Текст книги "Пламя на двоих (СИ)"

Автор книги: Ольга Ярошинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Дурстон, ты что творишь! – разорялся Янис. – Убирай свою вонищу!

Второй брат учел ошибки первого и запустил ядовитое облако на дорожку Лорана с запасом. Теперь оно медленно надвигалось на бревно, по которому должна пойти Берта. Что ж, пока все отлично!

Рони задержался, усевшись точно паук на переплетении канатов, потер ладони и прищурился. Знак иллюзии – спираль, закручивающаяся в кольцо, – переливался у него на груди всеми цветами радуги. Неизвестно, что именно увидел Хвост из команды Лорана, ползущий по канатам ловко, как обезьяна, но он тоненько вскрикнул и разжал пальцы. Однако не упал, а повис вниз головой, уцепившись за канаты хвостом.

– Макака и есть, – буркнул Туч из-за плеча.

– А ты что не на месте? – спросил Элай, обернувшись.

– Успею, – сказал он. – Волнуюсь чего-то. Поставил бы ты меня вместо Вивианы. Будет еще возможность засветиться перед дозором.

– Она должна справиться.

В пылу спортивного азарта Вив была особенно хороша: щеки румяные, глаза блестят, рыжие волосы забраны в тугой пучок, но непослушные кудряшки выбились у лица, завиваясь колечками. Вив нарисовала черные крылья на форме, и Элай был тронут до глубины души. Иногда он особенно остро чувствовал свою ущербность – например, в моменты, когда должен объединять команду. Но сейчас он словно был с каждым из своего гнезда. И с Вивианой тоже. Хоть бы она не свалилась.

– Ее же снесет этим мешком как пушинку, – продолжил нагнетать друг. – Улетит до самого моря.

Рони тем временем спрыгнул с канатов и подбежал к Вив. Палочка провалилась ему куда-то в штанину, и они вместе ее вытряхивали, вызвав смех на трибунах. Ничего, время есть. Янис мощно отстал, а у него еще два толстяка. Один на бревне, другой на мишенях. Элай бы на них не поставил.

Вив наконец схватила палочку и взобралась на бревно. Раскинула руки, выдохнула, примеряясь к амплитуде мешков. Туч в волнении схватил его за плечо, но, обжегшись, тут же отдернул ладонь. А Элай, затаив дыхание, приклеился к девушке взглядом.

Она двигалась легко, словно в танце. Быстрый прыжок – и первый мешок со свистом пронесся за ее спиной.

– Может и просочится, – признал Туч. – Толстяку из команды Яниса будет явно сложнее. А наша Вив вон какая худая.

Элай бы сказал – изящная. Высокая прическа обнажила длинную шею, подчеркнула линию плеч. Невольно вспомнилось, как она стояла перед ним в одном полотенчике, с растекшимися по голым плечам огненными прядями. Впрочем, он часто вспоминал это.

Вив вновь пробежала вперед, нога соскользнула, и зрители дружно ахнули, а Туч схватился за сердце. Но она удержалась, взмахнув ногой как балерина, раскинула руки и снова застыла перед следующим мешком.

Тем временем команда Лорана прошла второй этап, и Берта, зажав в зубах палочку, вскарабкалась по бревну.

– Добавим-ка ей огоньку, – пробормотал Рони, щурясь вправо.

– Мгу-гу, – промычали оттуда, а после добавили внятно: – Ты б еще рыбу водой напугал! На, получай!

И тут вдруг полыхнуло прямо перед ними, да так ярко, что Элай отшатнулся.

– Сдурел?! – выкрикнул Туч. – Зачем на Вив-то иллюзию?

– Это не я! – испуганно воскликнул Рони, тыча пальцем вправо. – Иллюзия там!

Элай мельком глянул на соседнюю дорожку, которая деликатно замерцала огнем, а после кинулся к Вив. Потому что ее бревно горело по-настоящему. Языки пламени пробежали по бревну, жадно облизывая дерево, искры мигом перепрыгнули на мешки с соломой, и те вспыхнули, превращаясь в огненные снаряды, раскачивающиеся над головой.

