Текст книги "Титан VII ранга (СИ)"

Автор книги: Павел Вяч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 17

Глава 17

Сначала мы долго шли по длинным коридорам, потом спустились под землю и, если я правильно сориентировался, пошли в сторону Сенатского дворца.

И, учитывая, что через каждые несколько метров я замечал стальные створки утопленных в стены перегородок, а также расположенные в шахматном порядке турели, подземный ход в Сенатский дворец находился под мощной охраной.

Бестужев шёл молча, и я тоже помалкивал. Внимательно запоминал путь и раз за разом прокручивал то, что мне нужно будет сказать на спешно организованном саммите.

С одной стороны, было слегка волнительно – я с детства считал Кремль чем-то сокровенным. С другой – ну чем он концептуально отличается от Республиканского дворца гремлинов?

В общем, к тому моменту, когда мы оказались в нужном зале, я успел настроиться на нужную волну. И даже многочисленные проверки, которые нам с Бестужевым пришлось пройти, не смогли выбить из этого состояния холодного спокойствия.

Что до Овального зала, где и планировалась встреча, то он меня впечатлил.

Казалось бы, я видел уже десятки тронных залов в Разломах, но здесь… Здесь царила аура достоинства и величия.

И дело было не в моих ощущениях, а в самом здании. Не удивлюсь, если при постройке Кремля использовались артефакты!

Нас тем временем рассадили за столом хитрым образом – с одной стороны, оказался я, Бестужев, послы Китая, Индии, США, Японии и Саудовской Аравии. С другой – послы Англии, Германии и Франции.

Помимо этого, в зале были установлены камеры и широкие вертикальные экраны – для тех послов, кто не находился в этот момент в Москве и не смог прибыть на спешно созданный саммит.

И я вновь удивился расположению экранов.

Так, например, один из экранов стоял между сидящим по центру англичанином и французом. И на нём, если верить подписи, я видел какого-то американского сенатора.

То есть посол США сидел слева от Бестужева, а ещё какой-то сенатор – рядом с английским послом.

Наверняка всё это не просто так, и эта рассадка – продолжение дипломатической игры. И как же всё-таки хорошо, что меня это не касается.

– Мистер Костин, – заговорил сенатор с экрана, – пока наши коллеги заканчивают подготовку к саммиту, позвольте задать вам личный вопрос.

Я же, подивившись про себя качеству автоматического переводчика, который практически в точности воспроизвёл интонации американца, согласно кивнул.

– Спрашивайте…

– Леон Майнер, – правильно понял мою заминку американец.

– Спрашивайте, товарищ Майнер.

Слева от меня строго кашлянул Бестужев, но я и бровью не повёл. Да, провокационно называть американца товарищем, но я решил проверить его реакцию. Интересно, обидится или не обратит внимание?

– Тамбовский волк тебе товарищ, – с лёгким акцентом произнёс американец и, усмехнувшись, уставился на меня.

– Ого, говорите на русском? – удивился я. – Уважаемо.

– Не говорю, – покачал головой американец. – Так, знаю с десяток крылатых фраз и поговорок. Вот, например, одна из моих любимых:«Дети искренни без стеснения и не стыдятся правды, а мы из боязни показаться отсталыми готовы предать самое дорогое, хвалим отталкивающее и поддакиваем непонятному» . Если вы не поняли, мистер Костин, под непонятным я имею в виду вас.

– Что-то знакомое, – прищурился я, совсем не обращая внимания на неодобрительные интонации американца. – Это же из «Доктора Живаго»?

– Моя любимая книга, – кивнул американец. – Так вот, мистер Костин, у меня к вам вопрос касательно…

– Лары, – закончил я.

Бывает, случаются в жизни мгновения просветления, и ты точно понимаешь, что сейчас или попадёшь в цель, или выставишь себя полным идиотом.

Я обычно сдерживался, предпочитая не рисковать, но сейчас меня как будто кто-то под руку дёрнул. Хотя, почему как будто? Стоило американскому сенатору процитировать «Доктора Живаго», как я сразу понял, кого вижу перед собой.

– Что с ней? – тут же напрягся сенатор.

– Не переживайте, сэр, – ровно ответил я. – С Ларой всё хорошо. Мы с ней состоим в одной фракции, она занимает руководящую должность. И…

– Что и? – сенатор буквально впился в меня взглядом.

– И Лара находится под моей личной защитой, сэр.

– Как это понимать? – прищурился американец.

