Текст книги "Рикимару"

Автор книги: Павел Иконников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Я присел в сторонку и от нечего делать, жуя банан достал мобильный телефон. Он не работал и не включался. Странно батарейка вроде полная была.

– В Хьердугааре техника не работает, – Руфус не глядя на меня, чистил кинжал не весть откуда взявшейся тряпочкой – здесь не горит бензин и не взрывается порох.

– Зато здесь летают ковры, пасутся кентавры, а котята…

Я не договорил свою, саркастическую тираду потому, что прямо перед нами возникнув из ниоткуда закружился вихрь разноцветных огоньков. За две секунды он вырос до двухметровой высоты, а затем взорвался изнутри осыпаясь гаснущими спрайтами.

Руфус как ни в чем не бывало продолжал чистить кинжал, а я смотрел на нового персонажа сегодняшнего дня.

Братья Вачовски назвали бы его программой матрицы давшей сбой, Фокс Малдер генетически модифицированным человеком, а любители компьютерных игр просто оборотнем.

Не знаю, как бы я назвал его вчера, но сегодня я знал, что это джинн. Джинн, у которого ракшас принял форму волка. Как и Руфус он стоял на двух выгнутых лапах, все тело его покрывала шерсть. Руки длинные и мускулистые заканчивались пятипалой ладонью с длинными когтями. Морда, как у всех собак улыбалась, только это ни капли не наводило на мысли о дружелюбном отношении. Весь грозный образ портила большая спортивная сумка перекинутая через плечо вервульфа.

– Секундижжин Руфус, – пролаял «оборотень», глядя на Руфуса – Зааркон тикет дож уни.

Сначала я подумал, что длинный язык мешает ему выговаривать, некоторые слова я разбирал, но потом понял, что это просто другой язык.

Волк мельком взглянул на меня, затем на Кристину и уже не отрывая взгляда, направился в её сторону.

– Лаххал унодижжин аль лино? Дэвон ли ку? – оборотень присел на задние лапы перед Кристиной, его хвост лениво двигался влево вправо.

– Сиикизм дурр сэ унодэв – неожиданно проговорила Кристина. Она произносила слова твердо, словно плюя в лицо новому джинну. Немигающие глаза льва твердо смотрели в глаза волка.

Оборотень закинул голову в приступе смеха. Смех у него получался сухой надрывный, переходящий в вой. Он встал, продолжая хихикать, и отойдя метров на десять уселся на землю, как и мы.

– А вот это, Игорь и есть дэв – будничным тоном проговорил Руфус, – простенький, но все же дэв. Такого видно сразу и он не опасен, если конечно правильно себя вести. Бояться нужно других, тех кто скрывает сущность.

– Я тоже уно – резко вскочила Кристина. Я не понял, что она имеет ввиду, но то что это её раздражало было видно сразу.

– Уно. – все таким же спокойным голосом согласился джинн – Но джинн лучше чем дэв, верно? Может уно и ограничен в возможностях, зато те возможности, которые есть у них развиты максимально.

Кристина, стояла все еще напряженная, но потихоньку успокаивалась. Я же сидел в абсолютном неведении пытаясь понять, что же такое это «уно». Руфус же ткнув когтистым пальцем в дэва, продолжил.

– Вот, например, этот. Ему не нужно плутать по Хьердугаару, его ракшас выводит всегда прямёхонько к городу дожей. А вот кстати и сам город.

Часть 10 «Воздушный замок Лапута»

Если бы меня спросили на что похож город дожей, то я бы наверное ответил что на зефир. Ну, или на безе, ну или если угодно на коровью лепешку.

Огромная, летающая, белая, четырехъярусная лепешка. Четыре кольца стен, одно в другом и каждое выше прежнего. А в центре башня, без купола, без крыши, словно гигантским мечом, отсечена, как у небоскребов с вертолетной площадкой.

– Хватит пялиться стажер – Руфус в спешке собирал вещи, – Кванокиум не делает остановок уже в течении шестидесяти веков, не думаю что сегодня будет исключение. Бегите за дэвом. Кристина поглядывай за Игорем, а я вас догоню.

Ну вот, теперь девчонка за мной присматривает, а не я за ней.

Главное быть гибким, солдат меняющий позицию живет дольше, (псевдо-психолог Сладков Антон Антонович).

Между тем волкообразный джинн, припав на все четыре лапы, стремительно несся к боковой части «лепешки», где в стене виднелась конструкция отдаленно напоминающая речной причал. Такие причалы есть во всех городах типа Питера, Парижа и… и Венеции, конечно же.

