Текст книги "Холостяк"
Автор книги: Ольга Демина-Павлова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
За полминуты оббежав всю квартиру и не найдя соперника, Феликс грозно посмотрел на Сусанну:
– Сусанна, говори, где он спрятался?! Говори, где спрятала своего любовника?
– Я не знаю, о ком ты говоришь, – вяло пролепетала Сусанна. – Не знаю даже, ты так ворвался в мой дом... так неожиданно... Устроил весь этот погром, разбросал все вещи... Феликс, к чему все эти подозрения? Они меня унижают. Я что совсем не могу ни с кем встречаться?
«Вот дура, что она несет?! Теперь этот Феликс точно меня убьет! Боже, что же делать?!» – ужаснулся Никита. В эту минуту он услышал, что Феликс и Сусанна пошли на кухню, тогда Никита тихонько вышел из ванной комнаты и побежал в зал к балкону. Распахнув дверь, Никита выскочил на балкон и закинул ногу через перила, чтобы прыгнуть вниз. В душе у него в эту минуту все похолодело, внизу зияла пустота... Перед глазами пронеслась вся жизнь шалопутная и легкомысленная. «Господи, и ничего хорошего сделать-то не успел!» – подумал обреченно Никита и, зажмурившись, решился на прыжок. Но тут он услышал чей-то голос: «Эй ты, придурок, ты куда собрался?» Никита подумал о том, что это ангел с небес предостерегает его от опасного прыжка. Но ангелом оказался сосед Сусанны лифтер Федор Иванович, дядя Федя как раз вышел на балкон покурить, глядит, а тут какой-то дурак прыгает с Сусанкиного балкона. Дядя Федя не дал погибнуть горе-любовнику.
– Эй ты, сукин сын, лезь сюда, ко мне на балкон, – приказал сосед. Он протянул лестницу со своего балкона. Ухватившись за лестницу дрожащими руками, стараясь не смотреть вниз, Никита перелез с балкона Сусанны на балкон дяди Феди. Радуясь собственному спасению, Никита всплакнул, глядя на дядю Федю и крепко пожал ему руку: «Спаситель ты мой! Друг!»
– Эка тебя трухануло! – сказал сосед. – Нервный стресс, однако! Это тебе не шутки от любовницы через окна убегать...
– Конечно! Феликс грозился расправиться со мной! Говорит, зарежу... А у нас и не было ничего с Сусанной, так просто выпили по бокалу шампанского...
– Нечего по бабам шляться, особенно к тем, у кого ревнивые кавалеры, – поучал дядя Федя.
– Это точно, – со всем соглашался Никита.
– Выпить хочешь?
– Хочу!
– Идем налью тебе 100 грамм и уматывай ты отсюда, сынок, подобру-поздорову, пока этот Феликс тебя не прикончил.
Никиту не надо было долго уговаривать, он со скоростью ветра сбежал по лестнице на улицу, нашел свой велосипед в кустах и так помчался по ночным улицам на своем стареньком велосипеде, что обогнал даже несколько навороченных машин.
– Ты гляди, как наворачивает на велосипеде, словно спринтер! – усмехнулся водитель проезжающего мимо такси. – Гляди, как лихо педалями крутит.
– Спортсмен, наверное, – предположил сидящий в машине пассажир.
– Не-а, экстремал! – сказал таксист. Точно. Вишь, даже шлема на надел, а скорость какая! Почти 100 километров!
Экстрим-тур в Индонезию
Глава
ЭКСТРИМ-ТУР В ИНДОНЕЗИЮ
Антон Герасимов расщедрился и купил экстрим-тур в Индонезию для своих приятелей Никиты и Германа. О, эсктрим-тур это не для слабаков, это удовольствие для сильных духом мужчин, повидавших многое на своем веку и пресытившихся жизнью. Развлечение для усталых романтиков. Тур в Индонезию на остров Бали обещал яркую и незабываемую программу для активных туристов. Рафтинг-сафари на джипах-дайвинг-квадроциклы-поход на вулкан! В общем-то, Герман Вареников был не против, он всегда был охоч до любой халявы, все бесплатное тянуло его со страшной силой.
