Текст книги "Куратор 2 (СИ)"

Автор книги: Никита Киров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21

Я всё думал, как задействовать этого Костю-Витю. Можно что-то передать через него, парень без практического опыта чекиста подставу распознать не сможет. Или как-то подставить. Вариантов много, и лучший я ещё выбираю.

Но сначала другой клиент – Игнашевич. Он до сих пор не получил деньги и не получит, из-за чего сильно нервничает и может что-нибудь учудить и даже навредить.

Пора с ним заканчивать. Но это же бомба, она должна взорваться рядом с целью, а этого ещё не произошло.

Встреча с ним будет завтра вечером, и в этот раз он подготовится и может стать проблемой.

Но и я не сидел без дела.

Виталик показал мне дрон, который почти перепрошил. Он даже может стрелять. Не очень точно, но точно и не надо. Главное – сам дрон, даже если он ни разу не выстрелит вообще.

После поговорил с Ильясовым, который накопал информацию по некоторым пропавшим. Два случая я отобрал как те, по которым что-то может выяснить Толик в общаге. Остальное проверю сам.

Эти случаи я обсужу с Катей, и в итоге её группа должна явиться к Игнашевичу в кабинет и забрать компьютер и содержимое сейфа. А он скоро даст повод для этого.

И уже вечером, когда начало темнеть, я направился на встречу с Катей.

Кафе располагалось в спальном районе, и людей здесь было немного. Парень за кассой уже зевал и поглядывал на часы, явно собираясь уйти пораньше, но я сорвал ему планы.

Катя сидела с ноутбуком за угловым столиком. На ней простая футболка и джинсы, подчёркивающие талию. Волосы собраны в хвост. Чувствовался слабый аромат духов – всё те же, что были при первой встрече, когда она маскировалась под брюнетку.

Я сел напротив неё с кружкой кофе. Катя устало улыбнулась и чуть встряхнулась, чтобы выглядеть бодрее.

– Как поработали? – с оживлением спросила она. – Витя, значит, не особо старался, да? Так ничего нам по итогу и не передал. А у тебя что-то есть, ты говоришь?

– Ну, с некоторыми поговорил я сам, – сказал я. – А то твой напарник больше копался в телефоне, чем общался, хотя народ был не против поговорить. Но, может, это такой стиль работы у него.

Катя улыбнулась, показывая белые зубы.

– Бывают и такие коллеги. Ну, что поделать, раз команда – надо работать. А ты что узнал, Толя?

Насчёт одного студента мне подсказал Ильясов, и я уже твёрдо знал, что с ним случилось.

– Тот, что из Киргизии, – начал я, – в городе живёт у девушки, никто его не похищал. А сессию не сдавал, потому что у него был конфликт с преподавателем.

– Ого, – она удивилась. – Он же хорошист.

– Ну, смотри, как он стал хорошистом. Хотел дать взятку преподу, а там был старый Альберт Филиппович, дедок ещё советской закалки. Тот отказался, написал на студента жалобу. Студент начал угрожать, но Альберт Филиппович не такой человек, на котором это работает.

Я этого преподавателя знал лично. Приходил к нему консультироваться по разным вопросам. Дядька боевой, не боялся даже КГБ и ФСБ. Что уж говорить о каком-то студенте.

– Так что если захотите найти – найдёте. Он в городе, и вряд ли он будет учиться дальше.

– Ничего себе, – Катя смотрела на меня с удивлением. – Проверим, но мы даже не думали о таком. Спасибо, – она дотронулась до рукава толстовки. – Толя, хорошо, что тебя позвали. Уже сдвинул дело с мёртвой точки.

– А вот второй пропал, – я отпил кофе. – Никто не знает куда. Соседи по общаге подозревают плохое. Он из Казахстана, там родственников нет, и здесь тоже.

– А Витя это знает? – спросила Катя

– Нет, это сказали мне по секрету соседи.

– Ты молодец. – девушка наклонилась ко мне. – Уже выяснил больше, чем некоторые.

– Возьмёте меня к себе в команду? – в шутку спросил я.

– Ну не знаю, – она чуть прищурилась с хитрым видом. – Много работы, а ты, я вижу, птица вольная.

– Но в команде работать доводилось.

У Кати пиликнул телефон. Она посмотрела уведомление, не разблокируя его, перевернула и посмотрела на меня.

– Значит, «Магическую битву» любишь смотреть? – она посмотрела принт на моей толстовке и дотронулась до неё. – Вау, какая мягкая. А то я куртку промочила, в машине оставила, но коллеги уехали уже. Холодно.

