Текст книги "ЖЖурнальные рассказы (СИ)"
Автор книги: Ольга Громыко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)
– Ну, можно и белые. Все-таки такая достопримечательность, а я туда в грязных сапогах… – Герой озабоченно осмотрелся, но перед крыльцом лежала только кучка выбеленных солнцем черепов с отчетливыми надгрызами.
– Да я тебе сейчас! – Демон снова начал раздуваться.
– Иду-иду, не нервничайте, – виновато, но без тени испуга взмолился гость и уверенно шагнул в непроглядную тьму за порогом. Как ему и обещали, вокруг выло, хрипело, бряцало и воняло то серой, то горелым мясом. По стенам и потолку с заунывным визгом шмыгали черные верткие твари, на пол капала тягучая зеленая слюна. Идти приходилось то по крутым скользким лестницам, то черными сырыми тоннелями, то мостами над бездонными провалами (а также донными, но еще менее привлекательными – с бурлящей внизу лавой и зубьями скал). Герой вел себя вызывающе бесстрашно: агукал в дыры, наслаждаясь эхом, перевешивался через веревочные перила и восхищенно охал, когда брызги лавы взлетали особенно высоко, впиваясь в доски моста. Демон пару раз даже придерживал его за пояс, а когда этот придурок умудрился уронить меч в пропасть, пришлось лететь доставать. Гость терпеливо ждал, а потом долго искренне благодарил, от чего было еще противнее.
Наконец впереди забрезжил зловещий синий свет ристалищного зала. Сотни огненных струй били из-под земли, как гейзеры, то исчезая вовсе, то взметываясь почти до потолка. Нетопырей что-то не было: видно, не сезон. Властелин тоже запаздывал. Герой со скуки взялся обходить зал по кругу, восхищенно цокая языком и колупая ногтем фосфорические грибы на стенах (а вы знаете, как трудно их вырастить?!), и почти обошел, когда грянул гром, в пол саданула молния, и на ее месте возник черный силуэт в развевающемся плаще.
Демон подобострастно ткнулся лбом в пол, твари на стенах ликующе заверещали.
– Трепещи, ничтожество!!! – пророкотал Темный Властелин, эффектно вытаскивая из-за спины огромный черный меч с зубцами, словно отломанный от рыбы-пилы. – Ибо пробил твой смертный час!
– Трепещу! – с неподдельным восторгом заверил его герой, даже не пытаясь выхватить собственное оружие. – Я и представить не мог, что вы такой грозный, такой могучий, такой внушительный!
– Правда? – недоверчиво уточнил Властелин и повернулся боком: в профиль он нравился себе еще больше.
– Да-да, и этот плащ так вам идет! А какие сапоги, просто мечта! Вам в них удобно? Такое высокое голенище, оно, наверное, плохо гнется…
– Настоящая драконья кожа, – надменно процедил Темный Властелин, отставляя каблук.
– Надо же! Можно пощупать?
– Извольте… Тьфу, бейся или проси пощады, слизняк! – опомнился Властелин, отдергивая ногу.
– Пощады! Пощады! – театрально взмолился пришелец, хлопаясь на колени и молитвенно складывая руки. – Пожалуйста, не убивай меня, о великий злодей!
Темный Властелин совсем размяк.
– Ладно, – пророкотал он, убирая меч в ножны, – я отпускаю тебя, жалкий человечишка! Возвращайся к своим собратьям и поведай им о моей мощи и величии, и пусть их сердца содрогнутся от ужаса!
– Да-да-да, – с готовностью подхватил герой, – всенепременно содрогнутся! И от ужаса, и от восторга, и от зависти! Я поведаю о вас всем своим родственникам, и друзья, и знакомым, и даже опишу в мемуарах!
– Слуга, проводи этого червя к воротам, – велел Темный Властелин, величественно отвернулся, взмахнув плащом, и по-простому зашагал к двери.
Демон яростно заворчал, но повиновался.
– Спасибо, спасибо! – непрерывно благодарил герой по дороге, норовя пожать демону лапу (тот всякий раз брезгливо ее отдергивал, и в итоге герою пришлось пожать крыло, еще зудящее от кислоты). – Очень, очень впечатляющее местечко! Мне так понравилось! А вы давно тут работаете? Ну и как? Интересно? А раньше где? Это я не вас в прошлом году в Зловонных Болотах видел? Со спины? Хотя там вроде гребень был; наверное, обознался. Может, как-нибудь посидим в корчме, поболтаем? Я плачу!
