Текст книги "Мир жизни и смерти 11 (СИ)"

Автор книги: Павел Пуничев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Глава 20

Я смахнул в сторону сообщение о том, что мы убили зверя хаоса, порождённого смешением посмертных энергий древних богов, и воззрился на замок, и на окружающую его долину. На одно мгновение мне показалось, что я увидел несколько человекообразных фигур около ворот замка, а затем они быстро растворились в воздухе. Настолько быстро, что уже через секунду я не был уверен, видел ли я их или мне померещилось. А может они забежали в один из склепов раскинувшегося перед замком кладбища? Неважно. У нас тут нарисовались проблемы поближе, вернее они нарисовались везде вокруг нас.

Земля вдруг покрылась разноцветным паром, теперь и в реальности обозначая те вихри, что до этого мы могли наблюдать только на карте. Пар быстро стал впитываться в разбросанные повсюду кости и булыжники. Вернее, в то, что издали походило на булыжники, но, когда они начали подниматься на призрачные лапы, оказалось, что это были панцири неведомых существ, сейчас выкапывающихся из-под песка, почти полностью засыпавшего их за прошедшие тысячелетия. Но монстры были не только на земле, в воздухе туман начал собираться в плотные сгустки, создавая из него то летающие клыкастые черепа, то крылатых змеев, то непонятных воздушных осьминогов, выстреливающих своими щупальцами во все стороны, вбивая их в глазницы летающим черепам, подтаскивая к себе и поглощая, увеличиваясь и становясь всё ярче с каждой сожранной жертвой. Многочисленные наросты на силовых полях тоже пришли в движение, начиная раскрываться, медленно выпуская наружу вылупляющихся из них существ. Те, свернувшись в плотный комок, начали спускаться вниз на тысячах тонких паутин и сначала я подумал, что это пауки, но как только они начали распрямляться, высвобождая из долгого плена похожее на косы передние лапы и поворачивающиеся в нашу сторону треугольные головы, стало понятно, что это богомолы, похожие на тех, что водились у нас в Пустошах, только раза в два помассивнее и явно опаснее. Большинство из них так и продолжало спускаться вниз на едва видимых нитях, но некоторые затрещали подкрылками, высвобождая блестящие, будто осколки зеркала, крылья и ударом их острых краев обрывая ведущие к коконам нити, устремились к нам.

Видимо, я знатно подзавис, наблюдая за всем этим, так как очнулся только когда вокруг меня в воздух начали подниматься воздушные мины.

Новое слово в гномьей технике: небольшие бочонки, наполненные взрывчаткой и поднимающиеся вверх за счёт винта, работающего от сжатый пружины. Её одного завода хватало максимум на пять минут работы, но, судя по тому, сколько на нас надвигалось существ, чтобы столкнуться с кем-нибудь, этого времени будет более чем достаточно. При их появлении я вернулся в реальность, осознав, что, не дождавшись моих приказов, Лапочка начала рулить сама, командуя оставшимися бойцами. Я не стал возмущаться, за последнее время я окончательно осознал, что это не совсем моё, мне бы лежать в кровати с какой-нибудь знойной красоткой, выискивая между её возбуждённо оттопыренных ягодиц место, где рождаются томные вздохи и сладостные стоны, а ни это вот всё. Хотя, может быть, я просто устал и мне нужен отпуск? Ничего, сейчас с этими уродами разделаемся, – пообещал я сам себе, – и устрою отпуск: только пышные груди, озорно торчащие сосочки и упругие ягодицы, зарывшись в которые, я смогу беспробудно проспать неделю-другую.

Встряхнулся, уже полностью возвращаясь в реальность, глядя как вокруг нас разворачивается целое действо. Лапа явно решила не экономить, активировав всё самое мощное и дорогое, что у нас было. Не прошло и пары секунд, как нас окружили три полосы активных препятствий, со рвами, ловчими ямами, торчащими в сторону врага кольями, обмазанными ядами и парализующими веществами, рунные мины, мощная стена, загораживающая нас до груди и множеством других прибамбасов, включающих в себя четыре автоматических стреломета. Так называемый походный гномий лагерь. С их легендарно известный скупостью, даже вспоминать не хочу сколько он нам стоил.

