАЙШЕЕ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Всемилостивейшего Государя нашего благоволение. Его храбрость, его мужество и неустрашимость во всех случаях останутся навсегда непреложными доказательствами примерного усердия его и верности к Престолу и Отечеству и не престанут умножать славу всего Донского войска, столь всеми почитаемого и уважаемого. Я чту себя счастливым, что был усердия его очевидцем и имел случай представить оное в полном виде ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ. ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО в справедливом уважении к службе Атаманского полка соизволил пожаловать ему за храбрость знамя с изображением образа Спасителя со следующими священными надписями: «С нами Бог, разумейте языцы и покоряйтеся, яко с нами Бог», «Буди, Господи, милость твоя на нас, яко же уповахом на Тя» и Георгиевский бунчук. Сии знаки отличия отправляются у сего к Вашему Превосходительству с хорунжим Процыковым. Прискорбно мне, что за отдаленностью моею по службе при армии не могу я сам вручить оных полку, потому более, что не хочу далее отлагать удовольствие полку, каковое принесет ему сие Монаршее благоволение. Препоручаю Вашему Превосходительству на походе в приличном месте, где будет возможность избрать оное, при торжественном собрании всего полка и по взаимном господ членов оного совещании насчет устроения должного и приличного празднества в честь ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА и всего войска, освятить знамена с узаконенным порядком и принести Господу Богу, подателю всех благ, благодарственное молебствие за удостоение нас толико лестнейшими знаками и милосердия Божия и благоволения Монарха. При сем торжественном случае прошу Вас изъявить всем достойным воинам храброго Атаманского полка поздравление мое и совершенную благодарность за то повиновение и привязанность ко мне, которые, делая их всегда ревностными исполнителями ВЫСОЧАЙШИХ повелений, совершенное приносят начальнику удовольствие и поставляют его в непременную обязанность свидетельствовать о том пред лицом Всеавгустейшего Монарха».

В приказе значилось:

ПРИКАЗ

по Атаманскому полку

10 июля 1815 года, г. Париж

Храбрые Атаманцы! Бессмертные подвиги ваши обратили на себя не токмо внимание соотечественников и иноземцев, но и ВЫСОЧАЙШЕЕ благоволение Всеавгустейшего Монарха. Запечатлейте оное в сердцах ваших! ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО в справедливом уважении к службе Вашей соизволил Вам пожаловать за храбрость, в Отечественную с французами войну оказанную, знамя с изображением образа Спасителя, который осенил покровом Своим поприще дальнейшего служения вашего, и Георгиевский бунчук. Теките к алтарю Вездесущего и проповедуйте, яко с нами Бог! Преисполняйтесь глубочайшей признательности к Самодержцу нашему, коего Отеческими попечениями вы превознесены, прославлены и благоденствуете; сохраняйте нерушимо обеты верности к Царю, вере и Отечеству; не изменяйте неустрашимости вашей и храбрости, всеми признанной, покоряйтесь начальникам и внушайте потомкам вашим быть достойными преемниками славы вашей: вот чего требует от вас Помазанник Божий и все признательное Отечество! Мне же остается токмо утешаться вами и гордиться, что был я очевидцем славы вашей, усердия и ревности вашей к престолу, вере и Отечеству.

Войска Донского Войсковой Атаман

Граф Платов

Хорунжий Процыков догнал полк в г. Кременчуге 24 августа 1815 года.

На другой день совершено было торжественное освящение знамени и бунчука. На месте лагеря Атаманского полка полк был выстроен в конном строю четырехугольником. Третья Донская конно-артиллерийская рота, следовавшая за полком, вытянулась в один ряд. В середину четырехугольника были внесены распущенные полковые знамена, избитые пулями и ядрами, свидетельницы славных побед над турками и французами. За ними внесли полученные знамя и бунчук без древок.

Кременчугский архиерей со священниками окропил знамя и бунчук святой водой, после чего начался молебен.

Командир полка и офицеры спешились и на коленях молились под сенью старых и новых знамен. По окончании молебна священник передал генералу Грекову освященные знамя и бунчук. Командир полка, а за ним и офицеры любовно прибили знамена к древкам. Тут каждый гвоздь был вбит рукой героя, не раз поражавшего неприятеля саблей или пикой. Последние гвозди были вбиты знатными особами города Кременчуга.

После этого прочтены были предписание и приказ графа Платова…

Многие казаки плакали, слушая слова своего атамана. Гром пушек Донской роты и крики «ура» закончили чтение приказа.

После этого раздалась команда «слезай!». Коноводы остались на поле, а полк, имея впереди знамена, прошел в церковь Преображения Господня. Их встретили колокольным звоном.

