Текст книги "Ведьмочка в Академии Магов. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Оксана Гринберга

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Я хотела ответить, что Дарий Велвуд, кто же еще? Но при мысли о декане по телу протекло странное, даже горячечное тепло, а потом меня принялись колоть изнутри множеством иголочек.

– Ты и сама знаешь, кто именно, – пробормотала я, решив не рисковать.

Мало ли, что произойдет, если я произнесу его имя вслух? Вдруг меня заколют до смерти, а мне еще надо вывести из обморока Роуз!

Я прекрасно понимала, что сама усугубила ее состояние и пробуждение у девушки будет не из приятных. К тому же непонятно, какие травмы она получила, упав с лестницы.

Но я быстро во всем разобралась.

Ушибленные места: нога, спина и голова. Тут возможно легкое сотрясение, но жить она будет.

Хуже всего дела обстояли с ногой. Мог быть и перелом, в лучшем случае – трещина в голени. Но убегать от монстров Роуз вряд ли сможет, а тащить ее на себе задача не из простых. Поэтому я задумчиво уставилась на цербера, прикидывая его в роли ездовой собаки.

К удивлению, завидев огромного пса, очнувшаяся Роуз выть от ужаса не стала. Вместо этого она шепотом спросила, уползли ли ужасные черепахи, и тут же пожаловалась на боль в ноге – пульсирующую и с каждой секундой становившуюся все нестерпимее.

– Похоже, все-таки перелом, – пробормотала я.

Затем решительно оторвала верхний бант со своего ночного платья, в который была припрятана капсула с обезболивающей смесью.

– Проглоти, – протянула ее Роуз. – Через пару минут подействует, и станет лучше. А теперь полезай на спину це… В смысле, собаки. Он тебя повезет. – Увидев сомнение в глазах девушки, добавила: – Или же дать тебе еще одну таблетку для смелости?

У меня такой не имелось, но я решила под ее видом всучить Роуз еще обезболивающее.

К удивлению, ничего такого не понадобилось.

– Собака не причинит нам вреда, я это чувствую, – уверенно произнесла Роуз, после чего с моей помощью – Гретта все еще не могла поверить своим глазам – взгромоздилась на спину к огромному псу.

Я же, посмотрев на углубившийся вырез на груди после потери банта – о таком я как-то не подумала! – вздохнув, заявила, что нам пора двигаться дальше. Кажется, общий сбор студентов был объявлен в библиотеке, и мы уже порядком задержались.

К тому же…

Мало ли, обойдя второй этаж, твари снова приползут к лестнице, а у меня из оружия в запасе имелись только ленты и еще пара секретных бантиков с платья!

– Я поведу, – пробормотала Гретта. – Сюда, за мной! Нам в тот коридор. Это самый короткий путь к библиотеке.

Мы пошли и, судя по всему, представляли из себя довольно странную процессию. Потому что, заслышав наши шаги, из одной аудитории выглянули две девушки и тут же, испуганно ойкнув, юркнули назад.

– Погодите! Надо забрать всех с собой, – пробормотала Гретта, после чего мы принялись ждать, пока она стучала в дверь аудитории, а затем объясняла, что мы вовсе не чудовища из Лабиринта, и это с нами собака декана, которую послали всем на выручку.

Еще через несколько минут мы собрали уже пятерых девушек, которые прятались в соседних аудиториях. Снова зашагали по полутемному коридору, и студентки, негромко переговариваясь, рассказывали о том, чему стали свидетелями.

По их словам, твари представляли из себя не только демонических броненосцев. Девушки видели и других, не менее устрашающих монстров – тоже рогатых, клыкастых и шестиногих. Те уверенно двигались по коридору куда-то…

– Они уползли в сторону дальней лестницы. А потом мы видели еще несколько, похожих на гигантских сколопендр, – те утопали к главной.

– Кажется, им очень нужно было попасть на верхний этаж, – пробормотала я.

– Интересно, зачем? – недоуменно отозвалась Гретта. – В той стороне только женское общежитие.

Но больше обсудить мы ничего не успели, потому что Роуз вновь принялась подвывать.

Правда, на этот раз немного по-другому.

Вот и существа, вывалившиеся из-за поворота дружной толпой в коридор, тоже были другими.

Привычными, даже в чем-то родными.

Напитавшаяся Темной разрушительной энергией, по коридору в нашу сторону двигалась толпа умертвий, и их было не меньше двух дюжин. А то и больше.

