Текст книги "Русалка. Спасатель № 1 (СИ)"

Автор книги: Ника Верон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

Немного подводного мира

Ушла. Одна. В том, в чем была. Шортики и топик. Не хотелось никого видеть. Долго шла до дюн. Огромные. От людей скрывающие. Совершенно никого. Синь морская. Оглянулась в сторону, где остался спасательный городок. Валентов. Поддержка ребят… Не сказать, что нулевая, но… Положиться на сегодняшний день, наверно, только на Изместьева и может.

На море снова глянула. Спокойное сегодня. Даже если какое ЧП и случится… Не на воде сейчас рассматривала происшествие. История с катером покоя не давала.

В воду, еще раз у берега оглянувшись и, убедившись, что никто не видит, с разбегу влетела. На глубину сразу пошла, хвостом прирастая. Чешуя на солнце заблестела, как та кольчуга. Вынырнув вдали от берега, где рассмотреть её никто даже случайно не мог, снова в сторону городка взгляд кинула. Неспокойно как-то. Или, просто не готова была на долго без общества Валентова остаться? Вот открытие еще! Своим как то объяснить будет? А если родители узнают, что…

Морская глубина. Красота. Те места, куда нога человека, даже в суперсовременных аппаратах, ступить не может. Здесь почти нет солнца. Ну, так, по крайней мере считается. А на деле. На деле – красота. Глаз должна бы радовать. В родные пенаты попала. Наконец-то… На этот раз долго добиралась.

– Забыла отца с матерью, – приветствовал её…

Да-да, самый настоящий Нептун. С трезубцем в руках, с бородой белой. Царь морской. Повелитель глубин. Грозный царь всех морей и океанов. А вот с детьми своими всегда (ну, или почти всегда) добр и ласков. Резкого слова от него не услышишь. Только громы и молнии сразу. Нет, громы и молнии, вообще-то из другой оперы. Уф, совсем всё подзабылось.

– Всегда помню о вас, – возразила, стараясь отца, вставшего на пути, обойти.

– А бываешь всё реже, – с укором прозвучало в ответ. – И на берег ходить перестала. Не случилось чего?

И что ей предлагалось ответить? Выдохнула. Не правду, это уж точно. Сложно будет объяснить отцу, что ошибку своей прародительницы совершить собиралась. Да уже, по сути, совершила. Влюбилась. Сама не заметила, как. В любовь не то, что с первого, но и со второго, и с третьего взгляда – не верила. А тут, как накрыло…

Выходка Вика утренняя до сих пор из головы не шла. Что подумал о ней Валентов? Последствия какие ждут? А, самое главное, есть ли хоть маленький шанс узнать, что значит не только любить, но и быть любимой.

– Случилось, – кивнув, обернулась к отцу. – Только не знаю, с чего вдруг. Мне было обещано, что в нашей стороне не будет сильных волнений на море. А который день штормит. Не сильно. Но люди страдают.

Ответил не сразу Нептун. На дочь долго, задумчиво смотрел. Лгала. Чувствовал. Не для того и не потому появилась в родных глубинах.

– Всего лишь людишки, – едва заметно повел плечами. – Твой брат с сестрами немного порезвились. Как раз в вашей стороне ракушками покидались. Воду взбаламутили. Не вижу причин для паники.

– Немного взбаламутили? – отказываясь верить услышанному, переспросила Алеста. – Там спасатели едва не пострадали!

Тот шторм, безобидный для морских глубин и их обитателей, вполне мог привести к трагедии. Вот чего никак не получалось сделать, так это донести до своих, на сколько хрупка человеческая жизнь.

– Это всего лишь люди, – пробасил грозный Нептун-отец, с укором глянув на дочь. – Я разрешил те игры. Заигрались немного ребята, – продолжал, усаживаясь на свой трон в окружении коралловых наростов. – Но тебя же не заманишь сюда. Ты скоро совсем очеловечишься, свою сущность забыв. А тебя здесь ждут.

Ждали. Знала. Еще одна причина, по которой старалась как можно реже появляться на дне морском. На сушу за ней не больно кто стремится выбраться. Это она в семье – уникум. С которым, что делать, не знают.

