Текст книги "Дружеский роман (СИ)"
Автор книги: Ника Верон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)
– Девушка, – совершенно неожиданно окликнул её мужской голос. Резко остановившись, оглянулась. Рядом с ней остановилась непрезентабельная машинка, из которой вышел такой же непрезентабельный молодой человек. – Я – вас, – ответил он на её немой вопрос.
Она устала и хотела домой. Хотела выгулять Глашку, принять душ и забраться на диван с книжкой или просто посидеть под какой-нибудь сериал. Вот только воспитание не позволяло посылать людей ко всем чертям, когда тем необходима помощь. А в том, что человеку требуется уточнить маршрут, сомнений не было. По всей видимости – очередной турист, либо чей-нибудь родственник или друг недавно переехавшего в их городок нового обитателя.
– Я вас слушаю, – Рита постаралась выдержать ровный тон. Вот именно сейчас ни с кем вообще не хотелось общаться.
– Это вам, – сообщил между тем молодой человек, извлекая из машины и преподнося ей огромный букет красно-кремовых роз.
Такой красоты до сих пор видеть не доводилось. Ну, разве только в фильмах-мелодрамах о красивой любви с безумной страстью. Учитывая же, что в её жизни не было ни того, ни другого и она определенно не подходила под героиню любовного романа…
– Мне? – с сомнением прозвучал вопрос, с тем же сомнением поинтересовавшись, – Вы ничего не путаете? – даже представить себе не могла, кому в голову пришла идея оформить для неё вот такой букетище, да еще, определенно, с дизайнерской проработкой. Если только…
– Вы – Рита, – продолжал тем временем молодой человек, кажется, ничуть не удивляясь её откровенной растерянности. – Маршрут автобуса из Советска, только что проследовавший на Калининград.
– Всё верно, но…
– Там карточка, – курьер, а по всей видимости, как начала догадываться Рита, это был именно он, убедившись в том, что дама просто так принимать цветы не планирует, попытался внести некоторую ясность в делаемую им доставку. – Думаю, тоже вам.
Карточка. Ну, конечно, этакое послание. Витиеватым шрифтом на картонке небольшого формата, по внешнему виду, стилизованному под цвет старой бумаги со слегка пожелтевшими краями, было отпечатано вполне сдержанное, без лишних эмоций сообщение: «Спасибо за отличную экскурсию. Вы были великолепны в роли гида и в качестве собеседника. Алексей».
– Да, похоже, действительно, мне, – вынуждена была Рита констатировать очевидное. И когда только успел… – Я должна где-то расписаться? – спросила она, припоминая доставку цветов в сериалах и фильмах.
Еще с минуту стояла посреди тротуара в начале своей улицы, с шикарным букетом в руках, задумчиво смотря в след давно уехавшему автобусу. Слишком много внимания и благодарности за сегодняшний день от одного человека. От человека, с которым, по сути, была едва знакома.
4
Самый запад России. Он говорил о дружбе. Вот только… Как реагировать на знаки внимания, которые, по мнению самой Ритки, выходили за рамки «просто дружеских», не представляла. Прежние её приемы на него, как показала собственная практика, не действовали. А вот применять более решительные меры как-то совсем не хотелось.
– О, Ритка, от любовника, что ли? – встретила её появление во дворе Любаша, соседка по дому, мать четверых детей.
Никогда не унывающая молодая особа, чему Коташова не переставала удивляться. В их времена родить одного-то – подвиг. А уж решиться на четверых сродни безумному геройству. Люба без конца готовила, стирала, убиралась и воспитывала. И, самое интересное, ей это всё, кажется, очень нравилось.
– А то, – подыграла ей Коташова, приближаясь к скамье, на которой, выгуливая самого маленького малыша, обитающего еще в коляске, сидела Любаша. – Хоть цветами взять, – продолжала она, останавливаясь рядом. – Всё не за спасибо.