Демон заколебался, но все-таки отрицательно рыкнул и вытолкнул героя из замка. Ворота захлопнулись, лава под мостом булькнула.
После долгой настороженной тишины город начал оживать. Распахнулись ставни и двери; жители вначале робко сбивались в стайки, жмущиеся к домам, а потом, решившись, дружно хлынули к герою. Градоправитель схватил его за руку и долго тряс, не находя слов. Корчмарь, не стыдясь, размывал по пухлым щекам слезы радости. Отцы города обнимались, стражник и вор хлопали друг друга по спинам и глупо хохотали.
– Ну, как оно?! – потолкался сквозь быстро растущую толпу маг.
– Сходил, посмотрел, – сияя от радости, подтвердил пришелец.
– И?!
– Красота! Дракон, правда, мелковат, и монстры тощие какие-то, зато какие там внутри виды! А уж Темный Властелин… – Гость восхищенно прищелкнул языком.
– Но как же вам удалось его убить?!
– Я что вам, степной варвар? – возмутился пришелец. – Убить такой потрясающий экспонат! Как можно?! Не волнуйтесь, я его и пальцем не тронул.
Градоправитель беспомощно хватанул ртом воздух. Да чего там, добрая половина толпы в этот момент напоминала косяк рыб, выброшенных на каменистый пляж.
– Дяденька, – захныкал какой-то мальчонка, – но вы же герой! Вы же шли зло бороть и справедливость вершить! Надо было тюпнуть его по маковке и голову отхряцать, а потом на кусочки порубать, чтоб знал!
Толпа загудела, вторя кровожадному дитяти.
Пришелец неподдельно смутился, сунул меч магу в руки и начал неуклюже стаскивать кольчугу.
– Эээ… простите, уважаемые, но, похоже, вы меня с кем-то спутали. С чего вы взяли, что я герой?
– Так сам ж говорил: профессионал! – отчаянно выкрикнул корчмарь.
– Ну да. Я – профессиональный турист, – подтвердил тот и ласково погладил сумку с сувенирами. – И, скажу я вам, такого потрясающего зрелища я еще не видывал!
***
Через месяц замок Темного Властелина осадила орда приезжих. Они восхищенно ахали и охали, лопотали на жуткой смеси всех известных языков, на корню скупали предметы местного промысла, царапали на стенах памятные надписи, швыряли монетки в огненную пропасть и наперебой заказывали художникам свои портреты на фоне замка или волкоголового демона. Около ворот стало не продохнуть от лотошников, пирожниц, кустарей и распутных девок (нахально врущих, что они некогда тоже сидели в неприступной башне, да сумели бежать; этот товар неизменно пользовался спросом). Горластые проводники за умеренную плату водили приезжих вдоль замковой стены, хорошо поставленными голосами вещая, что в нее вбито ровно тысяча двести двадцать шесть крюков («обратите внимание, на сто восемнадцатом в пятом ряду как раз кто-то корчится!»), демоническая стража сменяется каждые три часа, а подходить ближе десяти саженей означает навлечь на себя жуткую гибель. Тем не менее всякий раз кто-нибудь непременно подходил, и это было дополнительной забавой для прочих туристов.
Страна воспряла, население разбогатело, несмотря за зверские поборы, и в конце концов Темный Властелин плюнул, собрал вещи, прихватил парочку самых симпатичных девственниц и канул в неизвестном направлении.
Пророк Бромор в очередной раз подтвердил свою безукоризненную репутацию.
А замок так и стоит. Приезжайте!
Принцепад
Кленовый сквер, раскрашенный осенью, был до того хорош, что даже демиурги не отказались бы посидеть на скамеечке под белым утренним солнцем.
Они и сидели.
– Благодать-то какая! – Первый, смуглый и чернявый, со щегольской бородкой, откинулся на удобно изогнутую спинку.
– А то! – с гордостью поддакнул второй, белобородый голубоглазый старец. – Сам делал.
– Зато вон та кошечка – моя! – ревниво заметил первый.
Черная облезлая киса, воровато прижав уши, волокла по аллее здоровенную копченую селедку. Со стороны беседки, из которой выловили рыбку, доносилась многоголосая нецензурная брань.
