Текст книги "Дело о пропавшей статуэтке"

Автор книги: Ота Тадаси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Глава 6. Результаты выборов

В следующее воскресенье мы с Коскэ и мамой обедали в кафе. В день голосования мы всегда выбираемся куда-нибудь. Мы делали так ещё тогда, когда папа был здоров – такая у нашей семьи традиция.

– Мам, а за кого ты проголосовала? – спросил я, поедая сэндвич.

– Это тайна. За кого ты проголосовал – информация, которую не рассказывают даже своей семье, – ответила мама. – Но в этот раз выбрать было непросто.

«За кого же она проголосовала?» – Я крепко задумался.

– Интересно, а за кого бы проголосовал папа? – попробовал спросить я.

– Такие вопросы – нарушение моего права на свободные выборы, – серьёзно ответил Коскэ. Я машинально наклонился вниз.

– Что такое? – Мама посмотрела на меня.

– А, ничего!

– Точно? И всё-таки, Кайто, из тебя получается превосходный детектив! Ты и в этот раз блестяще раскрыл дело.

– Я ничего не раскрывал. Юма сам всё рассказал своему дедушке.

– Но ведь он сделал это благодаря тебе. Да и мэр задумался о своих поступках. Хотя возможно, что с сегодняшнего дня он уже и не мэр.

Тем же вечером по телевизору оглашали результаты выборов. С небольшим перевесом на пост мэра был переизбран Цунай. Узнав об этом, мама слегка улыбнулась. За кого же она проголосовала?

Часть 4. И ещё одна статуэтка

Глава 1. Чего нельзя собакам

Если меня спросить, какое мамино блюдо я люблю больше всего, я выберу то, которое хочу съесть сейчас. Я люблю так много всего, что чем-то одним тут не ограничишься. Карри, запеканка, тушёное мясо с картошкой, мисо-суп[15]15
  Мисо-суп – японский суп на основе пасты мисо (перетёртых соевых бобов). В него добавляют тофу, водоросли или овощи.


[Закрыть] со свининой, картофельный салат, жареный рис… всё это так вкусно! Но сегодня я бы ответил: мясная котлета с тушёными овощами. Хотя никто и не спросит.

Когда протыкаешь палочками утопающую в соусе демиглас[16]16
  Демиглас – густой коричневый соус французской кухни, приготовленный на мясном бульоне. В Японии им часто поливают мясо, омлеты или блюда с рисом.


[Закрыть] котлету, то чувствуешь её упругость даже на кончиках пальцев. Когда разрезаешь мясо, ты ощущаешь мягкий запах содержащихся в нём специй. В деле специй мама – настоящий гений. Она, как волшебница, искусно использует разные специи – мускатный орех, кумин, корицу… Только попробуешь, и запах этих специй и нежный вкус мяса в соусе наполняют тебя, и это настолько вкусно, что можно потерять сознание. В это мгновение я очень рад, что родился именно у моей мамы.

Папа тоже любил мамины котлеты. Эта мысль заставила меня взглянуть вниз. Коскэ смотрел на меня жадными глазами.

Я убедился, что мама не услышит нас с кухни, и спросил:

– Хочешь котлету? Я с тобой поделюсь.

– Хочу. Но не буду, – сказал Коскэ. – Ингредиенты, которые добавляют в котлеты, могут быть опасны для собак.

– Серьёзно?

– Собаки не очень хорошо переносят любые специи, но самое важное – лук вызывает отравление. Поэтому нельзя.

– Ничего себе, а я и не знал.

– Кроме этого, есть и другие продукты, которые людям можно есть, но собакам нельзя: виноград, креветки, шоколад…

– Тебе столько всего нельзя?

– Ага. Если посмотреть на это с другой стороны, удивительно, что люди спокойно могут есть то, что очень опасно для собак.

Коскэ грустно добавил:

– На самом деле я тоже очень хочу попробовать мамины котлеты. Я ведь помню этот вкус. Но тело у меня собачье. Я не могу есть то же, что и люди.

Почему-то мне стало очень жаль Коскэ, нет, то есть папу.

– А что бы ты хотел съесть?

– Хм, дай-ка подумать…

– С кем ты тут разговариваешь? – Пока Кос-кэ думал, мама вернулась с кухни.

– Да ни с кем. Сам с собой, – поспешно оправдался я.

– Ты стал часто разговаривать сам с собой. Всё в порядке?

