Текст книги "Рабыня с подвохом (СИ)"
Автор книги: Павел Ласковый
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)
Рабыня с подвохом – Павел Ласковый
Глава 1
Она не могла вздохнуть. Не могла сказать ни слова. Мой член был у неё прямо в горле. Бедняжка в некоторые моменты моего наслаждения почти теряла сознание от недостатка кислорода. Я вытаскивал в последний момент, давая сделать этот, так необходимый ей вдох, чтобы через несколько секунд, насадить её нежный ротик снова. Порой, я не уставал это делать часами. Эти моменты я люблю больше всего. Море слюны текло по моему члену и даже ногам. А что творилось в её киске в тот момент, представить трудно. Под ней была просто лужа. Её колени краснели и наливались синяками, крошке было очень больно принимать эти толчки, сидя на твёрдом паркете, но возразить она не могла. Её ангельское личико обливалось слезами от столь глубокого проникновения в горло и из-за этого, тушь размазывалась по щекам, но меня это ни капли не смущало, а наоборот, заставляло мой член становиться ещё твёрже и трахать её ещё жёстче. Ах эта грудь, прекраснее её груди я ещё не встречал, хотя видел их бесконечно много. Подтянутые, круглые дыньки, идеально лежащие в руке, со стоячими, колом сосками – красота, которую нужно видеть, чтобы понять, насколько она хороша.
– Моя маленькая шлюшка. – Прошептал я, наклонившись к ней и шлёпнул её по щеке.
Она издала звук, как-то глухо взвизгнув. Легкое «ахх» тихо разнеслось по комнате. Тонкие ручки девчушки были связаны за спиной обычной бичевой веревкой. У меня имелись и другие вещи для связывания, в виде наручников и хомутов, но меня возбуждала эта боль, которую она испытывала, в безуспешных попытках развязать руки. С наручниками это не так интересно, не в моём случае, уж точно. Ссадины на запястьях от трения верёвки не заживали, ведь её ротик был моим излюбленным местом, которое я посещал каждый день. Красный лак на ногтях её прелестных ног – ещё один возбуждающий нюанс практически каждого сексуального образа любой женщины. Голубые глаза, смотрящие на меня снизу-вверх с членом во рту, красной помадой на губах и каштановыми волосами. Этот беспомощный ангелок, сводил меня с ума, будоражил фантазию и заставлял вскипать кровь в жилах. Истошные всхлипы раздавались на всю комнату.
Взяв руками малышку за голову, сжав в кулаках её шелковистые волосы, я яростно насаживал её ротик на всю длину своего члена. Эти поступательные движения сопровождались её кашлем и мычанием, ибо ничего другого она была делать не в силах. Сопротивление было бесполезно. После добрых 30 минут невероятного минета я приготовился к развязке.
Горловой минет, штука такая, опасная для мужика. Слишком много власти над тобой берёт дама, у которой твои драгоценности во рту. На такое можно подсесть и никогда не слезть. Один раз получить потрясающий минет и всё, ни один секс в твоей жизни больше не будет прежним.
Сладко долбив красавицу в рот, мой отважный исследователь влажных пещер, заявил о готовности дать залп. Последние движения перед самым прекрасным чувством – три, два, один. Я со всей силы прижимаю малышку за голову под корень члена, её носик упирается мне чуть ниже пупка, она не может вдохнуть. В этот момент моё горячее семя со зверской силой выстреливает ей в горло. Эти десять секунд блаженства заставляют подкашиваться ноги и чуть ли не терять сознание от восторга. Пульсирующее блаженство по всему телу. Просто кайф. Сперма пошла у неё из носа, настолько много её было и выйти ей было попросту неоткуда больше. Я вытаскиваю член, она жадно вдыхает воздух, громко дыша. Сперма стекает изо рта и носа, капает на божественно красивую грудь и плоский животик, добирается до её выбритой киски.
