Текст книги "Глазами тьмы"

Автор книги: Ольга Воскресенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Ну проходите, – тяжело вздохнул парень, спрятал случайно прихваченную со стола ложку за спину и посторонился.

– Я тебя здесь подожду, – быстро проговорила образница, надеясь, что начальник спишет ее слова на страх перед паладинами. Не будет же он с ней перепираться на пороге! А Тэйра очень сомневалась, что в такую дождливую и пасмурную погоду оберег инквизитора позволит ей переступить этот самый порог. Вот если бы хоть луч солнца выглянул… Но дождь только начал затихать, и теперь за пределами навеса над крыльцом все еще падали мелкие капли, создавая на поверхности луж кругообразные разводы.

– Давайте тут поговорим, – неожиданно предложил сыскарь, очень потрафив этим девушке. – Извините, уважаемый Демиан, но мы только что имели честь выслушать рассказ вашего коллеги о том, как он защищает дом от неприятных гостей. А тема нашей предстоящей беседы и наши вопросы, позвольте предупредить честно, могут вам сильно не понравиться…

– Даже так? Боитесь? – усмехнулся молодой церковник. Но чувства собеседников ему были понятны, он уже к такому привык. Парень быстро скользнул взглядом по чуть напряженному лицу сыскаря и более внимательно присмотрелся к стоящей рядом с ним девушке – миниатюрной, бледненькой, со спутанными растрепанными волосами, в невзрачном платье. Вроде ничего особенного, но чем-то она его притягивала. Н-да… После года воздержания что-то он стал зацикливаться на мыслях о девушках. Теперь ему почти все казались милыми и родными, только почему-то без взаимности. Вот и эта испуганно закусила губу и застыла так, словно ей не в дом предлагали войти, а на эшафот. Ладно, что уж тут измываться… Давно надо было перестать обращать внимание на реакцию окружающих, иначе всех можно в ряды испугавшейся нечисти записывать.

Демиан вышел на крыльцо и прикрыл за собой дверь, решив обойтись без уговоров. Тем более что, если он действительно вспылит, будет неприятно. В первую очередь – ему самому, так как парень старался не провоцировать горожан, не создавать прецедентов и не усугублять тот раскол, что в последнее десятилетие очень четко наметился между населением и инквизицией. Так и до гражданской войны недалеко! Но, что самое обидное, в этом лишь часть вины паладинов Эдиабада, которые занервничали из-за участившихся случаев убийств одержимыми, а большая доля по праву принадлежит обычным крысам, которые не нашли ничего лучшего, чем не вовремя устроить набег на подвалы главного собора. Вот так случайности и творят историю, создавая слухи о жестоких измывательствах церковников над задержанными для проверки.

– Итак, чем я могу быть полезен? – спросил молодой паладин. Хотя в душе он примерно догадывался, о чем пойдет речь. Он много противоправного успел натворить с тех пор, когда взялся выполнять распоряжение верховного инквизитора. С одной стороны, заинтересованность начальства в деле гарантировала защиту и неприкосновенность. Демиан был проинструктирован старшим коллегой в случае возникновения вопросов валить все на внутренние дела церкви и поиски оступившегося… Но с другой стороны, все равно неприятно, что придется выдумывать, врать и изворачиваться.

– Мне сказали, что вы интересуетесь амулетами, – начал Иден.

– И что? Кто сказал?

– Имя заявителя я пока не хотел бы называть, предоставлю вам возможность догадаться самому. Но недавно вы расспрашивали этого человека о хранящихся в его сейфе амулетах. Сразу после этого заявителя навестил очень ловкий вор.

«Не такой уж он ловкий, раз оставил следы», – мысленно посетовал Демиан, а вслух произнес: – Уверяю, что посещал не я. У меня нет привычки забираться в чужие дома. Тем более что я гораздо лучше вас и не понаслышке осведомлен о том, какие ловушки и сюрпризы любят устраивать коллеги. Мой интерес был чисто умозрительным, для общего развития.

– Вас интересовал какой-то конкретный амулет?