– Не волнуйся, у меня просто такой возраст.

– Такой… возраст?

– Именно так!

– Ну ладно, – сказала мама и поставила перед Коскэ и Кларой миски с едой. В них был собачий корм.

Клара начала есть с завидным аппетитом. Кос-кэ немного поел и затем поднял голову:

– Сейчас я хотел бы тот премиальный корм «Гав-Гав» с курицей и овощами. Он достаточно приятный на вкус.

После этого он с жадностью вернулся к еде. Ему так нравится собачий корм? Ну и хорошо.

– Хотелось бы мне сейчас и папу накормить котлетами, – вдруг сказала мама.

Я удивился: неужели мама всё-таки может слышать Коскэ?! Нет, оказалось, что дело всё-таки не в этом.

– Просто сегодня всё получилось таким вкусным… – Мама откусила котлету и улыбнулась. – Вкуснятина. На мясо получше была скидка, поэтому я купила его. Вкус абсолютно другой!

– Эй, мам… Ты и сейчас скучаешь по папе?

– С чего это ты вдруг?

– Ты сказала, что хотела бы накормить его своими котлетами…

– А, ты об этом. Я просто так сказала.

Мама замерла с палочками в руке.

– Скучаю. Конечно, скучаю, – и затем добавила: – Но его больше нет.

– На работе я всегда думаю: а что бы он сделал в такой ситуации? Когда приходит сложное дело, мне всегда хочется обратиться к нему за советом. И даже в другие моменты у меня часто появляется желание с ним поговорить: о погоде, поделиться тем, каким большим ты стал. Но потом вспоминаю – я больше его не увижу. Не смогу с ним поговорить. Ничего не поделаешь. Его больше нет.

Мама говорила об этом очень спокойно, как ни в чём не бывало. Но я вдруг почувствовал, что мой вопрос был грубым.

– Прости, – выпалил я.

– Кайто, тебе не за что извиняться. Скорее доедай, пока не остыло.

Мне хотелось рассказать ей, что он всё ещё здесь. Что папа совсем рядом, у нас под ногами, ест премиальный корм «Гав-Гав». Но я ничего не сказал. Ведь мама не слышит Коскэ.

Я заглянул под стол: Коскэ перестал есть и теперь сидел с грустным видом. Он ничего не говорил, но я понял, о чём думал и что хотел сказать папа. Я подавил желание заплакать и продолжил есть.

В этот момент зазвонил телефон.

Мама встала из-за стола и взяла трубку.

– Алло, слушаю… Да, верно. Сакураяма Сио из детективного агентства Сакураямы. Да… эм?

Тон её голоса изменился.

– Да… да… Хорошо. Завтра будем. Всего доброго.

Мама положила трубку и вернулась за стол.

– Что случилось? Кто это звонил? – спросил я.

– Судя по всему, у нас новое дело, – ответила мама.

– Это не точно?

– Не сообщили подробностей. Только попросили прийти к ним завтра.

– Куда?

– Район Аби, третий квартал, участок номер один. Кайто, ты завтра свободен?

– Завтра же суббота?.. Я ничего не планировал.

– Отлично. Тогда пойдём вместе.

– Э? И я тоже? Почему?

– Это одно из условий заказчика, – ответила мама. – В последнее время ты пользуешься большей популярностью, чем я. – Мама рассмеялась.

Глава 2. Странный дом в странном городе

Думаю, что мне пора рассказать вам немного о нашем городе. Он довольно странный. На одном из уроков в младшей школе нам рассказывали, что давным-давно, в эпоху Сэнгоку[17]17
  Период Сэнгоку – период в японской истории со второй половины XV до начала XVII века.


[Закрыть], это была территория замка одного военачальника по имени Мидзусака Ясуакира.

Она назвалась Замком Фуси. Его построили так, чтобы замок было трудно отыскать захватчикам, и скорее всего, именно поэтому он и получил такое название – Фусидзё, Спрятанный замок.

Поэтому название нашего города состоит из трёх иероглифов – спрятанный, замок и город, и должно читаться Фусидзёси[18]18
  Фусидзёси (): (фуси) – «спрятанный», (дзё) – «замок», (си) – «город».


[Закрыть], город Фусидзё. Но почему-то он стал называться Фусиги. Про это тоже говорили на уроках, но никто не знает, почему так получилось. Есть только что-то вроде городской легенды.

