Текст книги "Невинная в награду для бандита (СИ)"

Автор книги: Паулина Дарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Глава 5

– Нет, прошу тебя… не делай этого…

Цербер буквально прожигает меня взглядом.

Смотрит, молчит, будто оценивает, достойна ли я остаться в живых.

– Так и быть, крошка Аврора, – усмехается он, – уж очень запала ты мне в…

Он морщится, словно не желая произносить последнее слово.

– Останешься здесь со мной, – говорит сурово, – будешь моей пленницей, мучить тебя не буду, а вот страсть мою утолять тебе придётся. Сама понимаешь…

Ощупывает меня плотоядным взглядом.

– Аппетит у меня очень большой. И утолить его быстро не получится.

Допивает свой алкоголь, ставит стакан на стол.

Медленно подходит ко мне.

Походка неспешная, грациозная, как у опасного хищника.

А у меня внутри снова всё сжимается, когда я смотрю вниз, когда вижу, как его мужское достоинство снова наливается силой, дёргаюсь невольно, когда его большая головка касается моего бедра.

– Не бойся, крошка Аврора, – шепчет он, поглаживая мою грудь, поигрывая с сосками, пропуская их через свои горячие пальцы, – больно я тебе не сделаю.

Пробует мои соски на вкус, полизывает, прикусывает их слегка.

– Ух, сочная какая, чуть надавить, и сок потечёт.

Сжимает соски губами, так сильно, что у меня перехватывает дыхание.

Начинаю постанывать, не в силах сдержать эмоций.

Хватаю его за плечи, чтобы снова не сорваться в эту глубокую пропасть порока.

Но он сталкивает меня сам.

Просто откидывает на кровать, улыбается, гипнотизирует взглядом.

– Готовься, крошка Аврора, будет приятно, очень, блять, приятно.

Скользит губами ниже по животу, доходит до моего клитора, ласкает его круговыми движениями, порыкивает от удовольствия, чувствуя, как дрожу, как не могу сдержать эмоций, таю в его руках.

Истекаю соком, который его почему-то невыносимо возбуждает.

А бандит не прекращает меня ласкать, сильнее давит языком на мой чувствительный бугорок, то и дело опускается к маленьким складочкам, полизывает их, тоже пробует на вкус, хрипит, повторяя:

– Какая же ты сладкая, крошка Аврора, не могу тобой насытиться!

Хватает меня за бёдра, проникает внутрь меня, уже изнутри ласкает.

А я выгибаюсь, кричу от наслаждения!

По телу пробегает горячая волна, обжигает этим порочным чувством.

Снова выжигает все мои чувства, оставляет только одно, такое сладкое, что меня одолевает нестерпимая жажда, чувствую себя пустой, настолько пустой, что взлетаю, снова парю где-то в невесомости, а внутри меня взрываются миллионы звёзд, каждая дарит настолько яркий оргазм, что я растворяюсь без остатка, раз за разом сгораю и снова восстаю из пепла, чтобы снова пережить это немыслимое наслаждение!

– Боже…

Голова кружится, язык меня практически не слушается.

– Почему… почему это так приятно.

– Потому что это чувство – самое сильное на свете, – тихо говорит мне Цербер, проводит пальцами по моим нижним губкам, снова доставляет мне удовольствие. – Главное, отдаться ему целиком и не бояться его.

Целует меня в губы.

Поднимается с кровати.

Снова наливает себе дорого алкоголя.

– Хочешь пить, крошка Аврора?

– Воды… можно мне?

Наливает мне воды из графина.

Залпом выпиваю.

Зубы чуть не сводит от ледяной воды.

Закашливаюсь, но прошу ещё.

– Аккуратнее, крошка, – смеётся бандит, но наливает мне полный стакан, – не захлебнись.

– Спасибо, – шепчу одними губами. – Можно один вопрос?

Он мучает меня давно.

Мучает ещё задолго до встречи с этим бандитом.

– Как тебя зовут?

Цербер хмурится.

– Моего имени никто не знает. И тебе его лучше на знать, крошка Аврора. Все, кто его слышал хоть раз, уже давно на том свете.