– Разные. Хотя, помнится, больше всего меня привлекло в архиве упоминание амулета тысячи душ. Но я не у одного человека спрашивал о нем, у многих. Неужели вы думаете, что я каждого решил навестить?! – изобразил возмущение Демиан.

– Я ни в чем не обвиняю, пока просто проясняю ситуацию, – пожал плечами Иден. – Свидетелей ваших расспросов было много? Мог кто-нибудь посторонний заинтересоваться упомянутыми амулетами?

– Откуда же мне знать, если вы даже имя пострадавшего держите в секрете?! Ну присутствовали, наверное, в каждом случае по несколько коллег-инквизиторов. Только я не назвал бы их посторонними. У нас довольно сплоченный коллектив. Ведь если знаешь, что от окружающих зависит твоя жизнь и что они в свою очередь рассчитывают на тебя, то тут уж не до ссор и недоверия. Или у вас в департаменте не так?

– Мы сейчас не о сыскарях ведем речь, – отмахнулся Иден. – Позвольте узнать, а у вас лично во владении какие-нибудь амулеты есть? Может, как раз тот самый амулет тысячи душ?

– Не везет мне на такие богатые трофеи, – постарался обезоруживающе улыбнуться Демиан. – Хотя коллекция оберегов от одержимых и блуждающих теней у меня хорошая. Хотите посмотреть?

– Без меня, я на них сегодня в лавке успею налюбоваться, – поспешила тихо сообщить сыскарю образница. Она побоялась, что Иден примет приглашение специально, чтобы развлечь ее.

– Извините, не будем тратить на это время, – отказался начальник Тэйры. – Нам сегодня еще на тренировку по мечному бою надо успеть и подумать, как защитить стоящую перед вами девушку от нового нападения одержимой.

Образница сжалась, когда паладин снова обратил внимание на нее. И сочувствие, читающееся в его взгляде, как-то не успокаивало.

– Я слышал от коллег об этом наглом нападении, – сказал Демиан. – Уверяю, паладины сделают все возможное, чтобы вы не пострадали. Верховный уже приказал собрать усиленный отряд.

«Нужен он нам… – проворчала темная сущность. – Тая, я решила, что сегодня мы лучше прогуляемся, от греха подальше, где-нибудь в другой части города».

«Не надо, нас же поймают», – простонала девушка.

«Руки коротки! Пока они будут патрулировать один район, мы прекрасно проведем время в другом. А одержимая пусть караулит пустой дом!»

– Ну вот, кажется, я вам напомнил о неприятных событиях. Вы что-то погрустнели, – с сочувствием произнес инквизитор и даже набрался наглости в утешение приобнять девушку за плечи…

Тэйра тут же инстинктивно вырвалась и отступила поближе к Идену. Она аж оттоптала сыскарю одну ногу – так стремилась удрать побыстрее!

Лицо молодого паладина на миг скривилось, но он быстро взял себя в руки. И при этом ничего не сказал! Странно. Образница была удивлена. Почему-то чем ближе она находилась к воинам церкви, чем больше с ними общалась, тем меньше ее подозревали, причем при не самом корректном и дружеском поведении… Однако этот парадокс был ей только на руку.

– У вас еще много вопросов? – сам сменил тему Демиан. – Мне скоро заступать в дневной патруль, но перед тем, как хватать и проверять на улицах невинных граждан, – не удержался и съязвил он, – хотелось бы успеть пообедать.

– В таком случае не будем больше мешать, я выяснил все, что хотел. Спасибо за сотрудничество, – поблагодарил Иден и… протянул руку для пожатия.

Инквизитор не стал мстить – делать вид, что не заметил. Он ответил на жест, на секунду стиснув ладонь сыскаря, кивнул девушке, после чего развернулся и быстро скрылся в доме.

– Н-да… – протянул Иден. – Тэйра, а ведь он, кажется, на тебя запал!

– Не выдумывай, – смутилась образница.

«Не сомневайся, – хмыкнула в голове темная сущность. – Вот что воздержание с мужиками творит! Даже на такое растрепанное чучело в страшном платье кидаются».

«С чего ты взяла, что у него недостаток внимания со стороны женского пола? Он вполне симпатичный».