Со временем от замка осталась лишь табличка – Фусидзё, башни и каменные стены разрушились. Это был скорее даже не замок, а небольшая крепость. Здания не отличались впечатляющими размерами. Есть даже теории, которые утверждают, что такого замка вообще никогда не существовало.

И всё-таки название Фусидзё плотно закрепилось за этим местом. До периода Эдо[19]19
  Период Эдо – период в японской истории, время правления клана Тогукава (1603–1868).


[Закрыть] оно так и называлось. Однако в этих краях осталось и другое предание.

После того как Мидзусака Ясуакира был побеждён Тоётоми Хидэёси[20]20
  Тоётоми Хидэёси (1537–1598) – полководец и политик Японии, завершивший объединение страны в конце XVI века.


[Закрыть], в развалинах его замка поселились гоблины. Говорят, что в какой-то момент они стали играть вместе с соседскими ребятами.

Видимо, дети им очень нравились. И поэтому они невзлюбили тех взрослых, что избивали детей и отправляли их на тяжёлые работы: гоблины заставляли таких людей сбиваться с пути, падать на ровном месте, а иногда даже поднимали ветер своими веерами и уносили их в другое место. Из-за таких загадочных событий Фусидзё так и прозвали – Фусиги[21]21
  (с яп.) – загадочный, таинственный.


[Закрыть].

Другими словами, город у нас загадочный.

Названия районов в нашем городе тоже необычные. Мой дом находится в квартале Токицугэ, что созвучно с одним из названий петуха. У этого названия, должно быть, тоже есть какой-то смысл, но я его не знаю. Здесь вообще много названий, связанных с птицами: например, кварталы Ятё[22]22
  (с яп.) – ночная птица.


[Закрыть] и Хибари[23]23
  (с яп.) – жаворонок.


[Закрыть]. Место, куда мы направились с мамой и Коскэ, похоже, тоже связано с птицами – квартал Аби[24]24
  (с яп.) – краснозобая гагара.


[Закрыть].

Мама была за рулём машины, я сидел рядом с ней на пассажирском сиденье, а Коскэ – сзади, в специальной переноске.

– Так что это за клиент? – спросил я.

– Знаю только его фамилию – Мидзусака, – сказала мама, не отрываясь от дороги. – Но этот человек довольно известен в нашем городе.

– …Потому что он однофамилец Мидзусаки Ясуакиры?

– Точно. Это его потомок.

Я удивлённо промычал. У того самого военачальника и правда остались потомки?

Минут через двадцать мы прибыли на место – большую платную парковку.

– Говорят, что это тоже собственность Мидзусаки-сана.

Я снова удивился.

От парковки мы пошли пешком и скоро оказались у дома Мидзусаки-сана. Я думал, что его дом будет ещё больше, чем поместье Иманаги-сана, но оказался не прав. Дом был, может, всего лишь раза в два больше нашего. Это было современное и красивое здание. Хотя мне показалось, что для потомка военачальника, который жил много веков назад, здание было даже слишком современным.

Мама позвонила в домофон и представилась – входная дверь сразу же распахнулась, и оттуда вышла женщина. На вид ей было лет пятьдесят, на ней были белый свитер и чёрные брюки. Значит, обычно она кимоно[25]25
  Кимоно – традиционная японская длинная одежда с широкими рукавами и поясом.


[Закрыть] не носит?

– Здравствуйте, я как раз ждала вас. Проходите, пожалуйста.

Женщина пригласила нас внутрь. Как и снаружи, внутреннее убранство дома было красивым и сияло чистотой, однако вещей почти не было. В комнате, куда нас привели, стояли скромные диван и стол – такие, какие ожидаешь увидеть в мебельном магазине.

– Вы простите, что не холодный. – Женщина поставила перед нами с мамой бутылки ячменного чая. – Меня зовут Мидзусака Сидзука. Вы, должно быть, Сакураяма Сио и Кайто? А как же зовут вашего пёсика?

– Коскэ, – ответил я.

– Коскэ? Не в честь ли Киндаичи Коскэ? – тут же переспросила женщина. Киндаичи? Это ещё кто?

– Нет, мы назвали его в честь моего покойного мужа, – ответила мама и продолжила: – Но моего мужа, кажется, действительно назвали в честь Киндаичи. Его отец был фанатом работ Сэйси Ёкомидзо.

– Вот как. Ему досталось имя талантливого детектива.