Девчушка не в силах сказать ни слова, после такой долбёжки. Я развязываю ей руки. Она просто ползёт до кровати, чтобы уснуть. Это единственное её желание сейчас. Просто отдохнуть от меня. Я же, с чувством крайне обострённой эйфории, был полон сил и чувствовал лишь лёгкую боль в ногах и ягодицах от столь интенсивных и продолжительных движений.
Недолго думая, я быстро подошёл к Агате, которая ещё не доползла до кровати на четверенька, подхватил её на плечо и потащил в ванную. Она взвизгнула от моих резких движений.
Малышка весила килограммов пятьдесят и была миниатюрной, но выдающейся по габаритам в самых «нужных» местах. Люблю таких, обожаю. Сама природа сделала их секс богинями, так почему же не пользоваться этим? Люблю проводить каждый день своей жизни с максимальным кайфом.
– Ты моя свинота. Как ты собиралась лезть в кровать вся измазанная в сперме? Не хорошо. Я тебя позже за это отшлёпаю. – Говорил я, попутно неся тушку моей за****ой секс богини.
Я посадил её в ванну и начал обливать водой из душевого шланга.
– Ай, холодно! – Прокричала Агата. – С истинно возмущённым личиком.
А личико у неё было прелестно. Голубые глазки, которые напоминали чистый океан, пухлые сочные губы, которые, как мне казалось, постоянно пахнут таким приятным запахом обожаемой мной дыни. Выраженные скулы, идеальной формы брови, слегка закруглённые, не вытатуированные, свои. А также длиннющие чёрные, густые реснички, напоминающие лучики солнца, расправленные во все стороны света. Маленькие ушки были прямо-таки миниатюрны и оттого создавали образ милой дамы, совершенно наивной и не знающей все страшные стороны окружающего её мира.
Я был удивлён её ожившему звонкому голосу и сделал температуру воды побольше.
– Когда ты меня отпустишь? Месяц уже прошёл, мне надоело здесь быть! Меня родители ищут! – Возмущалась Агата, с какой-то ноткой разочарования в голосе.
– Девочка моя, вряд ли ты выйдешь когда-нибудь отсюда. Ты думаешь я шутил до этого? – С ехидной улыбкой ответил я.
– Сволочь! Тиран! Извращенец! Отпусти меня! – У Агаты наворачивались слёзы на глазах.
– Ну всё, всё, моя сладкая, успокойся. Папочка всегда будет рядом. Тебе будет хорошо со мной, вот увидишь. – Приговаривал я, успокаивающим голосом, прижав её голову к своей груди. – Расслабься, дорогая, откинься, приляг в ванную, нам нужно тебя помыть.
Я раздвинул её ножки и стал мыть пальчиками киску. Там было столько смазки, что мне пришлось вымывать её несколько минут. – Дай сюда свою мордашку. – Я набрал в ладонь воды и вытер её носик и губы.
После непродолжительных водных процедур я хотел было уже кутать её в полотенце и отнести в спальню, как вдруг, раздался звонок в дверь.
На Агатиных глазах вспыхнул лучик надежды. Она думала, что это её шанс сбежать. Первый раз за месяц. Я всё видел в её глазах, её надежду и намерения провернуть то, что мне явно не понравится. Я понимал, что она закричит, обязательно закричит. А если я её не закрою в комнате, еще и прибежит. Я не знал кто это, но когда ко мне кто-либо приходил, на то была всегда веская причина. И обычно, люди звонили мне заранее, чтобы встретиться у меня дома. А это значит, что это точно кто-то посторонний. Дверь открыть надо было в любом случае.
Я вытащил мокрую Агату из ванны и на руках понёс её в погреб. Голую, и мокрую, прикрытую лишь полотенцем.
Этот дом я проектировал сам, каждую комнату я продумывал до мелочей. Погреб для вин, его должен иметь каждый уважающий себя обеспеченный человек. Благо, я таким являлся. В этот раз, он пригодился ещё и для временного заточения моей секс рабыни или секс богини, или всё вместе взятое, кто знает. Я оставил её на ступеньках, ведущих в погреб и закрыл сверху крышку. Дом был огромен, больше тысячи квадратов. Спрятать кого-то здесь не составляло особого труда. Временно уж точно.
