Текст книги "Ключ (СИ)"

Автор книги: Ольга Лисенкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 32

Новенький паспорт занял свое место в сумочке Ассо рядом с телефоном. Раскланявшись, гости сели в машину и выехали с территории поместья на шоссе.

Поначалу Ассо молчала. Молчал и Матвей, так же как она, ошеломленный особенностями жизни кромешников.

– Отвези меня, пожалуйста, к воде, – проговорила она наконец. – Мне нужно подышать. Если у тебя много дел, просто высади где-нибудь, где есть вода. Лучше проточная, конечно.

– Хорошо.

Он поменял маршрут. В голове промелькнуло: «Вот такая ты мне нравишься больше – притихшая и настоящая, без этого фейского гипноза и чувственных взглядов, от которых перехватывает дыхание». Он тут же вмазал себе в ответ: «Она всегда была естественной! Эмоциональный, порывистый ребенок, отдающийся и восторгу, и недоумению, и печали целиком. Такой, каким ты всегда хотел быть и никогда не мог, ты, огненная сущность в цементной оболочке».

– Ты похож на отца, – добила она его.

Матвей бесшумно втянул воздух. О времена, когда он мечтал походить на отца, блестящего, прекрасного, недосягаемого! О времена, когда он ненавидел Анатолия, а еще больше – себя за малейший проблеск этой мысли! Чем он может быть на него похож?

– Скучаешь по маме?

Она пожала плечами.

– Я же ее не знала.

– Неужели это правда, что истинные кромешники рождаются только через смерть мамы?

Ассо покачала головой.

– Нет, конечно, нет. У меня есть младшая сестра, ее мама жива. Просто, как я понимаю, она вернулась с поверхности, и тогда отец взял ее в жены. Я никогда не слышала, чтобы у нее был еще ребенок, но, как я теперь понимаю, это неизбежно. Ее ребенок должен был быть кромешником только наполовину или, например, только на три четверти, если она сходилась тут с полукровкой. И он не мог бы жить на дне. Может быть, его отобрал отец. Люди так иногда поступают. Или же ребенок умер. Мы с мачехой никогда не были близки, и я понятия не имела, что есть такой закон, я никогда не спрашивала, я не знала…

Матвей кивнул.

– Наверное, она здесь сходилась с полукровкой, – задумчиво продолжала Ассо. – Она, может быть, думала, что с человеком, но стихия ее вернула. Раз Анатолий никогда не слышал о том, чтобы кто-то возвращался по своей воле…

– А как это происходит?

Ассо пожала плечами.

– Я пока не знаю. Ну… стихия же всегда рядом с людьми. Наверное, утягивает. Раз это закон природы.

Они приехали на берег реки: Матвей выбрал песчаный берег, со всех сторон заросший кустами, чтобы русалке было удобнее вдали от посторонних глаз. Здесь отчетливо пахло рекой – свободой и свежестью. В кустах, правда, валялись жестяные банки и пакетики из-под чипсов, и ему стало стыдно за людей. Ассо сразу скинула туфли и пошла к воде. Матвей приоткрыл дверь со своей стороны, но остался сидеть на водительском месте.

– Ты говорил, у тебя много дел, – напомнила она не оборачиваясь.

– Дела подождут.

Не заботясь о белом костюме, она вошла в воду по щиколотку, потом по колено. Остановилась.

– Как потом поедешь мокрая? – сказал он без упрека.

– Я мгновенно высохну, – улыбнулась она. – У нас свои приемы. Я же русалка.

Вдохнув глубоко, она легла на воде на спину. Несколько минут прошли в молчании.

– Когда видишь солнце сквозь толщу воды, на него вполне можно смотреть, – заметила она. – Тут не так.

– Да.

– Почему ты не уезжаешь?

– Как я оставлю тебя? Здесь такое пустынное место, вдруг на тебя нападут?

– Иди ко мне.

Матвей засмеялся.

– Слышали мы о русалках. Спасибо, не надо.

– Я тебя тоже потом быстро высушу, если не хочешь раздеваться. Не бойся, я тебя не утащу на дно. Я сейчас и сама туда не пойду.

