355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Патриция Кэбот » Пьянящий аромат » Текст книги (страница 19)
Пьянящий аромат
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 02:48

Текст книги "Пьянящий аромат"


Автор книги: Патриция Кэбот



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)

Глава 27

Убедившись, что дверь в спальню заперта и Люси в комнате нет, Пегги бросилась на кровать. О Господи! Что делать? Слезы душили ее. Почему она вела себя так нелепо?

Разве не об этом она мечтала долгими неделями? Эдвард Роулингз влюблен в нее, а она, что сделала она?

Ударила его!

Рыдая в подушку, Пегги пыталась собраться с мыслями. Ее поведение можно было объяснить только испугом. Она боялась. Но чего? Явно не Эдварда. В конце концов, она всю жизнь мечтала об этом моменте, во всяком случае, ей так казалось. Точнее, с той секунды, как увидела его тогда, очень давно, в Эпплсби. И вот он наконец сказал то, что она так давно хотела от него услышать, а она убежала как дура. О Господи!

Проплакав несколько минут, Пегги села и вытерла глаза бархатным рукавом платья. Теперь она знала, чего испугалась, и внутри все похолодело, словно сердце сжали ледяные щупальца.

Ей придется поведать ему ужасную тайну, которую не знал никто, даже Джереми. Тайну, которая, когда он все узнает, заставит Эдварда ненавидеть, а не любить ее.

Лучше бы ей никогда не приезжать в Роулингз. Еще лучше было бы никогда даже не слышать о Роулингзе! Если бы они с Джереми жили себе в Эпплсби, ничего подобного не случилось бы. Она сожалела о том дне, когда в ее доме появился сэр Артур Герберт. Что же теперь делать?

Послышался тихий стук. Подумав, что это Эдвард, Пегги хрипло крикнула:

– Оставьте меня в покое!

Из-за двери раздался добрый, озабоченный голос Энн Герберт:

– Пегги? С тобой все в порядке? Лорд Эдвард попросил меня узнать, не нужно ли тебе чего-нибудь. Он сказал, тебе стало нехорошо.

Всхлипнув в последний раз, Пегги поднялась с кровати и отперла дверь.

– Прости, Энн. – Пегги была не в состоянии взглянуть в глаза подруге. – Боюсь, что у меня сегодня день не из приятных. – И снова расплакалась.

Энн Герберт, чувствительная, простоватая, одинокая Энн, оказалась бесценной подругой. Не спрашивая ни о чем, она старалась успокоить девушку, уверяла, что все будет хорошо, и уговорила выпить немного настойки опия из пузырька, который оставил мистер Паркс после болезни Пегги.

Настойка подействовала успокаивающе. Пегги извинилась перед своей гостьей, которая, печально улыбнувшись, сказала:

– У меня четыре младшие сестры, Пегги. Я хорошо знаю, как утирать слезы.

– Прости, – опять проговорила Пегги. Ей и в самом деле стало лучше. Конечно, не без помощи опия, но она вдруг почти поверила в то, что все будет хорошо. – Не знаю, что вдруг на меня накатило. Чувствую себя такой дурой. Наверное, я выгляжу кошмарно?

– Ты выглядишь чудесно, как всегда. – Энн улыбнулась ей. – А теперь, почему бы нам не попросить миссис Прейхерст принести чаю? Посидим у камина и обдумаем, что ты наденешь сегодня вечером, когда поедешь в Эшбери-Хаус.

Пегги издала горловой звук.

– Что? Ты шутишь. Не поеду я никуда!

– Нет, поедешь. – Энн решительно сжала губы. – Лорд Эдвард сказал, что виконтесса пригласила вас всех и у него не было никакой возможности отказаться от приглашения.

– Несомненно, он так и сказал. Ну и наглость!

Испуг Пегги перерос в негодование. Ну и что же, что она безнадежно влюблена в него, – все равно Эдвард коварный негодяй! Только представьте себе: объявить гостье, что у пригласившей ее хозяйки другие планы на вечер! А потом еще и послать бедняжку к Пегги, чтобы она ее успокоила! Ну что же, она ни чуточки не сожалеет о пощечине.

– Раз так, то я не поеду в Эшбери-Хаус без тебя, – заявила Пегги.

Энн встревожилась:

– О нет, Пегги. Я скорее всего не смогу. Меня не приглашали…

– Я приглашаю тебя.