– Нет, Уильям, не оставляй меня здесь. – Натужно стонала бедняжка.
– Потерпи, малышка, но так будет лучше для нас обоих, я скоро. – Ответил я, отправляя ей воздушный поцелуй, при этом медленно и аккуратно закрыл крышку погреба, чтобы не прищемить её нежные пальчики.
Я накинул на себя полотенце вокруг пояса, прикрылся до торса и пошёл к двери. Я ведь не успел помыться после наших утех, лишь помыл Агату. Как же этот человек не вовремя. Хотя, приди он на десять минут раньше, было бы ещё хуже. Прервать божественный минет – было бы грехоподобно.
Не успел я открыть дверь, как дерзким и очень уверенным голосом человек в полицейской форме начинает со мной разговор.
– Мистер Ньюмэн? Полиция штата, офицер Гордон Ковач. У меня есть к вам несколько вопросов. – Быстро протараторил высокий мужчина, лет сорока с густыми усами и фуражкой, немного съехавшей с его головы, держа в руке позолоченный офицерский значок с выгравированными на нём цифрами 7598.
Слегка худоватый, он носил очки с толстыми линзами. Усы на нём смотрелись ну очень нелепо. При том, что остальное лицо было гладко выбрито. Он походил на педофила под прикрытием. Никогда не понимал таких персонажей. «Не усики, а проход в трусики», как говорится. Вероятно, так он размышлял, когда отращивал их. Густые, слегка поседевшие местами брови, напоминали мне в нём какого-то восточного диктатора, не мог вспомнить кого именно. Волосы из-за фуражки почти не были видны, но там седину я не мог разглядеть. Очень странно, возможно, она есть на макушке. Хотя, конечно, для его возраста, это было бы рановато. Выглядел он лет на сорок, не больше. Что сказать, служба в полиции выматывает до усрачки, вот и седеют они рано и на пенсию выходят лет на двадцать раньше обычного. Весь потенциал растрачивается с таким стрессом, представляю. Даже двадцать лет службы для них, порой достаточно.
Форма на нём была на пол размера больше нужного. Слегка поюзаная. Рубашка застиранная. Человеку некогда сходить по своим делам, весь в работе. По ходу финансирование полиция штата недополучила в этом году, довольствуются чем могут. Бешено работают за копейки. Именно так мне представляется служба в полиции.
Настроен был он явно серьёзно. Возможно, сегодня был не его день на работе, может жена запилила после очередного скандала о том, как он мало зарабатывает на этой работе или дети что-то, натворили в школе. А может он просто настолько любит свою работу, что ни детей, ни жены у него нет, а секс есть лишь с единственной его пассией – работой. Хотя, я что, сказал секс? Нет, нет, лишь дрочка, конечно же, куда ему там до женщин, в такой ситуации.
Все эти мысли промелькнули у меня в голове буквально за секунду. И словно опешив, я изобразил ничего не понимающего человека, только что спокойно принимающего душ, в своем собственном загородном доме. Ничего необычного, правда? Спустя секунду этого театра одного актёра, наконец-таки, я вступил в диалог.
– Да, это я. В чём дело офицер?
– Дело в том, мистер Ньюмэн, что я назначен главным следователем в деле пропажи молодой девушки по имени Агата Стюарт. – Офицер протягивает мне фотографию. – Она вам знакома?
Дрожь разносится по всему телу в одно мгновение. Как они вычислили меня? В голове всплываю одновременно с десяток вопросов. Но стоять тупить мне противопоказано.
Глава 2
– Если честно, не припомню такую. Извините, ничем не могу помочь. – Я не стал явно закрывать дверь, чтобы не вызвать подозрений, но дал явно понять, что я занят и сейчас не лучший момент для диалога.