– Прыгай! – крикнул он. – Вив! Прыгай!

Черный дым потянулся к небу, где кружили драконы. На трибунах орали, к бревну бежали со всех сторон: капитан, охрана, Иней…

Крылья расправились за спиной, и Элай, взмыв с места вверх, обхватил Вив за талию.

Мгновение отпечаталось в памяти, как в расплавленном воске: тонкое тело в его объятиях, испуганный взгляд – глаза у нее все же зеленые, с синими крапинками возле зрачков, жадный вдох посреди пламени…

Элай вынес ее из огня, и на них тут же обрушился ледяной холод. Бревно хрустнуло от перепада температур и взорвалось крошевом щепок. Объятые пламенем мешки разлетелись, осыпая горящей соломой все поле. Пара булыжников рухнули с неба, как будто вдруг начался каменный дождь. Туч подбежал к Элаю, выдернул Вив из его объятий и развернул щит, прикрываясь от жара и щепок. А Иней, явившись следом, провел ладонями по ее ногам, унимая голодное пламя, пожирающее штаны, и Вив закричала от боли.

– Лекаря! – заорал Элай.

Глава 11. Невероятное

– Вив, я не хотела! Я не думала, что так полыхнет!

Берта судорожно заламывала руки, страдая у моей койки.

– Видимо, твой потенциал куда выше, – предположила я.

– Вроде бывает такое, – вздохнула она. – Когда в острые моменты сила многократно увеличивается. Но я и подумать не могла, что от одной искры разгорится такое пламя…

Мои ноги обмазали густой белой мазью, и доктор с гордостью сообщил, что это воистину чудодейственное средство. Созданное на основе подскорлупочных оболочек драконьих яиц и драконьих же экскрементов, оно помогало от любых кожных повреждений. Мазь безбожно воняла, зато боль ушла, и мышцы наконец расслабились.

– Сильно обожглась? – вздохнула Берта.

– Нет, – коротко ответила я.

Самое интересное, что я вообще не обожглась. Все нормально было, пока не влез Иней со своими морозными лапами.

Да, бревно запылало, но я решила, что это Рони накосячил с иллюзией. Я шла через огонь, не ощущая жара, и прошла бы бревно до конца. Мы бы выиграли, если бы Элай вдруг не кинулся меня спасать!

Все случилось так быстро: пылающие мешки раскачивались в воздухе, рассыпаясь горящей соломой, бревно хрустнуло и разлетелось осколками, щит Туча прикрыл нас с Элаем, и мне не было больно, вообще.

Даже когда Элай обнимал меня, прижимая к себе, и пламя плясало вокруг нас, и, особенно ярко, в его глазах. Было… приятно, тепло, волнующе. Крылья распахнулись за его спиной черной тенью – тонкая ткань энергии, переливающаяся всеми оттенками ночи, – и он был похож на героя легенд из тех давних времен, когда люди умели обращаться в драконов.

А потом Иней провел по моим ногам ладонями, выпуская холод, и тогда-то пришла боль: мышцы свело дикой судорогой, как будто мне вновь вкололи драконью кровь.

– Значит, ты на меня не в обиде?

Берта смотрела взглядом побитой собаки, и я протянула ей руку.

– Жаль, конечно, что яйцо в итоге досталось Янису, – сказала я, когда Берта бережно пожала мою ладонь.

– У вашей команды были все шансы, – признала она. – Ты шла отлично, Туч неплохо стреляет, а Ингрид самая быстрая в Драхасе.

Я не видела Ингрид ни возле бревна, ни после, а ведь успела подумать, что это опять ее козни. Паранойя.

Дверь открылась, и Берта тут же вскочила.

– Увидимся, Вив. Поправляйся, – пожелала она и исчезла, а на ее стул опустился Элай.

Он окинул взглядом мои ноги, густо обмазанные лекарством, посмотрел мне в глаза.

– Ты почему не выпрыгнула из огня?

Вопрос был не в бровь, а в глаз.

– Решила, что это иллюзия, – ответила я.

