Текст книги "Проект "Стокгольмский синдром" (СИ)"
Автор книги: Ольга Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 8
Владимир Островский
– Ты прекрасна в исполнении своей роли, любимая, – шепчу на ушко девушке, которая покрылась легким красноватым оттенком на щеках. Целую в висок, пока она пытается отдышаться, ведь минутой ранее исполнила пятнадцать пируэтов без остановки. Кружила так, что казалось, еще немного и красавица лебедь взлетит, озаряя всех присутствующих своим поистине ярким светом крыльев.
– Владимир, – легкое касание ее губ моих собственных, и я буквально плавлюсь от переизбытка нежности, которое испытываю только рядом с ней. – Что ты решил на счет нас? – ее глаза ищут в моих собственных ответ на этот нелегкий вопрос. Я отстраняюсь от нее, не желая расстраивать нас обоих.
– Я не знаю, – вздыхаю и присаживаюсь на край дивана. Мы сейчас находимся в ее личной гримерной, моя прима идеальна во всем. – Мы перешли все границы, и ты ведь сама мне говорила, что Авраам не отпустит тебя просто так.
Каролина присела радом со мной, пряча лицо в ладонях. Тишину прерывают ее всхлипы, пытаюсь утешить девушку, но тщетно, она демонстративно отодвигается от меня, заглушая рвущийся крик отчаяния. Мы полюбили друг друга давно, это чувство завладело нами, как вспышка от яркой звезды, которую разорвало в космосе. Искрометно. Судьбоносно. Но, увы, мы оба погрязли в собственных жизнях, пытаясь согреть свои души на стороне.
– Уходи, – тихо шепчет мне, когда я все-таки прижимаю ее к своей груди. – Уходи, прошу тебя, – теперь поднимает свой взгляд полных слез, смотрит умоляюще, – иначе, я боюсь за последствия. Я на грани, любимый, – в нежном прикосновении кладет на мою небритую щеку ладонь, гладит успокаивающе, а я закрываю глаза.
– Если я уйду, все кончится, – предупреждаю Каролину, и она кивает мне, говоря да. – Ты ведь не любишь Авраама, так зачем дала ему согласие на брак? – этот вопрос никак не выходит из моей головы, я пытаюсь понять, зачем моя любимая пошла на то, что поставит в ее жизни жирную точку.
– Владимир, – голос слегка дрожит, – у тебя есть сыновья, жена – ты нужен им, мне в твоем мире не место. Не хочу быть второй, понимаешь? – объясняет причину своего волнения, которые для меня не представляются проблемой. Нахмурившись, я вновь отстраняюсь от Каролины, и ее ладонь виснет в воздухе, как будто знак, что так нам действительно будет проще во всем.
– Ты всегда для меня на первом месте, – говорю грубо, стараясь вложить в слова правду, которая жалит мое сердце, разрываясь между Каролиной и моей Зоей. Я безумно люблю свою жену, но рядом с ней не ощущаю всех прелестей этого чувства, которые дает в переизбытке моя прекрасная балерина. Мы познакомились с ней год назад. Все закружилось, мгновенно превращаясь в более высокое и важное, словно мы долго искали друг друга, а найдя, теперь пытаемся убежать. Разъезжая по бесконечным командировкам вместе с другом, оба были посланы на задание, исполнять роли двух братьев-контрабандистов. Наша цель, поставленная штабом, заключалась в выявлении главаря-организатора сети клубов, распространившихся в пяти странах под эгидой братства. Внедрившись по уши во всю черноту ночного и подпольного мира, не заметил, как меня поглотила эта жизнь, и теперь я стал одним из них. Мой друг – Авраам, сумел уйти от подобной участи, потому что я дал ему такую возможность, подставив собственную личность под удар системы клубов. Было очень сложно адаптироваться и начать строить жизнь по их правилам. Но я смог и теперь среди элиты, как важное составляющее всего подпольного существования. Я – преступник, по своей же воли выбрал этот путь, только бы выжить и продолжить наслаждаться жизнью, дыша кислородом. Но спустя несколько лет наша общая дорога разорвалась основательно, потому что на пути появилась прекрасная женщина, полюбившая нас обоих.
– Любимый, – Каролина вырывает меня из размышлений, – ты пропадал почти полгода, не выходил на связь, а появившись, снова вышибаешь меня из колеи, прося уйти от него.