– Это долгая история, сэр, – пожал плечами я. – Как только получится повысить уровень нашей фракции, чтобы создать устойчивый канал связи между Школой Титанов и Землёй, она непременно с вами свяжется и сама всё расскажет.

– Что нужно для того, чтобы повысить уровень фракции? – нахмурился сенатор.

– Ресурсы, – пожал плечами я. – И скажу сразу, отказываться от международной помощи не буду. Чем быстрее мы доведём нашу фракцию до десятого уровня, тем легче нам будет реагировать на… внешние вызовы.

– Я лично займусь этим вопросом, – пообещал сенатор. – А что с Кевином?

– Кевин умер, – поморщился я. – И это непубличный разговор, сэр.

– Я вылетаю в Москву немедленно, – заявил сенатор. – Энтони, с этим будут какие-то проблемы?

– Нет, сэр, – отозвался американский посол, предварительно покосившись на Бестужева и получив от него лёгкий кивок. – Будем ждать вас, сэр.

– Энтони, отправьте в мой офис список ресурсов, – властно произнёс сенатор и, дождавшись утвердительного кивка, отключился.

– Что ж, – сухо произнёс британский посол, бросив на меня недовольный взгляд. – Если вы закончили решать свои личные вопросы, то, возможно, перейдём к теме нашей встречи?

– Поддерживаю, – кивнул Бестужев, поправив наушник синхронного перевода. – Мы вас слушаем, господин посол.

– Великобритания требует выдать в нашу юрисдикцию Титана, незаконно пересёкшего границу.

– И кто является этим Титаном? – поинтересовался Бестужев.

– Хватит устраивать цирк, – скривился посол. – Он сидит рядом с вами, господин Бестужев.

– Виктор Костин – представитель Школы Титанов, – невозмутимо отозвался Бестужев. – И со стороны всё выглядит так, господин посол, что вы, вместо того, чтобы выслушать послание наших ребят, хотите заткнуть Виктору рот.

– Он уничтожил нашу военную базу, – голос посла превратился в лёд. – После чего телепортировался в место под названием Аркаим. У нас есть доказательства блогера-миллионника.

Неужели та скандальная девушка в ядовито-жёлтом топе? Но как, ведь я же сжёг её телефон!

– Блогер? – переспросил Бестужев. – Вы серьёзно?

– Абсолютно, – подтвердил англичанин. – Наша разведка проследила его путь до Москвы. Или вы хотите сказать, что просто так гоняли самолёт из Челябинска в Москву?

– Не советую совать нос в чужие дела, – бесстрастно отозвался Бестужев. – Ваши обвинения абсурдны.

– Мы настаиваем на экстрадиции, – упёрся посол. – В противном случае, вас ждут очень серьёзные последствия.

– Во-первых, – отчеканил Бестужев, – никакой экстрадиции не будет. Виктор – гражданин Российской Федерации и пока что не нарушил ни один из наших законов. Во-вторых, если продолжите сыпать угрозами, дипломаты Британии будут высланы из страны. В-третьих, призываю мировое сообщество сфокусироваться не на шкурных интересах островитян, а на всеобщем благополучии перед лицом иномирного Вторжения.

– Вы совершаете огромную ошибку, – процедил англичанин.

– Довольно, – прервал его американский посол. – Виктор, – он посмотрел на меня. – Зачем вы прибыли на Землю и как обстоят дела в Школе Титанов?

– С вашего позволения, отвечу сначала на второй вопрос…

– Энтони, – правильно истолковал мою заминку американец. – Для вас, Виктор, просто Энтони.

– Так вот, Энтони, – я признательно кивнул послу. – Думаю, вы уже знаете, что в первые недели среди неофитов была аномальная смертность…

– Мы читали доклады, которые были переданы нам через ваш МИД, – кивнул американец. – Хоть и не можем быть уверены в достоверности представленных данных.

– Так вышло, – пожал плечами я. – Наша фракция была первой и до сих пор удерживает лидерские позиции. После того как мы восстановили исходный Кодекс, атмосфера в школе потеплела. Да, мы конкурируем с фракцией «Великие», – я многозначительно посмотрел на Энтони, – и с фракцией «Вечные», – взгляд на китайского посла. – Но это здоровая конкуренция.

– Скажите, Виктор, – вмешался китайский посол. – В чём различие ваших фракций?