– Еще один вопрос, который нам надо решить, – проговорила, присаживаясь рядом с отцом и… убирая хвост.

Хотя, знала, не любит отец лицезреть ее в человеческом облике. И дома старалась принимать привычную для себя ипостась – русалки. Сегодня, случай особый. Сразу показывающий, что не сосем в настроении. И разговор предстоит непростой.

– Может, подождем возвращения твоей матери? – осторожно поинтересовался Нептун, пристально на дочь смотря. – Она в южные моря подалась. Хочет немного на горячем солнце погреться.

– Не запузырилась, главное, чтобы, – не удержавшись, съязвила Алеста. – Нет у меня времени, ждать ее возвращения, – призналась, вверх голову поднимая. – Я обещала вернуться через два дня.

Говорила, а сама… Сама, сомневалась. И часа не прошло, как сбегала из городка. Слезы обиды сдерживая. Выходка Вика задела. Недоверие и еще какие-то непонятные чувства во взгляде Валентова, до глубины души задели. Не ждала, что так легко поверит в её, как там люди говорят, легкую доступность. Наверно, будь на его месте кто другой, не так обидно было бы. А тут…

– И в кого ты такая упрямая…

Каждый раз отец данным вопросом задавался, когда дочь объявлялась в морских глубинах. Ждал, что ответит? Вряд ли. Скорее, атмосферу разрядить стремился. Расстраивала своим стремлением на земле, на суше жить. Чужая там. А принять очевидного, почему-то не могла. Или не хотела? Или, тайна какая была? Не слишком дочь была разговорчива, в гости наведываясь.

– В прародительницу, верно.

Не вспоминать о той старались. Плохо история закончилась. Памятником теперь напоминает о людском предательстве. Не желал дочери подобной участи. Любимая из всех русалок, что жена подарила. Смышленой росла, отзывчивой. Жениха подбирал долго. Присматривался не только к статусности будущего зятя, но и к отношению того с родней, с матерью, с другими близкими женщинами. По достижению совершеннолетия дочь должна была партию выгодную сделать и уже проживать в глубинах черноморских.

Вместо этого, развлечение себе нашла. Людей спасать. У которых и сам век-то не долог.

– Алеста, нам по свадьбе твоей ответ пора давать, – начал осторожно.

Почему осторожно? Да все по той же причине – непредсказуемости дочери. В последний раз, когда о необходимости брака решил напомнить, хвостом взмахнула и почти на пол года с суши не появлялась.

– А меня всё еще ждут? – удивилась вполне искренне Алеста. – Как глупо. Прошлый раз еще сказала, отказ посылайте. Не стану женой никакого морского обитателя. Не хочу. Любви хочу. Взаимности. Как у людей.

Блажью данное желание дочери, считал Нептун. Ждал, что одумается. Но, уже третий год пошел, точнее – прошел. Ничего не менялось. И встреч с потенциальным женихом намеренно избегала.

– И предательства, – кивнув, счел необходимым напомнить владыка морей и океанов. – Прародительница твоя, имела однажды неосторожность влюбиться не в того, в кого надо. Счастье ей это не принесло. Историю повторить хочешь?

Усмехнулась. Да нет, не хочет. Уже. Кажется. Повторяла. Очень хотелось верить, что по-другому всё на этот раз будет. Не смотря на все сомнения. А если нет… В таком случае, она просто останется на суши хотя бы только для того, чтобы иметь возможность видеть этого человека ежедневно. Пока возможность такая есть.

– А это лучше, чем рыбой холодной быть.

Чужие слова повторяла. Но, засели в голове, ничем не вытравить. Грозный царь с долей недоумения посмотрел на дочь.

– Алеста, нас всех беспокоит происходящее с тобой, – признался вслух. – Если ты вернешься…

На любые уступки пойти готов был. Знала. Состоялся уже однажды разговор. Давно, правда. Лгать не могла. Как тогда, так и сейчас. Только её, почему-то, не слышали. Как все, хотели сделать. Не получалось. А потому:

– Нет, – прозвучало в ответ категорично. – Мне сложно здесь. Не хочу. Не могу. Без вас не могу, но и тут все давит, душит.