Мидзусака-сан улыбнулась. Похоже, Коскэ стало некомфортно, и он начал ёрзать у меня на руках.

Потом я узнал от мамы, что Сэйси Ёкомидзо – писатель из прошлого, и в его книгах фигурировал талантливый детектив по имени Киндаичи Коскэ. Не судьба ли это, что папа, названный в честь такого человека, и сам стал детективом?

– Так по какому делу вы нас пригласили? – задала вопрос мама.

Женщина сделала глоток чая и ответила:

– Сначала мне хотелось бы узнать: правда ли, что вы выручили Такаёси-куна?

– Такаёси-куна? Юму?

– Такаёси Цуная, мэра.

Она сейчас назвала его просто по имени[26]26
  Обращение только по имени без суффикса показывают особую близость и может казаться слишком свободным для посторонних.


[Закрыть]? Такаёси? Да, это и правда важный человек.

– А-а, вы про мэра. Да, хотя и не скажу, что мы его прямо выручили, – немного удивлённо сказала мама.

– Я слышала, что он выиграл на выборах только потому, что вам удалось заранее предотвратить скандал с его внуком.

Скандал? Это значит, что мы не допустили распространения лживых слухов о Юме? Мне показалось, что что-то здесь не так.

– Вам об этом рассказал мэр Цунай? – спросила мама, и Мидзусака-сан ухмыльнулась.

– Этот человек никогда не признаётся в своих ошибках. Задирает нос с самой начальной школы.

Так эти двое знакомы ещё с детства. Похоже, Мидзусака-сан не особенно-то жалует нашего мэра.

– До меня просто доходят разные слухи, – продолжила Мидзусака-сан.

– Мы действительно выполняли заказ, связанный с внуком мэра Цуная, – сказала мама. – Но это вовсе не скандал. Мы всего лишь помогли разрешить недопонимание, сложившееся между мэром Цунаем и его внуком, вот и всё.

– Детали не так важны. Мне хотелось узнать, могу ли я доверять вам как детективному агентству. Что вы на это ответите? – сказала Мидзусака-сан, внимательно осматривая меня и маму.

– Я думаю, вы можете положиться на нас, – ответила мама. – Мой муж открыл это агентство почти двадцать два года назад. После того как его не стало, я уже три года продолжаю это дело, и мы успели добиться реальных успехов. Дело мэра Цуная – одно из них. Я не могу раскрывать детали, потому что это профессиональная тайна, но я не сомневаюсь в наших способностях.

– Вы можете поручиться, что не распространяете лишнюю информацию? – снова уточнила Мидзусака-сан.

– Защита тайн клиента – основа детективного бизнеса.

– Хорошо. Я поняла вас, – кивнула Мидзусака-сан. – Теперь я хочу попросить вас решить проблему, которая меня мучает. Пожалуйста, помогите мне.

– Мы сделаем всё, что в наших силах. В чём дело?

Мидзусака-сан положила на стол лист бумаги.

– Позавчера я получила это письмо. Прочитайте его.

Мама взяла в руки бумагу. Я посмотрел на него со своего места. Коскэ вытянулся у меня в руках, чтобы заглянуть в его содержимое.

Девятого сентября ровно в девять вечера я приду, чтобы забрать вашу статуэтку. Будьте настороже.

Призрачный вор Скалл

– Это же…

Мама была поражена. Я, конечно, тоже.

– Вы ведь уже знакомы с Призрачным вором? Это похититель, который выкрал статуэтку из дома Иманаги Кадзунори-куна.

Она только что назвала Иманагу-сана Иманага-куном? Неужели она и с ним дружит с детства?

– Вы и об этом знаете? – удивилась мама.

– Я же уже говорила, что до меня доходят разные слухи? – невозмутимо ответила Мидзусака-сан. – Дело в том, что украденную у Иманаги-куна статуэтку и ту, что хранится у меня, изготовил один и тот же мастер.

Девятое сентября… завтра.

– Вы хотите, чтобы мы защитили вашу статуэтку?

– Именно так. Прошу, не дайте ей пропасть.

– Эм…

Я поднял руку, как на уроке.

– Почему бы не доверить это полиции? Они ведь тоже разыскивают этого вора.

– Конечно, я обратилась к своим знакомым офицерам, – сказала Мидзусака-сан. – В обещанный в письме день ко мне придёт несколько патрульных. Но я хотела бы, чтобы и вы поработали над этим делом. Я не могу доверять только полиции.