– Не-ет. Вода наверняка ледяная.

– Ну ладно.

Она еще помолчала.

– Я немного в шоке.

– Я понимаю.

– Не знаю… Я только что узнала от тебя, что есть еще и любовь. И потом узнала, что я родилась от любви. Что у моих мамы и папы была любовь. Она у них была. А я о ней даже не знала. Отец со мной об этом не говорил. Доверил няне определить подходящий момент. Отправил меня сюда, чтобы у меня любви не было.

Матвей шевельнулся – ему так хотелось положить руку ей на плечи, притянуть к себе, чтобы успокоить.

– Нет, нет, – возразил он. – У тебя вполне может быть любовь! Люди часто женятся по любви. Насколько я понимаю, Денис любит Василису. Она просто на него сердится сейчас, но, наверное, тоже его любит. Мы ее разыщем, он попросит прощения, и она вернется, и они будут растить вместе детей. И вот пропавшие дети… меня привлекли к делу по просьбе кромешника, у которого пропала дочь, он живет со своей женой, она человек. И дочке уже скоро десять лет, они все время живут вместе, семьей.

– И много таких примеров ты знаешь?

– Я не очень-то общался с кромешниками, – признался Матвей. – Поэтому я таких примеров знаю не слишком много. Но они есть, это главное.

– Я чувствую себя так, будто мое сердце кто-то выжимает, как тряпку.

Не зная, что ответить, Матвей промолчал. По машине гулял ветерок. Мимо пролетела бабочка. Он решил слегка разрядить обстановку:

– Ты говоришь, что умеешь сушить одежду, а ко мне в офис заявилась вся мокрая.

– Я тогда не сообразила, как этим пользоваться, – хихикнула Ассо. – Чем больше я обретаюсь на поверхности, тем лучше учусь. И еще Велемир показывал мне, как делать иллюзии.

Боже, опять Велемир.

– Ты так хотела быть с ним? – спросил Матвей, очень стараясь говорить тем же тоном, что и раньше.

Ассо ответила не сразу.

– Может, еще буду.

– Не рискуй. Может быть, потом, позже, когда это будет безопасно для тебя. Он не стоит того, чтобы…

– Стоит.

Матвей закатил глаза, но ничего не сказал. У него зашумело в ушах. Велемир жил в этом мире столько лет и наверняка не собирался ничего менять, судя по всему, его все устраивало. А девчонке в шестнадцать лет – или сколько ей там – неудивительно мечтать о любви, пусть даже она будет трагической, тем интереснее. Он чувствовал себя таким старым рядом с ней. Как найти слова?

– Не надо рисковать, – повторил он медленно. – Ну что ты. Жизнь такая прекрасная. Вы живете долго. Даже практически не болеете. Будут дети, будут любовники, будет все, что ты захочешь. И потом, через год с небольшим, получишь своего Велемира, он никуда не денется за это время, даже не постареет. Ты, главное, не торопись. Ты еще тут никого и встретить-то не успела, кроме него да нас с Денисом. Не видела ничего. – Он вдруг нашелся. – Пойдем в кино.

Глава 33

Ассо и правда высушила одежду сразу, магическим образом. Вышла из воды мокрая: белая ткань в момент стала прозрачной, облепляя фигуру (Матвей отвел глаза). К машине подошла уже сухая. Только блестящие волосы начали слегка виться.

– Кино – это что? – спросила она с интересом, и он в очередной раз ей позавидовал.

– Это… Ы-ы-ы. – Он постучался лбом об руль. – Короче, это выдуманные истории, которые снимают на камеру. Как сказки или другие книжки, только их показывают, разыгрывают. Мы садимся в большом зале, слушаем и смотрим. И там есть музыка.

– Пойдем, – охотно согласилась она, занимая свое место. – На камеру – это что?

Изучив киноафишу, Матвей остановился на мультфильме «Тролли». Пришлось еще раз объяснять Ассо, что такое кино, с учетом того, что смотреть они будут не игровой фильм, а анимационный, но здесь это пошло легче: на небольших экранах у касс демонстрировали трейлеры.

– Попкорн будешь? – Он ткнул пальцем в картонное ведерко, которое держала в руках девчушка, ожидавшая начала сеанса.

