Текст книги "Мост через бездну. Книга 4"

Автор книги: Паола Волкова

ГЛАВА 7
«Светится земля стоградного и царственного Крита»

Очень часто мы говорим о предшественниках культуры той или иной эпохи. Когда мы говорим «крито-микенская культура», то имеем в виду культуру, которая предшествовала античной и имела свой художественный язык, свою архитектуру, свою образность, свою историю и свою мифологию. Но мы ее не знаем, и, возможно, они совсем НЕ предшественники греков, а просто жили здесь задолго до них, а затем и дорийцы, и ахейцы стали строить на этом месте свой новый мир. Но мир сделал диффузию, просочив все это, а историческое просачивание – это очень важная вещь.

Скажите, может ли идея периптера корреспондироваться с идеей Лабиринта? Это антиподная культура. Это собственная идея, живущая в мировой культуре. Если бы мы хотели создать что-то обратное крито-минойской культуре, то мы должна были бы сочинить перипту. А крито-минойская культура – это Лабиринт, который мы ни с какого конца увидеть не можем. Это небывалая архитектура площадью 22 тыс кв. м в Кноссе. Эта архитектура замечательна еще и тем, что Лабиринт имеет горизонтальную невероятность входа без выхода. Вы можете войти, но выйти – не можете. Вы блуждаете, вы – внутри некоего пространства ищете ответ, и в редких случаях вы его все же находите, но чаще – нет. Тогда вас поглощает хтоническое бедствие, и вы погибаете. Вот это – Лабиринт как идея. А периптер? Обошел его два с половиной – три раза и гармонизировался. И счастлив. А в Лабиринте – Ужас. Это первое. Второе: интересная вещь – вы не можете сфотографировать Лабиринт – никогда и никем он не сфотографирован. Это сделать невозможно, потому что это некое сооружение, которое нельзя назвать ничем. Отдельные этажи, опирающиеся на колонны и соединяющиеся между собой монументальными лестницами и длинными коридорами, уходящими порой ниже уровня земли. Это не дом – это дома, связанные между собой каким-то причудливым образом. Их взаимное действие даже не очень понятно, но мы точно можем сказать, что в некоторых местах Лабиринт имеет сверху три этажа, а вниз – четыре. Понимаете? То, что вы видите на поверхности – это одно или два помещения, которые фотографы постоянно снимают, а в целом обойти Лабиринт и снять его вы не можете. То есть это в прямом смысле лабиринт: не только по горизонтали, но и по вертикали. Эти постройки очень отличаются от монументальных, симметричных построек Древнего Египта и Междуречья, равно как отличаются и от микенских дворцов, представляющих собой мегарон: строгих и простых, без внутреннего двора. Дворцовые постройки Кносса разноэтажны, открыты, обладают свободной живописной планировкой, их композиция связана с окружающим пейзажем. Ну и конечно, не будем упускать из виду, что Лабиринт семиэтажен, а семь – магическое число на всех языках.

Реконструкция Кносского дворца. Первоначальный вид после завершения строительства около 1700 г. до н. э.

Фрагменты Кносского дворца

Фрагменты Кносского дворца

Тронный зал в Кносском дворце

Дворцы на Крите возводились вокруг открытого внутреннего двора и предназначались как для сакральных (религиозных), так и для светских надобностей. Учеными было установлено, что дворцы Крита были связаны с горными святилищами, устроенными в пещерах. Так, Кносский дворец был связан со «священной горой» Юкта (Священный Юхтас), где, по легенде, в пещере находилась могила Зевса (хотя в разных источниках упоминается и могила царя Миноса). Название Юхтас происходит от латинского имени Зевса (Юпитер). Если смотреть на гору издалека, вы увидите профиль человека, который смотрит в небо. По легенде, это сам Уран создал образ своего еще не рожденного внука Зевса и высек его в камне. «То, что я буду рожден на Крите, было предначертано. Мое изображение, видимое далеко с моря, существует там издавна, с начала времен, возвышаясь над островом. Моряки вам его покажут, оно прямо по курсу, если, подплывая с севера, вы собираетесь пристать в Ираклионе. Вы также увидите его, если, высадившись на южном берегу, двинетесь дорогой, что поднимается к Ахарнам. Никогда ни с бога, ни с человека не создавалось более грандиозного изображения, нежели это, воплотившее мое будущее. Это гора, и называется она Юхтас.