– А то, что тебя чуть не поджарило, не навело на мысль, что это взаправду?

Я пожала плечами и подтянула простынку, прикрываясь надежнее.

– Все так быстро случилось, – пробормотала я. – Вспышка, пламя, ты…

Элай вздохнул, откинулся на спинку стула и заложил руки за голову, так пристально на меня глядя, что мне захотелось куда-нибудь спрятаться.

– У меня есть к тебе предложение, Вивиана, – сказал он.

– Внимательно слушаю.

– Ты уедешь из Драхаса.

Я едва сдержалась, чтобы не выругаться. Да что ж я ему так мешаю! Вроде и марширую, и по бревну бегаю – нет, все не то.

– Помнится, при первой встрече ты сказала, что тебе не оставили выбора, – продолжил Элай. – Значит, ты здесь против своей воли.

– Я рассчитывала на иное будущее, – признала я. – Но в другую академию я не уйду.

Потому что Тириан из кожи вон вылезет, но жизни мне не даст.

– Я предлагаю тебе оставить обучение и жить так, как ты и планировала, – сказал Элай. – Я куплю тебе дом в Айдане, или где ты захочешь, положу на счет сумму, достаточную для приятной жизни. Ты сможешь рисовать, как мечтала. У тебя хорошо получается.

– Ты богат? – вырвалось у меня.

Элай усмехнулся.

– Да, – коротко бросил он. – Так что скажешь?

– А тебе это зачем?

В самом деле, сколько бы у него ни было денег, покупать дом едва знакомой девице, да еще обеспечивать ее всю жизнь – немыслимая блажь. Или… Элай тоже понял, что мне не больно от его прикосновений и потребует что-то взамен?

– Ты ведь знаешь о моей проблеме, – сказал он.

Я кивнула. Выходит, понял.

– Я хочу тебя… трогать, – выпалил он. – И все прочее.

Меня окатило жаром, и щеки запылали от его откровенного признания. Но если он думает, что я продамся, как какая-то…

– Поэтому мне будет проще отправить тебя подальше, – продолжил Элай. – Драхас – опасное место, сегодня мы в этом в очередной раз убедились. Зачем тебе рисковать жизнью? Ради чего? А так ты будешь жить вдали от меня, а я... останусь без постоянного раздражителя перед глазами.

Мы помолчали.

Значит, он ни о чем не догадался. Вот пусть и дальше пребывает в неведении.

– Предложение заманчивое, но я откажусь, – решилась я.

– Чего ты хочешь? – отрывисто спросил он. – Сколько тебе заплатить, чтобы ты исчезла?

– Знаешь, Элай, твой огонь – это твоя проблема, – заметила я.

– Но она может стать и твоей, – заметил он, подавшись вперед.

Теперь он мне угрожает?!

– Думаешь, у тебя одного инициация пошла не по плану? – вспылила я. – Если хочешь знать, у меня тоже не обошлось без сюрпризов! Да, я хотела получить знак живописца, а мне достался щит. Из-за одного придурка, который вломился прямо на инициацию и попытался меня изнасиловать. И если я сейчас брошу обучение, то получится, что он победил! Но я ни за что не отступлю! Я закончу обучение, получу диплом, прилечу на драконе в свой родной город и сяду на центральной площади, чтобы все увидели, что моя мать не была гулящей. Вам, драконам, вечно все сходит с рук. Подумаешь, взыграла горячая кровь. Подумаешь, сломал жизнь какой-то девке. Нет! Не нужен мне твой дом, и деньги тоже прибереги. Вдруг в следующем наборе попадется девушка покрасивее, от всех не откупишься!

Выдав эту тираду, я выдохнула и скрестила руки на груди. Не дождется! Но Элай, к моему удивлению, не стал больше ни спорить, ни угрожать. Напротив – улыбнулся, и на его щеках появились ямочки.

– Понял, – сказал Элай и, поднявшись, добавил: – Выздоравливай, Вив.

Дверь за ним мягко закрылась, и я удивленно посмотрела ему вслед.