Ассо принюхалась, сморщила нос и покачала головой. Ну и хорошо, он и сам не любил этот вонючий пластик.

Мульт не был новым, и народу на сеансе оказалось немного, только пара-тройка детей с уставшими мамашами. В зале Матвей попросил Ассо достать мобильный телефон, ввел туда свой номер, номер Дениса, на всякий случай номер Анатолия и 112, а потом объяснил, как звонить, как можно вызвать такси, как подключаться к интернету и как – к Фейринету Она все ловила на лету, через пару минут уже печатала Денису сообщение по вацапу Пальчики Ассо скользили по экрану иначе, чем у обычных девушек, но Матвею все не удавалось понять, в чем разница, и он завороженно следил за ней. Хотя молодые писали на смартфонах большими пальцами, сам он по привычке тыкал одним указательным, а у Ассо все пальцы будто танцевали. Наконец он догадался.

– Ты говорила, что не знаешь русского или английского, просто понимаешь. Ты и пишешь так же? Интуитивно?

Она подняла голову и смущенно засмеялась.

– Наверное. Буквы склеиваются в слова… Денис ответил, что Велемир очень хочет меня видеть. Поеду, наверное, потом в телецентр. Как раз застану ночной эфир.

Начался мультик, и Матвей, уже смотревший «Троллей» раньше, то и дело переводил взгляд с анимированных созданий на русалку, сидевшую рядом. Как он и предполагал, действо захватило ее полностью. Она несколько раз прослезилась, а на самой важной сцене уже всхлипывала, не сдерживаясь. Если бы он был каноническим героем, он должен был бы подать ей чистый носовой платок, но он таким не был и ничего ей предложить не мог. Разве что «Макдональдс» после кино – и перед тем, как она поедет на телевидение к своему Велемиру Русалки были редкими гостьями в маленьком городке. По сказкам, по легендам, по слухам Матвей представлял их себе как соблазнительных, но при этом холоднокровных дев. Ассо же казалась еще более пылкой, чем его огневой отец. Глядя на нее, Матвей думал не о тихих омутах, а о буре на море, о цунами – волне размером с многоэтажный дом, которая обрушивается на него вот прямо сейчас и вышибает дух. Он ничего не мог предложить ей. Встать в очередь и надеяться, что она захочет встречаться с ним после того, как сходит замуж за человека и родит ребенка, а потом покрутит с Велемиром, пока тому не надоест? Матвей не удержался от горького смешка. Какой станет тогда эта девочка, которой сейчас все внове, которая сейчас под таким впечатлением от первого проблеска понимания, что есть любовь? Каким будет он сам через пару-тройку лет?

Да, Ассо не осознает, еще только учится осознавать, что она делает, когда совращает мужчин. Он только поэтому дал слабину – только потому, что она пока что вся настоящая. Очень скоро это изменится (не зря же онатренируется),и ему сразу станет легче. Все пройдет. Стоит им расстаться, перестать жить в одной квартире (причем чужой) и видеться каждый день, все рассеется. Таковы мороки кромешников, все проходит, и это пройдет. Пройдет. Пройдет. Это же просто фейский гипноз. Но он не совсем человек, он на такие штучки не поведется. Ему вспомнились девушка-водитель, которую отправил за ним Анатолий, и другие кромешницы, которых он встречал на своем пути: все они и все их ужимки вызывали у него не более чем легкое раздражение.

Да, нужно потерпеть еще немного. Очень скоро Ассо бесповоротно изменится, станет такой же, как все. Надо сосредоточиться на том, чтобы искать пропавших детей «серединка на половинку», как и он сам, а не выть, как идиот, на недоступную луну.

Вместе с тем Матвею было жаль. Не себя, конечно, а ее, эту чистую девочку, пока еще не познавшую любви, не познавшую мужчин, не прошедшую через жернова судьбы, которая, как выяснилось, диктует кромешникам и сроки, и жесткие условия. Она была обречена.