Но Никита вдруг, ни с того, ни с сего, насторожился, он вспомнил свой феерический отдых на Гоа, те незабываемые приключения Никита запомнил на всю жизнь. Он тогда чудом остался жив, чуть не утонул в водах Аравийского моря, был побит местными аборигенами, несколько раз его жизнь висела на волоске, один раз на ветке, когда он снял номер на раскидистом дереве, и ночью, ворочаясь во сне, чуть не грохнулся с дерева с высоты трех метров на грешную землю. Воспоминания об отдыхе на Гоа еще не стерлись из памяти. Он решил высказать свое мнение.
– Антон, а почему сразу – эсктрим-тур?! – спросил друга Никита, когда они с приятелями сидели в баре и за бутылкой светлого пива рассуждали о предстоящей поездке в Индонезию на остров Бали.
– Действительно, зачем ехать в Индонезию? – встрял в обсуждение вопроса Герман. – Почему не отправиться на отдых на Канары или на Мальдивы?
– Ничего вы не понимаете! – с азартом заговорил Антон Герасимов. – Экстрим-тур это сейчас самая модная фишка, гвоздь сезона. Люди платят за это бешеные бабки.
– Ну, ясно, что это удовольствие не из дешевых, – разумно заметил Никита.
– Ну, ты вот меня понимаешь, Никита? – спросил Антон у приятеля. – Поедим, развеемся на природе, без девчонок, без суеты, чисто мужской компанией. Организуем рыбалку, шашлыки, отдых в палатке или в бунгало. Свежий воздух, морской бриз, наберемся впечатлений, а то мы заскучали здесь в городе. Герман все время дома проводит со своей женой Маринкой, ты, Никита, все беспрестанно выясняешь отношения с Татьяной. Да и у меня, честно говоря, с Викторией в последнее время отношения не очень клеятся. Что-то я устал, мужики, хочу свободы, независимости, простора, вырваться на природу, подальше от наших женщин и их постоянных упреков и недовольства.
– Э-э, Антоша, да ты, я погляжу, философом заделался, – заключил Никита. Он рассмеялся.
– Хорошо тебе, Никита, – обиженно сказал Антон. – Ты не женатый, вы то сходитесь, то расходитесь с Татьяной…
– Прошу не касаться этой деликатной темы! – невозмутимым тоном заявил Никита.
– Да, Антон, не касайся этой темы! – сказал Герман. – Расскажи лучше, какой нас ждет отдых в Индонезии. Когда, кстати, выезжать?
– Через три дня…
– Как через три дня?! – опешили Никита и Герман.
– Ты что с дуба рухнул? – спросил Никита. Он уставился на приятеля ничего не понимающим взглядом. – Мы не успеем за это время собраться.
– Блин, мне надо еще Маринку подготовить, – сказал Герман. – Она может меня не отпустить. Она у меня ужасно ревнивая… Подумает еще, что я с любовницей на курорт собрался и устроит скандал. Еще, поди, не отпустит…
– Герман, не скули! – сказал Антон. – Ничего твоя Маринка не подумает. Отпустит. Я позвоню ей сегодня вечером, все ей объясню, что едем холостяцкой компанией, баб не будет, чё ревновать-то, спрашивается? Меня вон тоже Виктория с утра до ночи пилит и пилит, туда не ходи, то не делай, много не пей, в квартире не кури. Блин, вообще, достала! Ей, видите ли, мешает табачный дым. Как, блин, жить вообще!
– Ага, – поддакнул Герман, – моя Маринка все время тоже зудит и зудит «сходи в магазин, сходи в магазин», курьера, блин, нашла. Я что, женился, чтобы сумки из магазина таскать.
– Да с женщинами все оч-чень сложно! – подытожил Никита. – По себе знаю, моя Татьяна мне тоже покоя не дает. Постоянно мне наяривает по телефону, вычисляет, где я, с кем я, не изменяю ли я ей с другой. Счас! Буду я ей рассказывать, с кем я встречаюсь, мне моя жизнь еще дорога…
Герман не стал дослушивать длинную фразу Никиты и устремил свой взор на Антона. – Антон, вот ты вот скажи, почему все-таки в Индонезию едем? Почему не экстрим-тур по тайге? Я, к примеру, никогда в тайге не был, хочу посмотреть. Там кедры, лиственницы и все такое, могучая вековая нетронутая тайга…
– Ага, и медведи ходят по тайге, – заржал Никита, – и тигры в придачу. Ты, Герман, хлюпик, если встретишься с медведем, не убежишь.