Пожалуй, в их доме Люба была единственным человеком, которого личная жизнь Коташовой особо не интересовала. В отличие от других соседей, не стремилась выяснить, кто приходил к ней минувшей ночью, а кто это «уходил так рано». Она была занята своей личной жизнью, своими детьми и любимым мужем, обеспечивающим семью. В то же время была в курсе в общих чертах перипетий на личном фронте соседки, одновременно считая те исключительно Риткиными проблемами.
– Точно, – согласилась Люба, наградив одновременно одного из своих отпрысков таким взглядом за какую-то очередную шкоду, что у того вмиг отпало какое-либо желание и дальше рисковать материным спокойствием. – Пусть раскошеливается, – закончила она с откровенной иронией в тоне.
– Благодарный турист преподнес, – всё же пояснила Рита, добавив, – Я с ним с восьми утра по Советску лазила. Устала, как собака. Да еще жара такая.
И от жары не спасал даже легкий сарафан. Хотелось снять с себя в буквальном смысле – всё! Да и автобусы на внутренних линиях до сих пор, в большинстве своем, были без каких-либо удобств. Здесь имелись ввиду, конечно же, кондиционеры. А открытые люки не сильно помогали.
– А ты не говори никому, что турист, – тут же вставила Люба. – Пусть остальные завидуют, – под остальными, по всей видимости, подразумевала соседей. – Букет шикарный. Стоит наверно, как Тонькина коляска, – вот такого сравнения Рита точно не ожидала, а Люба тем временем, уходя от разговора о цене букета, продолжала, сконцентрировав внимание на другом, – Кстати, у тебя плечи не сгорели? – не смотря на шифоновую накидку, предусмотрительно приобретенную для неё Константиновым, солнца прихватить, в самом деле, успела. – Совсем красные. В цвет роз почти. Ночью спать-то сможешь?
Ну, здесь Люба, определенно, слегка перегибала. Плечи, конечно, солнышка сегодня немного перебрали, но лично для неё – не критично. Ну, а потом пришел спасительный палантин. И вот сейчас за проявленное к ней внимание со стороны сегодняшнего кавалера была искренне благодарна. Сама не догадалась нечто подобное из дома прихватить.
– Нормально всё будет, я уже хорошо морского солнца взяла, – заверила Коташова, в целом не лукавя. Сгореть на солнце ей, действительно, было крайне сложно благодаря слегка смуглой, при этом совершенно не бросающейся в глаза, от рождения коже. Хотя, пару раз за свою жизнь из-за собственной самонадеянности «подпалиться» умудрилась. Причем, уже будучи достаточно взрослой. – Сойдут завтра-послезавтра, – продолжала она, глянув в сторону подъезда, добавила, – Пойду, Глашку выводить надо.
– Она выла у тебя там, – тут же сообщила Люба.
Новостью полученное сообщение не было. Глашка была любительница устроить соседям бесплатный концерт, оставшись одна или, как сегодня, не оказавшись вовремя выведенной на улицу, когда слышала остальных гуляющих сородичей из своей «стаи». Удивительно, как вот тут соседи до сих пор не высказывались.
Впрочем, нет, был один эпизод в их с Глашкой жизни, правда, соседи до сих пор считали, что ей ничего о том неизвестно. Глашка только появилась в доме, как нашлись те, кому это тихое существо помешало. И начался сбор подписей за то, чтобы в принудительном порядке заставить Коташову усыпить Глашку. Только на счастье и Риты, и самой Глашки, часть соседей от подписей отказалась. Просто в одной из квартир оказалась собачка, а в другой – кошка. Судя по логике соседей – и тех, в таком случае, требовалось усыпить. И о данном эпизоде Рите тоже поведала всезнающая Любаша.
– Естественно: мамка непутёвая загуляла, ребёнка в срок не вывела, – с усмешкой обронила между тем Рита, направившись в сторону дома.
Сейчас предпочла бы душ и диванчик в прохладной квартире. К вечеру там, действительно, становилось прохладно. Вместо этого предстояло вести хвостатое существо на выгулку. И раз уж всё равно завтра не на работу, можно походить и чуть дольше привычного часа. Может и самой получится «остыть».