Глава 34

Когда Ассо добралась до телестудии, там уже вовсю записывали вечернюю программу для людей. Она встала в дверях, тихонько выглядывая из-за спины какого-то верзилы. Велемир был прекрасен, как и всегда. На этот раз поверх белой рубашки он надел серый жилет от костюма, в тон брюкам, а пиджака на нем не было. Выглядело это так, будто пиджак он снял, потому что «официальная часть» закончилась, и сейчас он говорит со зрителями по душам. Жилет подчеркивал спортивную фигуру, и ему, разумеется, это было известно.

Нет, у Ассо не было ни сил, ни желания вдумываться в то, чем занимается Велемир. Он ходил по студии с микрофоном, совал его под нос то женщинам, то мужчинам, временами задавал им какие-то вопросы, наверняка остроумные… Ассо ждала перерыва перед съемками программы для кромешников, которая интересовала ее куда больше.

Верзила шагнул назад и едва не наступил на маленькую Ассо. Она протестующе пискнула.

– Куда вы лезете в студию, – возмутился он шепотом, – тут же съемка идет?

– Простите, – сказала она, озаряя его взглядом своих огромных ясных глаз, а потом смиренно опуская ресницы.

– Ой, это вы меня простите, – залебезил он тут же. – Я вас толкнул? Вам же здесь неудобно стоять-то… В студию мы сейчас не можем входить, там съемки, вообще тут нельзя находиться… может, я вас пока развлеку?

От последнего слова в голове немедленно зазвенело. Вспомнился доброжелательный и слегка насмешливый басок: «Если вы хотите развлечься с моим сыном… если вам нужно мое отцовское благословение…» Перед глазами встало бледное лицо Матвея с ярко проступившими на побелевшей коже веснушками, с плотно сжатыми губами и сверкающими глазами. Ему была так невыносима эта мысль, даже в шутку, что он в этот момент едва не взорвался!

Следом память услужливо подкинула совет жены Анатолия: за обедом она все время отмалчивалась, а потом подстерегла Ассо для разговора наедине. «Считай дни и месяцы, девочка, – вкрадчиво проговорила она. – Считай. Если ты будешь баловаться с Матвеем, ты можешь сразу же залететь, кромешницам это свойственно. У тебя впереди почти год, кладем девять месяцев на беременность, и у тебя еще остается время на то, чтобы выскочить замуж за человека и потом залететь от него, но времени мало, мало. Если ты залетишь не сразу, ты можешь родить, не успеть замутить с человеком и сразу же вернуться навечно на дно реки. Не увлекайся. Не увлекайся никем. Меньше всего – полукровками. Послушай старших».

Конечно, страшно провалиться обратно на дно реки, расставаясь и с любимым, и с новорожденным ребенком навсегда… Нет, не стоило даже и начинать. Разве можно начинать, если постоянно считаешь месяцы и дни, когда тебе придет пора бежать – как Золушке с бала, под бой неумолимых часов? Эту историю Ассо читала тайком, на дне не поощрялись сказки только о людях, ведь они дают искаженную картину реальности. Запретный плод сладок: Ассо они всегда нравились больше вечных поучительных историй о царевнах-лягушках и прочих кромешниках в мире людей. Ей нравилось воображать, как прекрасная скромница приехала на бал, как в нее сразу же, с первого взгляда влюбился сам Принц. А потом стали бить часы. Оказывается, и эта сказочка была поучительной. Не надо надеяться на лучшее. Не надо искать любовь. Часы стучат, стучат, стучат, скоро пробьют полночь, и ты останешься на улице босая и раздетая, твои лошади, они же крысы, разбегутся, карета превратится в тыкву, а влюбленный Принц даже не запомнит твоего лица.

Это было несправедливо, несправедливо! Почему люди могут встречаться и расставаться, знакомиться со своей будущей любовью хоть в детском садике, а беременеть тогда, когда будут готовы? Почему кромешникам в этом отказано?

Да, кромешники временно гостят в чужом мире. Но ведь тоже не по своей воле! Им просто нельзя влюбляться друг в друга под страхом смерти. И что еще им остается?

– Да, – сказала она со всхлипом. – Да. Я пока жду Велемира, развлеките меня.