Не могла всего сказать. Не представляла, как. И, главное, какой окажется реакция на слова, отца. Знала точно, остальные примут то решение, которое озвучено будет грозным Нептуном. И, либо изгоем станет, либо…

– Ты – русалка, не человек… – начал вновь, осторожно, грозный царь.

– А люблю человека.

Вырвалось. Совсем тихо. А море вдруг колыхнулось. Гул нехороший пошел, предвестник беды. Если только следом волна поднимется. Если на берег пойдет, жертв буде много, точно занал.

– Нет! – вскрикнула, бросившись к отцу. – Нет, остановись, прошу тебя! Не надо из-за одного – всех! Ни тебя, ни другого, никогда не прощу.

Море гудело. Опасно. На глубине движение воды практически не чувствовалось. А вот, что происходило на поверхности, боялась даже представить. А если люди… А, наверняка, люди. А погода – отличная…

– Алеста, сущность свою забыла?!! – грозно прогремел голос отца. – Не человек ты!! Хочешь превратиться в подопытную рыбку?!!

– Не человек, – согласилась с очевидным. – Рыба холодная. Но сердце – живое. Слышу, как стучит. Не могу без того человека. Хотя бы видеть его должна.

Ничего не скрывала. Да и чего уж терять. Сама проговорилась. Не удивительно, впрочем. Мысли все о нем. Даже здесь, на морском дне. Да, собственно, наверно из-за него и отправилась в родные пенаты. Так, кажется, у людей говорят.

– Что же вы, девки, за особи такие, бестолковые, – успокаиваясь, заговорил владыка морской, устало на подлокотник своего трона опираясь локтями. – Счастье на призрачную любовь с легкостью размениваете, – не понимал. Никогда. – Ты же женой будущего владыки теплых морей стать должна. По сердцу ты ему пришлась. Твоего возвращения в отчий дом терпеливо дожидается.

– Только, мое сердце молчит, как видит его, – отрицательно покачивая головой, тихо проговорила Алеста.

Много передумала за минувшие дни. Сказку человеческую про Русалку и принца перечитала не единожды. Легенды и истории подводного мира повспоминала. Страшно было судьбу повторить своей прародительницы. Но по-другому жить уже не сможет. Чувствовала.

– Ты хоть можешь себе представить, что с матерью станет, если узнает…

Представляла. Нет, само будущее дочери той было почти безразлично. Не складывались как-то отношения между ними. А с того момента, как Алеста на поверхность воды, к людям решила выйти, и вовсе с общением стало сложно.

– Младших сестер предостаточно, – пристроит за высокородных принцев.

Знала о мечте матери породниться с правящими домами морских владык.

– Не хочешь отца послушать, – покачал Нептун сокрушённо головой. – Надеялся я, что благоразумие все же проявишь. Хорошо, – уступил, кивнув, – Не стану упрямство твое ломать. Нравится мне в тебе эта черта, своего добиваться. С принцем вопрос постараюсь решить без серьезных последствий.

Ушам своим не верила! Отец отступил⁈ Или ход такой, тактический? Бдительность ее призванный усыпить?

– Отец…

– Тихо, – остановил её резким взмахом руки владыка морских глубин. – Против собственного решения, однажды принятого, иду. Тебя хочу видеть счастливой. Но дашь сейчас обещание. Дома бывать будешь. Не по моему зову, а сама. И сущностью своей здесь будешь, а не человеком на двух ногах.

Условие… В общем-то, выполнимое. А уж если это необходимо для того, чтобы на поверхности земли оставаться… Принять готова безоговорочно. Правда, сильно сомневалась, при этом, что отец, вот так легко, на уступки пошел…

– Еще что-то? – спросила осторожно, догадываясь, что не спроста поднята тема.

– Если предаст тебя человек, глупостей совершать не станешь. Сюда вернешься. С браком неволить не стану.

Не доверял отец людям. Точнее – их мужским особям. И сколько раз советовал держаться от тех подальше. Получалось. Пока Валентов не появился. Вот с ним как-то изначально, с самого первого мгновения встречи, всё пошло не так. И продолжало идти.