– Всё дело в локации, к которой привязана фракция, – пояснил я. – Наша фракция «Защитники» привязана к Столовой. Да, вначале это дало нам доступ к Разломам и слабым зельям Восстановления, но тот же самый Полигон или Лазарет намного круче в перспективе. Условно говоря, Столовая – это Бронза. Лазарет – Серебро. Полигон – Золото.

– Привязка по лигам, – кивнул американский посол. – Виктор, вы можете в своих словах описать преимущество локаций?

Я был более, чем уверен, что все присутствующие на саммите политики уже не раз видели все эти описания, но спорить не стал.

– Лазарет – это широкий спектр зелий, восстанавливающие техники, условные эликсиры бессмертия и прочие прелести алхимии. Вечные, – я посмотрел на китайца, – сделали практически беспроигрышный выбор.

– Вы сказали эликсиры бессмертия? – протянул японский посол. – Это фигура речи?

– Я не знаю на сто процентов, – покачал головой я. – Но по заверениям одного из наставников, можно продлить жизнь любого человека до 120–150 лет. Убрав при этом все негативные факторы старения. Но это, как вы понимаете, очень дорого.

– И это дело будущего, – вклинился Бестужев. – Далёкого будущего. Для начала нам нужно разобраться с Вторжением.

– Это точно, – кивнул я. – И «Великие» в этом отношении, выбрав Полигон, сделали ставку на силу и мощь. Чем выше уровень фракции, тем сильнее становятся её члены. Если мы успеем поднять все фракции до десятого уровня, то шансы отбиться от Третьей Волны будут несоизмеримо выше. Собственно говоря, именно за этим я прибыл сюда.

– Один из наших Титанов смог отправить послание в Школу, – включился Бестужев. – Мы не были уверены, что это сработает, но, как видите, Виктор здесь.

– Могут ли другие Титаны вернуться на Землю? – поинтересовался немецкий посол.

– Теоретически да, – протянул я. – Но это очень дорого. Если бы не проблема со спутниками, я бы остался в Школе.

– Наконец-то по-настоящему важный вопрос, – фыркнул француз. – Как вы будете решать проблему с нашими спутниками?

– Сейчас расскажу, – кивнул я. – Есть такая раса ксуры. Двух-, а то трёхметровые прямоходящие ящеры в технологических бронескафах, чей уровень технологий на порядок опережает наш…

– Ящеры? – фыркнул кто-то из послов. – Серьёзно?

– Технологии? – тут же заинтересовался китайский посол. – Наши радары сумели засечь череду странных импульсов…

– Это они и есть, – уверенно кивнул я. – Ксуры. У них на вооружении стоят импульсные бластеры, плазменные винтовки, силовые клинки и щиты… Эти ребята на голову превосходят нас в технической плоскости. И они единственные, кто может сбивать висящие на орбите спутники.

– У них наверняка есть какая-то база, – прищурился американский посол. – И, если верить карте сбитых спутников, она находится в Европе!

– В связи с этим у меня две новости, – кивнул я, помня слова Бестужева. – Первая – Школа заключила договор с духом, который займётся уничтожением ксуров. Вторая – по моей информации в это дело замешаны песьеголовые.

Никто не стал уточнять, кто такие песьеголовые и чем они опасны, видимо, Бестужев сделал международную рассылку на основе моих рапортов и рапортов других Титанов.

– Есть вероятность, что песьеголовые под шумок хотят завладеть технологиями ксуров, – продолжил я. – Обычно для своих военных операций они используют или легионы, или магию Смерти, но за счёт артефактов они могут проявлять себя, как стихийные маги.

– Маги? – вмешался немецкий посол. – Например?

– Например, молнии, – я посмотрел англичанину прямо в глаза. – В их распоряжении такие артефакты, что могут создать настоящий грозовой фронт, который со стороны выглядит как аномальное буйство стихии. И насколько я знаю, совсем недавно похожая аномалия появилась над Британией…

– Во-первых, над Великобританией, – процедил посол. – А во-вторых, это был ты. Прикрываясь сказочками про… ящеров, ты уничтожил древнее место силы – Стоунхендж!

Я медленно покачал головой и произнёс заранее заготовленную фразу:

– Сеть мне в свидетели, это не я!

Глава 18

Глава 18

Стоило мне произнести эти слова, как я тут же почувствовал что-то неладное.

Мне стало так плохо, будто я разом потерял половину своих сил. Первым моим порывом было плюнуть на саммит и вернуться к сфинксу, но это, понятное дело, было невозможно.

Поэтому я взял себя в руки и сфокусировался на беседе.