Я побежал, быстро побежал. Но все же не так как, умеют джинны. Кристина догнала меня через секунду. Развернувшись и нелепо взмахивая ногами, она побежала лицом ко мне, нисколько не потеряв в скорости.

– Стажер, следует поднажать, – новоявленной джиния с издевкой копировала голос Руфуса, – а не то всех ракшасов разберут и тебе останется только ослорак или крысодятел.

Её поведение меня порадовало. Она наслаждалась своим превосходством и по дружески хвасталась. Но мое критическое мышление до последнего будет бороться за доминирующую ступень.

– Ослорак и крысомышь это уже секундижжин, а не уно.

Стрела попала точно в цель, Кристина на полушаге сбилась и чуть не упав, развернулась ко мне спиной. Я почувствовал как по телу приятно разливается, чувство собственного превосходства.

Я запределен (Маззи).

Но наслаждение было не долгим.

Кристина резко развернулась и схватила меня под живот, сложив пополам на плече.

– Задержи дыхание, остряк – нисколько не озаботившись, сделал ли я это джиния трехметровыми прыжками, устремилась к «причалу».

Пытаясь удержать содержимое своего желудка, я только и смог что видеть то песок, то ухмылку бегущего позади Руфуса.

Минуту или две все было нормально, я даже подумал, что способ такого передвижения не так плох. Через секунду меня начало тошнить. Я почувствовал отвратительный вкус желудочного сока во рту. Ну уж нет, слабости я не покажу.

– Но лошадка, давай поднажми – я даже попытался ударить ладонью по заднице джинии, но промахнулся.

Вдруг резко, меня бросило вверх, а затем я больно ударился плечом обо что-то твердое. Никакого чувства юмора у этой девчонки все время обижается.

Но удар, не был связан с уязвленными чувствами Кристины, просто мы достигли цели. Мгновение я смотрел на плоскую, белую поверхность подо мной, склоняясь что это скорее камень, нежели кость, а затем меня вырвало.

– Сикан ту рок, Руфус. Ку де уно? Ку де свап? – Чья-то нога бесцеремонно перевернула меня на спину. Надо мной стоял крепко сбитый, бородатый мужчина, лет сорока, широко и светло улыбаясь белыми как молоко зубами.

– Де свап, а муско. Де рус – голос Руфуса стал прежним, как на Земле.

– Правда что ли земеля? Русич? – мужчина взял меня под локоть и одним рывком поставил на ноги, – Вставай куренок, как же тебя угораздило то а? На славу позарился али денех не доимел?

Голова до сих пор кружилась, и я не сразу понял, что со мной разговаривают по-русски. Справа желтой рекой скользила пустыня, а слева вверх уходили ступеньки, и была видна арка ворот.

– Это будущий джинн, Серж – сказал голосом Руфуса, худощавый, высокий юноша с крылатым змеем вокруг шеи, – стереотип – скучная, но простая уловка, стажер. На нее клюют стопроцентно.

Руфус был похож на себя прежнего вот только ни чуба, ни горы мышц не было. Кудрявая голова, подведенные глаза и пирсинг. Он скакал на одной ноге, натягивая узкие штаны на свои худые ноги. Стандартный гот, каких сейчас развелось в каждом городе. Чистоплотная альтернатива панка.

– Джинн? – Серж взял меня за руку и повернул к себе – Дай – ко взгляну. Серж меня звать, воротарь здешний. Давненько дожи не посылали за новенькими с родной матушки Земли, а уж когда за нашим русским братом посылали уже и вообще не вспомнить. Говорят, что много дэвов получается. А я так скажу, что дэв что джинн – одна сотона, только боком повернутая.

– За такие мысли, Серж тебя и экспроприировали – Руфус по-братски опустил худую длинную руку на плечо «воротаря» – А где Волчок? Спит?

– Экспро…, экспри…тьфу ты Руфус иноземная твоя ипостась, сам я выбрал такой путь и весь разговор, а Волчок де-то тут шукаетсо – пробурчал Серж и повернувшись к воротам закричал, – Волчок, тудыть твою налево, айда работу работать.

– Поскорей бы уже – просипел кто-то позади меня.

Я обернулся и увидел, бритого на лысо мужчину, у ног которого развалился волк. По спортивной сумке я понял что это, недавний знакомый дэв. А я думал, что это он Волчок, каков же тогда настоящий?