– Закрываемся, – объявил парень за стойкой, посмотрев на часы. – Через полчаса.

– Пора идти.

Катя закрыла крышку ноутбука и убрала его в рюкзак.

– Давай провожу, – предложил я. – Райончик не очень спокойный.

– Не страшно, у меня баллончик есть.

– Лучше провожу, баллончик не всегда поможет.

– Ладно, пошли, – она кивнула.

Вышли на улицу в вечернюю прохладу. Посмотрел на девушку, как она поёжилась, и скинул толстовку. Под ней была белая футболка-безрукавка, вполне новая и приличная. Я протянул одежду Кате.

– А ты не замёрзнешь? – спросила она.

– Уже не так мёрзну, как раньше. Дойду.

– Ладно. Тут недалеко, если что, – Катя закуталась в толстовку.

– И кофе ещё есть, – я потряс картонный стаканчик.

– А у тебя татуировка, давно заметила, но только сейчас увидела! – она подняла руку, будто хотела дотронуться до моего плеча, но остановила. – Классная. Когда сделал?

– Даже не помню, если честно.

Да, когда Толик успел её набить, я не выяснил, да и не изучал, зачем мне это.

Бариста закрыл дверь на замок, а мы с Катей медленно пошли по улице. Прохладно, но не зима, так, освежающе.

– Понравилось расследовать? – спросила Катя, когда мы перешли дорогу.

– Необычно. А вообще, в последнее время очень много чего узнаёшь.

– Как память? Лучше стало?

– Получше, – сказал я. – Людей вижу часто, вспоминаю.

– И девушку вспомнил? – она покосилась на меня.

– А нет её.

– У тебя нет? Да ладно? – Катя недоверчиво помотала головой.

– А ты? Есть кто-нибудь?

– Ну, если честно, с такой работой не всегда выходит. Да и Витя ещё этот… э-э-э, – девушка закатила глаза.

– А он не твой парень? – спросил я, усмехнувшись про себя. – Он от тебя глаз не отводил.

– Не-е-е-т! – чуть ли не с возмущением протянула она. – У нас работа, и за её рамки не выходим. А то, что он работать не хочет… – она тут же осеклась. – Просто у нас в команде все молодые, но шеф каждому даёт шанс. Правда, не все его оправдывают. Вот.

– И кто шеф? – продолжал я вопросы.

– Ну, дядька так. Не знаю, может быть, даже захочет с тобой познакомиться.

– А кто он? Может, его знаю.

– Он не местный. Ты его вряд ли знаешь, но он об этом городе знает много.

Я бы не удивился, если бы знал его. И что-то думаю, они и правда захотят выйти со мной на связь и сказать кто такие, и я понемногу к такому готовился.

Перешли ещё один перекрёсток. Я прибил комара, севшего на руку.

– Ты про интервью хочешь спросить? – поинтересовалась Катя. – Что до сих пор не публикуем?

– Да нет, у тебя рабочий день закончился. Наверное, сейчас не до работы. Чем вообще планируешь заниматься вечером?

– Ну, приду, выпью стакан молока, – мечтательно сказала она.

– Любишь молоко?

– Нет. Только пью перед сном. С мёдом. Мама ещё научила. Потом душ, потом посмотрю что-нибудь. Или поработаю. Работы много.

Мы шли медленно, не спеша вышагивая по улице, будто и некуда торопиться. Город засыпал, машин проезжало мало, иногда встречались припозднившиеся прохожие.

– А что посмотришь?

– Ещё не знаю, надо выбрать, – она задумалась.

– Про шпионов любишь смотреть? – предположил я.

– Вот это ты откуда знаешь? – девушка повернулась ко мне.

– Учитывая все эти таинственные страсти, – я усмехнулся, – которые происходят вокруг, это неудивительно. Я вот тоже иногда люблю.

– И что посмотреть порекомендуешь? – Катя заинтересованно глянула на меня.

– Посмотри классику. «Семнадцать мгновений». Фильм не устаревает.

– А ты его смотрел? – она заметно удивилась. – Зумеры такое не смотрят. Наверное, цветную версию видел?

– Нет, строго классику. Без всех этих вырезаний.

– У меня шеф любит смотреть, и я тоже недавно пересматривала.

Судя по удивлению в её голосе, она не ожидала от меня такого.

– Умели тогда снимать, – сказал я.

