Текст книги "Стальное сердце (СИ)"

Автор книги: Ника Маршал

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Стальное сердце

Глава 1

САША

Крики обезумевшей толпы оглушают.

«Крамор!Крамор!Крамор!» – Только и слышится со всех сторон.

Все взгляды присутствующих, жаждущих кровавого зрелища, зрителей прикованы к октагону.

Мой в том числе.

Там словно два зверя в клетке сошлись чемпионы.

Непримиримые соперники.

Две звезды ММА: сорокалетний, не потерявший форму и силу, несмотря на возраст Аслан Ганзаев и… относительный новичок, чья звезда засветила в полную силу в последние несколько лет, абсолютный чемпион в тяжелом весе – Антон Крамор.

Мой подопечный.

Лучший друг моего брата.

Моя больная первая любовь.

И с сегодняшнего дня мой бывший жених.

Ловкий, быстрый, сильный, словно ураган Антон неотвратимо, но верно ломает своего соперника. Ганзаев просто физически не успевает выставлять блок, и все пропущенные удары не проходят бесследно, боец вымотался, ему не хватает выносливости, чтобы суметь выстоять против стремительного напора.

Несомненно, в сегодняшнем бою опыт уступит место молодости.

Крамор неумолимо загоняет противника в угол, приближая бой к логичному концу. Единственно возможному.

Даже не верится, что всего каких – то пять лет назад Антон Крамор был обыкновенным боксером из небольшого сибирского города.

Улыбчивый соседский мальчик и одноклассник моего брата, а по совместительству и его лучший друг Антоша начал тренироваться еще под началом моего отца в спортшколе «Гладиатор». Но годы тренировок и успехи в этом виде спорта не приносили желаемого результата.

А именно, заветного чемпионского титула.

Причина была проста – мой отец знаменитый на всю область тренер по боксу Владимир Дубов пытался вылепить из Крамора аутфайтера – боксера, специализирующегося на технике дальнего боя с точными, но редкими выпадами, и умеющего держать защиту, выжидать момент и сохранять хладнокровие на протяжении всего поединка.

Подобный стиль боя абсолютно не подходил к взрывному Антону. От того более опытные соперники практически всегда продавливали его прессингом и как итог – побеждали.

Отец был упрям, как и любой спортсмен и совершенно непробиваем для чужого мнения. Если он что – то решил, то так и будет, и никак иначе. Крамор высок и имеет широкий размах – значит аутфайтер. Точка.

Именно тогда, пять лет назад я и уговорила Антона попробовать себя в МиксФайте*, где было больше возможностей развернуться его потенциалу на полную мощь.

Терять ему было нечего, и он согласился.

Сама лично разработала для него систему тренировок.

Страшно вспомнить, сколько бессонных ночей я провела за изучением всех тонкостей боевых техник, стараясь подобрать те, которые могли подойти его физической конституции, и которые он бы смог вывезти и освоить, чтобы стать бойцом смешанных единоборств.

Сколько нервов я истратила, пока искала более – менее компетентных тренеров для его переквалификации и расширения навыков.

Еще больше времени угробила, обивая пороги в поисках спонсоров. Даже занималась подбором спаррингпартнеров.

Да господи, я питание и диету для Крамора лично составляла, освоив попутно профессию спортивного диетолога – нутрициолога, потому что на хорошего спеца у нас не было лишней копейки.

Чего только не сделаешь и чем только не пожертвуешь, ради человека, которого любишь… ради своих глупых надежд на взаимность.

Вот увидите, он обязательно оценит все мои старания и полюбит так же сильно, как и я его. – Убеждала себя практически каждый день.

Только вся любовь, как и наши отношения пропитаны горечью и разочарованиями.

В основном моими.

Я хотела уйти, правда, но не могла, на поводке меня удерживали не только обещание сделать из Антона чемпиона, но и контракт.

Пять лет… пять долгих выматывающих лет я была менеджером Антона Крамора.

И все – таки добилась поставленной цели – сделала из боксера средней величины звезду смешанных единоборств – чемпиона ММА.

Пока я медленно кипячусь в своих мыслях и воспоминаниях, события в октагоне стремительно разворачиваются.

Ганзаев не успевает уйти от атаки, и Крамор ловит его в удушающий захват и валит на ринг.