А вот я не поняла. Переведя дух, мысленно повторила все, что наговорила Элаю. Я рассказала про инициацию! Пусть без имен, но раньше я могла лишь открывать рот как рыба, а тут не запнулась ни на мгновение! Это как?.. Это что же получается?.. Печать молчания надежно закрывала мне рот. Я бы не смогла рассказать о случившемся, если только в моем собеседнике не течет та же королевская кровь.

Возраст примерно подходит. И ямочки! Когда Элай улыбнулся, мне вновь померещилось сходство!

– Не может быть, – вслух сказала я.

– И я так подумал, – подтвердил доктор, входя в палату и пялясь в какие-то записи. – Ты видела свои ботинки? Подошва прогорела насквозь, а твои пяточки розовые как у младенца. Как так, Вивиана?

– Это просто невероятно, – пробормотала я, думая о другом.

Все сходится: и возраст, и оговорка Туча. Элай мешал многим – да не то слово! Мог ли Тириан всадить в старшего брата полный шприц драконьей крови, чтобы устранить препятствие на пути к престолу? Легко! Если не сам, то чужими руками – запросто. Он беспринципный говнюк!

– Немыслимое везение, – покивал доктор. – Но за обморожением придется понаблюдать. К счастью, воздействие было коротким, а помощь оказана незамедлительно. Это чудесное средство! Удаляет даже старые шрамы! В столице стоит баснословных денег, а тут, в Драхасе, им подростковые прыщи мажут. А если покраснение будет держаться, используем отличную мазь из чешуи молодых дракончиков на основе красной глины, помогает от облысения и экземы и…

Доктор втирал мне про редкие мази, я же пыталась привести мысли в порядок.

Первое – я не горю. Видимо, это в базовых свойствах моего щита, потому что против огня он действует, даже когда я его не выставляю.

Второе – мне не больно от прикосновений Элая. Что будет, если он узнает?!

Сердце пустилось вскачь, и я прижала ладони к горящим щекам, чтобы слегка остыть.

– …да, действие интимного характера, но ты не представляешь, сколько страждущих готовы платить золотом за порошок из надхвостного шипа…

Третье – принц Риан, которого считают мертвым, вполне себе жив и даже командует гнездом в Драхасе. Может, я все же ошиблась. Может, сумела рассказать про инициацию на волне эмоций. Надо как-то проверить. Спросить у него напрямик, что ли?

Четвертое. Он меня хочет. Трогать и все прочее.

Я откинулась на спину и, застонав, накрылась простынкой с головой.

– Вивиана, тебе плохо? – забеспокоился доктор. – У тебя озноб? Я принесу чай!

– Угу, – промычала я из-под простыни.

Что ж, ради такого можно было и проиграть. Хотя все же жалко, что золотое яйцо досталось Янису.

***

Элай вышел из палаты, улыбаясь как полный придурок. Вив сказала – попытался. Тириан хотел ее изнасиловать, но ему не удалось! А стал бы он лезть во время инициации к девушке, которая ему якобы уже надоела? Нет! Может, у них вообще ничего не было! Вив его прокатила!

Словно камень с души упал… И стыд, и вина, и как будто собственная причастность – все же Тириан ему брат – все ушло, и дышать стало легче.

Какая она все же… Так глянешь – нежный цветочек, а ведь не согнешь. И подкупить не вышло, и запугать. Не то чтобы он очень старался, но Вив вся возмутилась и отчитала его как малыша. Это воодушевляло, ведь ситуации у них схожие, и если он сдастся, это будет означать, что Тириан его поимел. Уж если хрупкая девушка смогла дать отпор, то ему и вовсе нельзя отступать.

В конце коридора появился Янис, весь такой франт – в светлых брюках, голубом пиджачке, и Элай подобрался. Его с детства учили принимать взвешенные решения – как будущий правитель он должен был вершить суд мудро. К счастью, теперь он изгой и может творить всякую дичь.

– О, Элай! – преувеличенно бодро воскликнул Янис. – А я иду проведать Вив. Как она?