– Цыц, шавка – «воротарь» шикнул в сторону дэва, – настанет и твое время скулить.

Мимо промелькнула тень, и на землю между мной и Руфусом приземлилось нечто огромное. Бритый опустил голову, а его ракшас спрятался за ноги, жалобно пискнув.

И было от чего. Волчок, как и следовало, оказался волком. Только размером с племенного быка, а то и больше. Высунув язык он смотрел в мою сторону.

– Ты чем его кормишь Серж, он у тебя растет как на дрожжах – Руфус подошел и потрепал по холке громадного волка.

Волчок завилял хвостом и уткнулся носом в ладонь джинна. Точнее не носом а правой ноздрей, настолько он был огромен.

– На дрожжах? Твой русский становится лучше пернатый змей, и я не удив… – улыбаясь, начал Серж, но прервался – что такое Волкуша? Ну-ка Руфус дай взад.

Руфус тяжело вздохнув, и разведя руки с сожалением, отошел в сторону пропуская воротаря с его ракшасем к Кристине. Она придерживала остатки своего белого платья и испуганными глазами смотрела на волка. Рядом ощерившись, шипела маленькая львица.

– Ёк макарёк, – это были последние простые слова, которые сказал Серж, все последующие произносились монотонно – Руфус Зайус это прямое нарушение закона. Вам и Вашим подопечным следует немедленно пройти со мной. Запрещены разговоры и использование, каких либо средств, до последующего распоряжения. В противном случае, я буду вынужден применить силу.

– Угу – Руфус буднично, поднял с пола сумку, и склонив голову набок произнес – Веди, пёс закона.

Я так и не увидел города. В арке оказалась потайная дверь, которая вела в коридор внутри стены. Петляя по нему нас, привели в чистую комнату с одним входом. В комнате стояли два дивана кресло и журнальный столик. Окна находились у потолка, и на них не было решеток.

– Дожи уже в курсе, ожидайте – все так же сухо произнес Серж и захлопнул дверь.

Руфус швырнул сумку в угол, а сам развалился на диване, запрокинув руки за голову. Кукулькан устроился у него на груди, свернувшись в кольцо.

Кристина не произнеся ни слова, села на кресло, поджав ноги. Её ракшас, остался на месте, принюхиваясь к чему-то за дверью.

Я плюхнулся на оставшийся свободным диван, удивляясь мягчайшей подкладке и нежнейшей коже. Тут видать у них, слово «роскошь» означает совсем неземные вещи, раз даже в КПЗ такая мебель. На журнальном столике валялось несколько журналов, в основном англоязычных, но я заметил и пару французских. У них, что основная выборка идет из Англии с Францией?

– И что теперь будет? – Кристина прервала наступившее было молчание. Её ракшас, рыкнул на дверь, и улегся рядом с креслом.

– Да ничего. Я читал в архивах, что когда-то кто-то сделал похожее. Вроде как отделался предупреждением и дополнительными работами. Это ж не нарушение основного свода, а лишь маленькой незначительной поправки. Пожурят, да попугают для убедительности. Угрозы от тебя никакой, а пользы от меняя в разы больше для их величества дожей.

Руфус даже сел для того чтобы придать убедительность своим словам. На него непривычно было смотреть. Тонкий, вытянутый полная противоположность того который был в развлекательном центре.

– Слушай, а ты можешь быть кем угодно? Хоть Шварцем хоть Брюсом Ли? – мне всегда нравилось такое свойство супергероев, моим любимым Икс-меном была «Мистик», она как раз умела менять внешность.

– Да хоть Чаком Норрисом, но для ограниченной аудитории. Поэтому захват мирового господства посредством подмены президента Америки, не осуществим. А видеокамеры мозгов не имею, так что их вообще не провести.

– А эти? – для меня вдруг стало, ясно поведение Марселя – Гопота, тебя каким видела? Таким?

Руфус улыбнулся просто и весело совсем как Маззи.

А я-то думал, что смелая пошла нынче шпана, на качков кидается. А они по стандартной схеме «развод двух лохов» работали. Вот только не учли Маззи и то, что Руфус не стандартный гот. Я прикрыл глаза, думая о том что еще даже суток не прошло с того момента как я встретил джинна.

– Выглядишь уставшим, – констатировал Руфус, – тяжело все же без ракшаса, сейчас я тебя раскачаю.

Я резко открыл глаза. Никогда прежде не чувствовал ничего подобного. Голова была совершенно свободна. Нет, я ничего не забыл, я помнил обо всем: о радостях, о горе, о проблемах. Вот только эти воспоминания не давили на мозг, они протекали отдельно. Такая светлая голова у меня была наверное только, в детстве.