– А ты убежишь? ага, счас! – скептически сказал Герман.
– Ничего ты не понимаешь, Герман, я фартовый! – сказал многозначительно Никита.
– По-моему ты просто враль, каких свет не видал, – сказал обиженно Никита. – Взял, обозвал меня ни с того, ни с сего хлюпиком. Обидно же!
– Герман, не обращай на этого хвастуна и зануду никакого внимания, – сказал Антон. – Ему же надо повыпендриваться перед кем-нибудь, покуражиться. Супер-мачо выискался.
– Ну, а что, а такой! – заявил хвастливо Никита. На Гоа был? Был. Выжил в тяжелейших условиях. В Италии успел побывать. Даже в деревню меня занесло, так и оттуда вовремя сбежал, когда деревенские хлопцы собирались меня поколотить за то, что я имел бешеный успех у местных красавиц…
– Стоп, Никита! – остановил приятеля Антон. – Кажется, ты говорил, что тебя побил местный тракторист за то, что ты подбивал клинья к его девчонке, вот почему ты сбежал.
– Ясное дело! – самодовольно улыбнулся Герман.
– Какие вы скучные! – сказал обиженно Никита.
– Друзья, не надо ссориться, – заметил Герман. Он продолжил мечтательно: – А я бы, если бы была моя воля, отправился еще куда-нибудь, на Дальний Восток, например. Там этой романтики и экстрима, хоть отбавляй! И природа тоже замечательная, и гейзеры и вулканы есть, есть на что посмотреть, – мечтательно изрек Никита.
– На Дальний Восток хорошо! – согласился Никита. – Там красной рыбы полно и красной икры, хоть ложкой ешь. Всю жизнь мечтал налопаться красной икры…
– Пацаны, я не понял! Вы что не довольны, что едем в Индонезию? – обиделся Антон Герасимов. Он с недовольным видом отвернулся от приятелей. – А еще друзья называются. – Я, между прочим, кучу бабок вложил в это предприятие. Не хотите, как хотите, я сам поеду!
– Антон не лезть в бутылку! – сказал Никита. – Чего сразу, такая категоричность? Раз тур в Индонезию, значит, поедем в Индонезию. Правильно, я говорю, Герман?
– Правильно! – утвердительно кивнул головой Герман, уже изрядно будучи навеселе.
Выезжали в среду 20 июля. Экстрим-тур был рассчитан на неделю, 27 числа должны были быть дома. Уже в самолете Никита развернул красочный буклет от турагентства и просмотрел программу предстоящего тура, на бумаге все выходило неплохо. В буклете было написано, что «насладиться программой экстрим-тура в полной мере сможет турист, желающий динамично путешествовать, вкушая яркие впечатления и положительные эмоции. Вас ожидает калейдоскоп событий с привкусом адреналина – пять различных маршрутов. Пять различных направлений». Начало было заманчивым. Будучи человеком прагматичным, Никита особенно оценил первый день программы тура – прилет на Бали, размещение в гостинице и отдых.
Далее следовали подробности этого обещанного отдыха и тропического рая. Доступным языком расписывались все прелести предстоящего тура. Второй день – туристический рафтинг. Рекламный буклет гласил: «Не обладая разными долгими тренировками и навыками, Вы сплавляетесь по двенадцати километровому руслу стремительной реки, проходя захватывающие дух многочисленные пороги, повороты и перекаты.»