– Этих… Этих в первом ряду я знаю, – пробормотала Гретта, моментально окружив нас защитным полем. – Вон тот – повар Йоханссон. Умер сто сорок лет назад, третья могила во втором ряду на нашем кладбище. Справа от него – садовник Диггит, у него старое надгробие с трещиной… Этот, который волочит ногу, – бывший преподаватель по Огненной магии, умер двести с лишним лет назад. Красивое надгробие, но как маг, кажется, он был так себе, потому что как умертвие ничего из себя не представляет.

– Зато мы будем представлять, – усмехнулась я. – Если, конечно, дадим себя убить.

– Но мы не дадим, – отозвалась Гретта, и остальные девушки с ней согласились, хотя в их голосах мне слышалось сомнение.

Они принялись дружно усиливать защиту, но я понимала, что такое толпу умертвий вряд ли остановит. Они задавят нас массой.

– Я никогда еще не видела их так много, – негромко призналась подруга. – Самое большее, с чем нам приходилось иметь дело, – пять умертвий за раз.

– Сейчас мы их немного проредим, – отозвалась я, хотя тоже никогда еще не видела такой толпы. – Погодите!.. Но можно же сделать все по-другому!

И тут же принялась распрямлять и распутывать ленты, которые до этого захватила из нашей комнаты, сунув их в карман. Розовые и красные – я проработала над ними в Гржине несколько месяцев, получив за свое изобретение высший балл по Практическому Ведовству.

Сделала я их еще в начале четвертого курса, затем хранила как зеницу ока. Понимала, что это серьезное оружие, которое стоило использовать лишь в самом крайнем случае.

И сейчас это время пришло.

– Ленты? – нервно усмехнулась одна из девушек. – С ума, что ли, сошла? Что ты собираешься с ними делать? Если только украситься перед смертью.

После чего смерила меня презрительным взглядом.

Ну да, я прекрасно понимала: в своем ночном платье с розовыми бантиками я совершенно не производила впечатления боевого мага. Потому что я им не была.

А вот девица таким являлась.

Лицо у нее было худое и острое, волосы рыжие, заплетенные в косу; взгляд резкий и кусающийся. Сама же она показалась мне немного дерганой и язвительной. Курс так четвертый, а то и пятый, последний, подумала я.

В преданность собаки декана она не поверила, держалась от нее подальше. Роуз ей тоже не нравилась, и я видела, как девушка время от времени кидала в ее сторону высокомерные взгляды.

Зато сейчас она вышла вперед и присоединилась к Гретте. Принялась стягивать магию, готовая дать отпор толпе умертвий, которые были уже близко.

Шли в нашу сторону, ковыляя и подпрыгивая. Шипели и клацали челюстями – те, у кого эти челюсти еще сохранились. Скребли костями и ногтями по полу и стенам…

– Если что, будем бить Темным Молотом по самым активным, – заявила Гретта, но обращалась она вовсе не к девице, а ко мне. – Но сперва попробуем заклинание массового упокоения. Если не подействует, то станем выводить их из строя по одному…

– Да погодите вы, я почти закончила! – отозвалась я. – Сейчас, осталось уже немного… Не стоит их злить, они и так вне себя от ярости. Молотом вы их тоже только раззадорите.

Хотя они и так уже были раззадорены сверх меры.

– Вместо этого давайте обвяжем их ленточками, – язвительным тоном закончила за меня девица. – Ну уж нет, пора вступить в бой!

Ничего не говоря, я зачерпнула от нее магии – и не поскупилась! – так что вступать в бой ей стало больше нечем. На это она кинула на меня полный ненависти взгляд, но я лишь пожала плечами.

Выходит, я обзавелась первым врагом на факультете Некромантии.

Отлично, значит, обживаюсь!

И тут же, направляемые моим заклинанием, мои ленты полетели к умертвиям, а потом закрутились перед ними в танце. Сворачивались в спирали и круги, мерцали иллюзорным светом, завораживая мертвецов древним ритмом, уходящим еще в тьму веков.

К самому началу времен.

Умертвия сперва замерли недоуменно, затем некоторые попытались было двинуться дальше. Но я добавила интенсивности к заклинанию, и уже скоро, окончательно загипнотизированные мельканием красного и розового, ожившие мертвецы принялись покачиваться в ритме переплетающихся, словно змеи, лент.