– Теперь понимаю. Хотя я думаю, что полиция на нашем месте справится лучше.

На мои слова Мидзусака-сан рассмеялась.

– Кайто-кун, ты не хочешь браться за это дело? – спросила она. Ух, пугающая женщина.

– Нет, всё совсем не так… Просто…

– Мы возьмёмся за него, – перебила меня мама. – Мы также постараемся предотвратить преступление Призрачного вора.

– Спасибо. Рассчитываю на вас.

Мидзусака-сан протянула маме руку. Мама пожала её и кивнула:

– Давайте перейдём сразу к делу: где именно находится эта статуэтка?

– Я провожу вас. Там есть ещё кое-что, что я хотела бы показать. Сюда, пожалуйста.

Мы вышли из комнаты и прошли по коридору до лестницы вниз. Это был первый этаж, значит, лестница вела в подвал. Мидзусака-сан спустилась вниз, и мы последовали за ней. Внизу лестницы был ещё один коридор. Какой длинный путь!

– Любопытно, – послышалось от Коскэ. С тех пор, как мы сюда пришли, он ещё ничего не сказал.

– Кайто, спроси-ка у Мидзусаки-сан: подвал здесь длиннее, чем сам дом?

Я сделал, как он сказал.

– Дом сверху – всего лишь декорация, – ответила Мидзусака.

– Что вы имеете в виду?

В этот момент мы подошли к двери в конце коридора. Мидзусака-сан провернула ручку и сказала:

– Вы поймёте, когда увидите.

– …Ого! – вырвалось у меня, когда я заглянул внутрь.

В первый или второй год младшей школы мы с ещё здоровым папой и мамой отправились в поездку. Где же это было… в Идзу? Или Хаконэ? Точно уже не помню, но куда-то туда. Как бы там ни было, мы остановились в классическом японском отеле. Это было старинное и невероятно большое деревянное здание. В нём были толстые колонны, и казалось, что ты попал внутрь замка.

По ту сторону открытой двери оказалось такое же пространство, как и в том отеле. Внутри возвышались толстые деревянные колонны, под ногами простирался глянцевый пол. И только я подумал, что не хватает работников отеля в кимоно, как откуда-то вышла женщина в кимоно и поклонилась[27]27
  В Японии поклон – это знак уважения и вежливого приветствия.


[Закрыть].

– Всё готово? – спросила Мидзусака-сан, и женщина подняла голову.

– Да, госпожа, – ответила она. Мидзусака-сан кивнула и повернулась к нам.

– Прошу сюда.

Женщина поднялась и провела нас внутрь. Следующий коридор опять был длинным.

– Прошу прощения, но что это за место? – спросила мама.

– Когда поместье семьи Мидзусака настолько износилось, что его уже нельзя было отреставрировать, древесину использовали для создания подземного помещения, – ответила Мидзусака-сан. – Вы, наверное, хотите узнать, зачем такое большое пространство организовали под землёй?

– Ну… пожалуй.

– Для более эффективного использования земли наверху. Например, создания платной парковки. Ну а внизу построили кладовую для моих драгоценностей.

В конце коридора находились двухстворчатые ворота, подобные входу в замок. Их открыла женщина в кимоно.

– Вау! – Я снова не удержался. Как и мама:

– Ха? – воскликнула она.

Перед нами возник воин в доспехах.

– Позвольте представить – мой предок, Мидзусака Ясуакира.

Я был настолько шокирован, что не мог даже пошевелиться. Мама тоже молчала с широко раскрытыми глазами.

– Ну и ну, какие невероятные доспехи. – Коскэ скорее веселился, нежели восхищался. – Кайто, спроси-ка у Мидзусаки-сан – это те же доспехи, что были изображены на Мидзусаке Ясуакире в хрониках Дайгайдзи?

– Эм? Хроники Дайгайдзи?

– Неужели ты знаешь о хрониках Дайгайдзи? – удивлённо протянула Мидзусака-сан. – Такой юный, но уже такие познания. Увлекаешься историей?

– Я не… да, – соврал я.

– Дайгайдзи – это храм, который построил Мидзусака Ясуакира, ведь так? – спасла меня мама.