– Чтобы предать, отношения нужны, – заметила резонно Алеста. – А их нет и, сомневаюсь, что будут, – добавила, постаравшись тон легкий выдержать, не выдать своего истинного состояния, где ощущение сожаления засквозило бы. – Не люба я ему. Хотя, кое-кто считает иначе.

– Время покажет, – остановил Нептун дочь. – Обещания от тебя жду, благоразумного поведения.

Не ждал, а вырвать пытался. Усмешку сдержала. Себе не изменял отец. Владыкой оставался даже сейчас, на уступки идя.

– Как бы не сложилось, сюда не вернусь, – отрицательно покачав головой, обронила Алеста вслух. – Земля мне ближе. Прости, отец. Лгать не хочу.

– Хоть покажешь, кто сердечко твое тронул?

Вопрос отца вызвал усмешку. Даже не усмешку, а смешок. Прыснула, ладошкой ротик прикрывая. Как-то очень смутно представляла себе вероятную встречу. Точно знала, отец на сушу – ни ногой. Это у неё – способность к перевоплощению. А то бы уж точно, давно лично явился, чтобы забрать заблудшую дочь домой.

– Прости, – попросила, а в красивых глазках бесячные искорки заплясали. – А ты ему в каком виде собрался виться?

– Стыдиться за меня точно не придется, – заверил Нептун, сведя брови к переносице, на дочь глянув. – А увидеть того, кто дочь из дома уводит, право имею.

Имеет. Не спорила. Если бы уводил. Сильно сомневалась, что… А очень хотелось. Впервые в жизни готова была уступить. Мужчине. Земному.

– Я подумаю, – пообещала Алеста, обнимая отца. – Если официальный прием окончен, пойду прогуляюсь по коралловому саду.

Неторопливо стала удаляться из зала, ноги в хвост русалочий обратив. Польстила сейчас отцу. Знала, не любит он, когда в подводном мире ногами ходят. Хотя… Была у нее еще одна особенность. Могла иногда пошалить и вместо одного трансформировать у себя сразу два хвоста. Получались такие, две русалочьи ноги с плавниками…

Глава 18

Утро без Николайте

Сам не понимал, что шло не так. Второе утро без Николайте. Ну, ведь, получил, что хотел. Команда без девчонки. Тишь, благодать. И следить не надо, в чем из комнаты выходишь. Хоть, в чем мама родила. Утрировал, конечно.

С другой стороны… Не хватало. Звонкого голоска. Задорного, девчоночьего смеха. Порхающей, словно бабочка, по кухне в легком сарафанчике… Настроение поднимала одним своим присутствием…

– Что хмурый? – раздался за спиной голос Изместьева.

Еще один, почти без выходных, работающий. Что ж за команда-то подобралась. Одна часть – бойкоты необъяснимые, вторая, как те роботы…

– Да так, мысли разные, – отозвался, с чашкой горячего кофе направляясь на улицу.

Ребята только начали подниматься. На вышку к восьми. Как раз первые туристы/отдыхающие к воде подтягиваться начинают. Не спится же некоторым. На отдыхе по полной надо отрываться. В том числе и что касается сна.

– Попробую угадать, наша Русалка? – перехватив вопросительный взгляд Валентова, Макс сдержанно и, одновременно понимающе, усмехнулся.

Нравилась девчонка мужику. Однозначно, – сделал для себя вывод Кирилл. Только, в отличие от Вика, в руках себя держал. А, может, не на столько нравилась, чтобы гонор начать показывать.

– Не в том контексте, о котором мыслишь, – качнув головой, заметил вслух. – С родней ее понять не могу. В деле, в анкете, какой-то сумбур. Ощущение, что человек ниоткуда. С неба к нам упал. В воде, действительно, как та русалка себя чувствует. Словно из воды вышла. Уверенно держится. Отлично плавает. Ни декомпрессии, ни переохлаждения. Уникум. Верил бы в фантастику, решил бы, что какой-то универсальный солдат для непонятного эксперимента выведен.

И представить себе не мог, на сколько был одновременно и прав, и не прав. А вот как может отреагировать на ту самую правду…

– Ты определился бы, с неба она к нам упала, или, все же, из воды вышла, – не сдержав усмешки, предложил Макс.