– Бро, может уже перестанешь пялиться на голых баб в своём воображении и начнёшь хоть что-то делать?

– Никаких голых баб, – соврал я, на абсолютно несправедливое замечание Лапочки, – просто я почему-то не могу найти в себя в быстром доступе ледяной буран, с которого хотел начать.

Сказал и понял, что его действительно нет. Как так? Вот только что он стоял в последней ячейке быстрого доступа. Секунду тупо пялился туда и только пересчитав их понял, что разросшийся за последние месяцы до двенадцати ячеек, он почему-то сократился до десяти и последняя ячейка как-то неуверенно моргает, будто собираясь тоже исчезнуть.

Я моментально взмок, если они все полностью пропадут, скорость каста упадёт на порядок, пока залезешь в книгу магии, пока найдёшь нужное заклинание…

Поэтому я больше тормозить не стал, выбрал самого большого призрачного осьминога, сожравшего вокруг себя всех, кого смог и выросшего уже до гигантских размеров, скастовал на него божественную ярость. Это единственное моё заклинание, которое до него доставало, и оно стало ярким началом этой битвы.

Заклинание, аннигилировав по пути парочку богомолов, проделало в осьминоге огромную дыру, внутрь которой и высосало всё остальное существо, включая выпученные глаза, оскаленные клыки и захапущие щупальца, а затем всё это неожиданно взорвалось, подчистую выкашивая пролетающую мимо мелочь.

Убийственная божественная аура тут же скакнула, вновь начав отъедать хитпоинты. От подлетающих богомолов к нашему защитному куполу потянулись рубиновые лучи, до боли похожие на лазеры. Купол задрожал, пошёл волнами, мешая видеть окружающее, сбивая меня с каста.

К тому же вспучившаяся земля никуда не делась, и внутри защитного купола даже по нормальному встать не получалось, не то что успешно отражать идущие со всех сторон атаки, тем более когда ещё я под ногами у всех кручусь.

– Ребята, я полетел, сверху вас прикрою.

Полученные в последней вылазке навыки я опробовала лишь раз и то у себя на острове не в боевой обстановке. Однако, я сам и все остальные высоко оценили их, так как никто из них во время действия невидимости так не смог меня обнаружить, а когда я накладывал на себя неуязвимость, не смог снять ни одного хитпоинта, хотя они использовали всё, что можно, начиная от стандартного оружия, до полученных за убийство богов навыков и умений.

Неуязвимость ещё включать рано, основная масса противников к нам ещё не добралась, а вот невидимость будет сейчас в самый раз. Я активировал полёт. Оказалось, что активация связанного с воздушной магией навыка втрое дороже, чем любое заклинание. Меня лишили сразу десяти единиц энергии духа, зато время полёта увеличилось на порядок, и я взмыл вверх ни как перегруженный сверх всякой меры дирижабль, а как Супермен, получивший смачный пинок под зад от Суперпинателя. В метрах двадцати над куполом завис, чертыхнулся из-за того, что аура здесь стала жрать хитпоинты вдвое быстрее, активировал один из трёх своих самых сильных амулетов, почти погасив незапланированное утекание жизни и, наконец, активировал вторую часть навыка, которую про себя назвал «Пылесос». На ранге Титан мощная стометровая воронка превратилась в чудовище, диаметром в полкилометра, заворочавшаяся сначала медленно, как медведь, разбуженный посреди зимней спячки, а затем, проснувшись, также яростно, к ужасу разбудивших его незадачливых охотников.