…Ничего страшного не произошло, конечно. Верзила отвел ее в какой-то закуток с компьютерами, напоил ужасным растворимым кофе и пытался вести беседу: шутил с отсылками на неизвестных ей личностей, сыпал сомнительными комплиментами и невзначай касался то руки, то коленки. Очень, очень скучно.

Наконец Велемир освободился. Точнее, настало время перерыва перед ночным эфиром для кромешников.

– Какая ты красивая, – сказал он восхищенно и поцеловал ее в висок, а потом обнял за плечи. Большой, теплый, надежный, как скала. А еще от него очень приятно пахло. Ассо закрыла глаза и вдохнула полной грудью.

Ее незадачливый ухажер с тяжелым вздохом испарился.

– Как успехи?

– Мне сделали паспорт. Теперь можно устраиваться на работу.

Она продемонстрировала смешную маленькую книжицу.

– Ну и отлично. Сейчас отдел кадров уже не работает, завтра надо будет туда зайти и написать заявление.

– Сходишь со мной?

– Конечно. Слушай, ты хорошеешь с каждым днем. Уже положила на кого-то глаз? Расскажи папочке.

Ее вдруг передернуло.

– Не говори так, пожалуйста. Не надо так себя называть.

– Ладно. Ну так как?

– Нет, пока нет. Некогда было.

Ассо запрокинула голову и посмотрела на его щеку. С утра Велемир наверняка побрился, а сейчас начала показываться иссиня-черная щетина. Ему это, разумеется, было к лицу. «И ничего я не стану тебе рассказывать, – отчетливо поняла она. – Не твое это дело». Пусть Велемир друг, пусть брат, но пускать его дальше, глубже, ближе никак нельзя.

– Ты никуда не опаздываешь. Не переживай.

– Я посмотрю, как ты записываешь передачу?

– Посмотри. Только у нас прямой эфир, одновременно на фейривидение и в Фейринет. Хочешь со мной вместе его повести?

Ассо хихикнула.

– С ума сошел? Я вообще не знаю, как это делается.

– Зато ты красивая. Все будут на тебя смотреть.

Он зарылся пальцами в ее густые волосы, погладил, потянул, дернул. Уткнулся носом. Его дыхание было горячим. Она замерла.

– Я посмотрю, как это делается, может быть, в другой раз попробую. Когда хоть что-то буду знать.

– Хорошо. Только садись так, чтобы я тебя видел. Я буду смотреть в камеру и видеть тебя.

Он потерся носом о ее макушку, слегка сжал предплечья, и она чувствовала, даже не поднимая глаз, что на губах у него сейчас играет легкая полуулыбка. Ассо пошатнулась на каблучках, с которыми пока не освоилась. Велемир играл с ней по своему обыкновению, по привычке, которую он приобрел в мире людей. На них пялились все, и ей было неловко. И хотя он бы наверняка ответил, что все происходит только у нее в голове, а на людей вообще не нужно обращать внимания, Ассо понимала, что дальше по этой дорожке идти опасно. Она осторожно подняла руки и высвободилась из его объятий.

– Скоро уже начало, наверное. Я тебя отвлекаю. Покажи, куда мне лучше сесть. А, и у меня теперь есть мобильный, скажи свой номер, я запишу. Сможем перезваниваться, если не удастся встретиться.

– Я скучаю, – сказал он тихо, с этими опасными низкими нотками, вновь поймав ее руки. – Номер продиктую, конечно, но давай все же встречаться.

Во рту у Ассо стало горько. Ей хотелось сказать: это же я, я, а не твои человеческие девушки, которых надо очаровывать. Мы можем быть друзьями. Братом и сестрой. Нам нельзя даже думать о том, чтобы быть друг для друга кем-то другим. И тебе наверняка это известно. Зачем ты играешь эту роль, зачем ты играешь со мной? Но она уже знала ответ. Велемир не то чтобы играл: он пророс в эту роль, он так наслаждался ею, что она стала его манерой, его жизнью. Ей нужно думать за себя. Вот так. Детство кончилось.

Глава 35

Ассо села туда, куда указал ей Велемир. Сердце стучало в ушах. Ее воспитывали так, чтобы она не доверяла людям. Кромешникам доверять тоже нельзя, ее не для того отослали из дома, чтобы она погибла на поверхности. Впервые в жизни она подумала: на самом деле неважно, к какому роду принадлежит то или иное существо. Эта мысль была странной, непривычной и некомфортной.