Гора Юхтас (Священный Юхтас), о. Крит

Моего тела не видно; оно не извлечено из толщи камня и времени. Только голова вырисовывается на фоне неба – огромный, словно спящий профиль. Мои глаза закрыты. Нос не уныло загнут книзу, но с округлым кончиком, чувственный и поднятый к небесам. Окладистая, ухоженная борода обрамляет губы и мягко стелется по пологому склону к ближайшим горам.

Это Уран велел сторуким высечь изображение, чтобы любоваться ликом своего еще не рожденного внука, грядущего повелителя богов, и чтобы он однажды был узнан людьми. Вот почему с начала моего правления эта гора называется также Зевсовой Головой» (Морис Дрюон. Дневники Зевса, 2010). Скорее всего, сама форма горы, напоминающая человеческую голову, плюс близость крупных поселений, в частности. Кносса, сделали свое дело: гора стала «священной». Говорят, что лучший вид на гору открывается с Кносса, если посмотреть на гору через прицел священных рогов быка…

Уран и его мать Гея на древнеримской мозаике

Уже в христианскую эпоху на вершине горы Юкта был построен небольшой христианский храм.

* * *

Мы уже сказали, что архитектура – это форма пространственная, но это и мышление. Этот вид искусства отличается глобальностью, долговечностью, открытостью и, безусловно, обладает декларативной функцией, заключает в себе систему миропонимания общества. Мы четко определяем информационную сущность архитектуры: для каждого человека архитектура всегда полна значений, так как восприятие архитектуры всегда обусловлено культурными и социальными нормами существования. Обладание знаковостью и символическим содержанием позволяет архитектуре приобрести все свойства культурного текста. Архитектура имеет семантическую лингвистику.

Прочитать культурный текст Лабиринта мы пока не можем. Какую информацию скрывают от нас сложные разноуровневые комплексы и запутанные коридоры? Интересно, что греки «прочли» сложную, хаотичную планировку дворца как попытку скрыть Нечто. Конечно, речь идет о Минотавре. Все знают знаменитый миф о Минотавре, о том, как было побеждено чудовище. Но как появился Минотавр? Греческие предания рассказывают нам, что царь Минос в борьбе за установление своей власти попросил помощи у Посейдона. Грозный бог морей послал Миносу великолепного белого быка, которого надо было принести в жертву. Минос, увидев столь красивое животное, оставил его в своем стаде, а в жертву принес другого быка. Узнав об обмане, разгневанный Посейдон решил наказать Миноса и заставил жену царя Пасифаю воспылать нездоровой страстью к быку. Не имея сил противиться воле богов, Пасифая попросила Дедала помочь ей совершить акт любви с быком. Дедал придумал хитроумный способ это сделать: он смастерил полую деревянную корову и покрыл ее настоящей шерстью. Корову поставили на лугу, внутрь коровы влезла Пасифая и удовлетворила нездоровую страсть, внушенную ей Посейдоном. Плодом той любви и стал Минотавр, которого царская семья вынуждена была скрывать в запутанном Лабиринте. Кто в этой истории пострадал больше всех? Вопрос…

Вернемся к тайнам Лабиринта. Колонны Кносского дворца имеют совершенно необычную форму – они сужаются книзу, установлены «вверх ногами». Как объяснить это на языке семантики? Может быть, это воплощение идеи перевернутого мира? А ведь колонны Кносского дворца века стоят, в отличие от греческих, и не разрушаются. Более того, они сохранили краску – знаменитый кроваво-красный цвет. Краска потемнела от времени, но ее не перекрашивают. Существует даже специальное распоряжение по этому поводу. Если взять и покрасить колонны современной краской, то она может их разрушить – войдет в неправильный контакт с той, что есть, и начнется разрушение. Вообще в Кносском дворце все краски сохранились.