Полк и артиллерийская рота построились на Александровской площади.

Офицеры и спешенные казаки прошли в церковь. Здесь совершено было благодарственное молебствие, по окончании которого священник сказал слово. При возглашении молебствия артиллерия стреляла из пушек, причем был сделан 101 выстрел.

После этого полк вышел. Казаки сели на лошадей. Знамена вынесли перед строем и торжественно отвезли в лагерь.

В лагере был приготовлен праздничный обед для казаков и урядников. Офицеры и знатные лица города были приглашены на обед к командиру полка.

Знамя и бунчук, полученные нашим полком в 1815 году, хранятся ныне в бригадной церкви гвардейской казачьей бригады. По свидетельству лиц, видевших их в Кременчуге в 1815 году, они были великолепны.

Древки у них темно-зеленого цвета с желобками, из которых три выложены желтой медью и вызолочены. Наверху медное вызолоченное копье, в средине которого георгиевский крест. К копью привязаны серебряные кисти на серебряных плетеных шнурках.

Знамя четырехугольной формы, голубое, шелковое, обшитое широкой золотой бахромой. Посредине с обеих сторон масляными красками написан Спаситель во весь рост, а кругом надписи золотыми буквами. Вверху: «С нами Бог, разумейте языцы и покоряйтесь яко с нами Бог». С трех сторон полотна: «Буди, Господи, милость Твоя на нас, якоже уповахом на Тя, да не постыдимся вовеки»; а внизу «Войска Донского Атаманскому полку за храбрость».

Бунчук серебряный, длинный, с двумя языками. Кругом обшит золотой бахромой. Посередине с обеих сторон изображение красками св. Георгия Победоносца на коне, поражающего копьем дракона. Кругом надпись золотыми буквами: «Войску Донскому Атаманскому полку за отличную храбрость».

Через месяц после освящения знамен Атаманский полк с веселыми песнями вступил в Новочеркасск.

ГЛАВА XI. Мирные годы

Служба в Новочеркасске. – Песенники полка. – Служба урядников. – Производство в офицеры. – Ученья. – Похороны атамана Платова. – Атаманцы усмиряют крестьян. – Похороны Императора Александра I. – Участие в войсковых кругах.

С 1802 года Атаманский полк имел десять сотен. В Новочеркасске были расквартированы две или одна сотня, люди остальных сотен жили по станицам и собирались только на время учений. Сотнями командовали подполковники и есаулы, в помощь им были сотники и хорунжие. Ближайшими помощниками офицеров были и пятидесятники. Казаки имели все вооружение и снаряжение, даже ружья и пистолеты, а равно и мундиры собственные.

20 ноября 1815 года для большего единообразия и в облегчение офицеров войска Донского штаб– и обер-офицерам вместо прежнего шитья повелено иметь серебряные петлицы: по одной с каждой стороны воротника и по две на обшлагах, по образцу петлиц кавалерийского полка, причем в нашем полку 11 октября 1816 года велено иметь две серебряные петлицы, как то существует и теперь.

На ученья полк собирался весною на Красный Яр. Зимою же небольшая часть полка чередовалась в караулах при атаманском доме и при знаменах.

Во время мирной жизни в Новочеркасске больше всего отличались наши песенники. Голоса были на редкость. Особенно отличались казаки Александровской станицы. В полку трубачей не было. Да и в Новочеркасске не было ни одного порядочного хора музыки, а потому наши песенники во всех торжественных случаях пили за атаманским столом и по праздникам, одетые в синие кафтаны, распевали на публичных гуляньях и в городском саду. Они же ходили Христа славить к знатным особам на Рождество, пили на свадьбах, именинах и при других торжествах. При пении употребляли в те времена бубны, литавры, тарелки и полумесяцы.

Тяжело было служить лишь урядникам. Учебных команд тогда не было, и в звании урядника казаки жаловались за воинские подвиги, за храбрость или за особое отличие по службе. Урядников в войске было мало. В нашем полку на сотню приходилось по четыре, пяти урядников. Между тем на ординарцы к атаману, в почетные часовые, а также на все торжества под знамена требовались урядники. Поэтому они служили без перемены, не имея возможности иногда по десяти лет и более бывать дома.

Но зато галуны урядника открывали доступ и к офицерскому званию без всякого экзамена. Все наши урядники еще в Париже за отличие в Отечественную войну были произведены в хорунжие.

Офицерский чин в те времена давал не одно только преимущество по службе, но и увеличенный земельный надел. Офицер из казака – мелкого землевладельца – становился помещиком. По мере повышения в чинах и количество земли увеличивалось, кроме того, жаловались и русские крепостные крестьяне.

