355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ник Эндрюс » Трон Ведьмы » Текст книги (страница 1)
Трон Ведьмы
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 05:56

Текст книги "Трон Ведьмы"


Автор книги: Ник Эндрюс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Ник Эндрюс
Трон ведьмы
(Издательство АСТ, 2003, том 86 «Конан и трон ведьмы»)
Глава 1
Поединок

В полутемном зале, за огромным деревянным столом сидели восемь рыцарей. Широкие плечи каждого воина были развернуты, пальцы лежали на рукоятях мечей, но это была не мера предосторожности, а привычка – у Фессалии много врагов, и правителям этой страны довольно часто приходится обнажать клинки.

Сегодня владыки своих провинций королевства собрались в замке короля Эдрика Мидлэйме для решения очень важных вопросов. Во главе стола расположился сам король – высокий крепкий мужчина лет сорока с темными короткими волосами, прямым носом, чуть вытянутым лицом и большими черными проницательными глазами.

У каждого знатного рода фессалийцев были свои цвета одежды. По древней традиции, властители Фессалии одевались во все белое. По левую руку от Эдрика разместились гараны провинций, расположенных на Полуденном Восходе. Ближе всех сидел Рион, правитель богатого Артага. Его гербовые цвета – фиолетовые. Молодому человеку еще не исполнилось и двадцати пяти. Как и все повелители Артага, Рион был надменно горд и самолюбив. На левой щеке хорошо заметен был красноватый шрам, полученный юношей в морской схватке с цессионцами. Эти грабители часто нападали на торговые суда в Корайском море, и периодически фессалийцы и ацканцы устраивают против пиратов карательные походы. Высадиться на остров им еще ни разу не удавалось, но порты и корабли разбойников, попавшиеся навстречу, обычно сжигались дотла.

Следующим был гаран Калдара Одрин. Его провинция непосредственно примыкала к владениям Мидлэйма. Мужчине недавно исполнилось тридцать. Одрин был одним из самых преданных подданных короля. Опытный, спокойный, рассудительный рыцарь, готовый ради своей страны пожертвовать жизнью. Земли Одрина – это засушливые степи, на которых пасутся многотысячные стада овец. Шерсть и мясо приносит неплохой доход правителю Калдара, но до богатства Артага ему далеко. Одрин был одет во все синее.

Последняя прибрежная провинция носит название своего замка – Уотсол. Низко опустив голову, сидел ее правитель Кабет – угрюмый, неразговорчивый человек с взлохмаченной шевелюрой густых черных волос, сдвинутыми бровями и близко посажеными глазами. Желтые одежды гарана никак не соответствовали его внешнему облику, но традиции не изменишь.

Земли повелителя Кабета граничат с враждебным, очень опасным горным государством, Магиной. Властители этой страны заключили сделку с колдунами культа Волара, повелителя мертвых. Благодаря волшебной силе магов, они используют в войне нечисть, вызываемую из потустороннего мира. Жалости такая армия не знает, и солдатам Кабета приходилось нелегко, поскольку ныне вылазки магинцев участились.

Последним за столом расположился Лоун – седовласый мужчина лет пятидесяти с большим ртом, маленькими бегающими глазками и легким румянцем на щеках. Правитель восходной провинции Гатвэй являлся прямой противоположностью своего соседа. Всегда жизнерадостен, весел, любит вино, шутки и женщин. Об оргиях в замке Лоуна по Фессалии ходили легенды, но глубоко ошибался тот, кто думал, что гаран слаб и глуп, и весьма немногие могли устоять против него в бою. Во время ссоры с могущественным Бафиром, правитель сражался в первых рядах армии, показывая солдатам пример храбрости. Представители семьи Гатвэя носили оранжевые одежды.

Первое место справа от короля пустовало. Его должен был занять гаран Данвила, самой закатной провинции государства. Она принадлежала одному из древнейших родов страны – Скортам. Рыцари именно этого клана претендовали на трон, но Андары сумели их опередить. Гражданской войны удалось избежать, но обида осталась. Ссоры между королем и властителем Данвила были притчей во языцех, конфликт то стихал, то вспыхивал вновь и тянулся уже не одну сотню лет. Сейчас провинцией управлял Ксатлин, высокомерный, жесткий и упрямый человек.

