Текст книги "Трофейная жена для лорда-дракона (СИ)"
Автор книги: Олеся Рияко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 24
Эра Черного Дракона
Год 560, месяц Горностая
В прошлом…
Глухой стук капель о камень и влажный всплеск. Ритмично, назойливо, мокро… Арвольд далеко не сразу понял, что же раздражает его, заставляет болезненно жмуриться и дёргаться от каждого удара холодной влаги в лицо.
Сознание возвращалось к нему медленно, неохотно. Тело юноши словно было умнее него. Понимало, что как только его мысли и взор прояснятся, на смену милосердному покою придёт боль. Вначале физическая, а потом и та, которую пережить куда сложнее…
– Лисица… – прошептал он разбитыми, до крови потрескавшимися губами.
Назойливые дождевые капли по-прежнему били в лицо, стекая по отвесной стене темницы из маленького окошка, терявшегося где-то под самым потолком каменного мешка. Кто-то тронул его, прошёлся руками по карманам и бокам, вызвав взрыв тупой боли и непроизвольный стон.
– Ли… лисица… – снова позвал Арвольд, всё ещё не понимая где он и кто.
– Что он там бормочет? – прогундосил кто-то совсем рядом.
– Кто знает? Я уж думал, что сдох. – Ответил ему кто-то сипло, с противным присвистом, словно едва мог дышать и тут же закашлялся.
– Не. – Отмахнулся гундосый. – Тебе ли не знать, что дохлых тут крысы быстро сжирают, начинают с лица, а этот ещё целый. Дёргался наверно от каждого укуса, потому твари ещё не успели покуражиться.
– Где ж целый? Ты только посмотри на него. Толпой его, что ли били…
– Как знать.
– Ну и ладно. Не думаю, что служивый стал бы так щедро платить за мёртвого. Вот только тащить его что-то не хочется. Смотри какой здоровый! Даром что пацан ещё. Может, растолкаем?
– И толку? Смотри, Щербатый, башка вся синяя. А ну как мозги встряхнули, может и шуму навести. Лучше в труповозке вывезем. Я слышал, как стражи шептались, что лорд его лично пытать собрался, когда очнётся. Надо поторопиться.
– За что?
– Да непонятно. То ли украл чего, то ли девку какую-то попортил.
– Так у Грэйна ж только сыночки?
– Ну, мне-то откуда знать? Давай уже, ты за ноги, я за руки. И… раз!
Жёсткие пальцы безжалостно вцепились в его руки и ноги и тело тут же отозвалось тупой болью. Казалось, будто они не подняли его, а вывернули из суставов кости. Не сдержавшись, Арвольд обессиленно застонал и на него тут же зашикали со всех сторон. Юноша кое-как разлепил веки и огляделся вокруг. Из темноты на него смотрели две пары глаз на чумазых лицах. Причём у одного из незнакомцев один глаз отчётливо косил, смотря не вперёд, а куда-то вправо.
– Кто… вы? Где… где я?
Косой неприятно захихикал. Это он говорил сипло, едва успевая дышать между словами.
– Э, парень. Давай поспи ещё.
– Лисица… где лисица?
– Ишь чего. – Фыркнул тот, которого звали Щербатый. – Лисицу ищет. Точно мозги набекрень. Давай, Косой, доставай эфирную настойку, так не вывезем, за мертвяка не сойдёт ни в жизнь – стража обязательно смотреть полезет. Выдаст нас с потрохами как пить дать!
– Может, так полежит? Вроде в себя пришёл, давай договоримся. Мало настойки осталось, а с островов ещё когда привезут…
– Ты давай не этовай. Служивый с лихвой заплатил, а если попадёмся, то деньги нам уже ни к чему будут. Заместо него тут в труповозку ляжем.
Чувствуя, как с пробуждением начали обостряться все чувства, Арвольд сильно зажмурился и застонал. У него болело всё – голова, ноги, ребра… но больше всего сердце, потому что из него был вырван огромный кусок.
– Лисица… скажите, где лисица?