Андерсен, «Русалочка». Ей советовали прочитать эту сказку, когда она поднимется на поверхность. Матвей объяснил ей, как пользоваться интернетом, и Ассо решила, пока ждет, заполнить этот пробел. Фейринет или людской интернет? Это человеческая сказка, значит, интернет. Если бы у кромешников был свой вариант, она бы его знала, книга наверняка была бы в царской библиотеке. Вот и эта сказка. Не очень большая.

Ох, плохая идея… Еще не закончив читать, Ассо сорвалась с места и помчалась в туалет: не хотелось объясняться с Велемиром, что она плачет вовсе не потому, что ее кто-то обидел.

Этот Андерсен как-то все неправильно понял. Ну, в общем, этого и следовало ожидать, он же был человеком, написал с человеческой точки зрения, а понял не все. В сказке Русалочка могла бы жить среди людей, если бы нашелся тот, кто полюбил ее так, что она стала бы ему дороже отца и матери, кто отдался бы ей всем сердцем и всеми помыслами, сделал бы ее своей женой и поклялся бы в вечной верности. Это правильно: чтобы остаться в мире людей, ей нужно выйти замуж, так и есть. У Русалочки ничего не получилось, потому что она прицепилась к одному-единственному человеку, Принцу, а у того была навязчивая идея, что он женится только на девушке, которая его спасла. Глаз у него, очевидно, не было, так же как у Принца из сказки «Золушка». Он ориентировался на голос, именно на то, чем Русалочке пришлось пожертвовать. Вероломство человеческой принцессы не вызвало у Ассо удивления, ничего другого она от людей и не ждала: невеста Принца прекрасно знала, что она никого не спасала из пучины морской, но промолчала, как будто это ее лишили голоса.

Ну и дальше русалке нужно было бы срочно переключиться на другого человека, но тут это оказалось невозможно, потому что… потому что любовь. Других людей для бедной Русалочки не существовало. Вот почему книги о русалке не было в библиотеке речного царя, хотя это и казалось на первый взгляд необъяснимым. Ой, какой вредной должна была представляться эта книга отцу Ассо! Во-первых, любовь, которая заставляет русалку забыть о доме, о семье, о долгой беззаботной жизни. Во-вторых, такая самоотверженная любовь к человеку – когда им постоянно втемяшивали, что людям доверять нельзя.

Зачем же Зилла дала ей совет прочитать Андерсена? Об этом стоило подумать.

Умывшись и немного успокоившись, Ассо вернулась в студию. Здесь все преобразилось. Появился полупрозрачный белый подиум, полупрозрачные вертикальные панели. Преобразился и Велемир, хотя Ассо было трудно облечь это в слова. Единственное, что можно было сказать, – теперь и слепой понял бы, что перед ним не человек. Если на съемках для человеческой аудитории он был просто красавцем, то сейчас… красота никуда не делась, но в ней прорезалось нечто древнее, даже вечное, принадлежащее всем стихиям сразу. Такой Велемир ее пугал. Ее-то, чистокровную кромешницу! Она снова почувствовала себя совсем маленькой и совершенно одинокой.

В замешательстве Ассо оглянулась. Среди операторов, осветителей, звукооператоров и прочего персонала она не заметила ни одного кромешника. Это люди или полукровки? Они все в курсе того, что происходит? Надо будет спросить у Велемира. Ей вдруг стало интересно, сколько людей знают, что среди них живут не-люди, нежить, такие как она и Велемир. Вот Денис знает, например, знает мать Матвея, матерей и отцов пропавших неполнородных детей. Как определяется, кому доверяют секрет, а кому нет? Что думают остальные о тех, кто посвящен? Может быть, если те проболтаются, их считают психбольными, начитавшимися сказок?

Устроившись снова на стуле, который указал ей Велемир, Ассо стала воображать, что было бы, если бы все было наоборот. Если бы люди порой жили незамеченными, скажем, среди русалок. Ах, если бы люди могли дышать под водой! Мать Ки, вторая жена царя, наверняка ужасно скучает по своему ребенку, оставшемуся на поверхности, – если он жив, конечно.