– Не говори, Толя. Сейчас эти сериалы смотришь, там вообще ничего не слышно, актёры что-то бубнят себе под нос. Включала недавно эту новую «Этерну», порой вообще ни слова не разберёшь.

– Вот это жиза, – проговорил я, и Катя засмеялась.

Свернули за угол. Скорее всего, она живёт в тех пятиэтажках, где наверняка снимает квартиру.

А впереди шёл какой-то человек в светлой куртке, очень медленно и пошатываясь. Подойдя к дереву, он попытался на него опереться, но потерял равновесие и начал падать.

Я подошёл ближе, подхватил его. В нос ударил запах спиртного, но пожилой мужик не был настолько пьяным, чтобы падать. Просто выпил, а не напился до свиного визга.

– С вами всё хорошо? – спросил я.

Он что-то пробормотал в ответ, я едва разобрал.

– Пьяный? – проговорила Катя, подходя ближе. – Что-нибудь скажите? Как вас зовут? У вас не инсульт?

– Нет, – проговорил он, уже более разборчиво. – Выпил немного, домой пошёл. И что-то как голова закружится.

– Давайте до скамейки доведу, – предложил я. – Катя, там ППС стоит, видишь? – я показал на машину возле киоска шаурмы через дорогу. – Пусть скорую позовут или довезут, тут больница недалеко, а я дойти помогу.

Она кивнула и побежала туда, придерживая сумку. А я довёл деда до скамейки, он крепко держал меня за плечо.

– Спасибо, – проговорил он. – Давно так не было. Сейчас посижу, полегче станет.

Катя добежала до машины, обратилась к ППС-никам, но те, отъехав от киоска, проехали мимо нас, даже не глядя в нашу сторону. Водитель на ходу ел шаурму.

– Вы чего⁈ – прокричала она им вслед. – Вот козлы!

Вообще-то, я думал, что она покажет им ксиву, и те поедут помогать. Но девушка решила её не светить.

– Какой у них там номер? – проговорила она, возвращаясь к нам. – Такое им устрою.

– Триста шестьдесят один, – сказал я.

– Ого, у тебя память. Но что нам…

Обошлось без проблем. У обочины затормозила серая «Лада-Гранта», и старик начал подниматься.

– О, сын приехал, довезёт. Спасибо, ребята.

Я помог ему добраться до тачки, проверил, что это и правда сын, они были похожи, после вернулся к Кате. Она, сжав губы, что-то писала на телефоне. Наверняка шефу, чтобы тот наказал хитрых ленивых ППС-ников.

– Вот, можешь статью про них написать, – предложил я.

– Да не про них, – она убрала телефон и посмотрела на меня очень внимательно, о чём-то думая. – Мы пришли. Может… зайдёшь? У меня кофе есть.

– От кофе никогда не откажусь. Или ты толстовку не хочешь снимать.

Катя засмеялась, но смотрела мне в глаза. Вот это уже не вербовка.

Я немного подумал, потому что это уже выходило за грани рабочих отношений. А потом решил: а почему бы и нет? Люди-то взрослые, и Толику двадцать. Не факт, что у него были бы какие-то отношения с ней в этом возрасте. И всё же – почему бы и нет?

Вошли в подъезд, поднялись с ней в лифте. Он очень тесный, громкий, едва дополз наверх. Катя теребила шнурок капюшона моей толстовки.

– У меня тут не прибрано, – тут же сказала она, ещё не открыв дверь.

– Ничего, не граф какой-нибудь в гости пожаловал.

Квартира съёмная – это видно сразу. Ещё и в прихожей стоял синий пластиковый чемодан для авиаперелётов, не до конца распакованный. В открытом шкафу очень мало одежды для девушки, а в ванной – всяких баночек и тюбиков, только необходимое.

Тут и мебель из ИКЕИ, оставшаяся с тех времён, ещё когда ИКЕЯ работала. Совсем безликая и побитая жизнью.

А живи Катя здесь постоянно, квартира была бы намного уютнее.

– Сейчас поставлю чайник, – сказала она с лёгкой неловкостью и повешала толстовку у двери.

– Давай я пока что-нибудь приготовлю. В холодильнике что-то есть?

– Для сэндвичей всякое только. Некогда что-то купить, возвращаюсь поздно.

Особо ничего на ужин не было. Тостовый хлеб, сыр, ветчина, листья салата, соус в мягкой упаковке. У хозяев ещё нашёлся тостер, и на том спасибо.