Тело моё покрывается холодными мурашками.

Невольно вспоминаю все легенды, все страшные слухи, которые гуляют по городу про этого бандита.

Уверена, что практически все они правдивы.

Все, кроме легенды о том, что он убивает всех девушек, с которыми проводит ночь.

– Что будет со мной, когда… когда ты наиграешься и… захочешь от меня избавиться?

– Не думай об этом, крошка Аврора. Я тебя не трону, если ты будешь послушной и покорной. Ты ведь будешь меня слушаться, девочка?

– Да, – отвечаю дрожащим голосом. – Я сделаю всё, что ты скажешь, только… только не убивай меня… прошу…

Ответить Цербер не успевает.

Снаружи раздаётся взрыв.

Такой сильный, что стены сотрясаются.

Бутылки с алкоголем падают со столика.

– Кажется, у нас гости, крошка Аврора, – усмехается Цербер, надевая штаны, – не дают мне спокойно отдохнуть от бандитских дел, даже здесь достали шакалы.

Подходит к шкафу у стены, достаёт пистолет.

Смотрит на меня.

– советую одеться и тебе, девочка, а ещё найти себе хорошее укрытие. Потому что сейчас будет жарко.

Глава 6

За пару секунд накидываю на себя платье.

Но куда мне спрятаться, я даже не знаю!

Тут некуда прятаться!

Снаружи раздаётся ещё один взрыв, следом за ним выстрелы.

В коридоре слышатся крики и ругань.

– Чёртовы ублюдки, – вздыхает Цербер, посматривая на свои дорогие часы, – вот не могли до утра подождать? Всегда им надо ночью нападать. Поспать не дают после нашей с тобой идиллии, Аврора.

Смотрит на меня спокойно.

– Ты оделась?

– Д-да, – отвечаю дрожащим голосом. – Мне страшно.

– Не бойся, крошка, я быстро накажу ублюдков, и мы отправимся спать, даже часа не пройдёт.

Распахивает дверь, выпускает в коридор целую обойму из пистолета.

У меня от выстрелов звенит в ушах, от запаха пороха закладывает нос.

Бандит вглядывается в темноту, тут же резко уворачивается от пуль, которые попадают в двери.

– У вас должны быть очень стальные яйца, чтобы заявиться сюда посреди ночи, ребята!

Он заряжает новую обойму, тут же снова стреляет в коридор.

– И вы, похоже, совсем не дорожите своей жизнью, раз пожаловали на этот остров! Живыми отсюда ещё никто не выбирался.

Лежу на кровати, боясь пошевелиться, содрогаюсь от каждого выстрела. После каждого выстрела сердце пропускает удар, грозит выскочить из груди.

Угораздило тебя, Аврора, оказаться посреди разборок опасных бандитов!

Лучше бы оставалась жить в нищете, зато была бы свободной.

А сейчас в любой момент можешь схлопотать пулю!

И никто тебя даже не пожалеет…

– Эй, Цербер, – раздаётся прокуренный голос из коридора. – Мы пришли не за тобой!

Бандит застывает удивлённо у стены.

Смотрит на меня, качает головой.

– А за кем же вы тогда пришли, чёртовы глупцы?

– За девчонкой, которую ты здесь трахаешь! Она ещё жива?

– А как же, – отзывается Цербер, глядя на меня с яростью, – она живее всех живых! А зачем она вам?

– Это не твоё дело! Отдай её нам, и мы уйдём, оставим тебя в покое! У нас нет к тебе вопросов, Цербер, и ты нам не мешай.

Что?

Я ничего не понимаю!

Зачем я понадобилась бандитам?

Я не имею к ним никакого отношения!

Если не считать того, что пару недель проработала в клубе ублюдка, который был на побегушках у мелких гангстеров…

У меня даже родственников влиятельных нет, я круглая сирота!

С малых лет жила в детдоме.

А теперь за мной явилась целая орава бандитов.

И они… требуют отдать меня им?

Этого быть не может!

– Кто ты такая? – Цербер наставляет пистолет на меня. – И на кой хер ты понадобилась бандитам?