– Да ладно тебе, – добродушно прогудел второй. – Нашел чем меряться. Посмотри лучше, какая красивая девушка идет.
Фигуристая блондинка цокала каблучками по плиткам, как породистая лошадь – и привлекала столько же восхищенного мужского внимания.
– Да нет, не эта… – поморщился старец, взмахивая рукой. – Вон та!
Чернявый разочарованно присвистнул.
– Ну у тебя и вкус. – Пригляделся и удивленно поправился: – А знаешь, действительно ничего! Ей бы волосы распустить, макияж поярче, походочку поувереннее…
– Замкнутый круг, – вздохнул старец. – Наряжаться не для кого, а пока не нарядишься, никого и не будет. Слушай, а давай сделаем доброе дело!
– Какое? – недоверчиво сощурился чернявый.
– Подарим девушке день неотразимости. Ей ведь главное – взгляд привлечь, а там мужчины сами к ее ногам попадают.
– Хм… – Тонкие губы собеседника искривила загадочная ухмылка.
– Только давай по-честному! – тут же уточнил старец. – А то знаю я тебя: вечно подсунешь то хромого, то горбатого, то алкаша или вообще… этого. – Демиург двумя пальцами показал гнутые рожки.
Чернявый поморщился, но кивнул.
– Давай. Я сегодня тоже добрый.
* * *
Сонечка, как обычно, опаздывала на работу и лишь мимоходом с сожалением отметила: до чего же красиво в сквере! Погулять бы по припорошенным листвой тропкам, подышать утренним туманом… Но после работы уже темно, а в выходные тут слишком много влюбленных парочек, чувствуешь себя белой вороной.
– Девушка, простите! Вы, кажется, уронили…
Сонечка обернулась. Симпатичный молодой человек в расстегнутом пальто – а под ним деловой костюм с синим галстуком, чудно оттенявшим глаза незнакомца, – протягивал ей серебристую авторучку.
– Это не моя.
– Что, правда? – огорчился тот. – Ну все равно возьмите. У меня еще две есть.
Сонечка вежливо улыбнулась, покачала головой и поспешила дальше. Вот шутник! Небось каждое утро девушек в скверах клеит. Специально пачку ручек в портфеле носит.
– Ой, извините, пожалуйста!
Завязывающий шнурки спортсмен, на которого по рассеянности налетела Сонечка, сердито выпрямился. При взгляде на девушку его загорелое, суровое лицо озарила улыбка.
– Ничего-ничего. Скажите, вы в этом районе живете?
– Да.
– Странно… Целый год здесь тренируюсь – и такую красоту проглядел!
– Извините, я тороплюсь, – пробормотала Сонечка, прибавляя шагу.
«У-у-у, какой богатырь, – сердито думала она на ходу. – Повезет же кому-то…». Унять зависть удалось только мыслью, что сила и ум в одном теле уживаются редко. Да и вообще, может, он неудачник. С завода выгнали, вот и бегает по скверам. А бедная жена в две смены пашет.
Как оказалось, на работу Сонечка спешила зря. Охранник, вихрастый Петя со смешливым обаятельным лицом, заговорщически сообщил девушке, что начальник сам сегодня задерживается – похмелье-с. Парень даже помог ей снять пальто и предложил кофе. Сонечка отказалась. Мало ли, вдруг Сидор Иванович все-таки оклемается и застукает ее чаевничающей на вахте. Хотя Петя, он ничего…
Поздоровавшись с коллегами, Сонечка включила компьютер и углубилась в расчеты. Отвлечь ее от них не смог даже клиент, явившийся в бухгалтерию с букетом роз: «Сам не знаю, зачем купил, может, вы возьмете?» Как же. Небось любовнице нес, а она не пришла. Не надо нам чужих роз!
Весь день в бухгалтерии хлопала дверь. То у Вадика из третьего кабинета бумага для принтера закончилась (бери и проваливай!), то Максиму приспичило новый анекдот рассказать (смешной, ну и что?!), то Паша Весельцев в поисках шефа заглянул, еле выгнала. Даже в столовой не было покою: за Сонечкин угловой столик, безраздельно принадлежавший ей последние три года, подсел какой-то мужик, вкусно пахнущий дорогим парфюмом, и пустой болтовней отравил все удовольствие от еды. Нашел где знакомиться! Бизнесмены, они все такие – наглые. Пока налоговая не заявится.