Глашка её появление встретила с нескрываемым восторгом. Впрочем, кто бы сомневался. Тем более, учитывая тот факт, что практически весь день провела в одиночестве. Два кота в расчёт не брались. Она вообще их просто терпела. Правда, самого младшенького, «помойного подобрыша», как называла его сама Ритка, подпускала даже к своей миске. А будучи крохотным котенком, тот порой там и спал, удобно устроившись на Глашкином корме. Так что для Коташовой распространенная фраза – «Живут как кошка с собакой», подразумевала далеко не вечные склоки. У неё с собственными питомцами перед глазами был совершенно иной пример.
Лишь на мгновение задумавшись, Ритка переодела только обувь. Вернее – переобула, решив, что для вечерней прогулки сойдет и сарафан, в котором общалась с Константиновым. Ну, в конечном счете, не огород же ей предстоит копать, а всего лишь выйти с собакой, которая и так уже своим радостным лаем оповестила, пожалуй, весь дом о предстоящей выгулке. И хотя время не позднее, Рита старалась ограничивать её громогласные радостные «возгласы».
Тихо чертыхнулась, когда мигнул экран телефона. В одну из соцсетей пришло сообщение. Просто поразительно, как данная личность чувствует появление ее персоны дома.
«Надеюсь, погода у вас замечательная, и день проведен на море», – прилетело от таинственного незнакомца. Переписка, ни к чему, с одной стороны, не обязывающая, продолжалась уже больше полугода. Периодически «писарчук», как прозвала его сама Ритка, пропадал из сети на какое-то (причем – сравнительно длительное) время. Уже переводила дух, полагая, что наигрался и отстанет, как тут же нарисовывался снова.
«Погода отличная. Но вот где я провожу время, в том числе и выходной, думаю, вас не касается. Не находите, что вопрос слишком личный»? – отправилось в ответ.
Странно, но совершенно неожиданно появилось необъяснимое раздражение. Вот уж отчитываться ни перед кем не обязана.
– «Вас кто-то обидел?» – пришло в ответ в тот момент, когда спускалась с Глашкой по лестнице.
Тихо выругалась. Чего сейчас больше всего желала – прохладный душ, стакан минералки и любимый диванчик. В полной тишине. Учитывая, что «писарчук» объявился вновь…
«Устала. И совсем не против, если оставите меня в покое» – улетело в ответ спустя минут так десять, когда дошла с Глашкой до площадки. Не хотела она… Открытие! Она не хотела не только с товарищем из соцсетей общаться, а вообще – ни с кем! Кроме Константинова…
Глава 15
август 2021, вечер
1
Самый запад России. От областного центра до курортного городка всё же взял такси. Тащиться по жаре еще энное количество километров в общественном транспорте, при возможности минимизировать неудобства, хотелось меньше всего. Жара сегодняшнего дня сдавать свои позиции не собиралась. Даже – к вечеру.
Ему потребовалось где-то часа полтора, чтобы привести себя в порядок после достаточно длительного путешествия практически на другой конец области. Ещё находясь в пути, зарезервировал на вечер столик в одном из кафе на побережье. Сидеть сегодня в номере не было совершенно никакого желания. Причем – как в одиночестве, так и в компании. Настроение… Вот такого настроения не припоминал за собой давно.
Глянув на часы, направился этажом выше. Туда, где находился номер сына. По самым точным данным, молодежь вернулась с какого-то очередного своего рандеву как раз перед его появлением в отеле. По крайней мере, такую информацию ему озвучили на ресепшне.
Константинов-младший в недоумении смотрел на отца. С Ладой тот знаком давно. Но вот чтобы… Как-то ухаживаний за юной особой со стороны Константинова-старшего до сих пор не замечалось.
– И это что означает? – поинтересовался парень, переведя взгляд с преподнесённого девушке букета на отца.
Судя по настрою – отец в отличном расположении духа. Да и Лада буквально засияла от счастья, получив, по мнению Дмитрия, дежурный букет, далекий от индивидуальной сборки. Или отец слишком сильно сэкономил, что совсем на него не похоже.
– Любимой женщине периодически не мешает дарить цветы, – заметил вслух Алексей, подарив будущей невестке достаточно теплую улыбку.