«Видно. А ты моей оценкой своей внешности не очень оскорбилась?»

«Это и твоя внешность. В самокритику предпочитаю не вмешиваться», – сыронизировала Тэйра. Теперь, когда опасного церковника не было рядом, ей даже льстило проявленное им внимание. Можно ли рассчитывать, что Иден хоть немного приревновал?

– Не жалеешь, что не зашла в гости к инквизитору? Может, это твоя судьба? – поддел сыскарь, но, вопреки своим словам, снова обнял девушку за талию и притянул поближе к себе.

– Я, наверное, старше его! Хотя их не поймешь…

«Дура, кто же с мужчинами о возрасте говорит», – протянула темная сущность.

– На два месяца? Или на два дня? – в нарочитом удивлении приподнял бровь Иден.

«Скажи, что на две минуты, – дала совет бесовка. – Кокетничай!»

– Наверное, года на четыре, – из чистого упрямства честно предположила образница и поинтересовалась: – Мы теперь куда?

– Предлагаю зайти куда-нибудь пообедать. Я угощаю. А потом вернемся в департамент писать отчет, обмениваться информацией с остальными и заниматься с тренером. Еще не надумала отправиться после работы ко мне?

– Извини, на обед я согласна, но ночевать предпочитаю у себя.

«Меня бы кто спросил», – преувеличенно печально вздохнула темная сущность. Однако была привычно проигнорирована.

На обед Иден повел девушку в центр города, в заведение, находящееся буквально рядом с главным собором. Тэйра не сказала бы, что подобное соседство ее порадовало, но, как ни странно, перенервничать и потерять аппетит тоже не заставило. Кажется, она начинала привыкать и гораздо спокойнее реагировать на церковь и ее воинов, хоть один плюс от новой работы.

Пока Иден и Тэйра ели, дождь окончательно прекратился, теперь о нем напоминали лишь глубокие лужи и все еще хмурящееся небо. Периодически девушка и сама была не прочь нахмуриться и погримасничать, особенно когда видела нацеленные на начальника взгляды официанток. Но в то же время она радовалась, что спутник ни на кого, кроме нее, внимания не обращает. Он спокойно поглощал пищу, а в перерывах ненавязчиво выспрашивал о приюте и предыдущей работе. На первую тему Тэйра говорила неохотно, на вторую – легко и с удовольствием, там ей нечего было утаивать. К моменту трудоустройства к Ларе она уже научилась скрывать свои «особенности» и практически не попадала в затруднительные ситуации. Зато попытку поинтересоваться ее родителями девушка пресекла в корне. Впрочем, Иден и не настаивал, его устроил ответ, что сотрудница практически ничего не помнит.

Оба вполне мило проводили время и не смотрели по сторонам, поэтому Феликса заметили только тогда, когда тот вплотную подошел к их столу.

– Ну что, уже поговорили с Демианом? – привлек к себе внимание инквизитор.

Хотя это только работники департамента расследований умудрились не заметить его сразу. Они спокойно продолжали доедать свой обед, проигнорировав мелькнувшее на периферии зрения белое пятно инквизиторских одеяний, в то время как многие другие поспешили покинуть ставшее вдруг неуютным заведение. Церковнику при этом приходилось делать вид, что он ничего не замечает. Ведь если хватать для проверки всех, кто от него шарахается, никаких подвалов не хватит.

– Угу, поговорили, – пробурчал сыскарь с недовольным лицом. Он явно не собирался делать вид, что рад случайной встрече с паладином в столь неформальной обстановке.

– Зацепки есть? Подозреваемые появились?

– Ты и еще несколько десятков твоих коллег.

– Опять язвишь?

– Нет, честно описываю ситуацию, – ухмыльнулся Иден. – А как твой архив поживает? Неужели уже нашел все, что нужно?

– Нормально поживает. В основном отделе ничего интересного нет, судя по каталогу и словам архивариуса. В резервный фонд я, к сожалению, сегодня не попал и не попаду. Для этого надо взять у верховного инквизитора специальное разрешение.

– Там настолько важные и секретные бумаги? – удивился сыскарь.