Как Сонечка и думала, вечером ей оказалось не до красот сквера. Еще и мужик какой-то следом увязался, напугал до полусмерти. С виду нормальный, но маньяки так обычно и выглядят. Потом блондинистый хлыщ в автомобиле целых два квартала ехал вдоль самого тротуара, приоткрыв дверцу и разливаясь соловьем, что такую женщину, как Сонечка, он искал всю жизнь. Пришлось соврать, что замужем и дома дети без мамки плачут. Пусть дальше ищет, нестарый еще. Гад. Издевается над бедной, но порядочной девушкой!
Покормив кошку, приготовив шарлотку, одолжив соседу луковицу и вежливо отвергнув предложение разделить с ним холостяцкую трапезу, Сонечка завалилась на диван с любовным романом. Ох, ну бывает же у людей ТАКОЕ! Хотя бы в книгах…
Когда девушка уже хлюпала носом над счастливой концовкой, зазвонил телефон.
– Сонь, привет! – У Людочки, лучшей Сонечкиной подружки, появился новый ухажер, и ей не терпелось похвастаться: и умный, и сексуальный, и машина «Тойота»…
Соня обреченно поддакивала. Ну почему судьба так несправедлива? Ведь она намного красивее Людочки. И талия у нее тоньше, и волосы пышнее, и высшее образование. Нет, Соня была рада за подругу, но…
– А у тебя как дела? – выговорившись, спохватилась Людочка. – Как личная жизнь?
– А что это? – невесело пошутила Сонечка.
– Зайка, ну заведи ты хоть кого-нибудь! – возмутилась подруга. – Не самой же себе шоколадки покупать.
– Хоть кого – не хочу, – отрезала Сонечка. – Мне надо, чтоб любимый и единственный. С первого взгляда. А тут на кого ни глянь – одни извращенцы и придурки!
– Да, ничего они в нас, красивых, не понимают, – сочувственно заключила Людочка. – Иду, милый, иду! Все, пока, мы в кино убегаем!
Сонечка немножко поплакала – и над прочитанным романом, и вообще. Утешила себя конфеткой с ликером. Ничего-ничего, мы еще дождемся своего принца! Может, завтра выйду во двор – а он там, на белом коне… или мерседесе, как у сегодняшнего хлыща. Мне бы только один шанс! Один-единственный, а я уж не упущу!
Телефон снова требовательно запиликал.
– Алло, – окликнул незнакомый мужской голос. – Добрый вечер, пригласите, пожалуйста, Андрея.
– Вы не туда попали, – зевнула девушка и погасила свет. Эх, как хорошо было бы часок поболтать в темноте с таким Голосом – приятным бархатистым баритоном…
– Какая жалость… – неискренне огорчился тот. – Девушка… а как вас зовут?
– Вы не туда попали, – твердо повторила Сонечка и повесила трубку.
Суженый-ряженый
– Любимая! – Пальцы рыцаря неуклюже перебирали струны лютни, благо тех было всего три, и немелодичные звуки скорее привлекали внимание объекта воздыхания, нежели услаждали слух. – Ты прекрасна, как утренняя заря: волосы твои – лучи восходящего солнца, голос – пение соловьев, глаза – капли росы в чашечках незабудок…
Облокотившаяся на подоконник дама благосклонно внимала, рассеянно теребя темно-алую розу. Башня была в самый раз: и рассматривать претендентов удобно, и можно не опасаться, что они в запале в окошко запрыгнут.
Старательно перечислив все видимые достоинства возлюбленной, рыцарь перешел к ожидаемым, и щеки красавицы окрасились румянцем – за что их поспешили сравнить с запретным плодом, спеющим на макушке дерева.
– Будь у тебя копье, непременно сбил бы? – кокетливо поинтересовалась дама.
– У меня есть копье! – с готовностью отозвался рыцарь, многозначительно приосаниваясь. – Это волшебное и могучее оружие, доселе не знавшее промаха! Но я могу показать его тебе только наедине. Священный обет, сама понимаешь.