При этом, я создал такое сочувствующее лицо, как бы намекая, насколько я понимаю всю тяжесть его работы и, в частности, поиск пропавших людей. На самом деле, я действительно уважал полицейских. Не тех сраных взяточников, которые делают карьеру за счёт других людей. Этих я ненавидел. Моё уважение заслуживали именно хардкорные трудяги, для которых каждая новая ступень их карьеры сопровождалась бессонными ночами, кровью, потом и потраченными нервными клетками. Таких людей, было немного у нас в штате, но слава богу и не мало. Встречал я и тех, и других, в силу моей профессиональной деятельности.
– Стойте, стойте. Я еще не закончил. Вы знаете, у меня есть свидетель, который видел вас вместе 23 января в 11 часов вечера. Вы выходили из бара и садились в такси. В районе Лексингтон парка на 7ой улице. Вы хотите сказать, что такого не было? – Подозрительным тоном произнёс офицер.
Его густые брови отодвинулись выше на лоб, создав лицо удивлённого человека, но при этом, во взгляде, читалось явное подозрение и недоверие. Он уверенно смотрел мне в глаза не отводя взгляда.
– Хм. Эм. Да, офицер, извините, но я не могу этого припомнить. Видите ли, это было больше месяца назад и 23 числа я действительно был в баре, я это помню хорошо лишь потому, что у меня был день рождения. Но никакой, как вы там её назвали, Агаты, я не помню. Я был очень сильно пьян в тот вечер, это вот я вам могу утверждать со стопроцентной уверенностью. – Не подав виду и малейшего волнения ответил я офицеру, нужно было играть свою роль ни в чем неповинного человека до конца.
– Хорошо. Я вам верю. Но полиция штата не может быть уверена в вас без железного алиби, потому что свидетели утверждают обратное. – Уже просто с серьёзным лицом произнёс офицер.
– Постойте, я что, арестован?! – Я сыграл дикое удивление на своём лице.
Благо, я был хорошим актёром и люди, обычно не могли определить, поддельные ли у меня эмоции или нет. Обожаю дурить людей эдакой своей суперспособностью.
– Нет, Мистер Нюмэн, пока что вы проходите по делу как свидетель. Но вам всё-таки придётся дать показания в департаменте полиции города. – Продолжал полисмен. – Собственно, я приехал сообщить вам, что вы должны явиться завтра в 9 утра. Пожалуйста не опаздывайте, это в ваших же интересах.
Пока мы вели наш диалог, Агата неистово кричала и билась о крышку погреба, пытаясь обозначить себя. – Спасите, я здесь! Пожалуйста, я хочу выйти отсюда! – Кричала бедняжка в безуспешных попытках схватить этот мимолётный шанс спасения за хвост. Так сказать, прыгнуть в последний вагон уходящего экспресса, под названием «Свобода».
Шумоизоляция в моём доме была шикарной, а в погребе и подавно. Оттуда не должно было быть слышно ничего. Но кто бы мог подумать, что Агатин тонкий и звонкий голосок, всё-таки будет доноситься аж до входной двери. Не сильно, очень тихо, но услышать его можно было. Я заметил его еще когда только начал разговор с офицером, но не мог подать виду. Поэтому, всеми силами пытался замаскировать её крики своим более грубым голосом, пытался не делать паузы в разговоре, иначе коп мог бы что-то услышать. А если паузы и появлялись, я старался кашлять или хрипеть, якобы першит в горле. Мне казалось это умным ходом.
– Спасибо офицер, я обязательно приду в назначенное время и попытаюсь помочь вам в расследовании, если смогу всё-таки что-нибудь вспомнить. До свидания. – Я попытался как можно скорее от него отвязаться, от греха подальше и уже было хотел закрыть за собой дверь, но коп поставил свой ботинок в проём двери и рукой остановил закрывающуюся дверь.
– Подождите, что это у вас там за звуки? – Уж с очень заинтересованным голосом, протянул коп.