– Давайте уже, бейте по ним! – с ненавистью пробормотала девица. – Хватит развлекать, упокойте их всех!

– У меня есть мысль и получше, – пробормотала я.

Потому что Роуз в этот момент принялась подвывать, и мои ленты вместе с умертвиями были тут ни при чем.

Цербер тоже пару раз оглянулся, а потом завыл вместе с Роуз. Закрутился на месте, словно не мог придумать, что ему делать: то ли остаться рядом со мной, держа пораненную девицу на своей спине, или же нестись по коридору навстречу движущимся к нам тварям из Лабиринта.

Потому что те приближались, но уже со стороны лестницы, откуда мы пришли.

Тем самым мы оказались зажаты между двумя угрозами: по коридору топали не только броненосцы, но еще и отвратительные гигантские многоножки, похожие на огромных сколопендр.

Именно тогда…

– Посторонитесь! Все к стене, живо! – приказала я и цербера тоже подтолкнула.

И тут же, послушные моему заклинанию, ленты пронеслись мимо нас, направляясь к тварям из Тьмы, а за ними топала толпа умертвий.

Итак, задачка из ведовской математики.

Загипнотизированное ведьмочкой кладбищенское воинство вышло из точки «А», тогда как из точки «Б» в их сторону уже ползли твари из Лабиринта. В точке «В» они встретились – мертвецы и монстры, – а над ними носились мои розовые и красные ленточки.

Вопрос на оценку: кто победит?

Но отвечать мы на него не стали, потому что сбежали. Спешили что есть мочи к библиотеке, а перед нами гигантскими прыжками неслась собака, в шерсть которую вцепилась полуживая Роуз.

И уже скоро показались двухстворчатые, обитые железными полосами двери, в которые тут же затарабанила Гретта, требуя, чтобы нас немедленно впустили.

Нас тут несколько человек и собака декана, которая на нашей стороне.

На ее месте я бы такого не говорила, потому что за дверями, засовы которой уже стали отодвигать, замерли.

– Сейчас же открывайте! – рявкнула Гретта, и вход в библиотеку все-таки распахнулся.

Мы очутились среди студентов факультета Некромантии, которые тут же заперли за нами двери, накинули на них всевозможные заклинания и приготовились к обороне.

А я наконец-таки выдохнула с облегчением – похоже, мы спасены, потому что библиотека была настоящей крепостью! После чего я заявила всем, что собака никого не тронет и вообще она со мной.

Мне же нужно заняться ногой Роуз.

***

И даже сейчас, когда он рубил порождения Тьмы мечом или же разил их боевыми молниями, приказав Гору прикрывать левый фланг… Справедливо рассудил, что по своей тупости монстры будут переть напролом и он возьмет на себя главный удар, оберегая еще не оправившегося от ранения друга…

Так вот, даже в этот момент Дарк не мог отделаться от навязчивых мыслей.

Но рядом с Лабиринтом он был не один: плечом к плечу с ним стояли деканы и преподаватели с остальных факультетов. Даже красавица Маделин Хаес, деканесса Факультета Земли, тоже вышла из портала рядом с ним и моментально ввязалась в бой.

Она управляла немного странной для Дарка магией, но делала это на загляденье. Твари, выползшие из Тьмы, проваливались в ставшую внезапно зыбучей землю, а обычная трава по приказу Маделин превращалась в охочие до крови монстров лианы.

На правом фланге, купируя прорыв, бились Воздушники. На левый на помощь к Гору пришли Огневики. Причем явился не только декан, но и сильнейшие его ученики, тогда как Водные маги пытались сдерживать тех, кто все же прорывался через первую линию обороны.

И все это время Маделин строила Дарку глазки. Делала это с первого же дня его появления в Академии Альтариса, но если раньше подобное наводило на размышления, уж не завести ли с ней роман, то сейчас…

Сейчас это порядком его раздражало.

Хотя нет, его раздражали твари, лезшие из всех щелей, лившиеся из Лабиринта нескончаемой Темной волной. А еще то, что первые два наката они пропустили, и монстры, по непроверенным сведениям, уползли в сторону двух факультетов: Земного и его собственного, Некромантии.

– Да чтобы вас! – бормотал он. – Вот же выродки брыкучей ослицы и сколопендры! – потому что такие твари тоже были и прикончить их оказалось делом довольно сложным.