«Стоп! – подумал Никита. – Значит, на этой бушующей реке полно порогов и перекатов. Лодка может перевернуться в любой момент ко всем чертям! Можно и утонуть… И на фиг мне все это надо, спрашивается?» Никита хотел тут же поделиться неприятной новостью с Германом, но Герман спал. От нечего делать Никита продолжил чтение буклета дальше. Его совершенно умилила фраза: «Сплав будет продолжаться порядка двух часов и совершенно не опасен. И даже пятилетние детки – уже равноправные члены нашей команды. (Интересно, какой идиот это писал? Пятилетние детки сами могут спуститься, разве что, с детской горки, и то, не факт, что кто-то из малышей не разобьет себе нос.) Сам рафтинг не отличается от других, если Вы уже где-то бывали. В той же экипировке в спасательных жилетах, шлемах с веслами в резиновых лодках, вмещающих команду до 6 человек, Вы по команде опытного инструктора, дружно загребаете, умело направляя лодку вниз по течению». Никиту особенно позабавили словосочетания «шлемы с веслами» и «дружно загребаете». Можно было весело от души посмеяться над этими литературными «шедеврами» гениев из турагентства, но Никите отчего-то было невесело, на душе стало неспокойно. Он понял, что экстрим-тур будет еще тем приключением на одно место. Про сафари на джипах по непроходимым тропикам у Никиты уже не было сил читать. Чтобы как-то взбодриться, Никита принялся строить глазки симпатичной стюардессе по имени Карина, девушка ему улыбалась соблазнительной белозубой улыбкой. Они обменялись любезностями, завязалось знакомство, Никита выпросил у Карины номер мобильного телефона. Они договорились встретиться на острове Бали. Никита предвкушал момент встречи, ожидая, что свидание будет очень романтичным.
Самолет приземлился в аэропорту острова Ява. На остров Бали добирались на катере. Это был еще один каприз турагентства. Где-то на полпути на них напали пираты, катер атаковало небольшое судно. Герман, завидев пиратов со словами: «Атас, пираты! Спасайся, кто может! Полундра!!!» грохнулся с испугу на палубу в отключке. Никита, прям, обомлел от такого оригинального способа маскироваться. Капитан катера Хамдан достал из рубки автомат и стал отстреливаться от нападавших. Антон встал за штурвал и включил мотор на полную мощность. Один из пиратов был ранен. Не ожидая сопротивления, пираты удирали на своем мелком суденышке. Никита понял, что самые худшие его опасения начинают сбываться, путешествие становилось не только интересным, но и опасным.
Антон стал приставать к капитану с вопросами типа: «Что за фигня? И откуда среди ясного неба и безмятежного океана взялись пираты?» Капитан Хамдан на плохом английском и с помощью жестов постарался заверить Антона, что это досадное недоразумение, что пираты в Индийском океане встречаются крайне редко. Хамдан заверил Антона и его приятелей, что до острова Бали осталось недолго, но вдруг неожиданно заглох мотор, лодку стало относить течением в совершенно другую сторону, хозяин катера запаниковал. Антон понял, что что-то пошло не так, но не подавал виду, Герман и Никита молча ждали своей судьбы. Лодку раскачивало на волнах, начинался шторм, начался тропический ливень с грозой, яркие вспышки молний прочерчивали черный профиль неба. Герман в очередной раз впал в панику, он бродил как привидение по палубе с отрешенным взглядом, мысленно прощаясь с жизнью. Никита уволок Германа в каюту, чтобы тот снова не грохнулся на палубу от избытка сильных чувств, и его не смыло за борт высокой волной.
– Антон, что-то наш экстрим начинается в первый же день, – невесело пошутил Никита. – Какова дальнейшая программа этого развеселого путешествия. Нападение пиратов, поломка катера, шторм. Что дальше? Это все входит в программу экстрим-тура? Нашу лодку раскачивает на высоких волнах, дождь льет как из ведра, боюсь даже предположить, что нас ждет дальше.
– Да-да, и ужасно жрать хочется, – высказался, наконец, Герман. Он высунулся из кубрика. Вид у него был страшно недовольный и напуганный. Он отродясь пиратов не видел, только в детстве читал про них в книге «Остров сокровищ» Роберта Стивенсона.
Антон попробовал поговорить с капитаном катера, но, как оказалось, местный балиец Хамдан совершенно не знал английского языка, кроме нескольких заученных фраз. Русского он не знал и в помине. Ситуация складывалась критическая. Один или два раза они уже чуть не перевернулись, высокие волны кидали катер в разные стороны, лодка едва удерживалась на плаву. Вдруг Герман ни с того, ни с сего заорал: «Мать честная, кажется, мы тонем! Спасите! SOS!!!»
– Эй, Герман, ты чего раскричался?! – попытался его урезонить Никита. – Нас все равно никто не услышит!