– Да судя по тому, что наблюдаю, из воды, – делая глоток из своей чашки, обронил Кирилл.

При этом даже представить себе не мог, на сколько близок к истине находился. На взгляд, брошенный в его сторону Изместьевым, внимания не обратил. О другом, на самом деле, мысли были.

– Ну, может, когда и расскажет, – обронил тот вслух, затем намеренно меняя тему разговора, поинтересовавшись, – С катером есть какие новости?

Относительно Николайте говорить могли до бесконечности. Чувствовал. Только, толку? Пока не откроется её сущность… А вот тот момент даже представлять себе не брался. С Палычем как-то легко всё прошло. Но там и интереса никакого не было, кроме, как к сотруднику. В данном же конкретном случае…

– Есть, – кивнул Валентов, нарушая размышления Изместьева. – Выведен из строя вручную. Мало, клапан. На дне бака – песок.

– Сука… – вырвалось, хорошо дамских ушей по близости не было. – своими руками, гаденыша, придушу…

Очень не хотелось верить, что среди них мелкопакостный диверсант. Ведь знает же, что людей приговорить может своей выходкой. Ладно, уже себя во внимание не брал. А если на борту поврежденного плав средства окажутся пострадавшие? Сколько раз из воды приходилось доставать. А тут – новое…

– Макс, не доказано, – предупреждающе, с нажимом произнес Валентов. Ему только бесконтрольных разборок не достает для полного комплекта!

– И не докажем, – не скрывая раздражения, обронил Изместьев. – Это уже второй заход. Чудом в живых остались.

Ситуация наипаршивейшая, здесь Валентов не спорил. Вообще, в этой команде достаточно сложно всё шло. Настрой против него откровенный. И, чувствовал, не только и не столько в Николайте дело было. А вот в чем еще, понять не мог. Всеми силами его стремились убрать. Вплоть до физического устранения.

– Докажем, – обронил совершенно спокойно вслух, собственные мысли прерывая. – С соседями вопрос решили. С руководством договоренность есть. Пока не найдем в наших рядах диверсанта, будут страховать. А мы его обязательно найдем.

– Есть кто-то на примете?

Слишком уж уверенно прозвучали слова Кирилла. Ощущение, что, если уж не знал наверняка, так точно предполагал. Причем – процентов так на девяносто.

– Ну, во-первых, никто не снимал подозрения с Вика, – резонно напомнил. – Во-вторых, под подозрением – все. В том числе и ты с нашей очаровательной русалкой.

А вот данное заявление стало новостью. Только что неприсвистнул от удивления. Как-т не принято в команде свистеть. Не сказать, что примета там какая-то, нет. Просто не принято, и всё.

– Ну, спасибо, хоть, предупредил, – обронил Изместьев, не сдерживая чуть ироничной усмешки.

Вопрос, конечно, не шуточный. Но вот ему и Николайте, уж точно нечего опасаться.

– Больше нужного не скажу, – заверил Валентов, допивая кофе. – Что касается Вика… – прожал, ненадолго практически сразу замолкая. – Информация на него не очень хорошая пришла. Ход ей, пока, не даю. В принципе не признаю охоты на ведьм. Пока с поличным не возьму.

То, что выдавал… С самого начала, с самого первого дня своего появления в команде Изместьев сомневался, что новое руководство всю жизнь занималось исключительно спасением на воде. Вел себя по-другому. Был собственный опыт общения, достаточно близкого общения, с людьми несколько иной профессии. Тоже, рискованной для жизни. Только не на воде. На суше…

– Сам-то ты кто?

Вопрос бесконтрольно вырвался. Пойдет ли Валентов на контакт… Похоже, та еще темная лошадка. Навыки бойцовские. То, с какой легкостью и на сколько грамотно противника в нокаут отправляет… Причем, не причиняя последнему никаких серьезных повреждений. Здесь только одно – спецподготовка. Знает, куда и как бить, чтобы…

– Раньше вопроса ждал, – признался Кирилл, допивая кофе. – Скажем так, всего сказать не могу. Права не имею. Да и не особо хочу, – добавил, выдерживая взгляд собеседника. – Не все воспоминания несут заряд положительных эмоций. Но… – после короткой паузы, кивнув, словно догадку Изместьева подтверждая, признался, – Спецподготовка. Из той серии, когда не просто в команде, в связке действовать приходится. Спина к спине. И права не то, что на ошибку, на оплошность не имеешь. Сам сдохнешь и остальных за собой потянешь.