– Обычные. Только древние, ветхие и еще не переписанные и не внесенные в каталог после начала вынужденной реконструкции архива. Многое так и лежит со следами крысиной трапезы, – вздохнул Феликс.

– А зачем тогда специальное разрешение на просмотр этого мусора?

– Там могли заваляться важные исторические документы, требующие бережного отношения, – пояснил паладин. – Старый каталог сохранился лишь частично, поэтому у архивариусов и переписчиков случаются весьма интересные находки.

«Нам бы хоть одним глазком взглянуть на упоминания амулета тысячи душ», – мечтательно протянул голос темной сущности в голове Тэйры.

«Так нас и ждут в соборе с распростертыми объятиями», – кисло заметила образница. Не нравилась ей нездоровая заинтересованность бесовки.

«Ну-у, – протянула нечисть, – даже некоторые одержимые с полусотней жертв вполне могут переступить порог собора, испытывая, правда, при этом не самые приятные эмоции. А если говорить прямо, то больно будет. Очень. Подобные ощущения не каждый сможет стерпеть и скрыть от посторонних наблюдателей и свидетелей. Хотя случалось, что и в подвалах собора одержимые за несколько дней заключения ничем не выдавали себя. Многих ловят… ловили, когда они не успевали еще и дюжину душ отправить в потусторонний мир».

«Если ты надеешься, что я сумею днем при инквизиторах и архивариусах невозмутимо терпеть боль – зря», – поспешила уверить Тэйра, даже не спросив, откуда у ее спутницы и мучительницы такая информация.

«Жаль, – непритворно огорчилась темная сущность. – Ночью нас туда никто не пустит, да и ощущения могут быть похуже. Я во многом не уверена, надо проверять на практике».

Образница незаметно перевела дух. Хорошо, что в бесовке не взыграл авантюризм, и она не настояла на попытке посетить хоть маленькую церквушку. У девушки остались не самые приятные воспоминания о том вечере, когда она, не иначе как в умопомрачении после потери работы, дошла до дверей опасного здания. Покалывание в груди явно не было иллюзией.

Но вскоре выяснилось, что Тэйра обрадовалась чересчур рано…

– Фел, так тебя утром в департаменте ждать или ты в подвалах собора целый день пропадать будешь? – продолжая беседу, после некоторой паузы уточнил Иден.

– Не в подвалах, а в пристройке рядом, если сегодня добьюсь разрешения, – поправил паладин. – Но утром я собираюсь завернуть к Тэйре и убедиться, что с ней все в порядке. А потом, надеюсь, она не будет возражать, если мы вместе дойдем до работы.

– Как будто возражения инквизиторам ничем не чреваты! – поддел сыскарь.

– Можешь не верить, но мы не звери, – тяжело вздохнул Феликс, который явно уже не в первый раз безуспешно пытался убедить в этом собеседников.

– О-о, надо же! Неужели ты согласен, что вера во что-либо – это личное дело каждого?

– Согласен – не согласен… Тебя же все равно не интересует мой ответ. Ты, похоже, вообще не слышишь ни одного моего слова!

«Зато я услышала то, что хотела! – восторженно объявила темная сущность. – Тая, настраивайся, ночью мы идем взламывать архив в пристройке! Вряд ли здание с неодушевленными бумажками побеспокоились защитить оберегами».

ГЛАВА 7

– Ниже локти! – командовал вечером тренер шеренге застывших перед ним дам. – И-и… выпад! Ариана, вперед, на противника надо смотреть, а не под ноги!

– Так я же запутаюсь в подоле и рухну, – проворчала брюнетка.

– Ничем не могу помочь. Или ты учишься нормально двигаться в своем красном мешке, или бросаешь занятия, так как они все равно бесполезны.

– Этот мешок, как вы выразились, – модное платье стоимостью в пол моей зарплаты, – язвительно отозвалась Ариана. – А бросить бесполезные занятия я бы и рада, но персонально для меня приказа никто не отменял.

– Но вы, по крайней мере, могли бы надевать на тренировки что-то более удобное.

– Вы можете мне гарантировать, что это сильно поможет и добавит сил?