– Но мне нечего надеть…

– Можешь надеть одно из моих платьев.

– Оно мне не подойдет. У тебя талия намного уже, чем у меня.

– Я попрошу Люси расставить талию. Ты можешь взять платье из голубой тафты. Оно подойдет к твоим глазам.

Пегги была настроена категорично. Она не собиралась ехать одна с Эдвардом и Алистером, хоть до соседнего имения было совсем близко. Она хотела, чтобы Энн была рядом, если понадобится, весь вечер и даже весь остаток месяца. Она устала наблюдать ревнивые вспышки двух мужчин. И общаться с каждым из них тет-а-тет – тоже. Она просто умоет руки.

Пегги отмела все доводы Энн и отправила лакея в Эшбери-Хаус предупредить, что на обед из замка Роулингз приедет еще одна гостья. А затем они с Люси принялись превращать Энн из простушки в чрезвычайно привлекательную модную леди.

К тому моменту, как лорд Эдвард попросил прислугу сообщить, что они с Алистером ждут уже полчаса и если Пегги не поспешит, то они опоздают на обед, Энн Герберт выглядела просто великолепно, а Пегги почти успокоилась. Обе девушки, Энн в платье из лазурно-голубой тафты, а Пегги в ярко-зеленом туалете, одновременно подошли к парадной лестнице и стали вместе спускаться в Большой зал. Пегги чуть позади, поскольку опасалась встретиться глазами с Эдвардом.

Ей не о чем было беспокоиться. Эдвард, как и она, был совершенно не расположен вновь проигрывать ни одну из дневных сцен. Он просто критически осмотрел ее, задержав взгляд на неестественно ярких пятнах на щеках Пегги, от него не укрылся и лихорадочный блеск ее глаз. Девушка стояла, потупившись, и подняла глаза только тогда, когда Эдвард молча оттолкнул Алистера, чтобы взять ее за руку.

У Пегги с губ едва не сорвался упрек по поводу его ненужной грубости, когда ее взгляд упал на Джереми, одетого в свои лучшие бархатные бриджи и беззаботно прислонившегося к стойке резных перил.

– Джерри! – крикнула она еще хриплым после рыданий голосом. – Что ты делаешь здесь? Разве тебе не пора спать?

– Конечно, нет. – Мальчик был шокирован ее неведением. – Я собираюсь обедать вместе с вами в Эшбери-Хаусе.

Нелепость момента и пафос, с которым Джереми объявил об этом, поразили Пегги. Она нервно рассмеялась.

– Ты никуда не едешь, – проговорила она между приступами смеха. – Ты сию же минуту отправишься наверх и ляжешь спать!

Пока Джереми глазел на Пегги, сжав кулаки, Эдвард тихо сказал:

– Пегги, боюсь, он все же едет с нами. Арабелла специально пригласила его.

Пегги прекратила смеяться.

– Меня совершенно не волнует, что сказала Арабелла. Джереми еще маленький мальчик и в это время должен быть в постели.

– Ну, Пегги! – С мальчика слетела вся важность, и он с обидой топнул ногой. – Значит, в Роулингзе мне можно сидеть за столом со взрослыми, а для Эшбери-Хауса я не подхожу?

– Дело не в этом, милый, просто…

– Ну позвольте ему ехать, Пегги. – Алистер из вежливости предложил свою руку Энн Герберт. Ему явно нравилось, что Пегги не выглядит особенно довольной оттого, что ее сопровождает Эдвард. – Ему все равно рано или поздно придется к этому привыкать.

– Ведь еще не очень поздно, Пегги, – поддержал приятеля Эдвард. – К тому же это доставит удовольствие Арабелле и позволит ей не вспоминать… о других темах.

Пегги была вынуждена признать, что присутствие Джереми послужит гарантией того, что разговор за столом не свернет на непристойности, что уже стало привычным в присутствии виконтессы. Она поджала губы и сделала движение обнаженными плечами.

– Хорошо, – заключила она. – Джереми, ты можешь поехать, но будешь паинькой, понял?

Мальчик с готовностью кивнул, и после обыска, которому были подвергнуты его карманы – оттуда извлекли рогатку и ручного хорька, кинулся впереди взрослых к ожидавшему их экипажу.