Сейчас по плану Дон приступит к ликвидации оставшихся разведчиков ксуров, и, зная партнёра, у англичан скоро прибавится очень много забот.

По договорённости с Бестужевым, Дон должен первым делом развеять защиту ксуров – ведь нам нужно, чтобы их увидели американские и китайские спутники – а затем устроить настоящее световое шоу.

По прикидкам Бестужева, реакция на происходящее должна наступить примерно через двадцать-тридцать минут. Пока снимут данные со спутников, пока изучат увиденное в Пентагоне, пока вышлют информацию американскому послу…

В общем, мне нужно было продержаться на конференции ещё минимум полчаса. И я держался.

Холодно отвечал на нападки англичанина, то и дело кидал в его сторону намёки о помощи ксуров и, конечно же, подробно отвечал на вопросы других послов.

Про возраст, про едва заметное фиолетовое свечение, про заведённые в школе порядки, про Разломы и про оружие ксуров.

Я уже успел забыть, что возраст всех неофитов откатили в Школе до последней реперной точки в 16 лет, а мой, благодаря Дону, до 14. Да, благодаря взятым рангам и дарам я не выглядел подростком, но и мой реальный возраст мне было не дать.

И эта разница, конечно же, заинтересовала почти всех без исключения политиков.

Ещё бы! Когда тебе за пятьдесят-шестьдесят, и есть возможность стать шестнадцатилетним, сохранив при этом свои связи, капитал и положение в обществе – это… заманчиво.

Даже не просто заманчиво, это самое настоящее искушение.

Это понимал я, и это понимал Бестужев, который до саммита дал мне на этот счёт строгие инструкции.

Но, несмотря на то, что я объяснил политикам невозможность, м-м-м, реверсивной молодости, интерес к этому вопросу не угас. А уж когда зашла речь о зельях, то все присутствующие на саммите словно с цепи сорвались.

Мне чуть ли не в лоб предлагались астрономические суммы за зелье Регенерации или Восстановления. С одной стороны, это напрягало, но с другой – все и думать забыли про англичанина, которого это жутко бесило.

В итоге, выбив из меня обещание наладить поставки зелий в обмен на ресурсы, необходимые для повышения уровня фракции, политики принялись обсуждать между собой порядок очерёдности.

И, что самое интересное, Бестужев участвовал в споре наравне со всеми, хотя всем без исключения было очевидно, что на текущий момент он обладает монополией на коммуникацию со Школой Титанов.

Наверняка это был результат закулисных переговоров и договорённостей, и мне не было до этого никакого дела. В данный момент меня интересовали лишь три вещи: результаты операции Дона, моё резкое ухудшение самочувствия и Атлантида. А точнее – успеем ли мы с Доном туда заглянуть.

Хотя нет, вру. Помимо этого, я волей-неволей думал и о Евгении, и о Первом Титане, и, конечно же, о летящем в Россию отце Лары.

Парадокс, в Школе меня интересовало лишь одно – сумеет ли Земля отбиться от Первой Волны без нашей помощи, но, стоило мне здесь оказаться, как проблемы посыпались словно из рога изобилия.

И чем дальше, тем больше. Путь Титана напоминал мне взрослую жизнь – дел всё больше, а свободного времени всё меньше.

– Извините, коллеги, – встревоженный голос американского посла вырвал меня из мыслей. – У меня срочное донесение.

– Что может быть важнее установления стабильного канала связи со Школой Титанов? – удивился индийский посол.

– Наши спутники зафиксировали нечто похожее на технологии ксуров!

– Где? – прищурился китайский посол.

– Над Бирмингемом, – в полной тишине ответил американец и смерил англичанина ледяным взглядом. – Соединённые Штаты требуют немедленного открытия как воздушной, так и наземной границы для проведения международного расследования.

– Это неприемлемо, – заявил британец. – И вообще, это всё ложь!

– Иван, – американец повернулся к Бестужеву. – Мы можем вывести данные с наших спутников на экран?

– Конечно, Энтони, – кивнул Бестужев. – Пусть ваш помощник свяжется с моим.

– Одну секунду…

– Мои коллеги тоже вышлют наши данные, – неожиданно произнёс китаец. – Китайская народная Республика присоединяется к ультиматуму США!

За столом повисла мёртвая тишина. Все терпеливо и даже с интересом ждали, что появится на экранах, что до английского посла, то он, несмотря на внешнюю невозмутимость, обильно потел.