– Иди ты к черту, Никита! – вдруг зло выпалил Герман, он зло покосился на Антона. – Какого хрена я согласился на эту поездку! Сидел бы себе дома. В тепле, в уюте, на суше… А вот теперь пропадаю зря в морской пучине, согласился с вами поехать в этот дурацкий экстрим-тур…
– Это все твоя дурная привычка, Герман, к халяве, к бесплатному, – начал иронизировать над другом Никита. – Мог бы и не соглашаться на эту поездку!
– А сам чего тогда поехал? – спросил Герман и злобно уставился на Никиту.
– Да вот, потому что дурак! – сказал Никита. – Потому что жизнь меня ничему не учит. Мало мне было приключений на Гоа, так вот опять я с вами вляпался в эту историю. Антон, чего молчишь? Долго нам еще барахтаться в этом корыте посреди Индийского океана.
Антон хмуро посмотрел на друзей и ничего не ответил. Ответ был очевидным. Когда лодку прибило к берегу, все вздохнули с облегчением. Герман первым выскочил из катера на берег. Как оглашенный, невзирая на проливной дождь, он бегал по берегу, как дикарь, и безудержно вопил: «Ура! Спасены! Спасены! Боже, благодарю тебя!» Потом он упал на мокрый песок и расплакался.
Друзья решили, что Герман на радости свихнулся. Антон и Никита помогли капитану Хамдану вытащить лодку на берег. Капитан выглядел угрюмым и был не особо разговорчивым, но видно было, что чудесное спасение тоже его обрадовало. Он с облечением вздохнул, ступив на твердую землю. Принялись искать ночлег. Разбрелись в разные стороны, ища крова. Только Герман остался сидеть на песке неподвижно. После безудержной радости от спасения, он вдруг впал в молчаливую хандру. Вскорости Антон и Никита вернулись, подошел и капитан Хамдан. Он сделал неутешительный вывод, они оказались на необитаемом острове. Ночевали в хижине, которую нашел Хамдан. Хижина находилась в глубине острова, в лесной чаще. Хижина была старая, полуразрушенная, сквозь огромные щели всю ночь гуляли сквозняки. Через дырявую крышу лил дождь. Никите было страшно обидно, что с крыши лило именно в том месте, где он улегся на ночлег. Он, было, попытался столкнуть Германа, чтобы улечься на его место, но Герман намертво вжался в циновку на полу, сдвинуть его с места было нереально.
Утром, Антон и Никита, первым делом, принялись чинить стенки и крышу хижины. Герман безучастно следил за работой. Через час вернулся Хамдан, который уходил искать источники пресной воды. Он сообщил, что нашел небольшую реку, так что с питьевой водой проблем не было. Теперь стояла задача – раздобыть съестных припасов. В первый день они раздобыли несколько кокосов, папайю и каких-то кореньев. Хамдан сказал, что они съедобные. От такого экзотического обеда жрать захотелось еще больше, в животе у Никиты сильно урчало. Видно было, что организм явно недоволен такой кормежкой. Спать легли голодные и злые. Ночью снова лил дождь.
Утро было безмятежным и радостным. Ярко светило солнце, вовсю пели птицы и трещали цикады, И, ей Богу, если бы не ужасно хотелось есть, Никита ощутил бы кайф от пребывания в райских тропиках и созерцания южной природы. Никита давно уже проснулся, он сидел у хижины и смотрел вдаль. Южная природа навевала на него мечтательное настроение, он размышлял о смысле бытия. Но тут явился Антон и спустил его с облаков на грешную землю.
– Он сбежал, иуда! – заорал Антон, подбегая к Никите. Антон был страшно возбужден, он сильно жестикулировал руками. Такого Антона Никита видел в первый раз.
– Кто сбежал? – насторожился Никита.
– Хамдан! Он уплыл сегодня ночью на катере, бросил нас одних на этом безлюдном острове.
– Как он посмел?! Негодяй!!! – вспылил Никита. – Сволочь! Бросить людей, беззащитных туристов, самих на безлюдном острове. Я напишу на него жалобу!
– Кому ты напишешь жалобу? – спросил Антон. Он уселся на камень и нервно стучал кулаком по стенке дома. – Дай Бог нам убраться с этого чертового острова.
От криков приятелей проснулся Герман. Он заспанный с взлохмаченными волосами высунулся в окно.
