Текст книги "1000 проклятий в Академии Магии (СИ)"

Автор книги: Нина Колыбельникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

– Работаете? – мама картинно расхохоталась. – Как трогательно! Вы просто нашли друг друга.

– Фрея, не начинай, – поморщился отец. – Твой тон...

– Мой тон?! – мама перешла на ультразвук, а я поспешила ретироваться в сторону. – Ты бросил нас ради этой моли, а теперь смеешь делать мне замечания?! Да если бы не мой присмотр, Вельвет бы никогда не достигла таких высот!

– Твой присмотр заключался в покупке новых шляпок! Вельвет не приспособлена ко взрослой жизни! – не выдержал отец.

Скандал разгорался по всем канонам жанра. Проходящие мимо адепты начали замедлять шаг, предвкушая зрелище. Я стояла между ними, чувствуя, как у меня начинает дергаться глаз.

В этот момент из-за поворота появился Эрдоган. Он мгновенно оценил обстановку: разъяренная Фрея, багровая от гнева, невозмутимо-раздраженный Мэтью с Амелией и я, мечтающая провалиться сквозь землю.

– Леди Кесс, Мэтью, – его голос, глубокий и спокойный, подействовал как ушат холодной воды. – Какая приятная и неожиданная встреча.

Он подошел ко мне, по-хозяйски положив руку на талию, и слегка сжал ее, передавая свою уверенность.

– Приятная?! – фыркнула мама, но тут же смягчилась под взглядом дракона. – О, милорд Фростскейл, вы вовремя, я как раз говорила, что довольна выбором дочери. В отличии от этих…

Перепалка возобновилась, но уже в более «светском» ключе, с ядовитыми шпильками и завуалированными оскорблениями. Отец пытался сохранять достоинство, Амелия только вздыхала и закатывала глаза, а мама блистала в своей роли оскорбленной добродетели.

Эрдоган наклонился к моему уху, наблюдая, как мама в очередной раз поправляет воротник и переходит в атаку на тему «кто виноват в разбитых вазах тринадцать лет назад».

– Мне вмешаться, Вельвет? – тихо спросил он, в его глазах плясали смешинки. – Могу использовать административный ресурс и развести их по разным концам империи.

Я посмотрела на это стихийное бедствие под названием «мои родители», перевела взгляд на Амелию, которая уже привычно терпела мамины выходки, и вздохнула.

– Нет, – я покачала головой, чувствуя странное облегчение. – Пусть сами разбираются. Знаешь, я долго надеялась, что отец вернется, что все станет как прежде... Но сейчас я вижу, что это невозможно. И, честно говоря, я уже привыкла к Амелии. Она делает его счастливым, а мама... мама просто любит быть в центре внимания. Это их битва, Эрдоган. Моя битва за счастье уже выиграна.

Я посмотрела на него, и он ответил мне взглядом, полным такого тепла, что никакие семейные скандалы не могли его охладить.

– Умная девочка, – прошептал он. – Тогда идем? У меня в кабинете припрятан отличный ягодный пирог, и, клянусь, в нем нет ни капли любовного зелья.

– Только попробуй сказать, что он от Роззи, – рассмеялась я, и мы, не сговариваясь, повернулись и пошли прочь от шумящей толпы в большое и светлое будущее.

Эпилог

Коридоры Академии Магии, обычно наполненные гулом голосов, сегодня казались мне бесконечными. Каждый шаг отдавался тяжестью, и дело было вовсе не в магии, а в том, что «будущее», о котором мы с Эрдоганом мечтали в тот вечер после семейного скандала, решило постучаться в двери чуть раньше срока. Если быть точной – примерно на два года раньше и очень настойчиво.

– Вельвет, дыши, – раздался рядом спокойный, бархатистый голос, который теперь действовал на меня лучше любого успокоительного.

Эрдоган шел рядом, и, несмотря на его обычную невозмутимость, я видела, как побелели его пальцы, сжимающие папку с документами. Ректор великой Академии, перед которым трепетали магистры, сейчас выглядел так, будто сам готовился сдавать экзамен по высшей демонологии без страховки.

Наша жизнь за последние три года превратилась в вихрь. Сначала был переход на факультет некромантии. Эрдоган долго сопротивлялся, аргументируя это тем, что некроманты – народ хмурый, а их подвалы плохо проветриваются, но я была непреклонна. Мой истинный дар требовал костей, погостов и специфического юмора. Ланс, встретив меня на первой лекции, сиял как начищенный медный таз, пока не заметил на моем пальце кольцо с гербом ректора, я его должна была носить для защиты, после истории с магистром Фартэлл, Эрдоган больше никому не доверял. Разочарованный вздох Ланса, кажется, слышала вся аудитория, но парень быстро смирился, решив, что иметь в подругах будущую жену ректора – это стратегически выгодно.

Свадьба, вопреки ожиданиям света, была скромной. Я, насмотревшись на «театральные постановки» родителей, категорически отказалась от пышных торжеств. Эрдоган, который соглашался с каждым моим словом, лишь кротко кивнул. Он вообще не давил на меня. Хотела закончить учебу до брака? Пожалуйста. Хотела сначала карьеру? Он подождет. Но... он так целовался, и в его объятиях было столько нежности и скрытой страсти, что мои планы о «свадьбе после диплома» рассыпались в прах уже через полгода.

Сейчас, на третьем курсе, я стояла перед тяжелыми дубовыми дверями аудитории №13.

– Я должна сдать это сегодня, Эрдоган, – прошептала я, потирая округлившийся живот. – Потому что завтра я, скорее всего, буду занята более важным процессом. Например, знакомством твоего наследника с миром.

– Магистр Гросс ждет, – Эрдоган вздохнул, недовольный моим выбором несмотря ни на что, идти на экзамен и коснулся губами моего виска. – Я буду рядом.

В аудитории пахло сырой землей и старым пергаментом. По центру стоял «экзаменационный образец» – довольно потрепанный скелет по имени Арчибальд, который служил наглядным пособием уже лет сто.

Магистр Гросс, сухощавый старик, чей взгляд мог заморозить кипяток, нервно покосился на вошедшего ректора. Эрдоган молча сел в углу, скрестив руки на груди. Его присутствие не оставляло сомнений: если я расстроюсь, здание Академии может внезапно нуждаться в капитальном ремонте, а магистр Гросс в новой работе.

– Итак, адептка... кхм... леди Вельвет, – Гросс откашлялся. – Ваша задача проста: упокоить данный объект. Арчибальд нестабилен, верните его в состояние праха.

Я сосредоточилась, чувствовала, как внутри меня пульсирует не только моя магия, но и что-то ещё – яркое, хаотичное и очень веселое. Беременность странным образом изменила мои некромантские силы. Вместо холода внутри я чувствовала... искры, но тщательно это скрывала, потому что понимала, что Эрдоган начнет сильно беспокоиться.

Я сделала пасс рукой, шепча заклинание упокоения и надеясь на лучшее.

Раздался щелчок. Арчибальд вздрогнул. Его челюсть отвисла, но вместо того, чтобы рассыпаться, скелет вдруг выпрямился. Его кости начали ритмично постукивать друг о друга.

Раз-два, раз-два-три!

К ужасу магистра Гросса и моему немому восторгу, скелет лихо притопнул костяной ногой, схватил воображаемые поля шляпы и пустился в зажигательную чечетку прямо на столе.

– Что... что это такое?! – взвизгнул Гросс.

– Кажется, – я сдержала смешок, чувствуя очередной толчок изнутри, – мой сын считает, что Арчибальду еще рано на покой. Ему хочется танцев.

Скелет тем временем исполнил элегантное па и попытался пригласить магистра на вальс. Моя магия, смешанная с гормонами и силой сына, превратила суровый ритуал в комедийное шоу.

Гросс посмотрел на танцующие кости, затем на меня, когда я едва сдерживала хохот, и, наконец, на Эрдогана. Ректор бровью не повел, лишь едва заметно улыбнулся, глядя на меня с таким обожанием, что магистру стало не по себе.

– Высший балл! – выпалил Гросс, дрожащей рукой подписывая зачетку. – Только, ради богов, давайте вы вернетесь к учебе после родов…

Когда мы вышли в коридор, мы увидели Шерри. После того как выяснилось, что Роззи планомерно травила нашу дружбу лживыми слухами, Шерри долго извинялась. Сейчас она училась со мной на одном потоке, и наше общение вернулось в прежнее русло, став даже крепче. Сама же Роззи, узнав о моих «некромантских наклонностях», предпочла спешно переехать в другую комнату, заявив, что в спальне теперь превышен запах формалина, а он портит её цвет лица.

– Сдала? – Шерри восторженно округлила глаза.

– Арчибальд теперь звезда танцпола, – смущенно улыбнулась я, – так что удачи тебе на экзамене.

Шерри проскользнула в кабинет, а Эрдоган мягко взял меня под руку и повел к выходу из корпуса

– Знаешь, – тихо сказала я, когда мы оказались в тишине его кабинета, где на столе уже ждал тот самый легендарный ягодный пирог, который я теперь безумно любила, – раньше я смотрела на маму с папой и думала, что брак – это вечное поле боя. Что нужно всегда быть настороже, ждать нож в спину...

Эрдоган притянул мня к себе, бережно обнимая со спины и положив ладони на живот.

– А сейчас?

– А сейчас я понимаю, что это просто... дом. Где тебя не только любят, но и поддерживают в желании заставить скелета танцевать.

Эрдоган рассмеялся, целуя меня в макушку. Он баловал меня сверх всякой меры, доставал редкие магические фолианты и экзотические фрукты посреди зимы, но главное – он верил в меня.

– Идем есть пирог, любимая девочка, – прошептал он. – Нам нужны силы. Подозреваю, что наш сын будет еще более талантливым некромантом, чем его мама.

Я улыбнулась. Моя личная битва за счастье была не просто выиграна, она превратилась в прекрасную сказку, которая только начиналась. И в этой сказке не было места ножам в спину, только тепло рук любимого человека и аромат свежих ягод. Дорогие читатели, история Эрдогана и Вельвет подошла к концу. Я буду вам очень признательна, если вы оставите комментарий в поддержку книге =)

Благодарю всех за внимание!