Дама захихикала и скрылась из виду. Как вскоре выяснилось, она присела за подоконником, и через пару минут оттуда с треском вылетела и развернулась в ленту узкая веревочная лестница. Нижняя ступенька-палка больно стукнула зазевавшегося рыцаря по кончику носа. Это еще что за шуточки? У башни же есть вполне приличные двери! Добро бы ревнивый папаша единственный ключ из вредности проглотил, или дракон у входа дрых. Так ведь пили вчера с будущим тестем чуть ли не до утра, и туда-сюда мальчишку за добавкой гоняли!
Лестница раскачивалась на ветру, как драная паутина, поочередно перекручиваясь в обе стороны.
– Спустись же ко мне, любимая! – воскликнул рыцарь, протягивая руки вверх, словно даже не допускал мысли, что эта «нить любви» – для него.
– Взойди же в башню, мой герой! – с той же пылкостью ответила дама, повторяя его жест в противоположном направлении.
Рыцарь нехотя взялся за перекладину, подергал и обнаружил, что лестница, ко всему, еще и гниловата.
– Спустись, и я покажу тебе самую раздольную поляну королевства, поросшую шелковистой травой и цветами! – попытался он соблазнить избранницу.
– Ооо, это ты еще не видел моего ложа! – томно протянула красавица. – Оно такого же размера, только без клещей и шишек!
– Мы встретим закат на озерном берегу!
– Я прикажу служанке подать ужин в постель!
– Мы уснем и проснемся под пение птиц!
– Я запру ставни, и никакие горлопаны нам не помешают!
Рыцарь выругался под нос. Все было чертовски соблазнительно – за исключением проклятой лестницы. Даже натянутая, она кончалась чуть выше его пояса. Возможно, стоило проползти несколько ступенек на руках, – мелькнуло в голове у незадачливого ухажера, когда оставшаяся на земле нога внезапно подвернулась, а заброшенная на лестницу провалилась между веревками.
– Лю-у-уди! – взвыл рыцарь, медленно вращаясь вниз головой. Затылок приятно холодила близкая земля.
Как ни странно, спасателей вблизи сыскалось предостаточно. Вот только лица у них были какие-то не шибко сострадательные. Взмах ножа разом прекратил судорожные раздумья пленника – хочется ему, чтобы лестница оборвалась, или нет. Прежде чем рыцарь прочувствовал первый вариант, его услужливо подхватили под мышки и поставили на ноги, придерживая несколько крепче, чем полагалось участливым прохожим.
– Ах! – Донесся сверху испуганный возглас. – Разбойники!
Тип с ножом снял потрепанную шляпу и галантно расшаркался.
– К вашим услугам, сударыня! Мы – те самые Бешеные Волки, которые уже три года держат в страхе запад страны!
Рыцарь подавленно обвис на вражеских руках. Конечно, можно было бы попробовать внезапно рвануться и разбить пару-другую бородатых морд, но здоровье, пожалуй, дороже репутации несгибаемого героя.
– Ох! – с еще большим чувством воскликнула дама. – Как вы посмели пересечь границы наших владений?!
– Очень денег захотелось, – стыдливо признался кто-то из банды, а главарь ехидно добавил: – И вообще, надо башни по назначению использовать, а не глазки с них строить!
– Хам! – пискнула дама, растопыривая веер и прячась за ним, как за крепостной стеной.
– Ладно, обменялись комплиментами – и будет, – решил главарь, сноровисто приставляя нож к шее пленника. – Эй, ты, птичка в дупле! Открой дверку-то, не то твоему рыцарю конец!
Красотка предобморочно схватилась за сердце.
– Но ведь тогда вы ворветесь в наш замок!
– Ага, – плотоядно кивнул разбойник, – разграбим его, разрушим и надругаемся над всеми женщинами от девяти до девяноста лет!
– И не только женщинами! – застенчиво поправил тонкий голос из бандитской толпы.
– А где я жить тогда буду?! И на что? – Ужас в голосе осажденной постепенно сменялся праведным гневом.
– Вам же, благородным дамам, после такого позора жить не положено, – справедливо заметил разбойник.
Дама презрительно фыркнула.
– Чтобы я повесилась из-за похотливого мерзавца?! Да у меня только в этом году их семь штук было! И ничего – жива!
– Кисонька… – потрясенно простонал рыцарь.
– А если откроешь, тогда и он в живых останется, – терпеливо продолжал уговоры главарь. – Мстить, хе-хе, будет, позор кровью смывать!