Вскоре Пегги обнаружила, что Эдвард, несмотря на отсутствие намерения возвращаться к дневным объяснениям в любви, в то же время не собирался никому уступать ее. Держа Пегги под руку, он крепко сжимал ее пальцы, подсадил в экипаж и уселся рядом. Если у нее и были сомнения в глубине его чувств, то они полностью улетучились при виде его поведения.

Алистер, которого Эдвард демонстративно отстранил от Пегги, всю дорогу мрачно посматривал на друга, но изменить ситуацию был не в силах. Пегги была очень благодарна Энн, которая добродушно притворялась, что не замечает ничего странного. Джереми, как обычно, сидел с кучером на козлах, несмотря на почти арктический холод.

Когда они въехали на круглый двор Эшбери-Хауса, мрачноватого строения из кирпича, Пегги с облегчением заметила, что их экипаж здесь не единственный. Другой экипаж, как выразился, стуча зубами, Джереми, пока Бейтс помогал ему слезть на землю, полная безвкусица, был брогамом из Лондона, запряженным четверкой лошадей. Пегги лениво подумала: интересно, кого виконтесса собралась им навязать за обедом? Судя по ярко-красной отделке экипажа, это не мог быть кто-нибудь из знати.

Слуги, встретившие компанию из Роулингза, были одеты в синие ливреи, расшитые серебром, и в старомодные напудренные парики, которые вызвали у Джереми неудержимое веселье. Леди провели в комнату наверху снять верхнюю одежду и привести в порядок свои наряды, которые могли пострадать во время короткого путешествия через торфяник. Пощипывая щеки, чтобы сделать их более румяными, Пегги обратила внимание на подбитую горностаем накидку, лежавшую на кровати, и, видимо, принадлежавшую владелице ярко раскрашенного брогама. Накидка была темно-пурпурного цвета, дорогая и довольно вульгарная. Хоть Пегги и не поделилась своей догадкой с Энн, она заподозрила, что остальные гости виконтессы не принадлежат к мелкопоместному дворянству.

Между тем Энн, которая, похоже, не обратила внимания на крикливую накидку, но заметила странное поведение Эдварда и, к смятению Пегги, высказалась по этому поводу.

– Мисс Макдугал, – проговорила она, сделав вид, что целиком поглощена осмотром своего изображения в напольном зеркале, – надеюсь, что, если тебе когда-нибудь понадобится ненадолго, ну, скрыться из замка Роулингз, ты не откажешься остановиться у нас в Герберт-Парке? – Энн мило зарумянилась. Она имела в виду «скрыться от Эдварда Роулингза», но нашла наиболее деликатный способ выразить эту мысль.

Пегги тронула предупредительность подруги. Она доверчиво улыбнулась ей и сказала:

– Может, завтра, когда твой отец пришлет за тобой экипаж, я соберу небольшой саквояж и поеду с тобой. Всего на несколько дней.

– Ну конечно, – проговорила Энн. Когда она повернулась от зеркала, ее лицо сияло улыбкой. – Мы весело проведем время, так же как в первый раз, когда ты была у нас с Джереми по пути в Роулингз.

Пегги благодарно пожала руку Энн. Хорошо иметь такую надежную подругу. Да, это именно то, что нужно Пегги – на время уехать из Роулингза. Быть может, за несколько дней вне стен замка она смогла бы по-настоящему все обдумать. Она хотела придумать доводы, которые убедили бы Эдварда, что женитьба на ней стала бы его самой большой ошибкой. Пегги была готова рассказать правду, но так и не смогла решить, как это сделать, а теперь уже вряд ли соберется с духом открыть ему свою тайну – лучше вернуться в Эпплсби.

Закончив прихорашиваться, девушки спустились вниз. Эдвард, Алистер и Джереми ожидали их у лестницы вместе с дворецким Эшбери. Эдвард Роулингз опять взял Пегги под руку, и она не удержалась от улыбки по поводу его собственнического поведения. Он посмотрел на нее с каменным лицом, и улыбка мгновенно улетучилась. Бедняга! Что он, наверное, думает о ней? Попытался сделать предложение, а суженая сбежала в испуге, будто он какой-нибудь преступник! Если бы она могла объяснить, почему!