Да, с настроением у него сегодня все просто замечательно, чего нельзя было сказать о Дмитрии. Выходка отца как-то не располагала к лёгкому общению. Хотя, вроде, и предпосылки к конфликту отсутствовали.
– И всё? – слишком напряженно прозвучал вопрос молодого человека.
И вряд ли Алексей не обратил на это внимания. Только сегодня у него самого настрой был другой. Пожалуй, впервые за последние несколько лет, нет, не год, не два, а именно – несколько лет, чувствовал легкость от общения с людьми. Непонятный подъем, объяснения которому и сам пока не находил…
– И всё, – подтвердил Константинов-старший, утвердительно кивнув и, обращаясь к девушке, поинтересовался, – Лада, этот товарищ, когда последний раз проявлял свое к тебе внимание таким вот дедовским способом?
– Алексей Петрович… – Лада в растерянности хлопнула своими длинными ресничками, в недоумении глянув на молодого человека.
Будущий свёкор своей не совсем обычной манерой поведения привел в откровенное замешательство и, кажется, от его сына сейчас надеялась получить хоть какое-то объяснение.
– Может еще и в окно этаже так на десятом залезть предложишь? – полюбопытствовал Дмитрий, внимательнее присматриваясь к отцу, пытаясь понять, на сколько тот пьян, хотя спиртным от него, вроде, не веяло. – Кажется – прадедовский способ, – припомнил он.
– Не, десятый – высоко, – на мгновение вроде как задумавшись, без тени сомнения возразил Константинов-старший.
– Ну, слава Богу, – Димка, театрально с облегчением вздохнув, вновь глянув на букет, поинтересовался, – На этом, надеюсь, всё?
– А что еще должно быть? – задерживая на сыне взгляд, не понял Алексей.
– Ну, не знаю, – пожал тот в свою очередь плечами, с тенью ехидства в голосе продолжая. – Вам двоим виднее. Может я уже лишним стал, у тебя там, в кармане, кольцо не припрятано, нет?
На этот раз Константинов ответил не сразу. С минуту очень внимательно смотрел на сына, по всей видимости силясь понять, на сколько тот серьезен. Получить конфликт на ровном месте не хотелось. Устал. А с Димкиной ревностью справиться никак не получалось.
– Лада, серьёзно, этот парень ревнует? – полюбопытствовал он, при этом придав тону тень легкости. Ну не собирался провоцировать сына на выпад. Вот именно с этим парнем менее всего желал получить конфликт.
– Совершенно нет, учитывая, что букеты от моего отца моей девушке – дело обычное, – не удержавшись, младший Константинов.
Был один момент, который до сих пор не давал покоя. Момент из недалекого прошлого. Момент совместной встречи нового года. Отец тогда пол ночи не сводил с девушки глаз. Поговорить же по этому моменту всё никак не получалось.
– Так, ребята, разбираться с ревностью будем позже, а сейчас приглашаю поужинать в ресторане с видом на море, – заговорил Алексей, намеренно уходя от опасной темы. – Отказы не принимаются, – добавил он, догадываясь, что именно сейчас может получить в ответ на приглашение от любимого сына. – Столик заказан. С меню определимся на месте.
– Я только цветы поставлю, – сообщила Лада, бегом бросившись в комнату в поисках чего-либо, похожего на вазу.
Кажется, была рада благополучно завершившемуся выпаду со стороны обоих мужчин. Тем более, что лично сама не видела большой трагедии в преподнесенном букете. Обычный дежурный букет, не требующий серьезных затрат. Так, знак внимания. В данном случае – к почти родственнице.
Пока Лада разбиралась с цветами, Константинов-старший окинув взглядом комнату, обратил внимание на брошенную на столике под телевизором книжицу, как секунду спустя выяснилось – рекламный буклет какой-то туристической фирмы.
– Это мы куда собираемся? – глянув на молодого человека, поинтересовался он, перевернув пару глянцевых листов. Качество бумаги было первоклассное, как и фотопечать.