– Ты! – повернулся он к одному из церберов, только что перегрызшему горло раненной Дарком сколопендре. – Защищать! – и послал ему мысленный образ.

Да, признался он себе с затаенной яростью. Именно так, я отправляю своего пса, который нужен здесь, рядом с Лабиринтом, чтобы тот проверил. Удостоверился в том, что упрямая ведьмочка – или кем она там себя считает!.. – послушала его приказ и убралась в хорошо защищенную библиотеку, где ей мало что может угрожать.

А если она откажется, то цербер станет защищать ее ценой собственной жизни.

– Ты не привел своих студентов, – звонким голосом напомнила о себе Маделин, после чего взглянула на него со значением.

Так, словно ее слова ничего не значили, а вот то, что было спрятано под ними – ее намек, ее предложение, – лишь это имело значение.

Но у Маделин Хаес были черные глаза, а вовсе не янтарные; светлые волосы, а не темные. Она завязывала их в конский хвост, а не носила в прическе глупый розовый бант, поэтому все ее предложения оставили Дарка равнодушным.

Поймав себя на подобной мысли, он взбесился еще сильнее, но внезапно понял, что именно его так выводило из себя.

– Не привел, – глухим голосом отозвался Дарк. – Потому что я еще не знаю, кто и на что способен на моем факультете.

На самом деле он не знал, жива ли Александра Дельвейн, и из-за этого не находил себе места. Рвался в бой, его меч рубил монстров без устали, а заклинания не оставляли от них и мокрого места. Порой настолько не оставляли, что два оставшихся цербера обиженно взвизгивали: забавляться с трупами не было никакого резона.

Постепенно поток монстров иссяк, и деканы и боевые маги засобирались войти в Лабиринт, чтобы поискать тех, кто еще оставался, притаившись в призрачных тоннелях.

В другой раз Дарк сделал бы то же самое, но не сейчас. Он давно уже изнывал от тревоги.

– Не вижу смысла, – буркнул Дарк. – Они все равно уберутся восвояси. Вернутся к своему Источнику, который уже скоро породит новых тварей. В чем резон гнаться за этими, рискуя своей жизнью в Лабиринте?

Замолчал, прикидывая, уж не сболтнул ли он чего лишнего, потому что в запале боя, заляпанный кровью монстров, с подрагивающим в руке огромным мечом и истратив почти половину своего резерва…

Он забылся и снова стал Дарием Валлахом, Воином Тьмы. У Дарка вылетело из головы, что сейчас он сражался в Элеоне, а вовсе не в Шаддаре.

Но, как оказалось, ничего лишнего он не сболтнул.

– У нас два прорыва, – добавил Дарк. – Один был в сторону моего факультета, а вторая волна, кажется, ушла к Земному. Поэтому я должен убедиться, что все мои студенты…

Вообще-то, моя студентка, сказал он себе. Но вслух этого не произнес.

Распахнул портал, оставив позади тех, кто принялся организовывать патрули, чтобы прочесать территорию академии, и церберы шагнули за ним. А еще Гора, который подошел к Маделин, предлагая ей свою помощь по зачистке факультета.

И не только помощь, усмехнулся про себя Дарк, нисколько не сомневаясь, что Гор своего не упустит.

Потому что его самого Маделин Хаес не интересовала.

Еще один пространственный разрыв, но пробил Дарк его чуть ли не из последних магических сил. На стенах факультета Некромантии стояли серьезные заклинания, мешавшие передвигаться портальными заклинаниями, но его такое остановить не могло.

А отнять часть резерва – запросто.

И вот он уже стоял рядом с комнатами женского общежития. Но почти все двери были нараспашку, и он не чувствовал присутствия в комнатах живых.

– Ведите! – приказал он своим псам, мысленно посылая им образ Александры Дельвейн.

Да, он мог бы и сам активировать заклинание слежения, но магии у Дарка оставалось довольно мало, и ее следовало экономить, раз уж произошел прорыв и монстры все еще могли оставаться в коридорах факультета.

Уже скоро Дарк следовал за своими псами.

Сперва – до лестницы, где он узрел монструозную черепаху со снесенной головой и разбрызганной по ступеням темной жижей ее крови. Слишком густой, чтобы быть человеческой, с приторно-горьким запахом Тьмы.

Дарк замер, прикидывая, что именно могло вызвать подобное смертоносное увечье. Он знал несколько сильнейших заклинаний, способных нанести такой удар, но дело в том, что считанные им магические отголоски на лестнице оказались довольно слабыми.