Б****, он спалил! Что делать?! Что сказать?! Паника у меня в голове наводила ужас и создавала хаос в мыслях. Время будто замедлилось, ком застрял в горле, я вспотел за секунду, словно пробежал несколько километров, так страшно мне не было почти никогда. Но как же хорошо, что я обладал талантом скрывать свои эмоции, какими бы они не были. Холоднокровен и расчётлив, наверное, так я мог бы описать сам себя.
– Эм. Офицер, это личное. – Начал я издалека.
В моей голове за секунду образовался план спасения, даже не знаю, как это произошло так быстро. Видимо, адреналин сделал своё дело. Инстинкт самосохранения в действии.
– О чём вы говорите, я слышу, как из глубины дома доносятся крики! – Произнёс коп и надавил мне на грудь, словно хотел оттолкнуть, чтобы войти в дом, попутно тянясь к табельному пистолету. – Что там у вас происходит?!
– Это порно! – Вскликнул я, прислонив ладонь в его плечо, не давая пройти через порог. – Это личное, как я и сказал.
Глаза офицера налились ещё большим удивлением. Из кобуры пистолет он достать не успел и после моих слов, остановился на несколько секунд, видимо обдумывая всю комичность ситуации и отошёл снова на два шага назад от моего порога. При этом я, босиком, вышел за порог и на этот раз, закрыл входную дверь.
– Видите ли, мистер…извините, забыл? – Я наигрывал идиота.
– Ковач. – Ответил Офицер.
– Мистер Ковач, офицер, эм, мне неловко об этом говорить, как вы уже заметили, ваш приход сегодня оказался совсем не в подходящее для меня время. – Смотря ему в глаза я на этой фразе перевёл взгляд на свой торс и полотенце, прикрывавшее мой аппарат, дав тем самым понять очевидные вещи уже совсем открыто. – Да, я смотрю жёсткое порно, эти крики из телевизора. И да, я на это мастурбирую. Но это моя личная жизнь, неужели я не имею на это право?! У каждого свой фетиш, знаете ли. – Я давил на него изо всех сил.
Знатно опешив от ситуации, Ковач не смог выдавить слов первые секунды три.
– Извините, пожалуйста. Я уж было подумал… Не важно. – Не скрывая улыбки и чуть сдавливая смех, произнёс коп. – Да, конечно же это ваше личное дело, мы взрослые люди, я вас понимаю. Сам иногда смотрю… кхм… Я это в слух сказал?! О боже.
Поняв, что я обвёл судьбу, быть пойманным за похищение человека, вокруг пальца, я стал напирать ещё больше.
– О, а вы тоже значит любитель такого? Хотите зайти, взглянуть на мою коллекцию харкорда? Я её никому никогда не показывал. Ну и проверите заодно, что нет у меня этой девушки? – Я давил на его застенчивость и растерянность, он никак этого не ожидал.
Представьте эту неловкую и дико комичную ситуацию. Коп пришёл по серьёзному делу, а застал врасплох полуголого, успевшего накинуть на себя лишь полотенце парня, явно занимающимся онанизмом, с эрегированным членом, может быть даже, на самой развязке и помешал этому. Я думаю, он даже мог немного посочувствовать мне, ведь прервать такой приятный процесс и врагу не пожелаешь.
– Нет, нет, мистер Ньюмэн, спасибо, я, пожалуй, откажусь от вашего предложения и оставлю вас наедине с вашими демонами. Не осуждаю. – Произнёс офицер, уже с явно осевшим, не грубым тоном. – У меня тем более нет права входить в чужой дом без ордера.
Он здесь явно пи**ел, ведь в черезвычайной ситуации, он мог выбить дверь и вломиться в дом, если слышал крики о помощи и никакой ордер здесь не нужен, это просто долг офицера. Но не в этот раз, он сказал неправду лишь потому, что дико смутился моей откровенностью и ордер был просто предлогом, чтобы по быстрее уйти от этой неловкой для него ситуации.