– На восток, – продолжая внимательно наблюдать за отцом, произнес Константинов-младший. Ну не давал ему покоя настрой «звезды». – Экскурсия получается объемная, на весь день. Вот думаем с Ладой. Говорят, там архитектура немного другая. Интересно посмотреть.
Короткие, обрывистые фразы. В такой манере парень начинал разговаривать, когда что-то держало в напряжении. Последний раз так общался с сыном после выписки Лады из больницы с так называемым постковидным синдромом. Димка тогда, не смотря на собственное медицинское образование, находился в растерянности.
– Другая, сын, – задумчиво обронил Константинов, вернувшись к изучению буклета. – И когда планируете? – поинтересовался он, перевернув еще страницу. А вот тут фотографии оказались… до боли знакомые. Буквально несколько часов назад был там. Проездом. Всего несколько минут, но, тем не менее…
– Пока не решили, но скорее всего, следующая суббота, либо воскресенье, – Димка, помедлив, сделал в направлении отца шаг, неторопливо продолжая, – В выходной здесь людей перебор. Сегодня днем на пляже яблоку негде было упасть. И по городу особо не походишь. У людей выходной. По всей видимости и местные к морю выбрались. В общем поговорили и решили отправиться в маленькое путешествие.
– В компанию возьмете? – спросил вдруг Константинов-старший.
Идея, которая появилась… Вот уж, действительно, сродни мальчишеству. В юности ничего подобного в голову не приходило. С другой стороны – была ли юность. Военное, ранний брак, слишком быстрый развод, рождение сына, ради будущего которого выкладывался по максимуму.
– Да не вопрос, – нарушил его не самые веселые размышления Димка. – Если тебе это, конечно, действительно интересно, – добавил он тут же, чем вызвал неподдельное недоумение самого Константинова.
– А почему нет-то? – не удержался тот от вопроса.
– Ну, ты, вроде, по своей программе.
И снова в тоне проскользнуло необъяснимое, во всяком случае для Алексея, ехидство. Мог предположить, что сын ревнует, если бы отлично того не знал. Петрову принял совершенно спокойно, а там отношения практически сразу перешли из стадии постельно-дружеских в законно супружеские. А меньше чем через год еще и Никита родился, на которого значительная часть внимания переключилась.
2
Самый запад России. Что с ним происходило сейчас, понять никак не получалось. Не ревность. Уже радовало. Только еще подростковых сцен недоставало. В таком случае – что? Разобраться бы раньше, чем серьезные проблемы начнутся!
– Сын, ты, по-моему, давно вышел из того возраста, когда на прогулку за ручку водят, – не удержался от соблазна съязвить, Константинов-старший, без намека на иронию добавив, – У самого есть, кого водить.
– Есть, – не стал отрицать очевидного Дмитрий. – Только тебя же одного без присмотра оставлять на долго нельзя. Ты то влюбляешься, то в спасателей играешь.
– Здесь не Сочи, пальм нет, – слишком резко прозвучало замечание Алексея. И имелся ввиду, определенно, его последний брак.
Да, очередная поспешность… Впрочем, не совсем так. Не скажи тогда Петрова о своей беременности, не было бы и никакого брака. Процентов на 99 – не было бы. Но ребенок… Больной для него вопрос.
– Зато есть море. Необычная архитектура, – неторопливо продолжал Дмитрий, при этом продолжая внимательно наблюдать за отцом. – Особенный воздух, так, кажется, было сказано на днях. И сегодня твоя милость куда-то исчезала на весь день, причем – с раннего утра.
– Моя милость наслаждается полной свободой, – поправил Константинов сына, улыбнувшись вернувшейся к ним Ладе. – Так понимаю, букет наконец-таки определен в вазу и столик нас, всё же, дождется.
А в действительности просто появилась веская причина прекратить разговор на тему, с которой пока и сам до конца не определился. Вот чего ожидал от себя в последнюю очередь, так это очередного… нет, не просто знакомства или увлечения. Здесь всё было бы предельно ясно.