– Я не знаю…

– Врёшь! Говори честно, Аврора, если не хочешь схлопотать пулю в лоб!

– Честно! Я говорю честно!

У меня по щекам бегут слёзы! У меня сердце грозит проломить грудную клетку, щёки пылают от страха и паники, а этот бандит мне не верит.

– Я сирота! И никакого отношения к бандитам не имею! Я говорю правду… прошу… Цербер…

С трудом проглатываю горький ком в горле.

– Прошу тебя… не отдавай меня… этим бандитам.

Но Цербер смотрит на меня с ненавистью, лишь качает головой.

– Ты что-то скрываешь, крошка Аврора. И неспроста появилась на этом острове. Я узнаю, кто ты и зачем ты здесь, только я не буду с тобой ласков, как в постели.

От страха у меня всё плывёт перед глазами.

Паника и отчаяние накрывают с головой.

Не могу совладать с дрожью, не могу её унять.

– Ну что, Цербер? – доносится из коридора прокуренный голос. – Отдаёшь нам девчонку? Повторю, к тебе у нас претензий нет. Только девчонку заберём и всё. А ремонт твоей тюрьмы оплатим отдельно.

Бандит смотрит на меня равнодушно, словно на вещь, на игрушку, к которой он охладел.

– Идёт! Забирайте девчонку и проваливайте! Я не буду стрелять!

– Что? – шепчу в ужасе, прижимаюсь к стене. – Пожалуйста, не отдавай меня им… я сделаю всё, что ты скажешь… только не…

– Встань! – рявкает бандит. – Быстро!

Замираю от страха, пытаюсь встать.

Ноги не слушаются, едва не падаю, хватаюсь за спинку кровати, пытаюсь устоять, сердце бешено колотится, когда вижу в коридоре людей в балаклавах и с автоматами, они стремительно приближаются к двери, уже целятся в меня и…

– Сюрприз, ублюдки!

В последний момент проход загораживает Цербер и выпускает в чужаков всю обойму из пистолета.

Зажмуриваюсь, стараясь не смотреть в коридор, пытаюсь вжаться в стену, очень хочу стать невидимой, раствориться в воздухе.

– Эй, в коридоре, – слышу голос Цербера, – есть ещё кто живой?

В ответ тишина.

– Аврора, – обращается ко мне бандит. – Открой глаза, живо!

С трудом разлепляю веки, с ужасом смотрю на кучу тел, лежащих в коридоре.

– Подойди, – приказывает бандит, – быстро, Аврора.

Ноги ватные, не желают мне подчиняться.

Хромая, иду к дверям, но старательно отвожу взгляд от тел в коридоре.

Голова кружится, всё плывёт перед глазами.

Цербер берёт меня крепко за руку, ведёт в коридор.

– Нет, – умоляю его, – не надо…

Но он неумолим.

– Смотри, Аврора, не закрывай глаза, смотри на нашивку на жилете у этого ублюдка! Смотри!

Пытаясь не потерять сознание, с огромным трудом смотрю на нашивку убитого.

Красный череп с чёрными глазами.

– Знаешь, чей это знак, Аврора?

– Нет, – всхлипываю, не в силах больше смотреть на ужасное зрелище. – Я не знаю! Я впервые это вижу! Перестань! Прошу! Хватит надо мной издеваться!

Цербер берёт меня за руку и ведёт обратно в комнату.

Захлопывает двери, садит на кровать.

И снова целится из пистолета.

– Значит так, невинная крошка Аврора, – говорит он грозным голосом, – слушай меня внимательно, красный череп – это знак самой опасной банды наёмников в стране, их зовут «Смертники».

От одного этого названия у меня всё сжимается внутри.

– Это самая отбитая банда, настоящие психопаты, с которыми не связывается никто из бандитов. И сегодня ночью эти отбитые психопаты пришли за тобой, Аврора. Не за мной, самым влиятельным бандитом в городе, а за тобой, маленькая невинная девочка.

Я застываю от ужаса, я не понимаю, что этим наёмникам от меня понадобилось? Я не знаю, зачем они за мной пришли!