Наслаждаясь своеобразной свободой мозга, я посмотрел на Кристину. Она уже совсем освоилась, и даже листала французский журнал. Львица лежала у нее на коленях, и вполне осмысленно водила глазами по глянцу.

– Я так понимаю, ракшас помогает переводить со всех языков – решил уточнить я у джинии.

– Вообще-то я итак французский знаю, но ты прав Марьяшка мне во многом помогает.

– Марьяшка? Ты уже и имя придумала? А как к нему отнесся Маркус?

– А Маркус пропал, как только мы попали в Кванокиум. У меня теперь свой ракшас, – Кристина с любовью погладила маленькую львицу, – она знает все про меня и во всем поддерживает. Нам и платья одинаковые нравятся.

Я даже не успел придумать остроумную подколку, как дверь в комнату открылась и вошел Серж. «Раскачка» Руфуса оборвалась и я поморщился.

– Серж, кстати тоже умеет копошится в мозгах, не так изящно как я, но достаточно для того чтобы, не допускать ереси – как бы между прочим произнес Руфус вставая и протягиваясь за сумкой.

– Вещи понесу я – «воротарь» был неумолимо формален – Вас ждут в большом зале, четвертого кольца.

– Ого, – присвистнул Руфус, бросая сумку снова на пол – Верховный профит Бомбата и архидижжин Равана? Ребятки мы высоко взлетели, не пришлось бы больно падать.

– Равана? – начал вспоминать я минувшие поиски в интернете, – Это который, верховный ракшас? Десятиликий?

Серж посмотрел на меня с удивлением, а Руфус лишь ухмыльнулся.

– Ага десятихвостый. Думаю ты ему понравишься.

В коридоре нас ожидали еще два джинна, или дэва. С этими все было просто один питбуль, другой доберман. Руфус лишь захохотал, а Кристина прижала к себе покрепче шипящего львенка.

На этот раз по пути я смог увидеть город во всей красе. Мы поднялись вверх по лестнице и вышли на стену. Вид открывался изумительный. Кванокиум был точь-в-точь городом из арабских сказок.

Узкие тесные улицы, заполненные разноцветными копошащимися как муравьи людьми. То и дело слышались крики зазывающих и ругающихся торговцев. Запахи жареного мяса, переплетались с запахами выпечки и фруктовых кальянов.

Вместе с тем город был наполнен зеленью, то тут, то там торчали высокие пальмы, в маленьких садиках росли фруктовые деревья и почти вдоль каждой стены вытягивался виноград. А обилие разнообразных животных наводило на мысль о райском саде.

– Это все джинны? – позабыв о предупреждениях Сержа, спросил я глядя на чудесный гибрид гепарда и антилопы, который вышагивал рядом с рослым темнокожим мужчиной.

– Нет, только некоторые, а все остальные рабы – Руфус с вызовом глянул на Сержа.

– Не рабы, а почтенные жители Кванокиума – прорвало нашего «воротаря», теперь в его словах не проскальзывало не единого «исконно русского словца», – Каждый из них имеет больше, чем любой человек на земле, благодаря верной службе джиннам.

– Не джинам, а дожам – прищурил глаза Руфус, – имеют все, кроме свободы. Не ты ли полвека назад подавил Закиманский бунт? Сколько тогда погибло почтенных жителей? Тысяча или две?

– Восемьсот семнадцать жителей, девять дэвов и четыре джинна– огрызнулся Серж, а Волчок гулко рявкнул, так что многие внизу позапрокидовали головы, и уставились на нас с интересом – и если бы ты не шлялся вечно не знамо где, жертв было бы меньше.

– Ну конечно двадцать отсеченных голов самых пылких бунтарей, выявленных мной спасли бы «Кровавого Урбу» и его прихвостней. По мне так нужно было посадить его на рогатину еще раньше.

– По мне так тоже, – разгоряченный Серж стукнул кулаком об стену, и мотнул головой вниз – но это решать не им.

– Не рабам? Мы с тобой тоже бунтари Серж, но бунтуем против разного.

– Я не против, я за. Это разные вещи. Я за то чтобы всему присвоить четкое понятие, чтобы не вязнуть в трясине из слов и ложных поступков. А ты. – наш конвоир даже ткнул пальцем, – Ты ходишь по тонкой грани Пернатый, и сегодня чаша весов может перевесить все твои заслуги, особенно когда дожи узнают чьего ракшаса ты слил с девчонкой.