Противник пытается выбраться, но куда там… хватка у Антона стальная, если вцепился, считай – конец. Освободиться можно только, если ты знаешь контрприем – выход из захвата «Гильотина»*. И даже так шансов освободиться мало.

Крамор упрямый и стойкий, может вытерпеть боль и дожать противника, собственно, что и происходит. Минута – и Ганзаев валится без сознания.

Вот и все.

Крамор поднимается, окидывая всех взглядом победителя. Скалится, словно зверь, сверкая белыми зубами.

– Безоговорочная победа присуждается Антону-у-у-у Крамору-у-у-у! – Объявляет судья и зал взрывается овациями.

Крамор в очередной раз подтвердил свой чемпионский титул.

А я наконец могу быть свободна.

Скрываюсь за дверями, отрезая от себя шум толпы.

Одинокая и гордая иду по длинному коридору, стук каблуков эхом отражается от стен.

Сворачиваю за угол и захожу в нужную дверь, попадая в своеобразную комнату отдыха с мягкими диванами и небольшими столиками.

– Ну, вот и все, Жора! Давай прощаться! – Объявляю нарочито весело, хотя у самой кошки на душе скребутся.

Тучный мужчина пятидесяти лет с заметной проседью в волосах отрывает взгляд от экрана телевизора, по которому транслировался бой, выключает его и поднимается со своего места.

– Все-таки не передумала уходить. – Произносит со вздохом.

– Нет, Жора… и не передумаю. Останусь, утону в болоте и не выплыву. Устала я, Жорик. Ус-та-ла. – Вытаскиваю свою сумку из-под стола, упаковываю туфли-лодочки и достаю кроссовки, быстро сунула в них свои уставшие ноги. Распрямляюсь, сдувая с лица прядь волос. – Пора заканчивать с нашими «отношениями» и своей жизнью заняться. А пахать на Крамора до пенсии, я не нанималась.

– Правильно, Сашка. Нечего тебе больше рядом с этим оболтусом крутиться, иначе себя потеряешь. Жаль, конечно. Такого спеца, как ты, еще поискать… – Цокает языком. – Будем надеяться, Крамор не пропадет. Он же без тебя, как без рук.

– Ой, Жорик, – отмахиваюсь, – Антон только свистнет, к нему менеджеры на любой вкус в очередь выстроятся. Собственно как и потенциальные невесты. – Кривлю губы. – Я к сожалению легкозаменяемый объект. Ладно. – Крепко обнимаю личного массажиста Крамора дядю Жору, одного из немногих, с кем мне удалось по-настоящему сдружиться, из нашей большой команды специалистов разного профиля. – Мне пора. Вечером самолет. Даст бог, еще свидимся.

– Береги себя, Сашка. Не теряйся, может, нового чемпиона возведешь на Олимп. – Подмигивает.

– Все возможно, Жора. – Отвечаю уклончиво.

Нет уж, спасибо, завязываю с большим спортом.

Вернусь в свой родной город и займусь делами спортшколы почившего отца. Помогу брату. А большего мне и не нужно.

– Ну, бывай.

Выхожу из комнаты и как назло сталкиваюсь с одной из причин моего разрыва пятилетних отношений.

– Ой, Саша, уже уходишь? – Расплываются в ядовитом оскале обведенные алой помадой губы Вики, личного врача Крамора, а по совместительству его новой любовницы. – Не хочешь дождаться Антона и поздравить его с очередной победой? Крамор был неподражаем, собственно как и всегда. – Змеиные глаза затягиваются поволокой, должно быть вспоминает, как и в каких позах мой жених был неподражаем.

Фу! Мерзость.

– Викуля, дорогая, – оскаливаюсь в ответ, – думаю с «поздравлениями» ты справишься и сама. Будь добра, сделай ему качественный отсос. Антоша сегодня заслужил. И так уж и быть, напоследок дам тебе совет – пользуйся моментом, пока еще в фаворе и выжми с Крамора побольше подарков. Как правило шлюхи в его постели долго не задерживаются. Чао, Викуля!

Расправив плечи, обхожу стороной девицу, глупо хлопающую ресницами.

Все, Саша все. Выдыхай. Больше эта грязь тебя не касается.

* * *

*МиксФайт' или, по-другому, Mixed Martial Arts (MMA) – это боевое искусство, заключающее в себе сочетание огромного множества стилей из различных единоборств. МиксФайт – это полноконтактный бой, в котором применяется ударная техника совместно с борьбой.