– Спи. – Косой больно вцепился своими пальцами в его побитое лицо и насильно прижал к носу и рту Арвольда какую-то резко пахнущую влажную тряпку. – Нет никакой лисицы. Спи, говорю…
– Как нет… нет… не верю… нет…
Юноша напрягся всем телом, негнущимися пальцами вцепился в руку негодяя, сопротивляясь из последних сил и этой мерзкой тряпке на лице и его безжалостным словам. Но очень скоро по телу его стала разливаться странная тяжесть, мысли вновь начали путаться, а туманную картинку грязной темницы перед глазами сменила сонная темнота.
Глава 25
Темнота… тишина…
Сложно сказать, сколько сознание юноши провело в пустоте и безвременье, но для него одна картинка на другую сменилась практически в единый миг. Глухой стук капель о камень и влажный всплеск вдруг стал сухим, горячим треском, а в пустых, бездумных глазах вместо тусклого света из далёкого оконца под самым потолком, стали плясать яркие язычки пламени.
Чья-то рука пошевелила угли и ярко запахло съестным. В животе Арвольда непроизвольно заурчало, и он рефлекторно приподнял голову, но зря. То ли сделал он это слишком резко, то ли делать этого и вовсе не стоило. Мир, едва обрётший чёткость, закружился вокруг него, заставив рухнуть обратно.
– Гляди, кто пришёл в себя. – Послышалось совсем рядом. – Не торопись, сынок, тебе сильно досталось.
Арвольд открыл глаза, щурясь от яркого света костра. По другую сторону от него он разглядел знакомый силуэт рыцаря. Широкого в плечах, крепкого, несмотря на свои летА, но абсолютно седого.
– Сэр… это вы?
– Я. – С доброй усмешкой отозвался Ремальд. – А кому ж ты ещё, кроме меня, сдался, балбес?
Арвольд натужно выдохнул боль и морщась сел на месте. Огляделся.
Вокруг властвовала ночная темень, которую разгоняли резвые язычки кострового пламени. Они с благодарным треском до черноты обгладывали берёзовые поленья и на десерт выхватывали брызги масла, которое скворчало на подвешенной над костром сковородке. В ней судя по запаху, жарился отменный кусок мяса.
– Потрепали тебя, конечно, – проворчал рыцарь, кивнув на перебинтованную ногу Арвольда, – однако заживает, вот прям как на собаке! Когда на коня тебя вместо тюка крепил, думал, рёбра переломаны. Ан нет. Сюда когда добрались, рассмотрел, только синяки да и те почти сошли. Ну, ещё дырка в ноге, но и она почти зажила. Ты у Грэйнов что, эликсир вечной жизни стащил, да выпить успел?
– Вы… разве ничего не знаете? – Осторожно спросил Арвольд, коснувшись перебинтованной ноги, из которой ещё совсем недавно торчало древко арбалетного болта. Она и правда почти не болела, по крайней мере, точно не так, как стоило бы болеть свежей ране.
– Знаю, да не всё. – Уклончиво ответил рыцарь и, достав из-за пояса небольшой походный нож, перевернул им на сковороде кусок мяса. – Когда тебя схватили, пришлось быстро действовать. Хорошо не успели узнать, чей ты, иначе бы у меня были связаны руки. А так, пара сотен золотых петов кому надо и вот мы снова вместе, сынок.
Арвольд ошарашенно уставился на Ремальда.
– Пара сотен?!
– Это они ещё продешевили. – Беззаботно рассмеялся тот. – Знали бы, за что за тебя сам Маркус Грэйн взялся, мне бы даже всю амуницию продать не помогло, чтобы тебя вытащить.
Юноша забегал взглядом вокруг. Конь Ремальда и его собственная старая лошадь были привязаны неподалёку к коряге и мирно щипали траву. Рыцарь не стал разгружать их на ночь от поклажи, видимо, для того, чтобы, если что быстро собраться в путь. Высокие деревья вокруг и одинокий лунный лик над головой… они были здесь одни и совершенно точно были уже далеко от Грэйн-холла. А значит, и далеко от неё…
– Девчонка… – Выдохнул Арвольд, даже не пытаясь унять дрожь и волнение в голосе. – Вы что-то знаете о том, что со мной была девчонка?