– Естественно, нет!

– В таком случае не вижу необходимости издеваться над собой! – отрезала Риа, весь вечер пребывавшая в раздражении. Очевидно, дождь и бесполезная прогулка по лужам отнюдь не улучшили ей настроение. Соседи Алора ин Сентора ничего не видели, не слышали, не замечали… А если и заметили, то предпочли промолчать, чтобы хоть так досадить всемогущему инквизитору. Похоже, дело зашло в тупик, и выхода никто из команды не видел.

Молодой тренер без слов неодобрительно покачал головой и перевел свое внимание на Тэйру, которая тоже не обрадовалась.

– А ты чего еле двигаешься? Резче выпад! Не ела, что ли…

Образница прикусила губу, чтобы сдержать рвущийся наружу смешок, и украдкой попыталась чуть ослабить пояс на платье. Забавно, ведь она впервые за несколько лет успела и позавтракать, и довольно плотно пообедать. Так что теперь, спустя два часа после возвращения в департамент, все еще чувствовала тяжесть, шевелиться просто не хотелось. Даже темная сущность в кои-то веки не слишком остро реагировала на присутствие мускулистых мужчин рядом и не пыталась обратить на них внимание Тэйры. Хотя, возможно, она просто слишком увлеклась мечтами о том, что обнаружится в пристройке рядом с собором.

– Гюнтер, не мучай ты так девочек, – вступился за своих сотрудниц Иден. – Вряд ли днем мы нарвемся на серьезную опасность, а от мелкой Кара нас в один миг избавит. Знаешь же, что ночью мы не работаем.

– Иден, извини, но нечисти все-таки лучше совать в глаз клинок, а не график расписания работы! – немного вспылил тренер, которого, по-видимому, достала бестолковость некоторых несознательных учеников. – Я ведь определенно слышал, что Тэйру этой ночью навестила одержимая. Скажешь, этот визит был в вашем графике?! Я должен, – сделал он ударение на этом слове, – научить вас защищаться! Понимаешь?!

– Тю-у. Тогда лучше учи девочек строить глазки инквизиторам, это обеспечит намного более эффективную защиту, – насмешливо фыркнул сыскарь в своей излюбленной манере.

– Достал! – досадливо бросил Гюнтер, взлохматив короткие белесые волосы.

– Хоть на словах, раз мечом не получается, – отсалютовал ему Иден.

– Ты бы лучше тренировался так резво, как болтаешь. Встань в пару к Тэйре, пусть она отработает на тебе выпад. Кара! – позвал инструктор. – Ты ко мне, а Эстер поможет Ариане.

Следующие четверть часа по обоюдному согласию и к взаимному удовлетворению образница и сыскарь были очень заняты. Один тем, что с ленцой выбивал меч у неловкой партнерши, а вторая тем, что с готовностью выпускала клинок из рук. Никто из них не напрягался, в отличие от Кары, которая отдувалась за всех, парируя атаки тренера. Хотя надо признать, что вид у нее при этом был довольный, да и смотрелась она в импровизированном поединке очень даже неплохо.

– Против одержимой одна долго не выстоишь, но с вампиром уже сможешь сразиться на равных, – похвалил инструктор, останавливая кончик меча в нескольких сантиметрах от кольчужной сетки, которую Кара ради безопасности не побрезговала накинуть поверх платья. – А ваш инквизитор, кстати, не хочет провести хоть один учебный поединок? Мне было бы интересно посмотреть, насколько хорошо он владеет мечом. Говорят, среди паладинов плохих мечников не бывает.

– Инквизитор настолько же наш, насколько и твой, – фыркнул Иден. – И к тому же он нас сегодня променял на архив в пристройке возле собора.

– А там есть что-то интересное по нашим делам? – полюбопытствовала Эстер, кончиком меча отводя в сторону слабый и небрежный выпад недобросовестной Арианы.

– Возможно. Завтра спросим.

– Эх, в этой пристройке, наверное, про амулеты и магию столько всего спрятано от чужих глаз, – посетовала Кара, начиная задыхаться. По-хорошему ей надо было бы сражаться молча.