– Чего вы расшумелись с утра пораньше?! Не даете людям поспать! – недовольно сказал Герман.
– Слышь, Никита, он приехал сюда на остров отсыпаться! Тоже мне, нашел место для отдыха! – язвительно заметил Антон.
– Не понял! – обиделся Герман. – Вообще, Антоша, мы здесь оказались по твоей милости. И если бы не твоя чудная идея с экстрим-туром, мы бы не оказались сейчас на этом безлюдном острове.
– Антон, Герман прав! – сказал Никита. – Это по твоей милости мы оказались в таком дерьме!
Антон молча развернулся и пошел прочь. Никита с Германом переглянулись, не сказав ни слова. Говорить никому ничего не хотелось. Ясно было одно, надо было выживать на этот проклятом острове. Помощи пока ждать было неоткуда. Решили пока раздобыть кокосы с пальм. Никита с Германом долго совещались, как лучше сорвать кокос с дерева. Никита предлагал с силой потрясти пальму, чтобы кокосы попадали с дерева. Начали трясти ближайшую кокосовую пальму, но кокосы упрямо висели на дереве, не желая падать вниз. Тогда Герман предложил влезть на дерево и срывать плоды прямо с дерева. Но пальма была высокая, Никита сразу смекнул, что падать с высоты четырех-пяти метров – это не самое лучшее занятие для джентльмена. Он стал отнекиваться от такого заманчивого предложения, мотивируя тем, что Герман мельче и худее, чем Никита, ему проще будет влезть на дерево. Герман, чертыхаясь, полез на дерево. Он уже забрался почти на самую верхушку пальмы, но тут ему на голову упал кокос. Герман заверещал от боли и схватился рукой за ушибленную голову. Срочно эвакуировавшись с пальмы на землю, попросту съехав по гладкому стволу, удерживаясь двумя руками, Герман направился в хижину, ойкая и причитая на ходу. Никита поплелся за ним, он сделал холодный компресс и положил на голову другу. Герман устало закатил глаза. Вид у него был как у побитой собаки.
– Да-а, Герман, охотники за кокосами из нас не какие! – сказал Никита.
– Это точно! – согласился Герман. – Я больше на дерево не полезу. Ты как хочешь, Никита, но я больше на пальму ни ногой. Лучше сдохнуть здесь от голода на земле, чем свалиться с высоты высоченной пальмы.
– Герман, постой! – с жаром заговорил Никита. – Не стоит так переживать из-за небольшой неудачи.
– Ага, это ж не тебя треснуло по башке кокосом, – злорадно заметил Герман. Он ощупал рукой здоровенную шишку на голове. – Вон, у меня как голова болит, в глазах темно. Точно – сотрясение мозга!
Никита не стал оспаривать диагноз Германа, поставленный самому себе.
– А если бы я упал с пальмы, когда на меня свалился кокос? – спросил Герман. – Точно бы расшибся. Как пить дать, расшибся!
Через час прибежал запыхавшийся Антон. Подбегая к дому, он закричал:
– Ребята, я нашел на острове другой дом! Там полно еды! Теперь мы точно с голоду не помрем.
– Правда?! – закричали обрадовано Никита и Герман. Они вскочили со своих мест, подбежали к Антону. На радостях все начали танцевать, кто во что горазд, даже Герман, забыв про свою травму, остервенело бил себя руками по коленкам, подпрыгивая на месте.
Дом, который нашел Антон, находился в глубине острова, далеко от берега. Этот дом был намного крепче, чем та хижина, где они поначалу остановились. Видно было, что здесь кто-то жил совсем недавно и, наверное, куда-то уехал. Но это было неважно. Главное, что в доме были запасы еды – мешки с крупой, мукой, рисом, сахаром и чаем. Было еще два ящика консервов, вермишель, кофе. В доме была небольшая плита, набор кастрюль и сковородок, несколько ложек и вилок. Первым делом, наши герои заходились готовить обед. Налопались до отвала. Спали до вечера, сытые и уверенные в завтрашнем дне. Как справедливо заметил Никита «жизнь налаживается». Герман и Антон не стали возражать против такой глубокомысленной фразы.