Сэр Ремальд внимательно посмотрел на него и, задумчиво отерев нож о выуженный из-за пазухи платок, сказал тихо, растягивая слова. Словно давая себе время, чтобы подобрать верные.
– Непросто всё с ней было, да? Была девчонка. Но больше нет. Очень за неё на тебя Грэйны ополчились. Уж не знаю, что в ней такого было. Она из знатных была?
“Была…” – эхом отдалось в его голове и Арвольд закрыл глаза и запустил негнущиеся пальцы в волосы, пытаясь сдержать эмоции, рвущиеся наружу.
Боль, нестерпимая, жаркая куда более сильная, чем та, что можно причинить телу. Ему хотелось кричать от неё, бежать, не оглядываясь… но куда? Осознание безысходности и короткое воспоминание о том миге на обрыве, когда пальцы маленькой лисицы выскользнули из его ослабевшей руки и она с криком сорвалась вниз и осталась один на один с бушующей бездной… маленькая девчонка, не умеющая плавать…
– На, подержи, пока думу думаешь. – Вырвал его из пучины собственного ада настойчивый голос Ремальда и юноша бездумно протянул руку.
Мгновение… ещё одно… что-то было не так и Арвольд открыл глаза, чтобы посмотреть, а в следующий же миг отбросил в сторону кочергу, которую дал ему сэр Ремальд. Дал разогретым докрасна концом вперёд.
– Чёрт… вы знаете? – испуганно воскликнул юноша.
– До последнего надеялся, что ты завизжишь поросёнком. Хотел даже проверить, пока ты спал, но решил, что это будет бесчестно с моей стороны. – Мужчина устало вздохнул и покачал головой. – Рассчитывал, что ты, если что сам признаешься. Но вот… любопытство победило. Я заподозрил, когда ты расспрашивал о гербе Фэррэйнов. Слишком уж правильные вопросы задавал, да и раньше драконами никогда не интересовался. Я и намотал на ус.
– И что меня тогда выдало?
Мужчина весело усмехнулся и подкрутил седой ус.
– Известно что. Девчонка. Я же видел, что ты пропадать куда-то начал. А потом этот переполох. Сопоставил одно с другим. Истинная твоя была, да?
Арвольд опустил голову, не пожелав отвечать. Сказать о лисице хоть слово сейчас для него было сложнее, чем наживую вырезать себе то, что осталось от его сердца.
Однако, сэр Ремальд не терпел пустой тишины и не дал ему вновь погрузиться в мысли.
– Мне жаль, что так вышло. Соболезную.
– Что теперь будет? – Пробурчал себе под нос юноша, не поднимая взгляда. – Зачем вы меня вытащили, если знали кто я? Я был бы счастлив там подохнуть…
Мужчина недовольно проворчал себе что-то под нос и сказал уже громче:
– Не то что знал. Догадывался. Но вот, ты всё мне подтвердил и… Долг обязывает меня отвести тебя к королю, чтобы он решал твою судьбу. Сам понимаешь, драконы! Но… кхм…
– Но?
Ремальд по-доброму рассмеялся.
– Но, сам знаешь. Я старый, а ты молодой и очень способный. Наверняка тебе не составит труда сбежать от меня. Дорога до столицы долгая.
Арвольд впервые открыто посмотрел ему в глаза. Слова Ремальда и то, с какой лёгкостью он их сказал, поразили его.
– Сэр, разве это не предательство?
– Предательство. – Запросто согласился тот. – Я присягнул королю Фэррику, когда мне было примерно как тебе. Моя клятва была адресована скорее этому королевству… этой земле, а не человеку. Я не разделял их. Принёс присягу, чтобы защищать и землю и её народ.