Чуть дальше сидел Тарих, гаран Трунсома. Это владение было самым тихим и спокойным местом во всей Фессалии. Полуночный сосед – Валвил не доставлял правителю больших беспокойств. Рядом располагалась страна лесных альвов и гномов – они были заняты своими делами и через широкую и полноводную Миссини никогда не переправлялись.

Трунсом располагался среди густых лесов, и неудивительно, что цвета рода – зеленые. Тариху было около сорока пяти: широкоплечий, коренастый мужчина с огненно-рыжими волосами, широким лицом, ямочками на щеках и густой щетиной.

Рядом с ним расположился правитель Хусорта – красивый тридцатилетний шатен с идеальным профилем носивший старинное имя Вален.

Провинция эта не являлась богатой, крестьяне занимались земледелием, а пахота почти не приносила дохода. Вдобавок ко всему, территорию Хусорта часто беспокоили кочевые племена ингасов. Они переправлялись через реку План, нападали на деревни, убивали мужчин, а женщин и детей уводили с собой. В сражение с армией фессалийцев враг старался не вступать, потому что поражения ему не избежать. Валену приходилось выставлять заставы на границе, способные задержать противника до прихода главных сил. Вален был одет во все коричневое.

Последним гараном могущественного государства являлся Инхам, еще один верный сторонник короля, друг его детства, светловолосый, немного неповоротливый гигант, обладающий огромной силой. Он получил в наследство провинцию Корнирстон, довольно беспокойное владение. На Полуночи – Ингасия, на Закате – Магина, на Полудне Данвил. Отношения с владыкой Ксатлином у Инхама сразу не сложились, поскольку рыцарь не выносил заносчивого, надменного соседа.

По законам Фессалии, все гараны были равны и за столом переговоров в Мидлэйме имели одинаковые права. Даже Эдрик обязан подчиняться единогласному решению гаранов провинций. Король Фессалии тоже рыцарь, и его может вызвать на поединок равный по происхождению, и кровавые схватки между гаранами случались не раз, и споры частенько решались именно подобным способом, а не войной. Война принесет разруху, большие жертвы, разорение, и слабостью гаранов сразу воспользуются агрессивные соседи, однако смерть одного человека не повлияет на состояние страны, и его место тотчас будет занято наследником.

Лучи пылающего диска проникали в зал через узкие бойницы окон, освещая стол и людей. Возле стен расположились оруженосцы и советники гаранов. Блестели стальные латы и кольчуги. Чуть в стороне стояли женщины, которые тихо переговаривались, нарушая тишину замка.

Ожидание затягивалось. Все правители должны были прибыть сегодня к полудню. Лучезарный бог Солар уже колокол назад прошел свою наивысшую точку, а Ксатлин так и не появился. Его поведение граничило с оскорблением, если, конечно, у властителя Данвила не было веских причин к опозданию.

Король поднял правую руку и произнес:

– Я рад видеть вас, друзья. Мы собрались в Мидлэйме по очень важному случаю. Десять дней назад из Конджарских гор прискакал мой разведчик и привез неутешительные новости. Слухи о том, что магинцы собирают огромную армию, подтвердились. Сколько у них людей, сказать трудно, но никак не меньше двадцати тысяч…

По рядам приближенных прошел взволнованный ропот. Враг собрал внушительное число воинов! Гараны вели себя куда более сдержанно. Владыкам не подобало показывать свои эмоции.

– Кроме того, – продолжил Эдрик, – в лагере короля Галтрана замечены колдуны Волара, их несколько десятков. Какую нечисть они могут вызвать, остается только догадываться. Мы должны быть готовы к самому худшему. Думаю, что не позднее, чем через две луны враг вторгнется в Фессалию.

– А не слишком ли мы торопимся с выводами? – осторожно вставил Рион. – Магинцы в последнее время часто ссорились с ацканцами. Вдруг их армия двинется не на Закат, а на Полдень?