– Даю тебе три секунды, Аврора, – говорит Цербер, приставляя пистолет к моей голове. – Говори, что именно ты от меня скрываешь или, клянусь, я сам сделаю тебе очень больно!

Глава 7

Проходит три секунды, проходит пять, десять…

Проходит минута.

А бандит не стреляет.

Я лишь всхлипываю, повторяю раз за разом:

– Я ничего не скрываю… не скрываю… я ничего…

– Хватит, – обрывает мои бормотания Цербер. – Хватит плакать, Аврора. Скоро ты затопишь своими слезами всю комнату. Посмотри на меня.

С трудом уняв дрожь, поднимаю на него глаза.

– Поклянись, Аврора, что ты говоришь мне правду! Поклянись, что ты не имеешь никакого отношения к бандитам и к этим чёртовым наёмникам!

– К-клянусь, я… я не имею к ним никакого отношения!

Смотрю в его зелёные глаза.

Кажется, что он видит меня насквозь, может прочитать все мои мысли.

Может душу мою себе подчинить, если захочет.

Но он не делает этого.

Опускает пистолет, берёт меня за руку, притягивает к себе.

Сминает губы жарким поцелуем.

– Аврора, блять, не знаю, что в тебе такого, не знаю, как ты это делаешь, ты чёртова ведьма, наверное, но я не хочу отдавать тебя бандитам, не хочу от тебя избавляться, хочу оставить тебя с собой…

Снова впивается в мои губы, целует сильно, до боли, до крови.

– Не как игрушку для утех оставить, как девочку сладкую, нежную, сука, Аврора… всю жизнь мечтал о такой, как ты! Ещё когда бандосом был молодым, бредил, что встречу принцессу красивую, хрупкую блондиночку с губами пухлыми и с именем красивым. Аврора. Ави. Рори. Кто же мог знать, Ави, что желание моё сбудется много лет спустя. И занесёт тебя в мою жизнь, такую яркую, светлую и милую.

Не в силах сдерживать эмоций, сама прижимаюсь к нему, такому тёплому, такому сильному, пахнущему дорогим парфюмом.

Мужчине, о котором сама мечтала очень давно.

Смелом, красивом, мужественном!

Но даже подумать не могла, что встречу его здесь, на острове-тюрьме, что этот мужчина окажется бандитом, жестоким и опасным для всех, но страстным и нежным для меня, для малышки Ави…

Кто бы могу подумать, что судьба сведёт нас на одну ночь.

И из маленькой искры вспыхнет пожар, которых охватит нас обоих.

– Смертники не прощают смерти своих бойцов, – мрачно говорит Цербер, – и они ещё придут сюда за мной, и за тобой тоже придут, Ави. Но я буду готов, я дам отпор и не позволю забрать тебя, пусть хоть целую армию сюда пригонят, я никому тебя не отдам

От слов про армию наёмников у меня по телу дрожь.

Но, стоит бандиту меня обнять, стоит взять меня за руку, как страх проходит, улетучивается в момент, остаётся только это сладостное чувство, что рождается внизу живота, разливается тепло по телу, заполняет его всё, вытесняет все другие чувства.

– Хочу провести с тобой много ночей, крошка Аврора, – шепчет мне бандит, прижимая к стене, – ночей страстных, ночей прекрасных, хочу засыпать, чувствуя твоё дыхание на своей груди, хочу, чтобы ты клала свою маленькую красивую головку мне на плечо и целовала в самых разных местах, крошка Аврора.

Берёт меня за талию одной рукой, второй ласкает грудь.

У меня в животе простреливает сразу же, у меня пульс учащается от его прикосновений, от его слов, от его дыхания.

От его близости голова кружится, всё плывёт перед глазами.

А в животе такое сладкое, такое приятное чувство, хочется, чтобы оно вечно длилось, никогда не заканчивалось!

– Хочу тебя прямо сейчас, крошка Аврора, – рычит бандит, снимая с меня платье, – хочу тебя всю, целиком съесть хочу, такую сладкую, такую сочную девочку!