Торнадо имело странную природу: несмотря на всю свою грандиозную мощь, оно не подняло ни единой пылинки, не сдвинуло с места ни единой песчинки, зато все попавшие в его цепкие лапы монстры потеряли свою неподвижность или резко изменили направление движения, устремляясь к центру этого водоворота, сбиваясь там в одну гигантскую шевелящуюся массу, будто специально предназначенную для впитывания урона от массовых заклинаний. И тут мне пришлось чертыхаться ещё раз. Я раньше ни раз слышал такую пословицу: «Слишком хорошо, тоже нехорошо», и никак не мог понять её смысл, ведь очень хорошо – это же просто здорово, а вот сейчас, увидев эту копошащуюся массу в двух с половиной сотнях метров от себя, наконец-то понял, что, оказывается, бывает настолько жирный кусок, что он твою пасть просто не залезет. На такое расстояние не било ни одно моё заклинание, кроме божественной ярости, пришлось срочно ужимать свои хотелки, уменьшать диаметр торнадо вдвое, выпуская половину очень обозлившихся монстров на волю и подтаскивая остальных поближе к себе. Площадь охвата заклинания уменьшилась в четыре раза, зато заклинание стало более управляемым, торнадо пошло вокруг нашей базы быстрее, захватывая и захватывая в свои объятия все новых противников. Когда их масса стала просто невероятной, я остановил торнадо и начал Каст ледяного бурана, который я всё же впихал в оставшиеся ячейки, заменив стоящий там до этого огненный дождь. Хорошо бы было накрыть всю эту массу болидами, но заклинание ещё не откатилось, так что сначала слегка подморозим противника, а уж потом приголубим камушками по хребтине.

Сдвоенный ледяной смерч, удвоенная потеря очей энергии духа, и удесятерённый эффект от их применения. Узкая полоса максимум в десяток метров, превратилась в штормовой фронт в две сотни метров, где перемешались неистово ревущий ураганный ветер и сотни тонн острых ледяных осколков, каждый из которых мог легко перерубить человека, хоть вдоль, хоть поперёк. Он ударил в копошащиеся внизу живое месиво, в единый миг превращая всё это в мелко порубленный промороженный насквозь фарш. Фарш из костей и хитина, замороженной эктоплазмы, лимфы и внутренних органов, равномерно перемешанных с камнями и песком.

Поздравляем! Вы одним ударом уничтожили более 5. 000 существ выше 200 уровня. Можно сказать, вы получили контроль над жизнью и смертью.

Награда:

Вы получаете контроль над всеми своими навыками, умениями, достижениями, заклинаниями и т.д.

Теперь вам решать, в какой мере использовать заложенную в них силу.

Странная какая-то награда, мне кажется, игрок всегда хочет использовать свои сильные стороны на полную мощь, хотя… Я вспомнил своё самое первое достижение в этой игре и похотливые взгляды пенсионерок, провожающие меня, где бы я не появился и решил, что может от этого и будет какой-то толк.

Впрочем, сейчас мне было ни до этого. Стоило мне применить заклинание, как медленно просыпающаяся долина вдруг встрепенулась и ускорилась, обрушиваясь на нас всей своей массой.

Время сжалось и сконцентрировалась, сознание следовало его примеру, пытаясь уловить и осознать сразу слишком много происходящих событий и не успевая осознать даже десятую их часть. Впрочем, начало пропустить было трудно: затрещали тетивы стреломётов, каждые две секунды выпуская по увесистому копью, окружённому магической аурой, с жалами, сочащимся смертоносным ядом. Их глухой стук тут же перекрыла канонада взрывов. Первые, облачённые в хитиновую броню твари, добрались до минного поля, и теперь усеивали землю обломками своего хитина и дымящимися внутренностями. Я только повёл свой вихрь во второй заход за новыми жертвами, а минные заграждения, шириной в полсотни метров были уже прорваны, и поверх обрывков тел первопроходцев уже шествовала вторая волна бронированных уродов. Непонятные создания, слегка похожие на гигантских раков, только без головы и с зубастым провалом внутри хитинового тела, с мощными клешнями и десятком гибких сегментированных хвостов, веером торчащих сзади. Первый вступил на разрыхлённое поле и вдруг из-под него вылетел толстый гибкий жгут, обвивший тело, и с такой силой потащил его обратно под землю, что толстый панцирь тут же треснул, смялся, и монстра, обламывая тому лапы и клешни, утащило вглубь каменистой почвы. Вслед за первым из земли взметнулось ещё несколько десятков таких жгутов, повторяя процедуру с наползающими толпами врагов.