На следующий день, Антон и его приятели стали размышлять о том, как покинуть остров и попасть на большую землю. Ясно было, что ждать у моря погоды и дожидаться, пока кто-нибудь соизволит забрать их с безлюдного острова, было бессмысленно. Решили мастерить плот. Но огорчал тот факт, что опыта постройки добротного плота у ребят не было. Решили мастерить, как придется, а там как пойдет. Первый же плот, спущенный на воду, затонул через несколько минут. Антон грустно смотрел, как плот уходил под воду. Герман плакал, причитая «мы навсегда останемся на этом проклятом острове! Будем жить, как дикари. Никто никогда нас не найдет! Будь проклят тот день, когда я согласился на эту авантюру с экстрим-туром. Это ты, Антон, во всем виноват!»
Никита был более сдержанным. Однако и он припомнил Антону эту дурацкую затею с путешествием в Индонезию. Антон Герасимов страшно обиделся, еще никогда в жизни он так не страдал. Он отвернулся и пошел прочь. Ночевал он отдельно в хижине, пренебрегая компанией друзей.
Никита страшно переживал, что они поссорились.
– Слышь, Герман, может того… позвать Антона в дом обратно? – спросил Никита друга, когда они после ужина улеглись спать на пол на циновках.
– Вот еще! – вдруг взбеленился Герман. – Он нам тут устроил райский апокалипсис в тропиках, жизнь на полу в полуразрушенной хибаре. Я – городской человек, между прочим, дитя цивилизации, живу здесь, как дикарь! – возмущался Герман.
– А я потихоньку привыкаю, – грустно вздохнул Никита. – Мне кажется, в этом даже есть какая-то романтика…
– Ты идиот, Никита? Ты что не понимаешь, что мы можем остаться здесь навсегда?!
Вдруг в ночной тиши послышались какие-то шорохи, Никита насторожился. «Кажется мне, кто-то пробирается в дом?» – сказал Никита.
– Может, это Антон решил вернуться? – предположил Герман. – Надоело самому, да и, наверное, он проголодался, вот решил вернуться…
– Не думаю… – сказал встревоженным голосом Никита. – По ходу, это какой-то зверь пробирается в дом…
– Это точно какой-то хищник! Тигр или гепард… Все, хана нам! – закричал Герман. Он пулей вскочил с циновки на полу и забрался на обеденный стол. Герман трясся от страха. Никита тоже подскочил, как ужаленный, он спрятался за дверью, выжидая, что будет дальше.
Через несколько секунд в дом прошмыгнула какая-то тень, это был незнакомый человек. Он пробрался в кладовую и решил оттуда утащить мешок с рисом. Никита поймал воришку на горячем. Никита стукнул наглеца сковородкой по голове, воришка упал на пол, выпуская мешок из рук. Он застонал.
– А-а, так тебе и надо, козлина такая! – торжествовал Никита. – Ишь, что удумал, воровать у нас еду! Герман, иди сюда, злодей уже пойман.
Герман несмело вошел в комнату.
– Дайте пить… – попросил воришка. – Гады! По башке сковородкой огрели. За что, спрашивается?..
– Не понял! Ты что русский?! – опешил Никита.
– Да русский я, русский…
– Как ты здесь оказался?! – удивился Герман.
– Живу я здесь! А вы меня выгнали, а это мой дом! – с обидой в голосе сказал незнакомый мужик.
– А звать-то тебя как? Не пятница, случайно? – съязвил Никита.
– Вася я…
– И что ты тут делаешь, Вася? – спросил Никита.
– От кредиторов прячусь. Взял кредит в банке, несколько миллионов, а отдать не могу. Прогорел мой бизнес… А они, кредиторы, угрожали расправиться со мной… Ну вот и решил тут схорониться на время, пока не отстанут. Приехал на катере, привез с собой продукты, вот так и живу…
– И долго ты тут живешь, Вася? – спросил Никита.
– Четвертый месяц уже… Совсем одичал… Людей не видел, даже не знаю, что там, на большой земле, делается. А вы как сюда попали?
– Ты не поверишь, Вася, – сказал Никита, – приехали в Индонезию на остров Бали в экстрим-тур…
– А здесь как оказались? – удивился Вася.