Его тянуло к женщине, которая… Далеко не его круга. Нынешнего круга. И вот тут, прежде чем предпринимать какие-то дальнейшие шаги на сближение, следовало для самого себя принять единственно верное решение. Он действительно хочет обычного общения? Дружбы? Или… Вот это «или» и не давало покоя. Ему не давало покоя.
Теплый вечер. Мягкий свет уличного освещения. Тихая музыка, не мешающая разговору. И если бы не его повисший в воздухе развод с Петровой, можно было бы сказать – никаких проблем. Или – почти никаких. У человека в принципе не может не быть проблем. Просто по своей сути те разные по своей проблематичности.
В какой-то момент Лада выпорхнула из-за столика «припудрить носик», оставив мужчин одних. Милая девочка, постепенно становящаяся прежним живчиком. А Алексей снова поймал себя на мысли, что… завидует сыну.
По-доброму завидует, хотя и говорят, что зависть не может быть доброй. Зависть всё равно остается завистью. Человеку нужен человек, нужна вторая половинка, которой можно доверять, как себе. Которая пусть словом, но поддержит в сложный период. Которую хочется оберегать, баловать, любить и радоваться, наблюдая за тем, как от элементарного к себе внимания та светится от счастья.
– Дим, ты что на меня так смотришь? – полюбопытствовал он, проводив будущую невестку задумчивым взглядом.
Если у парня снова взыграла ревность… Никогда не думал, что столь сложно будет объяснить свое исключительно отеческое отношение к будущей невестке.
– Да понять пытаюсь, где ты сегодня был, – признался Дмитрий, отложив на время вилку. С аппетитом – заметные проблемы. Не припоминал он, чтобы у отца в прежние времена случались чудачества. Да и к Ладе до сих пор относился ровно, без каких-либо проявлений уж слишком личных знаков внимания.
– Где был, там уже нет, – обронил Алексей, возвращаясь к морскому ассорти. Вот морепродукты любил всегда. Хотя бы в данном вопросе сохранялась стабильность, – без видимого раздражения подумалось Константинову-младшему.
– Знаешь, а я в том не сомневаюсь, учитывая, что за одним столиком сидим, – не удержался Димка от соблазна съязвить.
– И что не так? – отвлекаясь на время от своей тарелки, поинтересовался Константинов.
Учитывая, что ел последний раз часов так около двенадцати дня, сейчас предпочел бы сперва спокойно завершить ужин, а уже потом заниматься разбором полетов. Хотя, с другой стороны, вроде давно вышел из того возраста, когда необходимо кому-либо предоставлять отчет за свои действия.
– Твой настрой, – вновь коротко обронил Дмитрий.
– Нормальный у меня настрой, – пожав плечами, проворчал Константинов.
Вот свое состояние он сегодня, да еще с сыном, обсуждать был не готов. В последнее время и так слишком много информации выдал парню. Пора бы и остановиться. Так, ради всеобщего, а не только собственного, спокойствия.
– Угу. Совсем нормальный, – кивнув, очередной раз за вечер съязвил молодой человек. – Цветы моей девушке. Приглашение нас на ужин. Па, я тебя в таком приподнятом настроении с момента твоего брака с Петровой не помню, – и вот этот-то факт покоя и не давал. – Нам с Ладой к чему готовиться?
– К моему обществу на протяжении тех десяти или скольких там дней, что остались до конца нашего здесь совместного пребывания, – отложив все же на тарелку вилку, Константинов, внимательно посмотрев на сына, поинтересовался, – Не против?
– Так понимаю, свидание состоялось, – уходя от ответа на прозвучавший вопрос, констатировал Дмитрий, не переставая наблюдать за отцом. – И… – выждав с секунду и видя, что отец не торопится что-либо сказать в ответ, не сдержав усмешки, постаравшись сохранить серьезность в тоне, попросил, – Бать, ну давай не будем в детский сад играть. Я же сказал…
– Да я пока сам не знаю, – совершенно неожиданно выдал Константинов-старший.