– И про амулет тысячи душ должно быть, – заметила Риа. Кажется, она так и не выкинула из головы идею о свободном распространении десятков подобных вещиц.

«Вот бы и мне порыться в архиве инквизиции!» – возникла мысль в головах у всех четверых, присутствующих при разговоре.

«Схожу! Скорее бы стемнело…» – подумалось троим из них.

Ночь для тайных прогулок выдалась замечательная. Тучи не давали пробиться сиянию луны и звезд, а потому город был погружен в таинственный сумрак, в котором запросто мог затаиться кто угодно. Когда-то Тэйру жутко напугало бы подобное окружение, но после совершеннолетия она чувствовала себя на улицах хозяйкой. Дурная привычка, если признаться честно. Девушке очень везло, что ее дороги ни разу не пересеклись с дорогами патрулирующих Эдиабад паладинов или неизвестной одержимой. Понимая это, сегодня темная сущность, управляющая телом, держалась настороже. Да и сама Тэйра напряженно вслушивалась во все звуки, сознание на сей раз почему-то не мутилось так, как она привыкла. Девушка четко воспринимала окружающую действительность, хотя эмоции были приглушены, словно после сильнейшего успокоительного. Иначе образница точно вся извелась бы, зная, куда направляет стопы неугомонная бесовка! Так как Тэйра не собиралась ей потакать, эта сумасшедшая нечисть после полуночи выскользнула через окно и, судя по всему, едва успела убраться от дома перед приходом группы инквизиторов, назначенных для охраны! Если утром они еще окажутся на месте, придется врать, что напросилась ночевать к знакомым. Лишь бы поверили!

«Хорошо знать, где тебя ждут, а быть там, где совсем не ожидают, – еще лучше», – хихикнув, скаламбурила темная сущность.

«Давай не будем соваться к собору», – попробовала уговорить Тэйра.

«Разве тебе не хочется заполучить амулет тысячи душ? – принялась соблазнять бесовка. – Не хочется навсегда избавиться от меня и отправиться на перерождение?»

«Но ведь среди бумаг самого амулета все равно не будет!»

«Ничего, найдем. Какие наши годы?»

«Могилы родителей ты уже десять лет обещаешь помочь разыскать. Сама я в городскую управу явно не решусь вломиться, днем мне ясно дали понять, что не собираются бесплатно терять время на поиск иголки в стоге сена. А цену запрашивают такую, что мне и за год не собрать! Особенно с твоей-то расточительностью».

«Это не интересно. Вот если бы тебе хотя бы дом в наследство полагался… Но ведь его наверняка давно продали. К тому же имя отца ты точно не помнишь, имя матери – Алина – довольно распространенное, а в газетах убийство и вовсе могли обставить как несчастный случай! Найти будет непросто. Зачем оно тебе?»

Рассуждая подобным образом, бесовка довела Тэйру до центра города, где возвышался величественный собор из песчаника, и на фоне неба просматривались силуэты крестов. Дальше она осторожно, стараясь держаться возле стен, где ее сложнее было заметить выбравшемуся из подвалов в неурочный час, чтобы подышать свежим воздухом, паладину, обошла здание по периметру, выискивая необходимую пристройку. Таковая обнаружилась метрах в трех от торцевой стены правого нефа и представляла собой капитальный одноэтажный домик, примыкающий к отдельно стоящей колокольне с мощными решетками на окнах и металлической дверью. Если бы не табличка, догадаться о назначении так называемой «пристройки» было бы сложно.

«Я, конечно, не пробовала, но, кажется, в банк и то проще вломиться, – в явном замешательстве посетовала темная сущность. – И с моими силами ни дверь, ни решетки мы явно не выбьем. А на то, чтобы попытаться разрушить стену под носом у церковников, даже моей наглости не хватит!»

«Идем домой?» – обрадовалась Тэйра.

«Сейчас. Дай хоть разок ручку дернуть».