– Ты сама того хотела, и я не просил, – отрицательно качаю головой, убеждаясь в сотый раз, что моя прекрасная лебедь теперь вовсе не моя, и я вижу по ее глазам, что девушка стала тянуться больше к тому мужчине, который всегда рядом с ней. От этого понимания мне становится еще больнее. Причиняя душевные страдания всем окружающим, раню сам себя с неимоверной силой, ведь моя жена подозревает о существовании моей музы. Пусть не знает кто именно, но чувствует, когда ложится со мной в одну постель, как холодно я прижимаю ее к своей груди, а порой просто оставляю одну. Задыхаюсь, рядом с Зоей я действительно задыхаюсь, утопая в ее безграничной любви ко мне, хотя убежден, что она чувствует мое истинное отношение к ней самой. Постоянно задумываюсь, бывает ли такое, что человек для тебя дорог, и без него невозможно представить существование, и в это же время теряться в других объятиях, без которых вовсе трудно дышать. Каролина не душила меня, а давала волю моему собственному выбору, но Зоя – настоящая мать моих сыновей, ради них готова терпеть мои выходки и срывы. Я ценю и уважаю женщину только за одно лишь терпение ко мне, потому, наверное, не готов отпустить ее, чтобы она могла найти своего настоящего мужчину в жизни. Эгоист. Это определение всей моей сущности, но таковым я стал, и теперь невозможно изменить то, что не изменится никогда. Авраам должен был отступить, но упертость, а после и задания, где мишенью для него стала моя персона, навсегда разорвала между нами незримую братскую связь напарников. Одно целое превратилось в тысячу осколков разбитого стекла. Но судьба коварная и очень упрямая дама в своих планах, не успокоится до тех пор, пока один из нас не уйдет из пути другого. Время – лишь оно может все расставить по своим местам.
– Я хотела? – Каролина соскочила с места, резко приблизившись ко мне, продолжает: – Знаешь, чего я хотела, Владимир? Быть любимой тобой, значить для тебя большее, как твоя Зоя. Ведь, без нее ты никто! – заявляет и бьет меня в грудь своими тонкими кистями. – Только благодаря ее поддержке и пониманию, ты стоишь тут рядом со мной. Думаешь, Авраам мне не рассказывал, как ты добивался сердца своей жены? Как долго ты пытался завоевать и расположить к себе, отказываясь от многого? – Я продолжаю молчать, сжимая свои руки в кулаки, стараясь обуздать в себе порывы гнева на девушку и ее внезапную вспыльчивость: – Тогда, я хотела уйти от него, а сейчас, – она замолкает на секунду, прекращая свои атаки на меня. Долго вглядывается мне в глаза, как будто может мысленно договорить оставшиеся слова, которые режут меня изнутри на мелкие кусочки, – сейчас я останусь с ним, потому что беременна от него.
Эта новость оглушает меня, и я валюсь на пол – удар ниже пояса. Каролина грациозно садится возле меня, и кладет голову на плечо, словно ничего не происходило, и мы наслаждаемся тишиной безмолвия.
– Если он узнает, что ты здесь со мной, – заговорила она поникшим голосом, – переломает мне ноги. – Уставившись на нее, понимаю, что Авраам не шутил, посылая угрозу девушке за связь со мной. Каролина поднялась и отошла от меня. – Поэтому, выбор был только у тебя, Владимир, – глухо говорит, беря с диванчика свою сумочку с рюкзаком. – Прощай.
– Прощай, – отвечаю в пустоту, потому что моя любовь только что захлопнула дверь в свою гримерку, оставляя одного, сидящего на полу.
Вскакиваю в холодном поту. Сердце разогнало кровь галопом, и я никак не могу прийти в себя, чтобы отогнать воспоминания из прошлого. Словно это был не сон, и мое сознание вдруг соизволило раскрыть черный ящик для издевательства надо мной. Боже, сколько воды с тех пор утекло, и мне казалось, что я навсегда утерял крупицы последнего воспоминания о том, как Каролина попрощалась со мной. В комнате темно, поэтому я включаю свет на прикроватной тумбочке со своей стороны, моментально приглушая его, чтобы не разбудить Зою. Моя жена повернута ко мне спиной, и на ней надета шелковая сорочка, лямка с правого плеча соскользнула, зазывая меня к прикосновению. С чего вдруг мне приснилась давно ушедшая боль, напоминая, как сердце тогда разорвалось на части. Жизнь на время рассоединила нас с Каролиной, но я-то знаю, каковы планы у коварной судьбы, словно предчувствовал, что это только временная передышка нам двоим. И вот оно – знак свыше, когда мой сын Леонид привел в дом новоявленную жену – дочь Каролины и Авраама. Что это? Насмехательство и издевательство высшей силы? К чему вновь жизнь сталкивает нас троих лбами, а между нами еще и дети, соединившие свой союз в брак. Мы держались вдали друг от друга, даже в глаза лишний раз не смотрели, но до определенного времени. И, кажется, что Авраам вдруг остыл, доверяя своей жене, с которой прожил уже столько лет в браке. Признаюсь, отчасти, я следил за их жизнями, знал каждый шаг некогда юной девушки, а теперь превратившуюся в статную женщину. Но, увы, Авраам сдержал свое обещание, данное Каролине, если та только посмеет сойтись со мной, и больше моя прекрасная лебедь никогда не выступала. Было затишье в их истории жизни, даже уехали из России, оставив все свое прошлое тут, забывая обо всем, что когда-то для обоих значило многое. Их путешествие закончилось во Франции, и там молодая семья с прелестной дочуркой на руках осела на постоянное проживание. Мой бывший друг ушел из штаба, знаю, потому что меня вызывали туда, когда я сам перешел на другую сторону нашей блядской работы. Но, что я мог сделать ради нашего общего спасения? Вонзить нож? Показать, кто мы есть на самом деле, но в тот момент моя семья: жена и сыновья могли бы погибнуть, ведь клубы не терпят предателей, а им бы я был только так. Не моргнув глазом, нас бы всех зачистили.
