Текст книги "Попаданка наоборот (СИ)"

Автор книги: Ольга Барыкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Глава 9. Поиск работы

Глава 9. Поиск работы

Следующее утро началось в шесть часов, хотя никакой срочной необходимости вставать так рано не было, просто Вейра открыла глаза – и почти сразу поняла, что больше не сможет лежать спокойно, потому что сознание уже окончательно проснулось и привычно требовало действий, расчётов и плана, а бездействие начинало раздражать её сильнее, чем усталость.

Организм Марины всё ещё чувствовал себя плохо.

Голова оставалась тяжёлой после месяцев алкоголя, спина ныла от старого продавленного дивана и постоянного напряжения, а желудок неприятно сводило после резкой смены питания, но при этом мысли впервые за долгое время работали удивительно чётко и спокойно.

Сначала нужен план.

Она осторожно поднялась, стараясь не разбудить детей, накинула старую тёплую кофту и босиком прошла на кухню, где холодный линолеум неприятно обжёг ступни, а из приоткрытого окна тянуло сыростью и влажным утренним воздухом.

Вейра машинально поставила чайник, потом на несколько секунд замерла перед плитой, всё ещё испытывая к этому устройству лёгкое недоверие, потому что мир без магии продолжал казаться ей абсурдным: здесь не существовало ни накопителей энергии, ни бытовых артефактов, ни управляющих рун, и всё же механизмы каким-то образом работали сами по себе, обеспечивая людей теплом, светом и связью.

Этот мир одновременно раздражал и восхищал её.

Через полчаса кухня выглядела почти прилично: вымытая посуда сушилась возле раковины, стол был аккуратно протёрт, на плите медленно доходила овсяная каша, а рядом лежал нарезанный хлеб, который Вейра автоматически распределила так, чтобы хватило на весь день.

Потом она села за стол, открыла старую тетрадь с расчётами и снова начала считать.

Доходов не было вообще.

Остатка денег хватит максимум на неделю, и то только при очень жёсткой экономии, отказе почти от всего лишнего и постоянном контроле расходов.

Значит немедленно нужна работа.

Она взяла телефон, который всё ещё казался ей странным и подозрительным предметом – тонкой стеклянной пластиной, внутри которой каким-то немыслимым образом помещались связь, информация, документы, развлечения и половина жизни местных людей.

Память Марины постепенно помогала разбираться.

Нажать, провести пальцем, открыть приложение и забить поисковый запрос.

Вейра до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что жители этого мира постоянно носят в карманах маленькие устройства связи, мгновенно получают доступ к любой информации и при этом считают подобное совершенно обычным.

В её мире за некоторые технологии такого уровня государства были готовы начинать войны.

Она открыла список вакансий и почти сразу поняла главную проблему. Возраст, долгий перерыв в работе и плохая репутация были не на её стороне. Марина когда-то действительно работала бухгалтером в небольшой фирме, но после развода всё быстро покатилось вниз: сначала усталость и депрессия, потом алкоголь, пропуски работы, конфликты, увольнение и окончательно испорченные рекомендации.

Вейра пролистала ещё несколько объявлений и невольно усмехнулась, наткнувшись на требование «стрессоустойчивость».

Если человек пережил попытку дворцового переворота, расследование хищений императорской казны и драконью налоговую реформу, его довольно трудно напугать обычным офисом.

Из комнаты показался заспанный Лёша, всё ещё растрёпанный после сна и закутанный в слишком большую домашнюю футболку. Он остановился в дверях кухни и замер, внимательно осматривая помещение так, словно каждое утро всё ещё ожидал увидеть привычный хаос. Но вместо этого на кухне пахло кашей и чаем.

Мальчик осторожно подошёл ближе.

– Ты чего не спишь?

– Уже проснулась, – спокойно ответила Вейра, не отрываясь от телефона.

Лёша некоторое время молча наблюдал за ней, а потом очень серьёзно спросил:

– А ты… опять нормальная?

Вейра медленно подняла взгляд и внезапно особенно ясно поняла, насколько сильно дети боятся, что всё происходящее – временно, что «новая мама» исчезнет так же внезапно, как появилась, а на её место вернётся старая Марина с запахом алкоголя, криками и бесконечной усталостью.

– Да, Лёша, – спокойно сказала она. – Опять нормальная.