– Значит, ты здесь в командировке, – сказал я, когда она вышла из ванной.

– Почему ты так решил? – она села за стол рядом со мной и поправила распущенные волосы.

На плечах под футболкой угадывались ремешки бюстгальтера.

– Съёмная квартира, сразу видно. И вещи с собой взяла, – я кивнул на чемодан в прихожке.

– Это не мой чемодан, – она пожала плечами. – Просто чемодан. Знакомого одного.

– В чемодане женские вещи, – возразил я. – Да и будь у тебя здесь знакомый, ты бы меня не пригласила. Да и спальное место всего одно.

Катя замерла на секунду, потом начала медленно улыбаться.

– Раскрыл меня, Толя!

– Значит, ты шпионка, – я улыбнулся.

Но раз уж я несколько раз показывал, что внимателен, то не заметить такое было бы странно. Да и она грозила проблемами полицейским, а такое может себе позволить только депутат, губернатор или сотрудник ФСБ или прокуратуры.

– Своего рода, – улыбка чуть погасла.

Она снова посмотрела на меня, но уже очень задумчиво, и полезла в сумочку. Вот и момент истины.

– Ой, шеф меня порвёт.

Оттуда она достала вишнёвую корочку и осторожно протянула мне. Я взял, посмотрел, тут же запоминая всё. На ней она в форме, и снимок явно сделан в этом году.

– Ого, – произнёс я. – Товарищ лейтенант. Вот это поворот.

Судя по её взгляду, она немного смутилась.

Но я понял, почему Катя так поступила. Сейчас она смутилась собственный порыв, когда пригласила меня в гости, прекрасно понимая, к чему это может привести.

Начала сомневаться, и чтобы как-то изменить ситуацию, раскрыла карты. Наверное, думала, что я тут же в панике сбегу.

Ведь подобные отношения для её работы неудобны. А вот для неё самой? Всё же она смотрела так, будто явно не хотела, чтобы я уходил.

– Управление собственной безопасности ФСБ, – проговорил я. – И чем вы занимаетесь? – спросил, будто не знал этого.

– Внутренние расследования. Когда сотрудники могут нарушить закон. Коррупция, прочее. Ну и связанные с этим дела, – сказала Катя.

– В Москве работаешь?

– Да. Здесь временно, по одному случаю.

– Надолго?

– Пока не закончим, – Катя забрала удостоверение обратно. – Не знаю точно. Нас хотели отозвать, потом возникли новые обстоятельства, и мы остались. Много сказать не могу. Ну и те пропажи немного с этим связаны.

Она убрала корочку в сумку и тяжело вздохнула.

– Шеф меня убьёт.

– Ладно, ладно. Мы же ему не скажем, да, – подбодрил я. – А пистолет есть?

Катя засмеялась.

– Мальчики, мальчики.

– Можно посмотреть?

– Только осторожно.

Конечно, у неё при себе было табельное. Она достала оружие из сумки. Старый добрый пистолет Макарова. У меня самого был такой же. Тяжёлый для неё, судя по тому, как она его держала. Видно, что ношение оружия её тяготит.

– А стрелять умеешь? – спросил я.

– Учили, но я работаю иначе, – Катя торопливо убрала пистолет обратно. – Тебя это всё правда не пугает? – она внимательно посмотрела на меня.

– Да нет. Слушай, даже интересно, – я пожал плечами.

Катя явно не ожидала такой реакции, но я её удивляю уже весь вечер.

Мы расставили на столе нарезанные бутерброды. Она-то называла их сэндвичами, я по старой памяти – бутербродами.

Катя открыла ноутбук. Лёгкий румянец на её щеках, который появился ещё в лифте, никуда не делся, а вот неловкость ушла, она расслабилась.

– А тот тип Витя, который всё к тебе клеился? – спросил я между делом. – Тоже ваш?

– Из местного отделения, – неохотно ответила она. – Его нам передали. Пока работает с нами, потом будет видно.

– А это не он тебе названивает?

Я заметил, что экран её телефона, лежащего на столе, постоянно загорался от входящих.

– А, – Катя отмахнулась. – Я сейчас занята.

– И эти пропажи – что-то серьёзное?

– Мы не знаем, – честно сказала она. – Но отрабатываем. Качаем.

Так привык говорить я. Значит, её шефа я могу знать, или он со мной работал.

– Понимаешь, много говорить не могу, – продолжила Катя. – И вообще, получается, ты меня раскрыл, а я о тебе почти ничего не знаю. Вот как так? – она улыбнулась.