– Именно так, – довольно подтвердила Мидзусака-сан. – Вы очень много знаете. Мидзусака Ясуакира воздвиг его в качестве семейного святилища. Это храм, в котором чтят память своих предков, – пояснила мне Мидзусака-сан. – Под хрониками может подразумеваться разное, но в этом случае это описание оснований для постройки храма. Другими словами, хроники Дайгайдзи – это история храма, зафиксированная словами и изображениями. Это действительно копия тех доспехов, в которых Мидзусака Ясуакира был изображён в хрониках. Их изготовил ещё мой прадед, но с возрастом подвязки износились, и я отправила их на реставрацию. И вот сегодня работы наконец закончены, и доспехи снова здесь.

Так вот оно что. Я внимательно осмотрел доспехи. Они состояли из чёрных металлических пластинок, соединённых вместе красными и жёлтыми верёвками. Сверху шлема торчали рога, напоминающие челюсти жука-оленя, а под шлемом была чёрная маска с жутким лицом. Вместо глаз у неё были отверстия, а за ними – полная темнота.

– Невероятно. Кажется, что он в любой момент оживёт, – сказала мама, и Мидзусака-сан бодро закивала.

– Здесь ещё много реликвий, которые собрал род Мидзусака. Давайте я вам их покажу.

Мидзусака-сан устроила нам экскурсию по комнате. Это место напоминало музей. Здесь выставлялись мечи и ружья, сверкающая посуда, какие-то странные чаши и чрезвычайно дорогие на вид кимоно.

– Поместье Мидзусака было разрушено Тоётоми Хидэёси, но мои предки из младшей линии рода тайно овладели этими реликвиями и скрылись. А когда они стали вассалами Токугавы Иэясу[28]28
  Токугава Иэясу (1543–1616) – японский полководец и политический лидер, объединивший Японию.


[Закрыть], то снова заполучили эти земли.

– Понятно. Так вот как таким редким артефактам удалось уцелеть.

– Да. Также здесь находятся те предметы искусства, которые приобрели уже потомки рода. И моя статуэтка – одна из них.

Мидзусака-сан указала пальцем на большой пьедестал из дерева. На нём стояла сверкающая фигурка женщины.

– Она и вправду очень похожа на ту статуэтку, которую похитили из дома Иманаги-сана, – сказала мама.

– Это потому что они были созданы одним мастером в один период. Говорят, что в мире их не больше двух, максимум трёх.

– Так вот почему Скалл хочет похитить и её. Хорошо. Мы изо всех сил постараемся защитить вашу статуэтку.

– Я очень вам благодарна. – Мидзусака-сан вежливо склонила голову. – Завтра в шесть вечера должны прибыть полицейские. Я попрошу прийти вас в это же время и обсудить с ними меры защиты.

Мидзусака-сан закрыла двери в хранилище на ключ.

– Такой ключ есть только у меня. Поэтому никто не сможет ни войти в хранилище, ни вый-ти из него.

Пока мама обсуждала с Мидзусакой-сан оплату и другие взрослые вопросы, я остался ждать в первой комнате вместе с Коскэ.

– Неужели Призрачный вор Скалл снова объявится?

– Он и до Иманаги уже совершал кражи в нашем городе, – сказал Коскэ.

– Ты про тот случай, который произошёл пять лет назад в доме Тагами? Об этом преступлении я тоже читал.

Я решил спросить о том, что не давало мне покоя.

– Пап, ты ведь уже расследовал кражи Скалла? Нам рассказал об этом офицер Синдо, – поинтересовался я, и вдруг кое-что всплыло в моей памяти. – Мама ведь не знала, что ты расследовал это дело. Ты ей не рассказывал?

– Нет, я ей ничего не говорил.

– Почему? Я слышал, что ты рассказывал ей обо всём, что происходит на работе.

– Потому что это не было одним из заказов. Я расследовал это дело сам.

– Сам? Почему? – попробовал узнать я.

– Были на то причины, – уклончиво ответил Коскэ. Видимо, он не хотел об этом рассказывать.

А ведь если подумать, когда Синдо рассказал нам об этом, то я услышал, как чей-то голос просил у нас с мамой прощения. Тогда я ещё не понимал, что Коскэ умеет говорить, но теперь-то я знаю. Это был он. Почему же Коскэ тогда… нет, почему же папа тогда извинялся?

– Слушай, пап…

Когда я уже собирался у него об этом спросить, мама вернулась в комнату.

– Кайто, нам пора.

– А, хорошо!

И когда я уже поднялся, то услышал Коскэ:

– Скоро я тебе всё расскажу.

Я машинально обернулся. Коскэ не сводил с меня взгляда.