Поравнявшись с парнем, Элай подтолкнул его к стене, прижав грудь предплечьем. Янис схватил воздух ртом, рефлекторно выставил сферу. Элай расшиб ее ребром ладони – знак меча дарит несокрушимый удар.

– С Вивианой все хорошо, – вежливо ответил он, слегка отпустив Яниса и позволив ему вдохнуть, но тут же положил ладонь на плечо.

Тот взвыл и сполз по стене, и Элай поднял его за шкирку как котенка.

– А ты как поживаешь? – поменял ладонь, чтоб не обжечь. – Слышал, у вас в башне какие-то неполадки с душем? – тычок под ребра. – А ты такой чистоплотный. – Еще один, с другой стороны.

– Да как ты смеешь? – просипел Янис. – Ты кто такой?!

– Никто, – согласился Элай. Будь он по-прежнему наследником трона, такого беспредела бы себе не позволил. – Поздравляю с победой, Янис! – тот дернулся, попытавшись удрать, но Элай поймал его за шиворот и впечатал носом в стену. – Но если ты еще хоть раз посмотришь в сторону Вив, – произнес ему на ухо, склонившись, – у тебя только это золотое яйцо и останется. Ты меня понял?

– Понял, – выдавил Янис, косясь как испуганный заяц.

– То-то же, – сказал Элай.

Он отпустил его, одернул смявшийся пиджачок, легонько похлопал по щеке, и Янис втянул воздух сквозь зубы.

– Иди давай, откуда пришел. Посещения закрыты.

Янис ушел, не оглядываясь, а Элай направился к выходу.

Берта искренне раскаивалась в содеянном и брала вину на себя, но что-то тут было нечисто. У нее всего лишь искра. Она шарахалась от его прикосновения, как и прочие, – Элай давно это выяснил.

И тут вдруг пожар. А еще камни, летящие с неба. Он сам чуть не вывернул ногу, приземлившись на какой-то булыжник. Так-то охрана следит за периметром, но кто-нибудь мог пробраться, подстроить всякое. А потом сделать ставку на другую команду – на Крылатых играх многие делали деньги.

Увы, когда Элай спустился в долину, рабочие уже убрали остатки бревна и расчистили площадку под будущий механизм.

– Там уже и чинить было нечего, – пояснил один из работяг. – Но вы не волнуйтесь, к следующим Играм все будет готово.

Элай пошатался там немного, пнул камень, попавший под ногу, и пошел прочь.

А в башне его ждал гость – невысокий смуглый мужчина, попивающий чай в одном из кресел гостиной.

– Мне предложили стража! – восторженно сообщил Туч, кинувшись к Элаю. – Сказали – отличный щит, широкий и надежный, и реакция у меня хорошая, и стремление помочь друзьям. Элай, это в два раза больше денег, чем за рядового дозорного! Год поработаю – а потом можно свадьбу играть.

– И меня считают очень перспективным, – похвастался Иней, развалившийся в кресле напротив гостя, – но у меня еще куча времени, чтобы определиться.

– А мои иллюзии никто не увидел, – горестно вздохнул Рони.

– Еще увидят, – утешил его гость. – Но я ждал вас.

Он поставил чашку на блюдце, поднял взгляд на Элая, и тот замер. Он знал эти глаза, серо-зеленые, как изнанка листка.

– Мы говорили, что тебе неинтересно, – добавил Туч, – но он уперся и сидит.

– Парни, там к Вив уже пускают, – бросил Элай. – Сходите, а? Узнайте, придет ли она в башню на ночь или останется там.

И ему придется ночевать в соседней палате.

Он подождал, пока ребята выйдут, и сел в кресло напротив гостя.

– Давно не виделись, Риан, – сказал Чезарь Мареска, скайлорд южных рубежей, и лучики морщин прорезали смуглую кожу от уголков глаз.

– Лет шесть, – кивнул Элай.

– Ровно столько тебя считают мертвым. Говорили, инициация прошла плохо, но я своими глазами видел, что весьма хорошо. У тебя крылья, легендарный аркан! Твоя мать бы тобой гордилась.