– Спасибо большое за понимание, офицер. Удачи вам, я буду завтра в девять утра. – Я хотел обнадёжить его и тем самым подчеркнуть готовность сотрудничать, чтобы ещё больше отвести подозрения от себя.
– До встречи, мистер… Эм… Ньюмэн. – Сказал растерянный коп, разворачиваясь и молча топая к патрульной машине.
Я захлопнул дверь изнутри и закрыл её. Я проследил в окно, как коп уезжает и после этого пошёл к Агате.
Я был в ярости. Моя маленькая сладкая Агата могла сейчас спалить меня, и я в одночасье отправился бы в те места, где я, несомненно, не хотел оказаться. Злость переполняла меня, я был на волоске! Она явно заслуживала наказания! Я хотел отшлёпать её очень сильно.
– Тебе не поздоровится! – Прокричал я, идя по пути в погреб.
Полотенце развязалось от ритмичной ходьбы и упало на пол. Мне было всё равно, ведь дома я постоянно ходил голым и предпочитал, чтобы Агата делала тоже самое.
Подойдя к крышке погреба, я наклонился, открыл её и увидел мою непослушную девочку, мирно сидящую на деревянном полу, которая дрожала от холода. В спешке, я даже не подумал, что там невозможно сидеть без одежды. Температура была около 18 градусов. Блин, я хотел её наказать, жестоко вытащить за волосы из погреба, кинуть на кровать, отшлёпать и может даже быть, расчехлить её попку, от чего я отказывался весь предыдущий месяц. Но увидев эту ситуацию, я не смог даже накричать на неё.
– О господи, принцеска моя, прости меня, я совсем идиот! В спешке я забыл о холоде в этом месте. – Подхватил её с этими словами и быстро понёс в кровать, греться.
Она не ответила ни слова. Я видел её заплаканные глаза и моё сердце раздирало на куски, но я ведь взял её только для плотских утех! Нет, я не могу влюбляться! Если я её когда-нибудь отпущу, мне наверняка, светит пожизненное! Эти мысли не давали мне покоя, но отступать уже было некуда. Вот она, безысходность во всей красе. Мало кому удаётся приступить грань закона, а потом жить нормальной жизнью.
Конечно, когда мы встретились с ней, в тот день 23 января, я хотел лишь трахнуть её и отпустить, как и всех девиц до неё. Она поехала со мной добровольно. Но когда с неё упало то, золотистого цвета короткое платье, которое еле прикрывало её попку, и оголило её грудь, животик, бёдра, я понял, что не отпущу её после одной ночи. Настолько она зацепила меня своей красотой. Её сочное молодое тело мне казалось настолько прекрасным, что член твердел до состояния камня за несколько секунд. И мы трахались как животные, с безудержной страстью, несколько дней подряд. И вроде бы, всё было хорошо до поры до времени, но об этом позже.
Я сделал ей горячего чая с малиновым вареньем и принёс в постель.
– Держи, пей моя сладость. Главное тебе не заболеть. Хочешь кушать? Конечно хочешь, зачем я спрашиваю. – Моя злость во мгновение ушла в небытие.
Я трахал бедняжку целыми днями и от своего удовольствия порой забывал есть сам и кормить её. Она сбросила пару кило за этот месяц, как и я. Нужно нагнать заново.
Параллельно меня не покидали мысли о полиции. Я понимал, что я конкретно так встрял. Рано или поздно меня раскроют. От таких мыслей сердце колотилось бешено. Ну да ладно, одним днём живу. Тем более какой это день, прекрасней некуда!
Я оставил её одну в постели, спокойно попивать горячий чай и отогреваться под одеялком, а сам пошёл готовить кушать. Я принялся готовить пасту. На самом деле, готовить я люблю. Это моя отдушина. Но иногда готовить так лень, что я предпочитаю ходить в рестораны или заказывать еду оттуда, чтобы не тратить моё драгоценное время на приготовление.