– Возможно, – кивнул головой правитель. – Но рисковать я не могу. Войска Галтрана расположились у истока реки Анлас. До границы Данвила сорок лиг, до границы Уотсола – тридцать. Ни одной провинции в одиночку такого удара не выдержать. Вы должны немедленно отправить в Мидлэйм по три тысячи солдат. Это заставит короля Магины хорошо подумать, прежде чем напасть.

– У меня бафирцы вот-вот переправятся через Миссини, – с недовольным выражением лица сказал Лоун. – Я не могу лишиться защиты своих войск!

– А вы не забыли о цессионцах? – тотчас произнес гаран Артага. – Не снимать же мне воинов с кораблей? Гавани останутся беззащитны.

– Ингасы тоже ждут ослабления Хусорта, – вымолвил Вален. – Тысячу, еще куда ни шло, но три?..

– Неужели я все это слышу от славных рыцарей? – поправляя свой черный плащ, проговорил Инхам. – Рион, у тебя же не менее семи тысяч бойцов. Артаг способен отбить любую атаку пиратов. А угроза со стороны ингасов рассмешит даже младенцев. Завидев сотню воинов, кочевники сразу обращаются в бегство. Сейчас опасность представляет только Магина. Замок Кабета выдержит осаду и штурм в течение целой луны! Мы же ударим врагу во фланг и отбросим его обратно в горы.

– А как же Данвил? – спросил Тарих.

– С этим сложнее, – задумчиво сказал гаран Корнирстона. – У замка нет выхода к морю, ограничены запасы питьевой воды, но зато у Ксатлина гораздо больше людей, да и стены повыше и понадежнее.

– А где сам Ксатлин? – поинтересовался властитель Гатвэя.

– Он прислал гонца, что обязательно прибудет, – с раздражением в голосе ответил король. – Что его задержало, не знаю.

– Не вижу причин для спора, – вставил Одрик. – Три тысячи – это конечно немало, но для защиты Фессалии, можно пойти на большие жертвы. Если падут Данвил и Уотсол, та же участь будет ожидать и нас.

В тот же момент высокие двери зала распахнулись настежь. Слуга даже не успел объявить о прибытии очередного гостя. На пороге показался высокий, стройный мужчина лет тридцати пяти с длинными светлыми волосами, тонким носом и большими зелеными глазами. Голубая накидка сразу указывала на то, что на Совет явился гаран Данвила.

На нем были кожаные сапоги, на коленях защитные пластины, стальные наручи, руки в кольчужных перчатках, на поясе в ножнах длинный меч, под одеждой проступают латы. Но взгляды всех присутствующих были прикованы вовсе не к Ксатлину, а к его спутнику. Это был странный человек – низкорослый, коренастый, с черными, как смоль волосами, густыми сросшимися бровями и огромным носом с горбинкой. Мужчина низко опустил голову, и разглядеть его глаза никак не удавалось. Впрочем, длинный светло-коричневый балахон выдавал в нем колдуна-магинца. Признаться честно, Эдрик был потрясен и явно упустил инициативу из своих рук.

– Какой холодный прием, – усмехнулся властитель Данвила. – Ни одного слова приветствия. А ведь мы не виделись несколько лун!

– Ты опоздал, – наконец, выдавил король.

– Я ждал своего друга, – рыцарь жестом указал на спутника. – Без меня ему было не добраться до Мидлэйма. Его зовут Мондар. Он потрясен красотой замка. Ничего подобного в Магине нет. Но особенно его поразили крепостные стены и башни.

– Что здесь делает колдун? – гневно спросил Эдрик.

– Я же сказал: он мой друг, – иронично ответил Ксатлин.

– А знаешь ли ты, что твои «друзья» собирают армию у истока Анласа? – уточнил король.

– Конечно, – спокойно проговорил гаран. – Галтран собирается вторгнуться в Ацкану и потому заключил со мной союз.

На этот раз выдержка правителей провинций подвела. Большинство из них вскочило со своих мест. Подобной наглости и пренебрежения к закону никто из гаранов себе не позволял.

– Как ты посмел пойти на подобную сделку без одобрения Совета? – гневно произнес властитель Фессалии.

– А почему бы и нет, – презрительно пожал плечами рыцарь. – Скорты имеют такие же права на трон, как и Андары. Я делаю то, что мне выгодно. Теперь со стороны Магины, Данвилу ничего не угрожает.