Целую в оголенное плечо свою жену, и она оборачивается ко мне сонная, чуть щурит глаза, привыкая к свету, хоть он и не яркий.
– Все хорошо? – спрашивает, чуть приподнимаясь. Наверное, почувствовала, что со мной далеко все не хорошо. Моя Зоя знает меня, ощущает каждую эмоцию, которая преобладает надо мной. Я целую ее в губы, но она отстраняется от меня, выражая обеспокоенность. – Володя, – зовет, приглаживая по щетинистой щеке. – Ты чего среди ночи проснулся? Что-то беспокоит?
– Нет, – грублю ей, конечно, не намеренно, но выходит совсем наоборот. Вот о чем я, ее безграничная слепая любовь ко мне душит. Я встаю с постели, оставляя Зою в подвешенном состоянии, будто дал пощечину. Она тихо всхлипнула, и вновь легла на свою сторону, отворачиваясь от меня. И так каждый раз. Черт возьми! Сам себе не рад, и перевоспитать эту блядскую сущность не могу. Я таков, потому что мой подпольный мир теперь моя жизнь. Ухожу к себе в кабинет, закрывая дверь на замок, чтобы никто не потревожил. Мой личный клуб «Бурлеск» на данный момент под самым тщательным контролем у штаба, где теперь оба моих сыновей в крепких тисках. И, если от Леонида я мог ожидать подобного, то вот от Марка – от сына, которому намеревался передать свой пост, был сражен его выбором не в свою пользу. Старший сын всегда ходил моей тенью, повторял за мной и был ближе по духу и характеру. Сам Леонид слишком нежен – весь в жену, словно так мы с ней разделили своих детей между собой, оставляя в каждом из них частичку себя, но не в равных частях. Смотря на младшего сына, всегда вижу Зою, а когда еще в студенчестве заявился с документами, отданные вербовщиками, был сражен его стойкостью, потому что пришел за советом к отцу, как поступить, не взирая на наши препирательства. В тот день я грубо поставил его перед выбором, лишая права на выход из положения другими путями, но кто же знал, что Марк – моя надежда, уже тогда принял правила игры, утаив от отца правду. Стоило Леониду кинуть папку с бумагами и фотографиями, сразу сообразил по поведению старшего, что тот уже в курсе всей подноготной, пусть от него самого не скрывал сути деятельности клуба за пределами его стен. В тот день я потерял их обоих – мои сыновья фактически стали для меня врагами, теми, кто мог разрушить идеальный мир моего устоявшегося существования. Родительская любовь слепа во многом, и теперь я вынужден просить помощи у того, кому сам когда-то отказал. Я люблю своих сыновей – обоих, но, увы, по-разному, ибо видел, как младший рос менее самостоятельным, вечно рука об руку рядом с матерью. И, наверное, на фоне извечно противоречивых чувств к своей жене, это же состояние перенес на Леонида, навсегда потеряв с ним истинную связь отца и сына.
В «Бурлеске» творится чертовщина, кто-то из моих подчиненных, входящих в состав элиты, пропускает неподтвержденную деятельность, нарушая общеустановленный акт, принятый членами всех четырех клубов. Акт – это нечто вроде закона, фиксация всей работы, проводящийся нашим миром. Мы взаимодействуем с правительством, увы, приходится, иначе был бы настоящий ад вражды. А так, никто никого не трогает и большинство чиновников – это мои подопечные. Все крутится в бесконечном кругу, и мы стали заложниками общей системы, поглотившей нас, забирая взамен души. Но таковы правила, а нарушая их, автоматически попадаешь в черный список зачистки.