Оказываюсь перед ним совсем голая, беззащитная, кожа в мурашках, тело горит, внутри всё пылает, губы сами тянутся к нему, руки сами обнимают его за шею, трусь нежно о его сильное тело, о его член, которому очень тесно в штанах.

– Юлиан, – говорит мне тихо бандит.

Не сразу понимаю, о чём он.

Смотрю удивлённо.

На миг даже забываю, чем мы занимаемся.

– Что… прости… что ты сказал?

– Юлиан, – повторяет он мне на ухо, – меня зовут Юлиан. И ты единственная теперь, Ави, кто знает моё имя.

Резко берёт меня на руки, прижимает к стене.

– И я хочу, крошка Аврора, чтобы ты повторяла моё имя очень громко, пока я буду тебя трахать, пока буду делать тебе хорошо!

Держит меня крепко одной рукой, второй снимает с себя штаны.

И входит сразу, без лишних слов.

Входит медленно, нежно, но глубоко.

Делает мне приятно, очень приятно!

– Да, Юлиан, – шепчу жарко, глядя ему в глаза, – Да, Юлиан, какой ты сильный… какой большой…

– Громче, – хрипит бандит, толкаясь глубже, двигаясь быстрее, в такт моему сердцу, – громче, крошка, Аврора, стони, кричи, хочу, чтобы ты кричала, хочу, слушать твой звонкий приятный голос!

И я кричу, не в силах сдержать эмоции!

Обнимаю его за шею, нахожу его губы, целую, даю ему свой язык, даю ему своё тепло, сжимаю так сильно, что он рычит от наслаждения, сжимает мои полукружия, сдавливает соски так, что у меня в животе простреливает.

– Да, Юлиан! – кричу так громко, что у самой закладывает уши. – Да, Юлиан, ещё, глубже, сильнее!

Даже стена трясётся от наших толчков, от нашей страсти!

– Стоп, Аврора, – говорит вдруг Юлиан, замирая. – Похоже, у нас снова гости.

Понимаю испуганно, что стена сотрясается от взрыва снаружи.

Юлиан отпускает меня, быстро одевается.

– Ненавижу, когда мой секс прерывают, – говорит грозно, – и наказываю за это очень жёстко.

Из коридора доносится шум.

Не успевает Юлиан подойти к дверям, как из-за них раздаётся громогласный рык:

– Цербер! С тобой говорит главарь «Смертников», Ратмир Давыдов! У тебя моя дочь, Аврора! И я требую отдать её мне прямо сейчас! Даю тебе три секунды, бандит, а потом вхожу в комнату и стреляю на поражение!

Глава 8

Цербер

Ратмир Давыдов, значит?

Главарь «Смертников»

А крошка Аврора – его дочь.

Вот оно как всё повернулось.

Смотрю на девочку, вся дрожит, маковка, зубы стучат, даже на расстоянии слышу, как бьётся её сердечко маленькое.

Точно она не может быть в сговоре с наёмниками.

– Аврора? – спрашиваю всё же, глядя на неё очень строго. – Ты знаешь человека по имени Ратмир Давыдов?

– Нет, – испуганно мотает головой. – Впервые слышу про него!

По глазам вижу, что не врёт.

А за дверью чёртов ублюдок ведёт отсчёт.

– Три… четыре…

– Эй, Ратмир Давыдов! – кричу ему из комнаты. – Я услышал тебя, главарь наёмников! Интересные ты вещи говоришь! Заходи ко мне в комнату, Ратмир, один и без оружия, потолкуем по-мужски

– А где гарантии, что ты меня не пристрелишь? – раздаётся голос снаружи.

– Перед всеми твоими наёмниками клянусь, что не трону тебя, Ратмир Давыдов, если ты сам первый с кулаками не полезешь! А теперь заходи, главарь, уж очень хочется потолковать с тобой.

Вижу, что крошка Аврора совсем в угол забилась.

Обнимаю её мягко, целую нежно.

– Не бойся, девочка, – успокаиваю, – я никому тебя не отдам. И не позволю сделать тебе больно.

Она лишь испуганно ко мне жмётся, дрожит вся.