*Гильотина, болевой/удушающий прием предплечьем, зажимая голову противника подмышкой при подходе спереди. Захват. Болевой приём на шею противника с помощью своей ноги.

Глава 2

САША

– Фух… – оглядываю квартиру, которая служила мне убежищем последние пару лет.

Крамор купил эту квартиру как он говорил – для нашей семьи. С тремя спальнями для будущих детей и огромной гостиной.

Даже смешно.

Крамор и понятие семья и рядом не укладываются в моей голове.

Если только в его картине мира я верная жена, которая ждет его вечером домой с кастрюлей борща, а он «любящий» муж, скачущий по чужим постелям, словно блоха на бродячей собаке.

В общем, Саша, с сегодняшнего дня с этой жизнью покончено, пора оставить ее за бортом, как и свою не сбывшуюся любовь к другу брата.

Крамор уже давно не тот улыбчивый парень, в которого ты влюбилась с первого взгляда.

Да и ты уже другая.

Не влюбленная дурочка, готовая ради него на все.

Хоть целый мир положить к ногам, что ты собственно и сделала, выведя его своими усилиями и порванными жилами к чемпионскому титулу.

Подхватываю в руки свои вещи. Вся моя пятилетняя жизнь в столице уместилась всего в один чемодан и спортивную сумку. Не так уж много.

Невесело хмыкаю.

Собственно чему я удивляюсь?

Когда мне было заниматься накопительством всяких вещичек, когда каждая моя свободная минута была посвящена моему дорогому жениху Антону Крамору и его гребаному комфорту?

Открываю дверь, чтобы покинуть квартиру и наконец выехать в аэропорт, но меня останавливает возникшая в проеме широкоплечая фигура.

– Антон, что ты здесь забыл?

Из рассеченной брови течет кровь, тонкой струйкой стекая по щеке к подбородку, похоже, пластырь слетел, грудь тяжело вздымается, словно он пробежал марафон, светло русые волосы торчат во все стороны, а взгляд карих глаз кажется безумным.

– Вообще-то я пришел домой. Это все еще наша квартира, если ты не забыла, дорогая. – Стирает рукавом пуловера кровь с лица. Оглядывает мой чемодан, зло прищуривается. – Сашка, ты куда собралась?

– Не видишь? Ухожу от тебя и возвращаюсь домой. – Пожимаю равнодушно плечами. – Пропусти, у меня самолет. – Но Крамор преграждает мне путь, занимая своей массивной фигурой весь проем.

– Что-то я не понял, это что за вы*боны, Сашка? Ты моя невеста у нас через месяц свадьба, куда ты собралась? Уходишь? Что за бред? Все же хорошо было! – Делает шаг ко мне, пытается подавить своими габаритами и заставить прогнуться. Только я не прогибаюсь. И не отступаю, лишь задираю голову, чтобы видеть его лицо.

– Хорошо? – Кривлю губы в усмешке. – Если только для тебя, Антон. Я долго терпела твои закидоны, гулянки и твое эксплуататорское отношение ко мне. Думала, перебесишься и все пройдет. Устаканится. Мы поженимся, и у нас будет крепкая семья. Только мне надоело тебя оправдывать, и твоя очередная измена стала последней каплей в этом болоте безнадежности. Что такое? Думал, я не узнаю о твоей интрижке, с Викулей, милый? – Нагло усмехаюсь в растерянное лицо бывшего жениха.

Он не выдерживает моего презрения и опускает глаза в пол. Цедит сквозь зубы.

– Эта шлюха ничего не значит. – Слышу эти слова в очередной раз, но больше я им не верю. Видит, что молчу и продолжает с напором. – Я люблю только тебя. И всегда возвращался к тебе, Сашка. Мне только ты нужна.

– О, какая честь… – Выдаю с ядом. – Засунь такую любовь себе куда – нибудь поглубже. А мне потаскун и гуляка в мужьях не нужен.

– Ты не можешь уйти, слышишь! – Хватает меня за плечи, слегка встряхивая. – Я все исправлю! Я… Сашка… клянусь, больше никогда… Этот левак последний косяк! Признаю, сглупил, ну с кем не бывает. Сашуль… и ты забыла у тебя контракт! Даже если захочешь, не сможешь уйти! – Выдает свой последний аргумент, словно в отчаянии.