– Что я упускаю? – вслух задаю себе вопрос, нарушая мертвую тишину в кабинете. Беру из шкатулки сигару и закуриваю ее, выпуская облако табачного мира. Присев в свое кресло, долго смотрю в одну точку, пытаясь расставить все мне известные акты, касающиеся конкретного участия моих людей. Но не могу выловить подсадного, того, кто намеренно рушит мои планы. Вчера ко мне в клуб заявились федералы, представляя целую папку документов и фотографий, прилагая видеофиксацию, на которой очевидно, как, при белом свете, выезжает черный фургон, в котором оказались три трупа, напичканные наркотиками. Мне дали неделю на вычисление хозяина автомобиля, и соответственно заказчика. Но, сука, ни один из моих администраторов не фиксировал поступающих актов. Устроил такую взбучку, после которой многие сели тихо и словом не обмолвились. Да, именно страх помогает держать каждого на мушке, ибо в «черный список» боится попасть каждый из нас – даже я сам. Еще во времена далекой молодости, я не мог понять к чему «Братство» устраивает полную зачистку, удаляя не только члена, попавшего под контроль, но и всю его семью, если таковая имеется. Для меня это было сродни ужасу, и я боялся, что однажды придут за мной. Это, как русская рулетка, нажал на курок – холостой выстрел, исключительное везение, но, если после полного круга к тебе вновь попадает револьвер – выстрел обеспечен. И, скорее всего, настала моя повторная очередь.
Все смешалось и скопилось в одну кучу, как будто граблями подчистили, накидывая сверху добавки. Хотел было обратиться к своему старшему сыну, но что-то меня отталкивает, зная о том, что парень умолчал о принятии сделки со штабом. Остается Леонид. Младший сын слишком упрямый, конечно, докопается до всей сути и правды, но если я позволю ему приблизиться ко мне, то, тогда я потеряю его навсегда. То, что я сделал – непростительно. Провожу по лицу ладонью, осознавая, насколько моя душа очернела и теперь ждет сам Дьявол в свои владения, где его подданные черти выпотрошат душу до основания. Но прошлого не изменить, ибо чувства к Каролине вспыхнули с удвоенной силой, спустя долгие годы разлуки, и я поддался на коварные чары этой прекрасной женщины. Откидываюсь на спинку своего кресла и закрываю глаза, вспоминая наш вечер несколькими днями ранее.
– Авраам не должен узнать всей правды, любимый, – Каролина нежится со мной в постели после бурного занятия любовью. Уже почти шесть лет мы ведем свою собственную жизнь, скрываясь в моем личном клубе. Ни Зоя, ни Высоцкий даже не догадываются, что мы с моей любовью вновь воссоединись, наплевав на многое.
– Каролина, – обращаюсь к ней, прижимая теплое и нежное тело женщины к себе ближе. – Если судьба распорядится, то все мы угодим в самое пекло.
– Зачем ты так говоришь? – она соскакивает, прикрываясь простыней, и с опаской смотрит мне в глаза. – Хочу напомнить тебе, что Авраам лишил меня моей славы, даруя ее нашей дочери.
– Разве это плохо? – спокойно задаю вопрос, не прерывая зрительного контакта. Каролина в последнее время стала очень вспыльчивой, особенно, если разговор касался ее дочери.
– Я выбрала его! – заорала она, стукнув кулаком по постели, – я подарила ему ребенка. Любила его, но он… – она замолкает и подбирает слова. – Он отнял у меня право продолжить строить карьеру. Ты хоть знаешь, что Высоцкий в тот последний наш с тобой визит, сделал со мной? – Каролина, сощурив свои глубоко карие глаза, уставилась на меня, выражая некоторую озлобленность за прошлое. Я согласно кивнул, но женщина посчитала напомнить об этом вслух. – Переломал мне ноги, даже глазом не моргнул, и не посмотрел, что я была беременна его же ребенком! – на повышенных тонах Каролина совсем встает с кровати и шествует в ванную, и эхом из нее доносятся до меня всхлипы. – Я надеялась, что потеряю ребенка, – вдруг признается мне, и стыдливо прячет глаза. – Правда, Владимир, я действительно надеялась, что это призрачный шанс уйти от него, заработав свободу. В конце концов, вернуться к тебе.
Теперь я сам встал и подошел к ней, обнимая за плечи, и мы оба видим свое отражение в зеркале.