– А Уотсолу? – молниеносно вставил Инхам.

– Это трудности Кабета, – вымолвил Ксатлин. – Пусть едет в Дардлуд и умоляет о пощаде. Может, в столице Магины и смилостивятся. Хотя он и разговаривать-то толком не умеет…

– Зато я умею срубать головы, – прорычал гаран.

В ответ владыка Данвила громко расхохотался. Воин неторопливо подошел к столу, вытащил меч из ножен и направил клинок на властителя страны.

– Эдрик, – произнес рыцарь, – ты трус и глупец. Фессалия при твоем правлении стала слаба и ничтожна. С ней никто не считается. Даже цессионцы осмеливаются нападать на наше побережье. Что уж говорить о Бафире, Морайе и Ацкане. Отдай мне корону, и я сохраню тебе жизнь!

Отчасти Ксатлин был прав. Государство развивалось и крепло только при сильных и жестких королях. Отец Эдрика, Торосар совершал походы в Ингасию, не раз воевал с бафирцами, захватил у них два важных города, отодвинул границу с Магиной на Закат. Его боялись и уважали. Гараны провинций не решались даже возражать королю. Решения Торосара являлись законом, который выполнялся неукоснительно. Однажды в порыве гнева властитель вызвал на поединок правителя Артага. Отец Риона получил серьезную рану в схватке, и был помилован в самый последний момент, когда стальной клинок уже завис над его шеей. Характер Эдрика оказался гораздо мягче. Он вел совершенно другую политику, стараясь заключать с соседями мирные договоры, однако в истории Фессалии не раз встречались такие короли, и властолюбивые гараны сразу старались отделиться от Мидлэйма. И только угроза со стороны врагов заставила провинции вновь объединяться. Ценой большой крови и потерь государство возрождалось из пепла. Эдрик вовсе не был слаб и ничтожен, но Ксатлин решил воспользоваться сложившейся сложной ситуацией. Он беспредельно жаждал заполучить трон, корона была смыслом всей его жизни. Если потребуется разрушить все замки Фессалии, Ксатлин, не задумываясь, отдаст такой приказ. Остановить гарана Данвила могла только смерть.

– Это мятеж? – гневно воскликнул властитель.

– Нет, – отрицательно покачал головой рыцарь. – Это вызов на поединок. В честной схватке мы решим, кто больше достоин владеть короной!

– Отлично, – выдохнул король, вытаскивая клинок. – Я принимаю его! Выбирай условия. Мне все равно, каким оружием сражаться.

– На мечах и без шлемов, – мгновенно отреагировал Ксатлин.

Скинув плащ, Эдрик направился к выходу. Охранники и приближенные поспешно расступились. В зале царила полнейшая тишина. Слышался лишь звук шагов правителя.

Стоило королю покинуть замок, как толпа тотчас бросилась к дверям. Первым по каменной лестнице во дворик спустился Эдрик. За ним быстро двигался гаран Данвила. Достаточно одного взмаха клинком, и голова Эдрика тотчас слетит с плеч! Однако позволить себе подобную слабость Ксатлин не мог – его сразу поднимут на копья стражники.

Противники миновали казармы и конюшни, и подошли к ристалищной площадке. Здесь обычно тренировались королевские солдаты. Вокруг правителей столпились сотни людей. Слух о грядущем поединке мгновенно разнесся по Мидлэйму.

Эдрик воткнул клинок в землю, опустил голову и тихо читал молитву. То же самое делал и его враг. Неожиданно народ расступился, и в круг протиснулся седовласый старец с золотым посохом, главный жрец могущественного бога, покровителя страны – Солара. Взглянув на противников, служитель культа тяжело вздохнул и едва слышно проговорил:

– У вас еще есть возможность остановиться… Прекратите…

– Нет! – оборвал старика Ксатлин. – Либо корона, либо смерть.

– Тогда сражайтесь честно. Пусть победит сильнейший, – нехотя сказал жрец.