Ремальд устало вздохнул и снова принялся переворачивать мясо на огне, не прерывая рассуждений.
– Тогда я даже не задумывался над тем, что король и тот мир, который он богами поставлен защищать, могут пойти разными путями. Об этом мало кто говорит, но король безумен, Арвольд. Боги отвернулись от него, после того, что он сделал. Безумен не умом, а сердцем. Бездетный, последний монарх своего имени, он перестал любить свой народ и землю, если вообще когда-то любил… Теперь его гнетёт лишь скорая бесславная гибель и забвение. Хочу ли я быть верным клятве такому, как он? Хм… пожалуй, куда важнее могу ли я отказаться от клятвы, будучи человеком чести?
– Вы намекаете на то, что я должен занять его место? – Арвольд нервно усмехнулся. – Вы смеётесь надо мной? Я сын горничной и портного, во мне ни капли королевской крови!
– Мы не знаем. Может быть, твоя мать вышла за отца уже беременной… в конце концов, она работала в замке. Дворяне часто посещают резиденции друг друга. Юная горничная могла и приглянуться кому-то из…
– Замолчите! – Юноша замотал головой и, словно ребёнок, услышавший грубое слово, зажмурился и закрыл ладонями уши. – Сейчас же! Или я…
– Или что? – Оборвал его рыцарь и рассмеялся. – Что ты? Может быть, ты знаешь другую причину, почему в твоих венах могла оказаться драконья кровь? Ты бастард кого-то из Фэррэйнов, это точно. Сколько тебе? Пятнадцать? Для сыновей Хэмонда Фэррэйна ты староват, сам Хэмонд, насколько я знаю, не ходок, а вот для его младшего брата… Айвен, кажется, его звали. Тот ещё был повеса и бедокур. Он умер от горячки через пару лет после того, как ты родился. Айвен, Арвольд… как знать, может быть, мать тебе не просто так такое заковыристое имя дала. Горничные, знаешь ли, всё чаще детишкам имена покороче да попроще дают. А ты вдруг ни с того, ни с сего Арвольд!
Чувства, эмоции, мысли… Грусть, сожаление, страх и злость… их было слишком много, они будто разрывали Арвольда изнутри, не находя выхода. Он зарычал, схватившись за голову, а потом завыл, точно раненый зверь…
– Что мне делать? Я… я не хочу этого всего. Наверно мне лучше просто исчезнуть… Почему? Почему вы не оставили меня там?! Зачем я вам сдался?! Лучше бы я сгинул!
Тактично помолчав и дав ему выпустить пар, Ремальд грустно улыбнулся своему оруженосцу.
– Знаешь поговорку, дракона за амбаром не спрячешь? Так вот, если ты уже начал замечать изменения в себе, то лучше бы тебе как можно быстрее попасть к своим. Узнав, кто ты, Фэррэйны примут тебя с распростёртыми объятиями, скроют от короля и всему обучат. Хоть в их роду уже триста лет не рождалось драконов, они трепетно хранят знания о них.
Юноша помолчал, раздумывая над его словами. Думать о своей шкуре ему совершенно не хотелось. Ему было всё равно, что с ним станет.
– А вы? Рано или поздно обо мне узнают и… что тогда сделает с вами король? Кто-то обязательно доложит ему, что я был вашим оруженосцем. Они поймут, что это вы помогли мне сбежать.
– Может, да. – Беспечно пожал плечами рыцарь. – А может, нет. Скажу, как есть, что освободил тебя из темницы, но ничего такого о тебе и не предполагал. Думал, просто набедакурил малец, зачем за зря хорошему слуге в застенках гнить. А ты, неблагодарный, сбежал от меня в ту же ночь.
– Я прав. Лучше бы я просто умер… вместе с ней. Почему я не умер…
Ремальд устало вздохнул.