Справедливости ради стоит сказать, что в процессе исследования данной темы автору встречалось и более прозаическое объяснение необычной, «иррациональной» формы колонн: такая форма колонн, окружающих световую шахту, галереи и террасы, способствовала большему проникновению света во внутренние помещения.

* * *

Лабиринт – это «цитата» из текста, утраченного навсегда. Но она есть…

Невольно задаешься вопросом: а для чего это всё было выстроено? Какие колоссальные знания были нужны? А ведь их требовалось не меньше, чем для строительства египетских пирамид, а возможно, еще и больше. С точки зрения симметрии постройки Кносского дворца хаотичны и бессистемны, но они совершенно уникальны с точки зрения технологии. Для возведения стен здесь использовалась особая кладка: чередование кирпичей и деревянных вкладышей. Делалось это для того, чтобы по возможности сохранить постройки во время землетрясений.

Мы уже говорили о том, что этот архитектурный ансамбль вряд ли предназначался для проживания. Во время раскопок там были найдены хранилища зерна, в больших длинных кувшинах, зарытых в землю, – вино, утварь, предметы, в которых хранились продукты, цинковые ванны, но при этом – отсутствие всякой бытовой мебели, бытового внутреннего устройства. Вся сложная система дворца была снабжена водопроводом, дренажными каналами и системой канализации, которая состояла из глиняных труб разного диаметра. Не было в Лабиринте и окон, зато грамотно расположенные световые колодцы не только позволяли освещать помещения и многочисленные переходы, но и обеспечивали естественную вентиляцию помещений.

Архитектурный стиль Кносского дворца поистине уникален – асимметричный, раскованный, многослойный, динамичный. Он создавался в течение нескольких столетий, переживая многочисленные перестройки и реконструкции.

Конечно, Крит – это древние города и уникальные музеи; Лабиринт и его удивительные фрески; поражающие современными формами керамические сосуды; знаменитая «парижанка»… Мы уже говорили об этом (см. «Мост через бездну», книга первая), теперь – только стихи;

 
Гончарами велик остров синий —
Крит зеленый, – запекся их дар
В землю звонкую: слышишь дельфиньих
Плавников их подземный удар?
 
 
Это море легко на помине
В осчастливленной обжигом глине,
И сосуда студеная власть
Раскололась на море и страсть.
 
 
Ты отдай мне мое, остров синий,
Крит летучий, отдай мне мой труд
И сосцами текучей богини
Воскорми обожженный сосуд.
 
 
Это было и пелось, синея,
Много задолго до Одиссея,
До того, как еду и питье
Называли «моя» и «мое».
 
 
Выздоравливай же, излучайся,
Волоокого неба звезда
И летучая рыба – случайность
И вода, говорящая «да».
 

Осип Мандельштам, 21 марта 1937 г.

ГЛАВА 8
«В одном мгновенье видеть Вечность»

Возьмем традиции строительства. Критяне строили так, как впоследствии строили римляне. Бетон, кирпич, кладка. Когда автору довелось в первый раз побывать в Колизее не как обычному туристу, а в составе исследовательской группы, были составлены необычные наблюдения. Это не описывалось ни в книгах по архитектуре, ни в книгах по искусству. Мы в Колизее стали считать и записывать количество и типы архитектурных кирпичных кладок. Какими технологиями строительства пользовались древние римляне? Та же работа с обожженным кирпичом и камнем. Мы насчитали семь различных типов кладки. Думаем, что их намного больше. Ведь кладки – это не только украшения, это момент самой техники строительства. Там применялся «римский» бетон, который, скажем прямо, мало в чем изменился в наше время. И хотя упоминания о «римском» бетоне сдержанны и осторожны, мы говорим о его использовании в древнем мире. Историки пишут: «Творцы империи выработали свой особенный стиль в зодчестве. И ключом к этой новой архитектуре являлся бетон. Еще до 1000 г. до н. э. на Крите, а несколько веков спустя и в греческих поселениях на юге Италии (Великая Греция) строители использовали скрепляющий раствор из песка, извести и воды. Но только во II веке до н. э. римляне усовершенствовали такой раствор, создав собственный бетон – на удивление прочный и почти огнеупорный. Этот новый раствор состоял из воды, щебня, извести и пуццоланы – красновато-пурпурного мелко-зернистого песка вулканического происхождения. Этот вулканический песок участвует в образовании гидросиликатов, что позволяет бетонной массе уплотняться, набирая большую плотность… Римские архитекторы смело взялись за опыты с бетоном. Массивные фундаменты, широкие арки, опиравшиеся на мощные бетонные столбы, длинные аркады, крепкие бетонные стены с кирпичной и мраморной облицовкой, сводчатые крыши из бетона – все это понемногу меняло облик Рима» (Рим: эхо имперской славы / Перевод с английского Т. Азаркович. Исчезнувшие цивилизации: Энциклопедия. 1997).