– Просим всех отключить мобильные телефоны и соблюдать тишину, – крикнули над ухом. – Прямой эфир!

Вздохнув, Ассо послушалась.

Первый звонок раздался этой ночью.

Вначале Велемир поздоровался со зрителями, рассказал какие-то новости и даже вывел в эфир запись музыкальной композиции, исполненной рок-группой кромешников. Песня Ассо не понравилась. Впрочем, кромешники разных видов зачастую плохо понимали и чувствовали друг друга, так что ничего удивительного. Она задумалась над тем, что вот такие передачи должны помогать им сближаться, хоть как-то держаться друг за друга…

А еще – раз она теперь не под водой – она же тоже может научиться петь! Чем больше Ассо об этом думала, тем больше загоралась. Она будет брать уроки, научится петь, может быть, когда-нибудь даже выступит тут на передаче!

Потом Велемир стал принимать звонки зрителей и выводить их в эфир. Как видно, все шло по плану, пока один из звонивших не залился вдруг зловещим смехом. У Ассо мороз прошел по коже.

– Люди и кромешники, – сказал затем странный голос, – разве они должны быть вместе?

– Вы хотите обсудить сложности нашего сосуществования? – подсказал добродушно Велемир. – Поделиться возникшей проблемной ситуацией, чтобы зрители вам что-то посоветовали?

– Я. Не хочу, чтобы мне. Советовали.

– Это необязательно, конечно же. Просто хотите поделиться опытом?

– Я? – Небольшая пауза. – Я хочу поделиться опытом. Люди и кромешники не должны быть вместе. Они не должны сходиться и иметь детей. Это должно быть запрещено. Расы нельзя смешивать.

Кто-то из-за камеры стал махать руками, показывая, что намерен прервать звонок, но Велемир качнул головой, надеясь разрулить ситуацию.

– Но вы же знаете, – сказал он благодушно, – что это единственный выход для нас, когда мы оказываемся в мире людей.

– Нам, – издевательским тоном подхватил звонивший, –намследует оставаться в своих стихиях и не лезть к людям. В конце концов это кровосмешение их возвеличит, анасуничтожит.

Велемир стал серьезен и еще сильнее выпрямился. Ассо, как и другие в студии, затаила дыхание.

– У нас демократия, – сказал Велемир тем же удивительным легким тоном, который все меньше вязался с его обликом. – Вы, в общем, вольны иметь свое собственное мнение и его высказывать, кто вам судья? Любое недопонимание можно обсудить и развеять. Но вы же знаете, чем чревато для кромешников рождение детей внутри рода. Это вынужденная мера, что…

– …что вы покидаете свою стихию и застреваете в мире людей на десятилетия или даже больше? Вы закрепляетесь тут и развлекаетесь, в то время как ваши родные миры чахнут и усыхают. Это порочный круг, и я намерен его разорвать.

Человек позади камеры стал махать руками, словно мельница, но Велемир снова мотнул головой. Поднес руку ко рту, как бы размышляя. С него не сводили глаз.

– Вы намерены сделать что? – проговорил он медленно, взмахнув рукой, как дирижер.

– Я. Намерен его разорвать. Я как Крысолов в легенде. Забираю. Ваших. Детей.

Звонок прервался. Ассо вскочила, забыв о необходимости соблюдать тишину и порядок: она знала, что дети и в самом деле пропадают! Знал и Велемир, она же задавала ему этот вопрос не далее как вчера. Среди немногочисленной публики нашлись и другие люди, кто был в курсе дела. Студия зашумела.

– Дорогие братья, – сказал ровным голосом Велемир на камеру. – Вы слышали о том, что в последнее время наши дети действительно подвергаются опасности. Нам известно о нескольких случаях необъяснимого исчезновения детей от смешанных браков. Если ваша семья также пострадала, звоните нам. Если вы считаете, что можете помочь в поисках, пожалуйста, сообщите нам. Мы ведем собственное расследование и надеемся вернуть детей живыми и невредимыми.