– А чьего ракшаса я слил? – наивно спросил Руфус, – Маркуса Анфесто? Маркуса Праведного и Маркуса Благородного?

– Маркуса Изгнанного и Маркуса Проклятого.

– Ага, изгнанного – Руфус расхохотался – не пойманного и за это проклятого.

– Если он казнен, то не важно, что не пойман.

Руфус резко остановился и внимательно посмотрел на Сержа, рядом с его плечом возникла голова Кукулькана и его глаза засветились желто-зеленым огнем.

– Не выйдет Зайус, может я не такой «изящный», но сосредоточившись, смогу тебе противостоять.

– А так? – с этими словами Руфус прыгнул на «воротаря», в прыжке сливаясь с Кукульканом и становясь громадиной, которой он был в Хьердугааре.

Вместе они, перевалились за парапет, и тут же за ними серой молнией ринулся Волчок. Мы с Кристиной рванулись было посмотреть, но дорогу нам перегородил огромный джинн с головой добермана.

– Зич хе – прорычал доберман, оскалив ряд острых зубов и мне не понадобился ракшас чтобы перевести его слова.

Внизу заголосила женщина и послышался звон разбивающейся посуды. Замерев на месте, мы с джинией прислушивались к каждому звуку. На улице творилась вакханалия, люди голосили в разнобой, ржали кони и ревели верблюды. Вдруг совсем рядом, где то под нами, раздался рык, и на парапете появился Руфус. Он был весь в крови, а на бедре кровавым контуром проступил укус огромных челюстей. В одной руке он держал окровавленный катар, а в другой свою сумку.

– Ну что стажер, приключения продолжаются, и как любят говорить герои сказок «здесь наши пути расходятся, но это не значит, что мы не встретимся». Оп-па.

Он резко перепрыгнул, на крышу башни, которая стояла метрах в пяти левее, а на его месте уже сидел огромный вервульф, в два раза больше волкодэва встреченного накануне. Его могучая грудь вздымалась, а горящие глаза не моргая со злобой смотрели на пернатого змея.

– Учись концентрироваться Серый, твоя ментальная защита ни к черту, да и обычная страдает, может перестанешь брезговать артефактами «почтенных граждан» и купишь себе хотя бы ошейник? – джинн покрутил катаром, явно наслаждаясь играемой партией, – И кстати, передай Раване, что я к нему загляну. Хоп.

Руфус перепрыгнул на другую башню, согнанный серым волком, отсалютовал нам с Кристиной катаром и уже не останавливаясь как огромная лягушка поскакал к краю города.

Волк не стал, его преследовать, было видно, что он не столь прыток как «Пернатый змей». Вместо этого он запрокинул голову в сторону башни в центре города и завыл так громко и протяжно, что захотелось упасть на землю и закрыть уши.

Через пару секунд две черные точки, сорвались с края и спикировали за удаляющимся Руфусом. Тот в мгновение спрыгнул вниз в узкие улицы и исчез из поля зрения.

– Может сразу, придушить вас? – Серж даже не стал развоплощатся, – Сказать, что при попытке к бегству?

Он грозно навис над нами, видимо ожидая полного трепета, но ни я ни джиния не опустили глаз.

Главное при драке не пропустить первые удары (тренер самбо Георгий Николаевич).

– Вот вроде и живешь, ты в лучшем городе мира, и кичишься его уникальностью, а закидоны как у обычной земной охранки. Ты же джинн, в полном, безоговорочном услужении. Ты же без дожей шага не ступишь.

Я пытался, придать твердость своему голосу, ожидая в любой момент удара. Хотя с такой зверюгой моя коронка в виде задней подножки не прокатит.

Еще несколько секунд, я чувствовал тяжелое спертое дыхание, а затем воротарь выпрямился.

– Поздравляю земеля, – Серж даже попытался похлопать своими лапищами, – ответ достойный ученика Руфуса Зайуса, но вместе с этим ты получил и его врагов в городе дожей. И помни. Когда дожи решать что ты бесполезен, я буду рядом и лично, не прибегая к помощи Волчка съем, твое сердце. Как говорят у нас в Росее «Я обиды не прощу, и жестоко отомщу».

Не спецально, не со зла превращу его в осла. (рок группа Король и Шут).

И он еще удивляется, почему все думают, что из Русских много дэвов выходит. Но вслух я решил ничего не говорить, кто знает где у него предел.