Напрасно он искал знакомые следы – у него ничего не сходилось.

Наконец Дарк шумно втянул через ноздри воздух, внезапно различив отдаленно знакомый запах. Кажется, это была сера и…

Времени на раздумья у него не имелось, но он не сомневался, что к произошедшему приложила руку Александра Дельвейн. Можно сказать, тут угадывался ее специфический почерк.

– Дальше! – приказал он своим псам, и те послушно протопали мимо дохлой адской черепахи, после чего покрутились, повизгивая, внизу возле лестницы, словно там их что-то встревожило.

Спустившись, Дарк попытался понять, что именно. И снова – необъяснимые магические отголоски. Довольно слабые, но при этом необычные.

Снова решив, что имя этому феномену – Александра Дельвейн, он отправился вслед за церберами. Дальше и дальше по коридорам, к огромному облегчению Дарка, ведущим как раз к библиотеке.

И шагал спокойно до тех пор, пока за очередным поворотом не увидел побоище.

Но сперва Дарк почувствовал сильнейшие некромантские вибрации, заодно ощутил отголоски Тьмы. Напрягся, приготовившись к бою, но вместо этого узрел гору трупов – там были как умертвия, так и лежали вповалку черепахи со сколопендрами и еще парой довольно прытких порождений Тьмы.

Судя по всему, их растерзали ожившие мертвецы, завсегдатаи местного кладбища. С ними Дарк уже успел познакомиться, когда проводил там занятия по защите от Темной Магии.

Но сейчас он даже не мог предположить, не понимал, как Александре Дельвейн удалось натравить умертвия на порождение Лабиринта!

Он в очередной раз ощутил непонятные магические колебания, но при этом в них не было ничего необычного – все довольно простенькое… А еще повсюду, напитанные иллюзорной магией, валялись розовые и красные ленты.

При его приближении они принялись дергаться, словно в агонии, и Дарк, посмотрев на них недоуменно, упокоил еще и кусочки атласа.

Затем приказал своим церберам прикончить тех тварей Тьмы, которых не приговорили умертвия. Сам же активировал заклинание, и ожившие мертвецы, по дороге собирая потерянные и оторванные в бою челюсти и конечности, дружно двинулись на выход из факультета.

– И аккуратно там заройтесь в свои могилы, – буркнул он им вслед. – Я приду и проверю!

Сам же…

Александра уцелела, подумал Дарк, и эта мысль привела его в неожиданно хорошее расположение духа. Поэтому он нагнулся и подхватил пару ее лент.

Хотя нет, собрал все до единой и сунул себе в карман. Решил, что они ему пригодятся. У него будет отличный предлог, чтобы с ней поговорить…

– Вообще-то, я декан этого факультета, – вслух напомнил он себе. – И предлоги для разговора мне не нужны.

От этой мысли настроение стало еще лучше. Он зашагал дальше, и уже скоро, к своему облегчению, церберы привели его к дверям библиотеки.

– Все закончилось, – отправил Дарк сообщение всему факультету усиленным магией голосом. – Прорыв из Лабиринта остановлен, и Тьма разбита.

Вскоре двери распахнулись, и Дарк вошел внутрь. Его тотчас обступили плотной толпой, принялись расспрашивать о прорыве и бое, кажется, нисколько не боясь его церберов, хотя до этого псы из Темного мира вызывали у студентов панику.

Может, потому что еще один, украшенный бантами и лентами, сидел с блаженной улыбкой на жуткой морде, а его расчесывали в две руки некромантки?

Но не Александра Дельвейн.

Та была занята другим и не обращала на Дарка внимания. Осматривала ногу бледной девицы, а рядом с Александрой ошивался студент с четвертого курса.

Дарк не помнил его имени; он вообще не особо удосуживался такое запоминать.

Парень пытался помогать, но даже со своего места Дарк видел, что выходило у него совершенно бездарно.

– Ты все делаешь не так! – возмущенным голосом воскликнула склонившаяся над пострадавшей девицей Александра. – Отдай мне бинт, я сама перевяжу!

Внезапно Дарк понял, что студент как раз все делал именно так. Потому что намного больше перевязки его интересовал вырез платья Александры и мелькавшие в нем округлости девичьей груди, на которые он и пялился.

И Дарий Валларх, Воин Тьмы в королевстве Светлых, поймал себя на том, что начинает звереть.