Время, о котором вспоминать не хотелось. Да и, чего скрывать, старался не вспоминать. Закрыться. Максимально. Не совсем получалось. Слишком близким то прошлое еще было. Картины сами в памяти всплывали.

– Жестко.

– Страшно, – поправил Кирилл своего зама. – И в какой-то момент понял, что пора остановиться. Пока сам не стал тем, с чем борюсь.

Долго восстанавливался, уйдя на гражданку. Спать нормально ночами только недавно стал. А, может, просто одно на другое наложилось: уход со службы, расставание с женой. Кардинальная смена места службы.

– Личному это не мешало?

О чем спрашивал Изместьев? И, уж точно, не из праздного любопытства. Мог не отвечать. И дальше продолжая прятаться в собственную ракушку, когда требовалось просто выговориться. И, вот она, возможность… Не у психолога…

– С пистолетом под подушкой не спал, если ты об этом. Жену во сне придушить не пытался, – заверил, взгляд Изместьевва выдерживая. – То, что случилось по итогу, наверно закономерно. Жене, любой женщине вообще, мужик рядом нужен. Плечо она его сильное должна постоянно чувствовать. А когда он без конца спасает мир от зла, о доме и любимой женщине вспоминая исключительно в периоды коротких передышек, хорошего не будет. Да и сам остываешь. Со временем не любимую женщину перед собой видеть начинаешь, а, в лучшем случае, все понимающего друга. Ладно, оставим, – резко остановил самого себя. – Давай, на обход и вышки. Вчера море странно гудело.

Не готов был о многом еще говорить. А уж о разводе, и подавно. Не перегорело. Точнее, нет, не совсем так. Или, совсем не так. К бывшей – перегорело. Причем, кажется, давно. Принять не получалось факта самой измены. Никак понять не мог, почему было просто, по-взрослому, не разойтись. Тихо, спокойно. Без серьезных катаклизмов.

– Главное, чтобы цунами какое не накрыло, – обронил Макс, в сторону морского побережья взгляд бросив.

– Да вроде сейсмоактивность в норме, – пожал плечами Кирилл, пояснив, – Ответ сегодня пришел. Сейсмологи сами вопросом задались, что у нас тут за хрень. Вроде зона не активная в данном плане.

Отчасти, верно. Отчасти…

– Ну, как посмотреть, – вслед за Валентовым направляясь в дом, продолжал Макс. – Лет так двадцать назад и нас тряхнуло. Для не сейсмоактивной зоны, достаточно ощутимо. Переполоху тогда было. Люди пол ночи вне домов провели. Повторения боялись. Не одно поколение на этой земле выросло, понятия не имея, что такое подземные толчки.

Хотя, очень надеялся, что на их век повторения, все же, не придется. Пацаном в то время был, но отлично всё помнил. Ощущения, далекие от приятных. Сколько литературы потом перелопачено было в поисках ответа: почему? Как выяснилось, бывали и в этой области, далекой от сейсмоактивной зоны, землетрясения. В далекие, правда, времена. Но, видимо, где-то, что-то, «проснулось».

– Вот и сейчас, вполне могло тряхнуть где-то на глубине, – резонно заметил Валентов, убирая чашку в шкаф. – Не гудит море просто так. Причина какая-то должна быть. Ну, или я вообще перестал что-либо понимать в климате, – проворчал, направившись к себе.

Что мог ответить, особенно на последнюю реплику руководства, Изместьев? Не правду, однозначно. Догадывался, с чего вдруг море могло «запеть». Учитывая, что Алеста к своим отправилась… Наверняка снова разговор зашел о её необходимости вернуться в родные пенаты. Но, если до сих пор не вернулась…

– А у нас снова минус один сотрудник на сегодня?

На кухне появился Вик. Тон говорил за себя. Черт, как парня утихомирить.