В римском Колизее сегодня можно увидеть одну очень интересную кладку, которая в последующем в Византии будет принята за основу. Делалась эта кладка из плинфы – тонкого обожженного кирпича, имевшего различную форму и довольно большие размеры. Плинфа представляла собой большие красные плиты. Иногда эта кладка сочеталась с камнями или с булыжниками. Получался такой пирог: идет кладка булыжная с плинфой, потом опять булыжник и опять плинфа.

Мы не знаем, что из чего произрастает. Задача рождает технику или техника подсказывает задачу? Это как клубок – за какую ниточку тянуть начинаешь, то и получишь. Но за какую бы ниточку вы ни тянули в римской архитектуре, все равно вытаскиваете феноменальную технику строительства.

Сегодня Византии осталось мало. Она разрушена вихрями истории. Ее нет. Она, как мир визуальный, как мир предметный, сохранилась совсем не в том объеме, который бы нам хотелось видеть: храмов византийских почти не осталось, зданий не осталось. Но главное, что осталось от Византии, – богатейшее духовное, книжное наследие.

* * *

Равенна – небольшой городок итальянской провинции Эмилия-Романья, в V веке он являлся столицей Западной империи и варварских государств, затем был захвачен византийцами, которые сделали его административным центром. Если вы побываете в Равенне, то увидите ту же римскую кладку в древних постройках периода правления Юстиниана. К тому времени еще не сложился ни крестово-купольный архитектурный канон, ни иконографический. Одна из самых древних византийских церквей – Сан-Витале. Рядом расположен мавзолей Галлы Плацидии. В постройке раннехристианской базилики римская кладка имеет другое содержательно-духовное наполнение, потому что кладка использована не для строительства ипподрома, а для строительства церкви. А технология использовалась та же самая. Церковь Сан-Витале, как и мавзолей, поражает сочетанием богатейшего внутреннего убранства и внешнего аскетизма.

Мавзолей Галлы Плацидии в Равенне. V в.

Базилика Сан-Витале в Равенне. VI в.

Это объясняется тем, что античные храмы не только выполняли роль архитектурного сооружения, но и сочетали в себе роль скульптуры. Внутри античного храма размещали статую бога, храм являлся жилищем бога и его сокровищницей, а жертвенный алтарь для приношений и молений верующих устанавливался на площади, у ворот жилища бога. Торжественные процессии при совершении культовых обрядов не заходили внутрь, а обходили храм снаружи. В дом греческих небожителей могли иметь доступ только служители бога. Именно поэтому храм должен был быть красивым не только изнутри, но и снаружи. Античный храм выражал некую мифическую реальность, воплощение порядка космоса, его законов, положение и роль людей в этом мире. У христиан церковь является помещением для собрания верующих и обозначает буквально «собрание верующих». Слово «церковь» (экклесия – лат. ecclesia) в значении «народное собрание» употреблялось во многих древнегреческих городах-государствах. Важный принцип новой для римлян религии – равенство всех перед Богом – предполагает вхождение в дом Господень всех верующих (хотя, как мы знаем, и здесь есть ограничения).