Земли Мареска граничили с поместьем матери. Чезарь шутил, что король увел невесту у него из-под носа. Иногда Элаю казалось, это вовсе не шутка.

– Почему отец отослал тебя?

Сердце заныло, будто в него всадили нож.

– Я горел изнутри несколько дней, – нехотя ответил Элай. Говорили – три, но казалось – вечность. – Отец решил, мне уже не помочь. Приказал закончить мои страдания. Но кое-кто верил в меня сильнее.

– А сейчас? Ты пытался поговорить с ним? Ты ведь жив и здоров. Ты – наследник!

– Он сделал свой выбор.

Чезарь откинулся на спинку кресла, разглядывая Элая так, будто увидел впервые. Что ж, инициация меняет людей.

– Знаешь, все эти россказни про драконью кровь, что она соблазняет и толкает на путь порока, – он покрутил смуглой кистью в воздухе, – иногда кажутся мне лишь удобным оправданием. Человек остается человеком. Я видел Игры. Ты бросился на помощь без колебаний. Тириан бы так не поступил.

– Для короля это скорее плюс, – усмехнулся Элай.

– Престол должен быть твоим, Риан, – твердо сказал Чезарь, подавшись вперед. – С тобой обошлись несправедливо!

– Я не вполне здоров, – отрывисто признался Элай. – Помимо крыльев у меня есть еще меч и знак летописца, и огонь...

– Как так? – изумился Чезарь.

– Мой огонь обжигает, – закончил Элай. – Я не могу прикоснуться… ни к кому.

Сегодня был миг, когда безумная надежда коснулась его души. Вивиана в его объятиях, глаза в глаза, вздох – как будто удивленный. Но ему померещилось. Она лишь набрала в грудь побольше воздуха, чтоб закричать чуть позже. Болевой шок.

Чезарь нахмурился, протянул руку, и Элай легонько коснулся его пальцев.

– Глядишь, обернешься драконом, как короли древности, – усмехнулся Чезарь, отдернув ладонь. – Вот будет потеха. Но, Риан, ты все равно имеешь все права на престол. Я знаю тебя с детства, я знал твою мать. Она не простила бы, если бы я остался в стороне. Я поговорю с королем. Ходят слухи, что драконья кровь сводит его с ума. Если он отказался от тебя и выбрал преемником младшего, значит, это действительно...

– Вам пора, – сказал Элай, невежливо перебив гостя.

Чезарь умолк, затем поднялся.

– Я напишу тебе, можно? – спросил напоследок.

– Буду рад.

А когда гость ушел, Элай бросился наверх, изо всех сил пытаясь подавить приступ, который поднимался в нем удушливой жгучей волной. Он упал на пол, вцепился зубами в ковер, выгибаясь от боли, и жадное пламя вгрызлось в него изнутри точно голодный дракон.

***

Тьма отступила, и перед глазами выросли ворсинки ковра, а ощущение собственного тела, разбитого и опустошенного, потихоньку вернулось. Дракон спрятался, но не ушел, и это было хуже всего – понимать, что боль повторится. В зубах застряли нитки, во рту остался соленый вкус крови, а мышцы мелко дрожали. Элай перевернулся на спину, и потолок над ним поплыл, покачнувшись. Уже совсем стемнело, а снизу доносились голоса.

– Откуда я знаю, что написал доктор? – возмущалась Вивиана. – Сам посмотри, какой почерк.

– Мне кажется, он просто ручку расписывал, – пробасил Туч. – А сказал-то что?

– Приходить к нему на обработку раз в день. Отстранил от практики на неделю.

Легко отделалась. Странно это – она шла через пламя…

– Судя по запаху, тебя обмазали каким-то дерьмом, – процедила Ингрид.

– Так и есть, – подтвердил Иней. – У нашего доктора от всех болезней одно средство, и не важно, что болит: голова или задница. Мажет все подряд.

– Пусть мажет, если помогает, – подал голос Рони.

Элай сел и замер, пережидая волну тошноты. Где бы ему найти лекарство?