– У тебя родилась прекрасная дочь, Каролина, – шепотом говорю, привлекая внимание. – Авраам вложил в нее всю любовь, которую должен был дать тебе.
Женщина вырывается из моих рук, включает воду на всю мощность и становится вод струю воды.
– Я люблю Олю, – отвечает мне, убирая намоченные волосы назад, и смотря на меня своим пустым взглядом, – но моя жизнь сломана. Авраам получил то, что заслужил.
– Каролина, ты хоть понимаешь, что жизнь моего сына тоже попала под раздачу?
– А разве Леонид тебе настолько дорог? – женщина удивилась, искривив брови в недоумении. – Мне казалось, что Лёня для тебя мало что значит, когда ты соглашался на сделку со мной.
– Неважно, какое между нами отношение друг к другу, но такого уж точно не пожелаю собственному ребенку, – грубо отвечаю. – Ты обещала только сорвать выступление, а в итоге, – я развожу руками. – Где твоя дочь? – уже тоже повысил голос, закричав на Каролину, удивляя ее сильнее прежнего. – Где она, черт возьми? Полтора года – это не малый срок, – сощурив глаза, смотрю на нее, но некогда нежная и ранимая душа превратилась в змею, готовая на все ради своей мести мужу за сломанную жизнь в карьере балерины.
– Твой сын отвечает за твои грехи, Владимир, – лукаво отвечает, введя меня в ступор. – Не смотри на меня так, – отмахивается, отворачиваясь. – Пусть узнает, какого это, жить среди предателей.
– Ты совсем потеряла себя, Каролина, – замечаю я. – Девчонка и парень здесь не при чем, они – наши дети.
– И что? – вновь повернулась ко мне. – Что ты хочешь, чтобы я сделала? Вернула ее, и запела песенку, пританцовывая? А? Ответь мне?
– Мы заигрались, – качаю голой, затем ухожу, оставляя ее в одиночестве. – Наша скрытность не стоила таких последствий.
– Она сбежала, – слышу глухой ответ из ванной. Я резко остановился. – Полгода назад, и ей кто-то помог.
– Почему мне ничего не сказала?
– Потому что, просто не хотела, вот и все, – Каролина вышла из комнаты, пожимая плечами. – Так ведь лучше, – она касается моего лица, завораживая своими отравленными касаниями и взглядом. Я слаб перед ней, поддаваясь на провокации получить горстку любви. – Я просила и предупреждала, чтобы она разорвала связь с твоим сыном, но упрямая, как и её отец.
– Лучше для тебя, – констатирую, получая кивок в ответ.
Черт возьми! – ругаюсь сам про себя. Вся ситуация вышла из-под контроля. Скрывая свои отношения с Каролиной, угодил в логово самой змеи. Никогда не мог подумать, что она превратится в такую суку, для которой будет важно только то, чтобы сделать больно другому, в частности не взирая ни на кого – даже пренебрегая собственной дочерью. Моя Зоя однажды обмолвилась словом, касающегося отношения Каролины к Ольге, говоря о материнской зависти, что теперь всю славу, что причиталась первой, отошла второй. И, если в тот раз, заставил замолчать, то сейчас я задумываюсь, а ведь она права. Каролина приняла на свой счет слишком большой груз ответственности, но вскоре все станет явным, показывая сущности всех нас. Боюсь, тогда я потеряю всю свою семью, которую не ценил, а теперь уже поздно что-либо исправить. Вдруг начал трезвонить мой телефон, вырывая из размышлений. В такую рань мне могут звонить только из клуба, если что-то вдруг происходит. Уже ощущая тревожность, отвечаю на звонок.
– Островский, – голос слегка охрипший, но я прочищаю горло.
– У нас гости, – напряженным тоном говорит администратор.
– Кто? – решаю уточнить, ибо этих гостей превеликая численность.
– Господин Высоцкий.
Я соскочил с кресла, роняя свою сигару на пол.
– Что ему нужно? – сам мгновенно набираю своим охранникам готовить машины к отъезду в клуб.
Администратор решает уточнить у Авраама цель визита, но в трубку фоном слышу его отрицательный ответ и насмешку в голосе. – Быстро передай ему телефон, – приказываю администратору.
«Нет, – отвечает мой бывший друг. – Этот разговор только с глазу на глаз, мой друг». Твою мать! Я швыряю телефон, и тот бьется о стенку, разлетаясь по запчастям. Что ж, теперь в мои руки вновь попадает очередь на проверку судьбы, и насколько она ко мне благосклонна. Но больше всего меня поразил факт, что бывший друг вернулся в Россию, как только Каролина уехала днем ранее обратно домой.