Лев Николаевич Гумилев замечательно определил Византию. Он был гениальным человеком, историком, востоковедом, доктором наук, которого мы не знаем, не ценим и не понимаем. У нас, мы имеем в виду людей вообще, в любой исторический период, есть эта совершенно вечная манера не понимать гениев. «Корабль дураков» какой-то. Так вот, Лев Гумилев сказал: «Византия – это первый в мире христианский этнос». То есть Византия – это религия, понимаете? То поле, что объединяет культуру. Это религия, это церковь. Это единое религиозное поле. А сколько там было национальностей, то есть этнических групп? Они сами не знали. Говорили на 100 языках. То у них один был язык впереди, то другой. И перенос столицы был связан с тем, что ромеи провозгласили себя другой новой империей. Какой именно другой? Другой – в духовно-историческом отношении. Но кирпич-то они клали все так же.

* * *

Плинфа, а также принцип кладки с чередованием природного камня характерны и для древнерусского зодчества. Киевская Русь – это плинфовое строительство. И что от нее осталось? Ничего. Когда на русских иконах изображают Византию – на любых иконах, то церковь на них рисуют красного цвета. А ведь русская церковь – белокаменная, белого цвета. Красный цвет церкви на иконах появляется потому, что плинфа – кирпич красный.

Изображение красной плинфовой церкви мы можем увидеть на иконе «Битва новгородцев с суздальцами». Это совершенно гениальная икона, одна из редких по характеру и содержанию икон, где запечатлены военные исторические события. Написана эта икона была в XV веке, а события, о которых она повествует, происходили в XII веке. Напомним читателю, что это период феодальной раздробленности Руси.

Икона Битва новгородцев с суздальцами». XV в.

Владимиро-Суздальский князь Андрей Боголюбский, решив покорить Великий Новгород, отправил на город большое войско, во главе которого поставил своего сына Мстислава. Вместе с суздальцами в военный поход отправились рязанцы, муромцы, смоляне и половцы. Все рассчитывали на богатую добычу, так как Новгород – город боярский, торговый. Новгородцы, вечные борцы за свою независимость, понимали, что собственных сил для победы у них нет. Весь город молился о спасении, а окружившая город суздальская рать уже делила между собой новгородские улицы для грабежа и расправы. Архиепископ Иоанн, совершавший молитвы в Софийском соборе, услышал голос, повелевший ему взять икону Пречистой Богородицы в церкви Преображения Господня, что на Ильине улице, и вознести ее на городские стены, разместив ликом к супостатам. Надеясь на покров и заступление Богородицы, Иоанн послал за иконой диакона, но тот вернулся обратно, сообщив, что не может сдвинуть икону с места. Тогда к образу Пречистой Богородицы отправился сам святитель Иоанн со всем собором и на коленях стал молиться перед Святым Ликом. Предание гласит, что икона сама сдвинулась с места, как только начали читать кондак «Заступнице христианам». Икону отнесли в Софийский собор и, совершив там молитвы, перенесли через Волхов и разместили на городской стене. В шесть часов вечера начался штурм. Дождем посыпались стрелы, и одна из них попала в Лик Богородицы. Из очей Божьей Матери потекли слезы. Новгородцы восприняли этот знак как весть о чудесном спасении. И действительно, внезапно на вражеское войско опустилась тьма, они перестали различать своих и чужих и начали убивать друг друга.

Икона «Знамение Пресвятой Богородицы». XII в.

Чудотворная икона Божией Матери «Знамение», спасшая новгородцев от неминуемой гибели, является одной из самых почитаемых икон и находится в Софийском соборе (Великий Новгород), построенном при Ярославе Мудром в XI веке.

* * *

Новгородский Софийский собор – одна из древнейших каменных построек Киевской Руси. Таких построек больше практически не сохранилось. Необходимо заметить, что, получив в свое распоряжение одну из самых совершенных в христианстве художественных систем – византийскую, Русь тут же начала ее менять. Россия, а мы должны это уяснить, осознает свою отдельность и начинает свое отдельное культурное существование, абсолютно игнорируя в дальнейшем византийское строительство.

Софийский собор в Великом Новгороде. XI в.