– И о вашей великой любви, – мечтательно добавил все тот же голосок, – сложат прекрасные песни и легенды!
– Спасибо, что-то не хочется, – отрезала дама не хуже, чем тот нож – лестницу.
– Давайте вы меня просто отпустите, а я вас благородно прощу? – поддержал ее рыцарь.
– А где же романтика? – возмутился главарь. – Где заломленные руки, возвышенные речи, горячие клятвы, прощальные слезы? Где моя законная добыча, наконец?!
– Вон лестница висит, – злорадно напомнила дама.
– Нашла дураков! Открывай, покуда не поздно! – Главарь наглядно пошевелил ножом. Рыцарь пискнул и засучил ногами. – Убьем ведь!
– Не открою, – всхлипнула красавица. – Прощай, моя любовь!
Разбойник внимательно изучил неприступную стену с окованными дверями, и слегка сбавил тон.
– Ну тогда хотя бы кинь нам свои драгоценности, – предложил он. – Мы ж не звери какие-нибудь, тоже сострадание имеем… но ведь не может наша прославленная банда уйти с совсем пустыми руками!
Ладонь дамы переместилась с сердца чуть повыше, на массивную золотую цепь с изумрудами, колыхавшимися в глубоком декольте, как дельфины на волнах.
– Милочка, – отчаянно простонал рыцарь, – делай, как он просит! Я потом куплю тебе новые! Все, что хочешь!
– Но это же фамильное ожерелье! – возмутилась любимая. – Ладно, ладно, так уж и быть, дам им одно колечко! Вот это, с сапфиром. Между прочим, целых сто монет стоит!
Разбойник презрительно хмыкнул.
– Медных?
– Серебряных! Я купила его у лучшего ювелира в городе!
– Уши ему оборвать за наглость! Кстати, серьги у тебя тоже ничего…
– Серьги – это бабушкина память! – категорично возразила красавица.
– Отлично, мы будем помнить об этой достойной даме всей бандой!
– Даже не надейтесь!
– Они тебе все равно не идут!
Главарь понял, что допустил роковую ошибку, но исправить ее не получилось. Дама задохнулась от возмущения, а затем выпрямилась, с треском сложила веер и отчеканила:
– Все, с меня хватит! – И, набрав побольше воздуха, свирепо заверещала уже в сторону комнаты: – Стра-а-ажа! К оружию-у-у! Под стенами нашего замка бродят гнусные разбойники!
Вверх неубедительно трынькнула стрела, бесславно затупившись о камень. Хлопнул ставень. Алый лепесток медленно слетел вниз, улегшись на земле кровяной капелькой. Разбойник философски пожал плечами и, резко развернувшись к поскуливающему рыцарю, взмахнул ножом…
***
В благоговейную тишину храма камнем упал вопль. Жених, путаясь в проводах, содрал с головы матовый шлем и бросил его на пол, как ядовитую змею. К счастью, конструктор симулятора надежно защитил свое детище от ударов, которые выпадали на долю бедного прибора по десять раз на дню.
Невеста, напротив, сняла шлем так медленно и осторожно, словно тот был хрустальным. Аккуратно повесила на установку.
Свидетели изумленно зашептались, переглядываясь.
– Итак, – невозмутимо продолжил священник, все время испытания терпеливо простоявший напротив молодых с открытым молитвенником в руках, – вы по-прежнему согласны взять друг друга в законные супруги?
В храме снова стало тихо-тихо. Но далеко не столь благоговейно.
Первой дар речи обрела девушка.
– Трус! Слабак! Импотент! – завизжала она, пятясь от алтаря.
– Шлюха! Жадная дура! – не остался в долгу парень, замахиваясь коробочкой с кольцами. – На, подавись своими цацками!
В ответ полетел букет, вещь куда более колючая и увесистая, так что поле битвы осталась за дамой. Впрочем, она не задержалась на нем и минуты.
– Не согласны, – философски констатировал священник, закрывая молитвенник. – Что ж, бог с вами, дети мои. Может, еще свидимся.
И повернулся к камере.
Гости с недовольным ворчанием покидали храм. Репортер дождался, пока в божьем доме наступит тишина, и преувеличенно бодро зачастил:
– Итак, мы только что увидели бракосочетание… Точнее, бракораспадание молодой пары, рискнувшей подвергнуться фантосимуляции. Отец Юрий, ваши комментарии!