Эльфийские древние корни, слегка конфликтовали с гномьей ворожбой и начинали работать только после того, как та иссякнет, зато на одной площади можно было установить сразу два слоя ловушек.

Первый купол под пристальным взглядом богомолов давно уже лопнул, на его место встал второй, ещё мощнее, но и он буквально за считанные секунды почти израсходовал всю свою энергию. Опять зазвучали взрывы, разорванные тела богомолов дождём посыпались вниз. Пора из них пролетела так близко от меня, треща своими зеркальными крыльями, что мне волей-неволей пришлось активировать ещё один амулет, который создавал пульсирующее вокруг меня поле, которое исходило от моего тела множеством упругих волн, отталкивая непрошеных визитёров. Действовало оно совсем недолго, поэтому я воспользовался даруемым им спокойствием, чтобы уничтожить вторую партию монстров, собранных моей воздушной ловушкой.

В сторону сбившихся в кучу монстров побежал вал огня, а сверху раскрылся портал, выпуская на волю громаду болида. Они эпично встретились в самом эпицентре торнадо и в воздух взлетела целая туча горящего пепла и сажи. Создалось полное впечатление, что в том месте взорвался вулкан, заволакивая выбросами четверть долины.

Я с довольным видом повернулся к нашему лагерю и увидел повисших на кольях монстров, разорванные в клочки тела, еле шевелящихся подранков и то, что временного лагеря уже нет. Я пару раз моргнул, пытаясь осознать случившееся, но так оно и было. Вместо защитного купола и укреплений, в земле зиял провал, внутри которого ворочалось нечто непередаваемо огромное и ужасное. Я увидел отбегающего в сторону от провала Странника, несущего на плече безжизненное тело Флоры, Снегиря, пускающего вглубь одну разрывную стрелу за другой, тела Лапочкиных подруг, насаженных на толстенные шипы, торчащие из бронированного тела монстра, саму Лапочку, отчаянно машущую крыльями, в попытках выбраться из образовавшейся дыры и светящийся шар у неё в руках.

Шар выскользнул из её рук и рухнул вниз.

– Твою мать! – Только успел ругнуться я, изо всех сил пытаясь отлететь как можно дальше в сторону, столкнулся в полёте с одной саранчой, закрутился вокруг своей оси, врезался во вторую, полностью теряя ориентацию в пространстве, сжался в комочек предчувствуя надвигающееся.

Голос Бромира.

Вот такое невзрачное название для местного варианта атомной бомбы.

Наследие предшественников гномов. Из известных таких было всего три штуки в мире. Одна, по нашим сведениям, хранится в столице гномов, вторая была подарена людям при заключении вечного мира, а вот третья, каким-то образом, оказалась в руках Лапочки. Не знаю каким образом она туда попала. Мне кажется, что её подручным девчонкам пришлось организовать многодневную оргию в замке какого-нибудь местного шаха, и потом выкрасть её из его ослабевших рук.

И теперь она падала на голову неизвестного бедолаги, который приполз сюда с невинным и закономерным желанием перекусить.

Грохота не было. Ослепительно сверкнуло, прожигая глаза даже сквозь закрытые веки, меня безжалостно швырнуло в сторону, я закувыркался, нелепо размахивая руками, пока со всей дури не врезался в землю. Благодаря продолжающей действовать сфере отталкивания, довольно мягко отлетел в сторону, понимая, что большей части моей команды здесь уже нет. Снегирь стоял на самом краю ямы, его испепелило, несмотря ни на какие щиты. Странник может и выжил, а вот лежащее на его плече бесчувственное тело Флоры наверняка осело на его броне симпатичным пятном сажи. Лапочка, благодаря крыльям может и выжила, но тоже вряд ли.