– В каком смысле? – а вот сейчас во взгляде молодого человека отразилось вполне искреннее недоумение. – Па, подожди, у тебя, что, после Петровой проблемы? – вот с этой дамой разрыв был не из простых и до сих пор дело не доведено до логического завершения. – Но я же так понял, что у тебя там…
– Да не в Петровой дело. И не во мне, – добавил Алексей, понимая, что, потеряв на мгновение контроль над собственными мыслями, по сути создал новую проблему. – Вернее, – глянув на парня, неожиданно резко остановил разговор, предложив, – Так, сын, давай остановимся.
– Давай остановимся, – согласился Димка не без интереса глянув на отца, у которого в тот момент «заиграл» мобильный…
Кто звонил?.. А вот тут Димка был уверен, что на этот раз не Вешник. Поднявшись из-за столика, Константинов-старший уже на ходу «снял» трубку. Вешник бы перезвонила. Это – первое. И второе – во время ее звонков Алексей Константинов, обычно, не отходил в сторону. Значит звонил кто-то другой. И уж точно не по работе. Здесь тоже никогда не было тайн. И та поспешность, с которой вышел из-за столика говорила об одном – боялся, что звонящий сбросит звонок…
3
Самый запад России. Она планировала провести спокойный вечер под пару серий сериала «Перекрестка любви», в главной роли которого вот уже второй сезон подряд снимался Алексей Константинов. Красивый сериал, с красивыми актерами. Даже с относительно «съедобным» сюжетом, что для женских мыльных опер редкость крайняя, из-за чего Коташова и смотрела те не часто.
Настойчивый звонок в дверь сообщил о нежданном визитере. Ритка не сдержала усмешки. не стерпела Маслова. А в том, что это именно она – сомнений не было. Можно было, конечно, сейчас не открывать, вот только не было никакой гарантии, что обозначенная личность не начнет названивать по телефону. А занимать сегодня на долго телефон, тратя время на пустой разговор не хотелось. Устала. Да и – не только. В себе разобраться хотелось. Спокойно, без чьего-либо вмешательства.
– Ну как прошло? – без какого-либо вступления, даже забыв поздороваться, полюбопытствовала Маслова, не скрывая своего интереса. – Ты его уже отправила в нокаут? Или всё же дала шанс?
Поток вопросов Масловой вызвал усмешку Коташовой. Кажется, да нет, не кажется, а, по всей видимости именно так и было, подруга за её будущее переживала куда больше, чем она сама. Удивительно, как у дверей не встречала.
– И тебе не хворать, – не удержалась Рита от соблазна съязвить. – Сейчас, – скрывшись на минуту в комнате, вынесла в прихожую вазу с букетом, поинтересовавшись, – Вот это, эксперт по любовным делам, можно расценивать, как еще один шанс?
Какой ожидалась реакция Масловой? Ну, по крайней мере, далеко от сдержанной. Тем более, учитывая сколько усилий прикладывала к увещеванию старшей подруги не глупить и отнестись максимально благосклонно к неожиданному ухажеру. А в том, что всё не просто так с его стороны, лично у Ксюха не возникало никаких сомнений.
– Рита, это – шансище, – восторженно прозвучал голос гостьи.
Букет ту, определенно, восхитил. Правда, вот тут с подругой Рита готова была и согласиться. Розы сами по себе были шикарны, а учитывая оформление.
– Думаешь?
Ла, букет выглядел достаточно презентабельно. Только сама Рита рассматривала его скорее, как знак благодарности со стороны так называемого представителя сильной половины человечества, чем какой-то сверх серьезный знак для собственного будущего. А то, что выглядел шикарно… Человек мог себе позволить слегка «шикануть».
– Ого, отличный знак – появились сомнения, – не унималась Маслова, продолжая в своей манере легкой иронии. – О следующей встрече договорились? – а вот этот вопрос её, по всей видимости, занимал не в последнюю очередь.
– Ксень, я не знаю, – да, вот в чем была сейчас права Маслова, так это в том, что непримиримая категоричность в тоне Коташовой канула в лету. – Обычный букет в знак благодарности.