– Его светлость герцог Роулингз, – объявил дворецкий Эшбери, и Джереми, которого распирало от гордости, прошествовал в гостиную, где сидели виконтесса и ее гости. Пегги прыснула в кулак.

Дворецкий сделал паузу и провозгласил:

– Лорд Эдвард Роулингз и мисс Пегги Макдугал.

Девушка почувствовала обтянутыми перчаткой пальцами, как напряглась рука Эдварда, и он повел ее через широкие двери в жарко натопленную гостиную, выполненную в персиково-белых тонах. Пегги заранее приготовила вежливую улыбку и уже протягивала для приветствия руку Арабелле Эшбери, которая отчего-то широко улыбалась, когда ее взгляд упал на другую даму, находившуюся в комнате. При появлении Пегги эта женщина вскочила со своего места.

Очевидно, ей и принадлежала пурпурная накидка в гостевой комнате. Ее платье носило отпечаток стиля, но было излишне кричащим, цвета фуксии, с чрезмерно смелым декольте. Иссиня-черные волосы были украшены перьями того же цвета, изумруды на полной шее сверкали так же ярко, как и пронзительно-зеленые глаза. Эти глаза расширились, встретившись с глазами Пегги. Внезапно девушке показалось, что на гостиную опустился мрак, и она осталась одна, в ушах зашумело…

Потому что женщина, которая смотрела на нее, была ее сестра Кэтрин.

Глава 28

Эдвард почувствовал, что пальцы Пегги судорожно вцепились в его руку, и в следующий момент понял, что девушка падает в глубоком обмороке.

Он подхватил ее, прежде чем она опустилась на ковер, поднял ее на руки, подошел к одному из диванов и осторожно положил на белые подушки, а сам встал на колени перед низким сиденьем. Он не имел ни малейшего представления о том, что могло стать причиной обморока, но знал, что Пегги не из слабонервных барышень, которые то и дело падают без чувств. Она не теряла сознания в тот день, когда он свалился в Эпплсбери как снег на голову или когда она получила рану во время аварии экипажа. Несмотря на хрупкую внешность, Пегги была сильной. Он мог это засвидетельствовать. Его челюсть еще саднило от удара, полученного несколько часов назад.

Джереми, конечно же, моментально подскочил к тете, его серые глаза были полны испуга.

– Что случилось с Пегги? – спросил он дрожащим голосом, схватившись за лацкан сюртука Эдварда. – Что с ней? Она умерла?

– Нет, Джерри. – Эдвард приложил ладонь к гладкому белому лбу Пегги. Он был холодным как лед. – Просто у нее обморок. Арабелла, твои нюхательные соли…

– Как глупо с моей стороны, – проговорила виконтесса, прикусив губу. Она не отрываясь смотрела на беспомощную Пегги с выражением, очень похожим на удовлетворение. – Я должна была это предвидеть.

Высокий господин, которого Эдвард видел впервые, спросил, не следует ли послать за доктором. Алистер налил рюмку коньяка и настаивал на том, что ее надо вылить Пегги в рот. Темноволосая женщина в пестром наряде отошла в угол и стояла там, на лице у нее проступила злость. Только Энн Герберт оказалась в состоянии действовать разумно. Она зажгла от каминной спички кусок фитиля, затем, задув его, поднесла тлеющую веревочку к носу Пегги.

Через одну-две секунды веки Пегги задрожали, и она с легким вздохом пришла в себя и взглянула на Эдварда, прелестное лицо было растерянным.

– Ты была без чувств, дорогая, – пробормотал Эдвард, легко касаясь губами ее лба. Ему больше не было дела до того, что подумают окружающие. – Дай-ка мне этот коньяк, Картрайт.

Но Алистер видел этот поцелуй и слышал только что произнесенные нежные слова. Он уставился на Эдварда, на его лице было изумление.

– Проклятие! – вскричал он. – Мне следовало догадаться! Неудивительно, что ты так противился моим ухаживаниям! Ты все это время хотел, чтобы она была твоей!

Эдвард взглянул на него:

– Не сейчас, Картрайт. Передай мне коньяк и перестань вести себя, как ребенок.

Закатив глаза, Алистер передал рюмку с коньяком. Эдвард поднес край рюмки к губам Пегги, но она отдернула голову, сморщившись, когда ей в нос ударил резкий запах спиртного.

