Текст книги "Предложение с сюрпризом для разведенки (СИ)"

Автор книги: Ольга Рог

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Предложение с сюрпризом для разведенки

Глава 1

– Ближе вакансии нет? – Елена побледнела, когда ей предложили в агентстве по найму работать няней. Расстегнула одну верхнюю пуговичку на блузке, будто ей стало душно.

Дорого. С проживанием. За двадцать километров от города. Слишком далеко от ее съемной однушки, где после развода поместился только старый диван и мамин рояль. Не то, чтобы Лена любила музицировать, от постоянного звука у нее развивалась мигрень… Но, это было единственное наследство от мамы. От бывшего недомужа – только диван и мизерные откупные на счете после раздела имущества, которое в большинстве своем оказалось оформлено на свекровь.

– Вы же сами просили подобрать что-то приличное? – на Елену посмотрели поверх очков с укоризной, что еще выпендривается, училка с зарплатой, едва перевалившей прожиточный минимум.

Ей тут у товарища генерала внуков предлагают воспитывать за две таких ставки. В неделю. Питание за счет работодателя и комната с видом на яблоневый сад.

– Скажите, сколько там работало до меня нянь? – Лена точно чувствовала какой-то скрытый подвох.

Жизнь научила воспринимать сигналы тревоги, не отмахиваться, как было у нее с поездками бывшего мужа к маме по выходным. С ночевкой. Только совершенно случайно, Игореша, собираясь на помощь к «больной» и «немощной» матери, прихватил со столешницы ее связку ключей от квартиры.

Абонент – не абонент. Пришлось просить старушку–соседку посидеть в их квартире, пока она съездит до свекрови.

Елена немало удивилась, когда вполне себе дышащая и пышущая здоровьем Марина Павловна открыла ей двери. Позади музыка и тетушки такого же возраста наплясывают под Газманова, подпевая на пьяные голоса: «Есаул, Есаул, что ж ты бросил коня… Пристрелить не поднялась рука?».

Коралловые бусы на пористой коже Марины Павловны недовольно подпрыгнули. Свекруха невольно нахмурилась, что ее всякие-разные отвлекают понапрасну.

– Эм, Марина Павловна, Игорь разве не у вас? – Лена и так видела, что в прихожей только женская обувь в два ряда.

Веселье в самом разгаре. Гиканье на высоких тонах, что ужи режет.

– Милочка, почему я должна отслеживать, где находится твой муж? – подняла свекровь нарисованные брови. – Сын мне не докладывает о своих похождениях…

Сказала это с такой нехорошей усмешкой, будто свекрови нравилось унижать невестку, тыкать ее носом в обман. В лепоту веру Игорешиных обещаний.

– Марин, кто там? Ты скоро? – раздалось многоголосье, зовущее свекровь к ним присоединиться.

Фыркнув, Марина Павловна закрыла перед носом нелюбимой невестки двери, оставив стоять столбом с ощущением, что на тебя выплеснули целое ведро помоев.

Муж явился через день и начал с порога жаловаться, как устал делать компрессы мамочке на больные ноги. Делал страдальческое вымученное лицо… Которое удивленно вытянулось, заметив небольшой собранный розовый чемодан с вещами Елены.

Видимо, свекровь не доложила сыночке о ее визите. Затаилась, ожидая развязки.

– Я ухожу от тебя, Гоша… От твоего систематического вранья про больную мать. С такими вещами не шутят. Видела вчера Марину Павловну в добром здравии и трезвой памяти. И мне даже не интересно, где и с кем ты пропадал каждый выходной… Хотя! Хотя, у меня есть предположение, что был у своей бывшей жены. Мы прожили пять лет, и я жалею каждую минуты зря потраченного на тебя времени.

– Лен… Ты все не так поняла! – сделал он попытку отнекаться, и на ходу придумать еще одну правдоподобную отмазку.

– Мне совершенно без разницы, Игореша, что ты сморозишь. Мне пофигу, кого ты после приведешь, чтобы у тебя были каждый день чистые носки и сытный завтрак. Все! Ищи себе другую обслугу. Мы разводимся! Рояль заберу чуть позже, – подхватив чемодан под ручку, она гордо вскинула голову.

Обошла его растерянную фигуру. Аккуратно прикрыла дверь. И только в такси позволила себе расплакаться от обиды. Сколько лет потрачено впустую на обормота, которого она не смогла приучить опускать за собой крышку унитаза.

Боялась остаться на старости лет одна с тремя кошками?

Да, уж лучше пушистые хитрушки, откровенные в своих потребностях: жрать, спать и почешите мне спинку.

– Елена Викторовна, с вашим опытом и рекомендациями. С дипломом психолога… Вы несомненно вольетесь в воспитательный процесс, – агентша рассказывала ей байки, про то что не бывает плохих детей. Бывают недопонятые и своеобразные.

Лена крутила в руках шариковую ручку, вчитываясь в мелкие буквы договора. Вот так подпишешь, не читая, и попадешь в трудовое рабство. Цифры с зарплатой действительно смущали своей привлекательностью. Пользовательский ум сразу же подкинул, куда их можно с умом потратить. Зимняя одежда давно обносилась, сапогам третий год. Можно сделать косметический ремонт на кухне и заменить сколотую плитку фартука. Купить новую стиральную машинку…

Глубокий вдох, и стержень стал чертить по бумаге синим.

– Славно! – обрадовалась кадровичка, подтягивая себе ближе подписанный контракт, будто боялась, что Елена передумает. – Можете приступить завтра. Я созвонюсь с Дмитрием Захаровичем – вашим нанимателем. Вас заберут с утречка по адресу…

Глава 2

Глава 2

Начало июня в этом году выдалось злое, с бесконечными дождями и грозами. Шквальный ветер бил ветками в окно. Погода совсем не для поездок загород, но выбирать не приходится. Хоть кирпичи с неба, должна предстать на работу в назначенный срок. Тем более, что заберут от дома.

Елена приготовила к выходу невысокие сапожки и ветровку. Собраны вещи на первое время. Баночка с любимым сортом кофе потеснила пакет с гигиеническими средствами. Трижды проверено, выключен ли утюг…

Женщина присела на дорожку, вытянув стройные ноги в вышедших из моды брюках – джоггерах с резинкой на концах. Синие носки в красную божью коровку. В зеркале напротив сидит ссутулившаяся женщина средних лет с волнистыми русыми волосами по плечи. Задумчивые серо-голубые глаза. Поджатые губы. Неуверенность в ее скованности и сжатых в замок руках на коленях.

«Жду у подъезда. Нива-шевроле серого цвета» – пришло сообщение на телефон с сигналом «дзынь». И сразу же грохнул гром, будто на крышу дома упал железнодорожный вагон.

Лена перекрестилась и быстро пошла на выход. Заточенные движения без суеты. Одного взгляда на квитанции за коммуналку, которые нужно оплатить сверх аренды, добавили решимости. Договор всего на два месяца, и она его выполнит. Лишь бы хозяин был адекватный, без приставаний и намеков на дополнительные услуги…

– Здравствуйте, – она откинула капюшон вместе с брызгами. Пока добежала от козырька подъезда до автомобиля, успела намокнуть.

Водителем оказался суровый мужик старше нее. Коротко стриженные волосы припорошило сединой. Морщинки вокруг глаз. Пронизывающий и сканирующий взгляд, будто он оценивал ее. Взвешивал. Измерял. Тянул с ответным приветствием, хотя это обычная стандартная вежливость.

– Вы ведь от Дмитрия Захаровича приехали? – уточнила осторожно Елена, слизнув с губ дождевую каплю.

Небольшая сумка опустилась у ног. Этот молчун даже багажник не предложил открыть.

– Почти, – загадочно выразился незнакомец в водолазке и рыбацком дождевике. На руке командирские часы с подсветкой.

Вытянул ленину сумку за ручки и бесцеремонно протиснув между ними, скинул на заднее сидение. От его наклона и близости в груди скатался комок. Она успела втянуть в себя запах его терпкого одеколона.

– Пристегнитесь, – он завел двигатель и включил дворники, которые заскрипели по стеклу.

Елена прищурилась, разглядывая нетипичную для этой марки машины встроенную панель с разными кнопочками, датчиками. Дисплей бортового компьютера показывал координаты, температуру воздуха на улице, и саму дорогу в три-де формате. Можно вперед не смотреть, видно мельчайшие детали. Сбоку шуршала рация.

Смотреть, как легко, упираясь нижней часть ладони мужчина выруливает – отдельное эстетическое удовольствие. Чувствовалось, что водитель не просто опытный, он может трюки высекать на этой тачке почти каскадерские.

«Интересно, сколько ему лет?» – косилась на буку Елена.

– Пятьдесят восемь недавно исполнилось, – казалось, этот непонятный мужчина подслушал ее внутренний диалог.

– Простите, что так… Смотрю. Просто, выправка у вас как у военного. Служили? – робко вступила Лена в расспросы.

Ехать им полчаса. Чем еще прикажете заняться?

Взгляд непроизвольно снова скользнул на руки. Обручальное кольцо отсутствовало. Елене показалось, что этот мужчина не из тех, кому атрибутика брака не важна. Он действительно холост. В разводе?

Но, водитель к разговору не был расположен, пропустив ее последний вопрос, уставился вперед.

Елена нахохлилась, поерзав на сидении и отвернулась разглядывать запотевшее стекло в дымке дождя. Очертания размыты, но заметно, что выехали на загородную трассу. Повисла давящая тишина. Мужик не удосужился хоть какую-то музыку включить. Слышен только гул агрегатов и на его бортовом компе что-то пощелкивает.

Под мерное покачивание Лена не заметила, что задремала, склонив голову на бок.

– Ой, приехали! – радостно ворковала маленькая пухленькая женщина рядом с машиной.

От ее тоненького почти девичьего голоска, Елена очнулась. Поморгала. Действительно приехали и этот нахал ее не разбудил. Клацнув от раздражения зубами, она потянулась к ручке, чуть наклонясь и переместив вес. Дверь неожиданно распахнулась с ее стороны. Лена Михалкова чуть не выпала кубарем наружу. Но, ее успел подхватить водитель подмышку. Сдернул, как пушинку от ее несуразной позы нараскорячку. Поставил на ноги. Убедившись, что дамочка стоит основательно, не качается. Отступил.

– С-спасибо, – промямлила Елена, не зная, как все реагировать правильно.

Втянула ноздрями свежесть, исходящую после дождя. Быстро окинула взглядом одноэтажное, но довольно объемное здание, сложенное из бруса. Насупилась, сведя брови к переносице.

Вроде, человек ей помог, но сделал это… Без уважения? Будто мешок с картошкой выгрузил. И ушел, переговариваясь с кем-то по телефону в сторону открытых гаражных дверей.

– Ох, какая красавица! – всплеснула пухленькими ручками маленькая женщина, которая доходила Лене только до плеча. – Сразу видно, что характер золотой и сердце доброе.

Правый глаз у Елены дернулся. Она совсем не рассчитывала на радушный прием. После такого-то…

– Меня зовут Анна, можно Аннушка. Я давно работаю с мужем у Дмитрия Захаровича. Смотрю за домом, на кухне готовлю. Тимошка мой по хозяйству… Дмитрий Захарови-и-ич, чего нашу нянюшку в дом не зовете? У меня уж пироги готовы и солянка настоялась.

И перевела восхищенный взгляд на водителя – грубияна, переставляющего какие-то небольшие пластиковые канистры.

Ветровку Данилов небрежно скинул на крючок и теперь были видны бугры тренированных мышц на жилистых руках с выпирающими венами.

Глава 3

Глава 3

Дети… Их было сначала слышно, потом видно. Два урагана внеслись откуда-то из-за угла и уставились на нее в четыре глаза. Совершенно одинаковые близнецы, по данным договора им четыре года. Антон и Андрей Даниловы. У того, что слева фирменный дедовский прищур. Правее – мальчик постеснительней и робее. Он, сделав шажок в сторону, прижавшись к брату.

– Привет, мальчики, – Елена выдала профессиональную дежурную улыбку, коей она одаривала учеников начальных классов. – Меня зовут Елена Викторовна. Я ваша новая няня.

Стоило сказать последнее слово и Лена точно почувствовала отторжение с их стороны. Парни напряглись. Тот, что самый бойкий, замахнулся и кинул в нее теннисный желтый мяч. Хорошо, у Михайловой реакция бывалой учительницы, которая всегда настороже на переменах, где носится подрастающее поколение, сшибая все на своем пути.

Тяжелый мяч просвистел в сантиметре от уха. Ударившись об стену, срикошетил ей по плечу. Но, это лучше, чем тебе зафигачат в глаз.

«Хороший удар!» – Лена машинально потерла ушибленное место.

– Дура! – выкрикнул мелкий проказник и они с братом мгновенно исчезли, только синхронная топотня слышна.

Из дальней комнаты послышался грохот. Что-то тяжелое упало.

– Вы не обижайтесь, Леночка, – круглые добрые глаза Аннушки ее окутали жалостью. Пышечка прижала руки к груди, будто просила за детей и извинялась. – Без матери растут, без женской ласки. Дичают. – Закачала головой. – Бывшая няня с ними не справилась. Наговорила им грубостей… Что мамка их бросила потому, что они плохие. Дочка Дмитрия Захаровича, действительно скинула детей на отца и продолжила свою непутевую жизнь в столице. Сложно у нас. Но, куда деваться? Воспитываем по мере сил, бедных деточек, – Анна развела руками.

Охая, ахая и причитая намеренно вслух, домработница пошла ставить на кухню чайник.

Что же, знакомство состоялось. Елена видела Данилова, которого дедом язык не поворачивается назвать. Симпатичный мужчина, если бы не его угрюмость и топорное обращение с женщинами. Мальцы себя тоже показали… Она их точно научится различать. Несмотря на внешнюю схожесть, характеры у братишек совершенно разные.

Хоть ей Боженька материнства не дал, детей Михалкова любила. Иначе, не продержалась бы почти двадцать лет после института в школе. Возрастная категория не та, с которой она привыкла работать. Да.

Елена злилась. Она рваными движениями раскидывала свои скромные пожитки: в шкаф, на тумбочку. В ванную. Злилась она не на генеральских внуков, а на себя и на ту глупую предшественницу. Случай действительно сложный. Заслужить доверие маленьких волчат будет не просто. У нее на все про все два месяца.

Быстренько приняв душ, Елена переоделась в скромное классическое платье по фигуре. Никаких каблуков, только удобные балетки. В молодости она позволяла себе ходить на «гвоздях» и думать, что это красиво. В сорок два, красиво только когда еще одна варикозная вена не выползла синей уродливой змейкой, обвивая икроножную мышцу. Чудесно, если ногу судорогой не сводит. Прекрасно передвигаться бесшумно и тихо, стараясь не попадать хозяину на глаза.

Пара капель духов за уши. Волосы распустила по плечам. Из украшений только золотые сережки с голубыми топазами. Ладошка легла на дверную ручку и опустила, открывая вход на неизведанную территорию.

– Спасибо, Анна, было очень вкусно. Особенно понравился капустный пирог и ватрушки с творогом, – Лена улыбнулась добродушной кулинарке, которая только и ждала похвалы. От мужчин услышишь только короткое «спасибо».

– Елена, как хорошо, что вы приехали, – опять затянула женщина. – После того казуса с няней, подбор женщин для Тоши и Андрея у Дмитрия Захаровича стал важным. Он теперь доверяет не только отзывам и характеристикам с прежней работы. Лично проверяет, – Аннушка упала грудью на столешницу, пригнувшись в ее сторону, перейдя на шепот. – Дмитрий Захарович чистой души человек. Ему бы такую жену… Как вы.

«Ее сейчас сватают за сухарика генерала?» – вскинула брови Лена. Но, ответить не успела. На кухню гуськом, друг за другом, настороженно, вошли близнецы.

Как говорила Анна, самый серьезный из них Андрейка – тот, что запустил в нее мячом. Антоша – скромняга и очень стеснительный. Мало говорит, подчиняясь брату.

– Пр-р-ростите. Я не хотел, – кое-как выдавил из себя проказник, разглядывая напольную плитку под своими ногами. Пальчики теребили край футболки.

Антон просто кивал, поддакивая ему. Видимо, у мальчиков откровенный состоялся разговор с дедом.

– Ничего, – Елена поставила пустую чашку аккуратно на середину блюдца. – Мы познакомимся получше, и надеюсь, подружимся. Покажите свои любимые игрушки? – она прищурилась, как кошка, что играла с мышками собственным хвостом.

Глава 4

Глава 4

Дмитрий наблюдал за ней, кубатурил. Он еще в машине, когда привозил, почувствовал исходящую от нее мягкую силу. Женщины.

Есть те дамочки, что пытаются привлечь внимание откровенными нарядами и переделанной плотью. Выставляют себя напоказ и вызывающе ведут, чтобы мужик повелся и взлохмаченный. Начал пускать слюни.

Но, имеются те редкие кадры, совершенно уникальной породы, которым ничего делать не нужно. Она манит к себе, даже не подозревая, что является объектом повышенного внимания. Сильный пол от мала до велика подчиняется древнему проклятью – становиться под каблуком. Что бы она ни попросила, хочется дать мгновенно ради ласкового взгляда и светлой улыбки. С замиранием смотреть, как складочки в уголках ее губ чертят стрелки. Взмах длинных ресниц. Поворот головы с задумчивым, почти тургеневским выражением.

И ты пропал. Залип. Вляпался по самые бубенцы, что начинают звенеть от одного ее присутствия.

Данилов старался быть объективным и непредвзятым. Прекрасная Елена после развода не пыталась ему понравится, не строила глазки. Это милое голубое платье с дурацким бантиком на груди – повседневный гардероб для работы. И ногами она передвигает, покачивая бедрами… А как иначе ходить?

Его начинало подбешивать, что реакция пошла. Хотя, не должно ничего подобного происходить в его черством, циничном генеральском сердце. Почему бьющаяся мышца начинает стучать чаще при ее приближении? Непорядок! Должна быть дисциплина во всем, только ее нет.

Антон и Андрей – маленькие, но побитые жизнью парни. В свои четыре года, усвоившие, что просто так тебя любить не станут, сколько наивными и милыми глазками не хлопай.

Непутевой матери до них дела нет. Страшно подумать, чтобы случилось, не успей он тогда в роддом… Когда эта дрянь, одной с ним крови, подписала отказную.

Дочь выросла вдали от него с такой же вертихвосткой, как ее мать. Данилов развелся с Мариной, когда их общему ребенку было примерно столько же, как внукам. Заявился раньше в служебную квартиру их военного городка и застал любовников тепленькими. Загуляла жена с лейтенантиком, опозорила на весь полк, шкура гулящая.

Конечно, был развод. Слезы, сопли и упреки. Маринка дочкой манипулировала, не давала видеться. От него получала алименты, прогуливая их с очередным мужиком за шумным застольем. Что еще вырастет в такой обстановке? Дочка пошла по стопам мамани своей, непонятно от кого нагуляла в девятнадцать.

Данилов воспользовался отказом, подтянул связи и оформил на внуков опеку. Он очень надеялся, что яблоки ближе к его яблоне упадут. Но, после смены нескольких нянек, Антошка и Андрейка как взбесились. Постоянно что-то ломают. Грубят Аннушке. Тащат из его кабинета все, что ни приколочено. Камеры понавешаны в каждой комнате с двух сторон, и пострелы прекрасно знают… Что он это узнает. Нет! Все равно идут на «дело», пакостники такие.

Буквально за день до приезда Михалковой, из его мастерской свистнули из набора инструментов два гаечных ключа и из ящика письменного стола пропали запасные генеральские погоны. Раскаяния – ни в одном глазу, вот где гадство… Язык понимания приходится находить через наказания.

– Вы зачем в Елену Викторовну мяч кинули? – он их обобщал, но смотрел на Андрюшку, прекрасно зная, кто зачинщик.

– Она тоже уедет, – пожал плечами Андрей. – Все они уходят. Какая разница?

– Значит так, рядовые! Вы дадите няне испытательный срок. Две недели! Если хоть один из вас скажет: «Пусть останется», то другой тоже подчинится. По рукам? – дед выставил вперед сильную ладонь.

Мальчишки замешкались, переглядываясь и перетаптываясь на месте.

– По рукам! – сказали в один голос и закрепили «пятюней» соглашение с дедушкой.

– Чтобы извинились мне там! – погрозил он пальцем.

«Ну, Елена Премудрая, не подведи» – мысленно поставил он на учительницу, словно и с собой заключал сделку.

Глава 5

Глава 5

Они избегали друг друга, стараясь не встречаться. Елена думала, что такого занятого человека негоже отвлекать от важных дел. В их последнюю встречу, два дня назад, она передала список книг, необходимых для развития детей. Те, что уже имелись были не по возрасту.

– Русские народные сказки? – пробежался Данилов глазами по клочку бумажки.

– Все верно, не только учебное. На сказках воспитано все наше поколение. Они учат распознавать добро и зло. В каждой истории есть своя мораль, есть место принципам. Вот вы, Дмитрий Захарович, какую сказку до сих пор помните?

– Змей Горыныч и Добрыня Никитич, – ответил он, не моргнув глазом, без запинки.

– И со временем стали военным, чтобы защищать добрых людей от любой угрозы. В приметы, наверняка, верите, что земля помогает. Что на развилке трех дорог не всегда короткий путь – самый правильный…

Лена говорила о том, в чем была убеждена. Да. Но, все эти знания не уберегли ее ошибок и провального брака. Зная «базу», мы все равно живем чувствами и иллюзиями.

О многом можно промолчать… Сделанного не вернешь, не отмотать время назад.

– Какая ваша сказка? – прищурился генерал, но уже выбрал для себя ответ.

– Моя? – задумалась Елена почему-то про Аленушку и братца ее. Козленочка.

Братец действительно был. Он мастерски обработал родителей, чтобы старики отписали квартиру на него. Типа, Ленка выйдет замуж. Пусть мужик ее обеспечивает. Ему нужен начальный старт, чтобы завести семью. Так и получилось, что братишка получил все: квартиру, дачу и сбережения, а Елена только старый рояль со скрипучей педалью. Ни кола, ни двора… Ютись после развода по съемным квартирам.

Родителей уж нет давно. С братом Елена не общается с самых похорон. Не о чем им говорить и пустоту между двумя кровными родственниками заполнить. Лена ходит к отцу и матери на кладбище, приносит цветы на Троицу. Жжет лампадки. Молчит. Прибираясь на могилке, всегда видит, что только ее прошлогодние выцветшие букеты тут. Других нет. Брат не помнит о родителях от слова «совсем».

Он «с умом» выбрал себе перспективную и авторитарную жену. Ходит по струнке. Ест и спит по расписанию. Наверняка знает, зачем в доме яйцерезка.

Родственница как-то Лене доложила, что брат ее света белого не видит, заключив брак со своей непосредственной начальницей. Именно «заключив», про любовь там нет речи. Радоваться бы и злорадствовать про бумеранг?

Но, Елена не умеет ехидствовать. Она бывшему Игореше в наглую рожу не плюнула, как сделала бы другая на ее месте. Разве что, порезала его футболку на тряпки для уборки, случайно обнаружив ее в своих вещах.

– Мне все сказки нравятся, – уклончиво ответила Михалкова.

Сегодня в генеральский дом доставили внушительную и тяжелую коробку с детской литературой. Елена позвала мальчиков рассматривать книги. С утра они лепили из пластилина поделки.

Антон смастерил ежа. Андрюшка… Что-то похожее на витиеватую лепешку коричневого цвета. И торжественно ей преподнес:

– Это вам! – а глаза такие чистые и невинные.

Попробуй только какашку не возьми в руки. Старался ребенок.

– Спасибо, Андрюша, – Елена погасила усмешку. – Обязательно покажу вашему дедушке, какие красивые у вас получились ежики.

– Зачем, дедушке? – поменялся в лице хулиган.

– Ну, видишь ли… Дмитрий Захарович, советовался, в какие лучше кружки вас записать осенью. Какие у вас таланты. Антон – сразу видно, что творческая натура. Ему ближе рисование и лепка. В тебя… Даже не знаю, – она повертела-покрутила «это», держа между двух пальчиков. – В живой уголок, за кроликами убирать.

Пяти минут не прошло, как из спиральки был нашлепан зверек, отдаленно напоминающий то ли лысого ежа, то ли Колобка со страшной улыбкой на четырех лапках.

Андрею пообещали кружок моделирования.

– Как много букв. Лучше мультики смотреть, – зафыркал Андрей, отчество получивший от деда – Дмитриевич.

– Вместо конфет, будете сахар жевать. А, какая разница? – Елена погладила глянцевый переплет учебника дошкольного образования.