Слышу, как дверь открывается, в комнату заходит старый вояка.

Невысокий, но крепкий, лицо в шрамах, одно ухо порвано.

Сам в бронежилете, на груди красный череп.

– Ну здравствуй, Цербер, – говорит он спокойно, – много легенд про тебя слышал, одна страшнее другой.

– Почти все легенды про меня правдивы, – отвечаю сухо, – а вот я про тебя совсем ничего не знаю, Ратмир Давыдов, кто такой, откуда будешь и с какого хера вспомнил про дочь свою, которая сиротой росла?

Старый вояка ухмыляется.

А сам смотрит не на меня, а на крошку Аврору.

И взгляд этого ублюдка мне совсем не нравится.

– Про Ратмира мало кто слышал, – отвечает вояка, – но ты мог меня знать по кличке Бешеный, мы даже воевали бок о бок с тобой несколько лет назад, когда ещё старый Аид у власти был, вместе карали захватчиков, которые с юга пришли.

– Было такое, – киваю сдержанно, – но это дела давно минувших дел, и те разборки в прошлом давно, как и сам Аид с его империей. Меня другое интересует, ты сказал, что Аврора – твоя дочь.

– Так и есть, – соглашается вояка, – и я пришёл, чтобы забрать её и прикончить, как и всех детей, которые родились втайне от меня.

Слышу, как крошка Аврора вскрикивает за моей спиной.

– Девочка под моей защитой, – говорю спокойно, прикрывая её своим телом могучим, – никто её не тронет. Это моё первое и последнее слово, вояка, так что лучше убирайся, если жить хочешь.

Бешеный скалится, вижу, как глаза его наливаются кровью.

– Похоже, мы в тупик зашли, Цербер, – отвечает он, продолжая прожигать взглядом девочку, – но и я не уступлю девку. Я всех своих незаконных детей нашёл и прикончил, чтобы свет белый не поганили, чтобы не шастали среди честных людей и не порочили имя моё одним своим видом, чтобы никто не знал, что от случайной шлюхи у меня могло родиться вот такое уродство…

– Моя мать не шлюха! – кричит из угла Аврора, заливаясь слезами. – И никогда ей не была! Ты сам её похитил, надругался, а потом выкинул на улицу и даже имени её не спросил! Она выносила меня, родила, а после родов умерла! Но она не избавилась от меня, как от ненужного балласта, она подарила мне жизнь ценой своей! А ты… лишь чудовище! За все эти годы даже ни разу мной не интересовался, а сейчас пришёл и говоришь, что я порочу тебя… ты сам ходячий порок!

– Сука, – шипит Бешеный, достаёт нож, бросается к девочке.

Но я перекрываю ему путь.

– Ещё шаг, старый вояка, сверну тебе шею. Проваливай отсюда, пока жив и больше не возвращайся. Аврора моя, и точка. А ты про неё забудь.

– Забуду, – кивает спокойно вояка, – когда прикончу.

Похоже, с головой у него совсем плохо.

– Старик, – щёлкаю пальцем у него перед глазами, – единственный, кого тут могут прикончить, это ты. Проваливай отсюда и забудь про это место, навсегда забудь.

Он поднимает на меня глаза.

– Цербер, – говорит спокойно, – предлагаю решить всё, как в старые добрые, дуэлью.

Я лишь ухмыляюсь в ответ, вспоминая, как в былые времена все споры мы решали просто: стрелялись насмерть. И побеждал оставшийся в живых.

– Дуэль, значит, – поглядываю на свой пистолет, – я, конечно, готов принять такой вызов, но учитывай, старик, за свой век я провёл больше сорока и во всех победил.

– У меня за плечами сорок пять дуэлей, – отвечает вояка, – и я готов рискнуть всем.

– Тогда по рукам.

За спиной испуганно что-то шепчет Аврора.

– Не надо, Юли…

– Не волнуйся, крошка, – успокаиваю её, – всё будет хорошо. Я уверен в своей победе, и уже через пару минут мы снова останемся одни.

– Если ты так уверен, – говорит вояка, – тогда бери своё оружие. И давай уже стреляться.