– Как благородно, Антош… – Скидываю с брезгливостью его руки с себя. – Если уж вспомнил о контракте, то загляни в него на досуге. Срок моего рабства истек сегодня.

Крамор хмурится и все больше сереет на глазах.

– Все верно, милый, я все предусмотрела. Собственно как и всегда. Неужели забыл, с кем имеешь дело?

– Не забыл, малыш. Ты у меня самая умная и пробивная. Сашка, милая, я тебя люблю. – Приближается чуть ближе словно боится спугнуть – Признаю, за мной много косяков… слишком много… но… я всегда любил только тебя, и своей женой видел только тебя и никого другого. Клянусь, налево больше никогда… никаких бля*ей… только с тобой. Секс у нас крышесносный только мне мало, ты же вечно занята… – Улыбается ласково – Моя чистая чувственная девочка, я же помню – я твой первый мужчина… – Протягивает руку к моей щеке желая погладить, как делал когда-то, словно в прошлой жизни. В той, где я млела от любой ласки со стороны любимого мужчины.

В новой реальности его близость действует не хуже серной кислоты. Пресекаю очередную попытку прикоснуться. Уворачиваюсь.

– Первый… но кто сказал, что единственный? – Выдыхаю зло и нагло.

В следующий миг чувствую стальную хватку на своей шее. Слегка придушивает,

Вцепляюсь ногтями ему в запястье в попытке вырваться. Но куда мне против этой махины.

– Чо ты сейчас сказала⁈ – Практически рычит. – Повтори!

– Не нравится? Больно думать, что я трахалась с кем – то кроме тебя? А, Антон? – Смеюсь ему в лицо, кажется, истерика подкатила незаметно. – Вот и мне было больно… – Все – таки не выдерживаю, и пара слезинок скатывается по щекам. – Больно постоянно слушать сплетни о твоих похождениях. Постоянные шушуканья за спиной, сочувствующие или надменные взгляды… как же я устала от этого дерьма… – Хватка на шее слабеет и я наконец, смогла освободиться.

Отступила на шаг назад, от прибитого моими словами Крамора, потирая место захвата.

– Уверена, ты быстро найдешь мне замену из вереницы готовых на все ради внимания чемпиона шлюх, которые будут согласны терпеть подобную жизнь. А я все еще слишком себя люблю и ценю, чтобы продолжать тратить СВОЁ время на тебя. Не хочу спустить жизнь в унитаз. С меня хватит. Больше не позволю мной пользоваться и вытирать об меня ноги. Я уезжаю. Точка.

– Да какого черта, Дубова! – Взрывается Антон и бьет сжатым кулаком по дверному косяку. – Я понял, я – мудак! Но скажи мне что ты собралась делать в своем Мухосранске⁈ Ты без меня никто, Саша! Это я сделал из тебя человека! Я вытащил тебя из дерьма глубинки и привез в столицу! Только благодаря мне ты стала тем, кто ты есть! А если бросишь свою работу сейчас, останешься с носом! Помяни мое слово! Не дури, Сашка, оставайся… Мы сможем все наладить вместе… Я исправлюсь, вот увидишь…

Его слова вызывают во мне бурю возмущения, а еще меня пробирает безудержный истерический смех.

И я смеюсь как сумасшедшая, под ошалевшим взглядом, не ожидавшего такой реакции на свои слова Крамора.

Отсмеявшись вволю, вытираю пальцами выступившие слезы.

– Ты меня сделал? О нет, мой мальчик, это я тебя сделала. И знаешь, что я вижу? Твой страх. Ты боишься без меня не справиться, оттого и пытаешься так глупо удержать. Если бы не я и мое упрямство, и умение пробиваться там, где другие не могут, ты бы до сих пор гнил в нашем «Мухосранске» на позиции среднеуровневого боксера, и ты это прекрасно понимаешь, Крамор. Ты прав, я тебя любила. Любила того парня, которым ты был. Добрым, улыбчивым, сильным, простодушным. За эти годы ты изменился, Крамор. Не в лучшую сторону. Деньги, вседозволенность вытянули наружу твою истинную суть. И сейчас ты своими словами, только лишний раз продемонстрировал прогнившее нутро…

Выдыхаю болезненно. – Мой контракт окончен, Антон. А моя любовь к тебе окончилась еще раньше. Где-то в начале вереницы твоих нескончаемых баб, глупых капризов и постоянных гулянок. И не обманывай ни себя, ни меня, ты не исправишься НИ-КОГ-ДА. Но знаешь, несмотря ни на что, я желаю тебе счастья. Правда. Надеюсь, ты еще не раз одержишь победу. Только без меня. – Стаскиваю с пальца помолвочное кольцо и с силой впечатываю в каменную грудь. – Прощай. – Металлический обруч падает на пол с оглушительным звоном.

Хватаю чемодан и сумку, прохожу мимо застывшей изваянием фигуры и вызываю лифт, который оказывается на моем этаже через несколько секунд.

Захожу внутрь, и прежде чем створки успевают захлопнуться, наблюдаю за озлобленной гримасой Крамора, только помимо злобы мне мерещится что-то еще… что-то вроде отчаянья…

Хватит, Саша.

Меня больше не касается его состояние: ни моральное, ни физическое. Пора жить для себя, а не ради кобеля с манией величия.

Пора начинать новую жизнь, где чужие прихоти больше не будут играть для меня никакой роли.

Жизнь, где буду Я.

Глава 3

САША

– Сашка! – Кричит брат, высокий брюнет в спортивном костюме машет мне рукой и подпрыгивает на месте прямо посреди аэропорта.

Боже, ну что за ребенок? А ведь старше меня на три года.

– Привет, Артур! – Влетаю в крепкие родные объятия.

– Наконец – то вернулась. Ты же к нам насовсем? – Отстраняется, в глаза заглядывает.

– Насовсем, Ар, насовсем.

– Ну и правильно. – Подхватывает мой чемодан и сумку, и направляется к выходу, я пристраиваюсь рядом. – Не хрен тебе в этой столице делать. Ты нам здесь нужнее. Наконец вдвоем за батино наследство возьмемся. Школу из руин поднимем.

Подходим к старенькому «Форду» брата.

– Так уж и из руин? Не прибедняйся, Артур, ты и без меня со школой прекрасно справляешься. Ты хороший тренер и неплохой руководитель. Это уже залог того, что наш «Гладиатор» не утонет.

– Спасибо конечно за похвалу, сестренка. Но «Гладиатору» нужен грамотный управленец, а я, увы, не силен в этом… и надеюсь, что ты займешь это место. Оно по праву твое. Так хотел отец. – Закидывает мои вещи в багажник.

– Поживем, увидим, Артур.

* * *

– И так насколько ты у нас останешься? – Спрашивает Юлька девушка Артура, помогая мне застилать выделенный в гостиной диван.

– Не переживай. Надолго вас не стесню. На неделю – максимум. Все – таки чтобы найти подходящий дом понадобится время. Я, конечно, постараюсь побыстрее. – Встряхиваю и расправляю одеяло в новом пододеяльнике. – Но если я вам мешаю, так и скажите, в тот же миг переселюсь в гостиницу. Я же понимаю, что вам неудобно.

– Сань, не пори чушь. – Хмурится сердито появившийся на пороге гостиной Артур. – Эта квартира такая же твоя, как и моя. Мы здесь выросли в конце концов. Да родители в гробу перевернутся, если я тебя в гостиницу сошлю. Юль, ну ты чего?

– Да я просто спросила, что такого? И вообще мне завтра рано на работу вставать, пойду спать. – Ретируется Юля под строгим взглядом брата и сбегает в спальню.

– Я тоже на боковую. Перелет меня утомил. – Заплетаю косу и ныряю под одеяло.

– Ага, ну тогда спокойной ночи, систр.

* * *

Прошло уже примерно часа два, и не смотря на свое заверение о желании поспать, уснуть все никак не получается.

Ворочаюсь с бока на бок, и в итоге тупо пялюсь в потолок. Где-то сбоку тикают часы.

И банально привычное тик-так, тик-так, в оглушающей ночной тишине звучит подобно удару молотка по наковальне.

Ну, все, так продолжаться не может.

Буквально подскакиваю с кровати и начинаю одеваться. Натягиваю на себя штаны и худи.

Прихватываю запасную связку ключей и тихо прикрываю за собой входную дверь.