Выставив перед собой копья, стражники тотчас создали четкий квадрат. Толпа затихла в ожидании схватки. Справа возвышался грандиозный замок с десятком остроконечных башен, серебристыми крышами и гордым королевским стягом. Слева – длинная крепостная стена. Это была вторая линия обороны города, поднимающаяся не менее чем на шестьдесят локтей, перед ней еще один ряд укреплений, глубокий ров, частокол и крутой вал. Взять штурмом королевскую крепость чрезвычайно трудно, и это пока не удавалось ни одному завоевателю. Даже четыре века назад, когда под натиском дафратцев пали все города и замки Фессалии, Мидлэйм устоял.

На зубчатой стене расположились лучники короля. С волнением и тревогой они наблюдали за развитием событий. Невольно взгляд Эдрика остановился и потеплел. Рядом с солдатами в окружении служанок стояла невысокая, очень красивая женщина. На вид ей было лет двадцать пять. Длинные светлые волосы распущены, розовое платье развивалось по ветру, грудь с трепетом поднималась. В глазах легко читался страх.

Селена! Как же он мог забыть о жене…

Властитель в порыве гнева с ней даже не попрощался!

Прогремели боевые трубы. Противники сошлись в поединке. Гаран Данвила атаковал первым, но правитель Мидлэйма отбил его выпады без труда. Толпа восторженно встретила умелые действия короля. Ответный удар Эдрика был куда более опасен. Клинок распорол одежду мятежного гарана, разбил несколько звеньев нарукавной кольчуги, слегка зацепил кожу. Левая рука врага окрасилась кровью. Оба воина великолепно владели мечами. В лучах Солара стальные лезвия сверкали и искрились. Кто из бойцов сильнее, сейчас не могли сказать даже боги. Острые клинки звенели от ударов, разрывали одежду, пробивали кольчугу. На телах фессалийцев появились многочисленные кровоподтеки.

Воины очень устали и тяжело дышали. Сил у Эдрика осталось чуть больше. Он рванулся вперед, отбил меч противника в сторону и нанес левой рукой мощнейший удар Ксатлину в лицо.

Латная перчатка – страшное оружие. Правитель Данвила не удержался на ногах и рухнул на спину. Судя по всему, у него был сломан нос, кровь залила губы и подбородок. Толпа встретила мидлэйцев радостными воплями успех своего властителя. Правилами поединков разрешалось добивать упавшего, но считалось низостью и проявлением слабости. Естественно, король на такой шаг не пошел. Отступив чуть назад, он ждал, когда противник поднимется.

– Великодушный болван, – прохрипел Ксатлин, вставая, – это благородство будет стоить тебе жизни. А ведь у тебя был шанс!

– Я в любом случае тебя убью, – вымолвил Эдрик, утирая со лба пот.

– Глупец, – рассмеялся гаран. – Будь внимателен, взгляни на меня!

Властитель посмотрел на врага. В тот же миг данвилец наклонился, и правитель Мидлэйма увидел за его спиной магинца. Колдун поднял голову, глаза его вспыхнули, и Эдрик ослеп. Мир исчез, вокруг была лишь кромешная темнота. Только сейчас король осознал, что попал в ловушку. Эдрик хотел закричать, но в его грудь, разрывая кольчугу и плоть, вошел клинок Ксатлина. Гаран пронзил противника насквозь. Властитель покачнулся и беззвучно повалился набок. Грудь и спина окрасились кровью. Народ, собравшийся вокруг ристалищной площади, сразу умолк.

Между тем, победитель торжествующе вскинул руки.

– Что же вы заткнулись? – зло проговорил рыцарь. – Эдрик мертв! Теперь в Фессалии новый король. Приветствуйте его!

Люди скорбно опустили головы. Подданные любили и уважали своего правителя за доброту и справедливость, его смерть огорчила многих. Самые дальновидные понимали, что для всей страны наступают тяжелые времена. Теперь начнется борьба за власть. Гараны будут враждовать, фессалийцы убивать друг друга, а старинные враги, магинцы и бафирцы, тотчас воспользуются смутой.

– Я не вижу радости на ваших лицах! – никак не мог успокоиться Ксатлин. – Может, вы еще надеетесь, что Эдрик жив? Тогда я покажу его голову!

Воин приблизился к трупу властителя и занес окровавленный меч.