Она переходит к белокаменному зодчеству. К белокаменной кладке. Владимир, Новгород – белокаменные. Только Киевская Русь – плинфовая и все еще очень связана со своим источником. Киевская Русь имеет мозаики, то есть то, что было характерно для Рима и для Византии. А Россия уже мозаик не имеет. И когда в 80-х годах XIX века царь Александр III заговорил о православии и о его истоках – о Византии и прочем, то вновь произошло возвращение к корням – начали строить из красного кирпича! В Москве на Красной площади можно это увидеть. Вот стиль Александра III – первый модернистический стиль. Это очень серьезная вещь. Это то, как культура общается с материалом.

* * *

Греки строить не умели. Они были гениальными архитекторами, но не строителями. Они создали ордерную архитектуру, которой пользуется весь мир вплоть до сегодняшнего дня. Греки делали идеи. Философия, театр, искусство были, а гражданского зодчества – нет.

Рим вообще на греков не похож. Рим делает то, чего у греков в помине не было. Рим – это гражданское зодчество. Для них главное – гражданское строительство страны. А что это такое? Жилые дома и дворцы. В одном только Риме к моменту переписи населения, а это где-то приблизительно I век, было около 1600–1700 больших дворцов. В эпоху Возрождения итальянцы жили во дворцах. Мы не говорим о том, какое количество фонтанов было у них.

Есть статистика, и мы должны вам сказать, что римская статистика – вещь секретная. Она закрытая по нескольким причинам. Одна причина заключается в том, что Рим оболган христианством, обожавшим изображать Рим как жестокое, кровавое, языческое место, где только тем и занимались, что травили все время людей – такая духовная традиция натравливания. Это во-первых. Во-вторых, мы должны признать, что нам очень трудно представить себе масштабы этой цивилизации. Рим – это цивилизация, связанная с гражданским зодчеством.

Римляне создали арку. До римлян арочного строительства в цивилизации не было. Вспомните самое знаменитое сооружение Древнего Рима – Колизей. Сегодня это полуразрушенный архитектурный памятник. Почему Колизей оказался в таком виде? Он разрушился не от времени. По нему дважды проходил эпицентр тяжелейшего землетрясения. Когда Папа Юлий II решил восстановить Колизей, а ему это посоветовал сделать знаменитый архитектор Донато Браманте, самой известной работой которого является проект базилики Святого Петра в Ватикане, то он назначил комиссию. Во главе этой комиссии стоял Рафаэль, потому что он был смотрителем всех к тому времени уже музейных римских сооружений и зданий. Комиссия приняла решение восстановить Колизей, тем более что это не представляло трудностей. Но Папа свое решение о восстановлении амфитеатра отменил. Причина была простой: появилось мнение, что не случайно под Колизеем был эпицентр землетрясения – там мучили христиан, там проходили гладиаторские бои. Древнее сооружение было олицетворением скверны. И его не стали восстанавливать. А Рафаэль провел исследование его фундамента и составил описание.

* * *

Представьте себе Колизей не эллипсом, а вытянутым в линию. Получается римский мост. Мост – это же арочное строительство. Мост, который построил Цезарь. В 55 году до н. э. Гай Юлий Цезарь, преследуя германские племена, решил переправиться через Рейн. Для этих целей он приказал построить мост. По тем временам дело это казалось почти безнадежным, так как Рейн – река широкая и бурная, а строительство – вещь сложная. Ширина Рейна в районе переправы достигала 400 метров, а глубина – приблизительно 4 метра. И тем не менее мост был построен за 10 дней. Какая именно технология использовалась для строительства моста через Рейн, Цезарь описал в «Записках о галльской войне». Мы не будем вдаваться в инженерные подробности, скажем лишь: конструкция моста была такова, что чем сильнее бурлила река и сносило течение, тем прочнее поддерживали друг дружку опоры моста. Сегодня этого моста нет, и не потому, что он разрушен, а потому, что через 18 дней, возвращаясь из похода назад, Цезарь приказал мост разобрать.