– Что тут знать? Студент, – я сел рядом с ней, отхлебнул кофе. – Учусь. Учусь жить заново после аварии. Как с чистого листа.

– И многое не помнишь?

– Очень много, на самом деле. Так что завожу новые знакомства каждый раз даже с теми, с кем общался раньше. И много новых знакомых, – я ей подмигнул.

– И девушки нет? – Катя чуть прищурилась. – Это самое странное.

– Почему?

– Ты очень… взрослый, – она подбирала слова. – Временами вроде обычный студент, зумер, но будто дурачишься. Играешь. А самому будто не двадцать, а намного больше.

– Надо же, – усмехнулся я. – А тебе самой сколько, товарищ майор?

– Товарищ лейтенант. Так что, какой-нибудь фильм? – она потянулась к ноутбуку и открыла крышку.

Я поднял руку и осторожно положил ладонь на её мягкую кисть. Крышка ноутбука медленно закрылась. Посмотрел ей в глаза и наклонился к ней, не убирая руку, а второй убрал прядь волос с её лица и притянул её к себе за плечи.

Катя подалась навстречу и сразу закрыла глаза. Поцеловал её в губы, перешёл ниже, к нежной тёплой коже на шее, чувствуя, как сбилось дыхание, моё и её.

Тут мой молодой организм решил играть свою партию, причём очень торопливо, чуть ли не отключая голову. И взять себя в руки оказалось куда сложнее, чем обычно. Но надо, чтобы не переволноваться и всё не испортить.

Я держался, потихоньку снимал с неё футболку, а она с меня.

– Диван удобный? – спросил я, не узнавая свой голос.

Она тихо рассмеялась.

– Не очень. Но пойдёт.

* * *

Лежали рядом. В комнате стало прохладно, поэтому накрылись тонким одеялом. Я подбил подушку под голову повыше, Катя легла рядом, положив голову мне на плечо.

У меня профдеформация – всегда думаешь о работе. Но сейчас позволил себе расслабиться.

После близости даже вспотел. С новым телом многое постигалось заново. Первое время после пробуждения в этом теле приходилось сильно контролировать себя, потому что моих рефлексов и навыков у Толика не было. Они существовали только в голове, а тело жило по своим законам.

Отсутствие опыта у Толика давало о себе знать во многих делах, и в этом тоже, учитывая его скромность и характер, насколько я видел по перепискам.

Но всё-таки справился, и тогда, и сейчас. Поэтому и устал больше обычного. Грудь и живот блестели от пота.

Катя провела пальцем по татуировке на моём плече.

– Тебе идёт. Ещё сделаешь? На другой руке?

– Нет, не собирался.

– А я всё потрогать хотела, – она прыснула от смеха. – Тогда, в кафе, увидела краешек, чуть не полезла рукав тебе задрать.

– Могла и попросить.

– На первом свидании? Не-е-ет.

Катя прошагала пальцами по руке, потом перешла к груди.

– Ой, а что шефу-то говорить? – вдруг спросила она.

– А причём здесь твой шеф, товарищ майор? Это твоё личное дело.

– Я ещё лейтенант, – девушка рассмеялась.

Но это ненадолго. Майора ей, конечно, не дадут, но на старлея, а потом на капитана она вполне может претендовать по результатам операции.

Скорее всего, скоро они будут работать со мной плотнее, и это заметит Трофимов.

Но от этого уже складывалась моя схема. Опасная, жёсткая, но позволяющая подобраться к нему ближе.

Сейчас надо заняться Игнашевичем, потому что он, не получив деньги, может стать опаснее. А возвращать их я не хотел – потом мог потеряться шанс их использовать.

Для финального этапа может потребоваться много денег и ресурсов.

И опять думаю о своём. Я усмехнулся.

– Чего смеёшься? – спросила Катя.

– Думаю, как разгадываем твой шпионский заговор.

– Слушай, вот то, что ты рассказал, – она приподнялась на локте, глядя на меня, – это очень пригодится. Особенно про второго студента.

В полумраке видны её глаза, а на плече чувствовал её тёплое дыхание.

– Куда люди пропадают, мы правда не знаем, – продолжила она тише. – Может быть, что-то очень неприятное. Опасное. То, что ещё никто не делал раньше. Вот и всё, что могу сказать. Дальше не могу, разве что если возьмём с тебя подписку о неразглашении.