На учении команд не было. Указывали, что нужно сделать, и говорили «вперед», «марш». Повернуть полк было очень трудно. В преследовании гнали по несколько дней. Писаного устава в те времена для казаков не существовало. Приучали лошадей прыгать через рвы и барьеры, кололи пикой нарочно сделанные чучела, рубили их и джигитовали.

10 января 1818 года полк наш в полном составе хоронил своего любимого атамана графа Матвея Ивановича Платова. Не одна слеза выпала на гроб того, кто сделал имя донского казака страшным всей Европе, кто любил и лелеял атаманцев.

При новом атамане Адриане Карповиче Денисове 20 ноября 1819 года в Атаманском полку белые перьяные султаны, бывшие на шапках, заменены продолговатыми волосяными султанчиками, существовавшими в то время в полках легкой кавалерии, у офицеров серебряными, у казаков белыми.

В том же году вместо генерала Грекова командиром полка назначен герой войны 1812 и 1813 годов, бывший атаманец и георгиевский кавалер – полковник Кирсанов.

После войны 1812 года многие донские генералы получили вместе с земельными участками и крестьян на вывод. Эти крестьяне долго не могли примириться с положением своим в новой земле, волновались и оказывали неповиновение своим помещикам, буянили, жгли имения и косили хлеб на корню.

В 1820 году весной взбунтовались сначала крестьяне князей Орловых. Их пошли усмирять казачьи полки, собранные для отправки на Кавказ. Во время их отсутствия в селении Голодаевке, в Миусском округе, у господ Мартыновых возмутились их крепостные.

Большая часть нашего полка в это время уже была в сборе для весеннего ученья. По приказанию атамана Денисова эти сотни под командой полковника Кирсанова отправились в Голодаевку, где крестьяне в числе нескольких тысяч человек расположились лагерем.

Казакам приказано было окружить лагерь, и если бы кто из крестьян осмелился оказать неповиновение своим помещикам, то таких крестьян было приказано брать под караул.

К нашему полку на подходе присоединился генерал-адъютант Чернышев, приведший с собою полки, посланные к князьям Орловым, один эскадрон Л.-Гв. Казачьего полка, роту артиллерии и пехотный регулярный полк. При приближении этой массы войск крестьяне смирились и разошлись по деревням.

Атаманцы вернулись в Новочеркасск. Во время усмирения пришлось делать большие переходы и большей частью рысью, лошади были сильно утомлены, а потому обычного весеннего ученья не делали: часть полка была оставлена для караула, остальные отпущены по станицам.

В 1821 году на место Адриана Карповича Денисова назначен войсковым атаманом Алексей Васильевич Иловайский. Он любил роскошь в жизни; устраивал спектакли и балы. А когда он выезжал из своего дома, его сопровождал конный взвод Атаманского полка.

Наряд вследствие этого был усилен.

При нем приказано было казакам иметь перевязи вместо шелковых кожаные по образцу Л.-Гв. Казачьего полка.

Служба Атаманского полка в минувшие войны, образцовое поведение казаков далеко выдвинули полк из среды других казачьих полков. На атаманцев смотрели почти как на гвардию. От них требовали чистого и однообразного обмундирования, а во всех почетных командировках с этого времени они участвуют наряду с Л.-Гв. Казачьим полком.

Так, когда 19 ноября 1825 года скончался в городе Таганроге Александр Благословенный, пораженные горем и ужасом отчаянные атаманцы в полном составе были вызваны в Таганрог. Там у тела Того, перед глазами которого всего шесть лет тому назад сражались казаки на полях Арсиса и Фер-Шампенуаза, стояли на часах офицеры нашего полка, а атаманцы сменяли лейб-казачий караул у Таганрогского собора и у дворца Императрицы.

На всех войсковых кругах атаманцы занимали видное место; 9 мая 1826 года, в день принятия пожалованной войску сабли Императора Александра I, полк в полном составе был на площади перед собором.

Это был последний раз, когда жители Новочеркасска видели все сотни полка на кругу.

В следующем году полк выступил в поход на войну с Турцией, а с войны перешел сначала на Днестр, потом в Польшу, а потом и в Петербург. Наступали новые времена для Атаманского полка.

ГЛАВА XII. Казачий Наследника полк

Вооружение и снаряжение атаманцев. – Пожалование Атаманского полка Шефом. – Рескрипт 20 октября 1827 года.

В 1827 году и на Дону, и в Петербурге только и разговоров было, что о предстоящей войне с турками. Донские казачьи полки находились на Кавказе, где воевали с персиянами. На Дону оставалось всего несколько полков, и в том числе Атаманский. Уже зимой 1827 г. приказано было нашему полку в составе пяти сотен собраться в Новочеркасске и быть готовым к выходу.