Прошло несколько десятков минут. Еда была готова к употреблению. Я принёс моей крохе тарелку с пастой в постель и налил ещё малинового чая. Плюс бокал вина, для хорошего сна.
К тому времени она выпила ранее принесённый мной чай и успела вздремнуть. Это сонное личико такое прекрасное. Эту красоту я бы описал так: словно солнце встало на потрясающе красивом альпийском лугу и украсило его ещё больше своим светом. Сердце из груди выпрыгивало постоянно, когда я находился с ней. Конечно, все мысли о моём отношении к ней я благополучно отгонял. На это у меня сил пока хватало.
– Ешь, красавица. Это очень вкусно. Я сейчас приду со своей порцией, и мы посмотрим какой-нибудь фильм, хорошо? – Произнёс я с улыбкой.
Продолжив молчать, Агата, лишь кивнула, присев в позу монаха из состояния лёжа, для начала трапезы, при этом обмотавшись одеялом с ног до головы. Я сходил за своей порцией и включив очередной меланхоличный сериал, мы начали есть моё прекрасное творение.
Я услышал звук, похожий на тот, когда человек втягивает в рот длинную спагеттину, с характерным щелчком в конце. Повернувшись к Агате, я увидел полоску соуса у неё на правой щеке. Похоже, что это была та самая втягиваемая ею макаронина, которая хлестанула её под конец. Она ухмыльнулась, когда я посмотрел на неё. Видимо, она также, как и я, находила эту ситуацию довольно комичной. Я ухмыльнулся в ответ, вытер её щёчку полотенцем и продолжил есть.
Эта ситуация прошла как-то без слов, без дикого гогота, как это обычно бывает у друзей, но и не без эмоций. Как-то по-домашнему, по-семейному. Какое-то тепло, уют, взаимопонимание проскользнуло, между нами, в тот момент.
– А сколько тебе лет? – Внезапно спросила Агата, своим непринуждённым голоском.
Я, не ожидав такого вопроса в данный момент времени, чуть было не подавился едой. Слегка кашлянув, я отставил тарелку на стол и сделал глоток вина.
– Тридцать три. – Непринуждённо следовал мой ответ.
– Ого, ты старше меня на…четырнадцать лет! Ну и как тебе живётся? – С неким удивлнием спрашивала Агата.
– В каком смысле как мне живётся? – Недоумевающе, как ответить на такой вопрос, спросил я в ответ.
– Ну такой возраст, пожилой. – Со всей серьёзностью на лице ответил мой ангелок.
Я слегка засмеялся, но решил поддержать её шутку, чтобы она могла стать эмоционально ближе ко мне.
– Нельзя открыто говорить пожилому человеку, что он стар, юная леди. Где ваши манеры? – С улыбкой на лице отвечал я.
Поняв, что я поддержал её шутку, она громко засмеялась.
– Ха-ха-ха-ха! Ты такой дурак! Как ты вообще заработал на такой дом, будучи таким идиотом? – Даже не поняв, что она перегнула в этот момент, Агата продолжила смеяться.
– А вот это уже оскорбление, девушка. Вы будете наказаны. – Сказал я с нейтральным голосом, даже не сильно грубо.
Её лицо в миг изменилось с беззаботной улыбки на страх. Она знала, что секс не принесёт ей удовольствия, а скорее, какую-то душевную пустоту, эмоциональную подавленность, потому что трахают именно её, не спрашивая куда и как. Но я ещё не знал, что это было совсем не так.
Я шлёпнул её по щеке совсем слабо, чтобы лишь немного завестись. Дабы получить ещё большее удовольствие, от надвигающегося секса. Моя больная психика требовала жёсткой еб**. Люблю, когда сучка извивается подо мной и не пускает в своё укромное местечко. Люблю получать это силой.
Агата выглядела более бодрой после еды и чая, поэтому во мне что-то щёлкнуло, и я передумал не трогать её, пока она болеет.