Мальчик задумался, словно проверяя ответ на правдивость, потом тихо кивнул:

– Это хорошо.

И сел за стол.

Через несколько минут на кухне появилась Алина – сонная, лохматая, недовольная жизнью и всем своим видом демонстрирующая привычную подростковую настороженность, но она тоже остановилась в дверях и машинально огляделась вокруг.

Вейра уже начала понимать этот взгляд.

Удивление от того, что дома утром чисто, пахнет едой и никто не кричит.

– Ты чего встала так рано? – спросила Алина, усаживаясь за стол.

– Работу ищу.

Девочка нахмурилась так сильно, будто услышала что-то совершенно неожиданное.

– Правда?

– Нет, – невозмутимо ответила Вейра. – Для развлечения читаю объявления.

Алина моргнула. Потом вдруг коротко фыркнула.

Почти смех, первый настоящий за всё это время. Очень маленькая, но уже победа.

Соня появилась последней – сонная, растрёпанная и тёплая после болезни, закутанная в одеяло поверх пижамы; Вейра сразу же коснулась её лба, проверяя температуру. Температура была нормальной, уже лучше.

– Сегодня в школу не пойдёшь, – спокойно сказала она.

Соня испуганно посмотрела на неё:

– Почему?

– Потому что болеешь.

Девочка явно ожидала совсем другого ответа.

Вероятно, раньше её отправляли в школу даже с температурой, просто потому что взрослым было не до этого.

Внутри Вейры снова поднялось раздражение на Марину – тяжёлое, холодное, почти злое. Потом она резко оборвала себя, ведь бесполезно ненавидеть прошлое, нужно чинить настоящее.

После завтрака она отправила детей собираться и снова вернулась к вакансиям, уже более внимательно просматривая предложения и автоматически отсеивая бессмысленные варианты.

Собеседование нашлось довольно быстро. Небольшая логистическая компания искала бухгалтера. Оплата была скромной, но выбора у неё сейчас всё равно не существовало.

Вейра внимательно перечитала требования к кандидату и снова усмехнулась, увидев фразу «умение работать с большими объёмами данных».

Если бы эти люди знали, какие объёмы информации ежедневно проходили через императорскую казну.

К полудню она уже стояла перед зеркалом в комнате, пытаясь собрать максимально приличный внешний вид из того, что осталось в гардеробе Марины.

И это оказалось отдельной проблемой.

Часть одежды выглядела слишком старой, часть – мятой и неопрятной, несколько вещей вообще пахли табаком и алкоголем, поэтому в итоге Вейра выбрала самые нейтральные и аккуратные варианты: тёмные брюки, простую светлую рубашку и пиджак без пятен и вытянутых рукавов.

Волосы она тщательно собрала, стараясь придать себе максимально собранный вид.

Потом внимательно посмотрела на отражение. лицо всё ещё выглядело уставшим, синяки под глазами никуда не исчезли, но теперь во взгляде и осанке появилась собранность.

В этот момент в дверях комнаты появилась Алина.

Она некоторое время молча смотрела на мать, а потом осторожно спросила:

– Ты реально пойдёшь?

– Да.

– А если тебя не возьмут?

Вейра спокойно надела куртку и поправила сумку.

– Тогда найду другое место.

И этот простой ответ снова оказался для детей чем-то новым. Вместо привычных жалоб га жизнь, просто была задача, которую нужно решить

Перед уходом Вейра достала из кошелька часть денег и положила купюры на стол.

– На случай, если понадобится купить что-то срочно.

Алина уставилась на деньги так внимательно, будто подобного раньше почти никогда не происходило.

Потом очень тихо спросила:

– Ты вернёшься?

И снова этот вопрос.

Будто исчезновение взрослых для них давно стало чем-то обычным.

Вейра взяла сумку и спокойно ответила:

– Конечно.

Она уже выходила за дверь, когда Лёша вдруг громко выпалил из кухни:

– Удачи!

Вейра замерла на мгновение, и внутри снова появилось это странное, непривычное чувство – тёплое, тихое и удивительно человеческое.

– Благодарю, – серьёзно ответила она.

После чего закрыла дверь и отправилась на своё первое собеседование в чужом мире.