Внутри Колизея. Рим

* * *

Римлянами было создано купольное строительство. Самым грандиозным сооружением стал Пантеон. Именно в Пантеоне император Адриан (76–138 гг.) хотел поставить алтарь Христу. Об этом пишет в своей книге «Император» археолог, историк искусств, романист Георг Эберс. Ему принадлежит такое большое археологический открытие, как поздний римский портрет египетско-римской культуры, так называемый фаюмский портрет. Немецкий исследователь, а мы знаем, что лучшими систематиками и искусствоведами XX века являются немцы, очень дотошно в своих работах описывал всю фактуру жизни.

Пантеон в Риме. 126 г.

В своей книге Георг Эберс рассказывает, что императору Адриану не дали возможности осуществить свою идею. Более того, против него стал зреть заговор. Почему? Давайте посмотрим, а кто был Христос для римского правительства, кем он был в глазах власти?

Мухаммед был купцом, очень почитаемым человеком. Будда вообще был принцем из очень древнего рода. А Конфуций! Сын генерала, аристократ. А кто был Христос? Вот это очень смущало. Выражаясь нашим языком, он был бездомным и безработным бродягой. Чем занимался? Не понятно. За ним ходили какие-то оборванные, лохматые люди. Представьте себе, что на Чистых прудах появится такая группа людей, один из которых начнет проповедовать, утверждая, что он – Сын Божий. Как вы думаете, какая реакция будет? Скорее всего, скажут, что там сидят сумасшедшие, и в лучшем случае их просто прогонят. Ну, мы же не можем серьезно относиться к такому человеку. Промоделируйте эту ситуацию. Так почему римские власть и правительство должны были к этому относиться с восторгом?

А почему так случилось с Христом? Потому что он был Сыном Божьим и ему была уготована другая миссия.

Адриан не смог установить алтарь Христу в Пантеоне, но смог при жизни построить себе гробницу. Замком Святого Ангела стали называть эту усыпальницу в VI веке. Тогда Рим погибал от бушевавшей чумы, и Папа Григорий Великий во имя исцеления жителей решил совершить крестный ход. По легенде, когда покаянная процессия проходила мимо гробницы Адриана, над ней появился архангел Михаил и вложил в ножны пылающий меч. Римляне увидели в этом знамении прощение Божье. Чума действительно прекратилась, а усыпальница приобрела новое значение – она стала резиденцией пап. Римские папы превратили гробницу в настоящую крепость и хранилище своих сокровищ, а мрачные помещения – в роскошные комнаты, украшенные мрамором и позолотой. Для большей безопасности верховных понтификов из Ватиканского дворца в замок провели тайный подземный ход длиной около одного километра – Пассетто. В просторном подвале были сделаны тюремные камеры, в которых содержались неугодные Римской Церкви узники. Сотни загубленных жизней – печальный колокол сообщал горожанам, что на верхней террасе замка состоялась очередная казнь. Многие узники были живьем замурованы в стену. В качестве арестантов в замке Святого Ангела побывали Аристотель Фьораванти, Галилео Галилей, Джордано Бруно, члены семьи Ченчи, граф Калиостро и Бенвенуто Челлини. Бенвенуто Челлини побывал в замке дважды: сначала бесстрашным защитником города, а через десятилетие – пленником, единственным узником, сумевшим бежать из этой крепости.

Сейчас там находится музей – картины, коллекция старинного оружия, фрески и скульптуры знаменитых мастеров. Конечно, любое архитектурное сооружение с такой историей будет «обрастать» легендами – например, рассказывают, что по замку и мосту Ангелов по ночам бродят призраки. Пантеон, гробница Адриана – это архитектура философская, эзотерическая. Так могут строить только римляне, и больше никто.

В Риме очень много египетских обелисков. Цезарь привозил из Египта обелиски и устанавливал в городе. А для чего? Римляне – строители, они могли создать что угодно, но Цезарь наводил мост с очень глубокой эзотерической философией – это как мичуринский акт прививки. Самое главное было в том, что он знал: нет ни одной империи в мире, которая существовала бы три тысячи лет, кроме Египта, который простоял эти три тысячи лет без всяких изменений. Великий полководец утверждал: здесь продолжение не Египта, а 3-тысячелетнего рейха. В этом заключается концепция Римской империи: Рим – вечный город!