– Твою мать!

Это полное фиаско, братан, мы слились, даже не дойдя до древних богов. Я хотел найти в своей душе немного горечи и сожаления при мысли о погибших товарищах, но трудно это ощущать, когда продолжаешь прыгать по земле будто взбесившийся мячик. Идиотская сфера отталкивания, сдохни уже!

Будто услышав меня сфера перестала работать, и я рухнул на землю, от злости скрепя осевшей на зубах пылью.

Время действия полёта ещё не закончилось, поэтому я, не вставая, взмыл в воздух, двумя ледяными гарпунами отбросив от себя почти добравшихся до моего тела богомолов. Их замороженные тела упали на камни, разбиваясь вдребезги, но я на это внимание не обратил, выискивая глазами своих товарищей и не мог найти. Без фреймов, с отключенной связью, узнать живы они или уже сидят у нас в замке было невозможно. В любом случае, их я не видел, зато разнообразных тварей было столько, что и не сосчитать и некоторые были настолько гигантскими, что было совершенно непонятно, где они прятались до этого, на этой ровной как стол равнине, разве что под землёй…

Одна из таких тварей, похожих на многотонного хищного бронированного жука скарабея, неожиданно легко для своих габаритов совершила стремительный прыжок и тут я увидел до этого скрытого за его тушей Странника. Вокруг него валялась груда порубленных тел, поверх которых лежала Флора. Странник совершил стремительный рывок, ударяя щитом скарабея в бронированную голову, тут же нанося ему стремительный удар в один из глаз шипом молота. Тот вошёл внутрь хитина на всю глубину, гигантский жук дёрнул голову на себя, заставляя Странника шагнуть следом, слегка открываясь, и тут же из-под блестящего брюха скарабея вылетело толстенное жало, отдающие мифриловой синевой.

Я изо всех сил рванул в ту сторону, но опять жёстко врезался в одного из налетевших богомолов, почти полностью теряя защиту воздушного щита. Впрочем, это не помешало мне увидеть, как жало пробило и броню, и тело Странника насквозь, выйдя из его спины на пару метров, и тут же огромная клешня жука стремительно метнулась вперёд, срезая голову нашего танка, будто садовник ножницами срезает пучок травы. Не надеясь больше уже ни на что, я опять понёсся вперёд, сквозь начавший загустевать воздух, но тот же жук совершил ещё один прыжок, опуская свою лапу на голову нашей целительнице, расплёскивая её содержимое на многие метры вокруг.

Ещё не веря своим глазам, или вернее не желая верить, я запустил в урода мифриловый диск, протискивая и протискивая своё тело сквозь всё более густеющий воздух, пока окончательно не выдохся и не завис внутри него, словно попавшая в мёд муха.

И действительно, моё первое впечатление, что воздух над равниной напоминает прозрачный мёд теперь оправдалось. Воздух, несмотря на то что им дышалось всё так же легко, стал вязким как жидкий мёд. У меня с трудом получалось поднять руку или сдвинуться с места, да и цветом он начал напоминать полупрозрачное золото, закрывающее обзор уже в десятке метров от меня.

Ко всему прочему, над землёй начал опять подниматься разноцветный туман, полностью скрывая бредущих, ползущих, идущих по земле существ.

– Да чтоб вас черти драли…

Взгляд прямо под ноги показал, что Лапочка всё же успела выбраться из ямы, где бесславно погибло некое мистическое чудовище, имя которого я узнаю только после того, как ко мне придут логи. Лапочка выбралась, вот только улетела недалеко, её разрубленное тело лежало прямо подо мной. Страшная рана рассекла её тело от правого плеча до левого бедра. Рядом валялось отрубленное у основания крыло, а над ее телом склонилось какое-то чудище, похожее на трехрукого уродливого человека. Ещё мгновенье и их заволокло туманом.

Поздравляем! Ваше заклинание Мифриловый Диск перешло на новый уровень: Коса Смерти.

Теперь даже боги будут опасаться этого заклинания.