Её внимание в эту минуту отвлек «прочирикавший» телефон, сообщивший о поступившем сообщении. А она невольно вздрогнула, увидев имя автора. Вот от кого сейчас менее всего ожидала сообщение, так это… от Алантьева… В другое время, – возможно. – да. Но не сегодня!
«Рита, можно вечером зайти в гости?»
Своевременный прилет, ничего не скажешь. Еще вчера, скорее всего, ответила бы согласием. Уверенным согласием. А вот сегодня представить себе не могла его появления на пороге своей квартиры. Задержав в руке телефон, с минуту размышляла. Да, время, вроде, не позднее. Вот только… На сколько она сейчас хотела видеть этого человека. Да еще Маслова…
– Дорогая, обычный букет в знак благодарности покупается в обычном цветочном магазине по пути, – на этот раз назидательно прозвучало замечание Ксюхи. – Он сколько потратил времени на составление? – поинтересовалась она затем.
Иной раз ей, действительно, начинало казаться, что Коташова не с их планеты, вообще не из их мира!
– Понятия не имею, – слегка поведя плечами, призналась Ритка. – Курьер уже у нас в городе, по пути домой, я только от автобуса отошла, вручил.
Вот сейчас было не до обсуждения с подругой дневного рандеву. На горизонте маячил Алантьев, который дойти до её квартиры сегодня не должен! И родился ответ, который, наверняка, порадовал бы Маслову:
«Я сегодня планирую раньше лечь».
Хотя вот именно в пятницу и субботу Рита позволяла себе засиживаться допоздна, ибо на следующий день не нужно подрываться в шесть утра. И Алантьев об этом, конечно же, отлично знал.
– Та-ак, дорогая, а теперь включай свой мозг, – тон Ксюхи стал назидательно-просветительным, что у Ритки даже улыбку вызвало, не смотря на возникшую вдруг проблему. Иногда подруга сама включала в себе функцию «матери-наставницы». – Сам букет стоит прилично, – продолжала тем временем Ксения. – Причем, поверь, очень прилично. Плюс курьерская доставка. И оба варианта исключают наш городок. Здесь тебе в качестве эксклюзива в газетную бумагу завернут или в сетку с целлофаном. А там розы одна к одной штук сто, наверно и оформление в лучшем случае не по цене самих роз.
«Через сколько?», – прилетел следующий вопрос от Алантьева. Вот с настойчивостью у него никогда не было проблем.
– Ну, не сто, поскромнее будет, – возразила Коташова, задерживая взгляд на букете и вновь возвращаясь к сообщениям на телефоне, спешно отписываясь:
«В 10 уже планирую спать», – солгала она, очень при этом надеясь, что Алантьев не решит позвонить или, еще хуже – появиться на пороге. Бывало и такое, что переписка велась по пути к ней и никакие отговорки не спасали.
– Ну, конечно, он, наверно, сам догадался, что от ста ты в обморок бухнешься и ему обратно отправишь, – откровенно съязвила Маслова, при этом подозрительно посматривая на подругу. Что-то подсказывало, что «записочками» та обменивается не со своим дневным кавалером.
– Ксень…
«Буду через 40 минут. Если согласна», – вновь прилетела «птичка».
Удивительно. К принятому решению добавлена оговорка. В кои-то веки. А она, пожалуй, впервые за весь период общения с этим человеком, почувствовала… легкое раздражение. Он, в самом деле, никогда не спрашивал, свободна ли она и, вообще, желает ли этого самого общения.
– Рита, повторяю, букет шикарный, – перебила Ксения подругу, при этом безуспешно попытавшись заглянуть в переписку, которую та вела. – Сам букет однозначно из цветочного салона, где есть доставка, причем – по области. Плюс – без адреса, значит твоего появления в городе заранее ждали, точно зная маршрут автобуса, – продолжала она уверенно, раскладывая «по полочкам» всю историю с вручением ей столь шикарного букета. – И нашел способ показать тебя курьеру. Причем так, что ты сама ни о чем не догадалась. А теперь подумай хорошенько, для чего это сделал? Он ведь точно знал, что от него лично такой букет не примешь. Рита, тебя просчитали. Созвониться предлагал?