– А она каким-то образом ломает наш график? – не понял Макс, в некотором недоумении слегка изогнув бровь.

На вышки Алеста не ходила. С ее непереносимостью жары и солнца… Последний такой заход на дежурство едва не стоил больших неприятностей им всем. К счастью, до владыки морей не дошла информация.

Черт, чувствовал себя этаким умалишенным слегка, рассуждая о морском владыке.

– А у кого-то дни рабочие ставятся, – едко снова обронил Вик.

– А ты не забыл, что девчонка несколько собственных выходных отпахала здесь? – не удержался Изместьев от резкого выпада. – Причем, за вас, в том числе. Или, что, классно за её счет выезжать? На амбразуры она кидается, не вы.

Впрочем, это он до кого сейчас пытался достучаться? Его же не просто не слышат. Его не желают слышать! Там, стучи не стучи, останешься без ответа. По собственным правилам человек живет.

– Обвинения на свой счет не принимаю, – парировал Виктор, заваривая себе кофе. – Мой законный выходной. Считаю нужным, остаюсь. Не считаю, естественно, отправляюсь по своей программе.

– В таком случае, о чем мы говорим, – пожал плечами, поинтересовался Макс, направившись из кухни. Задержавшись около Вика, тише добавил, – совет послушай, остановись. Не зарывайся. Не надо.

По-хорошему, почти по-дружески, предупреждал и, даже, просил…

– Интересно, – заговорил достаточно громко Вик, оборачивая вслед за Изместьевым. – А у нас принято начинать гнобить всех, кто неугоден Валентову?

Новость. Макс аж бровь в недоумении приподнял. О каком гноблении речь шла, понять бы. Для начала. Да и первый момент – не угоден Валентову. Вот кто, а именно этот человек вообще еще никого не уволил. Не смотря порой на открытый саботаж. Терпение у мужика, позавидовать можно.

– А ты за языком следи, – посоветовал Максим, останавливаясь на пол пути. – Это у тебя какое-то отношение, откровенное предвзятое, к человеку с того момента, как Алеста ясно дала понять, что не интересен ты ей. Кстати, она давно это дала понять всем нам здесь, а не только тебе. Тебе отдельно, персонально объяснила. В чем проблема? Или с пониманием человеческой речи, что-то не так? Могу устроить повторное прохождение комиссии.

Серьёзно слова звучали. Хотя, в действительности, всеми силами старался от конфликта уйти. Если только Вик сейчас снова начнет бездумно кулаками махать… Не ко времени будет конфликт. Может ведь и намеренно провоцировать. Есть такое у человека. Гаденьким по факту оказался. На удивление долго свою истинную сущность скрывал.

– То есть, это нормально, что она своих кидает, а с чужаком, который в ней и человека-то не видел, готова на край света. Бегает за ним, как…

– У меня ощущение, Вик, что с подростком разговариваю, – признался Изместьев, короткую паузу выдерживая. – Не нужен ты Николайте. Не-ну-жен, – повторил по слогам. – Её право, кого выбирать. Чужак, значит, чужак. Хотя, не знаю, своим Валентов давно уже стал. Работы не боится. В отличие от тебя, в море и в шторм выходит, если надо. Вот таких идиотов, как ты, в управлении отбивает.

– Один остаться боится. Без команды, – откровенно съязвил Виктор.

Невозможно. Изместьев мысленно чертыхнулся. Вслух лишнего в данный момент произносить опасался. Учитывая намерение собеседника вывести его из себя… На провокации поддаваться не собирался.

– У него Алеста за всех нас. Поверь, даже вдвоем прекрасно справятся. И всё, Вик, останавливаемся на этом. Ересь ты несешь откровенную. Слушать не желаю. А вот ты к совету всё же, прислушайся. Остановись, не доводи до греха. Не поймут тебя в команде, если какая гадость наружу вылезет.

Как достучаться до человека, представления не имел. Никакие разговоры не помогали. А мозги свои, ну, не вставишь. К сожалению. О чем человек думает, непонятно. Терпение Валентова точно не безгранично. И еще один момент. Если только узнает, что Алесте существует угроза со стороны именно Вика… Вот тут черт его знает, как поведет себя.