– Не дотрагивайся до моего мужа! – раздался звонкий женский голос.

Все тотчас повернули головы к крепостной стене. В этот горестный миг люди совсем забыли о своей королеве. Невольно замер и правитель Данвила.

– Ты слишком торопишься занять трон, – гордо вскинув подбородок, вымолвила вдова. – Я знаю, что обычно после смерти королей их жены уходили оплакивать мужей в храмы и становились жрицами богини Истшаны. Но я так не поступлю. У Эдрика остался наследник. Ему нужен надежный опекун…

– Уж не хочешь ли ты править Мидлэймом? – презрительно рассмеялся Ксатлин.

О жене короля Фессалии по стране ходило много слухов. Никто не знал, откуда она родом. Поговаривали, что женщина прибыла из Фуркипа, далекого государства на Полуночи, лежащего за Бафиром и Валвилом. Селена была красива, умна и добра, король всегда прислушивался к ее советам. Шепотом люди рассказывали о волшебных умениях королевы. Селена занималась врачеванием и чародейством и не раз спасала больных мидлэймцев от верной гибели.

– Именно так, – надменно произнесла королева. – Или ты вызовешь меня на поединок? Я с удовольствием приму вызов!

В толпе послышался ироничный смех. Сражаться с женщиной – это позор для любого рыцаря. Такого поворота событий данвилец никак не ожидал. Он надеялся, что после гибели Эдрика все остальные гараны признают его королем и подчинятся воле нового повелителя. Вмешательство женщины нарушило его планы. Зарычав, как дикий зверь, Ксатлин в ярости занес меч, чтобы отсечь голову поверженного врага. Послышался свист, и стрела впилась в предплечье мужчины. Вскрикнув от боли, рыцарь выронил оружие. Гаран повернул голову и не поверил собственным глазам – Селена держала в руках тугой лук и сумела попасть в цель с расстояния в триста локтей. Охранник тотчас подал королеве еще одну стрелу.

– Забирай своего колдуна и отправляйся в Данвил, – приказала женщина. – Это был честный поединок, но я больше не хочу видеть тебя в моем замке!

В голосе Селены звучали металлические нотки. Спорить с ней было невозможно – королева имеет право казнить и миловать. Ксатлину не стоило забывать, что он находился в Мидлэйме, в вотчине Эдрика. Стражники мгновенно опустили копья, будучи готовыми силой вышвырнуть из города незваных гостей.

– Паршивая ведьма, – процедил сквозь зубы гаран, обламывая древко стрелы. – Мы еще встретимся, это я тебе обещаю!

Воины в голубых одеждах поспешно вскочили в седла и пришпорили лошадей. Кавалькада покинула неприветливый замок. Копыта лошадей выбивали щепки из досок опущенного подвесного моста. Собравшиеся у моста крестьяне и ремесленники торопливо отскакивали в сторону.

Проехав около тысячи локтей, рыцарь натянул поводья. Отсюда Мидлэйм был виден превосходно: прочные стены, высокое белое строение, сверкающие башни. Рядом с Ксатлином остановился магинец. Он прекрасно знал, о чем думает высокородный Скорт.

– Это очень опасная женщина, – осторожно вымолвил колдун. – Мы ее недооценили. Вскоре Селена поймет, что Эдрик был убит с помощью магии. Гонцы поскачут во все провинции страны с вестью о твоем вероломстве.

– И что делать? – спросил гаран.

– Надо опередить королеву. Правители разобщены, самолюбивы, и помощи ей не окажут. Ситуация – лучше не придумаешь…

– Ты не прав, – возразил рыцарь. – Одрин и Инхам были друзьями мидлэймского владыки. Они ненавидят меня.

– Два противника, – задумчиво вымолвил магинец. – Это не так уж и страшно. Если ударить в центр Фессалии… Гараны Калдара и Корнирстона окажутся отрезаны друг от друга. Разбить их поодиночке не составит большого труда.

– Отличная идея! – иронично рассмеялся Ксатлин. – Дело за малым – взять штурмом Мидлэйм. А у Селены не меньше десяти тысяч бойцов и сотни разведчиков. Стоит нам вторгнуться в пределы провинции, как замок превратится в неприступную крепость. Если будем разорять города – восстановим против себя народ.