Глава 10. Собеседование

Глава 10. Собеседование

Офис логистической компании находился в обычном сером пятиэтажном здании, таких вокруг было много – одинаковые фасады, одинаковые окна, одинаковые вывески, где-то между шумной улицей и парковками, по которым люди текли непрерывным потоком, не задерживая взгляда ни на витринах, ни друг на друге, будто город существовал в режиме постоянного движения без пауз и без необходимости кого-то замечать.

Вейра остановилась у входа не потому, что сомневалась, а скорее по привычке сначала оценивать пространство: стеклянные двери, рамки турникета, люди с пропусками на шее, проходящие внутрь с той усталой деловитостью, которая появляется у тех, кто слишком долго живёт по расписанию, и всё это вместе снова напомнило ей, насколько этот мир любит порядок, построенный из правил, пропусков и бесконечных систем контроля.

Она вошла, и сразу же почувствовала плотный, тёплый воздух с запахом кофе, бумаги, пластика и техники, которая работает без остановки, создавая ровный фон, к которому быстро привыкаешь, даже если он тебе не нравится.

На первом этаже за стойкой сидела девушка-администратор – яркая, с длинными ногтями и выражением лица человека, который уже давно отвечает на одни и те же вопросы и экономит силы на эмоции.

– Вы к кому? – спросила она, не особенно всматриваясь.

– На собеседование, бухгалтерия, – ответила Вейра.

Девушка что-то быстро проверила в компьютере, кивнула, даже не поднимая взгляд:

– Третий этаж, триста двенадцатый кабинет.

Лифт стоял рядом, металлический, аккуратный, слишком новый для доверия, и Вейра на секунду посмотрела на него так, как смотрят на вещи, которые вроде бы должны работать, но в любой момент могут сделать что-то непредсказуемое, после чего просто пошла к лестнице – не из принципа, а из привычки полагаться на то, что можно контролировать физически.

На третьем этаже стало теснее от запаха кофе и от ощущения, что здесь всё время кто-то что-то считает, сверяет и проверяет, потому что за стеклянными перегородками сидели люди, уткнувшиеся в мониторы с таким выражением сосредоточенности, будто цифры на экране действительно удерживают систему от распада.

Вейра на секунду почти незаметно усмехнулась, потому что в любой реальности, будь то империя или современный офис, люди всё равно делают одно и то же – пытаются удержать хаос с помощью таблиц.

У кабинета уже сидели две женщины: одна нервно листала телефон, вторая выглядела слишком уверенной, чтобы это было естественно, и обе сразу посмотрели на Вейру тем коротким оценивающим взглядом, который возникает автоматически, когда рядом появляется ещё один претендент – взгляд, где за долю секунды считывается одежда, усталость, собранность и вероятность конкуренции.

Вейра села чуть в стороне и спокойно сложила руки на коленях, не включаясь в это негласное соревнование, потому что нервничать в подобных ситуациях она давно перестала – после аудитов, проверок и разговоров с людьми, от которых зависели гораздо более серьёзные вещи, чем работа в офисе логистики.

Когда дверь кабинета открылась, оттуда вышел мужчина в мятом пиджаке с выражением лица человека, который давно живёт среди отчётов и уже не различает, где заканчивается работа и начинается усталость.

– Марина Андреевна? – спросил он.

– Да.

– Проходите.

Кабинет оказался тесным и перегруженным: столы, папки, принтер, два компьютера, стопки бумаг и кружка с остывшим кофе рядом с монитором – типичный рабочий хаос, в котором всё вроде бы на месте, но ощущение порядка держится только на усилии тех, кто здесь работает.

Он открыл резюме почти формально, бегло пробегая глазами:

– Перерыв в работе почти три года… причина?

Вопрос был прямой, без попытки смягчить его, как будто это просто пункт анкеты.

– Развод. Семейные обстоятельства. Болезнь, – ответила Вейра спокойно, не углубляясь, потому что правда редко нуждается в подробностях, чтобы быть понятной.

Он поднял взгляд:

– Сейчас готовы работать в полном объёме?

– Да.

– Переработки бывают.

– Это не проблема.

Он перечислял обязанности – отчётность, накладные, поставки, ошибки менеджеров, постоянные правки – и ожидал реакции, но Вейра просто слушала и кивала, без лишних эмоций, как человек, для которого работа – это не новая сложность, а знакомая структура.

Он явно ждал либо сомнений, либо оправданий, либо хотя бы попытки казаться более уверенной, чем есть, но вместо этого видел спокойную, ровную реакцию, которая выбивалась из привычного сценария собеседований.

– Вы раньше вели большие объёмы? – спросил он наконец.

В памяти Марины всплыли обычные бухгалтерские участки, стандартные компании и рутинные отчёты, но вместе с этим поверх легло другое – управление огромными потоками ресурсов, контроль казны, торговые схемы, международные расчёты, сложные финансовые конструкции, где ошибка стоила не премии, а политических последствий.

– Да, – сказала она спокойно. – Довольно большие.

Он хмыкнул, будто не до конца поверил, и подвинул к ней папку:

– Тогда давайте посмотрим на практику.

Внутри были распечатки отчётов, таблицы, накладные и логистика поставок, и Вейра начала читать почти автоматически, сначала просто просматривая структуру, потом быстрее, потому что несостыковки начали проявляться сразу – как будто документ не скрывал ошибки, а наоборот, был ими переполнен.

Она перелистывала страницы, выстраивала связи, считала в уме и через несколько минут уже спокойно называла конкретные места, где цифры не сходились, где дублировались платежи, где складской учёт расходился с транспортом, и где ошибка была не случайной, а системной.

– Подождите… – мужчина нахмурился и придвинул бумаги ближе. – Откуда вы это видите?

Вейра просто постучала пальцем по строке:

– Здесь двойной учёт.

Перевернула страницу:

– Здесь ошибка в остатках.

Ещё лист:

– А здесь транспортные расходы считают по неверной формуле.

Он молчал дольше, чем это обычно бывает на собеседованиях, потом снял очки и устало провёл рукой по лицу:

– Мы это уже два месяца не можем найти…

Вейра не ответила, потому что для неё это действительно было просто – слишком просто, почти автоматически, как навык, который остаётся после работы с куда более сложными системами.

В кабинете повисла пауза, и он вдруг спросил:

– Марина Андреевна… а где вы раньше работали?

Вопрос был уже не формальным.

Вейра встретила его взгляд спокойно:

– В крупной структуре.

И это снова было правдой, просто без уточнений.

Он ещё несколько секунд смотрел на неё так, будто пытался сложить её биографию из обрывков, которые не совпадают между собой, а потом наконец сказал:

– Месяц испытательного срока. Зарплата небольшая. Если справитесь – пересмотрим.

Вейра кивнула.

И впервые за долгое время это ощущение было не про облегчение и не про радость, а про устойчивость – как будто под ногами наконец появилась хоть какая-то твёрдая поверхность.

Когда она вышла в коридор, телефон в сумке завибрировал.

Сообщение от Алины: «Ты скоро?»

Короткое. Без лишнего.

И почему-то именно оно оказалось тяжелее всех отчётов, цифр и собеседований вместе взятых, потому что в нём не было ни проверки, ни оценки – только простое ожидание того, что она вернётся домой.

Глава 11. Возвращение домой

Глава 11. Возвращение домой

На улицу Вейра вышла уже в сумерках, когда серый весенний день окончательно растворялся в холодном сыром вечере, а город начинал жить своей второй, более нервной жизнью: люди спешили домой с работы, автобусы были переполнены, машины медленно ползли в пробках, а витрины магазинов постепенно загорались тёплым жёлтым светом, делая улицы чуть менее угрюмыми.

В руке она крепко держала папку с документами и листок с адресом компании, хотя давно уже запомнила его наизусть. Работа. Пусть временная, пусть с маленькой зарплатой, но впервые за несколько дней у неё появилась опора, на которую можно было опереться, и вместе с этим пришло странное ощущение внутренней устойчивости, как будто хаос последних недель наконец начал складываться в хоть какую-то систему.

Телефон в кармане завибрировал. Сообщение от Алины: «Соня поела». Коротко. Сухо. И всё же за этими словами Вейра почувствовала заботу, проверку, тихий сигнал о том, что она всё ещё нужна, что взрослый рядом, что мир не исчез. Она набрала в ответ: «Скоро буду» и впервые за долгое время осознала, что действительно спешит домой. Не в дом в привычном смысле – у неё их было достаточно и раньше: просторные, тихие, удобные. А домой, к детям, к их шуму, смеху, к ощущениям, что кто-то ждёт её и верит, что она вернётся.