Я сначала нервно захихикал, а затем засмеялся в голос.

Какая шикарная компенсация нашему эпическому провалу. Заклинание вышло на новый уровень… Я захихикал опять и тут же осёкся, получив страшный удар в плечо.

Воздушный щит с лёгким хлопком исчез и я криво ухмыльнулся. Теперь мне уже терять нечего.

– Пора не пора, я иду со двора, кто не спрятался, я не виноват. Заберу вас сволочей как можно больше с собой в могилу.

Навык неуязвимости заключил моё тело в защитную сферу. С трудом взлетел повыше, вытянул руки в стороны.

Двойная плата, двойной эффект…

Для моих заклинаний сгустившийся воздух стал только подмогой. С двух сторон от меня из тумана начали пробиваться первые жгуты нарождающихся вихрей. В считанные мгновения они достигли своей максимальной мощи, поднимаясь вверх на сотню метров. Я, не обращая никакого внимания на бьющихся о сферу неуязвимости монстров, медленно закрутился вокруг своей оси. Неистово ревущие ураганы, отдирающие от земли десятки тонн песка, камней, порубленных тел и ещё живых монстров, затягивали их в своё нутро, поднимая всё выше и выше, и начали перемалывать их внутри себя словно в камнедробилке.

На всё про всё у меня сорок пять секунд, пока держится сфера. Затем меня растерзают в одно мгновенье. Хотя у меня есть ещё много защитных артефактов, но при такой концентрации противников, все они продержатся очень недолго, разве что амулет неуязвимости протянет свои положенные десять секунд.

Я продолжал неспешно крутиться, пылесося двумя чудовищными хоботами своих противников, притягивая их с земли и затягивая с воздуха, до тех пор, пока пресыщенные ревущие утробы не напитались настолько, что начали клониться из стороны в сторону, не в силах удержать вобранную в себя массу. Тогда я остановился и повёл их друг навстречу другу, завершая этот процесс хлопком ладоней. В неистовом рёве его не услышала даже я сам, зато результат получился очень красочным. Из-за мельтешения окружающих меня монстров, я почти ничего не увидел, но моё богатое воображение с лёгкостью дорисовало то, что не увидели глаза: столкновение и взрыв переполненных энергией чудовищ, а затем неистовый град перемолотых в щебень камней, перетёртого в пыль песка, стёртых в порошок мобов.

Двадцать секунд неуязвимости.

Я хлопнул ладошами у себя над головой и мне на голову хлынул огненный дождь. Он потёк по кружащим вокруг меня монстрам, прожигая им крылья и тела, низвергая их вниз десятками и сотнями. Вот только на их место изо всех сил стремились сотни и тысячи новых уродцев.

Десять секунд.

Пять.

Казалось, что мои усилия лишь усугубляют ситуацию, притягивая ко мне всё новых уродов словно магнитом.

– Ладно, гандоны, хотите поговорить серьёзно, поговорим серьёзно.

Достал из рюкзака посох, наложил все щиты какие можно было, и воздел его воздух.

Чего-то сложного придумывать времени не было, я просто страстно пожелал, чтобы они все отвалили куда подальше, желательно сразу в ад и, вложив в это желание всю страсть, ненависть, злость, обиду, а также все очки веры, начал каст.

Я так сосредоточился и ушёл в себя, что казалось, что моя душа вышла из тела и теперь смотрела на меня со стороны.

Маленькая сгорбившаяся фигурка, окружённая плотным коконом из десятков тысяч существ. А в следующий миг от меня во все стороны ударила яркая волна, моментально накрывшая всю долину. Кружащих вокруг меня монстров этой волной отшвырнуло от меня разве что на пару сантиметров, зато их хоровод практически сразу прекратился, а ещё через мгновение все они начали осыпаться на землю мелко порубленными кусками, будто от меня в стороны в единый миг разлетелись мириады острейших лезвий, нашинковавших их тонкими пластами.

Моя фигурка тоже покачнулась и рухнула вслед за ними с хлюпаньем падая на завалившие камни останки.