Наконец, экраны моргнули, и на них появилось видео, на котором было хорошо видно, как два огромных робота ксуров ведут неравный бой с…

– Песьеголовый! – выдохнул Бестужев. – Виктор был прав!

После слов Бестужева всё внимание политиков оказалось приковано к фигуре с волчьей головой, которая стремительно перемещалась вокруг роботизированных комплексов ксуров.

На наших глазах Дон, а это был именно он, выпустил по стальным громадинам несколько цепных молний из серебряного посоха, после чего, окружив себя зеленоватой защитной сферой, запрыгнул на ближайшего робота.

Он двигался настолько быстро, что было тяжело следить за его перемещениями, но кое-что я заметить успел.

– Смотрите, – я вскинул руку, – срезал лазерную турель, которая находилась на левом плече робота!

– Она просто пропала, – возразил китаец.

– Не пропала, – покачал головой я. – Он убрал её в Инвентарь.

– Чем это нам грозит? – голос американского посла так и звенел от напряжения.

– По моей информации, псы являются младшими партнёрами ксуров, – произнёс я, внимательно следя за подвигами Дона. – Между ними есть какие-то договорённости. Ксуры делают ставку на технологии, псы – на шаманов, магов Смерти и свои легионы.

Я выждал паузу, дожидаясь, когда Дон выпустит сразу несколько сотен призрачных черепов в соседнего робота.

– А теперь представьте, – я показал на него рукой. – Что будет, если у миллионов песьеголовых вместо дротиков и мечей появятся лазерные турели, импульсные бластеры и силовые клинки?

– Наши спутники сбивали из импульсных бластеров? – уточнил француз, отодвигаясь от англичанина.

– Почти, – кивнул я. – Только не из бластеров, а из более мощного оружия. Как, например, – я показал на упавшего на четвереньки робота. – Вот такая установка.

Вдоль спины робота шла вытянутая не то турбина, не то футуристического вида цилиндр, но при этом не нужно было быть военным, чтобы понять – это не что иное, как оружие.

А в следующую секунду из этой установки вырвалась ослепительно-белая вспышка.

– Вот как сбивали наши спутники, – Голос американца не предвещал ничего хорошего. – Потрудитесь объясниться, – он посмотрел на своего английского коллегу. – Что боевые роботы ксуров делают на территории Британии? И как они туда попали?

– Это фэйк, – сглотнул англичанин, и не думая поправлять американского посла. – Это козни русских!

– Это трансляция с наших спутников и разведывательных дронов, – покачал головой американец.

– И с наших, – кивнул китаец. – Это преступление против человечности.

– Один момент, – американец вскинул перед собой левую руку, а правую приложил к уху, точнее к закреплённому в нём наушнику. – Слушаю, господин президент. Понял, господин президент. Будет сделано, господин президент.

– Я… – начал было англичанин, но Энтони прервал его взмахом руки.

– Президент США при полном одобрении Конгресса лишает Британию права на владение ядерным оружием. Вывоз боеголовок начнётся незамедлительно.

В зале повисла гробовая тишина.

Даже Бестужев, который и спланировал эту операцию, не смог скрыть удивления. США только что публично вынесли Британии приговор.

– Вы не посмеете! – голос англичанина дал петуха.

– Соединённые Штаты Америки сделают всё, чтобы защитить человечество от иномирной угрозы! – заявил Энтони.

– И Россия, – кивнул Бестужев.

– И Китай!

– И Индия!

– И Франция!

– И Германия!

– И Япония!

Перечисление продолжалось до тех пор, пока не высказались все без исключения страны, участвующие в саммите как лично, так и по видеосвязи.

На англичанина было страшно смотреть – он посерел, его лицо приняло землистый оттенок.

Впрочем, мне было его совсем не жаль – я понимаю, заключить сделку с ксурми, чтобы хитростью выманить и изучить их технологии, но выступить против всего мира? Тот момент, когда ксуры с англичанами сбили первый спутник, оказался началом их конца.

И это сейчас понимали все без исключения.

– Как мы видим, – Бестужев, точно уловив нужный момент, поднялся на ноги. – Обвинения англичан против Виктора Костина были голословными. Коллеги, предлагаю сделать перерыв, во время которого мы займёмся формированием сметы на необходимые ресурсы. Наши страны заинтересованы в стабильных поставках зелий, не говоря уже о помощи в закрытии Разломов!

Я, честно говоря, надеялся, что после закрытия саммита смогу заняться своими делами, но не тут-то было!