– Не разделяю твоего мрачного настроения, – улыбнулся колдун. – Есть немало способов победить врага. Сила – самый простой из них, но далеко не лучший. Для начала, надо бы заручиться поддержкой колеблющихся гаранов. Они хотят власти? Обещай им, что хочешь. Люди доверчивы, и гаранов можно обмануть. Ложь и коварство – вот два клинка, не дающие промаха.

– Пожалуй, ты прав… – согласился правитель Данвила. – Рион чересчур горяч и самолюбив. Юнец давно мечтает о создании собственного государства. Лоун стар и нерешителен. А Вален думает лишь о безопасности своих земель.

– Вот видишь, – заметил чародей. – У каждого есть свои недостатки, надо лишь правильно ими воспользоваться. Что же касается замка, то и здесь можно найти выход. Наверняка, в свите Эдрика были недовольные своими положением воины. Кого-то подкупим, кого-то запугаем, кому-то пожалуем высокую должность.

– А ты хитер, Мондор, – покачал головой гаран, ударяя лошадь хлыстом.

Переходя на галоп, всадники устремились на Закат, к Данвилу. До границы воинам придется ехать около двадцати лиг, а до родного поместья еще сто. По пути будет время обдумать и оценить ситуацию.

* * *

Селена, придерживая длинное платье, быстро сбежала с крепостной стены. Следом за ней двигались четыре юные служанки. Толпа тотчас расступилась перед королевой, пропуская женщину к месту поединка. Украдкой волшебница смахнула предательски набежавшую слезу. Правительница Мидлэйма должна быть стойкой. Селена приблизилась к мертвому телу мужа и перевернула его на спину. Огромная рана в груди не дала Эдрику ни единого шанса уцелеть. Королева опустилась на колени и приподняла голову мужчины.

– Какая подлость… – гневно выдохнула женщина, глядя в глаза мертвого короля.

Зрачки рыцаря оказались выжжены. На подобное способен только очень сильный колдун. Вот для чего Ксатлин привез с собой магинца!

– Мы очень сожалеем… – раздались сзади знакомые голоса.

Королева встала, отряхнула платье и повернулась к гаранам. Их было лишь пятеро. Заметив недоумение правительницы, Инхам пояснил:

– Рион и Лоун уехали сразу за данвилцами.

– Предатели! – зло проговорила Селена. – Хочу сказать, что я ошиблась…

Мужчины удивленно переглянулись.

– Ксатлин сражался нечестно. Перед тем, как он заколол Эдрика, колдун-магинец ослепил моего мужа, – продолжала волшебница. – Мне следовало убить их обоих. Теперь они уже далеко…

– Это поправимо, – вставил Одрин. – Мы соберем огромную армию и двинемся на Данвил. За нарушение законов рыцарской чести надо платить сполна.

– Боюсь, ваши планы, неосуществимы, – задумчиво вымолвил Вален. – Магинцы только ждут предлога, чтобы напасть на Фессалию. Ксатлин заключил с ними союз. А воевать с Галтараном равносильно самоубийству. Мне больше здесь делать нечего. Я не в состоянии помочь Мидлэйму.

Гаран Хусорта развернулся и направился к конюшням. Его отряд уже ждал правителя. Могущественная страна распадалась. Провинции не собирались вмешиваться в ссору королевы и одного из претендентов на престол. Каждый заботился только о себе.

– Поеду и я, – пробурчал Кабет. – Надо готовиться к войне…

Все с болью и состраданием провожали гарана Уотсола. Без сомнения, его земли первыми подвергнутся удару магинцев, и шансов победить у правителя не было. Армия Галтрана считалась одной из самых сильных и жестоких на просторах обширной Волании. После набегов она оставляла сожженные разрушенные города и тысячи трупов. Вскоре еще одна кавалькада покинула замок. Мидлэйм быстро пустел.

– Мы готовы прислать свои войска, – произнес Инхам.

– Это уже не имеет смысла, – ответила Селена. – Фессалия разделилась и не в состоянии создать единую армию. Нападения Ксатлина я не боюсь. Солдат у меня хватит. Кабет прав, нам всем надо готовиться к большой войне.