– Выпей, – скомандовал Эдвард. Он вспомнил другой эпизод, когда он, кажется, отдавал Пегги такой же приказ. Как и в тот раз, девушка наотрез отказывалась подчиниться, отворачиваясь и вертя носом. – Выпей, – вновь прорычал Эдвард.

– Что происходит? – Вопрос прозвучал из угла комнаты. Голос был удивительно знакомым, и тем не менее Эдвард был уверен, что никогда прежде его не слышал. Он повернул голову и увидел, что ярко одетая женщина, вцепившись в спинку обтянутого атласом стула, смеется. Немного истерично, подумал Эдвард.

– Ты упала в обморок? – спросила полная, увешанная драгоценностями дама. В ее речи, как и у Пегги, слышался едва уловимый шотландский акцент. Было похоже, что она нашла происходящее забавным. – Разве ты не благородная дама?

Эдвард увидел, как при звуке этого голоса Пегги одним движением кисти опрокинула в себя весь коньяк. Поставив рюмку, она с выражением, похожим на ужас, посмотрела на эту женщину. Джереми шмыгнул за спинку дивана и так ухватился за руку Пегги, что костяшки его пальцев побелели. Он что-то спросил, и Пегги кивнула. Лицо Джереми стало белым как снег. Эдвард догадался, что мальчик прошептал всего два слова: «Это она?»

Поняв, что именно присутствие этой женщины стало причиной обморока Пегги, Эдвард в гневе поднялся и обратился к Арабелле, которая смотрела на смешливую даму с самодовольной улыбкой на лице.

– Не представишь ли меня своей гостье, Арабелла?

– С огромным удовольствием, лорд Эдвард. – Улыбка виконтессы превратилась в оскал. Он видел у нее такую усмешку и прежде, когда виконтесса собиралась пустить в ход одно из своих изощренных, подлых издевательств, обычно нацеленных на какого-нибудь ничего не подозревавшего человека. Леди Эшбери плавно повела рукой и с невыносимым спокойствием сказала: – Лорд Эдвард Роулингз, позвольте представить вам…

– Нет!

Эдвард повернулся и посмотрел вниз. Каким-то чудом Пегги оказалась на ногах, бледная как смерть и с горящим решимостью взглядом. Она вздернула подбородок и сжала маленькие кулачки. Девушка почти задыхалась, зеленые глаза пылали. Эдвард никогда не видел ее в такой ярости – если, конечно, она разгневалась, а не сошла с ума. Даже Джереми отбежал от нее и уцепился за платье Энн Герберт, серые глаза мальчика стали огромными от испуга.

– Ты, – сказала Пегги даме в наряде цвета фуксии. Ее голос был иззубрен, как обломок скалы. – Разговор. Наедине.

Та перестала смеяться и смотрела на разъяренную девушку, приподняв брови, – брови, как понял Эдвард, были полностью выщипаны и подрисованы заново карандашом.

– Договорились, – проговорила она на удивление тихо. Эдвард заметил, что это существо слегка пасовало при виде выражения на лице Пегги.

Его это лицо тоже встревожило. Когда Пегги повернулась в сторону двери, он, поймав девушку за руку, шепнул:

– Пегги… Что происходит? Может, я пойду с тобой…

Но Пегги, дернув плечом, отстранилась от его руки и скрылась в дверях. Женщина проследовала за ней, ее голова была высоко поднята, но взгляд метнулся в сторону незнакомца, который предлагал послать за доктором. Брови у него тоже были приподняты, впрочем, скорее насмешливо, чем встревоженно. Когда женщины скрылись за дверями, Роулингз повернулся и сердито надвинулся на Арабеллу, с силой впившись пальцами в ее руку.

– Что все это значит, Арабелла? – Он не узнал собственного голоса. – Отвечай сейчас же, черт побери, или я сверну твою тощую шею!

Виконтесса отшатнулась от него, ее лицо вдруг исказилось от страха.

– Эдвард, ты делаешь мне больно!

– Я оторву, к дьяволу, тебе руку, если окажется, что ты это сделала, чтобы обидеть Пегги! – Он потряс ее, чтобы показать, что не шутит. – А теперь говори, кто…

– Эдвард! – Алистер резво кинулся к приятелю. – Эдвард, отпусти ее. Ты не в себе.