Несмотря на то, что у полка была строго определенная форма, сотни были одеты не однообразно. Происходило это оттого, что казаки обмундировывались сами, на свой счет. Полковых портных не было, мундиры шили по станицам, почему и покрой был не совсем одинаковый, и отличия были нашиты неправильно. Вооружены казаки тоже были различно. Были у казаков и шашки с эфесом без дужки казачьего или восточного образца, были и сабли, отбитые у французов, и кривые турецкие ятаганы. Древки у пик были темно-красного цвета. Ружья были кремневые, у кого нарезные штуцера или карабины, у кого гладкоствольные линейные ружья. Калибр их был вдвое больше нынешних – семилинейный. Заряжались они с дула. Казаки имели патроны, в которых хранился порох и пуля. Пуля была круглая. Заряжали ружье в двенадцать приемов. Надо было «скусить патрон», то есть зубами оторвать пулю патрона, потом насыпать порох в дуло, забить шомполом пулю, вставить шомпол на место, насыпать немножко пороху на полку подле курка, и тогда можно было стрелять. Во время дождя порох намокал и не загорался от искр. Нашим дедам нелегко давалась меткая стрельба.

Кроме ружей казаки имели еще пистолеты – у кого один, у кого два. Пистолеты были с одним дулом и с двумя – двойные. Оттого и в песне нашей поется:

 
Сам на сером коне,
Грудь горит в серебре,
По бокам пистолеты двойные.
 

Офицерские чины отличий не имели. Была разница только в штаб-офицерских и обер-офицерских эполетах.

Но атаману Иловайскому хотелось привести все это в порядок, и вот 1 – го января 1827 года на офицерских эполетах казачьих полков для различия чинов повелено иметь кованые звездочки: у хорунжих – одну, У сотников – три, у майоров – две, у подполковников или войсковых старшин – три.

10-го июля 1827 года приказано вместо султанов на шапках иметь шерстяные шарики, называемые «помпонами», у казаков белые, у офицеров серебряные. Шарики эти казаки покупали на ярмарках в особых лавочках…

Доблести наших дедов в Отечественную войну, а потом храбрость донских казаков в войне с персиянами обратили на войско Донское милостивое внимание Государя Николая Павловича.

2-ое октября 1827 года для Донского войска и нашего полка в особенности должно быть памятно. Войско получило Атамана – Наследника Цесаревича, а наш полк стал Шефским полком Его Императорского Высочества Наследника Великого Князя Александра Николаевича.

После Л.-Гв. Казачьего Его Величества полка Атаманский полк первый и единственный из казачьих полков, имеющий Шефом Особу Императорской Фамилии.

Велика была радость наших офицеров и казаков, когда их собрали однажды в октябрьский день на площади и командир полка генерал полка Кирсанов прочел следующий Высочайший рескрипт на имя Наказного Атамана войска Донского Генерал-Майора Кутейникова.

«Дмитрий Ефимьевич! – значилось в рескрипте. – Назначив приказом, сего числа отданным, любезного сына моего, Наследника, Великого Князя Александра Николаевича Атаманом всех казачьих войск, повелеваю вам объявить о сем по вверенному вам храброму войску Донскому, уверен будучи, что оное найдет в сем назначении новое доказательство моей признательности и благоволения к оному за его знаменитые услуги Отечеству и верность к престолу, в коих я тем более удостоверен, что оно уже и при начале царствования моего явило столь блистательные опыты Своего усердия и храбрости в настоящую войну с Персиянами. При сем повелеваю считать ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЫСОЧЕСТВО, Наследника Великого Князя Александра Николаевича Шефом Донского Атаманского полка, которому и именоваться – казачьим Его Императорского Высочества Наследника полком».

Пребываю Вам благосклонный «НИКОЛАЙ»

В С. -Петербурге,

октября 1827 года.

Шефу нашего полка шел в это время десятый год. Он родился 17 апреля 1818 года.

С этого дня, как мы увидим дальше, Казачий Наследника полк пользовался особым расположением Его Высочества.

Царственный юноша с редким вниманием следил за боевыми успехами полка, чутко относился к нуждам своим атаманцев, широко помогая своим казакам…

21 января генерал Кирсанов сдал полк подполковнику Захару Спиридоновичу Катасанову, а через два месяца после этого потянулись, сверкая пиками на весеннем солнце, синие ряды атаманцев в поход в знакомые отцам поля Молдавии и Валахии.

Война Турции была объявлена.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю