Текст книги "Влюбиться в ведьму (СИ)"

Автор книги: Ольга Сонина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)

 Странно, но и  достопочтенные патронессы и преподавательницы тоже молчали. Или им настоятельно рекомендовали это сделать. Кто знает…

 Я в длинной плиссированной темно-синей юбке, башмачках на устойчивом каблуке сантиметров десять, в полосатых чулочках черно-красного цвета под юбкой (именно эта расцветка  больше всего заставляла меня ощущать себя ведьмой. Ведь никаких  чудесных чудес как выделывали маги, ведьмы были просто не способны делать. А тут магия стройных щиколоток в чумовых чулках. Часто воздушники нагоняли ветерок на наши юбки, дабы порадовать себя и окружающих. Легкий, мимолетный, приподнимающий юбку максимум до колена.  Играть с гневом ведьмовским никто не решался, натравим еще фамильяров или жалобу накатаем в деканат. Наверх сегодня я одела яркую блузку с пышными рукавами фонариками, широким манжетом на пуговках и  строгим воротничком яркого лимонно-желтого цвета в мелкий белый горошек. Волосы закрутила в небрежный  узел и скрепила купленными у старьевщика шпильками с желтыми бусинами. Форменное осенне пальто в клетку серо-рыжего цвета,   кожаная сумка с бахромой завершали сумасшедший образ ведьмы. Сейчас, подмигнув себе в зеркало, я не смогла бы себя узнать еще в субботу. Тогда на меня смотрела «дорогая» женщина, а сейчас профурсетка и кокетка.

  Сегодня я немного задержалась, покоряя свои  вишневые локоны и пропустила тот момент, когда девочки стройной гурьбой помчались в столовую. Поэтому я практически бегом устремилась в столовую. Ну как бегом? Короткими перебежками, что тут можно ожидать от  десятисантиметровых каблуков? Ну и конечно, обязательно, как иначе? Понедельник – день тяжелый. И начался он не только с непокорных прядей, но и с выросшего на моем пути мэтра Эдмунда. Я просто врезалась в него, выворачивающего из-за угла. Мужчина не растерялся и крепко вцепился в мои плечи и не спешил отодвигаться. Нахал. Вот бы заехать ему куда надо коленом, но, увы, нельзя.  Домогался внимания он умело, балансируя на грани того что было можно и было нельзя.

 Мэтр Эдмун. Сколько девиц в академии сохли по этому статусному, высокородному и далеко не бедному блондинистому красавчику, магу воздуха.  Длинные золотисто-русые волосы, традиционно для магов высшей аристократии были длинными, ниже плеч. Ему шло. По мне так он был практически единственным магом, которому действительно шли длинные чуть ниже плеч волосы, которые он завязывал в низкий хвост, от чего частично длинная челка выскальзывала из пут кожаного ремешка. Сексуально. На удивление. Так же он был обладателем бездонных серых как осенние тучи глаз и жемчужной улыбки, улыбки, разбивавшей сердце романтично настроенным барышням. Рост и комплекция не подкачали. Даже сейчас впечатавшись в его тело я могла с уверенностью начать искать вмятины на своем от его рельефа. Ладони предательски не хотели убираться с мощной мужской груди, так безжалостно прикрытой рубашкой, жилетом и пиджаком.  Вот что он делает так близко от ведьминого крыла? А? Небось, опять подстерегал. Видел, наверное, что в столовую с девочками не пришла.

С самого первого дня, когда он вошел в нашу аудиторию и все девочки дружно вздохнули, мэтр не давал  покоя многим. Но почему-то ему приглянулась весьма не дружелюбная по началу хмурая ведьмочка. Сначала это были добродушные подшучивания, потом  попытки завязать общение, оставление после занятий, очаровывание. Безрезультатное. Не готова я была тогда к отношениям. Бывший в Таиланде и нож в груди не забылись еще. Но он-то не знал… хотя, как преподаватель он знал прекрасно, что не может быть интима с инициированной ведьмой. А до этого мы еще дорасти должны. И что его заклинило? Непонятно. Может непробиваемость и игнорирование всех его достоинств. Азарт? Не понятно. Но вскоре благожелательность сменилась раздражительностью и постоянными придирками, а когда я все же отошла и закрутила роман с  магом  воздуха, открытой враждебностью и конфликтами. Пересдачи зачетов превращались в сущий ад. Рекорд двадцать одна пересдача. На последнюю я вообще явилась на веселе и с бутылкой вина. И долго тыкала в его белоснежную рубашку пальцем и загнав  мужика  с кресла на стол сидеть обвиняла в похотливой натуре всех особей его пола, при этом преспокойно стояла  прислонившись к его ногам, точнее между, дабы ближе и внушительней быть (мне так тогда казалось). Жаловалась на горькую судьбинушку, проболтаться о иномирном происхождении не дала печать неразглашения, но в целом я думаю, суть он уловил. То, насколько я не верю в мужскую любовь и что им всем от нас надо и куда бы им пойти за этим. Потом помню, как орошала слезами его мощную грудь, ощупывая попутно спину и талию, а еще жаловалась ему на него самого. Вообщем в тот вечер я превзошла сама себя. Облапала преподавателя, облила его слезами, погоняла по кабинету,  выпила с ним и сдала зачет ( хотя я думаю, он его поставил лишь бы я  успокоилась).  Пользуясь статусом преподавателя, мэтр отнес меня к комнате, а утром в зачетке я увидела свой зачет и свёрток с похмельными зельями за дверью.  И с тех пор, уже год,  мэтр решительно покоряет гору с моим именем. Интеллектом, тактом, заботой, терпением. Вообщем старается мужик, как никогда, проявить все самое лучшее. Интрижки перестал заводить с студентками.  На моих глазах так точно, но все же информация проскальзывала нет-нет.  Что и портило так тонко выстраиваемый  план по захвату. Последние, студентки в смысле, очень расстроены и разобижены на меня, на ведьму. А я что? Ничего. Не тянет к нему. Вообще.

Вот и сейчас, горячие руки сжимаю мои плечи, мощное тело под моими пальцами, внимательный взгляд озер глаз и нежная улыбка. Бери – не хочу. Наслаждайся. А я не могу… не трепещет ничего. Слишком… хорош… не трепещет внутри, не замирает.

 И вот… в голове всплывает образ. Шок. Как же? Почему он?

– Хелли? – у него даже голос идеален. Низкий, бархатный, как я люблю, с придыханием имя произносит, но увы, – студентка с вами все в порядке? Вы побледнели. Так резко.

– нет, нет, – оттолкнувшись от него, я замотала головой, изгоняя образ мужчины, что  делил со мной самые ужасные моменты жизни в этом мире. С кем я провела ночь (спала, представляете, просто спала) и кого прокляла первым. Мой первый! Ах… Проклятый… Особенный.

Мэтр не хотел так просто разрывать контакт. Он догнал меня половиной шага и заключил пылающие щеки, во вмиг остывшие с помощью магии ладони. Вокруг нас закружился свежий ветерок, растрепав мои и его волосы. Сексуальная прядка упала на его глаза.

– Хелли,  постарайтесь успокоиться. Я вижу у вас скачек в ауре…. – он внимательно вглядывался в мои глаза, продолжая успокаивающе шептать и охлаждать ладони, только я видела другого мужчину перед собой. Странно все это. Знаешь, что касается тебя другой, а видишь…

– я схожу с ума….

– нет, милая, все хорошо… ты на пороге важного события, – он ласково-ласково улыбался мне, окутывая лентами своей магией, которая чем больше он старался, тем более входила в резонанс со мной. Пугала. Я отталкивала ее. Я не хотела, чтобы он касался меня.

– Мэтр Эдмун, – чеканный властный голос, который  разрушил плотный кокон магии и хорошего настроения мага. Голос, который всего двумя словами успокоил.

Все хорошо. Я здесь. Я рядом.

– ваша светлость, чем обязан? – он нехотя убрал от меня руки и  встал между мной и герцогом Ройсом Маутлерком, лордом Вардом  собственной персоной, явившемся пред нами как черт из табакерки.

– графиня, все в порядке? – обратился он ко мне, вместо ответа мэтру.

 Что в принципе можно было рассмотреть как оскорбление. Как я знала. Но еще я уже успела узнать немного этого человека. Плевать ему на  тонкости этикета, как мне кажется. И даже креститься не надо. Он чай пьет и не только его с королем и на «ты» того называет. А еще подноготную всех и вся знает.

– да, ваша светлость, – пискнула я из-за  спины мэтра.

– я за вами, миледи. Ваша подруга очнулась.

Более я ничего уже не слышала. Коротко извинилась перед мэтром Эдмуном и, вложив свою руку в галантно протянутую ладонь герцога шагнула в портал. Тогда мне было плевать, что я прогуливаю занятия у мэтра. Как раз сдвоенная пара.  Меня волновала только Аля.

 И опять мы оказались в уже знакомой мне комнате.

– прежде чем прыгать в портал с малознакомым мужчиной, вы хотя бы поинтересовались, куда он вас ведет, – раздраженно бросил Ройс и скрылся в гардеробной.

–  я не могу сказать, что вы, ваша светлость, малознакомый.

– четыре, –  был мне ответ из гардеробной, кажется еще более раздраженный и злой.

–  что четыре? – не поняла я. И, кстати, его раздражительность никак не портили мое настроение. Мне было спокойно рядом с ним.

Не дожидаясь ответа, я подошла к окну. Сегодня море было спокойным, а небо ясным. Удивительно, но дом стоял в метрах ста от кромки воды на холме. Красиво. Первая береговая линия…

– до сего дня мы с вами виделись всего четыре раза, – на плечи мне лег темный плащ, а мужчина замер за спиной.

– зато, вы качеством берете, – огрызнулась я. А ведь права. Права же.

– с этим, пожалуй, не поспоришь, – помолчав, ответил он, а затем развернул к себе лицом и застегнул глухой ворот плаща-палатки с капюшоном, последний накинул на голову, – этот плащ не сделает вас невидимой как тогда, но позволит скрыть вашу сущность. Для окружающих вы просто фигура в темном плаще.  Пойдемте, Ольга.

Я в принципе отвыкла от  своего имени, а в его устах оно вообще показалось мне волшебным.

– ведите, Ройс, –  ответила ему, он промолчал, лишь внимательно посмотрел в мои глаза, прежде чем открыть новый портал.

 Честно признаюсь, я надеялась, что  Алю положат в одну из палат в академии. Там целый корпус отведен под больницу и  аудитории для факультета целителей. Место куда нас привел портал не было похоже на светлые академические больничные  палаты с высокими потолками и широкими окнами.  Коридор, по которому мы шли, был узкий, стены были оббиты темными деревянными панелями. Впереди я видело только плечо, затянутое в  темную в тонкую редкую полоску ткань и маячившую вдали дверь.

– попрошу вас, миледи, не разговаривать и не издавать никаких звуков, – на ходу бросил он.

– почему? – спросила я шепотом.

Мужчина резко остановился и я впечаталась в него, но уже развернувшегося ко мне лицом.

Мягко он отстранил меня от себя, удерживая от падения.

– потому что вас не должно тут быть, – заглянул мне в глаза, затем  очень и очень серьезно сказал. Я прониклась.

–  Я сделаю все возможное, – кивнула ответственно, скрестив пальцы под мантией.

– вы настоящая ведьма, миледи, – мальчишеская улыбка разбила вдребезги образ  сурового мужчины.

Так неожиданно.  Кажется в совсем не подходящем месте. Неизвестно где, в темном коридоре. И ба-бах… улыбка.

– пойдемте. У нас мало времени.

Через минуту мы оказались в довольно просторной комнате, где у одной из стен стояла кровать, внешне напоминающая те, что стоят в реанимациях в больнице. Только те из метала, а эта из дерева. На ней лежит Аля. Бледная,  с Ифе на груди. Все в том же платье. К ней подсоединены какие-то веревочки, выходящие прямо из стены. Все это напоминало реанимацию лишь отдаленно. Нет электричества в этом мире, есть магия. Видимо, сейчас она подсоединена к некоему магическому аппарату.  В отдалении, у окна сидит женщина, перед ней магическая сфера с плавающими в ней лентами разного цвета. Они медленно движутся, а женщина водит над сферой руками и хмуриться. Одета она, как и все лекари в белое с красным.  У стены напротив стоят кресла и диваны, словно в вип-палате. На одном из диванов сидит хмурый мужчина более чем средних лет. Сидит и курит. Читает бумаги, что разложены  на столе. Среди них много графиков. В коробочке на краю лежат переливающиеся как кошачий глаз камни, бутылка крепкого алкоголя и пара бокалов, один из которых половину полон.  Последняя, четвертая стена занята шкафами с бутыльками и какими-то приборами.

 Аля лежит бледная. Грудь ее еле вздымается. Гады, могли бы хоть шнуровку ее корсета ослабить и обувь снять.

– Ройс, – мужчина оторвался от бумаг и взглянул в нашу сторону. Его хмурое лицо стало еще более хмурым и грозным, – кто это?

– Это со мной, – бросил Ройс,  подходя к кровати с подругой. Я за ним, не отставая не на шаг.

Вблизи Аля выглядела лучше. Губы не были такими бледными, а шнуровка все –таки чуть распущенна. Амнистия. Волна беспокойства чуть поутихла. Все будет хорошо, обязательно все будет хорошо.

Постояв с минуту над девушкой, поводив над ней руками, герцог вернулся к диванам. Я за ним. Он сел, я тоже.

–  приходила в себя после? – спросил он.

– нет. Не приходила. Хорошо выпили,  со знанием дела, – почесав затылок, мужчина потянулся к стакану, – выпьешь?

– нет, благодарю, – герцог держался несколько отстраненно, несмотря на фамильярность общения с мужчиной, что был старше его значительно.

– Мадлен, как там дела? Прогнозы какие? – вскинулся мужчина, бросив на меня мимолетный взгляд.

– аура повреждена сильно. Выпили ее одним может двумя глотками. Кем бы ни был поглотитель, действовал он профессионально. Девушке сохранили жизнь сознательно, оставили минимальный резерв для восстановления, но процесс долгим будет, – женщина не отрывая взгляда от сферы отрапортовала магу.

–  вот такие дела, Ройс. Не знаю даже ,на ум приходит не так много поглотителей с такой точностью работающих.

– знаю, – герцог постучал по  подлокотнику кресла пальцами и рывком встал, – спасибо Максимилиан. Продолжайте работу. И возьми ка в разработку поглотителей более низкого уровня. Может, кто скачек сделал, а  министерство  пропустило.  Если нет, то …

– кто-то готовит запрещёнку. Знаю. Помню, –  Максимилиан откинулся  на спинку дивана и  устало потер пальцами переносицу.

И мы ушли. Перед уходом я снова бросила на подругу взгляд и поспешила следом за мужчиной, что ждал меня в дверях.

– молодец, – тихий шепот рядом перед шагом в портал.

Тот вывел меня аккурат перед дверью в аудиторию, где проходили пары мэтра Эдмуна. Но судя по времени, что показывали часы, что висели в каждом коридоре, вторая пара должна была  вот-вот уже закончиться.  Я спешно стянула с себя плащ и отдала его  герцогу.

– Спасибо, – сказала, только он принял его.

– пока не за что. Помните о не разглашении того, что видели и знаете и о своей безопасности. И если возможно, держите рядом тот амулет, что доставил вам  мой секретарь. Искренне надеюсь, что он не пригодится.

– да, хорошо. Спасибо. И можно попросить вас…

– я буду держать вас в курсе. До встречи, миледи, – чуть склонив голову  прощаясь, мужчина, чеканя шаг удалился.

А я стояла в смятении и смотрела, как он уходит. Что-то неправильное было в этом. Аля, эх Аля… Как же так?

Обняв себя за плечи, подошла к окну. За ним дул ветер, накрапывал осенний дождик. Небо подернулось тяжелыми свинцовыми тучами. Вдали громыхал гром. Природа была полным отражением моего внутреннего состояния. Этот мир вновь решил дать мне под дых. Но я справлюсь, как всегда. За окном на ближайшее дерево сел ворон. Птица раздражено каркала. Влад. Ему не понравилось мое исчезновение. Устроит допрос с пристрастием.

 Ударил колокол и спустя пару минут, в коридор высыпала разношерстная толпа студентов. Самыми яркими  как всегда были ведьмочки. Они выпорхнули из раскрытых дверей как стайка тропических птичек. А я… Я наблюдала за ними, словно чрез экран телевизора. Как никогда ощущая себя чужой.  Хотелось отступить в тень, спрятаться. В себя привел меня ментальный окрик Влада. Больно. Да. Больно, но действенно.

 Влад весьма сильный дух, если говорить честно. Я тоже оказалось весьма талантлива. И к сожалению у меня с моим фамильяром никак не получалось наладить хорошую ментальную связь.  Какой-то сбой в настройках. Я так себе это объясняю, потому что расшифровать то, что мне сказали лекари при академии не представлялось возможным.  Точно понятно было, что после инициации все наладиться и  любое ментальное общение будет безболезненным, а  пока пользуйтесь обычным способом.  Иногда, когда Влад был далеко или по какой-то причине не мог мне сказать лично, он забывался и врезался в мое сознание, передавая мыслеобразы.

 Сейчас он просто громко крикнул в моей голове: «Дура».

Да. Согласна. Что-то накатило….

– Хелли, ты где была??? Куда пропала?? – ко мне подскочила яркая как  калейдоскоп Зарина, любительница красного и оранжевого, – говорят, тебя в портал утащил шикарный мужчина?

– и кто ж такой  сказочник?

– я, –   припечатал меня Мэтр, что словно из-под земли вырос, – про шикарного конечно я не говорил, но ваши подруги переживали, студентка. Я вынужден был обозначить, что ваша помощь понадобилась  главе  воронов в важном деле, я полагаю. Не благодарите.

Да уж. Как же. Теперь с меня девочки пять шкур спустят.  Все знают, какая слава ходит вслед за герцогом Маутлерком. Холодный красавчик, которого бросила невеста перед алтарем три года назад.  Такими слухами обросла его фигура. Но я, если честно, и половине не верила. Что только болтушки не придумают, чтобы хоть как-то обосновать непонятное для них поведение мужчины.

– не буду, – взглянула я на него и исподлобья, а он лишь улыбнулся. Лис.

– не забудьте переписать лекции и выполнить задание к следующей лекции. Опрос начну с вас, –  сказав это, он вежливо откланялся и покинул нашу скромную ведьмовскую компанию.

– хоть вас и утащил в портал знатный красавчик, я не прощу вас….. – передразнила его Кати, еще одна ведьмочка моего курса. Естественно когда преподаватель отошел на достаточное растояние, но у магов чуткий слух, а у ведьм вредный характер.

– потому что, бегаю за вами уже который год, а вы…. – картинно всплеснула руками Зарина, – как ты говоришь? А… динамите меня! ай-ай-ай.

Зарина погрозила мне наманикюриным пальчиком, и мы все не выдержали и рассмеялись.    Поддержать наше веселье решили маги воздуха, они пустили под наши юбки ветерок, что задрал края, обнажая щиколотки в полосатых чулках. Мы же, привыкшие к таким шуткам показали кто кулак, кто язык и смеясь улетели в сторону теплиц. Ботаника – важная дисциплина у ведьм. Там мы работаем в парах с магами земли и изучаем этот предмет все годы учебы.  В  отличие от нас они изучают ботанику в два раза меньше по времени. Им важнее умение управлять, а не разновидности и особенности растений.

День пролетел быстро, настроение улучшилось. Парочка зарвавшихся магов чуть не нарвались на проклятие, отделались испугом и икотой. Последнее было проклятием, которое будет держаться несколько дней.   На завтра притащат конфеты, чтобы избавиться от него. Знаю я их.

 Следующая неделя была наполнена заботами и обычной студенческой суетой. Каждый день в моей комнате появлялся конверт с запиской от его светлости, написанной каллиграфическим подчерком его секретаря, где говорилось, что  ситуация остается неизменной. Каждый день эти четыре слова, исчезающие после прочтения.  Вот что значит глава тайной канцелярии.  Не оставим и следа. Владик все эти дни не отходил от меня. То есть не отлетал. Даже на лекции стал являться следом. Так что пришлось к обычной одежде одевать специальный нарукавник из кожи и наплечник, что так будоражил умы и фантазию  мужской части академии своей портупеей, выгодно подчеркивающей достоинства  уже моей фигурки.  Черный ворон с королевским достоинством, совершенно молча, сидел на плече или на парте рядом все лекции. Не мешал, не комментировал, просто был рядом. Я понимала, что его очень испугала ситуация с Алианой и зная мою историю попадания в этот мир он переживал еще больше.  Не верил и не доверял не одному из потенциальных ухажеров-защитников, которых было предостаточно.

 Заккарий так и не появился в академии. Уже третью неделю его не было. От него не было ни письма, ни магической весточки. И прочие адепты, узрев отсутствие мага льда, решили вдруг, что место подле этой ведьмы вакантно. Авось повезет, и я  растаю и пренебрегу заветами и одарю их своей девственностью. У них там даже ставки делались на ведьмочек. Только  плохой выходил тотализатор. За десять лет лишь двоим из магов удалось вскружить ведьме голову настолько, что она, презрев заветы богини-матери, наплюет на свою силу ради любви.  Об этих несчастных нам ежедневно напоминали   отпечатки на черной глине, что хранились в деканате. Потому что, получив свое, маги отказывались делиться силой и поддерживать  ведьмочку до момента инициации. Это было просто невозможно в таком патриархальном обществе. Ведь первым мужчиной становился тот, что более всего энергетически совместим с ведьмой. А не тот, что делит с ней постель здесь и сейчас. Этот «первый» не просто спал с ней, он  помогал открывать самые важные сокровенные  энергетические каналы.  В моем мире, дома эти каналы называются чакрами. А в данном случае это чакра муладхара. Корневая чакра.  Отвечающая за общее здоровье, инстинкты, связь с родом, с землёй с Богиней. Что так важно для любой ведьмы. И для ее раскрытия нужен особенный мужчина. Созданный, якобы  самой матерью для ведьмы. Не всегда это тот, кто рядом. Мужчины не выносят такого. Поэтому, не было еще ведьмы, что смогла и чакру раскрыть и любимого удержать после этого. Чаще всего эти несчастные  уходили во мрак, становясь откровенным злом. Их разбитое сердце было уже не вылечить. Его разъел яд. Поэтому чтобы не бороться с последствиями, ковен старался предотвратить подобные исходы. Начитавшись и впечатлившись историями прошлого, я твердо решила не сворачивать с пути. Поэтому все те интрижки, что позволяла себе, всего лишь интрижками. Когда очередной  ухажер забывался и переступал черту, которую я  открыто проводила, в чай ему попадали особые отворотные капли. Приворот я никогда не использовала. Ведьмам он без надобности. Мы и так магнит для них всех.

7.

Сидя сейчас на подоконнике  в одном из пустующих коридоров я размышляла о   прозаичном. О мужиках.  В своем собственном воображении перелистывая страничку за страничкой резюме местных адептов, выбирая самого безопасного и опасных.   Думая, прикидывая, кто нравиться, кто не противен, кто достаточно силен и  при этом управляем. Без официального ухажера ведьме в академии плохо.  Магессы вредничают, пакостят и чуть что бегут жаловаться. Маги-адепты  пристают, навязываются и откровенно раздражают. Гораздо проще жить, когда есть ухажер. Когда он одним своим видом и наличием снимает много вопросов с повестки дня и сам разбирается с теми кто не понял, что не интересен. Совсем не интересен. А тут еще впереди маячит как гильотина или дамоклов меч Зимний Королевский сезон. Где предстоит всретиться с его величеством, который как я поняла по короткой записке, что пришла утром после уже обычной и привычной записки его светлости, желает подарить мне танец на бале в честь открытия сезона, о чем извещает заранее.  Мне сразу захотелось одеть черное платье и сделать  готический макияж. Повесить ожерелье из зубов поверженных врагов, как делают племена аборигенов в Африке. Вообщем выглядеть так, чтобы ему стало откровенно «стремно» уделять мне ненужное венценосное внимание. Нет, я все понимаю, мы знакомы. Он был одним из первых людей, с кем меня свела судьба в этом мире, не менее жестоком, чем мой собственный. Его брат виноват в том, что я оказалась тут, но это не повод и дальше портить мне жизнь, которую я между прочим   построила заново и до нападения на Алиану меня в ней все устраивало.  Все было прекрасно. Я ждала лишь инициации и после нее планировала вообще чудесно зажить. А тут его величество вспомнил обо мне. Зачем только. Одни проблемы… от мужиков.

 Вот  перелистывай не перелистывай в голове воображаемые резюме, но равного в силе и вредности Заккарию  в студенческой среде не находилось.  Но мне все равно нужна защита. Рассматривать мэтра Эдмуна не хотелось. Ведь тот под венец потащит, на флирт не согласиться  и сдается мне и сейд переживет.  Проглотит, что не первый. У этого тела.  Знает, как пить знает, что я не совсем та за кого меня выдает Ковен. Но плевать он хотел походу.  Захомутает,  из постели не выпустит, пока с десяток  малышей ему не нарожаю.  Вот прямо, кричит об этом моя интуиция. Громко кричит. Орет просто.

– н-дааа… печалька, – пробухтела сама себе, зябко ежась на сквозняке, что гулял по коридору в этот пятничный вечер, когда студиозы академии разбрелись кто  куда, главное подальше от ученического корпуса.

  После  последней лекции  по предмету «маг-зоология»  я осталась тут в коридоре. Идти в комнату мне не хотелось, опять попаду под навязчивое сочувствие и попытки выпытать у меня о том, что произошло в клубе. Знают же ведьмочки, что частые мы с Алькой гости там. Не знают только, что я  владелец значительной части заведения. Никто не знает. Кроме бухгалтера и Мико.

 Так что сижу я  в самом забытом у студиозов коридорчике на подоконнике, зябну от сквозняка и   думы думаю, а в окно смотрю с тоской. Непривычно в пятницу вечером оставаться в академии.

– долго ты еще тут мерзнуть собираешься? –  решил подать голос Владик.

–  мне надоели расспросы. Что я им могу сказать?

– ведьмы чуют подвох, знаешь ведь, –   сказав это черный ворон протопал к краю широкого подоконника и расправив крылья с пилотировал аккурат вниз, на черно-белую плитку пола. Как не крути, а внутреннее убранство академии было просто шикарным. Хогвартс нервно курит в сторонке. Я долгое время после прибытия  ходила с открытым ртом, рассматривала внутренне убранство   академии.  Из-за чего некоторые магессы прозвали меня «деревенской ведьмой», «деревенщиной», а самые смелые «свинопаской». Последние поплатились. Долго их от стоматитов лечили маги, тогда-то и прознали люди в этой богадельне о ведьме с сильным даром к проклятиям.

И сейчас мой верный фамильяр  важно вышагивал от стены к стене.

– знаю, – коснулась виском холодного стекла.

– меня беспокоит то, что случилось с Алианой, Оль.

– меня тоже.

– ты не понимаешь… ведьму выпить очень сложно, да еще и так, чтобы фамильяр  ушел на границу за ее душей. Кто-то копит энергию на что-то…..

– ты преувеличиваешь, – отмахнулась я, – опять твоя мания вселенских заговоров.

– как же… ага. Сама увидишь. Хотя лучше бы тебе не видеть. И мне тоже.  И все же….  Пойдем в библиотеку, а?  Мне кажется не так много ритуалов для которых нужна энергия самой земли и праматери.

– если тебе так будет спокойней, пошли.

Я соскользнула с подоконника, но так и не двинулась в сторону выхода.  Внимание привлек  моргнувший  перед корпусом портал.  Потом еще один.

 Из первого вышел мужчина, что широким шагом заспешил в сторону ныне пустующего (если не считать меня и Владика)  корпуса. Из второго выбежала фигурка женщины. Если мужчина был утеплен в соответствии с погодой и накрапывающим с неба дождичком, до дамочка была по местным меркам в неглиже. Халатик шелковый весь в узорах в пол, в землю, распущенные  белые в свете взошедшей луны волосы. Она метнулась вслед за мужчиной, но он не остановился даже, когда она  схватила его за руку.  Лишь замедлил шаг. На ходу расстёгивая пальто. Накинул ей на плечи, что-то сказал и махнул рукой. Открывшийся за спиной портал осветил лицо. О! Сам герцог Маутлерк. Что забыл тут? Да еще и даму сердца притащил с собой.  Лицо мужчины было полно холодного безразличия и даже брезгливости. Так на любимую или уважаемую женщину, да даже на постороннюю не смотрят. Она была ему в тягость, раздражала видимо, возможно, даже бесила и он стремился отделаться от нее. Плечи женщины поникли и она обернулась к порталу, но прежде чем ступить в него, как мне показалось взгляд ее нашел меня.

– не добрый, – сказала сама себе.

– совсем не добрый. Держись подальше от этого  фрукта, Оль, – прокаркал задумчиво Влад, – хорош, конечно, но такой хищник все крылья тебе переломает, если сердце твое получит. Не найдем спасения и управы в этой стране на него. Бежать придется. Да кто же тебе позволит….

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– никто…

– никто… – эхом отозвался ворон, – только если  любовь, она спасет.

– ага, как же. Нет ее любви вашей…

Больше наблюдать за представлением внизу желания не  прибавилось, и потому, пересадив ворона на плечо и подхватив свою  ученическую сумку, заспешила к выходу.

На лестнице между первым и вторым этажами (как жаль, что лестница тут одна, но шикарная, в мраморе вся) столкнулась с хмурым герцогом Маутлерком.

Мужчина замер, так и не поднявшись на ступеньку, поставив на не нее ногу, пронизывая меня внимательным взглядом  темных глаз. Выражение лица было отстранённым, безразличным и учтиво-вежливым, лишь во взгляде промелькнуло удивление.

– Миледи? – получилось у него немного хрипло, честно скажу, будоражаще.

– Ваша светлость, – чуть присела, отдавая дань местной моде и табелю о рангах.

Мужчина чуть скривился, как от зубной боли, на мои потуги. Уголок губ дернулся в подобии улыбки.

– что вы тут делаете? – после непродолжительной паузы спросил он.

– учусь, – ответила первым, что пришло в голову.

– это и так понятно. Я про то, что вы тут делаете в такое время, когда все учебные часы окончены.

– скучаю и размышляю о бренном. В клуб  мне являться запрещено, а вечера пятниц и суббот я обычно проводила там. Сейчас я задумалась, заболталась с Владом и поэтому все еще тут. А вы?

– я?

– вы?

– работа, – нехотя бросил он, все же поднявшись по лестнице вверх и остановившись напротив меня.

– понятно. Хорошего вечера, ваша светлость, – улыбнулась, и  хотела было продолжить спуск по ступенькам, но на предплечье легла мужская рука, заковывая его в горящие оковы. Я обернулась на уже возвышавшегося надо мной мужчину. Красив, харизматичен и может быть ... но я помню обстоятельство нашей встречи и те слова, что были сказаны. Нет я не в обиде, только если совсем чуть-чуть. Я просто понимаю, что  этот мужчина не тот… все же я хочу, чтобы меня любили, а не просо видели в моем лице ту, что когда-то уже украла сердце. Все что я могу, это попытаться выстроить деловые, максимум  приятельские отношения. Влад недовольно каркнул с моего плеча и забил крылом, выражая недовольство хватательным рефлексом  герцога.

– Ольга, постойте.  Вы  ужинали? –  спросил он.

– Нет.  Еще нет, – ответила вежливо и выразительно посмотрела на крепкую мужскую ладонь, хозяйски расположившуюся на моей руке.

Он проследил за моим взглядом и разжал длинные крепкие пальцы.

– поужинаете со мной? – сказано было что-то невероятное.

 Просто, чисто, словно мы были тысячу лет знакомы, словно мы десять лет за одной школьной партой просидели. Словно не было того невероятного стечения обстоятельств, что сводило  и разводило корабли в море. Словно я не была из другого мира, словно не  поселилась в теле девушки, что должна была стать его женой. Словно не делили вместе кровать и словно не я его прокляла, после откровенного  уязвления моей женской гордости.