– Это Кэти Портер, – выдохнула Арабелла, ее лицо превратилось в злобную маску. Бледно-голубые глаза переливались, как два сапфира. – Помнишь Кэти Портер, Эдвард? – На губах Арабеллы заиграла жестокая улыбка. – Ты бывал пару раз в ее лондонском заведении, если я не ошибаюсь.

Эдвард поморщился. Только Арабелла могла быть такой бестактной в присутствии юного создания вроде Энн Герберт, которая сделала большие глаза, хотя, к счастью, видимо, не имела ни малейшего представления о том, что Кэти Портер – хозяйка одного из самых дорогих и популярных лондонских борделей. Эдварду не доводилось встречаться с ней прежде, но, по слухам, миссис Портер была в высшей степени умелой в обращении с мужчинами. Почему Арабелла сочла нужным пригласить ее на обед? Этого он не мог понять. И откуда только Пегги могла знать кого-то вроде…

Эдвард почувствовал, что его тянут за сюртук, и, посмотрев вниз, увидел на уровне своего локтя бледное лицо Джереми.

– Пожалуйста, дядя Эдвард. – Слезы ручьями текли по щекам мальчика. – Ты ведь не дашь забрать меня? Пожалуйста, не позволяй ей меня увезти!

Эдвард резко отпустил виконтессу, которая буквально отлетела в объятия высокого незнакомца, испортив себе прическу. У Арабеллы было такое выражение лица, словно она начала жалеть о своем хитроумном плане. Наклонившись, Эдвард взял Джереми за плечи и легонько встряхнул.

– Что это, ваша светлость? – Он старался, чтобы его голос звучал с шутливой бодростью. – К чему слезы?

Джереми судорожно всхлипывал и едва мог говорить.

– Она пришла, чтобы забрать меня. Я всегда боялся, что она заберет меня!

– Кто хочет забрать тебя, Джереми? О чем ты?

– Моя м-мать, – икнул мальчик. – Ох, дядя Эдвард, разве ты не понял? Эта д-дама – моя м-мать!

Пальцы Эдварда судорожно сжались на плечах Джереми, мальчик поморщился от боли, но промолчал. Алистер взял Эдварда за запястья и оторвал его от племянника.

– Успокойся, старина. – Однако его голос слегка дрогнул. – Я уверен, найдется какое-нибудь разумное объяснение…

– Конечно, найдется. – Арабелла уже пришла в себя, поправила платье и прическу и теперь говорила жестко и с явным удовольствием. – Кэтрин Роулингз вышла замуж за убийцу твоего брата, некоего Томаса Портера, и стала не кем иным, как Кэти Портер, общеизвестной проституткой…

Эдвард почувствовал себя так, будто ему за шиворот вылили ведро ледяной воды.

– Сплетни, – зарычал он. – Ты все придумала, Арабелла, чтобы побольней ударить Пегги!

Виконтесса засмеялась холодным, тренькающим смехом, словно звякнул стеклянный колокольчик.

– Ты льстишь себе, Эдвард. Ты и вправду думаешь, что мне есть дело до того, с какой сукой ты спишь? Меня ни капли не волнует, что ты вздумал водить компанию с сестрой шлюхи…

– Хватит, Арабелла! – взревел Эдвард. Он метнул взгляд на высокого незнакомца, который настаивал на приглашении врача.

– Вы, – он указал на мужчину, – Портер?

– Убийца вашего брата? – Высокий гость рассмеялся, словно услышав нечто остроумное. – Вы, лорд Эдвард, действительно ждете, что я отвечу утвердительно? Да вы тогда разорвали бы меня на части!

Арабелла все еще улыбалась, как кошка, перевернувшая горшок со сливками.

– Томаса Портера давным-давно убили в пьяной драке, Эдвард. А это – мистер Клайд Стивенз. Он… бухгалтер у Кэти Портер.

Стивенз щелкнул каблуками и согнулся в шутовском поклоне:

– К вашим услугам, сэр.

– Ну вот. – Арабелла победно вздохнула. – Обед будет подан через несколько минут. Кто-нибудь желает выпить?

Эдвард не мигая смотрел на нее, удивляясь, как низко он пал, сделав ее своей любовницей. Алистер тоже глядел на эту белокурую змею так, будто это уродец, которого выставляют на потеху публике на уличных представлениях. Не сказав больше ни слова, Эдвард отправился искать Пегги.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю