![](/files/books/160/oblozhka-knigi-isceli-moyu-dushu-379835.jpg)
Текст книги "Исцели мою душу"
Автор книги: Ольга Островская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)
Вернувшись, увидел-таки её лицо. Бледная, испуганная, трясущаяся. Смотрит своими голубыми глазищами, и я чуть опять не тону в них, но мозгов хватает, чтобы сунуть ей в руки куртку, грубо велев уходить.
Вот дурак наивный! Пустил в свой дом бедняжку. Может она и не отшибала ничего на самом деле, а я повёлся. Девчонка уже давно убежала, низко опустив голову, как побитая собачонка, а я всё стоял возле двери, сцепив зубы и сжав кулаки. Ничему тебя, Рус, жизнь не учит! Запоздало вспомнил, что даже не потребовал вернуть украденное. Интересно даже, всё стащила, или только то, что при мне в карман совала.
Пакет лежал там же, где я его беспечно бросил на днях. Бант развязан, а в коробочке присутствовали все три украшения. Правда, брошенные, как попало. Хм. Совестливая воришка. Хотя может, в доме ещё что пропало, я ж не знаю. Но проверять настроения не было. Как и готовить.
Для меня лучшим способом отвлечься, всегда была работа. Вот и сейчас верный ноут, музыка для фона и мозг послушно переключился, на более важные задачи, чем мысли о девушке по имени Катя, которая ещё раз напомнила мне о том, как легко обмануться, принимая желаемое за действительное.
***
Катя
– Привет, мой хороший. Как у тебя дела? – я старательно улыбалась, не позволяя слезам навернуться на глаза.
– Катя. Ты пришла, – бледные губы Илюши растянулись в светлой улыбке и ко мне потянулась тонкая ручка.
Я сразу же перехватила прозрачные пальчики и поднесла к губам.
– Конечно пришла, братишка. Как же я могу не прийти? – из голоса тоже нужно убрать всю боль и тревогу, пожирающую меня день за днём. – Я с мамой говорила. Нам ещё немножко осталось. Скоро она насобирает всю нужную сумму и тебе сделают операцию. – Оптимизм и ещё раз оптимизм, даже если от страха сводит всё внутри, перекрывая дыхание.
– Ты думаешь, я выздоровею? – он смотрел на меня своими мудрыми голубыми глазами, и этот взгляд резал меня по живому.
– Да, зайчик. Мне сделали все анализы. Я идеальный донор для тебя. Так, что всё будет хорошо.
– Тебе будет больно, – он грустно вздохнул.
– Ничего, – обмануть, что это не так, ребёнка, который перенёс уже столько боли, сколько многим и не снилось, не получится, поэтому, лишь пытаюсь его успокоить. – Для тебя перетерплю, что угодно. Главное, чтобы ты жил.
Да и что такое временные боли в тазовых костях после операции по сравнению с тем, что ещё предстоит пережить моему мальчику. Главное только мне дожить до этой операции. Мысли о Сером я тоже усердно гоню от себя, потому что не место этой грязи здесь в стенах детского отделения онкоклиники, где каждый день, каждый час маленькие больные и сильные духом человеки сражаются за свою жизнь.
– Ты надолго, Кать? – Илюша осторожно сел на своей кровати, вымученно улыбаясь. Наверное, голова снова сильно болит, но разве он признается. Одеяло соскользнуло с плеч, обнажая ненормальную худобу детских рук, и я кидаюсь поправлять его, стараясь не смотреть на новые кровоизлияния, усыпавшие бледную кожу.
– Немножко побуду у тебя. У меня ещё есть время до дежурства. И потом забегу, когда освобожусь.
Я уже полгода как работаю уборщицей в этой клинике, устроившись сюда, как только появилась возможность, чтобы быть ближе к брату. Зная нашу ситуацию, его лечащий врач замолвил за меня словечко. Зарплата у меня, с учётом нужд на лечение, откровенно маленькая, но мне главное было то, что я в любой миг могла прибежать к Илье, ведь позаботиться на месте о нём больше некому. Мама горбатится в Польше, чтобы оплатить всё это. Славик никогда особо и не парился здоровьем нашего младшего, а сейчас так вообще подставил меня страшно. Застарелая горькая обида на старшего брата всколыхнулась во мне волной, но я привычно её подавила, стараясь не показать Илюше, что у меня какие-то проблемы. Так что я изобразила задорную улыбку и потрясла в воздухе пакетом распространяя вокруг цитрусовый аромат.
– Смотри, что я тебе принесла.
– Мандарины? – глаза брата восторженно расширились.
– Ага. Мандаринки-витаминки. Почистить тебе парочку?
– Ещё спрашиваешь, – он рассмеялся и мне на миг почудилось, что я снова вижу того шустрого любопытного пацанёнка с буйными вихрами русых волос и улыбкой от уха до уха. Но реальность больно ударила его надсадным кашлем и содрогающимся тощим телом, которое, я сразу же подхватила. Обняла тонкие плечи, прижала к себе, радуясь, что он не видит моих слёз, и поцеловала влажную кожу лысой макушки.
– Катя, можно я соседу пару мандаринок оставлю? – отдышавшись, подал голос Илюша.
Я недоумённо оглянулась на вторую койку в палате, пустовавшую последний месяц. Там по-прежнему никого не было, но на тумбочке лежали какие-то вещи, как и на стульчике рядом.
– У тебя новый сосед? – кажется, мне удалось украдкой смахнуть слёзы, чтобы он не заметил. – Оставляй, конечно, только если ему их можно.
– Можно. У него тоже лейкоз. Он сейчас на терапии.
– Ну ладно. Только сначала уточни, хорошо?
– Конечно, Кать, – брат серьёзно кивнул и попросил. – Почитаешь мне? Пожалуйста.
– Ну если ты так просишь… – я взяла с тумбочки любимого Илюшей Хокинга и открыла на закладке. – Слушай тогда, будущий гений.
Глава 3
Руслан
– Рус, у тебя всё нормально? Ты какой-то дёрганный сегодня. А сейчас вот вообще завис, – голос Дениса в который раз ворвался в мои мысли вытряхивая из той бредятины, которая лезла в голову.
Побарабанив пальцами по столу, я с досадой покачал головой.
– Да не бери в голову. Не выспался просто, – вдаваться в подробности не хотелось. Как и рассказывать другу о собственной глупости.
Сидящий напротив меня Ден закинул ногу на ногу, смерил меня скептичным взглядом.
– А-а-а, опять допоздна работал? Ты ж вроде вчера говорил, что голова не варит и отдыхать будешь. Слушай, тут Лиза мне ультиматум выдвинула. Сказала, что без её любимого старшего брата домой меня сегодня не пустит. Так что выручай, поехали к нам ужинать.
Я недоумённо вскинул брови.
– Чего это она? – с сестрой мы буквально недавно виделись, да и общались регулярно, так что настолько соскучиться по мне она ещё не должна была.
– Не знаю. Кажется, она там носится с очередной грандиозной идеей, как всех облагодетельствовать и ей нужны жертвы. А кто лучше подходит, как не жених с братом?
Ну это на нашу Лизу очень похоже. Она человек впечатлительный, увлекающийся. Грандиозные идеи у неё появляются регулярно, и многие из них очень даже толковые.
– Ну ладно, если так. Не отдавать же тебя одного ей на растерзание, – не удержался я от ехидной ухмылки.
– Вот всегда знал, что на тебя можно положится. Я твой вечный должник – пафосно изрёк этот паяц. Они с Лизкой друг друга точно стоят.
– Ну-ну. Напомню тебе об этом, когда опять зажмёшь свой Ducati.
– Слушай, да купи уже себе свой и отвянь от моего, – тут же взвился Денис.
Ну нет! А как я его ещё доставать буду? Друг своего железного коня обожал нежной любовью и жутко бесился, если ещё кто-то на него садился или даже просто претендовал.
– Ладно, не психуй, жмотина. Давай работать. До вечера и ужина с Лизкой не так уж и много времени осталось, – я примирительно поднял руки, переключая Денькино, да и своё внимание на более срочные и насущные вопросы.
К моей радости день выдался насыщенным, выполнив необходимые дела в офисе, мне пришлось ещё помотаться по городу, встречаясь с нужными людьми, параледьно утрясая всплывающие проблемы и вопросы по телефону. К вечеру я уже еле ворочал языком, почти не соображал и уж точно ни о чём лишнем не думал. Созвонился с Дэном, тот тоже закончил и собирался домой. Возвращаться в офис мне не было резона, и я сразу покатил к квартире друга. Перспектива увидеться с моей взбалмошной, но обожаемой сестричкой однозначно подняла мне настроение. Не мог не радовать и тот факт, что завтра наконец-то суббота и мы уже достаточно навкалывали, чтобы, даже будучи начинающим владельцами своего собственного бизнеса, позволить себе один день отдыха. Заслужили.
Лизка встретила меня шумными восторгами, бурными обнимашками и запахом жареных стейков. Вот знает мелкая, чем голодных уставших мужиков задобрить.
– Руся, я так рада, что ты приехал. Проходи, мой руки. Сейчас Дэн подъедет, будем ужинать. Как у тебя дела? – она чмокнула меня в щёку и ничего другого, кроме как сдаться этому вихрю на милость, мне не оставалось.
– Хорошо у меня дела, Лисёнок, – я повесил куртку и, повернувшись, наткнулся на внимательный взгляд янтарно-карих глаз. Удивился: – Что?
– Дэн сказал, ты чем-то расстроен с утра был.
– Дэну надо меньше болтать и больше работать, – незлобно буркнул я. Ну что он как баба базарная? Малая ж теперь не отцепится и главное всё в благих целях. Вся в маму. Надо срочно переводить стрелки. – Не выспался я.
– Ты всегда не высыпаешься, – резонно заметила она, но я не дал ей развить эту мысль и спросил.
– Так что там у тебя за новая грандиозная затея?
Сестра разом как-то помрачнела. Тонкие брови нахмурились и, кажется, даже слёзы на глаза навернулись. Это что-то новенькое.
– Эй, ты чего? – что могло у неё такого случится, что «всегда на позитиве» Лизка чуть не плачет. С Дэном вроде бы не ругались. С родителями, насколько я знаю, тоже всё в порядке. – Что случилось, манюнь?
– Ай, не обращай внимания. Ничего у меня не случилось. Это я так… Короче потом вам обоим расскажу. Сначала поужинайте. Проходи давай, не стой в коридоре.
Как раз в этот момент раздался звонок в дверь, и она побежала открывать жениху. Ну потом так потом. Надеюсь, там ничего страшного.
Стейки были божественны. Сочное нежное мясо буквально таяло во рту и этот новый экспериментальный, как призналась сестра, соус прекрасно его дополнял. Словив гастрономический кайф, я как-то разом обмяк, чувствуя сытое такое нежелание шевелится и куда-либо ехать.
– Может останешься у нас на ночь? – предложила Лизка, наливая всем красного вина. Мысли она умеет читать, что ли?
– Может и останусь, – хмыкнул я, принимая бокал. – Не оставлять же всё это Дэну. Ещё лопнет. А тебе жених целый нужен.
– Не лопну. Можешь ехать, – друг деловито положил себе на тарелку ещё один кусок.
– Ну нет. Я приглашение уже принял. Алкоголь употребил, – вино залпом отправилось в мой желудок. – Мне теперь за руль нельзя.
Ну не хотелось мне сегодня в свой пустой дом. А у Деньки квартира большая, я их не стесню никак. Да и первый раз, что ли, остаюсь?
– Вот и отлично, – обрадовалась сестра и выставила на стол ещё и картошку с грибами и сметаной под расплавленным сыром. – Вы кушайте, кушайте. У меня к вам очень серьёзный разговор.
Начать свой серьёзный разговор, сестра решилась только когда мы уже переместились в гостиную с домашним кинотеатром. Хотя скорее, не решилась, а сочла нас достаточно подготовленными и подобревшими после сытного ужина. Мы с Дэном переглянулись, уселись поудобнее на диван и приготовились слушать малую. Интересно уже даже. Может она ещё и презентацию нам подготовила? С неё станется.
– Ребята, вы знаете, что в нашей стране более миллиона человек больны раком? – спросила она с очень серьёзным видом
Сказать, что мы были удивлены таким вступлением, это ничего не сказать. Я так точно. Нет, не то чтобы мне было неизвестно, что люди болеют онкологией, но как-то я никогда в эту тему пристально не вникал. И к чему это она вообще?
– Нет, Лизок, не знаем. Цифра, конечно, впечатляет, – Дэн очухался первым и, бросив на меня взгляд, спросил: – А почему ты спрашиваешь?
– Понимаете, на днях я встретила тётю Зою. Рус, ты должен её помнить. Она жила ниже нас на этаж, в старом доме, и часто приходила ругаться, что мы шумим.
Конечно, помню. Эта соседка бесила меня неимоверно. Вечно всем недовольная дородная тётка. Но, опять же, к чему это Лиза? Я кивнул, подтверждая, и сестра сразу же продолжила.
– Так вот, я её едва узнала. От бедной женщины осталась одна тень.
– Она, что заболела? – попытался угадать я.
– Нет. Не она, её внук. У него рак крови. Они сейчас всей семьёй пашут на лечение. Это всё очень дорого, – поведала моя крайне сострадательная сестра.
– Лизка, от нас ты чего хочешь? – не выдержал Дэн. – Помочь этой Зое? Денег подкинуть?
– Нет. Они с трудом, но справились сами. Просто она так рассказывала о своём Дане, что ему приходится переживать, сколько это боли, тяжёлых процедур, операция, которую есть вероятность не пережить. Я никогда об этом не думала. Если сама не сталкивалась, то вроде бы как проблемы не существует. А она существует, понимаете? – запальчиво рассказывала Лиза, шагая перед нами то в одну сторону, то в другую. – А как почитала, волосы дыбом стали. Представляете, взять вот тот же лейкоз. Оказывается, он лечится успешно на ранних стадиях. Семьдесят процентов детей выживает. А у нас, знаете что?
– Что? – послушно спросил я, понимая, что сестру уже понесло и она не успокоится, пока не выскажется. Потом уже можно будет конструктивно поговорить.
– Хорошо, если сорок семь процентов. Это ж ужас! – воскликнула Лиза. Даже слёзы на глазах заблестели. Дэн тут же сорвался утешать, но Лизка остановила его выставленной рукой. – Вот я и поняла, что не могу ничего не делать. Я решила стать волонтёром. И прошу вас меня поддержать.
– Эээ, Лизок, если я правильно понимаю, волонтёрство, это то, что требует в первую очередь времени. И если ты, как фрилансер, можешь его выкроить, то мы с Дэном с некоторых пор даже поспать и поесть не всегда успеваем, – осторожно заметил я.
– Уж я-то знаю об этом, – хмыкнула сестра невесело, зыркнув на своего жениха. – Я не это имела в виду. Меня интересует, могу ли я рассчитывать на вашу финансовую поддержку?
– Лиз, на что конкретно ты просишь деньги? – вздохнул мой друг.
– Пока ни на что, – насупилась она. – Я на будущее. Чтобы знать, могу ли к вам обращаться.
– Ну, когда решишь обратится, приходи. С аргументами и доказательствами, что помощь пойдёт куда надо, а не кому-то в карман. Тогда и поговорим. А то не по существу этот твой разговор. – подвёл я итог.
– Я не прочь помочь ближнему, но Рус прав, манюнь. Если решила попробовать быть волонтёром, поддержу тебя, как смогу. Разберись, что к чему, изучи этот вопрос изнутри. А тогда уже решай, что дальше делать. Я тебя точно выслушаю, – добавил от себя Ден.
Лизка кивнула, хмуря тонкие брови, остановилась напротив, а потом снова посмотрела на нас, и я понял, что это ещё не всё. Ну, конечно. Отвлекающий маневр провела, а теперь можно и требовать что-то более нужное ей. Стратег, ёпта.
– Ладно, вы правы. С этим вопросом я действительно поспешила. Сейчас у меня есть более конкретная просьба. Пойдёмте со мной завтра.
– Куда? – удивлённо уставился я на неё, хотя у меня, конечно, уже были догадки.
– В онкоклинику. Я очень волнуюсь первый раз, – она закусила губу, став похожей на маленькую девочку. Ещё и глаза такие просительные сделала.
– Сори, Лизок, я не могу, – тут же поднял руки Дэн. – Я ещё не успел рассказать, но мне завтра придётся поработать, – и, когда я перевёл на него удивлённый взгляд, пояснил. – Возникли некоторые проблемы с поставками для Долагина, сроки поджимают, сам знаешь. Ничего серьёзного, я сегодня почти разобрался, но завтра тоже придётся ехать в офис.
М-да, друг соскочил, не подкопаешься. Долагин это не тот человек, проблемы с которым можно игнорировать. Теперь сестра сосредоточила всё своё внимание на мне. Вот ведь зараза, мелкая. С детства умеет так посмотреть, что хочется ей последнюю шоколадку отдать.
– Руся, ну пожалуйста. Я тебя очень прошу. Ты же говорил, что завтра свободен.
Ага, язык мой, враг мой. Объективных причин отказать Лизке, кроме моего нежелания в такой редкий для меня праздник, как выходной, идти куда-либо. Но всё это как-то низко смотрелось на фоне всего ею рассказанного.
– Ладно уж. Куда и во сколько? – сдался я, и тут же был чуть не удушен на радостях собственной младшей сестрой.
***
Катя
Смена выдалась тяжёлой и неспокойной. Когда в соседней с Илюшей палате поднялась суета, я изо всех сил старалась не вникать, не думать, не видеть, не слышать. И дело не в моей моральной чёрствости. Невозможно потом не транслировать увиденное на себя. Как забыть помертвевшее лицо матери, потерявшей своего ребёнка, как не видеть себя на её месте, когда мой больной брат находится всего лишь за стенку от того тоненького мальчика, чьи огромные зелёные глаза больше никогда не посмотрят на этот мир. Я не знала. Я не умела. Поэтому, опустив голову, старалась спрятаться, от происходящего, механично выполняя работу.
На этом этаже в основном лежали с лейкозом, и пониженный иммунитет здешних больных требовал идеальной чистоты. Везде, всегда. Вот я и старалась, как могла. Для брата в первую очередь, но и для остальных тоже.
Утром, сдав смену, я поплелась к Илюше. Спать хотелось немилосердно. Но на мне ещё висит это проклятый долг перед Серым. И надо что-то с этим решать, а значит сегодня побыть с братом, я могу только до обеда. Так что спать некогда. На том свете высплюсь. Костьми лягу, но до мелкого эта сволочь не доберётся.
– Доброе утро, заяц. Как дела? – бодро спросила я у проснувшегося брата. Из соседней койки на меня глянули удивлённые глазищи, кажущиеся особенно большими на худеньком личике.
– Ты пришла, значит хорошо. Знакомься, это Никита. Он вернулся вчера, когда ты уже ушла. Ник, а это моя сестра Катя, – представил нас друг другу Илюша.
Мальчик сдержанно кивнул, пробормотав что-то про приятно. А я мягко улыбнулась, стараясь казаться приветливой. Вяло удивилась отсутствию кого-то из родных рядом с мальчиком, и поплелась к стулу рядом с кроватью брата.
– Илюш, ты как себя чувствуешь сегодня? – я изучающе смотрела на него. Курс химиотерапии остался позади и брату уже не нужен был круглосуточный присмотр. Но всё равно оставлять его каждый раз мне было тяжело.
– Терпимо, а что?
– Мне очень нужно решить один важный вопрос. И придётся уйти на пару часиков. А потом вернусь и весь вечер буду с тобой. Хорошо?
– Хорошо, – он явно расстроился, но не подал виду. Мы оба порой играли роли. В первую очередь для самих себя.
Решив этот вопрос, убрав немного на тумбочке, ещё раз вытерев стол, я послушала восторги Илюши от "Интерстеллар" который он пересмотрел уже не знаю который раз вчера вечером, потом согласилась ему немножко почитать, и сама не поняла, когда уснула, уткнувшись носом в книгу.
Разбудили меня голоса.
– Меня зовут, Лиза. А тебя? – женщина, говорила тихо, почти шёпотом.
– Я Илья, – тоже шёпотом представился мой брат. В его интонации было море искреннего позитива и интереса. Мой светлый любимый ребёнок.
– А это твоя мама? – это она обо мне?
– Нет, сестра. Она очень устала после ночной смены. Вот и уснула, – э-э-э, вот не надо меня жалеть.
– Илюш, а можно тебя спросить? Если не хочешь говорить о чём-то, ты мне сразу скажи, хорошо?.. Я в волонтёрах первый день, так что боюсь и нервничаю.
– Чего боитесь? – заинтересовался брат. Мне тоже стало интересно. Я даже не стала показывать, что проснулась. Оказывается, моё тело самовольно сползло на Илюхину кровать хоть попой и дальше сидело на стульчике. Лицо продолжало мусолить книгу.
– Расстроить кого-то, сказать что-то не то, понимаешь? – продолжила эта новенькая волонтёрша.
– Понимаю. Но меня можете спрашивать. Я уже смирился со своей болезнью, – он так спокойно и мудро это сказал, что у меня мурашки по коже побежали.
– Ты ведь не смерть имеешь в виду? – испуганно шепнула его собеседница.
– Ну и смерть тоже. Я очень хочу жить. Мне страшно. Но разве я могу что-то изменить, если буду лишний раз истерить по этому поводу? Да и Катю жалко. Она будет переживать. И маму, но от неё скрыть легче. Она далеко.
– А сколько тебе лет, Илюш?
– Тринадцать. А что?
– Ты очень мудрый мальчик. Но ты ведь веришь, что выздоровеешь? Ведь нужно верить! – пламенно воскликнула, хоть и шёпотом, эта неизвестная мне Лиза.
– Верю. Мне сделают операцию и шансы очень высокие.
– А что за операция, расскажешь? Если не против, конечно? – а мне нравится подход этой девчонки. А судя по голосу, она именно девчонка.
Мой Илюша предпочитал всё знать и понимать, и терпеть не мог, когда его начинали жалеть и сюсюкаться. С волонтёрами он охотно общался, но сейчас я слышала в его голосе искренний интерес. Эта Лиза ему явно понравилась. Она говорила с ним на равных, а это конкретная заявка на успех.
– Мне нужна пересадка костного мозга.
– Ого, звучит страшно. А от кого пересадка?
– Лучшими донорами становятся близкие родственники. Для меня донором собирается стать Катя, – от той нежности и любви, с какими он про меня сейчас говорил, у меня на глаза навернулись слёзы.
– У тебя очень любящая и хорошая сестра, – сказала Лиза, и тут прозвучал ещё один голос, от которого у меня волосы зашевелились.
– Сёстры, они такие. Не всегда, конечно, но нам, парень, с тобой повезло. Привет. Я вот свою искал, а она с тобой. Будем знакомы, я Руслан.
Нет, нет, нет! Ну не может мне настолько не фартить по жизни! Хотя о чём это я? Только мне и может. Не узнать этот низкий приятный баритон, я точно не могла, и от неожиданности дёрнулась, выдавая себя с головой. Больше притворяться спящей не получится, хотя теперь мне хотелось притвориться мёртвой. Пришлось подниматься и принимать сидячее положение.
– Ну что ты шумишь, балбес?!! Смотри, человека разбудил! – возмущённо зашипела девушка, сидящая рядом с Илюшей за столом. – Извините, пожалуйста. Он не хотел.
– Ничего страшного, – просипела я, радуясь, что растрепавшиеся волосы прячут моё лицо. Добавим ещё растопыренные ладони на пылающие щёки и согнутую спину.
– Действительно не хотел. Извините, не сразу заметил, что тут ещё кто-то есть. – произнёс голос, разбудивший во мне жгучий стыд.
– Илюш, ты почему меня не разбудил? Я ведь не собиралась спать, а как же твои процедуры? – отвечать Руслану сейчас было выше моих сил, поэтому я проигнорировала его, пускай это и выглядело невежливым.
– Не маленький, сам сходил. Мне тебя жалко стало. Ты еле на ногах держалась, когда пришла. Хотел, чтобы ты поспала, – с упрямыми нотками в голосе выдал мне брат. Вот ведь… Илья. Заботливый мой и самостоятельный.
Ну что ж, вперёд, трусиха. Хватит прятаться, всё равно в такой маленькой палате это глупо. Надавав себе внутренних пинков, я села ровно и прямо взглянула на мужчину, которого искренне надеялась больше никогда не встречать.