Бесовка плотнее запахнулась в унесенный из дома одной из предыдущих жертв просторный мужской плащ, натянула капюшон пониже и, настороженно зыркнув по сторонам, двинулась к входу в филиал архива. Темная сущность не признавалась, но Тэйра чувствовала, что и ей не по себе. Однако странный азарт и жажда заполучить амулет тысячи душ толкали нечисть вперед. Образница ничего не решала и не имела права голоса в ночную пору. Как всегда, она являлась лишь свидетелем преступления и… соучастницей. И вот это последнее было весьма необычно и щекотало нервы, заставляя непроизвольно получать удовольствие от небольшого рискованного приключения – противозаконного, но не ведущего к трагедии для невинных людей. До сих пор она и не подозревала в своем характере авантюризма, а теперь со смущением поняла, что ей не хватает каких-то непривычных действий, чтобы чувствовать себя живой.

«Осторожнее, на двери какое-то заклинание сияет! – предупредила девушка темную половину своей души. – Видишь тонкие золотистые нити по периметру?»

«Вот лихо! – досадливо рыкнула бесовка и на полдороге резко скакнула за ствол ближайшего дерева, желая подумать. – Убрать сможешь?»

«Ты меня точно ни с кем не перепутала? Хочешь, лунного волка на двери изображу?»

«Бесполезная у тебя какая-то магия».

«Хорошо хоть такая есть», – обиделась Тэйра. Ей искусство мгновенно переносить увиденное на бумагу или иную поверхность очень нравилось. Если, конечно, не приходилось изображать трупы. Но и у работы в департаменте расследований были свои преимущества, причем немалые.

Бесовка позволила себе мысленно ругнуться, после чего решительно вылетела из-за дерева и понеслась к дверям архива. Отступать и менять планы она не любила. В отличие от образницы нечисть открыто признавала, что ей нравится рисковать, но рисковать разумно, когда есть шансы вовремя скрыться. Чего темная сущность не ожидала, так это внезапного столкновения на крыльце с двумя конкурентами, один из которых тоже желал бы войти в архив, но двигался при этом с другой стороны параллельно фасаду, а второй – желал выйти через дверь. Ощущение было такое, словно она с разбега налетела на каменную стену. Девушка грохнулась, неловко приземлившись на заднее место. То же произошло и с двумя подвернувшимися на пути «препятствиями». Мельком она успела заметить, что фигура справа, которая еще не была в пристройке, одета в характерную для всех инквизиторов белую тунику, словно светящуюся в темноте. Лицо церковника скрывалось под низко натянутым капюшоном, словно он не просто по территории собора шел, а не хотел быть узнанным… Зато объект слева оказался облачен в похожий на ее собственный серый плащ; в руках этот тип, не отличающийся таким разворотом плеч, как у паладина, сжимал какие-то бумаги, свернутые в аккуратный рулончик и перетянутые растрепанной полоской ткани.

Пока темная половина Тэйры приходила в себя после столкновения, более субтильный и успешный конкурент-взломщик в сером приложил паладина по голове простейшим, довольно распространенным шарообразным оберегом против блуждающих теней, вскочил на ноги и с завидной прытью кинулся прочь. Но орудие оказалось легким и не слишком удобным и эффективным для удара, поэтому не вывело церковника из строя. Зато совершенно естественно, что тот не захотел спустить членовредительство и воровство, и потому практически сразу подорвался и погнался следом. Тэйра, нежданно-негаданно получившая в эти мгновения контроль над телом, абсолютно не жаждала бежать за ними, не с ее способностями устраивать гонки и драки. Сейчас было самое время тихонечко смыться в противоположном направлении или проскользнуть в оставшуюся приоткрытой дверь архива, но… Судьба распорядилась по-другому.

– Кто это там? – раздался громкий голос со стороны входа в собор.

– Смотрите! Дверь!

– Держите его!

Затем послышались топот и характерное бряцанье оружия и звеньев кольчуги под чьей-то туникой.

В панике Тэйра подскочила и понеслась туда же, где до нее во мраке переулка уже скрылись две фигуры – серая и белая. Странно, но опасность подстегнула мыслительный процесс, и девушка вполне осознанно решила, что среди других бегущих фигур затеряться проще – догнать, а потом нырнуть куда-то в сторону. Это лучше, чем ситуация, когда паладины станут ориентироваться на звук только ее шагов и дыхания, на шелест только ее одежды.