– У богов на всё есть причина. Может быть, ты не умер, чтобы у этого королевства, у этих людей был шанс сохранить мир на своей земле и независимость от воли чужих им королей. Как только Фэррика не станет, всё здесь рухнет в пучину бесконечных раздоров. Знать перегрызётся за трон, но даже если им удастся посадить на него какого-нибудь крысиного короля, остальные монархи никогда не признают его. Такое уже случалось, помнишь? Я рассказывал тебе о падении драконьей династии. Сколько невинных людей пострадало из-за этих распрей, Арвольд… Пойми, такого не должно повторится. Если ты так же, как и я, любишь свою родину, свою землю, то ты обязательно поймешь что я прав. Может быть не сейчас, но поймешь…
Арвольд посмотрел на него исподлобья и сказал жёстко, решительно смежив брови.
– Я не хочу никакой власти. Шли бы они все полем со своими интригами и грызнёй…
– А чего ты тогда хочешь? – Оборвал его рыцарь. – Помимо невозможного, чтобы та девчонка осталась в живых? О чём ты мечтал до того, как всё это произошло с тобой?
Юноша потупил взгляд, но ответил честно.
– Я хотел стать рыцарем. Как вы.
– Так стань им! – Воскликнул мужчина, громко хлопнув в ладоши, словно тем самым поймал в них отличную мысль. – Начни с этого. Я знаю одно, Арвольд, несмотря ни на что, ты должен… нет, ты просто обязан жить эту жизнь! Сколько бы в ней ни было боли и разочарований. Ты дракон. Возможно, последний из всех, которых увидит этот свет. Да, Фэррэйны растеряли власть, но не богатства. Да, они перестали обращаться в драконов, но что осталось при них даже после этого – воинская доблесть и знания! Они научат тебя тому, чему никто не сможет – обращаться во вторую ипостась, владеть своим телом и еще Единый знает чему! Отправляйся в Фэррэйн-холл и стань тем, кем всегда мечтал. Стань тем, кем должен! А там и видно будет.
Где-то вдалеке, за деревьями раздался нестройный топот копыт, заставивший Арвольда встрепенуться и вскочить на ноги, несмотря на боль. Но не Ремальда. Рыцарь, как ни в чем ни бывало, остался сидеть на месте.
– Кто это?!
– Не бойся. – Усмехнулся мужчина. – Это друг. Ну… или родственник твой. Теперь-то уж можно в этом не сомневаться. Ах, раз уж встал, подай там, за тюком бурдюк с вином. Встретим гостя как положено, с угощением.
Глава 26
Старший сын лорда Фэррэйна сухо поприветствовал Ремальда. От вина и ужина Дарон вежливо отказался, чем немало огорчил своего оруженосца, который, впрочем, промолчал. Чего не скажешь о его жалобно проурчавшем желудке. Зато сразу же попросил доказательств драконьей природы Арвольда.
– Прошу простить мою торопливость, но хотелось бы удостовериться, что весь путь, что мы проделали и риск, на который пошли, были не зря.
Ремальд хитро усмехнулся, по своему обыкновению подкрутив седой ус, и молча перевёл взгляд на Арвольда.
Не сразу сообразив, чего от него ждут, тот озадаченно вскинул брови. Тогда рыцарь кивнул непонятливому оруженосцу на жарко горящий костёр между ним и Фэррэйном.
Чувствуя себя едва ли не цирковой собачкой, юноша послушно поднял из огня пылающее полено и спокойно повертел его в руках, наблюдая за тем, как меняются лица Фэррэйна и его оруженосца.
– Единый сохрани, всё правда… – сипло выдохнул Маркус, глядя на Арвольда во все глаза.
Дарон Фэррэйн же выразился куда короче и неприличнее, хоть в меткости тому выражению было не отказать.
В отличие от рыцаря, который вёл себя более чем спокойно и уверенно, он с самого начала очень нервничал и торопился. Его не стали расспрашивать почему, причина была ясна и так – вслед сбежавшему дракону, хоть и тайно, а всё же отправили изрядно народа. И если Ремальда всё ещё никто не заподозрил, потому что в Арвольде никто не успел признать его оруженосца, то на Фэррэйна подозрения в пособничестве побегу мальчишки пали сразу. Наследник благородного рода выглядел так, словно не одну ночь успел провести без сна, до того как прибыть к условленному месту.