Бестужев отвёл меня к столику, за которым стоял чай с угощениями, и ко мне один за другим, начали подходить послы и политики.

У кого-то был личный вопрос, кто-то радел о благополучии своей страны, кто-то искал помощи в решении пограничного конфликта с соседями… В общем, кто во что горазд.

Если решение вопроса было в моих силах, я соглашался помочь, если нет – обещал подумать. Ну а особо настойчивых и наглых отправлял к Бестужеву.

И вот эти закулисные переговоры вымотали меня похлеще поединка с ксурами!

Раньше я считал большинство политиков дармоедами, но сейчас, изнутри посмотрев на их кухню и работу, вынужден был признать – всё далеко не так, как нам представляется со стороны.

И больше всего меня порадовало, что почти половина подошедших ко мне политиков, просили помощи в закрытии Разломов.

И вот тут, несмотря на нехватку времени и физические ограничения Сети, я не имел права отказать. Да, мне было нельзя самолично закрывать Разломы, да и на это не было времени, но консультировать мне было не запрещено.

В итоге, мы договорились, что все страны, имеющие проблемы с Разломами, пришлют своих представителей, желательно Титанов, в Москву, и мы устроим массовый мастер-класс.

Когда же наконец все кулуарные переговоры закончились, и я без сил откинулся на спинку стула, на самой грани слышимости пробился голос Дона:

«Вик! Какого ксура! До тебя не достучаться!».

«Прости, Дон, – мысленно отозвался я. – Добил-таки ксуров?».

«И не только их, – фыркнул Дон. – Местным аборигенам тоже досталось. Но пришлось выложить все свои козыри».

«Дай мне пару минут, вернусь в Оружейную Палату, и можешь прыгать».

«В том-то и дело! – в голосе Дона появились тревожные нотки. – Я больше не чувствую тебя. Если раньше твоя аура сияла, словно путеводный маяк, то сейчас всё, на что её хватает – уловить мою мыслеречь».

«Есть такое, – машинально кивнул я, не обращая внимания на присевшего рядом Бестужева. – Мне резко стало плохо после ключевой фразы».

«После ключевой фразы?», – переспросил Дон и надолго замолчал.

«Дон?», – протянул я, так и не дождавшись ответа.

«А напомни эту фразу?», – судя по бесцветному голосу партнёра, произошло что-то неприятное.

«Сеть мне в свидетели, это не я!».

«Прости, Вик, – вздохнул Дон. – Я допустил ошибку. – Нельзя было призывать в свидетели Сеть. Она не терпит обмана. Поэтому, скорее всего, тебе и прилетел штраф».

«Штраф? – услышанное мне, мягко говоря, не понравилось. – И что теперь делать?».

«Иди к сфинксу, – подсказал Дон. – И проси восстановить свою репутацию. Словом, делом и кровью».

«Понял… А ты?».

«А я пока залягу на дно, – Дон через силу усмехнулся. – Пару часов продержусь. А потом… Надеюсь, к тому времени ты восстановишь свою ауру».

Дон не стал говорить, что будет в противном случае, но это и так было понятно.

– Иван, – я посмотрел на Бестужева. – Мне срочно надо к сфинксу.

– Пошли, – кивнул Бестужев. – Только недолго. Ты же не забыл, что нас ждёт ещё одна встреча?

Он не стал называть имён, но я сразу понял, что речь идёт о Жене.

– Это важнее, – покачал головой я.

– Ну пойдём, – пожал плечами Бестужев.

Пока мы шли по подземным коридорам, он ничего не говорил, но как только мы оказались в зале, кинул на меня вопросительный взгляд:

– Что случилось?

– Допустил ошибку, – поморщился я. – Сейчас буду исправлять.

И, не тратя времени на подробные объяснения, подошёл к сфинксу.

– Внимание! – немедленно отреагировал сфинкс. – Все характеристики клятвопреступника понижены вдвое. Призывая в свидетели Сеть, каждый должен быть готов к справедливому наказанию! Среди Титанов только Сила дороже репутации!

– Виноват, – произнёс я, опуская голову. – Прошу восстановить мою репутацию! Словом, делом и кровью.

– Да будет так, – выдержав паузу, отозвался сфинкс. – Словом, делом и кровью!

На этих словах передо мной появился сотканный из кровавой паутины портал, и я мысленно вздохнул – Что, опять⁈

– Вик, – нахмурился Бестужев. – Какого чёрта?

– Скоро вернусь, – заверил его я.

И бесстрашно шагнул в портал.