«Эй, тьма, ты где? – мысленно позвала образница. – Я же без тебя не вижу, куда бегу!»

«Спокойно, инквизиторы тоже не видят, – отозвалась бесовка, и через миг на улице словно посветлело – это включилось ночное зрение нечисти. Но контроль над телом так и остался у Тэйры. – Догоняй этих воров! У них наш свиток!»

«Тебе нужен – ты и догоняй! – возмутилась девушка. – Это мы воровки… несостоявшиеся».

«Не вредничай. Прочитаем – подкинем обратно».

«С ума сошла?! Отбирать у паладина его собственность! Да он в два раза шире меня!»

«А ты поторопись, – весело хихикнула тьма, словно ей нравилось все происходящее. – Тогда бумаги придется вырывать у этого щуплого в сером. Убежим! В воровском деле празднует победу не тот, кто сильнее, а тот, кто быстрее бегает».

– Стой! – раздался крик преследователей сзади.

Предложение нечисти в данной ситуации больше пришлось Тэйре по душе, чем требование церковников. Поэтому она постаралась ускориться, благо что бегать за свою жизнь натренировалась знатно. В этом искусстве она многим дала бы фору.

Мимо просвистел камень. Чуть в стороне, буквально в двух ладонях от левого бока образницы, стальной молнией мелькнул метательный нож. Однако страха не было, все заглушал азарт, щедро изливаемый бесовкой. Белое пятно туники паладина впереди служило замечательным ориентиром, и до него остался буквально десяток метров.

Наверное, со стороны они представляли собой странную процессию из чередующихся серых и белых бегунов. Одного паладина она догоняла сама – добровольно! – а другие в это время гнались за ней. Бесовка тоже заметила иронию ситуации и вовсю мысленно потешалась.

«Поднажми! В нашем бутерброде тот последний огромный кусок хлеба явно лишний!» – подбадривала она, в то же время изрядно раздражая Тэйру. Ведь из-за каприза бесовки и вляпались!

– Их трое! – крикнул кто-то позади.

– Один наш!

– Как же его угораздило?! – продолжали переговариваться воины церкви, и при этом вовсе не казались запыхавшимися и утомленными. Они тренировались в беге ничуть не меньше, чем образница, но их немного подводило отсутствие возможности видеть в ночном сумраке.

– Нашего не заденьте! Кажется, он гонится за тем, первым!

– Остановите второго!

В ответ на последний комментарий коллег инквизитор, несущийся перед Тэйрой, просто не мог не оглянуться, этого требовал инстинкт самосохранения. Естественно, что ему пришлось чуть отскочить вбок, опасаясь атаки со спины. Этим и воспользовалась девушка, чтобы оказаться впереди. Новое положение понравилось ей еще меньше, но жаловаться было поздно. Тут уж или она бежит изо всех сил, или сразу сдается и готовится к процедуре экзорцизма – третьего не дано. Тэйра выбрала первый вариант и сама не заметила, как поравнялась со щуплой фигурой в сером плаще. Однако ростом этот тип явно ее превосходил чуть ли не на полголовы. Судя по хриплому затрудненному дыханию, воришке уход от погони давался нелегко, не помешало бы еще предварительно хорошенько потренироваться, прежде чем идти на такое опасное дело.

«Бумаги хватай – и ходу! – снова вылезла с советом темная сущность, так как опасалась, что самостоятельно образница не решится что-либо отобрать у другого человека. – Мы их потом к собору подкинем! Ну же, неужели тебе самой не интересно?!»

Тэйре было интересно, поэтому она, улучив момент, схватила свиток и дернула к себе. Маневр ей удался, так что в руках утомленного незадачливого вора в сером осталась лишь растрепанная порванная лента. А девушка во избежание обратной экспроприации поспешила резко свернуть в узкий переулок, который, как она помнила, имел множество ответвлений. Все-таки некоторые полезные знания она сумела почерпнуть из ночных променадов бесовки, несмотря на отрывочность воспоминаний.