Сердечно поблагодарив сэра Ремальда и посулив тому любую помощь от своего дома в будущем, Дарон сразу же велел оруженосцу помочь Арвольду взобраться на лошадь.
От помощи Маркуса, худосочного парнишки с длинным крючковатым носом, юноша отказался. Во-первых, ему не хотелось проявить слабость, а во-вторых, его просто всё раздражало, тем более это невесть откуда взявшаяся забота о нём!
Будучи привыкшим ко всяческим лишениям с детства, Арвольд счёл проявление излишней заботы о себе, едва ли не за оскорбление. Тем более что телесные раны его уже почти зажили. Чего не сказать о душевной…
Маркус же то ли из страха, то ли из глупости, его будто игнорировал. Несмотря на решительный протест, вперёд юноши, снял с его коня лишнюю поклажу, поправил седло, приладил к нему бурдюк с водой и даже принёс мешок с сухарями и сыром, на случай, если тот проголодается в дороге. Но хуже всего было то, что всякий раз, когда ему за чем-то нужно было обратиться к Арвольду, тот стал навязчиво называть его “сэр”.
Юноше, ещё вчера спокойно отзывавшемуся на “эй, ты” и “малец”, было очень странно, дико слышать такое обращение к себе. И он каждый раз морщился, снова и снова прося оруженосца называть себя только по имени. А тот кивал ему, низко кланялся, выводя из себя ещё больше, но упрямо продолжал звать “сэром” или ещё хуже, “милордом”!
Путь к Фэррэйн-холлу начался ещё до рассвета. Трое всадников, стремясь не попадаться на глаза случайным встречным, двигались не по широкому торговому тракту, а полузаросшей охотничьей тропой, утопающей в зелени горного предлесья. Это определённо замедляло их путь, зато позволяло оставаться незамеченными, что сейчас было куда важнее.
В отличие от их первой встречи на турнире, Дарон Фэррэйн оказался куда менее разговорчивым. По существу их беседы в пути сводились к сухим ответам на вопросы и обычной вежливости. Вопреки тому, что можно было ожидать, Дарон не интересовался жизнью Арвольда до их встречи, да ещё и шикнул на Маркуса, когда тот предпринял неловкую попытку расспросить дракона о его способностях.
Это молчание угнетало юношу, порождало вопросы и что уж там, выглядело слишком подозрительно. Тем более что узкая охотничья тропка всё дальше уводила их в сторону от торгового тракта, и всё ближе к горному перевалу, за которыми начинались пустынные земли кочевников.
– Я слышал, что Золотой берег и Фэррэйн-холл на востоке, а мы все сильнее отклоняемся на юг, в горы. Может, стоит всё же выйти к торговому тракту и взять немного левее?
– С чего ты взял, Арвольд, что мы отклоняемся?
Усмехнулся Дарон, обернувшись к нему через плечо.
Юноша замялся. Он, конечно же, мог ошибаться, но внутреннее чутьё говорило ему, что он совершенно прав.
– Идти становится тяжелее, горы ближе. Меньше встречается подлеска, всё чаще сосны, да ели. Земля сменилась на песчаник…
– А ты наблюдательный, да?
Фыркнул мужчина не то с улыбкой, не то с раздражением и переглянулся со своим оруженосцем. Этот короткий взгляд не укрылся от юноши, но ему не дано было разгадать, что он значит. Слишком мало он был знаком с лордом и его слугой, чтобы понимать такие тонкости в их общении.
– Впереди королевская застава. Нам придётся обойти её через тракт, если не хотим попасться. Как знать, люди Грэйна вполне могли уже добраться и туда. Или ещё проще, там у него запросто могли уже быть свои люди, которые совершенно точно получили ворона.
– Но сэр… это ведь дни пути! Если вы хотите пройти через перевал и обогнуть горы с юга… вы уверены, что нам стоит так рисковать? В конце концов, мы можем разделиться. В одиночку на своих двоих я запросто смогу…
– Нет. – Достаточно резко оборвал его Дарон, а Маркус в тот миг почему-то отвёл взгляд и опустил голову. – Не выдумывай лишнего. Я отлично знаю эту дорогу. А вот ты плохо представляешь, с кем имеешь дело, если считаешь, что сможешь проскочить мимо людей Грэйна, которые сосредоточены только на одном – найти тебя и вернуть ему во что бы то ни стало.
Арвольд нахмурился пуще прежнего. Ему совершенно не нравился ни тон мужчины, ни то, к чему шёл их разговор.
– Может… мне тогда и не нужно в Фэррэйн-холл? Где меня будут искать в первую очередь, если не там?
Дарон резко натянул поводья и развернулся к Арвольду, заставив своего коня фыркать и гарцевать от недовольства.
– Считаешь себя самым умным? Что ж тогда поехал за мной? – Сказал мужчина сквозь зубы. – Думаешь, что выживешь и без нашей помощи? Только в Фэррэйн-холле есть те, кто желает тебе жизни, а не смерти. И если ты такой смышленый, каким себя считаешь, тогда ответь мне, у кого ещё в этом мире достанет сил защитить тебя, если Маркус Грэйн до тебя доберётся? А он доберётся, уж поверь! У тайных дел мастера повсюду глаза и уши, и уж на торговом тракте их точно больше, чем в лесу или на горном перевале!
Арвольд нахмурился и опустил взгляд. На языке его вертелось с десяток причин, почему идея Дарона могла обернуться для них катастрофой: кочевники, дикие звери, оползни и камнепады, которые часто прерывали жизни тех, кто решался отправиться в Королевство песков, срезав через перевал…
– Сейчас, вместо того, чтобы спокойно добраться домой, я рискую ради тебя жизнью. Эта дорога через перевал может и займёт больше времени, зато позволит нам выиграть его в будущем. – Сказал Фэррэйн, немного сбавив пыл. – Именно потому, что этот путь абсурден для возвращения, Грэйн проверит его в последний момент, а нас тут уже не будет. Я послал ворона отцу, он впустит ищеек Грэйнов, когда те придут, и позволит им обыскать замок. Они ничего не найдут. А обо мне услышат, что мы сильно поругались с ним накануне из-за наследства, это подтвердят и слуги. Это станет неплохим алиби на случай, если однажды Грэйн всё же прижмёт меня. А тебя… тебя мы спрячем так, что никто не найдёт. До поры до времени. Нужно лишь, чтобы ты верил мне сейчас, как себе. Ты веришь мне, Арвольд?
Юноша поднял на мужчину тяжёлый взгляд и осторожно кивнул.
– Простите, сэр. Я и правда не подумал настолько… наперёд.
Нет. Верить на слово он никому не собирался. Но, возможно, Дарон был прав в том, что любой союз предполагает под собой уверенный шаг в неизвестность. И у Арвольда сейчас было два выхода – шагнуть и доверить свою жизнь и будущее Фэррэйну или остаться наедине со своими проблемами. А у дракона в этом мире проблем было куда больше, чем у любого другого смертного… И Арвольд, будучи ещё совсем мальчишкой, хоть и храбрился снаружи, внутри совсем не готов был остаться с ними один на один.
– Поторопимся. – Подогнал его Дарон, слегка пришпорив коня. – Нам нужно достичь Ночевых пещер до заката, иначе рискуем остаться под открытым небом. Погода в горах непредсказуема, не хотелось бы в довершение всего вымокнуть до нитки и простыть. Что, скажешь?
Вместо ответа, Арвольд последовал за ним, склонив голову в тяжёлых раздумьях. Что-то в поведении Дарона, в интонациях, с которыми он говорил и в том, как тихо вёл себя Маркус на протяжении всего пути, всё же не давало ему покоя.
Не бывают оруженосцы такими молчаливыми. И Маркус точно что-то знает, нужно лишь придумать, как его разговорить…