– Подписка? – я повернулся к ней. – А какие-нибудь бонусы будут? Ну, например, зайду в интернете на какой-нибудь сайт запрещённый, а вы меня за это не будете наказывать?

Она фыркнула.

– И вообще, как так вышло, что вы обо мне так мало знаете? Вы же из спецслужб.

– Ну, возможно, местные знают о тебе больше, – Катя усмехнулась. – Так что сильно не расслабляйся. И не думай, что мы тут и правда ничего не знаем. Но один раз простим, если попадёшься. Конечно, если заниматься тобой буду я.

Судя по её смеху и по тому, как у меня снова заколотился пульс, молодость требовала своего.

* * *

Утром всё было замечательно. Видно, что Катя боялась, что будет неловкость, но у неё, похоже, отлегло, ведь я вёл себя, как обычно.

Спала она чутко, так что её телефон я проверять не стал. И она явно при случае попытается проверить мой, но пусть, на этом ничего интересного нет.

Это просто наша профдеформация. И Катя лет через двадцать будет той ещё чекисткой, ведь задатки у неё есть. Хоть и говорила много, но ничего по существу не сказала. Да и открытие, кто она такая, на самом деле ничего не портило.

В общем, будь она в моей команде, я бы давал ей какие-то поручения и смотрел, как справляется. Впрочем, её шеф наверняка занимался тем же самым.

Утром расстались, в течение дня переписывались. Она сказала, что вечером освободится поздно, но будет рада, если я приду. Я ответил, что появлюсь, так как тоже задержусь.

Потому что у меня была встреча. И она уже не такая приятная.

Под вечер начал готовиться. Надел силиконовый жилет, поверх него – бронежилет, который можно было спокойно купить на сайте объявлений.

Это противоосколочный, и вряд ли он выдержит пулю ТТ, но спасёт от ножа или ПМ. Хотя в последнем случае обойдусь сломанным ребром.

Лицо можно было не гримировать – на нём будет маска, которую мне сделал Виталик вместе с голосовым модулятором.

Поставил себе подкладки под плечи и на бёдра, чтобы выглядеть более грузным. Порепетировал походку сорокалетнего мужика, пока не убедился, что она выглядит естественно.

Надел костюм: пиджак с чёрной водолазкой, брюки, туфли, а на руки нацепил перчатки.

Вот и Фантом появился воочию.

– Ну что, господин Игнашевич, – проговорил я чужим механическим голосом через маску. – Решили со мной пошутить?

Проверил пистолет. Это была «Беретта» охранника-араба, которую я забрал после бойни. Меня прикрывают, но надо и самому иметь оружие. Ведь враг коварен.

Отправился на место заранее, припарковал «Тойоту» в стороне, дошёл пешком. Сверху на мне была куртка с капюшоном, чтобы никто не удивился, почему идёт взрослый мужик с лицом пацана.

Но район глухой, людей не встретилось. Не доходя до старого гаража, у которого было назначено место встречи, я огляделся и надел маску.

А враг тоже приехал заранее, два человека бандитского вида.

Хотят сделать засаду, как я и думал.

Они ждали, нервничали, перемигивались, а я ждал спокойно, пока не увидел сигнал из окна дома вдали.

Всё готово, прикрытие будет.

Наконец, приехал Игнашевич на своём джипе и встал рядом с гаражом. Что-то спросил у людей, сидящих в засаде, а потом принялся ждать, нервно расхаживая вдоль своего «Крузака».

Начали.

Я выпрямился, осмотрел дом вдали, достал пистолет, чтобы держать его поближе, и вышел из укрытия.

Игнашевич заметил меня и скорчил злую рожу.

Он очень хотел получить свои деньги. А я хотел отправить его в последний полёт, как Шустова.

Игнашевич полез в карман и достал пистолет, а его люди, те два человека, что ждали в пыльном гараже, вышли из укрытия. У одного пистолет, у другого – помповое ружьё. Один похож на бандита, а другой – явно бывший мент.

– Где мои бабки? – спросил Игнашевич.

Он даже не знает, с кем связался.

Я дал сигнал и уверенно шагнул навстречу. А Игнашевич и его люди приготовили оружие. Даже втроём они меня опасаются. Но если бы Игнашевич знал, что я ему приготовил, он бы кинулся бежать без оглядки.

Одно последнее дело, после которого очередной враг перестанет существовать и путь к Трофимову будет открыт.

* * *

От автора:

Конец второго тома, спасибо, что прочитали. Буду рад вашему лайку. Следующий том уже доступен по ссылке – /work/522829