По дороге она зашла в магазин около остановки, уже не просто как человек, пытающийся выжить до следующего дня, а как хозяйка, которая планирует жизнь хотя бы на неделю вперёд: выбирала продукты вдумчиво, сравнивала цены и объёмы, считала в уме скидки и складывала в корзину лишь самое необходимое: курицу, творог, молоко, макароны, овощи и немного дешёвого печенья к чаю. У полки со сладостями она остановилась дольше: дети почти ничего не просили, ни игрушек, ни сладостей, привыкли к отказам слишком рано, и это раздражало её сильнее любых долгов. Она взяла маленькую пачку шоколадных конфет по акции, мысленно пересчитала оставшиеся деньги и пошла дальше, привычка держать расходы под контролем въелась слишком глубоко, чтобы исчезнуть мгновенно.

В подъезде пахло вечерней едой, влажной одеждой, чужой жизнью, скрытой за дверями, и где-то сверху доносился детский смех и звук телевизора. Вейра открыла дверь ключом, и почти сразу услышала шаги: первым вылетел Лёша.

– Ты пришла! – вскрикнул он, слишком радостно, слишком облегчённо, будто боялся, что она может снова не вернуться.

За ним появилась Алина, стараясь выглядеть спокойно и равнодушно, но Вейра мгновенно заметила напряжение в её плечах и внимательный взгляд, которым девочка проверяла: трезвая ли мать, в каком она настроении, не случилось ли чего-то плохого. Старая привычка выживания, тяжёлая и неправильная для ребёнка, которая всё ещё оставалась частью её жизни.

– Как Соня? – спросила Вейра, снимая куртку.– Лучше, – ответила Алина. – Температуры почти нет.

Из комнаты выглянула сама Соня – сонная, растрёпанная после дневного сна, всё ещё бледная, но заметно живее, чем вчера.

– Мам… – тихо произнесла она, и голос звучал естественно, будто ребёнок постепенно привыкал к новой версии матери. В груди у Вейры снова неприятно и одновременно тепло кольнуло.

Она поставила пакеты на стол и сразу принялась разбирать продукты: движение и порядок всегда помогали думать спокойнее. Кухня встретила её неожиданной чистотой: раковина была пустой, кружки стояли аккуратно, стол протёрт, пусть и с небольшими следами использования.

– Кто убрался? – спросила Вейра, оглядывая комнату.– Мы! – гордо выпрямился Лёша.– Не «мы», а я в основном, – уточнила Алина, недовольно глядя на брата.– Я тоже помогал! – протестовал Лёша.– Ты две тарелки помыл.– Но помыл же!

Вейра слушала перепалку и впервые в этой квартире слышала не напряжённую тишину и не страх, а обычный детский спор: живой, нормальный, домашний. И это оказалось удивительно приятно.

– Хорошо, – сказала она спокойно. – Значит, система работает.

Дети переглянулись с лёгким недоумением: слово «система» для семейной кухни звучало странно. Но Вейра уже воспринимала дом как маленькое государство, которое срочно нужно было восстанавливать после затяжного кризиса.

Она достала продукты и начала готовить ужин, одновременно рассказывая детям, что её приняли на испытательный срок. Дети некоторое время молчали, а потом Лёша осторожно спросил:

– То есть ты теперь работаешь?– Да.– Как нормальные взрослые?

Алина резко толкнула его локтем:– Лёша!

Но Вейра только спокойно ответила:– Именно так.

Мальчик смутился и опустил глаза, и внутри Вейры неожиданно не появилось ни обиды, ни злости – только тяжёлое осознание того, насколько сильно прежняя жизнь Марины разрушила доверие детей к взрослым.

Пока на сковороде шипели овощи и варились макароны, кухня постепенно снова наполнялась запахами еды, теплом и голосами. Соня сидела за столом, завернувшись в плед, и внимательно наблюдала, будто боялась пропустить момент, когда всё снова станет плохим. Вейра поймала этот взгляд и подумала, что: теперь она отвечает не только за деньги, еду и порядок, но и за ощущение безопасности, за то, чтобы дети перестали жить в постоянном ожидании катастрофы. И это оказалось сложнее любой императорской казны.