– Королева, что бы ни случилось, вы можете рассчитывать на нас, – проговорил Одрин, преклоняя колено.

То же самое сделали два других рыцаря.

– Благодарю за преданность, – вымолвила женщина.

Спустя половину колокола, в замке не осталось ни одного из владык провинций. Волшебница жестом подозвала к себе несколько воинов.

– Отнесите тело короля в главный зал и положите его на стол Совета, – приказала Селена. – Завтра утром жрецы проведут обряд погребения.

Она чувствовала, как подкашиваются от усталости ноги. Хотелось упасть на кровать и зарыдать, не сдерживая слез и эмоций. Эдрик до беспамятства любил свою королеву. Бедняга влюбился в нее с первого взгляда. Они прожили вместе три года, и волшебница была счастлива.

– Маллик! – позвала Селена начальника стражи.

– Я здесь, госпожа, – перед женщиной тотчас появился крепкий русоволосый мужчина лет тридцати.

– Сколько сейчас в замке солдат? – спросила королева.

– Полторы тысячи, – ответил рыцарь.

– Где остальные? – уточнила волшебница.

– Три с половиной тысячи под командованием Холона на границе с Данвилом, еще две тысячи размещается в городе Аксан на Восходе нашей провинции. Ими командует славный рыцарь Далим. Три тысячи солдат распределены по гарнизонам полуденных городов, – доложил воин.

– Немедленно вернуть все войска в Мидлэйм, – приказала Селена. – Пусть забирают с собой продовольствие. Соберите повышенный налог с крестьян. Война требует жертв от народа. Я хочу создать в замке запас не меньше, чем на две луны.

– Слушаюсь, моя королева, – Маллик склонил голову и удалился.

Слегка пошатываясь, женщина двинулась к зданию. Каждый шаг давался волшебнице с огромным трудом. На ее плечи свалился тяжелый груз ответственности за судьбу Фессалии и, признаться честно, Селена еще не до конца это осознала.

Сейчас владычица огромной страны нуждалась в отдыхе. Королева не без помощи служанок поднялась на женскую половину, разделась и рухнула без сил на кровать. Вскоре волшебница забылась тревожным сном. Пылающий диск Солара медленно клонился к горизонту, и в этом чувствовалась зловещая символика – государство могло так же угаснуть.

* * *

Ранним утром Селена, одетая в темно-коричневое траурное платье, неторопливо спустилась в главный зал замка. Няньки тотчас подвели к ней светловолосого мальчика лет двух. Ребенок ничего не понимал и был слегка напуган. Он сразу схватился за руку матери.

Утерев слезу, королева взяла сына на руки и подошла к телу мужа. Эдрика уже приготовили к прощальной церемонии. Идеально белые одежды, глаза закрыты, руки сложены на груди, а пальцы сжимают рукоять меча…

Мальчик потянулся к отцу, но волшебница его удержала. Послышался плач женщин. Селена кивнула головой, и четверо рыцарей подняли носилки. Медленно, выверяя каждый шаг, воины двинулись к выходу. Весь внутренний дворик был заполнен народом. Слух о смерти короля мгновенно разнесся по стране, и уже ночью фессалийцы направились к замку. Кто-то шел из любопытства, кто-то из сострадания, а кто-то для того, чтобы узнать о дальнейшей судьбе Фессалии. Стоило скорбной процессии появиться под открытым небом, как разговоры стихли. Люди поспешно снимали с головы шапки.

Стражники, выстроившись в две линии, образовали широкий коридор. Рыцари несли тело к деревянному помосту. Возле него суетились жрецы Солара. Лишь седоволосый старец, опираясь на золотой посох, терпеливо ждал. Ему уже не раз приходилось провожать в последний путь могущественных правителей страны. Волшебница шла сразу за носилками. Она с трудом сдерживалась, пытаясь не заплакать. Ее длинные волосы были спрятаны под темную накидку, отчего Селена казалась совсем маленькой на фоне огромных фигур воинов. Рыцари опустили труп Эдрика на помост и сразу отошли. Верховный жрец высоко поднял посох и громко произнес:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю