Текст книги "Куратор 3 (СИ)"

Автор книги: Никита Киров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

– Новости посмотрел? – раздался голос Степанова в трубке.

Он сказал это сразу, едва я позвонил ему через наш особый телефон ранним утром, когда прочитал, что случилось ночью.

Подробностей не было. В интернете написали, что заместитель охранной фирмы Василий Игнашевич был убит у себя дома. Деталей нет, а в городских чатах чего только не придумали, от теракта и вражеской диверсии до каких-то совсем экзотичных вариантов, вроде сектантов.

– А ты думаешь, по какому поводу я тебе звоню в такое время? – спросил я.

Искажённый приложением голос доходил до него не сразу. Была примерно секунда или две задержки из-за защищённого канала и работы приложения, это всё приходилось учитывать в разговоре.

– Мало ли, – протянул Степанов, усмехнувшись. – Вдруг поговорить хочешь. Совета спросить.

– Что тебе известно? О чём не пишут в интернете?

– Короче, в полночь охранник нашёл труп и вызвал скорую, сам он задержан, сейчас сидит в изоляторе у ментов. Игнашевич явился домой, и кто-то прострелил ему башку из ПМ с самодельным глушаком. Ствол скинул там же, он чистый.

– Какие-то следы остались?

– Да никаких. Коллеги пока не говорят ничего конкретного.

– Выясни что-нибудь.

Мне ясно, что это послание.

Фантому – что кто-то начинает работать против него.

А группе ФСБ – что вы работаете с убийцей, ведь они хотят обвинить в этом Фантома. Конечно, это не остановит расследование прямо сейчас. Но кто-то там, наверху, может сделать выводы, узнать о Фантоме и вмешаться.

– Подозреваемые есть?

– Пока никаких. Рабочая версия – из-за любовницы.

– Из-за любовницы? – удивился я.

– Ну, типа того, – судя по звуку, Степанов полез в холодильник. – Васька расстался с последней не очень хорошо, истерика была. Потом полез к ней снова, решил вспомнить былое, а у неё новый парень – какой-то бородач-эмэмашник с парой десятков штрафов за превышение скорости и с хулиганкой, за которую чуть на зону не уехал. Стрелял в какого-то студента из травмата из-за девушки. Из-за другой, – поправился он. – Ну и с Игнашевичем вроде был публичный конфликт из-за этого, свидетели были. Менты теперь того бородача трясут, а тот родственников подтянул и адвокатов.

– Нет, это чушь, – сказал я.

– Ну, и я так думаю. Трофимов, может? – предложил он.

– Не его стиль. Он на такое идёт, только когда его прижали, как было с Давыдовым. А так работает тихо.

– Наверное. А может… ты его хлопнул? Чтобы не выдал тебя?

Он засмеялся, но смех резко стих. Стандартный приём, но он работает, только если человек сидит напротив тебя и боится.

– Меньше так шути, майор, – медленно проговорил я. – И думай лучше.

– Да ладно. Просто подумалось так вдруг, я и спросил, – он хмыкнул.

– Или ты думаешь, что мы устроили такую схему с подставой и фиктивным киллером, рискуя собой, чтобы взять его за жабры… и просто грохнуть?

– Ну да, бред какой-то, – согласился он. – Хотя в городе было несколько случаев, когда стреляли чётко между глаз. Вот и подумал… что связано.

Слышно, как Степанов вышагивал по кухне. Затем открыл шкаф и включил кран. Потом пил.

– Что с УСБ? – спросил я.

– Как ты и говорил. Звонили мне, просят проконсультировать пару вопросов.

– Пропажи людей?

– Нет. Про Горизонт и слухи про покушение на Трофимова. А я… да хрен знает, что там было. Знаю только то, что ты мне говорил.

– Этого хватит. Я позвоню позже, выясню кое-что. Есть одна задача для тебя.

– А куда я денусь? – отозвался чекист.

Я выключил телефон.

Схема нарушилась до того, как мы проработали её до конца. Но это не меняет сути. Что-то изменилось, но в итоге расследование всё равно продолжается. Мы работаем.

Надо и дальше качать Трофимова, потому что всё ещё непонятны его ответные шаги после покушения. Ответы я планировал узнать через Игнашевича, ведь любые действия Трофимова в его адрес раскрыли бы его слабые стороны.