Никита посмотрел на Германа: – Герман, ты видишь, даже Вася удивился, как мы здесь оказались на безлюдном острове. А попали мы сюда, потому что один олух, наш товарищ по имени Антон, сильно захотел отдохнуть не так, как все люди, в отеле, а захотелось ему экзотики, экстрима, блин…
– С кем не бывает! – посочувствовал Вася.
– Ну, так вот! Слушай, Вася. Вначале на нас напали пираты, мы от них еле отбились, затем в море заглох мотор катера, на котором мы плыли на остров Бали. Затем, как в страшном кино, начался шторм с грозой. И понесло наше суденышко течением черте куда. Еще хорошо, что прибило наш катер к этому острову, и не перевернулись мы посреди океана.
– Да, вам тоже не позавидуешь, – согласился Вася. – Нахватались впечатлений на всю оставшуюся жизнь.
– Герман так впечатлен, что, бедолага, чуть не свихнулся.
– Никита, не надо сгущать краски! – обиженно произнес Герман. – Зачем меня выставлять в дурном свете?
– Ты гляди, какой аристократ выискался! – крайне удивился Никита. – Ты что мне прикажешь, светского этикета придерживаться на этом безлюдном острове…
– Я этого не говорил! – заявил Герман. – Этикет – не этикет, а одичали мы на этом острове порядочно…
– Это точно! – согласился Вася.
Утром всей компанией пошли проведать Антона. Он страшно удивился, завидев среди приятелей новое лицо. Пришлось ему рассказать историю Василия. Антон посочувствовал собрату по несчастью. Прошло две недели. За это время на остров не наведалось ни одного судна, даже мимо не проплывал ни один корабль. Все это очень огорчало обитателей острова. Единственная была надежда на то, что за Васей через два месяца должен был прийти катер и забрать его с безлюдного острова. Но Антон почему-то вдруг стал сомневаться, что за Василием придет катер. Его меланхолия передалась другим. Пребывание на острове становилось невыносимым. Жизнь в джунглях на острове посреди океана – не была мечтой наших героев.
А тут еще появилась новая напасть, на дом стала нападать стая диких обезьян, они хозяйничали на острове, как заправские мафиози. Ну так вот, эти дикие существа повадились пробираться в дом и красть продукты со стола. Приходилось все время быть на чеку, прятать остатки еды со стола, запирать шкафчики, двери и ставни на окнах. Но как только кто-нибудь из обитателей дома терял бдительность и оставлял незапертыми двери и окна, стая вертлявых макак тут же пробиралась в дом и наглым образом похищала съестные припасы. Разъяренный Герман кидал в надоедливых макак клубни батата. За что получил выговор от Никиты. Никита сделал замечание товарищу:
– Герман, не стоит зазря разбрасываться клубнями сладкого картофеля. Батат нам еще может самим пригодиться, когда совсем нечего будет есть.
– Никита, ты предлагаешь молча наблюдать, как эти хулиганы воруют нашу еду?
– Нет! Я этого не говорил, я сказал только, что не стоит разбрасываться клубнями батата, – настаивал на своем Никита.
– Да пошел ты, Никита, знаешь куда!..
– Куда ты меня послал, Герман?! – вспылил Никита, багровея.
Друзья сцепились, началась потасовка. Антон попытался разнять приятелей, но тут же получил кулаком по уху слева, он попытался защититься, но получил удар справа. Разгоряченный и обиженный, что незаслуженно получил тумаков, Антон тоже ввязался в драку. Слава Богу, особенно никто не пострадал. Так только были пустяшные раны, у Германа был подбит левый глаз, на лице красовался фиолетовый фингал, У Никиты была вывихнута челюсть, а у Антона был вывих правой руки. Право, пустяки, когда джентльмены выясняют отношения.
Следующей напастью на острове были дикие пчелы. Здесь их было великое множество, ясно же тропики, круглый год тепло и тьма-тьмущая цветов. Но пчелы эти были очень избирательные, они кусали не всех подряд, а почему-то больше всех доставалось Герману. Куда бы он ни шел, пчелы роем тут же устремлялись вслед за ним. От чего Никита сделал вывод, что пчелы очень разумные существа и жалят не всех подряд. Для Германа это были очень обидные слова, если учесть, что он весь был покусан пчелами, но больше всего пострадала физиономия, и теперь Герман говорил с трудом, страшно шепелявя.