– Фантосимуляция – новая, но уже отработанная и прекрасно зарекомендовавшая себя технология. – У священника оказался приятный, негромкий и располагающий баритон. – Я не стану углубляться в принцип ее действия, сие есмь таинство нейропрограмирования…
Репортер вежливо улыбнулся.
– …Однако суть такова, что фантосимуляция позволяет человеку погрузиться в иллюзорный мир, временно утратив память и всяческое представление о реальности.
– Это изобретение пытались использовать в компьютерных играх, – понятливо подхватил репортер. – Но быстро от него отказались: ведь человек запускает игровую программу, чтобы развлечься, а не гибнуть «по-настоящему» от клыков жутких монстров.
– Верно, – кивнул отец Юрий, – однако получасовое испытание – достойная цена за семейное счастье на долгие годы. К тому же мы подбираем более щадящие для нервов ситуации. Какие именно – знают только молодожены, это приравнивается к тайне исповеди.
– Хорошо, но зачем это вообще нужно? – Телеканал выделил репортеру только три с половиной минуты эфира, и лирические отступления все равно пришлось бы вырезать.
– Чтобы вернуть браку его исконный смысл, – просто ответил священник.
– Эээ… простите?
– Создание семьи, – пояснил отец Юрий. – Союза двух любящих людей, желающих прожить жизнь вместе, вырастить общих детей и умереть в один день.
– А разве это не так?
– Тогда откуда же берутся современные 80 % разводов в первый же год?
– Ну… не сошлись характерами.
– Вот! – назидательно поднял палец священник. – А почему?
– Не знаю, – честно признался репортер. – И почему же?
Отец Юрий потер подбородок, подбирая нужные слова.
– Видите ли, современное общество дает человеку слишком мало возможностей для раскрытия его… хм… истинной сути. Мы даем клятвы без опаски, что он нас потребуют их исполнения. Нам не приходится защищать порог своего дома с мечом в руках, страстно молиться за тяжелораненого, месяцами ждать весточки от ушедшего в поход мужа – ведь есть полиция, антибиотики, мобильные скайпфоны…
– Разве это плохо? – фыркнул репортер.
– Нет, конечно. Для общества в целом. А вот для семьи – убийственно. Когда супругам нечем доказать свою любовь и жертвенность, чувства начинают угасать… если они вообще были. Ведь многие женятся просто потому, что «пришло время», или «надоело быть одной». А когда обнаруживают, что этого недостаточно – бывает уже слишком поздно: дети, общественное мнение, растущее раздражение… Для предотвращения этого и был создан симулятор. Только за первый, экспериментальный год он сократил количество разводов в 16,5 раз!
– Браков, похоже, тоже, – дотошно заметил репортер.
– Бывает, что за день мне не удается провести ни одной церемонии, – признал отец Юрий. – Но если пара желает сочетаться и после фантосимуляции… вы бы видели, как светятся их глаза, устремленные друг на друга! Как тянутся навстречу руки! Общие переживания сплачивают, увлечение сменяется уважением, надежда – уверенностью, страсть – истинной любовью.
– А вы сами? Рискнули бы себя проверить?
Священник улыбнулся и развел руками.
– Понятно, – по-своему истолковал его жест репортер. – Что ж, спасибо за беседу! Виктор Добров, для телеканала «ДТ». Все, Паша, гаси, снято…
– Я-то рискнул, – задумчиво пробормотал священник, когда за съемочной группой уже закрылась дверь, – и вот что из этого вышло. Но лучше разок умереть там, чем страдать всю жизнь здесь, не так ли?
Орган колыхнул воздух тягучим, торжественным аккордом. В зал, трогательно держась за руки, вошла новая пара.
Отец Юрий откашлялся и провел пальцами по корешку молитвенника, нашаривая закладку.
– Приветствую вас, дети мои. Вижу, вижу, что вы пришли сюда заключить брак на земле и небесах, но перед началом церемонии я обязан спросить: желаете ли вы подвергнуться бесплатной, официально разрешенной фантосимуляции?
Молодые одновременно кивнули. На сияющих лицах отражалась железная уверенность, что их не сумеют разлучить ни горести, ни болезни, ни веревочные лестницы.