С другой стороны, теперь мне известно, что есть новый враг, который в курсе происходящего. И он открылся до того, как узнал обо мне лишнее. И это даёт возможности, которые надо углядеть. Он открылся рано.

Кроме того, враг наверняка рассчитывает на то, что я начну действовать быстро, пытаясь замести следы, и на этом попадусь. Но это блеф. Поэтому не торопимся.

Я посмотрел на маску, потом аккуратно вытащил из неё все электронные приблуды и разломал её на мелкие куски. Электроника ещё пригодится для следующей, а саму маску можно купить другую.

Фантом же пока отдохнёт. Сейчас должен поработать Толик – неглупый и старательный парень, у которого не хватает опыта, но в котором заметили потенциал.

* * *

Я не ночевал сегодня в общежитии, провёл время с Катей. А с утра – вернее, с того утра, которое наступает для молодых студентов, то есть часов с одиннадцати – я отправился в общагу.

У двери туда меня кое-кто ждал.

Высокий блондинчик Витя Арбузов, которого я всё по привычке хотел назвать Костей, стоял там, шевеля челюстью. Гонял во рту жвачку. Рубашка с коротким рукавом расстёгнута на две пуговицы, светлые волосы как бы небрежно уложены, но понятно, что он наверняка всё утро сидел перед зеркалом, чтобы добиться такого эффекта.

Молодой агент прислонился плечом к стене и смотрел на меня с выражением человека, привыкшего командовать, а не работать.

– Работаем дальше, но теперь всё серьёзно, – сказал он тоном, не терпящим возражений. – Раз тебя взяли, то делать всё надо чётко, поручения выполнять сразу и докладывать всё мне. Я здесь старший!

Старший, как же. А вид у него был очень злой. И я знал причину: последние дни он вечерами пытался дозвониться Кате и назначить ей свидание, но та раз за разом его отшивала.

От этого Витя-Костя, считавший себя неотразимым красавчиком, злился, нервничал и огрызался, поэтому порой выглядел не как мачо, а как истеричка.

Но зато он сам подвёл себя к тому, что будет зависеть от того, что передам я. Доложит Трофимову, что я ничего не нашёл, а я буду проверять, что и как он доложит. Ведь после смерти Игнашевича мне нужен новый агент.

А с агентами спецслужб есть очень важный нюанс, который мало кто знает – не всегда они знают о том, что они чьи-то агенты, и что действуют в чужих интересах.

Поэтому он вербует меня, пытаясь показать себя альфа-самцом, а на деле я буду его медленно приучать. Ведь из него такой же альфа, как из Димы – того друга мамы Толика.

Но приучать иначе. Не стелиться перед ним, а другим способом, чтобы он поверил в данные сильнее.

– Так не пойдёт, – сказал я.

– Чё? – протянул он. – Да ты…

– Мне чётко сказали, что тебя в курс дела посвящать нельзя. Ты теперь таким не занимаешься.

– Чё? – Витя уставился на меня.

– Косяк за тобой, Анатолий Анатолич так сказал. Что ты три часа сидел в общаге и телефончик тыкал, но так ничего и не выяснил. Вот и сказали, что с тобой можно не связываться.

– Да я… – новость его ошарашила.

Лишь бы не тупил, как блондинка из анекдота, только мужского пола. Он купился, но смотрел на меня с таким выражением, что придётся объяснять ему всё на пальцах.

– Да погоди, Витя, – сказал я тише и подошёл ближе. – Ты же тоже из ФСБ, да? Настоящий чекист?

– Ну да, – неуверенно сказал он.

– Слушай, брат, – я улыбнулся и продолжил доверительным голосом. – У меня девушка есть, а до нас какой-то мажор докапывается.

– А я при чём?

Я подошёл ещё ближе, чтобы прошептать.

– Короче, я тебя позову, ты со мной поздороваешься, покажешь документы свои. Он сразу сдуется. Кто вообще с ФСБ будет связываться? А я… а я тебе помогу.

– И как? – Витя затупил.

– Шепну, что выясню, – я похлопал его по плечу. – А ты же с Катей мутишь. Вот и выставишь, будто и сам мимоходом что-то узнал.

– А. Так ты мне передашь? – спросил он, глядя на меня намного теплее.

– Конечно, брат. Всё, что выясню. В лучшем виде. Мы же теперь работаем вместе.

– Работаем, работаем, – Витя усмехнулся. – И покажи гада, который наезжает. Разберёмся. Но передавай всё.

Передам то, что выгодно мне.

Ведь Игнашевич, так уж вышло, отправился догонять Шустова и Никитина. И мне нужен новый выход на Трофимова, а этот блондинчик – самый доступный вариант.

* * *

Я зашёл в общагу, а Витя-Костя ушёл, довольный, что ничего делать не надо, а я всё ему расскажу.

Значит, ФСБ в курсе, что всем пропавшим предлагали работу. Об этом я сказал Ильясову, чтобы он поспрашивал своих, может, выйдет нащупать какой-то след через этого таинственного работодателя.

А пока же у меня была хорошая возможность что-то выяснить от одного из знакомых, и с ним я хотел поговорить сам.

Время – двенадцатый час, почти полдень, но Саша ещё дрых, накрывшись одеялом с головой, только пятки торчали. А вот Миша сидел на кровати в шортах и стриг ногти на ногах. Причём ножницы у него были в складном швейцарском ножике.

– Хай, бро, – тут же громко сказал он, а Саша заворочался. – Снова к нам?

– Скучно одному дома сидеть.

– А я бы отдохнул от такого соседа, – Миша покосился на Сашу. – Вот, кстати, рил ничего лучше не придумали для такого дела, – сказал он, выпрямляя ноги, – чем такие ножницы, – он пощёлкал ими и сложил обратно в нож. – Столько лет пользуюсь, а всё ещё острые. Только в швейцарских ножиках хорошие, остальные уж совсем какие-то тупые. Ничего лучше я ещё не встречал.

– Где взял? Купил?

– Нет, отец подарил, ещё в школе.

Об отце Миша никогда не рассказывал в последнее время. Может быть, раньше говорил, в том числе и самому Толику, но в основном я всё выяснял сам из открытых источников.

Ведь переписок с Мишей по понятным причинам мало: до института парни друг друга не знали, а потом смысл переписываться, если живёте в одной комнате?

– А ты что, никак решился посмотреть «Атаку»? – Миша заулыбался и кивнул на ноутбук. – Я бы с тобой посмотрел, да вот идти надо срочно.

Он потянулся к стоящему на тумбочке дезодоранту.

– Ты что, на работу устроился? – спросил я.

– Да какая сейчас работа? – Миша поморщился. – Шиза одна, никуда не берут. Везде пишут – не хватает рабочих рук, а ты попробуй куда-нибудь устроиться, только не курьером или в пункт выдачи. Нет, с девушкой встретиться. Помнишь, тогда у кафешки познакомились?

– Помню. А ты искал работу?

Я сел на свою кровать, а Миша подошёл к шкафу и начал искать в груде сбросанных в кучу вещей свои.

– Так пока учёба не началась, хотел. Но рилли, предлагают всякую фигню. В чат недавно написали – типа супер работа, оплата каждый день, не пыльно. Точно кладменом зовут.

– Ага, закладки оставлять, – я кивнул.

– Зато по старинке действовать, – парень засмеялся. – Пока дроны с нейросетью сами не научились их разносить. Но научатся. Вообще, это шиза какая-то, если честно, – он зевнул и потянулся. – Ща приду.

Миша пошёл в туалет, а его телефон остался лежать на кровати. Хотел посмотреть, но тут уже проснулся Саша и посмотрел в свой смартфон, слепо щурясь.

– Ты чего так рано, Толян? – промычал он и снова накрылся одеялом. – Отсыпаться надо успевать перед осенью.

– А точно кладмены? – спросил я, когда вернулся Миша. – Вдруг, что-нибудь серьёзное предлагают?

– Знаешь, вот что я в этой жизни понял, – сказал Миша тоном человека, который прожил лет семьдесят минимум, а не девятнадцать. – Если кто-то предлагает что-то выгодное, то точно хочет получить с тебя больше.

– База, – проговорил Саша из-под одеяла.

– Сам глянь, там рил кринж какой-то написали.

Он разблокировал телефон, потыкал большим пальцем и протянул мне.

– Только переписки не читай, понял?

– Какие-то у тебя переписки? – я усмехнулся. – Ладно бы там с девушками общался, а то только игры и аниме…

– Эй, нормально же общались, – Миша нахмурился, но по взгляду видно, что он шутил. – Чего ты сразу начал?

Я взял его телефон и под контролем проверил сообщение:

'Михаил, здравствуйте!👋

💥💥Предлагаем работу для студента💥💥

✅ Свободный график💻, удалённый режим👨‍💻, работа на свежем воздухе🛠️

✅ Проектная занятость – всего 2 недели 📆

✅ 60000₽💰'.

В ответ Миша прислал смайлик со рвотой 🤮, затем стикер с рыгающим котом и заблокировал собеседника.

– Удалённый режим и сразу работа на свежем воздухе, – он хмыкнул. – Совсем за долбодятла какого-то держат.

Абонент Rabota_115 был заблокирован и добавлен в игнор. Парень всё же не глупый, раз не клюнул.

Я запомнил название аккаунта.

– Нет, точно какая-то подстава, – я вернул телефон.

– А что ты вдруг спрашиваешь? – Миша пристально посмотрел на меня.

Я кивнул в сторону коридора, и мы вышли. Я подождал, когда мимо пройдёт два студента. Один высокий и тощий, второй очень широкий, с бородой, кавказских кровей, явно борец.

– Ну, что такое? – Миша нахмурился.

– Слышал, два студента из общаги пропали? – тихо спросил я.

– Ну да.

– Один-то нашёлся, – я огляделся, – а второй так и нет. Вот ему такое писали. Точно такое же. Так что аккуратно.

– Пу-пу-пу, – медленно произнёс он, уставившись на меня. – Ого. Охренеть. И что. Идти куда-то? В полицию? Не, нафиг, – Миша помотал головой. – Скажут: как убьют, так и приходите. А если и правда…

– Спокойнее, – произнёс я. – Они просто цепляют тех, кто клюнет.

– А ты откуда знаешь?

– Познакомился тут с одним, – тоном заговорщика сказал я. – Не буду говорить, где он работает, но он предупреждал, что могут написать, и лучше не отвечать.

– А кто это может быть?

– Миха, ты же инет читаешь. Сначала бабки предлагают, а на деле просят взрывчатку пронести, или дрон, или ещё что-нибудь. Ты и знать не будешь, что там, а потом сам крайним окажешься. Только никому, хорошо?

Он кивнул, потом едко и с чувством сматерился. Но я сказал. Во-первых, я уже присмотрелся к нему, а он хоть и раздолбай, но не побежит об этом рассказывать всем подряд. Во-вторых, предупреждён – значит вооружён.

– Но если что, – я дружески тронул его за плечо, – подсказывай. Вдруг напишут. Добро?

Миша хитро посмотрел на меня и рассмеялся добродушным пацанским смехом.

– Добро? – он снова засмеялся. – Ты где это услышал, бро? У меня даже батя такие слова не говорит, – он снова засмеялся.

– А потому что в последнее время общаюсь в основном с людьми в возрасте, – я усмехнулся. – Вот и нахватался.

Но да, молодёжь так не говорит. Впрочем, он ничего не заподозрил.

– Вот это жиза, бро, – парень закивал. – Поговоришь с дедами, а потом сам такими словечками кидаешься.

– Но я тебя предупредил, Миха. Если что – говори, а я с тем человеком побеседую.

– Ценю, Толян! – Миша протянул руку. – Буду аккуратнее. Спасибо!

Надо присмотреть за ним, а то и дать какое-нибудь несложное поручение, чтобы был на виду. А то мало ли. Ведь пока вообще неизвестно, для чего он им понадобился.

* * *

– Что выяснил? – на улице меня поджидал Витя.

– А ничего, – я пожал плечами. – Предлагали ему кладменом поработать, но он их заблокировал и удалил.

– Понятно.

Витя жевал жвачку, сильно шевеля челюстью. Судя по виду, его эта новость устраивала.

– Дальше что? – спросил я.

– Я-то откуда знаю, – он пожал плечами. – Отдыхай, раз поработал. Больше ничего не нужно, оставь всё профессионалам.

Он ушёл. Я добрался до кофейни неподалёку, заказал кофе с молоком и без сахара, и достал телефон, чтобы написать Кате. Написал ей в секретный чат, как она просила:

«Ник Rabota_115. Предлагали работу, но без конкретики. Миша отказался».

«Отлично, спасибо, Толя😘 Мы всё выясним».

«Всё хотел спросить… а можно будет пострелять? У вас же есть пистолеты, а я всё хотел попробовать», – написал я и отправил стикер с котом в военной каске.

Пару минут она молчала.

«Спросила у шефа, он не против👍. Организуем. Мы тут за городом, но вечером буду💋».

Проверяют места, которые я указал? Отлично.

Закончив разговор, я отложил айфон и взял свой основной телефон. Сразу написал в чат хакеру Хворостову-младшему.

«Пробей всё, что можно, об этом нике в телеге – Rabota_115». Аккаунт всё ещё активный, – потребовал я.

«А кто это?» – пришёл от него вопрос.

«Вот и узнай. Плачу по стандартной ставке. Справишься сегодня – отправлю больше».

«Ладно, посмотрю».

Ладно, продолжаем. В ближайшее время стоит закрыть пару вопросов, чтобы вплотную заняться своим делом.

Надо поработать против Вити-Кости, найти к нему подход и крепко подсадить на крючок. Ещё надо познакомиться с теми, кто есть в группе ФСБ, и раз я напросился на тир, то и увижу кого-то ещё.

Но главное сейчас – понять, кто пришил Игнашевича и работает против меня лично. А для этого нужны детали места преступления, и улики оттуда, как и их отсутствие, могут сказать многое.

Поэтому я открыл чат и написал майору Степанову:

«Выясни, кто был в следственно-оперативной группе рядом с трупом Игнашевича».

«Менты, конечно», – отозвался он.

«Кто опера? Кто следователь? Кто эксперт-криминалист? Кто судмедэксперт? Дай мне все эти данные».

«Ладно».

Вскоре он прислал мне список. Некоторых людей оттуда я знал. Значит, будет проще.

Глава 5

В городских чатах не смолкал шум про убийство Игнашевича, но, впрочем, скоро про него забудут. А пока не забыли, то все хором кричали про «новые девяностые».

На это я и сделал ставку во время своего разговора с правоохранительными органами.

Степанов прислал информацию о том, кого назначили в следственно-оперативную группу. Кое-что он знал о деле, что-то нет, но мне хотелось и самому понять какие-то детали. Степанов всё же не сыщик, мог упустить нюансы.

Мне многое бы рассказал Алексеев, следователь, который этим занимается, он-то сыскарь старой закалки. Я знал его отлично, даже как-то выпивали.

Вот только его никак не обманешь, особенно по телефону. Надо делать сложную схему, чтобы выманить у него данные, но здесь слишком много рисков, а награды никакой. Не хотел тратить кучу ресурсов и времени ради слишком неочевидных зацепок.

Я мог позволить себе только несколько часов на поездку и пару разговоров по телефону. Просто чтобы не упускать возможности что-то выяснить, но не хотелось в этом увязать надолго.

Придётся тянуть оперов, они там сейчас ребята молодые. Больше привыкли полагаться на результаты экспертиз и гаджеты, и работать по старинке, с людьми, как матёрые менты прошлого, уже не умеют.

В их отделе ещё остались опытные, но в следственно-оперативной группе их не было. Значит, поработаем с молодыми.

Но сначала старики. Я начал звонить. Криминалиста у себя не было, поэтому я позвонил судмедэкспертам. Мне нужен Онуфриенко – старый алкаш, его я хорошо помнил. До сих пор приезжает на место преступления в древнем спортивном костюме, как престарелый гопник. Раньше ещё и квасил прямо на рабочем месте, но в последние годы за это стали гонять.

Номер Онуфриенко я добыл быстро, после чего набрал его, слегка изменив тембр голоса.

– Онуфриенко к аппарату, – потребовал я командным тоном.

– Очень внимательно, – отозвался он и закашлялся.

– Смирнов из главка, – представился я, назвав фамилию одного из самых крикливых руководителей. – Что по Игнашевичу? Ночной жмур с огнестрелом в голове.

– И что по нему должно быть? – неуверенно проговорил судмед.

Детали не скажет, слишком вредный у него характер, но можно выманить данные иначе.

– Справка готова? – спросил я.

– Отдал вашим, – он поморщился.

– У меня не было, – сказал я. – Нужно завести её к нам в главк срочно, в течение часа. Такси лучше возьмите.

Конечно, откажет. Но зато конкретно возмутится и легко согласится на компромисс.

– Чего? – тут же возмутился Онуфриенко. – Я вам справки никогда в жизни не возил и возить не буду! И не должен! Опять потеряли, бляха-муха?

– Надо завезти, – настаивал я. – Срочно. Москва уже звонит, телефоны рвёт, кричит, что у вас за девяностые начались.

– Это у вас начались, – буркнул Онуфриенко. – А у меня и не заканчивались! Как вскрывал жмуров, так и вскрываю! Надо справку – забери её сам! У меня ксерокопия там лежит.

– Ладно, отправлю пацана.

И не надо ему её никуда возить, надо, чтобы он её отдал мне без лишних вопросов. Заберу её сам, он уже не удивится.

Посмотрю, что судмед там навскрывал, и есть ли следы какой-то химии или нет. Онуфриенко – эксперт опытный, распознать может. А то у Трофимова раньше был один человек, спец по разным уколам. Вдруг раздобыл ещё одного, чтобы допросить Игнашевича перед смертью.

Сбросив вызов, я тут же позвонил в уголовный розыск. Звонил не начальству, а операм напрямую.

– Смирнов это! – рявкнул я грубым голосом. – Где там ваш Карасиков? К телефону его!

– Сейчас, – отозвался кто-то испуганным голосом. Я услышал шёпот: – Тебя из главка. Ну ты попал, Ванька.

– Карасиков слушает, – произнёс робкий голос, когда взял трубку.

– Так что там у вас по Игнашевичу? – спросил я. – Москва уже проснулась, требует ответа. Что за девяностые у вас в районе начались опять?

– Да ничего конкретного нет, – отозвался невыспавшийся молодой голос.

– Нам эта темнуха в конце лета не нужна!

Похоже, салагу гоняли с самой ночи, потому что дело резонансное, и требуют ответа. Вот и надо наседать, пока он не проснулся и не понял странностей в этом звонке.

Впрочем, полковник Смирнов из главка всегда орёт как резаный, и отец его был такой же. Это знали все менты, и даже мы были в курсе. А ещё он мог позвонить несколько раз, и не только начальству. Потом пальцем у виска покрутят, мол, забыл, что уже звонил.

– Рабочая версия какая? – наседал я.

– Заказуха, – пролепетал опер.

Если давить, как начальник, то у него даже в мыслях не будет сомнений, что говорит с кем-то другим.

Карасиков дал расклад, и на первый взгляд, не было ничего, чего не говорил Степанов. Под конец разговора опер выдал один важный нюанс.

Всё выглядело, как чистая заказуха, киллер даже не пытался как-то замаскировать убийство, он действовал нагло и с намёком. Прям как в 90-е.

Ничего ценного не пропало, никаких зацепок нет… кроме одной, о которой подсказал только опер.

И это навело меня на важные мысли. Так что я суетился не зря.

В доме Игнашевича были камеры наблюдения. Их ставили спецы из «Альянса» ещё в те времена, когда Игнашевич к нам только устроился, а на этом направлении работал я сам.

Взломать систему нахрапом было сложно, мы устраивали ей жёсткие тесты с привлечением хакеров, и постоянно обновляли. Сейчас всё могло поменяться, но взлома не было.

И главное было в другом – одна из камер засекла силуэт убийцы. Размытый, без лица и особых примет. Просто силуэт в тёмной комнате. Надо дать поручение Степанову, чтобы раздобыл мне снимок, если его успели как-то сделать.

А это значит, что стрелял профи, но он не знал расположения камер и где находится сервер. Большинство камер он засёк и обошёл или испортил, но на одну попался и даже не понял этого.

Камера не поможет его вычислить, раз нет примет. Но она говорит мне о том, что убийца не работал в «Альянсе», и его туда отправил не Трофимов. Иначе бы предупредил о камерах.

Да, это не особо важная новость, ведь я знал, что Трофимов действует другими методами и решается на стрельбу в редких случаях.

И всё же, эту зацепку стоит исследовать. Кто-то его прикрывал? Или опасался, что Игнашевич раскроет не только старика, но и кого-то ещё?

Значит, есть и третья сторона. Возможно, те, на кого работает Трофимов, проводят зачистку. Но что об этом думает сам Трофимов, надо узнавать.

* * *

После разговора я в очередной раз поменял симку. Их становится всё меньше и меньше. А новые достать непросто, нужно опять выходить на какого-то барыгу. Хотя когда деньги есть, то некоторые вопросы решить проще. Подойду к папе Толика, если что, у него должны быть связи. Если он снова не сел, конечно.

У меня три возможных выхода на Трофимова, и выходить на него надо. Потому что мне до сих пор неизвестно, какую ответку предпринял Трофимов на покушение. А она должна быть, это сто процентов.

Значит, надо подключать своего агента туда. Поэтому качаем Витю, которого я раньше знал под именем Костя.

Витя, как и раньше, вёл себя нагло. Я ему наплёл, что с ним якобы не хотят говорить, но, похоже, это было чистой правдой, я это угадал. Его держали в стороне от серьёзных дел, а подключали ровно настолько, насколько необходимо, для какой-то мелочи.

Нет, дело не в том, что они поняли, на кого он работает. Просто они к нему относятся, как к тому, кого им впихнули сверху. Зато тот, кто впихнул, сразу становится главным подозреваемым.

Пока расчёт прежний: привязать его к себе, выдавая информацию, которую он мог получить только от меня, но сделать так, чтобы он совершил большой косяк, за который придёт расплата от Трофимова. И единственное спасение – слушать Фантома. А дальше будет зависеть от него самого.

А пока он пытался быть полезным как для группы, так и для Трофимова. Он всё заигрывает с Катей, пытаясь что-нибудь выяснить у неё, и всё так же пытался держать меня под контролем.

У меня крутилась одна схема, которую я хотел начать сегодня. Она, конечно, рискованная, но живо привлечёт как его внимание, так и внимание Трофимова.

Её минус – она может привлечь ко мне внимание того, кто застрелил Игнашевича, если он в курсе происходящего. Впрочем, так он может себя обнаружить, если клюнет. Станут понятны его связи.

Рискну.

* * *

Ковалёв, руководитель группы, решил не отказывать пацану, который попросил разрешения пострелять. Всё же он придерживался метода «пряника», а я уже оказал им определённую помощь.

Так что ехал туда. Цель-то другая. Познакомлюсь с ними, посмотрю, кто ещё в группе, выясню что-нибудь. Любые мелкие намёки пригодятся.

Они крутились недалеко от управления, и сегодня в группе был новый участник. Быстро они управились, но утром я с ним не связывался, и он ещё не успел поделиться новостями. Хотя он и говорил раньше, что они снова выходят к ним на связь.

К группе присоединился майор Степанов, на что я его давно подбивал. И раз он успешно отбивался от обвинений, то они снова решили подключить его к каким-то задачам. Он даже костюм свой надел и был необычно весёлый и наглый.

Главное, чтобы он не понял, что я тот самый человек, который даёт ему инструкции, и тогда появлялся перед ним в маске.

Но он и не поймёт, хотя наверняка может вспомнить того студента, которого однажды видел в баре мельком. И не более.

Поэтому я и вёл себя как тот студент – немного суетливо, с любопытством оглядываясь по сторонам, робкий от того, что вокруг дяди-ФСБшники.

– Чё, девушка так и не пришла? – спросил Степанов с усмешкой, подходя знакомиться. Как и думал, он запомнил того студента в баре.

– А вы откуда знаете? – я сделал вид, что удивился.

– Память хорошая, – отозвался он. – Ничего, ничего. Все бабы ещё твои будут. С правильными людьми связался.

У Степанова, по сути, разные лица для каждого случая.

С Фантомом он вёл себя аккуратно. Поначалу он пытался как-то уколоть и подмять под себя, но когда не получилось, он спокойно действовал и выполнял все поручения, ведь понял, что они работают.

А Толика он за серьёзного не принял. Да и сложно что-то заподозрить, ведь внешне у нас с Фантомом схожего только рост. Причём Фантом был повыше из-за обуви. А каких-то похожих мелочей в одежде нет, я обращал внимание на всё.

Мне это на руку, но дальше личные встречи с Фантомом будут крайне редки.

– Ну и что там с общагой? – спросил Степанов. – Подсказывай, помогу чем могу.

– Вообще-то, я ничего говорить не могу, – я пожал плечами. – Товарищ майор не велел.

– Во как, – удивился Степанов. – Ну это если что, подходи смело.

– Будет команда – будем работать, – отрезал я. – А так… нет.

– Да к тебе так просто не подойти, я смотрю, – он посмотрел на меня внимательнее.

– А ко мне и не надо подходить. Я тут не для того, чтобы всем встречным обьяснять, что делаю. Инструкции были чёткие.

Значит, Степанова взяли в группу. Поэтому Витю совсем задвинут на второй план, ведь пробивной и матёрый Степанов более подходящий союзник, чем кадровик из местного управления, который в оперативной работе в принципе не смыслит.

– Чё тебе от парня надо? – Ковалёв заметил, что Степанов трётся рядом, и подошёл ближе.

– Кадры ты выбирать умеешь, я смотрю, – ответил тот. – Вербовать себя не даёт.

– И нечего, – проворчал Ковалёв. – У тебя своя задача.

Тут Степанов меня не удивил, я прекрасно знаю его манеру общения. Главное, что он ничего не понял. Потом ещё и писать мне будет, что в группе есть полный тёзка Давыдова.

После меня познакомили с самой группой, хотя она явно не в полном составе, ведь ещё должно быть силовое прикрытие.

Я знал Ковалёва и Катю, ещё, конечно, майора Степанова, ну и Витю-Костю. Но Витя вскоре свалил, потому что Катя надавала ему новых мелких поручений к его вящему неудовольствию.

Ещё была парочка оперативников. Один молодой, его звали Валера, и не проявил ко мне большого интереса, и вскоре уехал.

Второй, Андрей Сергеевич с редкой для наших краёв фамилией Гойко (как у актёра), был пожилой, примерно того возраста, до которого я дожил в первой жизни. Ещё подтянутый, но редкие волосы на голове уже поседели, как и борода.

Вскоре подошёл ещё один человек, которого я тоже знал, и, более того, спасал от людей Трофимова, когда его чуть не грохнули. Это Сергей Фатин, бывший бариста, который всё ещё подключён к группе.

Не знаю, какие задачи ему поручали, но надо бы узнать. Это явно что-то связанное с тем, что поручат мне после общаги. Что-то, с чем справится человек без подготовки.

И его я тоже хотел задействовать, ведь он до сих пор выполнял приказ Фантома – ни слова о диктофоне, который тогда нашёл. Значит, Фантом должен будет с ним связаться и обсудить дела дальше.

Фатин меня узнал, пошёл поздороваться без всяких задних мыслей, вытягивая руку. Он тогда не видел моё лицо, да и был в шоке, так что голос не узнавал.

Раз Ковалёв до сих пор держит меня при себе дальше, то, значит, готовит к чему-то ещё. И раз показал мне Фатина, то какая-то хитрая операция может быть связана с ним… узнаем. Мои-то операции идут дальше.

В тир проходили только по пропускам, но Ковалёв подсуетился, чтобы меня пропустили.

Ведомственный тир располагался в подвале административного здания. Само помещение для стрельбы – это длинный коридор с бетонными стенами, выкрашенными серой краской, которая местами облупилась.

Внутри пахло порохом и оружейной смазкой. Под потолком гудели люминесцентные лампы, часть из них мигала. Огневых позиций было шесть, разделённых перегородками.

Тир старый, никаких интерактивных проекторов нет, только бумажные мишени на стандартных ростовых фигурах, которые двигались на тросах.

Пожилой Андрей Сергеевич показывал мне правила безопасности вместо инструктора. Сначала объяснил, как держать оружие.

– Ствол всегда направляй в сторону мишени, даже если разряжен, – говорил он, демонстрируя хват. – Палец на спусковой крючок кладёшь, только когда будешь готов стрелять. До этого держишь вдоль рамки. Понял?

Я кивнул. Андрей вложил мне в руки «Макаров». Старый добрый ПМ, тяжёлый, зато привычный.

– Теперь стойка. Ноги на ширине плеч. Корпус слегка наклони вперёд. Руки вытяни, но не до упора, локти чуть согнуты. Вот так.