Выхожу на улицу, вдыхаю полной грудью прохладный ночной воздух. Здесь он точно чище, чем в столице.

Медленно бреду по знакомым с детства улицам. Наконец освещенным, а не темным и полным опасности, как мне запомнилось из детства. С приходом нового губернатора родной угрюмый городок неплохо преобразился.

Дохожу до круглосуточного супермаркета, слепо пялюсь на разноцветные витрины.

Когда – то на этом месте стоял старый магазинчик с покосившимся крыльцом, в который я маленькая бегала с братом наперегонки, покупая тут всякие вкусности. Да и вообще, то тут, то там я замечаю в родном городе перемены в основном в позитивную сторону.

– Эй, красавица, скучаешь? Хочешь, мы составим тебе компанию? – Раздается пьяной интонацией.

Ан нет, кое – что все таки осталось неизменно.

Оборачиваюсь, чтобы оценить, угрожает мне опасность или нет.

И, к моему сожалению подвыпивших кавалеров не один, а трое. По виду выглядят, как гопники. Собственно и ведут себя так же.

Лучше с ними не связываться.

Отворачиваюсь, игнорируя, и продолжаю идти вперед. Через квартал можно дойти до набережной, и полюбоваться ночными видами реки.

– Эй, киска, куда намылилась? – Восклицает возмущенно один из троицы. – Игнорить что ли нас собралась? – Слышатся позади приближающиеся шаги.

Оборачиваюсь и едва успеваю увернуться, от вознамерившейся вцепиться в меня руки. – Пошли с нами, чо выкаблучиваешься. Мы тебя пивом угостим, а потом можем на хату рвануть, повеселиться. – Оскаливается худой, как жердь парень. – Не бойся, киска, тебе понравится. – Ровняются с ним двое других.

Закатываю глаза. Ну что, погуляла блин, Дубова?

– А давайте вы как-нибудь без меня, мальчики. Идите, занимайтесь своими делами. И я тоже пойду. Меня муж дома ждет.

– Муж не стенка, подвинется. – Выдает самый мелкий из тройки борзых и сам же ржет над своим перлом.

– Соображай быстрее, детка, мы тебя так просто не отпустим. Пошли по-хорошему, или мы приложим силу. И кстати телефон с бабосами гони. И чтоб без глупостей. – Демонстрирует складной нож, по-видимому, главный заводила в этой троице.

Боже, как банально. Едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

Ох, зря, мальчики, вы выбрали меня своей целью для наживы.

Я все-таки дочь тренера.

Стою в расслабленной позе, чтобы раньше времени не вызвать подозрения у обнаглевшей гопоты, в ожидании когда кто-нибудь из них приблизится на достаточное расстояние для моего выпада.

По одиночке «уложить» ребят у меня точно получится.

Но тут, словно гром среди ясного неба из темноты подворотни между супермаркетом и жилым домом раздается голос.

– Дам вам дельный совет, пацаны, оставьте девушку в покое и валите своей дорогой. – Абсолютно ровный тембр звучит довольно внушительно.

Следом за таинственным голосом из темноты появляется силуэт.

Высокий широкоплечий мужчина, одетый в безразмерное худи и с натянутым на голову капюшоном. Лица его при освящении уличного фонаря разглядеть не удается.

Но даже так, одно можно сказать точно, от незнакомца веет опасностью.

Его удушливая аура даже у меня повидавшей в этой жизни многое, поднимает все волоски на теле дыбом.

– Слышь, защитничек, иди-ка ты, пока цел, а мы тут сами разберемся. – Тот, что с ножом поворачивается в сторону таинственного незнакомца.

– Ну что ж, я предупреждал. – Произносит со вздохом, а уже в следующий миг быстро сократив дистанцию, незнакомец оказывается возле главаря и валит того одним хорошо поставленным джебом.

Оставшаяся парочка тоже долго на ногах не простояли, и мгновенно были выведены из строя обычными хуками.

Мда-а-а-а… сегодня явно не ваш день. Оглядела свалившихся кулями неудачливых гопников.

– Иди домой. Нечего по ночам шляться в одиночку. Конечно, если не планируешь сдохнуть в какой-нибудь канаве. – Сказал таинственный спаситель и зашагал в сторону супермаркета, вновь скрывшись в тени переулка.

Я же стояла, не в силах выдавить из себя ни слова.

Это что сейчас вообще было?